Actions

Work Header

Одаренные и опасные

Work Text:

Пунн никогда не думал, что однажды окажется вне закона. Его ждало блестящее будущее по множеству причин. Примерный студент, идеальный одаренный, наследник влиятельной семьи. Он должен был стать одним из тех, кто влияет на будущее страны, дергая за ниточки политиков.

Вот только выяснилось, что он хочет дергать не за те ниточки. Что его представления о мире и том, каким он должен быть, не совпадают с представлениями семьи.

Во всем, конечно, был виноват Пэнг. Это он показал Пунну и остальным одаренным, что у них есть выбор. Что они могут влиять на собственное будущее. Что от них действительно что-то зависит.

Так Пунн оказался среди повстанцев. Их начали преследовать в тот момент, как стало понятно, что одаренные хотят сами управлять своими жизнями. История старая как мир. Особенные люди с необычными способностями оказались слишком свободолюбивыми и слишком опасными, чтобы их оставили в покое. На одаренных началась охота.

И было только вопросом времени, когда Пунн станет одним из лидеров повстанцев.

Серьезно, разве могло быть по-другому? Он был прирожденным лидером, одним из оригинальной группы повстанцев, наряду с Пэнгом, Вейвом, Клэр и, как ни странно, Намтан с Омом. Мон и Корн помогали держать связь с сочувствующими людьми. Близнецы, Терд и Тайм налаживали связь с одаренными других стран. Как выяснилось, множество одаренных по всему миру уже работали в подполье. Их группа стала одной из многих, но быстро привлекла к себе внимание. Способности тайской ячейки были слишком выдающимися.

Пока Пэнг и Вейв строили глобальные планы, а Ом с Клэр и Намтан склоняли на свою сторону общественность, в подполье стекалось все больше одаренных с Тайланда и соседних стран. Прежде чем они успели опомниться, небольшая база подпольщиков стала настоящим убежищем.

Само собой сложилось, что главным в убежище стал Пунн. Через него проходили все новички: он проверял их, пользуясь скопированным у Терда потенциалом определять ложь. Шпионам правительства Пунн без зазрения совести стирал память. Учитель Пом в подполье не ушел, но научил Пунна пользоваться даром, который принес им столько проблем в прошлом. Пунн же скрывал место самого убежища. Один из скопированных потенциалов позволял отводить глаза от объекта, даже если смотрели прямо на него.

Пытаясь предусмотреть любые опасности, Пунн копировал все больше и больше потенциалов. Участники подполья признавали его авторитет безоговорочно, поэтому каждый без раздумий показывал, как пользоваться собственным даром. Это было полезно: Пунн наращивал мощь для защиты одаренных. И это было невероятно опасно: он становился живым оружием и понимал, что вот-вот вновь сорвется. Голоса становились все громче.

— Тебе нужно остановиться, Пунн, — категорично сказала Клэр, когда они уже заканчивали очередной сеанс связи на шестерых. — Если скрытые личности пробудятся в замкнутом пространстве, ничего хорошего из этого не выйдет.

— И никто не уйдет! — с нервным смешком добавил Ом. — Хорошо еще, если это будет нытик Пунн. Он хотя бы безобидный.

— Каждый из этих потенциалов может спасти жизнь, — упрямо ответил Пунн. — Можем ли мы подвергать опасности их владельцев и просить у них помощи в операциях или защите убежища? Куда проще, если потенциалами буду пользоваться я.

Ему было не привыкать рисковать собой ради друзей. Это была еще одна вещь, которую никак не могла принять семья Пунна, никогда не заботившаяся ни о ком вне клана.

— Я согласен с Пунном, не стоит подвергать опасности всех одаренных, — вмешался Вейв.

— Звучит так, словно рисковать жизнью или психикой Пунна ты готов, — тихо заметила Намтан.

Вейв многозначительно промолчал. Пунн не мог его за это винить: они оба во многом были похожи и часто принимали сходные решения.

— Никто не хочет, чтобы Пунн слетел с катушек, — высказал общее мнение Ом. — Но давайте говорить честно: мы пользуемся преимуществами его потенциала прямо сейчас. И вряд ли сможем отказаться от его помощи.

Пунн хмыкнул и помассировал виски, игнорируя подступающую головную боль. Телепатическая сеть, которая связывала лидеров одаренных из разных городов, требовала высокой концентрации. Этот дар он скопировал у одного из первых новичков подполья. Телепатия много раз выручала их, позволяя предупреждать друг друга об опасностях.

— Недавно я общался с американскими одаренными, — наконец включился в разговор Пэнг. — Один из них чуть не уничтожил подполье после личной трагедии. Если бы не девушка с потенциалом к телепортации, никто бы не выжил.

Клэр взволнованно охнула. Повисло долгое молчание.

— На севере страны есть один тип, с которым мы давно пытаемся наладить контакт, — задумчиво проговорил Ом. — Я более-менее нашел с ним общий язык. У парня настолько опасный потенциал, что мы хотели спрятать его от правительства в какой-нибудь глуши. Думаю, стоит привести его в убежище. Возможно, он сможет тебе помочь.

— Что у него за потенциал? — Пунну совершенно не понравилось, насколько серьезным был тон обычно легкомысленного Ома. Если неизвестный одаренный настолько опасен, лучше держать его подальше от убежища и тех, кого Пунн ежедневно защищает.
Ом замялся.

— Он может блокировать чужие потенциалы, — ответила вместо друга Намтан.

В голове Пунна зазвучало сразу несколько голосов: «Они хотят убить нас!», «Мы обязаны скопировать этот дар!», «Они давно это задумали!». Пунн сделал глубокий вздох. Со времен школы он научился контролировать себя настолько, чтобы голоса и личности не прорывались наружу. Если бы не множество чужих потенциалов, которые все сильнее подпитывали его личности, все было бы нормально. Слышать их он давно привык, но соглашался редко. Не стоит доверять суждениям параноика, самодовольного эгоиста, задиры или уж тем более — темной личности. Даже если все они говорили голосом самого Пунна.

— Временно или навсегда? — уточнил Пунн, игнорируя собственные крики. Хорошо хоть, слышал их только он. Было бы неловко, если бы друзья знали, как порой личности Пунна реагируют на их слова во время телепатических бесед.

— Пока только временно, — ответ Ома успокоил его совсем ненадолго. — Правда, мы не знаем, до какой степени может возрасти его потенциал. Однажды он может стать ходячим оружием, наподобие той сыворотки, которую использовали Корн и Мон.

Пунн знал это чувство: когда тебя считают ходячим оружием. Он невольно посочувствовал одаренному со способностью, за которую правительство могло убить.

— Присылайте его в убежище, — согласился он. — Если не справлюсь, он защитит от меня остальных.

Голоса едко шептали, что Пунн готов их уничтожить, лишь бы выслужиться перед друзьями, но он продолжал делать вид, что не слышит. Пунн знал, что делал правильный выбор.

Судя по сочувственному молчанию друзей, с этим были согласны все.

***

Офф, новенький одаренный, был просто невыносим. Пунн смирился, что того прислали ему в помощь. Но Офф как будто специально делал все, чтобы вывести Пунна из себя.

При первой же встрече стало ясно, почему с ним долго не могли наладить контакт. Наверное, только непрошибаемо дружелюбный Ом из всех одаренных мира смог бы найти к нему подход.

Офф был бесцеремонным, развязным и совершенно бесстыдным. Он себя-то не мог контролировать, так как можно было доверить ему защиту целого убежища?

— Вы серьезно? Тот самый опасный шизик, за которым мне нужно приглядывать, — это вот этот славный парень? — громогласно заявил он при первой же встрече. — Милый, ты уверен, что тебя самого защищать не нужно?

Сопровождавший Оффа Ом немедленно скрыл себя потенциалом, но забыл отключить звук. Под задыхающийся хохот, доносящийся из угла комнаты, Пунн повел ладонью в сторону Оффа, склеивая ему губы.

— Мне защита не нужна, — веско сказал Пунн, со смутным удовольствием слушая мычание Оффа.

Тот пристально посмотрел на него, после чего с азартом прищурился. Стало видно Ома, смех резко оборвался.

— А ты с характером! — довольно заявил Офф, губы которого больше не были склеены. — Мы поладим, о очаровательный хранитель убежища.

Пунн в этом сомневался.

По какой-то причине Офф решил, что им с Пунном непременно нужно подружиться. Он регулярно таскался за ним, мешая общаться с жителями убежища и отвлекая от собраний лидеров. Будил по утрам, врываясь в комнату и болтая ни о чем. И кажется, поставил своей целью закормить Пунна, ежедневно таская ему обеды.

Избегать его было сложно: любое проявление потенциалов Офф с легкостью гасил. Не помогали ни силовые барьеры на двери комнаты, ни отведение взгляда. Офф смотрел прямо на Пунна. Должно быть, для того, кто привык разрушать чужие потенциалы, безграничный запас все новых фокусов от Пунна был своеобразным вызовом. В какой-то степени это даже льстило.

Конечно, все объяснялось намного проще: Офф должен был за ним приглядывать. Да, он вел себя как клоун, но это работало. Как ни странно, голоса на время притихли. Так что жители убежища оставались в безопасности.

Постепенно Пунн привык к постоянному присутствию Оффа рядом. В конце концов, он отучился в классе одаренных, полном назойливых личностей. У него был иммунитет против идиотов. Конечно, ни один из его друзей-идиотов не вел себя настолько нагло, как Офф. Но, возможно, тот просто не знал, как вести себя с окружающими. Пунн замечал, как жители убежища отводят взгляды, когда Офф блокирует действие чужих потенциалов. Наверняка это видел и сам Офф. Если он сталкивался с подобным отношением последние пару лет, не было ничего удивительного, что он не отлипал от Пунна. Тот не боялся его дара, более того — ощущал себя спокойнее, зная, что есть кто-то, способный его остановить.

— Какой самый опасный дар ты копировал? — спросил его однажды Офф.

Он уже полчаса наблюдал, как Пунн пытается сократить расходы убежища: чем больше людей становилось, тем сложнее было его содержать.

Пунн отложил в сторону ручку и устало потер лицо. Едва заметный шепот параноика внутри говорил, что рассказывать секреты Оффу — плохая идея, но остальные голоса молчали.

— Наверное, это дар Пэнга, — задумчиво сказал он. — Заставлять кого-то делать что-то против своей воли. Огромная власть над другим человеком, которой легко злоупотребить.

— Давай попробуем! — оживился Офф, приподнимая голову от стола. — Прикажи мне что-нибудь.

Он смотрел лукаво и цепко. Пунн закатил глаза, но все же сосредоточился на его дыхании. Вдох-выдох, неровно и слишком быстро.

— Принеси мне воды, — приказал Пунн, облизывая пересохшие губы.

Офф завороженно кивнул и встал из-за стола.

Голоса в голове ошарашенно молчали. Пунн проследил, как Офф обошел стол, взял из холодильника бутылку и принес ее. Неверяще протянул руку. По ладони скользнула прохлада.

— Нет, — глухо прошептал Пунн. — Нет, так не должно быть. Офф, ты слышишь меня?

Он чувствовал отчаяние в собственном голосе. Если Офф не мог сопротивляться потенциалу, Пунн вновь становился опасным. А ведь он впервые за долгое время наслаждался тем, что его не нужно бояться.

Офф опустил голову и некоторое время разглядывал бутылку в ладони Пунна. После обхватил ее собственными пальцами, с силой сжал.

— Все в порядке, Пунн, — он поднял их соединенные ладони. — Почему бы тебе просто не утолить жажду?

Пунн отстраненно смотрел, как Офф открывает бутылку, подносит ее к его губам. Его пальцы все еще сжимали пальцы Пунна, сводя на нет всю прохладу стекла.
Пунн, обреченно закрыв глаза, сделал глоток и тут же закашлялся. Он не любил кислый вкус цитрусов.

— Ты принес мне апельсиновый сок! — он широко распахнул глаза, чтобы увидеть озорную улыбку Оффа. Неловко дернув сцепленные ладони, Пунн тут же пролил на него содержимое бутылки.

— Очевидно, такого ты не приказывал, — нисколько не расстроенный Офф отошел на пару шагов, расстегивая мокрую рубашку. — Видишь, не такой уж этот потенциал и страшный.

«А он силен!», «Мы должны сломать его», «Это было странно», — возбужденно загалдели голоса. Пунн покачал головой и высушил рубашку Оффа движением руки. На светлой ткани остались разводы, но одаренных, способных отбеливать пятна, Пунн пока не встречал.

— Ну вот, а я уж думал порадовать тебя сеансом стриптиза, — вернулся Офф к привычному поведению придурка. — Уверен, что отказываешься?

Пунн закатил глаза и вернулся за стол. Подтягивая к себе бумаги и ручку, он мельком взглянул на Оффа. Тот все так же оставался невыносимым, но выглядел невероятно притягательно: со сбившимся дыханием, в растрепанной рубашке, со взъерошенными волосами.

— Знаешь, может, дар Пэнга и не был самым опасным, — хор голосов слился в один, возмущенный тем, что Пунн собирался сделать. — Может, самым опасным был потенциал моего учителя.

Пунн щелкнул пальцами, и Офф замер.

— Его потенциал позволяет стирать память. Стоит попробовать, верно? Все становится слишком серьезным и, честно говоря, мне сейчас совершенно не до этого, — Пунн убеждал в этом и Оффа, и самого себя, каждую свою грань. Кажется, Оффу удалось очаровать все его личности. Даже тех, кто с самого начала относился к нему с подозрением.

Он прикоснулся кончиками пальцев к вискам Оффа, стараясь не сорваться в ласку. Если Пунн правильно разобрался в его потенциале, разрушение не происходило само собой. Оффу нужно было отреагировать на чужой дар за несколько секунд. До этого он всегда был готов к атакам Пунна. Эффект неожиданности мог сработать.

— Забудь последние полчаса, — Пунн направил энергию сквозь пальцы. По-хорошему, нужно было бы стереть намного больше, но Пунн не знал точно, когда между ними начался этот неловкий флирт. Возможно, с первой встречи, когда Офф предложил ему свою защиту.

— Нет, — уверенно сказал Офф, отмирая. — Я не согласен.

Он перехватил отшатнувшегося Пунна в объятья, не позволяя отстраниться. Голоса оживленно загудели.

— С этим потенциалом просто невозможно справиться, — возмутился Пунн. — Даже если я его скопирую, пытаясь разрушить твой же дар разрушения, мы просто уйдем в рекурсию.

— Мне нравится представлять, как ты копируешь мой дар, — горячо зашептал ему на ухо Офф. — Все это бурлящее напряжение между нами. Будет жарко.

Пунн зарылся пальцами в непослушные волосы Оффа, сдаваясь и притягивая его ближе.

— Не представляю, о каком напряжении ты говоришь, — удивился он, наблюдая, как со стола начинают разлетаться листы бумаги, а по двери идет изморозь. — Я чувствую себя совершенно обычно.

— Раз так, то тебе больше не нужна помощь, и я могу… — Офф явно ждал уговоров навсегда остаться в убежище, но Пунн просто приподнялся на цыпочках и позволил вовлечь себя в долгий поцелуй.

Раз уж все его личности сошлись на том, что нужно защищать этого наглеца от всего мира, зачем тратить время на разговоры? Может, они смогут защищать друг друга.

Пунн никогда не думал, что тем, кого он однажды захочет оберегать, станет кто-то вроде Оффа. Но, как и в случае с подпольем и убежищем, не собирался долго бороться с собой. Пунн научился принимать себя цельным.

И кажется, Офф был не против познакомиться ближе с каждым голосом в его голове.