Work Text:
— Он очнулся, ваше высочество.
Мейкар вздрогнул. Смысл сказанного не сразу уложился в сознании. Все эти дни он ждал подобных слов, но готовился совсем к иным. Мейкар тяжело вздохнул и поднялся с места, книга, над которой он сидел несколько дней, так и осталась открытой на той странице, где оставил ее Бейлор.
— Идем, — велел Мейкар, стараясь, чтобы голос звучал твердо.
Мейстер кивнул, однако по его взволнованному лицу Мейкар понял, что что-то не так. Мейстер не заставил себя ждать.
— Есть один момент, — начал он. — Его высочество хочет видеть своего супруга.
Мейкар непонимающе на него посмотрел.
— Он зовет жену? Так я объясню ему, что Джена в Королевской Гавани, мы отправим за ней конвой…
— Он не сказал «жена», он сказал «супруг».
Мейкар нахмурился еще сильнее и быстрым шагом двинулся в покои брата, благо сам он расположился буквально в соседних комнатах. Каждый раз, когда он появлялся здесь, сердце замирало. Невольно Мейкар пытался вспомнить тот роковой удар, однако память подводила. Мейкар сам не понимал, оказали ли ему боги милость или же наказали.
Бейлор как обычно лежал в постели — бледный, исхудавший, похожий на труп куда больше, нежели на живого человека. Грудь его тяжело вздымалась. Однако сегодня глаза были открыты. Стоило Мейкару войти, и Бейлор слегка повернул к нему голову, едва заметная улыбка мелькнула на губах. Мейкар почувствовал, как слезы начинают жечь глаза, а к горлу подкатил противный ком. Осторожно, словно боясь развеять сон, он подошел к кровати брата и присел на самый край. Бейлор потянулся к нему слабой рукой, Мейкар перехватил ее и прижался губами. Предательские слезы все же покатились из глаз.
— Ты здесь… — слабым голосом произнес Бейлор. — Мой брат, моя любовь, мой муж…
Мейкар замер, удивленно на него посмотрев. За спиной хлопнула дверь, и раздалось радостное: «Отец!». Мейкар понял, что комнату наполняют люди, и тихие слова Бейлора слышали все, начиная мейстером и заканчивая его сыном.
***
— Да как такое вообще может быть?!
Валарр мерял шагами комнату, за сегодняшнее утро он произнес эту фразу уже раз сто и все равно продолжал повторять. Мейкар пребывал в не меньшем смятении, но пытался не подавать виду. И только Дейрону было все равно, пока у него не пытались отобрать кувшин с вином. Он меланхолично переводил взгляд с Валарра на Мейкара, похоже, его ситуация забавляла.
— Твой отец получил серьезный удар по голове, — сказал Мейкар, чувствуя, как слова отзываются болью в душе, ведь этот удар нанес брату он. — Я видел, что бывает с людьми после подобных травм. Одни начисто лишаются разума, другие не могут произнести самых простых слов, третьи забывают себя. Насколько я могу судить, с Бейлором все не настолько плохо. Он здраво мыслит, рассуждает, даже кое-что цитировал из своих любимых книг. Он просто…
— Считает тебя своей женой, — недовольно выпалил Валарр.
— Мужем, — поправил Мейкар.
— Какая разница! Ты не спешишь его в этом разуверить.
Мейкар тяжело вздохнул. Нет, он, конечно, понимал, что Валарру обидно за свою мать, и все же это его раздражало. Что такое глупые мысли в сравнении с жизнью?
— Твой отец еще слишком слаб, — сказал он. — И телом, и душой. Не стоит лишний раз его тревожить. Думаю, пройдет время, и он сам все поймет.
Валарр рухнул в кресло, напряженно потеребил манжет дублета.
— Нет, я все равно не понимаю, как… Ну, то есть ладно, он принял братскую любовь за нечто большее. Я даже не буду говорить, что вы оба мужчины, такое тоже случается. Но брак! Это же в принципе невозможно.
— Доктрина уникальности, — пожал плечами Мейкар.
— Чего?
— Доктрина уникальности Джейхейриса Первого, — пояснил Мейкар. — Где он утвердил уникальное право Таргариенов на брак между братьями и сестрами.
— Подразумевается, что братья женятся на сестрах, — с сомнением сказал Валарр.
— Подразумевается, — кивнул Мейкар. — Но формулировка размыта, так что при желании можно рассматривать и как возможность брака двух братьев.
— Надеюсь, отец скоро придет в себя, — вздохнул Валарр.
— Да… Я тоже…
***
Бейлор полусидел, откинувшись на ворохе подушек. Выглядел он все еще ужасно: щеки впали, кожа посерела, седины в волосах и бороде, кажется, прибавилось. Однако теперь он уже не походил на умирающего. Мейкар осторожно зачерпнул ложку жидкой похлебки, подул, чтобы Бейлор не обжегся о горячее, и поднес к его губам. Бейлор слабо проглотил, Мейкар вытер его подбородок, на котором остались капли похлебки. Бейлор вдруг улыбнулся.
— Вот уж не думал, что окажусь героем одной из этих глупых историй, — сказал он.
— Каких историй?
— Где жена бьет мужа по голове скалкой.
Мейкар не выдержал и фыркнул. Ему подобные сценки, которые обычно показывали скоморохи, никогда не казались смешными, а теперь и не покажутся. Он скормил Бейлору еще одну ложку.
— Почему так вышло? — спросил Бейлор, наморщив лоб.
— А ты не помнишь?
— Последние дни, как в тумане. Я хорошо помню турнир, а потом… Был суд Семерых… Странно, что о нем кто-то вспомнил.
— Эйрион вспомнил.
— Наш сын всегда был умным мальчиком, — улыбнулся Бейлор. — Хоть и взбалмошным. С ним все в порядке?
— Встанет на ноги раньше тебя.
Бейлор потянулся и коснулся щеки Мейкара.
— Мне так повезло, что рядом ты.
Мейкар лишь поджал губы. Не будь его рядом, не случилось бы того страшного удара.
— У меня ведь трое братьев, — продолжил Бейлор. — Но мне достался именно ты.
В его голосе звучала такая нежность, что не приходилось сомневаться — для него это не наказание, а награда. Бейлор привлек Мейкара к себе, едва ощутимо коснулся губами губ в легком поцелуе.
— Кто-то может войти, — негромко сказал Мейкар.
— И что с того? Я ведь целую законного супруга.
Мейкар отстранился, неловко поправил собственный воротник.
— Давай уже доедай свою похлебку, муженек. Тебе надо набираться сил. А потом я подровняю тебе бороду…
***
— А если он захочет тебя трахнуть?
Мейкар поднял взгляд на сидевшего напротив Дейрона. Тот уже явно не был трезв, впрочем, Мейкар и не помнил, когда он вообще бывал трезвым. Валарр рядом с Дейроном поперхнулся вином и закашлялся.
— Дейрон! — осуждающе выпалил он.
— Я просто спрашиваю. Вот что ты будешь делать, отец, если дядя Бейлор потребует от тебя исполнения супружеского долга?
— Он еще слаб даже для подобных мыслей, — покачал головой Мейкар. — Не говоря уже о чем-то большем.
— А если он подумает об этом, когда окрепнет?
— Хочется верить, к тому времени окрепнет и его разум.
Дейрон пожал плечами, осушил кубок и тут же наполнил снова.
— Надеюсь, он не начнет продвигать свою доктрину уникальности и дальше, — сказал он. — Я не хочу замуж за Эйриона.
— Никто не станет женить тебя на Эйрионе, — фыркнул Мейкар. — Если, сам, конечно, не пожелаешь.
— Лучше сразу в Королевскую Гвардию.
Валарр рядом с ним хохотнул.
— Тебя не возьмут в гвардейцы. Если так не хочешь жениться — твой выбор Стена.
— На Стене холодно.
— Септа?
— Там не дают вина.
— Цитадель?
— Там уже Эймон. О! Я придумал, давай я выйду за тебя!
— У меня уже есть жена!
— Но мужа-то нет!
Дейрон потряс Валарра за плечи, а тот попытался отстраниться, но Дейрон держал крепко. Мейкар не сдержал улыбки, наблюдая за перепалкой сына и племянника. Когда-то в юности он сам вот так шутил со своими братьями и дядюшками. Возможно, один из таких разговоров и вспомнил Бейлор, придя в сознание.
***
Они прогуливались по саду Эшфорда. Бейлор двигался медленно, одной рукой держась за Мейкара, другой опираясь на трость. Он был еще очень слаб, но мейстер утверждал, что недолгие прогулки на свежем воздухе пойдут ему на пользу.
— Мы начали собираться к отбытию, — сказал Мейкар. — Думаю, ты достаточно окреп, чтобы перебраться в Летний Замок.
— Я люблю Летний Замок, — кивнул Бейлор. — Хотя и Красный замок тоже люблю.
— Тебе лучше не появляться при дворе в таком виде, — заметил Мейкар.
— Как скажешь, дорогой муж.
Он остановился, чтоб отдышаться. Мейкар махнул рукой, и им тут же поднесли плетеные кресла. Мейкар усадил Бейлора и устроился рядом. В Эшфорде было неплохо, но он с огромным удовольствием вернется домой — туда, где все свое и все свои. Бейлор вдохнул полной грудью.
— Пахнет яблоками, — заметил он. — Помнишь ту огромную яблоню в королевском саду? Самые вкусные яблоки росли на вершине, и ты постоянно доставал мне их оттуда. Под этой яблоней я поклялся всегда тебя любить.
Он обернулся и мазнул большим пальцем по лбу Мейкара, как делают во время свадьбы по валирийскому обычаю.
— Я ведь едва не нарушил клятву.
Мейкар стиснул кулак.
— Это моя вина…
Бейлор не дал ему договорить, подался навстречу и коснулся губами его губ. Мейкар прикрыл глаза, позволяя поцеловать себя, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не ответить со всем жаром, на какой был способен.
— На нас смотрят, — прошептал он, когда Бейлор отстранился.
— У меня голова расколота, мне простительно, — усмехнулся Бейлор.
В его взгляде замелькали озорные искорки, какие Мейкар наблюдал всего пару раз в жизни. Например, в тот день, когда Бейлор привел его под яблоню.
— Я тебя убью, — едва слышно прошипел он.
— Ты уже пытался и не преуспел, — лукаво ответил Бейлор. — Придется терпеть меня и дальше. — Он откинулся в кресле. — Говоришь, мы уезжаем в Летний Замок? Это хорошо. Думаю, там мне и правда станет легче. Месяца через два…
Он вновь устремил взгляд на сад, а Мейкар только и мог, что зло раздувать ноздри. Впрочем, у него никогда не получалось долго злиться на брата и мужа.