Work Text:
***
Дурацкий случай с пончиком выливается в неожиданную и не очень понятную самому Лайту обиду. Он честно пытается подавить в себе мешающее работать чувство, но результат не нравится самому – обида вдруг переплавляется совсем в другие фантазии. А всё оттого, что среди ночи Лайт проснулся ото сна, где маленький аккуратный ротик Эл вмещал в себя непропорционально большой кусок… кхм… еды. А потом гибкий розовый язычок облизывал перемазанные чем-то белым губы.
Фиг его знает, чем бы всё закончилось. Сам Лайт собирался позвонить Мисе и предложить встретиться где-нибудь… где есть кровать и прочная дверь. Причём дверь – уже опционально. А что такого? В команде только ленивый не обсудил, в какой позе они… проводят время. Но этим же утром на сладкое – ну, для Эл вместо завтрака – были эклеры, покрытые густым белым кремом, омерзительно сладким даже на вид. Мацуда, идиот, высказался в духе того, какую часть мужского тела напоминают ему эти пирожные, Лайт – неожиданно для себя – вступился за Эл, сказав что-то в духе «неуместных фантазий». Мацуда тут же принялся бурчать, что не у каждого в команде есть фотомодель, готовая реализовать любые фантазии любой степени испорченности, а Лайт не мог отвести взгляда от пристально глядящих на него непроницаемо-чёрных глаз. Потом длинные ресницы опустились, скрывая и этот призрак чужих мыслей, тонкий язык скользнул сначала по верхней, более пухлой губе, потом по нижней – совсем как в недавнем сне. Лайт сглотнул и торопливо отвернулся к столу – как раз, чтобы увидеть, как тонкие, изумительно красивые пальцы детектива берут очередную эклерину.
Уже в этот момент надо было бросать столовые приборы и бежать прочь из столовой, но Лайт как завороженный следил за этими пальцами, впервые в жизни осознав, что такое «аристократично изящный». А пальцы поднесли перемазанное белым кремом пирожное к тому самому рту, маленькому и аккуратному, и припухлые губы обхватили продолговатый кусок теста, как… смотреть на это было почти неприлично, но и не смотреть не получалось. Белый крем начинки неаккуратно выступил в уголках рта, и ловкие пальцы мигом стёрли излишки молочно-белой субстанции.
…Мацуда вновь ляпает какую-то глупость, Лайт даже не вслушивается в его слова, но Эл от чужих слов чуть давится – сразу и смехом, и этим непристойным… пирожным, и из-под чёрных, длинных, будто накрашенных ресниц выступают слёзы. Лайт по Мисе помнит, что если слишком резко толкнуться в рот, то так и бывает, но вспоминать Мису сейчас тошно и неприятно. Он хочет кровать, прочную – лучше даже стальную – дверь и совсем не Амане. Надо встать и уйти, прежде чем все вокруг поймут, на что он пялится, но подняться сейчас просто невозможно, ноги не удержат. Эл справляется со смехом и эклером, но длинный мазок крема незамеченным белеет на щеке, и Лайт жмурится, гадая, как же он успел так влипнуть. И точно знает, что будет ему снится следующей ночью.
***
Неделей позже Эл небрежно просит его поучаствовать в спецоперации какой-то группы, выследившей компьютерных шантажистов. Фабула дела оказывается одновременно примитивно простой и достаточно запутанной – группа хакеров прицепилась к небольшому интернет-магазину и, перехватывая трафик, проникала в компьютеры клиентов. По словам Эл, задачей Лайта является банальное оформление покупок – по мнению самого Лайта, с этим и Мацуда бы справился. Но это не повод отказываться, разумеется. Тем более, как оказывается, покупки придётся совершать с ноута Эл, прилично так заполненного конфиденциальной информацией, но совсем неприлично защищённого легальными и не очень программами. Такой уровень защиты не позволит проникнуть в ноут и, по итогу, совершить платёж – а Лайту предстоит общаться с личностью, помогающей незаметно для идиота-Лайта снять такую сверхзащиту. Эл сидит рядом, окружённый двумя ноутами, нетбуком и смартфонами, на которых в качестве консультанта и техподдержки висят неведомые люди, представленные как специалисты по поведенческому анализу и компьютерной безопасности. Искажённые программами голоса специалистов похожи на детские – Эл, не особо скрываясь, демонстрирует своё недоверие наиболее вероятному кандидату в Киры и смертники.
Сам Кира молча материт про себя чёртова детектива – «маленький интернет-магазинчик» оказывается секс-шопом.
– Это естественно, – реагирует на его возмущение «поведенческий аналитик». – Люди, которые совершают подобные покупки, в момент… э-э-э… выбора резко снижают критичность восприятия информации. Должно быть наоборот, конечно, потому что такие покупки способны скомпрометировать самим фактом подобной сделки, но – факт.
А потом добавляет совсем ненужную Лайту информацию про особенности влияния различных типов гормонов на принятие тех или иных решений. Щёки горят, как от самой информации, так и от голоса, который программа придала аналитику – негромкий, высокий, «светлый». Таким бы голосом стихи в средней школе читать. Или псалмы в церкви.
– О, есть контакт, – встревает «хакер», обладатель дикой смеси юного и прокуренного голоса. – Начинай выбирать покупки.
Лайт краснеет даже не до ушей – до лопаток, но как может спокойно спрашивает:
– Просто побросать в корзину первые попавшиеся товары?
Любопытно, его голос для этих консультантов тоже изменили? Или ради него стараться нет смысла, своих-то людей Эл ни в чем не подозревает.
– Щас! – оживает нетбук незнакомым звонким голосом. Лайт косится на Эл, а тот мотает головой. – Ты семнадцатилетний мальчишка, который с папиного компьютера впервые в такой магазин залез. Веди себя естественно!
– У вас не может быть накоплено слишком много денег, – вмешивается смартфон с «психоаналитиком», – а хочется всё и сразу. Сделайте вид, что изучаете спецификации, открывайте схожие товары в разных вкладках, переключайтесь между ними, будто сравниваете их между собой.
– А ориентация у меня какая, вы за меня не решили? – скривившись, буркает Лайт, и тут на экран выпрыгивает яркая, омерзительно пошлая реклама, где совсем юному, ангелоподобному мальчику меж зубов втискивают кольцо-кляп, а потом демонстрируют, что с растянутым до предела ртом можно делать. – Они детей используют? – отвращение в голосе прорывается само собой.
– В том числе, – сухо сообщает неведомый тип из нетбука. – Что там у тебя? Ага, купите товар на сумму и получите в подарок…
– Успокойтесь, пожалуйста, – встревает «хакер». – Модели, использованной в рекламе, на момент съёмки исполнилось двадцать два. Но образ достаточно яркий, чтобы пользователь отвлёкся и не заметил начала вторжения вируса.
– Притворитесь латентным гомосексуалистом, – предлагает психоаналитик. – Один из наиболее уязвимых психотипов при такой форме атаки. Но вообще на самом деле неважно, что именно вы выберете, мы уже определили направление трафика, сейчас главное, чтобы они не заподозрили ничего и не отключились раньше времени.
– Не отключатся, – спокойно обещает Эл над ухом Лайта, и от этого мгновенно бросает в жар. – Лайт, раз ты не закрыл окно с рекламой сразу, тогда уж перейди по ссылке. Хорошо. Теперь открой каждую фотографию. На просмотр каждой фотографии трать не менее пяти секунд.
Лайт кивает, сглатывая и надеясь, что его реакцию примут за отвращение. Потому что в его воображении вместо светлых льняных кудрей видятся короткие чёрные пряди, а слёзы льются не из небесных очей, а из чёрных круглых глаз.
– Теперь открой видео, – продолжает советовать Эл, но это уж вообще смотреть невозможно, и Лайт переводит взгляд на ноут детектива, где по экрану ползут изломанные графики. Эл тыкает пальцем в одну из линий: – «Левый» канал. Смотри, начали перекачку данных на твой комп, а тут защита блокирует входящий трафик.
Видео на экране подвисает и начинает сбоить, но Лайт терпеливо дожидается окончания ролика, прежде чем закрыть эту… эту… в общем, вот эту дрянь. В памяти упорно держится сумма заказа, при которой кляп положат в заказ подарком. Тьфу ты, чёрт, не собирается он на самом деле заказывать, это просто работа.
– Очень хорошо, – одобряет «психоаналитик». – Раз вас заинтересовал кляп, зайдите в раздел наручников, откройте несколько штук и притворитесь, будто сравниваете их.
Злость на этот раз пробуждается абсолютно вовремя. Это рядовая операция по выявлению шантажистов. Может, и владельцев этой пакости вычислят. Ну, то есть чо их вычислять, всё на виду – но вдруг найдут, на чём их прижучить? Лайт послушно открывает нужный раздел, пробегает взглядом многообразие ограничителей, некоторые даже внимательно просматривает. Потом злится ещё сильнее и начинает представлять Эл в этих вот кандалах. Переключается между вкладками, выбирая самые тяжёлые, и отправляет в корзину пару увесистых наручных браслетов и такие же массивные и грубые ножные кандалы. Аналитик одобряет, Эл с остальной группой спорят о причинах, по которым попытки вторжения в «папочкин» комп приостановлены. Хакер немного паникует, Эл убеждён, что «субъекты» ждут этапа оформления заказа.
Всё ещё гуляющая в крови злость даёт достаточно безумия, чтобы открыть прочие разделы. Хотя от разукрашенных в кислотные тона фаллоимитаторов немного мутит.
– Представьте это применительно к своей девушке, – рекомендует психоаналитик, и Лайт мысленно сокращает его до «псих». А потом усмехается:
– Мисе понравился бы разный готический ужас.
– Ну так и выбирай себе готический ужас! – встревает неведомый тип из нетбука. – А, чёрт, нет тут такого… БДСМ выбирай! Твои браслетики отлично в заказ впишутся.
Лайт фыркает – Эл ведь не озвучивал, какие товары попали в корзину, значит, эти типы сами как-то выявили, – и решает игнорировать левые советы. Миса в воображении не задерживается ни на секунду, её образ полностью изгоняется худым костлявым телом со сливочно-белой кожей и беспомощным взглядом тёмных глаз. Лайт представляет, как втискивает анальную пробку сквозь судорожно сжатый сфинктер, и начинает просматривать именно их. Выбирает чёрный латекс самого большого диаметра, какой есть на сайте, а ещё небольшую пробку с совсем узким основанием – зато тяжёлую, почти в полкилограмма массой. Очень хочется заставить Эл носить её в себе целый день.
Сайт логично предлагает приобрести смазку и анальные шарики, и Лайт решает не спорить. Флакон выбирает почти наугад, выбор шариков не устраивает. Сплошь пластик, слишком лёгкий, а хочется тяжёлые и крупные, чтобы Эл стонал и всхлипывал. Разум-то помнит, конечно, что заказа на самом деле не будет, но… всё равно.
Потом Лайт переключается обратно на фаллоимитаторы и уже увереннее представляет себе, что хочет сделать с Эл – и что для этого нужно. Потому что хочется сразу и многое. Фантазия разворачивается настолько, что с трудом удаётся вспомнить – у него не может быть накоплено слишком много денег.
– А на какую сумму рассчитывать, кстати? – хихикая, спрашивает он.
– На столь полюбившуюся тебе рекламу, – хихикает в ответ тип-из-нетбука, а потом серьёзным тоном добавляет: – На любую, на самом деле. Наши рыбки уже прочно насадились на крючок.
– О, Эл, я их локализацию вычислил, – хвастает хакер, и Лайт тоже косится в экран чужого ноута. Светло-серые символы на тёмно-сером фоне не говорят ровно ни о чём.
– Ого, – выдыхает Эл, становясь похожим на гончую в стойке. – Лайт, не смей обрывать связь, чем хочешь их держи! Мне минут сорок нужно, не меньше. Возьмём и в реальности, там группа есть!
Сорок минут? Интересно, чем можно на этом сайте столько заниматься?
– Поглядите шипастые фаллоимитаторы, – тут же советует «псих». – Покидайте некоторые в корзину, потом удалите их оттуда, начиная с самых дорогих. Так, чтобы сумма упала ниже рекламной. И переключитесь на тот же раздел обратно.
– Сделай вид, будто мечешься между несколькими дешёвыми игрушками и одной дорогой, – на этот раз голос-из-нетбука звучит отстранённо, видать, он там тоже с головой ушёл в преследование дичи.
Игра с метаниями между ценой и количеством занимает ещё минут десять, потом хакер требует переходить к стадии оформления заказа – по неведомым параметрам «цель» начала нервничать. Лайт косится на Эл – тому-то требовалось ещё не меньше получаса – но всё выходит как нельзя лучше. Под руководством троицы «консультантов» он переписывается с техподдержкой, объясняя, что не хотел бы регистрироваться на сайте, потому что ему «неловко». И даже с лёгкостью изображает эту неловкость в чате – ему и было бы стыдно, если б он на самом деле заказывал это вот всё. «Псих» даёт неизменно удачные советы, язвительный «тип-из-нетбука» снижает неловкость до нуля, «хакер» добивает информацией, что ноут Эл со вчерашнего вечера зарегистрирован на Ягами-старшего, и «рыбки» пираньями кружат, мечтая выкачать всё содержимое из ноутбука полицейского чиновника – да вот беда, огненная стена не позволяет. Переписку Лайта они читают едва не раньше самого Лайта – или это они так быстро думают? Острая зависть даже отодвигает в сторону образ Эл, распростёртый на смятых простынях и с основанием «игрушки», торчащим из задницы.
Местом заказа Лайт бездумно обозначает штаб-квартиру: «нетбучный тип» сдавленно хмыкает, «псих» одобряет – в самом деле, не в дом родителей же это позорище тащить. Лайт бурчит, что лично ему пофиг, куда именно не будет доставлен незаконченный заказ, и тут возникают проблемы с оплатой – оказывается, Лайт предусмотрительно перетащил отложенные деньги в анонимный электронный кошелёк, и на сайте его даже принимают, а вот «рыбки» жаждут и в счета «папочки» заглянуть. Эл мягко улыбается и даже показывает на своём экране команды, препятствующие проведению транзакции. Лайт усердно изображает из себя недоросля с гормонами вместо мозга, которому и страшновато защиту папочкиного компа снять, и хочется заказанные игрушки заполучить. Препирательства завершаются на непонятной ноте, заказ внезапно подтверждается, «хакер» восторженно вопит, что эти идиоты не заметили его личной «закладки» и теперь наивно хотят свои диски потереть – лихорадочный стук клавиш слышен даже через приглушённые динамики смартфона. Ещё один незнакомый голос вклинивается в разговор, но сообщает лишь короткие кодовые команды, а потом собеседники один за другим прощаются с Эл и «его рыбкой». Лайт краснеет, сразу и от «его», и от вида Эл, потягивающегося всем телом. Сам Эл глядит на него с признательностью и пожимает руку.
Двумя часами позже, когда вся команда обсуждает вечерние сводки, в штаб-квартиру звонит курьер и сообщает про «посылку для Ягами Лайта». Лайт, мигом сообразивший, откуда посылка, готов провалиться сквозь ковролин – особенно когда отец поднимает голову и лезет в карман брюк за кошельком.
– Что ты там заказал, Лайт? – не скрывая неудовольствия, спрашивает он и кивает Ватари: – Пусть несут сюда, я оплачу.
Представив, что отец прямо тут будет рассматривать содержимое посылки, Лайт готов сгореть на месте – и тут его буквально спасает Эл.
– На самом деле это для меня, – улыбается он невинно, и Лайт тут же вспоминает, что все «товары» он ведь и в самом деле мысленно предназначал Эл. – Заказ уже полностью оплачен, Ягами-сан, не волнуйтесь. Ватари, отнеси коробку в мою комнату.