Work Text:
Последним из того, что запомнилось Профессору, прежде чем тот отключился, был слепящий глаза белый снег.
В объятиях смерти он чувствовал себя безмятежно. Ему всегда было интересно, что же ждёт всех на той стороне – если там, конечно, что-то и было. Но у судьбы были на него другие планы. Через какое-то время он уже не лежал на земле. Его тело словно парило в воздухе.
Профессор немного повозился. Человек, чьи руки подняли его, был сильным и тёплым – как раз то, что было нужно в этом страшном морозе. Он почувствовал что-то такое знакомое, родное, что решил лучше не задавать лишних вопросов. Он даже и не подумал о том, что надо было бы попробовать из последних сил отправить сигнал о помощи Скотту и Ороро. Почувствовав себя в безопасности, он наконец расслабился. Всё-таки это всё было так знакомо.
В жизни Чарльза было всего несколько человек – а может даже и один – кому он мог бы полностью довериться, в чьём присутствии он мог бы чувствовать себя так спокойно. Может, он и правда умер, потому как эта иллюзия была слишком идеальной для того, чтобы быть реальной.
Вздох…
Глаза налились темнотой, и он растворился в тепле, исходящем от тела несущего его человека.
----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Очнулся он уже на кровати. Чарльз медленно приподнялся на локтях, пытаясь вспомнить, как он тут оказался. Никаких сомнений, его точно похитили, хоть и похититель оказался доброжелателем. Профессор опустил голову – вместо той одежды, которая была на нём раньше, он лежал в халате, укрытый поверх одеялами. Мягко, тепло, и дверь в комнату прикрыта, словно его похититель позаботился о том, чтобы тепло из комнаты не вытянуло через проём.
– Здравствуй, – Ксавье мысленно отправил сигнал через всю башню. Разум его похитителя был скрыт от телепатии, без шанса достучаться. – Я не знаю, кто ты, но спасибо, что спас меня.
Ответа не последовало. Профессор решил осмотреть комнату повнимательнее: рядом с дверью стояла сложенная инвалидная коляска. Но она была слишком далеко, чтобы дотянуться. Справа в воздухе висел поднос, на котором стоял похоже, что чайник и чашка, а также несколько тарелок с едой и хлеб. Несмотря на ситуацию, тут было очень даже уютно. Так хорошо его ещё не похищали.
Похитили или всё-таки спасли? Всего и понемногу.
От чая Профессор всё же не отказался бы. Опасность вроде как миновала, и хоть Чарльз часто попадал в ситуацию «бей или беги» - а чаще приходилось именно бить – чувство тревоги так и не проснулось в нём. Возможно, он просто ещё недостаточно согрелся, чтобы размышлять здраво, и как только он придёт в себя, то захочет поскорее сбежать отсюда. И всё же ситуация казалась знакомой. Только что же в ней такого было?
– Очень мило с твоей стороны было оставить мне еду, – добавил Ксавье. То, что он не ощущал разума похитителя, ещё не означало, что никого ту нет. Может, его слышат. – Только вот мне до подноса не дотянуться.
Не успел Чарльз и закончить мысль, как поднос сам подлетел к нему. Словно по команде самого телепата. Но ведь это невозможно, да? Поднос подлетел – может, его похититель управлял металлом, и всё слышал? Как бы то ни было–
– Ближе, – отдал команду Профессор. Поднос, к его удивлению и разочарованию, подлетел поближе. Поднос, которым можно управлять силой мысли. Похититель Чарльза точно хорошо его знал: инвалидная коляска в углу комнаты и поднос, который можно было притянуть к себе силой мысли. Ситуация сама по себе наводила тревожные мысли, но страха телепат не ощущал. Может, дело в том, что его сложно уже было удивить такими трюками. Он протянул руки к чайнику и чашке, чтобы налить себе попить, и тут же комнату заполнил аромат зелёного чая. Очередное доказательство тому, что этот кто-то знал Чарльза, потому как всего несколько человек во всём мире знали о его предпочтениях в чае. Несколько ребят из команды Людей Икс. Кто-то из его бывших пассий. А ещё –
Профессор не испытал страха и в тот момент, когда его несли сюда на руках. Чувство чего-то родного заставило его забыть о всех его переживаниях, ровно, как и сейчас. Но быть того не может?
Услышав постепенно приближающиеся шаги, напряжённый взгляд Ксавье мгновенно переместился на дверь комнаты. В башне всё это время кто-то был. Как и предполагал Профессор – его разум был неподвластен силе телепатии. Пальцы со всей силой, какая только осталась в истощённом теле, впились в ручку чашки. Затаив дыхание Чарльз смотрел словно заворожённый, как дверная ручка проворачивалась и – это был он. Сколько прошло времени с последнего их расставания, когда он бросил Чарльза на произвол судьбы? Как долго мучила его совесть, что он ничего не сделал, не вмешался раньше, не спас его?
– Хорошо, что ты проснулся, – сказал Эрик, держа в руках ещё один поднос с едой. – Я уже начал переживать, что ты так долго спишь.
– Эрик, – с облегчением выдохнул Ксавье. Ему точно чудится. Это всё ему снится, это просто сон. – Я умер?
– Нет, но ты очень старался. Поздравляю, у тебя почти вышло, – ответил Магнето, переставляя тарелки на свободные места на подносе. – О чём ты только думал?
– Я не… – Чарльз взглянул на поднос. Тыквенный суп, от которого до сих пор шёл тёплый пар. Похоже, что Эрик только что его приготовил. – Спасибо за еду. Я не собирался умирать.
– А, ну прости. Точно, кому бы не хотелось сходить прогуляться в дичайшую снежную бурю? Тебе, наверное, не терпелось взглянуть на местные достопримечательности, да?
–Я тут вообще-то с возможным переохлаждением лежу. Можно и повежливее тон, – спокойно ответил Чарльз.
–А кто тебя, по-твоему, выходил? – огрызнулся Эрик. Не услышав ответа, он вздохнул, а затем присел на краю кровати около ног Профессора. – Я же… переживаю.
Звучало как попытка извиниться, если он вообще умел извиняться. Чарльз взял миску с супом и начал есть, мысленно наслаждаясь теплом, разливающимся по телу. Там в снегу он и правда думал, что это был его конец, но теперь, находясь в тепле и уюте, уходить на тот свет совсем не хотелось. Тем более, что теперь он был не один. Вместе с ним в комнате был тот, кого все считали умершим. Чарльз тоже так думал. И не потому, что верил всем доказательствам, просто–
Так было проще думать. Было не так больно. Чарльзу проще было не думать о том, что Эрика не было рядом – легче было просыпаться каждый день и делать вид, что он ни по кому страшно не тоскует.
Поначалу мысль о том, что Леншерр на самом деле не умер, успокаивала. Их связь не прервалась, хотя он и искренне тогда верил, что они никогда больше не увидятся. Профессор и не осознавал, что он пытался ухватиться за хоть толику надежды. Затем душевное спокойствие по чуть-чуть сменилось на обиду. Всё пошло наперекосяк. Эрика не было рядом. Он сам решил уйти.
– Со мной всё в порядке, – начал телепат, посмотрев на мужчину. – Я правда не собирался умирать. Мне надо было кое-что проверить. Я и не думал, что машина так быстро выйдет из строя. Она застряла. И вот.
Магнето одобрительно хмыкнул.
– Рад, что ты на самом деле не дурак.
Чарльз хмыкнул в ответ. Разум мужчины не было слышно, он был скрыт от телепатии. Чувствовалось, что он тут – их едва осязаемая связь давала понять, что Эрик здесь, но узнать, что же он замышлял, не получалось.
– Почему ты здесь? – наконец спросил Профессор. – Как ты нашёл меня?
– Я в бегах, – Дальнейших пояснений не последовало. Удивительно, как же сильно хотелось прочитать его мысли, хоть он сейчас и никак не мог. – Найти тебя было несложно.
– Ты просто случайно гулял неподалёку, да?
Эрик строго посмотрел на него в ответ. И тут он осознал, как же сильно скучал по этому взгляду.
– Это я должен тебя спрашивать, почему ты тут. Это моя база.
– Больше на коттедж похоже.
Мужчина посмеялся.
– Ладно. Это одна из баз.
Леншерр потянулся, чтобы и себе налить чаю, как будто у них тут обычная светская беседа. Пальцы аккуратно держали кружку, пока чайник сам наливал в неё чай. Чарльз снова взглянул на Эрика. Волосы стали длиннее. Невозможно больше терпеть. Как же хочется пригладить их, зарыться пальцами в эти локоны и поиграть с кудряшками.
– Так вот, найти тебя было несложно. – Сделав глоток, Эрик, словно в укор, добавил, – Ты не оборвал нашу связь.
Сказал так, будто поймал Чарльза с поличным. Словно это был какой-то допрос. Профессор тут же отложил ложку.
– Нет, не оборвал.
Объяснять ничего не хотелось. А что, разве надо было разрывать?
До Леншерра дошло, что дальше объяснений не последует. Чарльз не поддастся под его испытывающим взглядом.
– Ну что ж, – сказал Эрик, кивнув в сторону двери. – Я почувствовал твой разум. Ты был слишком слаб, а потом упал в обморок. Кто знает, что было бы, если бы я тебя не нашёл?
– Спасибо, что спас меня.
– Что-то ты не особо благодарен.
Магнето прав. Он слишком сухо ответил. Чарльз обязан ему жизнью – он ведь и правда мог умереть там. Его раздражала эта заботливая, чуткая сторона Леншерра, она играла ему на нервы. Почему нельзя быть всегда таким хорошим? Для всего остального мира он готов лишь показать свою худшую сторону.
– Спасибо, я перед тобой в долгу. – повторил Ксавье, в этот раз с большей благодарностью в голосе.
Мужчина неожиданно для Чарльза рассмеялся. Этот смех, едва заметные морщинки возле глаз. Невозможно оторвать глаз.
– Мы друг перед другом никогда не будем в долгу, Чарльз, – ответил Эрик. Затем он слегка наклонился, чтобы приложить ладонь на лоб. Тепло. – Похоже, что ты уже почти отогрелся.
– Мне очень тепло, – Чарльз отнял руку от своего лба, стараясь не поддаться желанию переплести пальцы и притянуть Леншерра ближе. – Но мне уже пора.
– А мозги видимо в край отмёрзли, если ты считаешь, что я тебя куда-то сейчас отпущу, – серьёзно сказал Леншерр. – Прошло, сколько? Два часа, как я тебя сюда притащил? Ты останешься здесь, пока полностью не поправишься.
– Мои Люди Икс… Я должен убедиться, что с ними всё хорошо.
Эрик слегка отодвинулся от него, закидывая ногу на ногу.
– Ну так давай. Свяжись с ними.
– …Сейчас? – спрашивать: “При тебе?”, не стал.
– Дай им знать, что ты в безопасности. – повёл плечами Леншерр, – Можешь даже сказать, с кем ты тут. Если они, как и ты, в опасности, то могут прийти сюда, пока буря не закончится. Не хотелось бы, чтобы они так встретили свою смерть.
И снова эта непринуждённая доброта, которая злила Чарльза. Он правда думает, что всё так просто? Что Люди Икс спокойно примут его приглашение, что их мир не перевернётся с ног на голову после того, как они узнают о правде, что он никогда не умирал? Он правда думает, что они примут тот факт, что их Профессор всегда знал, что Магнето не умер – что если бы он на самом деле умер, то всё было бы совсем по-другому?
– Чарльз, что такое?
– Нет, так не пойдёт. Я потом их найду.
– Потом. – повторил за ним Эрик. – Ты же знаешь, что ты мне не соврать?
– Зато мне видимо врать можно. – язвительно ответил Ксавье. – Когда я тебя видел в последний раз? Ты заставил меня думать, что ты правда умер.
– А, так вот в чём дело?
– А в чём ещё может быть?
– Во всём остальном. – сказал он, взяв кусочек тоста. Такой лёгкий жест по сравнению с их тяжёлым разговором. Нож сам намазывал масло на хлеб, а Леншерр продолжил, – Ты знал, что я не умер. Ты так же это чувствовал, как и я чувствовал тебя в буре. Ты не разорвал связь.
Магнето протянул ему другой кусок тоста. Профессор взял его, сказав перед этим «спасибо», и вернулся к теме разговора.
– Но ты не вернулся. Ты бросил меня там. – сказал Чарльз, замакивая остатки супа тостом. Чёрт, как же вкусно. – Ты только делаешь вид, что переживаешь за меня, волнуешься, ты– ты спас мне жизнь, но где ты был раньше, когда был мне нужен?
– Я–
– Тебе когда-нибудь простреливали голову? Нет, наверное– ты ведь можешь легко отвести от себя пулю, стоит только захотеть. Где ты был тогда?
– Чарльз, это нечестно–
– Ах да, извините. Мне не терпелось узнать – какого это умереть от пули в мозгах. Очень хотелось опробовать на себе такой опыт.
– Чарльз, – снова попытался перебить его Леншерр. Он так сказал его имя – и больше не хотелось ругаться. Чарльз всё же перегнул палку. – Я не знал.
Хотелось ответить: “Потому что тебе плевать было”. Но не стал. Ксавье чувствовал, что он словно был хищником, готовым наброситься на Эрика и разорвать его на части, чтобы добраться до самых костей: найти внутри Эрика, которого он знает и любит, а не того, сбившегося с пути. Не того, с которым он разлучился, но не из-за его смерти, а потому, что того просто не было рядом.
– Ну да, – решился ответить Чарльз, – Ты не знал.
–Прости.
Ему бы следовало тоже извиниться за то, что накричал на Эрика, учитывая, что он сейчас лежит в его кровати, одетый в его халат, и ест его еду, а не лежит там мёртвый в сугробах. Он никогда не извинялся перед Эриком словами – проще было показать ему мысленно всю ту глубину чувств, что он переживал. Боже, как же хотелось, чтобы Эрик снова открыл ему свой разум, чтобы как раньше. Они бы сейчас тогда не ссорились.
– Ничего страшного. – сказал телепат, правда скорее, чтобы успокоить себя. – Нечестно кричать на тебя за это.
– Мне не было всё равно, – сказал Эрик и налил ещё чаю Чарльзу в кружку, хотя тот и не просил. – Совсем наоборот.
– М? Ты волновался?
Магнето грустно улыбнулся в ответ.
– У нас с тобой разные дороги, Чарльз. Кто-то должен делать те вещи, на которые ты и твои Люди Икс не готовы пойти. Кто-то должен помочь твоей мечте стать реальностью. И если ради этого нужно идти на крайние меры, которые ты никогда не одобришь, то так тому и быть.
Дело не в том, одобрит ли он его методы в их общей борьбе или нет. Дело в этой непреступной стене между ними, которой вообще не должно быть. Он и так уже многие годы прожил без Эрика, получая от него лишь письма, читая о нём в газетах, и изредка случайно встречаясь с ним. Этого всегда было мало. Он мог врать себе сколько угодно, мог врать Эрику, но то, что было больнее всего – быть вдалеке друг от друга.
– Не строй из себя героя, – пробубнил Чарльз, отпивая немного чая, – Я просто хочу, чтобы ты вернулся домой.
– Героя? – переспросил Леншерр, снова посмеиваясь, – Ты себя давно в зеркале видел?
– Это ты на что сейчас намекаешь–
Эрик остановил его.
– Я вернусь. Но не сейчас.
–Ты мог бы вернуться со мной вместе, – предложил телепат. – Проводи меня до самолёта, вернись со мной назад домой.
Леншерр даже не стал думать об этом. Он вежливо улыбнулся ему, и продолжил молча пить чай.
Самое худшее так это то, что сколько бы они ни ругались, в глазах Чарльза он всё прежний. Даже сейчас, после всего того, что они друг другу наговорили, после того, что он не сказал – единственное, чего хочется, так это обнять Эрика покрепче, провести рукой по его волосам, поцеловать его в лоб. Уснуть так с ним в объятиях, будто они опять молоды.
После пары минут тишины захотелось спросить:
– А где моя одежда?
Эрик снова удивлённо на него посмотрел. Напряжение сошло на нет.
– Ты только сейчас решил спросить?
– Ну мне сейчас в целом и без неё удобно, – сказал Чарльз, пытаясь натянуть честную улыбку. Эрик снова посмеялся, покачав головой.
– Ясное дело. Ты и правда миленько смотришься в халате, – ответил Леншерр. – Я постирал твои вещи. И даже погладил, чтобы совсем потом не окочурился. Я не смогу тебя задержать на подольше, да?
– Мне нужно вернуться к моим ученикам, – произнёс телепат, надеясь, что Эрик не начнёт снова с ним ругаться. – Нам пора домой. Если–
Он протянул руку к Эрику. Эрик тут же нежно взял её. Его касание куда теплее одеял и халата.
– Если хочешь, я подготовлю для тебя комнату дома, – предложил Чарльз. Это уже вошло в привычку – спрашивать, дать понять, что нет ни минуты в жизни Чарльза, когда бы он не был готов принять Эрика к себе домой. Кто-то однажды сказал, что безумие – это точное повторение одного и того же действия раз за разом в надежде на изменение. Чарльз сейчас понимал как никто другой.
– В другой раз, – сказал Леншерр, вставая с кровати. Телепат начал считать последние секунды. У них было так мало времени вдвоём, и всё, на что он их потратил – были разбирательства. – Я сейчас вернусь, схожу за твоими вещами.
Как Чарльз после этого сможет вернуться к Людям Икс? Он ни о чём больше не сможет думать. Сердце будет рваться назад, сюда, чтобы скрыться от снежной бури в этой теплой башне, о которой больше никто в этом мире не знает. Проще, когда Эрик сам уходит, когда он грубит ему, когда он обрывает с Чарльзом связь, потому что сам Ксавье никогда не сможет уйти.
Он так добр. Нежен. То, что Эрик на самом деле никогда не сможет отвернуться от Чарльза в нужный час, а он постоянно нужен ему. Он ведь поэтому и нашёл его посреди бури, потому что Чарльз звал его, не так ли?
– Эрик, – окликнул его Чарльз.
Эрик обернулся спросить, в чём дело.
– Подойди.
И как всегда, он послушался. Леншерр подошёл назад к кровати, сел поближе к нему. Поднос отлетел в угол комнаты. Чарльз обхватил лицо Эрика, кончики пальцев дотрагивались до кончиков волос. Мягкие, как и всегда. И, как всегда, Эрик поцеловал его первым. Иногда Чарльзу казалось, что Эрику и вовсе не нужна никакая телепатия, чтобы прочитать его мысли. Сердце, как всегда, забилось чаще.
Придётся стереть себе память. Как он сможет вернуться назад и делать вид, будто ничего и не было в этой башне? Это слишком больно. Рука Леншерра забралась под халат, он почувствовал её тепло своим телом. От этого тепла он и сам млел. Чарльз оторвался от его губ, чтобы сделать вдох. Эрик поймал этот момент, чтобы уложить его назад на подушку, а затем снова наклонился, чтобы поцеловать. Придётся забыть – по-другому никак. То, как Эрик протягивал его имя, касаясь губами шеи, как он расцеловывал его вниз к груди, как его рука спускалась вниз – он не сможет жить с этими воспоминаниями.
– Торопишься?
Ему уже пора.
– Думаю, у меня есть ещё полчаса, – ответил Чарльз. Эрик мягко поцеловал его в живот, и Чарльз зарылся пальцами ему в волосы, немного потянув локоны, – Почему бы и нет?
Он почувствовал, как губы Эрика растянулись улыбке, которой он так дорожил. Ксавье подметил несколько морщинок, которых раньше не было на лице Эрика. Он почувствовал мозоли на его руках, когда касался кожи. Множество других маленьких деталей.
Однажды весь мир узнает об этой стороне Эрика. Однажды ему не будет больно вспоминать его таким. Он даст этим воспоминаниям жить ещё тридцать минут, пока вода не смоет и их с него.