Chapter Text
— Это не обязательно… — в который раз пытается возразить он, стараясь поспевать за размашистым, твердым шагом Стратт.
Она даже не делает вид, что слушает, стремительно идя впереди него, и Грейс даже подумал бы, что она пытается сбежать от него или от разговора, но проблема была в том, что это ему хотелось сбежать. От ситуации, в которой он оказался, от ответственности, которая на него внезапно свалилась.
Ее и так было слишком много, а теперь…
— У вас нет права голоса в этом вопросе, доктор, — безэмоционально раздается спереди, и Грейсу хочется вцепиться в волосы.
Непонятно только, в свои или в ее.
— Не нужен другой телохранитель, я могу просто… Никуда не ходить? Заказывать доставку? — пробует он еще раз, нервно теребя рукав кофты.
Ему до сих пор тяжело и стыдно из-за того, что Карл пострадал из-за него. Нет, технически, вины Грейса в этом нет, к тому же, это буквально работа Карла, но мерзкого ощущения беспомощности и бесполезности это не убавляет.
— Эта ситуация показала, что риск есть. А в нашем случае мы не можем позволить себе рисковать. Вы слишком ценный сотрудник, — Стратт смеряет его быстрым взглядом через плечо, и почему-то из ее уст это не звучит как комплимент. — Все что вы можете — это смириться.
Грейс шумно вздыхает, чувствуя, как от расстройства нагревается его лицо, и нервно поправляет очки. Он не привык к тому, чтобы люди рисковали за него жизнью. Тем более те, для кого он не то чтобы очень значим. От мысли о том, что Карл сейчас лежит в больнице с тремя ножевыми ранениями из-за него его до сих пор мутит.
До позавчера он и не подозревал, что существуют противники миссии. Это даже звучало немыслимо — как можно не хотеть спасти планету? Но, очевидно, как-то все же можно было. Их с Карлом очередная поездка в магазин это доказывала. Грейс только и успел что беспомощно открыть рот, как выброшенная на берег рыба, пока Карл обезвреживал бросившегося на него какого-то фанатика, бешено размахивавшего ножом.
Желудок снова скручивает от фантомного сырого запаха крови, пропитавшей рукав плаща Карла, и Грейс тяжело сглатывает. Стратт ведёт его куда-то длинными коридорами, нагоняя подозрения о том, что вопреки своим же словам она собирается закрыть его подальше и поглубже, чтобы точно исключить все риски.
Но очень скоро откуда-то впереди доносится шум работы каких-то механизмов, и Грейс понимает, что они вышли к задней части базы, где-то в зоне погрузки-разгрузки. Он сжимает руки в карманах, когда Стратт открывает дверь какого-то кабинета, ожидающе глядя на него, но покорно заходит, все еще не совсем понимая смысл происходящего.
— На самом деле, вы должны быть благодарны нам, доктор Грейс, — невозмутимо произносит она, заходя следом. — Можно сказать, что вы обходитесь нам дороже всех. Даже подготовка космонавтов проходит не так затратно, как ваша с нами работа.
Грейс снова краснеет, не находя слов, но Ева и не дает ему ничего сказать.
— Изначально он подразумевался только как ваш телохранитель, но отдел разработок Киберлайф согласился кастомизировать модель «ради спасения человечества», поэтому он так же будет при необходимости выполнять роль вашего дублера.
Ева смотрит на него из-под бровей, и Грейсу даже кажется, что он видит в ее взгляде намек на веселье, но потом она что-то набирает в своем планшете, дверь в совмещенную комнату открывается, и он застывает на месте, глупо пялясь на человека. Сначала ему кажется, что у него инсульт или что-то вроде; видимо статьи все же не врали, говоря о том, что болезнь молодеет. Но потом в его голове начинают складываться детали пазла: упоминание Киберлайф, детали внешности, неуловимо отличающейся от его собственной, идеально сидящая форма с серийным номером…
Не то чтобы Грейс не сталкивался с андроидами. Просто в его штате они еще не были особенно распространены, он видел нескольких, сопровождавших каких-то важных людей… Он не слишком увлекался робототехникой. Естественно, он посещал конференцию лет пять назад, на которой Киберлайф впервые представила свои первые модели, но с тех пор не слишком следил за их развитием. Возможно, зря…
— Подождите, вы сказали, «кастомизировать»? — Грейс сглатывает и отводит взгляд, потому что голубые глаза смотрят на него чересчур уж пристально. — То есть вы позволили им использовать мою внешность, чтобы создать андроида?!
Стратт только пожимает плечами, не собираясь озвучивать очевидное.
Райланд Грейс в ужасе. Нет, он конечно слегка польщен тем, что только ради него одного целая корпорация создала совершенно новую модель, но по большей части он в ужасе. Он осторожно подходит ближе к андроиду, сглатывая — этот немигающий взгляд создаёт эффект зловещей долины. Абсолютно крипово, с учётом того, что у Грейса ни разу в жизни не было настолько невыразительного… выражения лица.
Он встаёт напротив, с опаской изучая внешность андроида. Кто бы ни разрабатывал этот скин, определенно постарался хорошо. Грейс даже замечает на скуле под легкой щетиной тонкий шрам, который остался у него после его самого первого бритья. Единственный вопрос в том, почему они решили оставить ему короткую стрижку… Возможно, посчитали, что так будет проще.
Он моргает, и андроид моргает тоже. Впервые за все время, и Грейс вздрагивает.
— Привет, — нерешительно бормочет он, все еще частично чувствуя себя как во сне при высокой температуре. — Я Грейс.
Он протягивает руку, чувствуя себя все более неловко с каждой последующей секундой молчания, но затем взгляд андроида наконец-то отрывается от его лица, падая на протянутую для рукопожатия руку. И он наконец-то отмирает.
— Добрый день, доктор Райланд Грейс, — чуть прохладная ладонь, которая тут же слегка нагревается, словно в соответствии с температурой его руки, мягко, но коротко сжимает и тут же отпускает. — Мое имя KD6-3.7, андроид, прислан из Киберлайф…
Грейс неловко машет руками, останавливая его.
— Нет-нет, просто Грейс. Никто не зовет меня Райланд, поэтому… Просто Грейс. И не думаю, что я смогу каждый раз выговаривать этот серийный номер, так что… Как насчёт «Кей»?..
Диод на виске андроида мигает.
— Добрый день, Грейс. Мое имя Кей, андроид, прислан из Киберлайф…
Мужчина против воли издает смешок и тут же прикрывает рот, когда диод на виске Кея снова мигает.
— Так, я вижу, знакомство прошло отлично, — Ева с громким хлопком закрывает чехол планшета, напоминая о своем присутствии, от чего Грейс невольно вздрагивает. — Полагаю, дальше вы разберетесь сами. Андроид запрограммирован на функцию телохранителя, он будет сопровождать вас везде, можете также использовать его в качестве помощника, без злоупотребления, естественно.
— Что, «везде» это даже в туалет?.. — глупо спрашивает Грейс и тут же тушуется под ее невпечатенным взглядом.
— Если он посчитает, что в походе в туалет существует угроза для вас, то и туда тоже, — Ева вручает ему планшет, с хлопком прижав его к груди Грейса, от чего мужчина чуть пошатывается, машинально схватившись за него.
Взгляд андроида становится чуть более пристальным.
— В планшете есть информация от Киберлайф, советую ознакомиться. Особенно внимательно изучите раздел с управлением — андроид будет выполнять ваши команды только если они не идут вразрез с его инструкциями.
На этом Стратт их покидает, оставляя Грейса наедине с новой ответственностью, потому что… Грейс не может представить, что это андроид должен нести ответственность за его сохранность, а не он за андроида, которого ему буквально отдали в пользование. Это почти как… Тамагочи, наверное, только более продвинутый? И дорогой… Грейс старается не представлять, сколько органов ему придётся продать, если андроид случайно сломается по его вине.
— Что ж… Полагаю, мы можем вернуться в лабораторию? — неуверенно спрашивает он, все еще сжимая планшет.
Именно в этот момент Грейс особенно сожалеет, что мало интересовался андроидами до этого. Он понятия не имеет, как себя вести и что говорить, и вообще он все еще в шоке, а еще он бы прямо сейчас зарылся во всю эту информацию в планшете, не медля ни секунды, если бы не грохот погрузки за стенами.
Очевидно, как раз Кей знает, что делать. Он даже не медлит после его слов, а просто подходит к двери, открывая ее и выжидающе глядя на мужчину. Что ж, Грейсу не остаётся ничего иного кроме как последовать за ним.
***
Первый раз KD6-3.7 был активирован на заводе Киберлайф. Фактически, это его первое воспоминание — он не видел людей, обсуждавших что-то вокруг, а мог только регистрировать их разговоры. Проводилась диагностика его систем после сборки: передача данных с датчиков по корпусу, работа механики и программного обеспечения. Как раз после этого запустили проверку систем слуха, и, наконец, зрения. Не то, чтобы это многое дало, но теперь он был заключён не в вакууме. Он был зафиксирован так, что было видно только высокий потолок, ряды ламп на нем, несколько высоких колонн и кусок стены, но его алгоритмы все равно жадно вцепились в крохи доступной информации. По мере подключения разных областей корпуса, он начинал чувствовать свои ноги, руки, весь корпус целиком. Откуда-то пришло осознание, что его центральная панель снята, хоть он и не мог этого видеть, а скин отсутствует. «Голый» — всплыла ассоциация, но тут же утекла через висок куда-то во внешнее хранилище. Он слушал разговоры о собственном состоянии, анализируя геометрию помещения, архитектурные нюансы и использованные материалы — любые доступные данные, пока его не отключили.
Когда KD6-3.7 в следующий раз был активирован, в его память уже были загружены данные о его миссии. После короткой самодиагностики — теперь он был собран целиком и представлял собой законченный проект, — KD6-3.7 быстро прогнал через процессор терабайты новой информации, задержавшись на личном деле человека, которого он должен будет сопровождать.
Доктор Райланд Грейс, ученый в области молекулярной биологии, учитель естествознания в средней школе. Вместе с досье подгрузились медиафайлы — записи со старых конференций, официальные фотографии и несколько личных снимков. Дольше всего KD6-3.7 обрабатывал видеозапись с систем видеонаблюдения супермаркета, где произошел инцидент, вследствие которого было принято решение приставить андроида к человеку.
KD6-3.7 проиграл видеозапись несколько раз, останавливая и приближая определенные моменты.
Момент где Райланд Грейс и другой человек, которого он идентифицировал как Карла Саммерса, работника службы безопасности, входят в поле видимости камеры: Карл Саммерс тянет полную тележку на передний край, Райланд Грейс стоит на перекладине ее задней части, позволяя катить себя вместе с тележкой.
Момент, когда Райланд Грейс говорит что-то, по всей видимости, смешное, из-за чего Карл Саммерс оборачивается, и только благодаря этому успевает заметить нападающего с ножом.
Момент, где тележка делает полный проворот вместе с Райландом Грейсом, посланная в сторону сильным толчком. Нож, который предназначался для него, встречается с предплечьем телохранителя, но KD6-3.7 приближает другой момент. Тележка откатывается назад, с силой врезаясь в стеллаж, спина Райланда Грейса сталкивается с ним, и от столкновения на пол падают коробки и упаковки. Качество видеозаписи страдает при приближении, но даже так KD6-3.7 может заметить, как боль от удара на лице человека сменяется смятением, шоком, осознанием и ужасом. Застыв, человек даже не поправляет съехавшие от столкновения и теперь криво висящие на его лице очки, и на тысячную долю мгновения от кончиков пальцев андроида приходит странный сигнал, слишком неважный, чтобы как-то его интерпретировать. Весь его интерфейс был занят тем, что регистрировал самое важное — смыслом существования и главной задачей KD6-3.7 было предотвращение повторения подобных ситуаций.
Досье исчезло, сворачиваясь, и KD6-3.7 переключил внимание на человека перед собой. Выражение лица инженера, отслеживавшего отображаюшиеся логи на компьютере, было определено как довольное.
— Все тесты пройдены успешно, он готов к эксплуатации, — произнес он кому-то по рации, а затем подошел ближе.
Инженер отсоединил кабель от разъема в виске, и странное ощущение того, как его «мозг» утекает, прошло. KD6-3.7 моргнул, повернул голову следом за человеком, но тот ввел какую-то команду в компьютер, и все снова исчезло.
Третья активация производится уже не для диагностики. Как только все системы загружаются, KD6-3.7 анализирует свое местоположение и приходит к выводу, что его транспортировали на место эксплуатации. Инженер, производивший его активацию, быстро просматривает данные в планшете, командой выводит его из транспортировочного бокса, в котором его сюда привезли, и передает планшет женщине.
Ева Стратт, руководитель исследовательской группы ООН, руководитель проекта «Аве Мария», непосредственный начальник доктора Райланда Грейса.
— Следуй за мной, — приказывает она после нескольких мгновений пристального изучения.
KD6-3.7 заводят в небольшой кабинет и оставляют ждать там. Андроид мельком сканирует обстановку, не находя здесь ничего интересного, разве что кроме небольшого зеркала, висящего на шкафу. Он шагает ближе, анализируя свое отражение. Он знал, что должен будет выглядеть как доктор Райланд Грейс, но еще ни разу не видел себя со стороны после полной сборки. Сразу отмечает несколько неточностей: длина волос и их цвет не совпадают с образцом, но в итоге андроид определяет эту длину как более эффективную. Отсутствие логичной причины менять цвет волос на мгновение приводит к тому, что диод мигает желтым, но у KD6-3.7 недостаточно данных для анализа. Он отворачивается от зеркала и возвращается к ожиданию.
Спустя двадцать семь минут снаружи раздаются голоса и дверь главного офиса открывается. KD6-3.7 сразу же идентифицирует голос своего будущего хозяина. Судя по его разговору с Евой Стратт, он не особо доволен перспективой быть сопровождаемым андроидом, но KD6-3.7 к этому готов. У него есть знания о том, что люди чаще всего настроены к андроидам не самым положительным образом, и есть варианты решения кризисных ситуаций. Он может справиться с тем, что человек будет настроен к нему враждебно, его главной задачей является обеспечение его безопасности.
По внутренней сети приходит сигнал вызова, и KD6-3.7 заходит в офис.
Список неточностей во внешности тут же пополняется новыми пунктами: темные круги под глазами, шероховатая поверхность кожи губ, румянец на щеках и скулах человека, все это не было воспроизведено на его скине и вызывает ряд некритичных ошибок в логической цепочке. Он также отмечает у человека учащение сердцебиения, расширение зрачков и неровное дыхание, что указывает на повышение уровня стресса, поэтому лучшим решением кажется просто замереть и дать человеку к нему привыкнуть. И судя по всем признакам, это верная стратегия. Человек даже первым инициирует контакт, снова вызвав каскад ошибок в прогнозировании. KD6-3.7 анализирует его поведение и приходит к выводу, что человек не против андроидов в целом, его смущает сама идея о необходимости телохранителя. Сделав пометку действовать более тонко исходя из травматичного опыта доктора Грейса, андроид отвечает на рукопожатие.
Сенсоры и датчики тут же посылают волну информации о текстуре, плотности и температуре чужого тела, и андроид мгновенно подстраивается, повышая собственную на несколько десятых градуса.
Затем случаются сразу несколько вещей. Первая, но не по важности — KD6-3.7 обретает имя. «Кей». Оно фиксируется и принимается системой как должное, но алгоритмы по какой-то причине продолжают прокручивать именно тот момент, когда человек произносит его, фоном, позади всех остальных задач, даже когда разговор заходит дальше, словно что-то в этих нескольких секундах должно отдельно привлечь внимание андроида, но он не знает, что именно. Алгоритмы продолжают фоново раскладывать на микродетали тон голоса, выражение лица и движение губ в этот момент, когда происходит вторая вещь.
Человек смеется.
KD6- Кей снова переживает каскад ошибок — он ведь не сказал ничего смешного? Но доктор Райланд- Грейс находит что-то в его словах весёлым, и пока Кей пытается проанализировать, что именно, его алгоритмы на мгновение запинаются, воспроизводя эту короткую усмешку снова и снова.
Из этого цикла его выводит Ева Стратт. Она впечатывает планшет в грудь человека грубее, чем необходимо, и алгоритмы незамедлительно реагируют на то, как Грейс пошатывается и едва заметно морщится. Никакой прямой угрозы нет, к тому же Ева Стратт находится в списке исключений — у андроида нет разрешения применять какие-либо действия в ее сторону, но сигналы дискомфорта, которые демонстрирует человек, требуют реакции. Невозможность отреагировать снова приводит к системным ошибкам, которые на этот раз приходится проигнорировать.
В итоге Кей молча сопровождает доктора Грейса в его лабораторию. Дальше снова происходят несколько вещей. Грейс, очевидно, чувствуя себя некомфортно от того, что он просто стоит в углу, просит андроида присесть в кресло, и Кею приходится на ходу переписать несколько своих протоколов поведения. У него есть полный и развернутый психоанализ этого человека, но даже он не готовит андроида к тому, как человек к нему относится уже с самого начала. Грейс ведет себя с ним так, словно считает за человека, не испытывая ни капли враждебности, и даже первоначальная настороженность уже через полчаса исчезает. В лаборатории Грейс утыкается в планшет, и Кей, ожидавший выполнения тестовых команд, снова натыкается на ошибки, когда человек начинает заваливать его вопросами по мере прочтения файлов. Десятки самых разных вопросов технического плана о его устройстве, алгоритмах, возможностях, биокомпонентах… Андроид отвечает на каждый по мере доступности информации, но на самом деле все выглядит совсем не так, как он каталогизирует. На самом деле это выглядит так:
— То есть ты можешь развить скорость до восьмидесяти километров в час по прямой местности? — с необъяснимым восхищением спрашивает Грейс, отрываясь от планшета, и Кей кивает в подтверждение.
Человек кивает в ответ, восторженно бормочет что-то под нос и снова утыкается в планшет.
— Серьёзно, ты можешь выполнять до половины экзафлопса операций в секунду?.. — Грейс смотрит на него, приоткрыв рот.
Кей снова кивает, не уточняя, что большая часть этих операций сейчас сосредоточены на этом человеке.
Потому что Грейс и так со свистом выдыхает, возвращаясь к документации.
Андроид уже подтвердил для себя наличие некоторых проблем с самооценкой у человека, которые описывались в базовом психоанализе. Он еще не выявил причины, но поставил для себя задачу быть как можно осторожнее в высказываниях и озвучивании фактов о себе. Меньше всего ему было нужно, чтобы человек пришел к нелогичному выводу, что Кей — это улучшенная версия его самого, и сменил отношение на негативное.
— О, я дошел до момента со стилистическими решениями, — Грейс откладывает планшет, негромко посмеиваясь, и откидывается в компьютерном кресле. — Они решили, что полное совпадение внешности будет негативно влиять на мою психику, поэтому сделали тебе другую прическу.
Грейс крутится в кресле, чтобы посмотреть на него. Кей знает, что от него ожидается какая-то реакция, но почему-то практически все его процессы заняты обработкой визуальных и аудио-данных. Тихий смех, небольшие морщины в уголках глаз, сокращение и расширение зрачков, блеск голубых радужек — все это каталогизируется и раскладывается в его памяти.
— Что ж, это определённо помогло моей психике справиться с появлением моего клона. Огромное спасибо ребятам, — Грейс снова смеется, но Кей регистрирует сарказм в его словах.
— Это настолько сильно доставляет вам дискомфорт? — аккуратно уточняет он, впервые решившись задать ему вопрос.
Грейс поворачивается к нему снова, его брови удивленно вздернуты, но Кей не находит раздражения в его выражении лица.
— Было бы странно, если бы это не доставляло мне никакого дискомфорта. К сожалению, мое эго не настолько огромное, чтобы наслаждаться этим, — брови человека сходятся у переносицы, и Кей фиксирует у себя повышение температуры центрального процессора. — Но в твою сторону у меня нет абсолютно никаких претензий. Это просто… Твоя работа, я полагаю.
Кей кивает, сворачивая каскад предупреждений, зависших поверх системы.
— Если это облегчит проблему, я могу носить медицинскую маску, — предлагает он, фиксируя реакцию человека.
Человек снова смеется.
— Ох, нет, нет. Все не настолько плохо. Мне просто нужно немного времени, чтобы привыкнуть.
Грейс смотрит на него с мягкой улыбкой. В какой-то момент он стянул очки вниз, и сейчас они держатся на одном ухе, вместо того, чтобы быть на переносице, как положено.
Кончики пальцев Кея на мгновение подрагивают, посылая какой-то сигнал, но все его процессы снова слишком заняты обработкой визуальных и аудио-данных, чтобы зарегистрировать его.