Actions

Work Header

Folsom Prison Blues

Work Text:

Возможно, это была плохая идея. Возможно, это была очень плохая идея. Начальника тюрьмы Грин Ривер в Литл-Роке, в которую загремели Винчестеры, пока видно не было.

«Сэмми, не переживай, я не продам тебя за сигареты», — успокаивал брата Дин.

Они проходили мимо забора, за которым столпились заключённые, встречавшие новеньких. Кто-то кричал: «Я тебя трахну!» — при этом смотрел на Сэма. И старший Винчестер мысленно отвечал: «Это я блять тебя трахну за Сэмми».

Они стояли в очереди на раздачу белья.

«Дин, это самое безумное из всех безумств, которые мы проворачивали», — сказал Сэм, без умолку ворчавший брату на ухо всю дорогу сюда.

Дин знал, что это безумно, но они уже дали слово старому приятелю отца, Дикону, что найдут чёртова призрака и уничтожат его.

«Винчестеры, — сказал охранник, просматривая список фамилий, — вас как опасные созависимые экземпляры, — и добавил, — это написано у меня в документах, вас распределяют в разные камеры. Ты, Клайд, — он указал на Дина, — сюда, а ты, Бонни, напротив, живо».

Когда двери камер закрывались, Сэм и Дин смотрели друг на друга сквозь решётку, пытаясь осознать, в насколько крупной они оказались жопе. Разные камеры. Чёрт, кто бы подумал. И где этот Дикон?..

Через час прозвенел сигнал на обед. Двери открылись — и Сэм с радостью выскочил из камеры, подбежав к Дину, который, хоть и не показывал, испытывал явное облегчение от того, что младшенький рядом.

— Как ты? — заходя в столовку, спросил Дин.
— Я в тюрьме, — съязвил Сэм.

Глаза Дина прокрутились на триста шестьдесят градусов.

— Сэм, я понятия не имел, что нас рассадят по разным номерам. Мне тоже, знаешь ли, от этого хреново, — ответил он, беря по привычке два подноса в руки.

Сэм продолжал бубнить ему на ухо о том, какой он помешанный на охоте идиот, которому совершенно похер на их судьбы, а что, если они отсюда не выберутся и т.д. и т.п. Дин слушал любимый бубнёж краем уха, а краем глаза следил за русоволосым мужиком, который стоял рядом с его братом и тоже слушал Сэма. Он не просто слушал, он ещё и с какой-то стати похабно на него пялился. Сукин сын, он даже пару раз дотронулся до Сэма, который по причине своего горячего словесного поноса ничего не почувствовал.

Когда братья подходили к столу, Дин пригнулся к младшему и, перебивая его поток, спросил:

— Ты знаешь этого парня на два часа от тебя?

Ноздри Сэма раздулись. Дин его совсем не слушал? Прекрасно! Но в нужную сторону младший всё-таки посмотрел.

— Ты о русоволосом типе?

Дин моргнул.

— Он мой сокамерник, а что?

Дин поперхнулся.

— Дин?.. Дин! — Сэм перегнулся через стол и постучал брату по спине.
— Я в норме, в норме, — сказал вскоре тот.

Чёрт, какой-то мужик хотел младшего брата Дина. И этот мужик находился с Сэмом в одной камере. Блять.

— Сэмми, а этот тип, твой сокамерник, он тут за что?
— Дин, тебя мой сокамерник волнует больше, чем наше дело, — вздыхая, ответил Сэм.

Дин молча уставился на него.

— Он изнасиловал и убил пару парней, как я слышал от других. Вроде ещё и педофил, Ником зовут, — ответил Сэм.

Блять.

Дин думал о том, что лучше бы он сам попал к этому пидору в камеру. Сэмми там находиться просто опасно. Это же Сэмми, чёлка до глаз, родинка у носа, щенячьи глазки, мягкие красивые волосы… Дина бросало в холодный пот от мысли, что Ник может сделать с его братом. Что он хочет с ним сделать… Потому что невозможно не хотеть что-то сделать с Сэмом, Дин по себе знал.

На ужине, когда Дин и Сэм стояли в очереди за едой, младший взвизгнул. Дин мигом обернулся. Сэм потирал задницу. А рядом с ним пошло ухмылялся Ник.

— Почти как у девочки, мило, — сказал Ник.

Старший Винчестер чуть ли не зарычал. Этот Ник хотел иметь его Сэма. Его Сэмми.

Красная пелена перед глазами. Поднос окрасился в кровь, когда Дин въебал им по лицу русоволосого урода.

— Он мой, сукин ты сын, — прошипел Дин в лицо Нику, пытавшемуся вытереть кровь с лица и встать с пола.

Внутри Сэма что-то перевернулось от этих слов. Дин заявил на него права так, будто это было совершенно естественно. Хотя… Сэм всегда знал, что принадлежал брату, как и Дин принадлежал ему. Они завязаны друг на друге, это ни для кого не секрет, но всё-таки щёки Сэма загорелись, когда брат за него заступился.

— Не хочу возвращаться в камеру, — по пути обратно сказал Сэм, он шёл понурый.
— Потерпи, не лезь к нему на рожон и всё будет хорошо, — подбодрил его Дин, — скоро мы уедем отсюда.

А у самого Дина внутри всё сжималось от страха, а кожа покрылась мурашками, когда Ник заходил в их с Сэмом общую камеру.

Плохое предчувствие мучало Дина четыре часа. Его сосед сверху уже вовсю храпел, когда старший Винчестер услышал крик.

— Дин!

Дин подскочил к двери.

— Сэм? Сэмми!

В соседней камере кричал его младший брат. Слышались удары, смех Ника. Дин долбил о свою дверь и звал охрану. Жирные смотрители уснули, но подскочили, услышав шум.

Дверь в камеру Сэма и Ника открылась. Дин мог только надеяться, что брат сумел постоять за себя. Но то, что было за дверью, его огорошило. Сэм лежал на полу и дрожал. Когда его подняли на ноги, старший увидел расцветающий на скуле младшего синяк. Ника скрутили. Дин стукнул в дверь кулаком.

— Я убью тебя, сука!
— Молчать! — заорал на него смотритель.

Дину было похуй. Его полусознательного брата под руки вели в медпункт.

— С тобой утром разберутся, — бросил охранник опять улыбающемуся Нику и закрыл дверь.

Дин ещё пару раз ударил по стене, разбивая костяшки в кровь. Его сосед хотел было сказать ему, чтобы тот был потише, но, увидев состояние Винчестера, не рискнул.

А Дин видел перед глазами лицо этого русоволосого гада. Он смотрел на него и улыбался, как бы говоря: «Кажется, я почти поимел твою сучку, упс».

Охотник не был уверен, что покинет эту тюрьму, если убьёт этого хрена, но уже планировал месть.

Далее последовал самый ужасный час в жизни Дина. Он сидел и ждал, когда приведут его брата, если его вообще приведут к нему, а не заставят отлежаться в медотсеке. Впрочем, Дин был бы рад в таком случае, там хотя бы безопасно.

И всё-таки спустя час дверь его камеры открылась и порог переступили двое, Сэм и Дикон. Младший Винчестер молчал и смотрел в пол.

— Сэмми, — Дин подошёл к брату и коснулся пальцами его висков, заставляя посмотреть на себя.

По слезливому взгляду младшего тот понял, что он был напуган.

— Тш-ш-ш, — шепнул Дин, — я тут, малыш.

Дин повернулся к Дикону и рявкнул:

— Он больше не пойдёт к этому ублюдку в камеру.
— Разумеется, — ответил начальник тюрьмы с извиняющимся видом, на который старшему Винчестеру было насрать.

Сэмми продолжал пялиться в пол. Дин продолжал планировать убийство.

— Борис, вставай и проваливай в сто двадцатую, — приказал Дикон соседу Дина, парню явно уже надоела вся эта возня, мешавшая ему спать.

Соседа Дина увели. Винчестеры остались в камере одни.

«Боже, ну нельзя было сразу нас в одну камеру поместить?» — думал Дин, смотря, как его брат подходит к койке и ложится на первый ярус, скручиваясь как котёнок.

Старший Винчестер не выдержал этого зрелища и, чтобы хоть как-то утешить, прилёг рядом с Сэмом и обнял его со спины, носом ткнувшись в затылок.

— Что он успел…
— Не успел, — шмыгнул Сэм. И Дин проклял и это дело, и эту тюрьму, и самого себя за то, что потащил в неё брата.
— Прости меня, Сэмми…
— Ты не виноват, это Ник, — ответил младший.

Дин почувствовал, как тот потихоньку расслабляется в его объятиях.

— И всё равно прости, — добавил он и поцеловал Сэма в висок и щёку, которая вмиг загорелась от нежного прикосновения губ.

Несмотря на произошедшее, Сэм засыпал с улыбкой.

Дин вскоре окунулся в беспокойный сон. Он видел в нём Ника, нагло смеющегося ему в лицо. Сукин сын.

Проснулся старший Винчестер раньше подъёма, когда Сэмми ещё тихо сопел рядом с ним. Такой тёпленький. Он мерно дышал во сне, потому что знал, что находится в безопасности. Дикая нежность разлилась в груди Дина. Чтобы дать ей выход, Дин снова поцеловал младшего в щёчку. И вдруг Сэм открыл глаза.

Старший столкнулся с его ещё сонным взглядом и замер. Сердце хотело вырваться наружу как птица из клетки. И вдруг Сэм ляпнул с самым невинным видом:

— Надеюсь, ты не собираешься меня насиловать?

Дин поджал губы и вдруг хохотнул, что было больше похоже на хрюканье, потому что он головой уткнулся брату в плечо.

Сэм заулыбался тоже.

То напряжение, которое накалилось до предела ночью, сходило на нет сейчас. Хотя…

Дин снова взглянул на брата, когда приступ смеха прошёл. Сэм различил во взгляде его ярких глаз что-то, что принадлежало только ему, Сэму. Неописуемая привязанность, безграничная нежность и горькое сожаление о случившемся, — всё это бурлило в Дине.

— Ты не виноват, — мягко сказал Сэм, коснувшись руки брата, который уже над ним нависал.
— Ты не заслужил такого, Сэмми, — выдохнул старший, проводя пальцами под синяком у глаза брата.
— Тогда покажи мне то, что я заслужил.

Бесконечное доверие. Этот щеночек точно сведёт Дина с ума. Уже сводит. Поэтому по телу пробегает дрожь, когда губы касаются мягких губ напротив. Поэтому дыхание сбивается, когда он чувствует твёрдость в штанах младшего.

Сэм закусывает губу, потому что никто не должен их услышать. Дин оставляет метки на его шее и ключицах. А потом юркий язык опять проникает ему в рот, буквально высасывая его душу.

— Дин, я так хочу… Прикоснись… Пожалуйста, — шепнул Сэм брату в губы.

Дин чуть-чуть приспустил пояс штанов младшего и обхватил его твердеющую плоть, заставив Сэма откинуть голову и зажмуриться.

— Боже… Ди-и-и-ин… Как хорошо.

Дин пальцем потрогал влажную головку, заставляя пальцы Сэма на ногах поджаться.

— Ты только моя сучка, Сэмми, так и знай, — шептал Дин, вылизывая шею и продолжая дрочить брату.
— Твоя…

Сэм притянул его к себе как можно ближе, когда тело затрясло в оргазме. Младший пытался дышать, а Дин спустил штаны и резко потёрся о него, кончая следом… Безумие.

В новый день братья занялись расследованием. А на следующий, когда Ник вышел из карцера, Дин отмутузил его в столовой так, что его самого упекли в карцер. Сэм пытался остановить старшего. Но разве возможно остановить Дина, когда он мстит за своего младшего брата?..

Уходя в карцер, Дин весело подмигнул Сэму. Тот сдержался, чтобы не закатить глаза.

Через пару дней Дин и Сэм уничтожили призрака. Покидая тюрьму, они не видели, что в окно из медотсека за ними наблюдал побитый Ник. Его голова была перебинтована, но он улыбался. В глазах играл дьявол.

«Я выйду отсюда. И заполучу Сэма, Дин, как бы ты не старался его уберечь».

Дин оглянулся на тюрьму, когда уже открыл дверь Детки. Мурашки пробежали по спине, но Винчестер смахнул это на мороз.

— Дин, ты что? Валим отсюда, — поторопил его Сэм.
— Да, валим отсюда, — тихо ответил Дин, в последний раз оглядываясь на тюрьму перед тем, как завести движок.