Work Text:
– Драко! Тебе посылка... кажется, – крикнул Поттер, забирая у нахохлившейся рыжей сипухи увесистую коробку в неприметной серой бумаге. Каким чудом эта маленькая птица дотащила свёрток, оставалось для Гарри загадкой, даже спустя несколько лет после окончания Хогвартса.
– Иду. – Из глубины квартиры донеслось недовольное сопение и шлёпанье босых ног по паркету. Поттер улыбнулся и почесал сову, щурящуюся на свет.
Малфой появился в гостиной через пару минут: Гарри уже успел отпустить птицу и с любопытством крутил в руках посылку в поисках хоть какого-нибудь намёка на личность отправителя.
– Эта, что ли?
– Ага. Только... она не подписана. «Драко Малфою», и всё.
– Дай посмотрю.
– Ты уверен? Может, мне стоит её развернуть? Вдруг там что-то опасное?
Драко посмотрел на Гарри как на идиота – долго, внимательно и очень выразительно. В этом взгляде читалось так много разных слов, что Поттер поднял руки вверх и мягко улыбнулся, давая разобраться самостоятельно.
Малфой тяжело вздохнул и несколько раз взмахнул палочкой над коробкой.
Ничего не произошло.
Драко удивлённо вскинул брови и коснулся бумаги фамильным кольцом.
Ничего не произошло снова.
– Кажется, это самая обычная посылка. Хм, – пробормотал Малфой и решительным движением палочки вскрыл упаковку. Под несколькими слоями бумаги обнаружилась простая чёрная коробка. И не менее простая белая карточка, заполненная мягким почерком, похожим на арабскую вязь.
«Время отдавать долги, Драко. Мне жаль, что я не увижу этого лично, но обязательно расспрошу Поттера. Вскрывай при нём. И... Удачи :)
Твой друг Б.»
Малфой отложил карточку на стол и с опаской столкнул с коробки крышку, ожидая какой-нибудь гадости или дурацкого розыгрыша.
Сначала ничего не произошло. В третий раз.
Но несколько секунд спустя домашний костюм Драко вспыхнул холодным белым огнём: он жадно лизнул Малфоя от шеи до самых пяток и осыпался призрачными искрами на паркет.
– ...блять, – хрипло выдохнул Гарри. На лице его читалось даже не удивление – шок.
Малфой стоял посреди гостиной в, фестралы и дементоры, платье.
Серо-голубой шёлк красиво обрисовывал его силуэт, подчёркивая изящное телосложение и смягчая острые линии широких плеч – тонкая лямочка кокетливо сползла с одного. Крупные складки идеально обнимали поясницу и спускались по бёдрам вниз. Гарри сглотнул и опустил взгляд. Туда, где в неприлично-широком разрезе открывался роскошный вид на длинную ногу Драко – от босой ступни и до выступающей косточки на бедре.
– ...блять, – ошарашенно пробормотал Малфой.
– ...блять, – ещё раз повторил Поттер, и взгляд его был таким шальным, словно он заметил снитч на четвёртом часу игры.
Драко хотел было схватиться за палочку и развоплотить... это, чем бы оно ни было, но Гарри только качнул головой – и сократил и без того небольшое расстояние до невозможно маленького. Горячая рука легла на пояс, нежно прижимая тонкий шёлк к коже, и Поттер наклонился, целуя обнажённую шею под ухом. Провёл губами вниз, до ключицы – почти не касаясь, но согревая дыханием.
– Поттер!.. Чт-то ты...?! – Возмущение Драко угасло так же быстро, как вспыхнуло, стоило только Гарри коснуться губами шеи.
– Кажется, в коробке был не только... наряд. – Голос Поттера звучал глухо и пьяно, а подбирать слова стало до невозможности сложно. – Потом... я спрошу, кто решил так... пошутить, но сейчас…
Медленно, с каждым словом опускаясь всё ниже, Гарри провёл пальцами от шеи до поясницы. Обрисовал невесомые складки – устроил горячую ладонь на бедре, лишь чуть-чуть задевая край разреза.
– Гарри. – Малфой вздрогнул и закусил губу: прохладный шёлк скользнул по обнажённой коже, стремительно нагреваясь под руками Поттера.
Это было странно. Это было раздражающе-дико. Это было... возбуждающе?
В другой ситуации любой, пошутивший подобным образом, уже давно лежал бы в Мунго с самым тяжёлым из всех известных проклятий, но сейчас... По какой-то необъяснимой – пока – причине, Драко было смущающе-приятно внимание Гарри и его совсем не скромные прикосновения, от которых кожа горела под тонким платьем.
– Да? – выдохнул Поттер, мягко целуя в губы – тут же отступая на шаг, чтобы снова насладиться видом. Возвращаясь обратно – утыкаясь носом в невесомый край декольте, бездумно скользя пальцами по шёлку. Касаясь губами обнажённой кожи чуть выше ткани.
Неприкрыто – полубезумно – восхищаясь моментом, куда более невероятным, чем сама магия. И куда более странным.
Драко хотел что-то сказать – он точно помнил это, – но никак не мог вспомнить, что именно. Каждый новый поцелуй Гарри растворял волю, переплавлял раздражение и злость в вожделение – и сил сопротивляться этому внезапному помешательству не было. Как и желания.
Малфой качнул головой и сам уже – решительно – поймал в поцелуй, притягивая ближе и путаясь пальцами в волосах.
– Господи, Драко, – только и успел выдохнуть Поттер, окончательно проваливаясь в безумие.
Любимое – сотню раз изученное, гибкое – тело ощущалось сейчас иначе. Не было более уязвимым, напротив – под тонкой тканью, таким невинно-беззащитным, крылась настоящая сила. Такая же, как в руках Драко – и в его сердце.
Серебристо-голубой шёлк только подчёркивал всё это, и Гарри был готов сдаться – сдавался – сразу и безоговорочно.
Разорвав поцелуй, он опустился на колени, и это получилось бы легко и непринуждённо, даже если бы этот раз был для них с Драко первым.
Но он не был, и Малфой привычно позволил новому, странному безумию Гарри взять вверх – доверяясь и зная, что будет хорошо. Или очень хорошо.
Горячие пальцы Поттера скользнули по бедру, поймали туманно-голубой край разреза – отвели юбку в сторону. Шёлк обогнул стоящий член, зацепился за него, свисая с изящностью драпировки. Не убирая руки, Гарри невольно замер с приоткрытым ртом, осел назад, глядя на вид, достойный картин Национальной галереи.
Предвкушение зазвенело по невидимым струнам.
Драко медленно выдохнул сквозь зубы и, не сводя с Поттера потемневшего от похоти взгляда, качнул бёдрами. С трудом сдержал стон, когда шёлк подола щекотно лизнул обнажённую кожу – слишком нежно, слишком интимно. Слишком порочно.
– Хочешь...? – Голос Малфоя звучал низко и хрипло, совершенно не вязался с воздушной утончённостью платья, торопил и разогревал желание просто сдаться.
Или хотя бы об этом сказать.
– Я хочу, чтобы ты... – Струны терпения лопнули, и Гарри не выдержал, качнулся вперёд, обнял губами головку – тут же отстранился, чтобы облизать губы. И снова до упора взял в рот, выпустил, повторил. Снова и снова, с каждым движением накручиваясь всё глубже, пока не упёрся носом в скрытый призрачно-небесной тканью лобок.
– Бля-а-а-ть, – сдавленно застонал Драко, цепляясь за плечи Поттера дрожащими пальцами и с трудом сдерживаясь, чтобы не вцепиться ему в волосы, чтобы не толкнуться в узкое горло, чтобы…
Гарри сглотнул и все фантазии Малфоя липким жаром стекли по позвоночнику вниз.
Туда, где Драко почувствовал, как горячее тесное горло сжалось, как дёрнулся язык Поттера где-то возле яиц и, кажется, как сорвалась с раскрытых губ ниточка слюны, пачкая светлый шёлк платья.
А вслед за ней – ещё один стон Драко.
Гарри отстранился, выпустил член – вакуум звонко щёлкнул между губами – и, прежде чем снова взять в рот, посмотрел наверх.
Тонкие лямки платья сползли, и широкий лиф едва держался, не скрывая ничего, что должен бы был скрывать. Бледный румянец пятнами расползался по груди между ключиц и шрамов. На подоле среди складок затерялись влажные пятна слюны и подтёки смазки, но при этом Драко выглядел как что-то прекрасное.
Как кто-то прекрасный.
Он был собой, и от этого сознание Поттера, начавшее было возвращаться, снова стекло под ремень джинсов.
Обхватывая головку губами, Гарри уже знал, что будет делать – о чём попросит – дальше, а пока... Пока он в несколько движений снова насадился до самого горла – с трудом поймал ритм, одновременно пытаясь расстегнуть пряжку и молнию. Избавиться от футболки, почти не прерываясь...
...ткань платья, не удерживаемая больше рукой, соскользнула, помешала – Поттер поймал её, но сбился, закашлялся выпустив член и пытаясь отдышаться.
Драко разочарованно рыкнул и усилием воли убрал руку.
Нереализованное желание жалящим проклятьем вспыхнуло под кожей, злыми мурашками прокатилось по ногам.
Хотелось продолжить. Сжать пальцы в растрёпанных вихрах Гарри, провести членом по приоткрытым губам, толкнуться в тесный жар его горла, снова почувствовать, как оно сжимается в спазме...
Малфою хватило одного взгляда на Поттера. Полураздетый, с мокрыми от невольных слёз глазами и раскрасневшимися губами, он выглядел так, что его хотелось.
Брать. Ласкать. Любить.
Долго, сильно, до искр во взгляде и полного изнеможения.
Драко наклонился – шёлк мучительно-плотно прилип к мокрому от слюны члену – и, поймав ладонь Гарри своей, потянул его вверх.
Без слов, одним только взглядом прося и требуя – надеясь, что Поттер поймёт, как понимал всегда. И он понял – желания Драко нашли отражение в собственных. Гарри поднялся, расстёгивая джинсы, избавляясь от них вместе с бельём – доставая палочку. И шагнул в сторону, упираясь задницей в обеденный стол.
– Я бы предложил вернуться в спальню, но... сегодня мне слишком нравится здесь. Поэтому, Акцио, смазка. – Поттер взмахнул палочкой, не глядя на Малфоя – боясь потерять концентрацию. Внутренне надеясь, что флакон так и остался лежать под подушкой.
– Дракону в задницу спальню, – выдохнул Драко и шагнул вслед за Гарри. И едва устоял на ногах, когда на привычно-широкий шаг шёлковый подол ласково облизал бёдра и мучительно стоящий член.
Платье было мучением. Пыткой похуже Круцио, но при этом... в нём было до странного приятно – свободно, возбуждающе и легко.
Мимо пронёсся флакон со смазкой – Поттер поймал его с ловкостью бывшего ловца и с тихим стуком отставил.
Малфой выдохнул и, решительно откинув подол, подошёл вплотную, вжимая Гарри в стол и целуя – глубоко и жадно. Требовательно лаская обнажённые бёдра и поясницу, сжимая в ладонях крепкие ягодицы. Чувствуя горячие руки на собственных.
Поттер целовался отчаянно, жадно, подавался навстречу – и не оставалось сомнений, что он хочет того же.
– Я хочу, чтобы ты... – Гарри зацепил зубами губу, заканчивая поцелуй, и уселся на стол. Задумчиво провёл пальцами по туманно-голубому шёлку, выводя незримый узор. – ...взял меня прямо здесь. Прямо так.
– С удовольствием, – отозвался Драко и стянул с Поттера футболку, отбрасывая её в сторону. Скользнул ладонями вверх по широкой спине – проследил кончиками пальцев линию позвоночника и напряжённые углы лопаток. И мягко подтолкнул Гарри назад, раскладывая его на столе, как самое изысканное блюдо высокой кухни.
Поймал шальной взгляд – и еле слышное, тихое:
– Да…
– Подвинься чуть ближе, – тихо попросил Малфой и влажно поцеловал Поттера в бедро, прежде чем опуститься на колени между его разведённых ног.
– С удовольствием, – Гарри передвинулся, чтобы было удобнее, приподнялся на локтях, не сводя глаз со стоящего на полу Драко, с его раскрасневшейся шеи, со сползшей лямки – и растёкшегося по полу серебристо-туманного подола.
Одной ногой он упёрся в стол, вторую устроил на плече Малфоя, раскрываясь для него – молча прося продолжить.
И большего было не нужно.
Драко прижался губами к колену Поттера, влажно лизнул тонкую кожу на сгибе и медленно – оставляя почти собственнические метки – поднялся выше, к самому паху. Привычно уже, даже не задумываясь выдохнул формулу очищающих чар прямо в разведённые ягодицы и широко лизнул от копчика до потяжелевших яиц.
И снова, и снова – так, как хотелось безумную вечность назад.
Медленно, чувственно, жадно.
Малфой прижался губами к чувствительной коже вокруг ануса и чуть втянул воздух, как будто ставя засос. Надавил языком на сомкнутое кольцо мышц – отступил, целуя и вылизывая, засасывая и перекатывая во рту яйца. И снова вернулся, толкаясь глубже внутрь, расслабляя и дразня. Зная, какие щекотно-яркие искры бегут сейчас по телу Поттера.
Гарри тяжело дышал, срываясь на короткие стоны – и смотрел. Смотрел так, будто перед ним божество, не иначе, – и всё-таки видел в этом своего Драко. Кусал губы, не торопил – этого было не надо.
Потому что Малфой наслаждался моментом этой близости.
Упивался каждым стоном, каждым вздохом, каждым непроизвольным движением сильного тела, трепещущего от желания и мучительно-нежных ласк. Содрогался сам, стоило шёлку платья в очередной раз скользнуть по разгорячённой коже вслед за движением или прилипнуть в ноющему члену.
Малфой наслаждался моментом, но всё больше жаждал ощутить, как Поттер выгнется под ним, как собьётся с дыхания, принимая в себя дюйм за дюймом.
Драко тяжело поднялся с колен, придерживая ногу Гарри на своём плече, и вскрыл флакон смазки. Выдавил на ладонь немного, согревая её, прежде чем размазать по коже. Прежде чем толкнуться внутрь пока только одним пальцем – медленно, но до конца.
– Бля-я-а-ать, – хрипло выдохнул Поттер, глядя на Малфоя снизу вверх, и опирался теперь только одним локтем: вторая рука обхватила перенапряжённый член. Гарри застонал, разрываясь между неприятно-приятными ощущениями – всё ещё шалея от вида Драко в чёртовом платье.
Малфою потребовались вся его выдержка и сила воли, чтобы сдержаться. Чтобы не взять Поттера так – почти без подготовки, грубо и глубоко.
Малфою потребовалось несколько долгих мгновений, чтобы взять себя в руки и продолжить медленно трахать Гарри пальцами, растягивая и лаская. Доставляя удовольствие – и сходя с ума от желания.
Окружающий мир сузился, сжался до размеров обеденного стола с разложенным на нём Поттером, и Драко провалился в размеренный ритм собственных движений, с трудом замечая что-то, кроме безумия в зелёных глазах и потрясающих стонов Гарри, для которого не осталось ничего, кроме жажды – желания – сдаться. Отдаться целиком в чужую власть, как будто происходящего сейчас было мало. Кроме собственных пальцев, крепко сжатых на члене.
– Др-рако, да-авай же, – простонал Поттер, поднимая ногу со стола, симметрично опуская её на чужое плечо.
Малфой по инерции толкнулся пальцами – уже давно тремя – до упора и вытащил их под ещё один громкий – почти разочарованный – стон. Раздражённо откинул в сторону мешающийся подол платья и, придерживая его одной рукой, второй размазал по члену смазку – хрипло выдохнул и толкнулся внутрь.
Гарри убрал локоть, почти упал спиной на стол, окончательно отдавая Драко право вести, задницей чувствуя прохладный подол его платья. Обнявшие член пальцы дёрнулись, другая рука сжала сосок – ощущений было одновременно так много и так мало, что хотелось больше – ещё и ещё.
Малфой сдавленно рыкнул, подаваясь назад – почти полностью выходя – и снова толкаясь глубже. Раз за разом, пока не вошёл до конца, прижимаясь кожей к коже. И это было так охуенно, так правильно и хорошо, что Драко не сдержал протяжного стона, зазвучавшего в унисон с голосом Поттера. Мягко качнул бёдрами, почти не двигаясь, привыкая и давая привыкнуть. А потом обхватил ногу Гарри за лодыжку и отвёл её в сторону, меняя угол проникновения. И начиная двигаться.
Сначала медленно, плавно – выходя почти полностью и неторопливо проникая до самого конца, вжимаясь бёдрами в задницу Поттера до сдавленных стонов.
Но с каждым вдохом, с каждым протяжным: «Драко», сорвавшимся с искусанных губ Гарри, ускоряясь всё больше. Буквально вдалбливая его в стол – сильно и жёстко, теряя остатки самоконтроля в тесном плену его тела, крепче сжимая в пальцах лодыжку.
Если бы мог, Поттер подмахивал бы, выгибался навстречу, но он оказался в плену чужих рук и резких властных движений. Оказался именно там, где хотел, буквально провалился в этот момент, растворился в остроте удовольствия – и боли на спине, там, где особенно сильно кожа тёрлась о дерево. Всё, что оставалось Гарри сейчас – это видеть за закрытыми веками Малфоя – и его платье, чувствовать подол между задницей и яйцами Драко... стонать и сжиматься на члене – рвано дрочить собственный, крутить в пальцах сосок, пытаясь удержаться на краю оргазма…
...сдаваясь ему так же, как до этого Малфою. Почти вырываясь из его рук с хриплым стоном – пачкая собственный живот и грудь.
Драко с трудом остановился, замер над Поттером – позволил ему кончить. И только после того, как дрожащие пальцы Поттера соскользнули со всё ещё стоящего члена, начал двигаться снова.
Резче, быстрее, отчаяннее – вырывая у Гарри хрипло-рваные стоны, торопясь догнать почти ускользнувший оргазм.
Прикрыл глаза, окончательно отдаваясь безумию, и с низким гортанным рыком кончил, вжимаясь в бёдра Поттера так сильно, что разгорячённая кожа слиплась бы, если бы не блядский подол.
Несколько мгновений окружающего мира как будто не существовало. Всё – и стол, и гостиная, и весь Лондон – растворилось в оглушающем удовольствии.
В темноте закрытых век плыли кровавые пятна, в ушах грохотал сорванный пульс, и только чудом Малфой нашёл в себе силы всё-таки отстраниться. Отпустить Поттера и выйти из него, чтобы в следующий момент тяжело осесть на пол, опираясь спиной о ножку стола.
– Люблю тебя, – хрипло выдохнул Драко и устало коснулся губами колена Гарри.
– И я тебя.
Поттер с трудом приподнялся на локтях и несколько секунд тупо смотрел куда-то в пространство: тёплая ватная нега омывала тело волнами, но постепенно за ней проступили усталость и боль. Кожа на спине казалась содранной, и Гарри поморщился, но пока не смог даже встать.
Понял, что сейчас ему плевать на все эти последствия – и лёг обратно, машинально качая ногой. Улыбнулся сыто и очень довольно.
– Ты охрененный, – признался Гарри, нисколько не сомневаясь в этом.
– Ты тоже. – Малфой тихо рассмеялся и поймал его за лодыжку, целуя куда придётся – от колена и ниже. Сил на то, чтобы встать и избавиться от злоебучего платья, не было, но безумно хотелось нежничать и ласкаться.
Если бы они были в постели, Драко бы с удовольствием зацеловал всего Поттера, от национальной гордости всей Британии – шрама – до кончиков пальцев на ногах. Но они были не в спальне, и это единственное, что огорчало Малфоя сейчас. Кроме платья, конечно же.
– Но голову Блейзу я всё равно откручу за такие шутки.
– Блейзу? – У Гарри почти не нашлось сил удивляться, но зато хватило сил пошутить. – Зря. Мне понравилось. Передай ему, что в следующий раз он может адресовать подобный презент мне. На свой страх и риск.
– Потом расскажу, – лениво отозвался Драко и тяжело встал, всё-таки стянув– с себя мокрое липкое платье, порядком успевшее заебать. – Пойдём лучше в душ. И в постель.
– С удовольствием. – Поттер снова поморщился. – Только сначала... помоги мне, пожалуйста. – Он со стоном сел и с куда большим трудом встал – тут же повернулся, демонстрируя Драко спину.
Малфой недовольно цокнул языком – то, что он увидел, требовало лечения. И извинений.
– Прости. Одно хорошо – он не полированный, – вздохнул Драко и, подхватив палочку, начал с обезболивающих чар.
– На полированном я бы не предложил, – ухмыльнулся Гарри, опираясь двумя руками о стол и наклоняясь, чтобы Малфою было удобнее. Доверяя ему не только лечение и спину – всего себя целиком.