Work Text:
Кто из них на самом деле бедствие, Черновод не мог понять уже несколько столетий. Вот и сейчас он смотрел снизу вверх на недоразумение, по воле старшего брата оказавшееся Повелителем Ветра, одним из самых сильных божеств, вообще-то, и задавался всё тем же вопросом. В такие моменты закрадывалась мысль: как ему мстить-то, такому непутёвому? Если он сам по себе – кара и ходячее несчастье?
Не догадываясь о мыслях своего драгоценного (не)друга, Ши Цинсюань висел вниз головой, связанный по рукам и ногам, и глупо улыбался.
– Ну и что ты там забыл? – ворчливо поинтересовался Черновод, не пошевелив и пальцем для исправления ситуации. Его всё устраивало: Ши Цинсюань, спелёнатый и утративший дар речи, казался даром небес. Спрашивал он, честно говоря, для собственного удовольствия, чтобы в ответ услышать блаженную тишину – то, что рядом с неугомонным Повелителем Ветра удавалось застать исключительно редко, только когда его посещала странная меланхолия, и он становился тих и задумчив. Но за все прожитые бок о бок годы таких моментов Черновод мог припомнить считаные единицы, а он, вообще-то, славился отличной памятью.
Ши Цинсюань хлопал глазами и молчал, а Черновод, тяжело вздохнув, начал вызволять его из ловушки. Молча, хотя рассказать хотелось столь много, что мысли конкурировали за право вырваться первой и высказать уже дурьей голове, что, каким бы ты ни был сильным, ходить на такие задания одному очень опасно, и не успей Черновод прибыть вовремя - не дожил бы до славной запланированной мести.
И испортил бы весь продуманный план, придурок!
Черновод покачал головой и снял удерживающие Ши Цинсюаня путы, и даже не дал со всей дури треснуться головой о землю – в последний момент подхватил и поставил на ноги, мимолётно ощутив тепло стройного тела.
– Спасибо! Мин И, ты настоящий друг! Я знал, что ты меня спасёшь! – начал говорить Ши Цинсюань, стоило дару речи вернуться, и Черновод с тоской подумал о том, как шло Повелителю Ветра висеть и молчать. Интересно, если в потолок темницы вмонтировать крюк…
Он настолько ушёл в свои мысли, что пропустил не только всю болтовню Ши Цинсюаня, но даже то, как они оказались в его дворце и Повелитель Ветра начал накрывать на стол, чтобы Черновод – Мин И – не остался голодным.
Съевший все запасы Ши Цинсюаня и запивший их вином, Черновод направился на свой остров, претворять идею в жизнь. Добротный крюк он нашёл в одной из деревень, а закрепить у него и самого навыков хватило. Теперь темница стала выглядеть как место, куда он с удовольствием заточит Повелителя Ветра и будет его здесь держать, пока…
Тут мысли спутались. Пока что больше, чем держать Ши Цинсюаня в темнице, Черноводу нравилось держать Ши Цинсюаня в руках, а это вредило делу, плану и цели.
***
«Мин И, – раздался в духовной сети застенчивый голос Ши Цинсюаня, и Черновод насторожился. Повелитель Ветра был каким угодно, но не стеснительным. – А не мог бы ты прийти?»
Ответ «Не мог» ещё звучал в духовной сети, а Черновод уже рисовал Печать сжатия тысячи ли.
– Что опять стряслось?! – рявкнул он, но осёкся на полуслове, потому что стряслось. Что именно и как это назвать, понять не получалось, но очень хотелось дать этому название.
Каменный по пояс Ши Цинсюань стоял посреди сырой пещеры и медленно уходил в воду – прилив не интересовали проблемы одного непутёвого Небожителя и он, ну, приливал.
Для начала Черновод попытался оторвать полуживую полустатую от пола и переместить на берег, но Ши Цинсюань умудрился окаменеть, сросшись с пещерой. Воды становилось всё больше, а идей, как спасти это вроде бы не бедствие, в голову не приходило. Лопата, вроде бы предназначенная не только демонов лупить, ничуть не помогала, камень, напитанный божественной силой Ши Цинсюаня, не поддавался, и в какой-то момент волна всё-таки накрыла Повелителя Ветра, который только пискнул, прежде чем исчезнуть с головой.
Черновод посмотрел по сторонам, оплакал свою тяжкую долю и решил, что ещё немного побудет другом этому… Этому.
Он набрал воздуха в лёгкие и нырнул. Только нечеловеческое зрение позволяло рассмотреть во тьме несчастное лицо Ши Цинсюаня, приблизиться к нему и прижаться губами, передавая воздух. О том, что такое спасение больше похоже на поцелуй, да и не убить Божество простым утоплением, Черновод думать не собирался. Небожитель он или нет, а захлёбываться всегда неприятно.
… а что, если в темнице добавить бассейн с водой?..
Небольшой пруд украсил собой внутреннее пространство темницы, которую пришлось расширить. У него под рукой имелись целые Чёрные Воды, так что вышло красиво. Черновод подумал, что неплохо бы принести сюда кресло, чтобы любоваться на рыбок, которых он запустил в пруд, пока Ши Цинсюань будет страдать.
***
«Мин И!» – всхлипнуло в духовной сети, и Черновод помчался на помощь. Мысль о том, что местью Повелителю Ветра является сам Повелитель Ветра, уже в который раз закралась ему в голову.
Ши Цинсюань застрял в кустах дикой розы и не мог двинуться с места, потому что та вдруг оживала и начинала сжимать свои колючие путы.
– У меня просто нет слов, – честно прокомментировал Черновод, а Ши Цинсюань ему только несчастно улыбнулся.
Розу Черновод утихомирил, изгнав захватившего её духа, царапины на Ши Цинсюане обработал и решил посадить пару кустов у пруда.
Чтобы, пока Повелитель Ветра страдал, сам он любовался на пруд и розы, сидя в уютном кресле.
***
«Мин И…» – прозвучало и оборвалось. На этот раз догадка о том, кто и что является главной карой Ши Цинсюаня, уже не закрадывалась - она промаршировала в голову Черновода, чётко печатая шаги.
– Ну ведь ты же сильный Небожитель! – воскликнул Черновод, отказываясь верить собственным глазам. – Как?! Как ты умудряешься?!
– Мяу! – ответил Ши Цинсюань, который умудрился обзавестись шикарным кошачьим хвостом и умильной кошачьей мордой.
Пытаясь найти, как расколдовать бедолагу обратно, Черновод размышлял, что в кресле станет уютнее, если он заведёт кота. Рыбы в Чёрных Водах хватало, так что кот не остался бы голодным, а Ши Цинсюань вполне мог страдать и в присутствии котика.
Толстый серый кот обосновался на острове в Чёрных Водах через несколько дней и в первые недели ещё не был толстым, и наглым не был, и вид имел вполне заискивающий.
***
«Мин… ик… И!»
– Ты… – растерял последние слова Черновод, потому что зрелище тщетно пытавшегося оторваться от заговорённого сосуда вина Ши Цинсюаня его почти травмировало. Бездонный сосуд поставлял бесконечное количество вина, и Повелитель Ветра пил, и пил, и… – Ты ещё не лопнул?
Участие сочилось сарказмом, но пришлось приняться за дело. Позволить Ши Цинсюаню мучиться от собственной безалаберности было слишком…
Тут Черновод задумался.
Раз за разом на протяжении многих лет Повелитель Ветра влипал в неприятности, грозившие ему мучениями, а Черновод, который планировал его мучения, его от них избавлял. Он замер и прислушался к себе.
То, как страдал Ши Цинсюань, ему не нравилось. Не потому что мало, или глупо, или не по плану, нет. Что-то внутри отказывалось не только радоваться, но даже игнорировать боль Ши Цинсюаня. Вот прямо сейчас Повелитель Ветра давился и захлёбывался, не в силах оторваться от бездонного сосуда, а Черновода корёжило от беспокойства.
В этот день в темнице появилась мебель, а лёгкие занавески украсили окна. Помещение, совершенно утратившее первоначальный вид, стало похоже на загородную резиденцию молодого господина.
Черновод почесал затылок и на крюк повесил расписанный фонарик.
Теперь это место стало готово к приёму гостя.
Вот только мучения из планов пришлось вычеркнуть. Если честно, Черновод по этому поводу не сильно переживал. Больше его тревожил вопрос: если он присвоит себе Ши Цинсюаня и женится на нём, то не испортит ли ему карму убийство деверя?