Actions

Work Header

Если очень хочется, то можно

Chapter Text

Белые своды коридоров Лас Ночес глушили звук шагов, смыкаясь над головой; давили тишиной, в которой едва слышно шуршала ткань хакама. Улькиорра остановился на развилке, украдкой потер глаза и сморгнул — а потом продолжил обход, монотонный и бессмысленный, как его бессонница.

Вчера Улькиорра сделал ошибку, вызвал на бой Халлибел. Он надеялся, что вымотается до предела и сможет заснуть, однако его ждало разочарование. Звенящие от усталости мышцы лишь раздражали, возбужденное сознание беспокойно плескалось, а утомление вызывало самое настоящее бешенство. Поэтому, пролежав половину ночи с открытыми глазами, Улькиорра отправился на молчаливую прогулку. К утру он вернется и, возможно, заснет на пару часов.

Впереди плеснуло знакомой реяцу, разогнав сонную тишину, и Улькиорра замер, прислушиваясь. Он находился в одном из самых глубоких коридоров, из важных и интересных объектов здесь была лишь лаборатория Заэля. Но к ней никто не приближался без лишней необходимости. А у Гриммджо, чью реяцу он чувствовал, такой необходимости не должно быть в принципе.

Улькиорра выступил из-за угла. Гриммджо удалялся по коридору, чуть ссутулившись и сунув руки в карманы. Проводив его взглядом, Улькиорра подошел к стене, за которой, как он знал, скрывался вход в лабораторию. Провел по ней ладонью, чувствуя остатки реяцу Гриммджо, постоял немного — что бы тому ни было нужно, внутрь он не заходил. Или? Впрочем, это не его дело — Заэль умеет беречь свои секреты. Но было бы забавно, если Гриммджо ему напакостил — это бы означало, что в ближайшее время в Лас Ночес скучно не будет.

***

В том, что скучно не будет, Улькиорра смог убедиться уже через два часа. Лежа в кровати, выплывая из дурного полусна-полуяви, которым он с трудом забылся, он слушал взволнованный говор Заэля и мучился.

— Заэль, — Улькиорра прикрыл глаза рукой, — не мог бы ты заткнуться?

— Нам нужно поговорить, — твердо ответил тот, — я хочу, чтобы ты пришел в лабораторию и разобрался. Это катастрофа, — запричитал он, — просто катастрофа! Я же все обыскал! Боже, может, посмотреть еще…

Улькиорра выстрелил серо в направлении экрана, и голос Заэля оборвался. Ну что за никчемный мусор. И это тогда, когда Улькиорре почти удалось заснуть. Он вздохнул, глядя в потолок, и устало встал с кровати. Глядя на дымящуюся дыру на месте экрана связи, он думал, что, возможно, Заэлю удастся разозлить его достаточно, чтобы захотелось снести его бестолковой головой пару-тройку внешних колонн.

Однако через полчаса Улькиорре стало не до развлечений. Заэль, ради разнообразия, преуменьшил масштабы события, видимо, сам до конца не осознавая, что же произошло. Он выглядел так, словно выдержал сражение, как минимум, с Нойторой, а в лаборатории царил хаос.

— Повтори, пожалуйста. — Улькиорра попытался сосредоточиться. — Что у тебя исчезло?

— Хогиоку. То есть, нет, — Заэль нервно поправил очки, — совсем нет. — Он сглотнул. — Его дубль. — И затараторил: — Это экспериментальная модель, облегченная, Айзен-сама поручил мне провести стандартные исследования по воздействию на разные типы пустых…

— Заткнись.

Заэль заткнулся. Улькиорра думал.

Проблема заключалось не в том, что Айзена, Тоусена и Ичимару не было в Лас Ночес. И даже не в том, что Заэль — безголовый кретин. Проблема заключалась в том, что никакого дубля Хогиоку не существовало. Это Улькиорре было известно лучше, чем кому-либо другому. В любом случае…

Он отвернул рукав и сжал двумя пальцами узкую полоску браслета. Тихий звон подтвердил, что связь с основным терминалом Лас Ночес установлена.

— Полная изоляция Лас Ночес по всему периметру, — шепнул он, поднеся браслет к губам.

— Идет идентификация, — отозвался приятный женский голос, чем-то напоминающий голос Халлибел. Может быть, действительно ее — у Айзена было странное чувство юмора. — Идентификация прошла успешно, запускается процесс изолирования.

Улькиорра даже не слышал, а чувствовал всем телом, как вокруг цитадели вырастают стены, закрывая ее от окружающего мира; как падают тяжелые двери, намертво запечатывая все проходы — от центральных дверей до канализационных люков.

— Отчет о всех передвижениях населения Лас Ночес за последние сутки, — бросил он в браслет и опустил руку. — Вывод в мою комнату.

Улькиорра развернулся к Заэлю. Его лицо в обрамлении легкомысленных светло-розовых прядей казалось белее кресла, на котором он сидел, на виске дрожала капля пота, а над верхней губой выступила испарина. Улькиорра приглушил реяцу.

— Что за эксперимент ты проводил?

Заэль нервно облизал губы.

— Все стандартно. Воздействие сил, эквивалентных силам Хогиоку, на пустых. Последний эксперимент заключался в том, чтобы…

Заэль выпрямился, отбросил со лба влажную челку, а потом резко крутанулся в кресле, разворачиваясь к монитору.

Заэль подъехал к управляющей панели, тонкие пальцы забегали по клавишам, экран засветился. На нем показалась клетка с адьюкасом: клешнеподобные конечности, белый панцирь, полностью покрывающий тело, большие фасеточные глаза тревожно вращались. Адьюкас тревожно ворочался, зыркая по сторонам, а потом в поле зрения камеры въехал манипулятор, удерживающий контейнер с Хогиоку. Улькиорра напрягся. Адьюкас не выглядел способным принести хоть какую-то пользу армии Айзена. Это был просто мусор, самый захудалый шинигами справится с ним, не вспотев.

— Речь шла о том, чтобы прививать определенным пустым определенные, совершенно уникальные навыки, — Заэль отъехал в сторону, давая Улькиорре лучший обзор. — В обычном случае слабые гиллианы и адьюкасы становились сильнее, но не настолько, чтобы иметь хоть какое-то значение.

Улькиорра кивнул, давая понять, что слушает.

— Но в последнее время, — продолжил Заэль, поправляя очки, — Айзен-сама заинтересовался узкоспециализированными арранкарами. Выполняющими только одну функцию, но хорошо.

Хогиоку на экране начал вращаться, заливая клетку ослепительным светом. Адьюкас забился, вскидывая клешни, а потом все потонуло в одной белой вспышке.

— Первые эксперименты были забавными, — усмехнулся Заэль, — введи несколько параметров наугад и получи… что-нибудь. Если тебе интересны отчеты…

— Нет, — Улькиорра смотрел на экран.

Там, туго спеленатый белой массой, ворочался адьюкас. Острые лезвия вспороли покрытие изнутри, кромсая его на ленты, и взору Улькиорры предстала приземистая коренастая фигура с обломком маски на самой макушке. Новоиспеченный арранкар смотрел пусто, бессмысленно, и был, похоже, полностью дегенеративным экземпляром.

— Это последний эксперимент, — с какой-то любовной гордостью сказал Заэль, — ни на что не годен, кроме сопротивляемости и рассеивания кидо вплоть до восемьдесят девятого уровня.

— А выше?

— Теоретически — тоже да, но я пока не испытывал, — с неохотой сказал Заэль, — в силу некоторых особенностей…

— Я понял. Ты ждал Айзена-сама. Только он мог предоставить тебя кидо девяностых уровней.

Заэль независимо пожал плечами.

— Тоусен и Ичимару тоже сгодились бы.

Он выключил монитор.

Улькиорре стало скучно.

Он ни на секунду не поверил, что Заэль не воспользовался Хогиоку в собственных целях. Уж очень велик был соблазн. Впрочем, сейчас это не имело значения.

— Расскажи, когда ты в последний раз его видел.

— Я ушел из лаборатории в два часа ночи.

— Кто-нибудь тебя видел?

— Нет, — Заэль удивленно потер лоб, — не думаю, я никого не заметил, иначе…

— Я понял, дальше.

— Объект, уже настроенный, я положил в сейф — планировал продолжить с утра.

— Что значит «настроенный»? — перебил его Улькиорра.

— Этот, ммм, агрегат использует функцию предварительной настройки — при помощи низкочастотного колебания реяцу можно задать необходимые параметры или программу. После остается лишь воздействовать на объект.

— Ясно. — Это становилось любопытным. — И какая программа была в него заложена на этот раз?

Заэль молчал. Улькиорра поднял на него взгляд.

— Ясно, — повторил он.

Пальцы Заэля сжались на подлокотниках. Улькиорра позволил себе намек на улыбку, и Заэль побледнел.

— Тебя это не касается, Улькиорра. Если понадобится, я отчитаюсь перед Айзеном-сама.

Как глупо.

— Значит, ты ушел в два часа ночи. Когда обнаружил исчезновение?

— В семь утра.

Улькиорра приподнял бровь.

— Мне хотелось побыстрее приступить к эксперименту, — высокомерно бросил Заэль. — Тебе не понять.

— Но сообщил о проблеме около восьми.

Заэль в ответ скривился и поправил очки.

— Я искал, — он обхватил себя плечи. — Подумал, может быть, заработался и не убрал его в сейф. Лаборатория полностью защищена. Но в сейф я прячу для надежности — даже эти стены можно разрушить, если постараться.

Улькиорра осматривал разгром в лаборатории. На полу валялись длинные хвосты распечаток, на стенах чернели обуглившиеся следы серо — похоже, Заэль психовал. Как бессмысленно и недальновидно.

— Покажи сейф.

Заэль поднялся и подошел к стене. Приложил ладонь к черному прямоугольнику. Стена дрогнула и раскололась черным зевом. Внутри зева белел большой — Улькиорра, пожалуй, поместился бы в нем в полный рост — куб, от которого тянуло могильным холодом.

— Секки секки, — выплюнул Улькиорра.

— Да, — Заэль явно гордился сейфом. — Пришлось повозиться, но оно того стоило. Полный иммунитет к любым воздействиям, связанным с использованием духовной материи.

— У кого есть доступ?

— Ни у кого, кроме меня.

— Кто входил в лабораторию в эти пять часов?

Заэль скривился:

— Никого.

Улькиорра с любопытством поднял бровь.

— Никто не выходил и не входил в лабораторию за исключением меня. Даже мои фрасьоны… — он сплел и расплел пальцы. — Это особый проект.

Забавно. Улькиорра размышлял, над чем именно экспериментировал Заэль, что устроил такую секретность. Это наверняка было что-то любопытное. Что-то, что сильно заинтересовало бы Айзена. Или вызвало его недовольство.

— А внутри точно ничего нет? — без особого интереса поинтересовался Улькиорра.

— Нет! — взорвался Заэль. — Я сам обшарил чертов сейф, чуть не сдох в нем!

Улькиорра хмыкнул, представив, как Заэль, сложившись в невообразимой позе, ищет в дальнем углу сейчас спрятавшийся Хогиоку.

— Это было первое, о чем я подумал, — неохотно добавил он. — Кошмарные ощущения.

— Пришли мне записи с камер изнутри лаборатории.

— Да, конечно, — он снова развернулся к креслу и застучал по клавишам.

Улькиорра сосредоточился. Он не любил использовать пескизу в помещениях. Высокая чувствительность превращала полученную информацию в хаос, вычленять из которого нужные данные было сущим мучением.

Выпуская прозрачный шлейф реяцу, Улькиорра вылавливал следы чужого присутствия в кабинете. Реяцу Заэля — отфильтровать, отбросить, чтобы ее следы не забивали восприятие, их слишком много. Реяцу его фрасьонов — последний раз они были здесь три дня назад, как раз, когда Айзен отправился в Общество душ. Улькиорра перебирал слой за слоем следы, пытаясь отсечь все старше двенадцати часов. И все равно не смог сузить диапазон хотя бы до одной ночи.

Он нахмурился, считывая вытянутые из пространства следы.

— За последние сутки здесь, кроме тебя, побывали Гриммджо, Нойтора и Халлибел.

Заэль молча смотрел на него широко раскрытыми глазами. В черных зрачках разгоралось пламя.

— Да я их…

— Я займусь этим. А ты… — Улькиорра осмотрелся, — наведи порядок. — Он развернулся, чтобы уходить, но потом бросил через плечо: — Надеюсь, ты вспомнишь что-нибудь важное. Например, что за настройки ты ввел.

Заэль смотрел безмолвно, лишь на скулах играли желваки. Определенно это становилось все любопытнее.

Выйдя в коридор и чувствуя спиной порыв воздуха от яростно захлопнувшейся двери лаборатории, Улькиорра осмотрелся. Он видел Гриммджо около трех часов ночи. Стоит начать с него. Но сначала — данные с камер.

Улькиорра зашагал к себе.