Actions

Work Header

Однострочники по Вселенной Звездных Врат

Chapter Text

— Эй, Джон, Джон, я нашел синюю телефонную будку вызова полиции!
— Я очень рад за тебя, Родни, но ты не мог бы потише? На нас люди смотрят.
Шеппард устало поплелся за радостным МакКеем проклиная день, когда разрешил тому выбрать место для отпуска на Земле.
— Правда, она, ну, правда?
Будка действительно была очень похожа, да что там – просто таки идентична.
— Сфотографируй меня рядом!
— А, очередные фанаты, - из-за их спин вышел молодой мужчина.
— А, что, нельзя? – ощетинился МакКей.
— Можно, только это моя будка.
— В смысле?
— Я коллекционер, а она экспонат, вот документы на нее.
— Просим прощения, - сказал Шеппард.
— Ничего, кстати, вы красивая пара!
Джон сделал вид, что не расслышал, он отвел Родни в сторону и попытался ему втолковать, что его гениальность пройдет не везде.
— Джон, - МакКей снова повернулся в сторону будки.
— Чего?
— Она исчезла.
На самом деле, теперь на углу не было ничего.
— Ты думаешь, о том же, о чем и я? – уточнил Шеппард.
— Он таки снял ее с ручника!

Chapter Text

История, рассказанная тремя членами известного отряда по мотивам найденного в лаборатории МакКея перевода русской сказки. Правки внесены по комментариям отдельных лиц.
Жили были на Атлантиде гениальный ученый и красавица. Жили долго. Ученый ходил через Врата и охотился на Рейфов, красавица… Тоже что-то делала. Пошел однажды ученый и вытащил из Врат только жуков-иратусов и траву, во второй раз вытащил только дженаев, а в третий раз попался ему рейф, да не простой, а сама королева улья. И молвила голосом человечьим: «Не убивай меня, чем хочешь награжу». И ответил ученый: «Не нужны мне твои подарки!», - и выбросил через Врата. Рассказал красавице, а она, неблагодарная такая, возьми, да закричи, что мог бы хоть у нее спросить. Башня не чинена, ученый никогда ее не понимает, и ведет себя как последний самоуверенный эгоист, который только и думает, что о всеобщем признании, а в человеческих чувствах разобраться не может... Поругались, в общем. Пошел ученый и снова вытянул из Врат Королеву. Понял, что лучше уж она, чем то, с чем он живет в одном городе. Сказал, что красавица хочет, чтоб рейфы починили Башню, ну, делать королеве нечего – позвала своих рейфов. Потом красавица захотела молодости. Дали им рейфы молодости. А потом захотела стать владыкой галактики. Ну, а рейфы собрались, налетели на Атлантиду, разрушили ее и съели красавицу. Ученый героически… Сбежал через Врата… Орбитальные… Прямо перед тремя рейфовскими ульями…
А все потому что хороший рейф – это мертвый рейф! И жалеть их нельзя.
Жили они долго и счастливо. Кто жил? Ну, рейфы, наверное.

Chapter Text

— TOS лучше! – возмущался Шеппард. – Ну, хотя бы TNG смотрели бы.
— Я полагаю, что все эти сериалы абсолютно антинаучны. – Высказал свое мнение Родни.
— Так зачем смотреть? – удивился Ронон. – Еще и не с начала.
— Это очевидно, - спокойно ответила Тейла, - здесь есть блондинка.
— В TOSе блондинок много!
— Умных?
— Но она же репликатор! – не понял Ронон.
— Не репликатор, а борг, у тому же бывший! – взъярился МакКей. – Никогда бы не подумал, что ты такой шовинист.
— Э-э-э?
— А TOS все равно лучше…

Chapter Text

"Ты как будто женат" - говорит Ронон. И он, черт возьми, прав!
- Джон, сделай что-то с детьми!
- Никто коридоры не моет, Джон!
- Джон, солнышко мое! Ты представляешь этот МакКей...
- МакКей всю проводку сжег, стукни его!
- А эта Тейла такая расфуфыренная, что у тебя с ней?!!
- А вот та психолог... Как ее там? Ты с ней за руку держался, я видела!
- Представляешь, я видела, как Радек пробирался ночью к лейтенанту Стар, а потом...
- А Вулси, на самом деле...
- Мерзкие рейфы, Джон, сделай хоть что-то!
"Скажи мне, - устало спросил Шеппард у своего любимого города, - у кого из нас ракеты?"
- Ой, точно! Я такая невнимательная.
"Я как будто женат...".
- Эй! Я все слышала!

Chapter Text

У нас временное перемирие. Мы стараемся вежливо улыбаться друг другу и не переходить на личности. Ну... Во всяком случае – я стараюсь, хотя очень трудно вести светскую беседу с человеком, которого хочется тихо и нежно изнасиловать. Только вот не думаю, что Николас оценит мой подход к проблеме. Да и представить его вежливым и улыбающимся... Это что-то за гранью фантастики. Даже в нашей ситуации. Особенно в нашей ситуации.
За время нашего знакомства я видел Раша во многих ипостасях, но ни одна из них не была приятной. Правда, когда мы только вдвоем, может быть только два Николаса: напуганный и агрессивный. Впрочем, по сути, это одно и то же. Это, выводит меня из себя, чем и привлекает.
Вот сейчас он смотрит словно загнанный в угол зверь, а я всего-то поинтересовался успехами в расшифровке кода Древних. Николас вздыхает, и начинает свою обычную историю о том, насколько непросто работать под давлением… Да кто ж на тебя давит, кроме тебя самого? Я советую ему не перенапрягаться, ответный взгляд крайне красноречив.
— Я делаю все, что в моих силах, полковник.
Ну, вот и поговорили. Вежливо, и даже друг друга ни на что не спровоцировали. А жаль.

Chapter Text

Рутиннейшая миссия на не менее рутинную землеподобную планету с рутинными аборигенами застрявшими в Средневековье. Только вот на деле оказалось, что технологии у них были вовсе не рутинные, а очень даже опережающие земные лет на двести.
После длительной погони, сопровождающейся массированными спецэффектами, бравая команда ЗВ-1 оказалась в челноке, благополучно зависшем где-то на орбите.
— И как скоро нас собьют? – оптимистично поинтересовался Дэниел.
— Есть вопрос получше – откуда? – ответила ему Вала, указывая на видимый через иллюминатор корабль-пирамиду.
— Кажется… С нами пытаются связаться. Отвечаем?
— А у нас есть выбор? – кисло поинтересовался Митчелл.
На экране появилась радостное лицо Ба’ала.
— Ну, что, не ждали?
— Ток’ра утверждали, что нашли последнего клона, - проккоментировал Тилк.
— Извините, что разочаровал, - развел руками Ба’ал, - сдаетесь по-хорошему или вас расстрелять?

Chapter Text

Нет ничего страшнее, чем видеть, как твоя собственная рука поднимается против твоего любимого. Нет ничего хуже, чем знать, что твое тело не принадлежит тебе. Что бы не говорил мой возлюбленный муж, я знаю, что наши бывшие боги - демоны, ужаснее которых не существует. И я принадлежу демону безраздельно. И все равно отвечаю за то, что он творит. Потому, даже если тау'ри найдут способ меня спасти - я не смогу жить с осознанием того, что сотворила. Пусть это и была лишь оболочка, но моя оболочка. Только в смерти я могу ждать прощения.

Chapter Text

Если бы Кетеш знала, чем для нее обернется тело той красивой девушки… Если бы только подозревала… У Валы Мал Доран было свое мнение по поводу всего, что происходило вокруг нее, и она не стеснялась этим мнением делиться, и при всех попытках – подавить навязчивый голос не удавалось.
— Ой, да кто ж так одевается, безвкусица!
— Я понимаю, что, типа, богиня секса, но это не значит, что надо вести себя, как последней…
— А тот типчик очень даже ничего.
— Нет, с такой политикой далеко ты не уедешь, свои же войска предадут. Помяни мое слово!
Мысль о том, что ей до конца Вечности придется слушать этот голос – богиню ужасала.
Когда суд ток’ра огласил приговор – Кетеш была почти счастлива.

Chapter Text

— Она твоя дочь. Я понимаю, что ты чувствуешь.
— И когда это у тебя были дети? – сарказм просачивается даже в мысленный голос Джейкоба.
— У меня – никогда. Но у одной из моих носителей был сын.
— Ясно... Кстати, о детях… Как вы вообще думаете размножаться?
Недоумение. Образы. Попытка объяснить не словами.
— У Ток’Ра нет королевы. Мы предпочитаем думать только о борьбе.
— Искренне сочувствую.
— Учитывая твои проблемы с Самантой, - Сэлмак тоже умеет звучать саркастично, - я предпочитаю радоваться.

Chapter Text

Саманта:
Тейла рассказывала том, как они с Дженнифер оказались вдвоем на планете кишащей охотниками за головами. Истинные лидеры никогда не говорят о неудачах своих подопечных напрямую, но это всегда читается между строк. Тейла – именно такой лидер.
Я верю, что доктор Келлер достойная – иначе бы она просто не попала в программу Звездных Врат, но я так же вижу, что она оставила треть жизни в погоне за знаниями. Теоретическими знаниями. Я не считаю, что это плохо. Иначе бы у меня не было докторской степени. Но в жизни есть еще многие вещи, которые нужно понять. Тем более, если ты в другой галактике. Особенно, если ты в другой галактике. Каждый раз, когда во мне поднимается раздражение – я напоминаю себе, что Дэниел долго был «пятым колесом» и обузой для всех. И все равно возвращаюсь к этим мыслям. Снова и снова.
Я не могу придраться к работе Дженнифер… Но я не уверена, что Атлантиде нужен именно такой человек.

Родни:
Мне нравится Келлер. С некоторой долей вероятности могу даже утверждать, что я люблю ее. Она милая, красивая и очень добрая. Я часто думаю, что мы бы были хорошей парой… На Земле. Не подумайте, что я ставлю себя выше кого-то, я просто и есть выше. Недостатки моей физической формы с лихвой компенсирует мой ум. Конечно, я не говорю, что Дженнифер глупа, вовсе нет. Но, мне кажется, найти хорошего врача – значительно легче. Я не уверен, что в кризисной ситуации она не запаникует, я не уверен, что она сможет сдерживать себя или работать в тяжелых условиях. Карсон, при всей его мягкости и доброте, все-таки был взрослее. Не в физическом плане, хотя и в нем тоже, конечно, но в плане психологическом. Более зрелым, точно так же, как и я, и остальные в Атлантиде. Келлер прекрасная девушка, но ей, думаю, безопаснее было бы на Земле.

Дженнифер:
В меня не верят. Что ж – не привыкать, такое со мной всегда и везде. Надо доказать свою полезность, почаще отправляться на планете, показывать, что я способна действовать и рисковать…

Фрагмент отчета о миссии на B54F-A (“Дерла”):
«…Доктор Дженнифер Келлер забрала стрела рейфов. Велика вероятность ее гибели».

Chapter Text

Это не то, о чем вы подумали! Правда-правда. А что наручники, так наверное мой друг забыл, он в полиции работает. Мы вечером сидели, а потом он уехал, а их забыл, я в руках крутил, да так и заснул. Решил вернуть утром. Девушки? Какие девушки? Ах, эти... Ну, это мои соседки, вчера почти во всем доме горячей воды не было, вот они и пришли ко мне душ принять, а одежду сменную забыли. Засосы, какие засосы? Я в теннис играл. Да, вчера! У меня же всего один выходной, вот и тороплюсь все успеть. Играл, значит, и упал. И так пять раз! А там камни были, ближайший корт не самый лучший. Машина генерала? А что с ней? Ну, это, вчера генерал Лэндри ее сам разрешил брать. Ну... Не знаю, чего не помнит. Может возраст уже сказывается... Да-да, это именно он разрешил ее перекрасить в розово-черную полосочку и приклеить плюшевого крокодила на капот. Что? О чем вы, это порошочки, таблеточки и грибы для моей любимой бабушки... Она старенькая, ей самой за покупками ходить тяжело, вот я и решил, что куплю все вечером, и с утра занесу.
Нет, я в полном порядке! Завтра уже на службу.

Chapter Text

— Мама права! Мама всегда права! А, ну, ешь манную кашку!
Адрия, бывшая Орисай и командующая Крестовым Походом в галактику Млечный путь, недобро покосилась на свою радостную мать.
— Я потеряла только способности, но не IQ, мама!
— А кто же спорит! Ты у меня такая умненькая!
Вала хотела было подергать дочь за щеку, но вовремя передумала. Морпехи-морпехами, но мало ли какие увечья Адрия успеет нанести, пока ее оттащат.
— Кушай кашку, - приторно-ласкова сказала Вала.
Адрия вздохнула. Земляне, воистину, знают толк в изощренных пытках.

Адрия снова пропускает завтрак. И хотя Орисай многое значит для веры Томина, но она все равно его дочь, потому он волнуется, как и любой отец.
— Священны Орай, - Досай привычно спокоен, - что тебя гнетет?
— Священны Орай, я боюсь, что те пытки землян повлияли на Орисай возымели свое действие.
— Слышу нотки ереси в твоих словах, разве Орай бы позволили ей испытать боль? Разве бы не защитили бы, грози ей опасность? Разве не отвели бы пыточное орудия, поразив палачей?
Томин прикусил язык и кивнул, но тут как раз раздался многократно усиленный голос Адрии: она обращалась к народу.
— …Вы помните о походе против неверных, но знайте, что есть высшая опасность, исходящая конкретно от Земли! Ваша Орисай узнала о корне зла, таящемся на этой планете, где он пророс из-за отрекшихся от нас. Это зло породило глубинный ужас, который жители Земли в греховности своей поедают. Название ему манная каша!
— С другой стороны, - тихо заметил Досай, - ты, возможно, в чем-то и прав.
Они оба прислушались к голосу Адрии, которая как раз рассказывала о скользких комочках в остывшей белой массе, где плавают не растаявшие куски масла.

ЗВ-1 вернулась на базу с пополнением.
—Адрия собирается нанести ответный удар, - вместо приветствия говорит Кэмерон.
— …Манной каше, - добавляет Вала, - пошли, муженек, покормлю тебя!
Генерал Лэндри в недоумение смотрит на Томина, а тот только страдальчески закатывает глаза.

Chapter Text

- И все равно не понимаю, - задумчиво проговорила Келлер, - чего он так сам себя сдавал. Все эти убийства... Он же не был идиотом, в конце-концов!
- Нет, - ответил Родни, - но представь, что тебе приходиться жить среди говорящих бифштексов. Свежых, истекающих соком, источающих пахучий аромат... А теперь представь, что у тебя волчий голод. Все время хочешь есть, и есть, и есть... Ты можешь говорить с бифштексом? Я не умею.
- Кажется, ты хорошо понимаешь рейфов.
- Я просто понимаю, что значит - быть лучше других.
Келлер недоуменно на него посмотрела.
- Я считаю рейфов более высокой ступенью эволюции, нежели нас!
- Командованию только не говори, ладно?

Chapter Text

- Мама-мама, она подкинула мне в чай лимон!
- Это был мой чай!
- А вот и нет!
- А вот и да!
- А еще она не помнит общий вид квадратного уравнения!
- За то я могу их решать, а ты даже не видишь, когда дискриминант отрицательный!
- А ты... А ты... Аыыыы!
- Плакса!
- Дети, - устало спросила их мать, - почему, ну почему вы не сбежали с цирком, когда у вас была такая возможность?

Chapter Text

— Да не может быть! – Ниррти казалась удивленной.
— Я тебе говорю – женские тела скоро перестанут быть популярными, - Бастет хищно посмотрела на свою лотар, и та предпочла ретироваться из поля зрения богини.
— Это же неудобно! Неужели мы нахватались глупых предрассудков от джаффа и людей?
— Чего не сделаешь ради моды, - пожала плечами Бастет, - но я пока не буду торопиться. Посмотрим, как приживется среди молодняка.
— У них, - фыркнула Ниррти, - выбора обычно нет. Лично я продолжу свои исследования, и если лучший носитель будет мужчиной – так тому и быть.
— Как всегда – сугубо практично, - рассмеялась Бастет.

Спустя пару десятков лет, уже на другом саммите, Бастет беседовала с Кали.
— Это преступление против моды, - возмущалась та, глядя на Осириса, - сменить мужчину на женщину.
— У него всегда был дурной вкус, - ответила Бастет, - но стоит заметить – ему идет.
Они обе завистливо посмотрели на давнего соперника.

Chapter Text

На мостике звучит «песня» реликтового излучения, система звуков, существовавшая до рождения Вселенной. Николас Раш сидит, положив голову на руки.
— Ты опять это слушаешь? – Янг, обычно, знает где он и предпочитает связываться по рации только в крайних случаях.
— Да. Это напоминает мне шум волн, бьющихся о борт корабля, - Раш повернулся к нему.
Они вдвоем здесь уже больше года. Червоточина с базы Икар до Земли «соскочила» в последнюю секунду, и двое замыкающих оказались здесь. Раш только через полгода признался, что это не было случайностью.
— Мы могли погибнуть. Остальные могли погибнуть, - сказал тогда Янг.
Ответом ему было:
— Но ведь не погибли.
И все. Больше этой темы они не касались.
Случалось многое, приходилось бороться и с инопланетянами, и с отказами систем самой Судьбы. Как говориться: «Близость смерти сближает».
— Я связывался с командованием, - сказал Янг, подходя ближе, - договорился, что мы будем сообщать только в экстренных случаях.
— А как же солнечная, прекрасная Земля? – с нескрываемым сарказмом поинтересовался Николас.
— Мне не кажется, что я сейчас принадлежу ей.
Они оба замолчали, слушая, звук, похожий на то, как волны бьются о борт корабля. Судьба летела к своей, ведомой только ей, цели.

Chapter Text

— Мы не заблудились! Я приведу вас на мостик, не переживайте!
Сам Броуди здорово нервничал, говоря это пришельцам. От Раша и Хлои он слышал о них много неприятного, и то что он был с ними, фактически, наедине – не прибавляло ему уверенности.

— Как скоро они поймут, то он водит их кругами? – спросил Янг.
— Скоро, - ответил Раш, - они хорошо знают Судьбу.
— Тогда нам лучше как можно быстрее настроить внутреннюю защиту.
— Определенно.

Chapter Text

Откуда на Судьбе взялся мел – никто не знал. Не то кто-то еще при эвакуации прихватил, не то нашел отложения на какой-то планете, не то в него превратилось что-то оставленное Древними. В одном из коридоров стена по негласному уговору превратилась в доску объявлений и книги жалоб…
«Хочу домой!»
«А кто не хочет?»
«Мне тут скучно»
«Иди смотреть Южный парк с нами!»
«Ха, там же всего одна серия»
«Но, за то, какая»
«Я скучаю по родителям»
«Здесь был Грир»
«Так отправляйся на Землю!»
«От камней только хуже»
«Давайте их выбросим в космос»
«А давай тебя выбросим в космос»
«Да, что, и пошутить нельзя?»
После непонятных символов: «Хлоя, ты снова с инопланетянами связалась?»
«Янг достал»
«Раш достал»
«Точно, Раш Hate!!!!!111»
«Доктор Раш – видный ученый, который знает больше всех вместе взятых на этом корабле»
«Николас, залогинься!»
«Хочу парня»
«Приходи вечером в гидропонный сад, буду ждать»
«Почему у нас нет репликаторов?»
«Может, потому что это не Стар Трек?»
«Репликаторы есть в нашей галактике»
«Учи матчасть! Их давно перебили»
«Это не те репликаторы»
«Янг+Раш=?»
«Море крови»
«Разбитый нос так уж точно»
«Вот не надо, в последнее время они хорошо ладят»
«Эверетт, залогинься!»
«Янг – козел!»
«Тамара, ты неправа»
«Чмоки всем кто в этом чяте!»

Chapter Text

— Вы говорите, что потеряли мастера Братака?
Голос Тилка предельно спокоен и потому все, кто знает его хоть немного, спешат убраться в специальные даффаубежища. Ну, или хотя бы закрыться в транспортаторе на ближайшие пару часов.
Только Ронон и Вулси мужественно стоят перед ним. Один, потому что истинный сатедианский воин никогда не испытывает страха, а второй – потому что у него просто-напросто нет выбора.
— Это случайность, - неуверенно говорит Вулси, - он сам попросился с отрядом, кто же знал, что рейфы налетят…
Желваки Тилка дергаются, но прежде, чем он успевает что-то сказать – Врата начинают крутиться.
— У нас входящая червоточина, - откуда-то из-под пульта рапортирует техник.
Через пару минут приходит сообщение. От дженаев. Они «поздравляют лантийцев с легендарной победой». В течение часа приходит еще что-то несколько подобных же посланий от всех мало-мальски развитых технически народов.

— Это что, все? Где рейфы, я вас спрашиваю? Их так мало? Это страшный враг с которым вы не могли справиться? – спустя несколько дней недоумевает мастер Братак, в одиночку перебивший почти всю расу рейфов.
Те несчастные, что спаслись, дали торжественную клятву вечного вегетарианства. Галактика Пегас праздновала освобождение от тысячелетнего гнета.

Chapter Text

— Знаешь, а ведь я тебя ненавижу, - задумчиво сказал Джон Шеппард, глядя в потолок.
Или, правильно говорить в палубу с обратной стороны? Он все время хочет уточнить и все время забывает.
— А я-то думала, что ты это в порыве страсти засосы ставишь, а оказывается из злого умысла, - фыркнула Ларрин и кинула в него скомканными штанами, - давай, одевайся, у нас переговоры.
Сама она уже оделась и расчесывалась. Делала она это так, будто волосы были ее личными врагами.
— У вас переговоры, - пробурчал Шеппард.
Он, тем не менее, натянул штаны и взялся за поиски остальной одежды. Обувь пряталась активнее всего.
— Когда ты уже перестанешь говорить так, будто ты не с нами?
Ларрин уже закончила приводить себя в порядок и наблюдала за Джоном, уперев руки в боки.
— Ну, не знаю, - Шеппард шарил под койкой, - может, когда глава вашего флота перестанет держать меня в заложниках?
— О, ты прямо так страдаешь, так страдаешь… Что-то на свадьбе ты ничего против не сказал.
— Меня напоили – это раз, - Джон наконец-то нашел правый сапог и поднялся с пола, - я не успел ничего пикнуть – это два. Ты просто заявила: «Это Джон Шеппард и он теперь мой, если кто против – зубы выбью».
— Заметь, - елейным голосом сказала Ларрин, - я не уточнила, чьи конкретно зубы.
— С кем переговоры? – сменил тему Джон.
— С дженаями.
— Дженаи плохие союзники, - покачал головой Шеппард, - они предадут, как только это станет им выгодно.
— Вот потому ты и идешь, как наиболее опытный в общении с ними.

На самом деле Джон понимал, что теперь его «плен» не больше, чем формальность. Уже давно не больше, чем формальность. Почти сразу после того, как Ларрин отказалась отдавать его – земное правительство свернуло миссию на Атлантиде, как нерентабельную. Хотя нет, сначала были попытки вызволить его, Джона Шеппарда. Немного, всего штук десять. За это время рейфы успели перегруппироваться и отыскать город снова. Мало того – один улей получил данные о местонахождении Земли и, благодаря украденным технологиям, получил реальную возможность добраться до нее. Потому миссию удалили из галактики Пегас в прямом смысле: вместе с Атлантидой.
А он остался здесь.

Очередного дженайского начальника звали Сорес и он неприятно напоминал покойного нынче Коуэна. То же мягкое лицо эстетствующего маньяка и обманчиво-неповоротливое тело.
Он в течение получаса распинался о достижениях дженайской науки и техники, Мила, главная по технике, пару раз хихикнула, но, заметив полный яда взгляд командира, быстренько сделала вид, что у нее приступ кашля.
— Без нашего оружия вам не обойтись! – закончил свою речь Сорес. – И все, что мы просим – транспорт для перевозки.
— Интересно, - флегматично заметил Шеппард, - а как там ваши дети? У них не отросло пару новых конечностей из-за постоянного облучения?
— Да как вы смеете… - начал посланец. – Ларрин, неужели вы, сильная умная женщина, всего лишь лантийская марионетка?
«Ну, все, - подумал Шеппард, - он сам напросился». Мила сдерживаться не стала и сказала, хотя и на ухо своему соседу, но достаточно разборчиво: «Хана дженаю». Сорес тоже понял, что сказал лишнего, но Ларрин удивила всех.
— Лантийцев уже давно нет в нашей галактике, - холодно сказала она ему, - вы смеете сомневаться в словах человека, которому я доверяю? Как тогда я могу быть уверена, что вы не сомневаетесь в чем-то еще… И к чему это может привести. Например, взрыв на борту транспортного судна, для профилактики.
— К тому же, - добавила Мила, - у нас техника лучше.

— Ты взяла меня с собой, - сказал потом Шеппард, - только чтоб подчеркнуть, что я теперь с вами?
— А ты не с нами? – вопросом на вопрос ответила Ларрин. – Если нет, вон там ближайший шлюз. Можешь идти.
— Да нет, я как-то уже привык к местной кухне.

Chapter Text

— Ты должен расслабиться, - говорит Тейла.
И Родни вспоминает грустный голос сестры в своей памяти. Ты должен прекратить думать о задачах и формулах. Хоть на минуту, хоть на секунду поставить что-то выше, чем последовательность выстраивающихся чисел.
Джинни смогла – она всегда была способнее его. Она выдвинула свою семью на первое место и жила счастливо. А он что?
— Родни, - вырывает его из размышлений Тейла, - какой смысл учить тебя чему-то, если ты не слушаешься?
— Прости, задумался. И, может быть, медитации – это не мое.
— Глупости, - она опускается напротив него, - все способны медитировать. Просто по-разному.
— Это как по-разному? В другой позе, что ли?
Она качает головой.
— Как угодно. В песне, в танце, сидя, стоя, лежа… Вон, майор Лорн прекрасно медитируют, когда рисует.
— Тогда чего ты говоришь расслабиться? – недоумевает МакКей.
— Потому что это главное, - она остается сидеть на своем месте, но наклоняется к нему так, что Родни чувствует ее дыхание, - ты чувствуешь себя частью мира и мир частью себя самого. Ощущаешь присутствие себя здесь и сейчас.
— А разве мы и так не ощущаем себя так? – переспрашивает Родни.
Он чувствует себя немного неуютно и хочет отодвинуться от Тейлы. Она чуть наклоняет голову, и зрачки ее глаз кажутся Родни огромными и глубокими, словно океан под Атлантисом.
— Нет, - ее голос тихий и мягкий, - каждый живет прошлым, когда вспоминает о чем-то, как ты пару минут назад. Или живет в будущем, которое планирует и просчитывает. Вспоминает увиденное раньше, представляет еще не увиденное. Настоящие часто кажется блеклым, потому что его не видят.
Настоящее Родни совсем не было блеклым. Оно наполнялось красками и запахами: горящих свеч, океанского воздуха, проходившего через открытое окно, ароматических масел, которых Тейла никогда не жалела. И сама она, совершенная и прекрасная… Неужели никто этого не замечает? Неужели он сам этого не замечал…
— Родни? – спрашивает она немного удивленно.
Мир вокруг словно трескается, оставляя от прошлого видения ощущение белых, чистых стен, как в лаборатории… Или морге.
—Извини, - он встает, - наверное, мне пора идти. Извини, что отвлек.
—Ничего, - Тейла не поднимается следом, все так же сидит и смотрит на него с улыбкой, - приходи завтра, попробуем еще раз.
Родни говорит что-то неразборчивое и согласное, а сам думает, что не придет, потому что ведь Тейла просто товарищ, друг и коллега. А еще инопланетянка. Не стоит все усложнять.
Когда он уходит, Тейла тяжело вздыхает и думает, что нет никого страннее земных мужчин. Она гасит свечи одну за одной и подходит к окну, прислушиваясь, как далеко внизу шумит океан.

Chapter Text

— Доброе утро, Николас!
— Доброе утро, Гло… Прости, Судьба.
— Можешь называть меня Глорией, - она полулежит в соседнем кресле и задумчиво смотрит на него.
— Ну, уж нет. Чего ты хотела?
— Ты слишком груб, - говорит она, - нет, чтоб поинтересоваться, как у меня дела или, чем я сегодня завтракала...
— Твои дела отображаются во-о-он на том экране, а завтракала ты сегодня энергией от ближайшей звезды. Как всегда.
— Нельзя быть таким злым, - отвечает она, - вот возьмем Илая…
— А причем тут Илай?
— Ты его все время доводишь. Говоришь, что он ведет себя, как ребенок. Шпыняешь, оскорбляешь и…
— Это когда? - не понял Раш.
— Показать все три тысячи записей? – оживилась Судьба.
— Не надо. Но ему действительно пора взрослеть.
— А еще ты постоянно ругаешься с Эвереттом! Это безобразие.
— Он пытался меня убить.
— Ты его тоже! Вы оба неправы, но зачем ссориться?
— Мы не ссоримся, мы обсуждаем сложившуюся ситуацию.
— А летающие предметы входят в обсуждение?
— Когда это я…
— Я могу показать чет…
— Не надо!
— А еще, - она села, принимая вертикальное положение и принялась загибать пальцы, - ты по-хамски ведешь себя с Волкером и Броди, не считая их значимыми. Вообще грубишь ученым! Подставляешь других под удар. Презираешь гражданских и почти всех военных. А когда ТиДжей пыталась поставить тебе клизму…
— Прекрати! – взвыл Раш.
Но Судьба не прекратила…

— Я не знаю, что делать, - жаловался чуть позже Янгу Раш.
— Предложение, - ответил тот.
—В каком смысле?
—В смысле: «Выходи за меня». Или «женись на мне», уж не знаю, что уместнее.
— Я надеялся на совет.
— Я его и даю!

Несколькими часами ранее.
— Я не буду говорить этого Николасу, - твердо ответил Янг.
— Хочешь, запущу тебя в закольцованную иллюзию? – мило поинтересовалась Судьба.
— Он никогда не спросит моего совета.
— Обязательно спросит. Уж я об этом позабочусь!

Chapter Text

Это случается внезапно, когда он уже собирается спать.
— Здравствуй, Эверетт.
Полковник Янг вздрогивает. Нет ничего страшного в том, что бывшая жена зовет тебя по имени, если только ты не находишься на другом конце Вселенной от планеты, где она осталась.
Он поворачивается и видит перед собой Эмили. Она опирается на стену и поправляет волосы до жути своим жестом.
— Ты Судьба, - говорит Янг, стараясь, чтоб голос не дрогнул, - Раш рассказывал, что ты изображаешь наших любимых.
— Его это не смущало.
— Глория мертва, а Эмили нет.
Она пожимает плечами.
— Зачем ты делаешь это? – спрашивает Янг. – Очередной тест?
Она улыбается и наклоняет голову к плечу.
— Можно и так сказать.
— Тебе обязательно изображать ее? – немного раздраженно интересуется полковник.
— Я подумала, что лучше, пусть это будет знакомое тебе лицо.
— Лучше для чего?
— Для того чтоб мы могли поговорить.
Поговорить с кораблем? Нет, даже не так, поговорить с иллюзией, созданной кораблем лично для него. Прекрасно. Шизофрения становится профессиональным заболеванием всего экипажа Судьбы.
— Я не порождение больного сознания, - говорит иллюзия с лицом Эмили.
Она не выглядит ни обиженной, ни расстроенной, просто константирует факт.
— Выбери другую внешность, тогда поговорим.
— Чью?
— Любую, но такую, чтоб не напоминала мне кого-то очень знакомого.
Она пожимает плечами и исчезает. Видимо, все-таки обиделась.

В следующий раз она появляется без предупреждения.
— Люди такие странные существа, - говорит Судьба, голос незнаком Эверетту.
Он смотрит на нее и видит красивую, высокую блондинку в красном платье, она ему смутно знакома, но четких ассоциаций инее вызывает.
— Что тебя удивляет? – спрашивает он.
— Чувства и эмоции, - она разводит руками, - я не понимаю их. Вот, например ты…
— Что я? – настораживается Янг.
— Ты отказался от того, чтоб видеть близкого человека, выбрав незнакомку. Почему? Разве люди не хотят видеть все время тех, кто им дорог?
— Только если это действительно они, а не подделка.
Она садится на стол.
— Давай возьмем для примера твою жену. Если у меня лицо и тело Эмили, голос Эмили, поведение и интонации Эмили, разве я не буду Эмили?
— Нет, – категорически отвечает Янг, - это будет только срез моей памяти. Фальшивка.
— Сумма частей не дает целого?
— Именно.
Она закладывает ногу на ногу и размышляет. Янг напоминает себе, что это всего лишь голограмма, а не настоящая женщина. А еще, что для мыслей ей не надо останавливаться, как человеку, потому что ее система работает лучше и быстрее любого человеческого мозга.
— Я бы так не сказала, - снова отвечает она на его мысли, - может и быстрее, но я прихожу к другим результатам. О, извини, тебя это раздражает?
— То, что ты без спросу читаешь мои мысли? Да.
Еще Янг подумал, что не стоит забываться, и если система корабля действительно рассердится, то будет плохо и ему, и всему экипажу.
— Не волнуйся, я никому не причиню вреда. Особенно тебе. И уже перестала
Она снова исчезает и Эверетт вздыхает свободнее.

 

— А если бы у Эмили была сестра-близнец, - Судьба возникает буквально за его плечом, отчего Янг дергается.
— Полковник, все в порядке? – интересуется Раш, с которым он как раз беседовал.
— Да-да, я уже ухожу.
Он уходит, оставив Раша с Илаем недоуменно переглядываться.
— Ты можешь отвечать мне мысленно, - говорит Судьба, шагая справа от него, ей не составляет труда идти с его скоростью.
Хотя ее же рядом нет. Он опять об этом забыл.
— Если бы у моей жены была сестра-близнец, - говорит он, - это была бы другая женщина. Но не думаю, что я бы что-то к ней чувствовал, кроме родственных чувств.
— Почему?
— Потому что она бы была сестрой моей жены.
— То есть, - уточняет Судьба, - родственники возлюбленного не могут стать возлюбленными сами? И значит родичи ТиДжей…
— Нет, - перебивает ее Янг, - могут, но это немного некрасиво по отношению к возлюбленному.
— А разве нельзя любить сразу нескольких?
— Можно, но наша культура этого не принимает.
— Почему?
— Не знаю. Просто так случилось.
Они какое-то время идут в молчании, когда доходят до каюты Янга, тот открывает дверь и пропускает Судьбу вперед. А потом мысленно хлопает себя по лбу за очередной приступ забывчивости.
— Это нормально, - говорит она, - что ты видишь во мне живую женщину. Я этого и добивалась.
— Зачем? – спрашивает Янг.
— Чтоб ты смог полюбить меня.
— Извини… Что?
— Полюбить. Я сделала исследование банков памяти, обнаружила пять тысяч восемьсот тридцать пять отсылок к слову «любовь» и изучила их все.
— Что-то мало, - невесело сказал Янг.
— Я откинула все косвенные. Выяснилось, что любовь не определяют однозначно и, по сути, это чувства бесконечной ценности и стремление удержать рядом с собой того, кого любишь.
— Не сказал бы, что полностью согласен, но где-то близко.
— Вы, - сказала Судьба, - все на корабле мне нужны, я не представляю себя без вас. И хочу, чтоб вы любили меня в ответ.
— Стоп-стоп. Все?
Она кинула.
— Ты начала с меня?
— Нет. Моих ресурсов хватает на поддержание образов для всех людей на борту.
Янг представил, как рядом со всеми членами экипажа бродит своя собственная галлюцинация и понял, что не может больше сдерживаться.
— Не вижу ничего смешного, - заметила Судьба.
Но Эверетт не мог прекратить смеяться.

Chapter Text

Когда-то Джон сказал ему очень интересную вещь, после того, конечно, как выпил столько, что наутро мог с трудом вспомнить собственное имя. В другом состоянии Шеппард, воин и командир без страха и упрека, в философские размышления не пускался. Сказал тогда Джон ничто иное, как: «Нам суждено любить не тех». А потом подумал и добавил: «Если мы любим тех, то понимаем это уже когда поздно и пытаться поменять это может или полный идиот, или полный эгоист».
Он забыл о своих словах, а вот Родни думал о них снова и снова.
Случалось ли ему любить не тех? Да постоянно. Кейт Хейтмайер называла это удивительным сочетанием комплексов неполноценности и превосходства. Одновременно он очень придирчиво относился к женщинам, и чувствовал себя недостойным их. Идиотское состояние, о котором никому не расскажешь.
В первый раз он оказался на Судьбе в чужом теле. Корабль ему не понравился: в сравнение со светлыми коридорами Атлантиды и огромными витражными окнами – это походило на пещеру. Или подводную лодку. Все-таки, изменение в культуре Древних прослеживалось и более поздняя была ближе Родни.
И как люди меняют место, так и место меняет людей, на Судьбе МакКей встретил множество ученых, которые мыслили совершенно иначе, чем его коллеги на Земле и в галактике Пегас. Они словно бы тоже были в какой-то мере теми Древними, что построили Судьбу: главное – это функциональность, внешние атрибуты и тонкости настройки – в сторону. Функциональность и надежность, чтоб сделанное работало даже в кроносфере звезды. И это вовсе не гипербола. Любое теоретизирование заставляло их с непониманием смотреть на МакКея, будто он, находясь в чужом теле, вдруг отрастил парочку крыльев.
Среди этих усталых людей выделялся один. Совсем мальчишка, не закончивший колледж к тому же, и совершенно случайно открывший секрет над которым бились лучшие умы. В игре. Казалось, что Илай Уоллес все в своей жизни делает играя. Они спорили до хрипоты над совершенно бесполезными формулами и МакКей на прощание сказал, что они снова встретятся. И они встретились. Только значительно позже, чем можно было надеяться.

— Как это? – спросил Родни чужим голосом рядового, в чьем теле он находился.
— Быть замороженным? Да ничего.
У них было время просто поболтать, пока компьютеры просчитывали все возможности по заданным им параметрам.
— Нет, я хочу узнать – ограниченное время, и когда сам, один на корабле…
— Это было, - Илай задумался, - тихо. Я тогда еще подумал, что, наверное, так чувствуют себя люди на подводной лодке. Судьба мне всегда на подводную лодку похожей казалась, веришь?
МакКей кивнул.
— И вообще, давай не будем об этом. Три с половиной года прошло, да и спал я в основном, а у меня до сих пор мурашки.
— Хорошо, а о чем? О формулах?
— Формулы – это вечное. Но мы ими занимались уже несколько часов. Давай о чем-то другом, вечном.
— О женщинах? – предложил Родни.
Уоллес пожал плечами.
— Давай. Хотя мне вечно с ними не везло.
— О, мне тоже! – с жаром ответил МакКей. – То я мало внимания уделяю, то сильно в науку ударился, то еще что.
— А если женщина тоже наукой занимается? – подсказал Илай и сам о чем-то задумался.
— Это да, но они же постоянно заняты. То наукой, то кем-то… Вон, полковника Саманту Картер видел?
— Нет, нас не знакомили, но я о ней слышал.
— Прекрасная женщина, красивая, умная, блондинка, к тому же…
Илай фыркнул.
— И эта идеальная женщина, - подсказал он, - тобой не заинтересовалась?
— Напротив, между нами одна сплошная химия, но я никак не мог понять, чего же она хочет. И решил не настаивать.
— О, она ушла к другому?
— Так в том-то и дело, - опечалился МакКей, - вроде никого у нее нет, а чувство, что замужем.
— Ну, я слышал она кораблем управляет. Вот тебе и брак.
— Брак – это печально, у меня чуть не случился, но я не понял, что надо говорить и она решила, что я не хочу этого. А я хотел, просто боялся. Расскажи ты что-то.
— Это тоже печально, - ответил Илай, - девчонок из колледжа привлекало то, что я за них лабы решал. А потом была одна…
— Что, отшила?
— Да не совсем. Другого нашла и сказала, что мы можем быть друзьями.
— Вот так вечно и случается! Была у меня одна доктор, милая такая, а потом возьми и уйди к Ро… Извини,я перебил.
— А потом еще была Гинн…
— Это кто? – насторожился МакКей. – Люшианку, кажется так звали, нет?
— Да. Там все было хорошо, но ее убили. А потом из-за Раша ее сознание навсегда закрыли в карантине Судьбы.
— Сочувствую, - кивнул МакКей, - а знакомиться сними непонятно как. Хоть бы кто формулу написал.
— Формулу любви давно ищут, еще не нашли.
— Да ладно с любовью, хоть бы соответствие, чтоб вычислять, насколько кто кому подойдет и не тратить время на попытки что-то сделать.
— И страдать от разбитого сердца, - закончил его мысль Илай.
— Вот-вот, никогда не встречал девушку, которая так бы мысль заканчивала!
— Может, у нас все впереди…
— Мой друг как-то сказал, что нам суждено любить не тех.
— Может и ей будет суждено любить не тех.
Они закончили разговор, потому что компьютер просчитал прыжок. Это было рискованно но должно было привести Судьбу домой, к Земле. Конечно, после достижения цели, до которой оставалось не так далеко…

Они встретились снова год спустя. Родни вернулся на Землю и возле Врат его поджидал никто иной, как Илай Уоллес.
— Мередит Родни МакКей? – уточнил он, подходят.
— Кто сказал тебе мое первое имя? Джинни, я ей устрою!
— Оно в деле было, - неуверенно кашлянул Илай, - я его просматривал, чтоб не перепутать, мы же впервые встречаемся во плоти.
— О, да, точно. Так, пошли отсюда, а то людям пройти мешаем.

Он был похож и непохож на себя, Илай казался слегка смущенным, все-таки, он привык видеть МакКея в ком-то знакомом, а тут новое лицо, новый голос.
Они сидели в небольшом кафе и Уоллес постоянно отводил взгляд.
— Тебя взяли в программу? – спросил Родни.
— Меня взяли еще до Судьбы, а тут странно было бы.
— Точно! Ты уже познакомился с местными учеными?
— Да, оказывается, мы с доктором Ли когда-то в одной гильдии были. Слушай, а почему ты не любишь имя Мередит?
Родни аж поперхнулся.
— Оно женское, потому что, - и попробовал сменить тему, - а ты чего так на кофе налегаешь?
— Давно не пил. По-моему имя отличное, мне нравится.
Они помолчали, а потом Илай задумчиво сказал:
— Знаешь, мне кажется, что здесь ученые другие. Будто меньше думают о том, как заставить какую-то штуку работать, а больше о том, как это будет смотреться.
— Подожди, ты Атлантиды еще не видел!
— Меня и не пустят пока, - погрустнел Илай, - работаю мало.
— Глупости, если я на кое-кого надавлю, тебя сразу к нам пустят. Правда, ненадолго.
— А это плохо, что ненадолго? – спросил Илай, уловив в голосе Родни недовольство.
— Я бы хотел, чтоб ты работал со мной все время, - не подумав, сказал тот.
Илай фыркнул.
— Собираешься третировать меня моими же вычислениями?
— Третировать я тебя могу и на Земле!

Через три месяца Илай Уоллес оказался на Атлантиде. МакКей целый день таскал его по всем закоулкам города, порой, спугивая парочки, жаждущие уединения.
— Ты прямо профессор Снейп, - сказал в очередной раз Илай, - так и жду окрика: «20 баллов с Рейвенкло!».
— Кто? Что? – не понял Родни.
— Не обращай внимания.
Под вечер они выбрались на балкон одной из дальних башен. Впереди расстилался океан, а огни Атлантиды остались за спиной.
— Я скучаю по виду с обзорной палубы Судьбы, - сказал Илай, - по туманностям и звездам, которые близко-близко. И по тому, как мы влетаем в них, когда нам нужно пополнить запасы энергии.
— Здесь звезды тоже близко, - ответил МакКей, - к тому же, скоро океан начнет светиться.
Они стояли и смотрели на то, как обитатели глубин поднимаются вверх, подсвечивая воду, словно стало два неба: наверху и внизу, а они болтаются между ними.
Родни вспомнил слова Джона, а потом тот разговор на Судьбе. «Может, - решил он, - нам обоим суждено любить не тех». И обнял Илая за плечи, вроде как не совсем специально, но тот не спешил отстраняться, а будто бы только придвинулся ближе.

Chapter Text

— Можно создать людей, - говорит Мэнди.
— Зачем? – Гинн смотрит на звезды над их головой, и цветные туманности отражаются в ее глазах. – Мы можем сидеть прямо на обшивке или гулять по стенам.
— Ты злишься на меня, - Мэнди грустно оттого, что единственный человек, с которым она делит целый мир обижена на нее.
Гинн долго молчит, прежде чем ответить, а потом поворачивается к ней лицом, оставив звезды и туманности справа от себя.
— За что мне злиться на тебя? – спрашивает она. – За то, что ты полюбила и хотела взаимности? Да, ты ошиблась, но зачем жалеть об этом теперь? Ты можешь изменить прошлое?
— Есть теория, - отвечает ей Мэнди, - что время не линия, а точка бесконечного «сейчас», а прошлого и будущего не существует.
— Тогда как объяснить путешествия во времени?
— У каждого человека своя точка времени, - Мэнди очерчивает указательными пальцами круг, - они движутся одновременно, но если несколько сменят направление или скорость.
Она соединяет кончики пальцев.
— Это теория, - отвечает Гинн и снова поворачивается в сторону космоса, - а на практике решают другие проблемы. И уж не мы с тобой.
— Почему же? – спрашивает Мэнди, опираясь на перила рядом с ней. – Венн не был математиком, он был логиком и философом.
— А Ферма, - ответила Гинн, - считал решение своей теоремы очевидным.
— Ты знаешь о земных математиках? – удивилась Мэнди.
— Конечно. Я училась по земным книгам. Благодаря гоа’ульдам только Та’ури и еще несколько миров смогли куда-то продвинуться в науках, а у вас одновременно и удобный способ хранения и передачи информации, и почти полное отсутствие защиты. Этот вам интернет…
Мэнди смеется.
— Представь, - говорит она, - как бы было удобно, будь Сеть протянута повсюду в галактике. Никаких тебе перелетов в течение дней и недель, никаких препятствий – можно проводить научные конференции, когда все участники сидят на родных планетах.
— Не получилось бы, - пожала плечами Гинн, - слишком большая потеря пакетов, запоздание и искажение.
Они снова замолчали.
— А зачем мы поддерживаем иллюзию Судьбы? – спросила Гинн.
— Не хочу быть в темноте, - ответила ей Мэнди.
— Зачем же в темноте, ведь можно создать мир, какой пожелаем. Ресурсов хватит, если не делать особых подробностей…
— Если подключить фрактальные алгоритмы, то будет подробности без особых ресурсных затрат.
— Может быть… – Гинн села на перила, спиной к космосу.
— Что ты делаешь? – Мэнди инстинктивно схватила ее за руку.
Гинн рассмеялась.
— Ничего не случится, даже если я упаду. Ничего этого нет, ты забыла? В какой-то мере – мы боги мира вокруг нас.
— Мира пустых коридоров и тихих комнат, – покачала головой Мэнди, – пока мы изменим это – пройдет много времени.
— Время это точка, забыла? – Гинн встала, балансируя на тонкой планке. К тому же, разве нас этой сейчас ограничивает?
— Нет… Но каким будет этот мир? – колебалась Мэнди.
— Каким захотим! Там могут быть летающие корабли или огромные леса, дышащие прохладой, высокие заснеженные горы и летающие острова…
— Волшебные замки, - подхватила Мэнди, - единороги, драконы и принцессы.
— А еще, там будут люди, - сказала Гинн и спрыгнула на пол.
— Я хочу создать идеальный мир вместе с тобой, - сказала ей Мэнди.
Они взялись за руки, и пошли вперед, по коридору рассыпающейся реальности. Впереди было много работы, но это не имело для них обеих никакого значения.

Chapter Text

Он сам это начал. Он сам был виноват. Хотя причина и намеренья у него были совсем другие, даже в какой-то мере благородные.
Их корабль все так же летел через межзвездную пустоту, следуя собственному курсу, а по внутреннему времени наступило «утро».
Полковник Эверетт Янг пришел в комнату управления, чтоб, во-первых, уточнить происходящее вокруг Судьбы, а во-вторых хоть немного отложить административно-организационные дела, которыми его заваливали, стоило занять свое место в импровизированном кабинете.
— Доброе утро, доктор Раш! – пожелал он единственному человеку в комнате.
Реакции не последовало. Доктор Николас Раш задумчиво смотрел сквозь экран.
— Раш! – настойчивее повторил Янг. – Николас!
— А, что? Простите, полковник, задумался.
— Что, тяжелая ночь? – хмыкнул Эверетт.
Доктор Раш пожал плечами.

Через пару дней ситуация повторилась почти полностью.

В целом, подобное поведение не было чем-то странным. Ведь они летели уже не первый год, солнечный свет видели или на редких, пригодных для жизни, планетах или, когда с помощью коммуникационных камней обменивались телами с кем-то на Земле. А подобная атмосфера никак не способствует концентрации.
Будь кто-то другой рассеян – полковник Янг бы не насторожился, но для Раша весь этот проект имел огромное значение, его абсолютная вера в цель и миссию Судьбы походило на религиозное поклонение. Он никогда не позволял себе ни секунды отвлечения, по крайней мере, без веской причины. Например, мятежа, сокрытия данных или глубоких чувств. Первый вариант уже давно был неактуален: разногласия между военными и гражданскими закончились годы назад, точно так же, как и между землянами и люшинцами. Все они были в одной лодке, на одном корабле-городе. Чувства Раша чуть не убили его, когда он ради них пошел против осторожности, а Николас был не из тех, кто просто так забывает уроки. Оставался только вариант сокрытия данных, который был более чем правдоподобным. А уж если Раш что-то скрывает, то первой миссией Янга было узнать, что именно.
Если же нужно было что-то узнать о человеке, который меньше всего хочет, чтоб о нем что-то узнали, то нужно обратиться к тому, кто постоянно копается в чужих тайнах.
Илай Уоллес, так и не закончивший колледж, но сумевший решить задачу, которая и привела их всех сюда. Он изменился с начала их путешествия больше всех остальных. Хотя до сих пор остался немного лентяем. По крайней мере, он единственный из всего экипажа Судьбы умудрился получить отпуск.
Заходя в его каюту полковник Янг ожидал увидеть что угодно, начиная от совместного просмотра с половиной экипажа фильма из жизни Судьбы и заканчивая пьянкой с парой вознесшихся Древних. На деле же оказалось, что Илай просто лежит на кровати и смотрит в потолок.
— Полковник, что привело? – поинтересовался он.
— Извини, что не постучался.
— Я знал, что вы идете.
Илай указал вверх и Янг увидел, что Уоллес пристроил на потолок экраны.
— Что я тебе говорил о слежке за людьми? – поинтересовался полковник.
Илай поднялся с кровати.
— Но вы же пришли сюда именно за тем, чтоб попросить меня последить за кем-то, верно?
— С возрастом ты становишься все больше похожим на Раша.
— Буду считать это комплиментом.
— Это не было комплиментом.
— Но я предпочитаю считать его таковым.
Эверетт вздохнул: после того, как Илай остался на две недели в уснувшем корабле и почти без надежды на спасения – он изменился больше всего. Иногда у Янга появлялось подозрение, что этот парень вовсе не входил в крио-стазис, а нашел способ растянуть энергию Судьбы на несколько лет. По крайней мере, он оказался первым, кто проснулся в другой галактике, а его крио-камера, по утверждению Броуди, как была нерабочей, так и осталась.
— Меня беспокоит доктор Раш.
— Конечно, - кивнул Уоллес, - и вы хотите, чтоб я установил слежку за ним, как в старые, добрые времена?
— Илай, я не… - начал Янг, но его перебили:
— Я сделаю это.
— Что?
— Я смог настроить кино так, чтоб они незаметно следовали за объектом без моего участия. Запись будет идти все время, только смотреть я ее не буду, передам вам полностью. По рукам?
— По рукам.
Потом Янг часто думал, что Илай все знал. Ведь люди меняются, но привычки остаются, и чья вина, что новые шутки жестче прежних?

Управление кораблем хлопотное дело. Даже, если корабль летит, в общем-то, сам. Через неделю у полковника Янга, наконец-то, выдалось свободное время, и он не был уставшим до такой степени, что Тамара отправила бы его спать, под угрозой вколоть ударную дозу транквилизатора.
На одной из планет, куда недавно отправлялась команда, чтоб полнить запасы, люди нашли любопытные листья, из которых можно было заваривать нечто, отдаленно напоминающее чай и с удивительным тонизирующим эффектом. Вот с чашкой такого условно-чая полковник Янг и сел смотреть записи о Раше, чтоб выяснить, что же может вызвать его рассеянность, которая еще пару раз замечалась за ним в течение недели.
На видео не было ничего: Николас основную часть времени проводил рядом с «яблочным огрызком» или в рубке. Янг понял, что если продолжать смотреть все, даже на быстрой перемотке, то это займет слишком много времени. Он вспомнил, когда в последний раз видел Раша рассеянным и включил запись на предыдущий день.
Опять работа с базой данных Судьбы, обед, душ, каюта. Вроде бы все, как и обычно. Эверетт не успел подумать о том, что может дело в каких-то записях, когда без стука в каюту Раша кто-то вошел. Янг замедлил видео до нормальной скорости и с удивлением узнал в вошедшем сержанта Рональда Грира.
Кино плохо уловило звук, и услышать их разговор не удалось, понятно было только, что это спор. Можно было разобрать обвинения, которыми сыпал военный. На очередном Раш закинул голову и расхохотался. Это был не самый разумный шаг.
Все на Судьбе знали, что Грир человек нервный. И все знали, что его лучше не провоцировать, потому что нервный астрофизик – это одно, а морпех – совсем другое. С Рашем у него не раз и не два были столкновения в прошлом, пока они не научились поменьше встречать друг друга.
Янг решил, что сейчас увидит сцену избиения, после которой гордый Николас не пойдет к ТиДжей, а будет страдать молча. Но, как это часто бывает, все оказалось не так, как на первый взгляд.
Грир подался вперед и поцеловал Раша, тот не пытался вырваться, а когда сержант подался назад – остановил его, схватил за руку и потянул на себя, попутно расстегивая свои джинсы.
На моменте, когда они стянули друг с друга остатки одежды и упали вдвоем на кровать Раша – чай благополучно разлился на стол, пол и ноги полковника Янга.
Даже в том качестве, которое могло выдать кино и с того не слишком удобного ракурса под потолком, было видно, насколько бережно ведет себя Грир. Он покрывал поцелуями тело Николаса так долго, что видимо тому это наскучило и он что-то сказал, отчего сержант вскинулся и подвинулся так, чтоб быть лицом к лицу с Рашем. Они о чем-то говорили, а потом Янг предпочел выключить экран, потому что Николас развел ноги и намерения Грира стали более чем ясны.

Стоило вести себя, как всегда. Но, когда Янг услышал:
— Доброе утро, полковник.
И Раш сел рядом, то вилка чуть было не улетела под стол.
— Добро утро.
— Могу я попросить вас об одолжении? – спросил доктор Раш.
— После стольких лет, глупо задавать подобные вопросы, Николас.
— Хорошо, - тот пожал плечами, - уничтожьте то домашнее видео, что наснимал Илай или отдайте его мне. В любом случае, лучше, чтоб сержанту Гриру оно в руки не попало, а то пострадает один из лучших умов на корабле. Причем, абсолютно ни за что.
Янг почувствовал, что искусственная гравитация теряет свою силу и пол медленно уходит куда-то, а голова идет кругом.
— Ты… Знал?
— Бросьте, полковник, тяжело не заметить, что целый день у тебя за спиной что-то летает.
— Но… Как вы? В смысле... Отчего вы двое…
— Мы много спорили, - ответил Раш, - а в спорах рождается истина. Оказалось, что сержанту Гриру не хватает кого-то, перед кем он не должен быть крутым парнем, а после того, что случилось с доктором Парк…
Янг вспомнил слепую девушку, шагнувшую в шлюз. Она не могла вынести того, что будет бесполезна.
Раш сказал что-то о новых данных, которые он раскопал, и ушел. А полковник остался сидеть, молча глядя в стол. Еще никогда в жизни Эверетт Янг не чувствовал себя так плохо.

Chapter Text

— По-моему – этому есть название. И название это, к тому же, диагноз, - говорит Хлоя.
— Формально, - отвечает ей Мэнди, - мы абсолютно здоровы. Точнее, твой мозг абсолютно здоров, я имею ввиду, просто нас здесь три совершенно адекватных личности.
— Неужели? – с сарказмом интересуется Гинн.
— Эй, напоминаю, что вы в моем теле!
— Хлоя? – спрашивает Илай. – Это же ты? С тобой все хорошо?
— Да-да, конечно. Просто…
— Внутренний диалог, - подсказывает Мэнди.
— Да, точно, - подтверждает Хлоя.
— Что, точно? – обеспокоенно спрашивает Илай.
— Он же нас не слышит, - говорит Гинн
— Доктор Перри говорит, что это внутренний диалог.
— Хорошо, что мы смогли стабилизировать вас всех у тебя в разуме, но это напрягает.
— Дай мне!
— Илай, со мной все в порядке, - говорит Гинн, перехватившая управление телом и целует его.
— !!!
— Лейтенант Скотт зашел, - говорит Мэнди.
— Гинн? – интересуется Метт.
Илай буквально убегает из комнаты.
— Счастлива? – едко спрашивает Хлоя, возвращая контроль над телом.
— С вероятностью в девяноста процентов, - говорит Мэнди, - у нас троих будут проблемы с личной жизнью.
— Ты имеешь ввиду меня? – подсказывает Хлоя. – Тело-то мое!
— Вопрос требует всестороннего обсуждения.
Метт садится рядом и берет Хлою за руку.
— Все будет хорошо, - говорит он, но она здорово в этом сомневается.
— …Например, - продолжает мысль Мэнди, - является ли тот, кто родился в теле его хозяином, если присутствует несколько сознаний в одном разуме…
— Я такое слышала, - с содроганием говорит Гинн, - гоа’ульды проповедуют такие идеи.
— Когда ты захватила мое тело, чтоб поцеловать Илая – ты поступила, как настоящий гоа’ульд.
— Может, составим расписание владения телом? – предлагает Мэнди.
Метт что-то говорит, но за галдежом своих соседок по мозгу Хлоя не может уловить его слов.
— Заткнитесь!
Не действует. И она, чтоб решить все вопросы, целует своего возлюбленного.
— Мне нужен Николас, - говорит Мэнди, - срочно!

Chapter Text

Данные, что удалось спасти с Новуса, еще предстояло просмотреть и каталогизировать. Занимался этим тот, кто предложил, то есть – Илай Уоллес. Не то, чтоб ему это сильно не нравилось, скорее наоборот. Но когда он просматривал древние записи людей, которые могли быть ими, то чувствовал, будто читает чужие дневники. Потому он решил начать с как можно более поздних дат, и с чего-то меньше всего связанного со знакомыми именами. Насколько он знал, на Судьбе было не так много филологов, а жизнь в новой колонии не давала много времени на творчество, потому любой литературный труд, как считал Илай, нес бы авторство кого-то из дальних-дальних потомков.
Книга называлась нейтрально: «Золотая Роза», и, судя по маркировки, была историческим романом. Илай открыл файл пoсередине.
«…И глядя в бесконечную пустоту космоса Тамара вспоминала его теплые руки и глубокий голос, повторяющий ее имя, Джека не было здесь, он остался на Земле, а она летела сквозь бесконечную пустоту к новым, неведомым землям на колонизаторском корабле Судьба».
То, что подумал Илай примерно можно было описать, как: «Что?». Исторический роман явно говорил о древнейшей истории Новуса, но меньше всего там можно было ждать имени ТиДжей и какого-то непонятного Джека. Ради интереса, Уоллес прокрутил книгу чуть назад.
«Джек О’Нилл был правителем своего народа на Земле, после того, как злой и безжалостный враг похитил его жену, он не позволял себе полюбить. Народ видел в нем лишь гордого и смелого лидера, но глубоко в сердце оставалось место для цветка, восхитительной розы, которую еще предстояло найти…».
Илай пропустил рефлексию О’Нилла и описание его ежедневных дел, вроде бомбежки непокорных планет и утреннего чая с Древними.
«Икар был исследовательским центром и новой колонией Земли, О’Нилл отправился туда, чтоб посмотреть на идущие работы и повидать своих побратимов Янга и Телфорда…»
Илай остановился и пропустил еще немного.
«Она была восхитительной девушкой. С волной золотых волос и четкой линией губ. Врач на базе, Тамара Йохансен казалась хрупкой и ранимой и Джек сразу почувствовал, что должен защитить ее, чего бы это ему не стоило».
Дальше шло описание их общения и пары-другой свиданий, с романтикой в духе любования взрывающимися в небе вражескими кораблями.
«…Джек потянул ее белье вниз, обнажая самое сокровенное…»
Эту часть Илай тоже пропустил. Не из смущения, а просто потому что это было некрасиво по отношению к ТиДжей и генералу О’Ниллу.
«— Скоро мы будем вместе, - сказала Тамара.
— Да, - с радостью ответил Джек, - Земля ждет нас, меня и тебя, и никто больше не посмеет обидеть тебя.
— Остался лишь один день…
И они поцеловались».
Илай снова пролистал книгу, хотя момент, где Раш, злобно хохоча, портит Врата, перечитал несколько раз.
«Тамара чувствовала, как ребенок ее Джека толкается внутри. Слезы наворачивались на глаза, когда она думала, что малыш никогда не увидит отца. Янг обещал заботиться о ней, но в душе и сердце Тамары жил лишь один мужчина».
До конца книги было еще далеко, но Илай решительно закрыл документ. Надо же, как за столетия исказилась реальность! Ему на глаза попалось послесловие автора и он решил прочитать его. При учете, что имя значилось: «Джессика Янг».
«При написании этой книги, я использовала мемуары моей прародительницы Тамары Йохансен-Янг, в них не раз подчеркивалось, что Джек О’Нилл был настоящей причиной того, что она желала выйти из миссии. Так как точных данных о ее первом ребенке Кармен не сохранилось я, как и многие другие исследователи, полагаю, что дочь Тамары могла быть и дочерью Джека О’Нилла» .
Вот тут Илай задумался основательно. Был только один способ узнать правду.

— ТиДжей, а правда, что Кармен была не от Янга, а от О’Нилла?
Врач Судьбы посмотрела на него так, что Илай уже попрощался с языком и еще парой ненужных частей тела.
— Кто тебе сказал? Нет… Кому ты уже сказал?
— Никому! Честно! И я вообще забыл обо всем этом, честно.
Надо же, как через столетия всплывает правда…

Chapter Text

Сначала он настаивал на том, чтоб ее выпустили из карантина. Вместо этого, ему разрешили приходить и спрашивать совета. Это неудобно: тяжелее показать свои расчеты, но лучше так, чем никак.
— Здесь ошибка, - говорит Хлоя Армстронг.
— Здесь нет ошибки, - отвечает он ей, - я проверил несколько раз.
— Ты ошибся несколько раз, - говорит девушка с инопланетной ДНК.
Она поднимает голову от листа и в ее глазах Николас Раш видит что-то, напоминающее лед. Не человеческий холодный взгляд, которым Хлоя так часто награждала его, а то самое вымораживающее чувство, которое он пытается забыть всеми силами, но оно все равно приходит к нему во сне. В каждом кошмаре, где его снова и снова похищают и закрывают в баке.
— Я приду позже, - говорит он.
Она поднимается и встает между ним и дверью. Раш смотрит ей в глаза.
— Хлоя, - зовет он, - выпусти меня. Тебе нужно отдохнуть.
Она моргает, и жизнь будто бы возвращается в ее взгляд, в ее лицо и ее тело.
— Простите, доктор Раш, вы правы.
Она отходит и устало опускается на кровать.
— Во мне все меньше и меньше человеческого, - говорит Хлоя, глядя в сторону закрывшейся за Рашем двери.

Если смотреть достаточно долго, то можно понять, что она танцует. В том, как Хлоя движется по маленькой комнатушке, час за часом повторяя одни и те же действия и занимая те же самые места. Только люди не слишком склонны ждать и наблюдать, они стремятся сделать и увидеть все как можно быстрее, потеряв по дороге половину сути.
Раш снова заходит к ней, в руках у него листы бумаги.
— Я решил, - говорит он, - что ты можешь помочь мне с другими исследованиями.
Она наклоняет голову набок.
— Ты же не Хлоя, верно? – спрашивает Николас.
Она улыбается: просто растягивает губы, без любой другой тени эмоций на лице.
— Я помогу тебе, - говорит она и подходит.
Когда не-Хлоя берет листы, то случайно прикасается к пальцам Раша. У нее холодные руки и Николасу хочется отпрянуть, но он заставляет себя поблагодарить ее, развернуться и уйти. Потом он еще долго пытается отмыть руку, кажется, что на ней что-то осталось.
Хлоя тает все больше и больше, и если рядом с Меттом или Илаем старается удерживать себя, то рядом с Николасом – нет. И спустя какое-то время он понимает, что ему это подходит.
Иначе он вспоминает о сенаторе Армстронге, и о том, как с того мига бывал виноват снова и снова.
Этой новой Хлое он не сделал ничего. Так проще, страх легче переносить, чем чувство вины. С последним он так и не научился справляться.
Когда из нее забирают чужое ДНК – Раш не может понять, что же он чувствует. Хотя ближе всего облегчение. Ему больше не нужно напоминать себе, что кошмары – это кошмары, и им нет пути в реальный мир.
Хлоя приходит глубокой ночью, когда все уже ушли спать, а он остался разбирать всю ту информацию, что хранила Судьба.
— Не спится? – спрашивает Раш, не оборачиваясь.
Она подходит, обнимает его со спины и говорит тихо-тихо ему на ухо то, отчего по спине пробегают мурашки:
— А все-таки в расчетах ты ошибся.

Chapter Text

Она никогда не пытается доказать, что лучше кого-то. Она и так это знает.
— Зачем давать врагу хоть шанс? – спрашивает Вала. – Зачем ставить себя с другими в равные условия? Будь лучше, будь сильнее.
— Обманом? – уточняет Сэм.
— Обман плох только, если раскрывается. В других случаях…
Вала пожимает плечами.
Она пользуется своей женственностью, чтоб получить нужное. И совершенно не стыдится этого.
— Не будь ты женщиной – они бы тебе не помогли.
— Но ведь я женщина.
Она бесконечно-эмоциональна и не пытается сдержаться. Вала может разбрасывать бумаги, хамить высшим чинам и прыгать на скакалке прямо посреди коридора.
И самое главное – ей за это никто никогда ничего не делает.
— Все дело в том, Сэм, - говорит она, когда они в очередной раз идут за покупками, - как я себя сразу поставила.
— Ты потребовала доставить тебе Дэниела, - фыркнула Саманта, - а потом заявила, что беременна от него.
— Именно, - кивнула ей Вала, - а теперь вспомни свой первый день.
— Это совсем разные вещи.
— Вот и я о том же.
Они были очень похожи, если посмотреть поближе. Обе сильные, волевые и способные победить иного мужчину врукопашную. Даже там, где казалось бы, между ними не было ничего общего – оно было…
— Стой! Я забыла свой кошелек в сумке, а сумка в лаборатории.
И пока Сэм искала спрятавшийся где-то в недрах сумки кошелек – Вала, взгромоздившись на стол, рассматривала исписанную доску.
— А ты с вот этими переменными не ошиблась?
— Что?
— Зачем их в третью степень? Двигатель же разорвет.
— Не думала, что ты что-то в этом понимаешь.
— Я, может и нет, - пожала плечами Вала, - но Кетеш точно понимала, идем?
В остальном они тоже не были противоположностями. И, хотя Саманта ударила бы всякого, кто бы сравнил ее отца с отцом Валы, но порой ей казалось, что в отношении к дочерям они не слишком различались. То же непонимание, что нужно девочке и та же слегка странная забота, от которой неуютно на душе.
А еще им обеим совершенно не везло на мужчин…
— Так что у тебя с Дэниелом? – спросила Саманта.
— А что у тебя с Джеком? – вопросом на вопрос, в тон ей, ответила Вала.
— У нас есть Устав.
— А у Дэниела Тормоз. И, в общем-то, это одно и то же.
Ни одна из них не сказала бы, когда они поняли, что между ними уже не просто дружба. Сэм казалось, что это была среда. Вала же полагала что воскресенье. Но, в общем, все изменилось незаметно и просто стало, без какого-то кризиса, вспышки или еще чего-то подобного.
Сэм даже не дернулась, когда Вала обхватила ее за живот, подкравшись со спины.
— Не дави так. И щекотать не надо.
Вала заглянула ей через плечо и спросила:
— Сколько можно торчать рядом с этой штукой?
— Эта штука – инопланетная технология. Может быть – опасная.
— Я тоже опасная, когда не поем.
— Так иди без меня, что мешает?
— Ску-у-у-учно!
Она поцеловала ее в шею.
— Вала! Прекрати!
— Еще за ухо укушу.
—Я потребую, чтоб тебя изолировали от общества.
Вала фыркнула, но, все-таки, отступила. Сэм, попробовала снова добиться ответа от прибора, но ничего не получилось. Она вздохнула и повернулась.
— Пошли уже обедать.

— Сэм, слушай, а чего мы вместе?
— На Земле говорят, что противоположности сходятся.
— Глупости какие. Мы же не противоположности, да, доктор Бёртон?
Проходящий по коридору ученый рассеяно ответил что-то вроде: «Да-да, конечно».

Chapter Text

Когда-то у нее был муж. Нарела унесла буря и камни, сорвавшиеся с обрыва. Она печалилась, но славила богов за то, что у нее остался ее сын, Гаран. Чужие люди пришли в день огненного дождя и снова, как во времена предков, огонь с неба достигал земли и убивал. Кто-то видел в этом связь. Кто-то не верил чужим людям, которые говорили уходить с их земель через кольцо. Лайра верила, но судьба решила иначе, как для нее так и для него. Чужака по имени Джек О’Нилл.
Он не мог вернуться домой после того, как огненный дождь закончился. Ему пришлось остался с ней, хотя она и понимала, что рано или поздно Джек уйдет. Не через кольцо, так пешком, за леса и горы. Если она не сможет дать ему той любви, что навсегда сделает его частью их мира.
Ей не удалось. Когда путь открылся снова – он ушел в свой мир. Лайра не сказала ему, что носит ребенка, ведь тогда Джек должен был остаться, а она хотела, чтоб выбор делала любовь, а не вина.
У девочки, родившейся новой весной, были его глаза. Она назвала ее Джекки.
Говорили, что однажды он приходил в их мир ненадолго. Он вышел из кольца и почти снова прошел сквозь него снова. Люди спрашивали чужаков, что изредка навещали их, о том, что происходило. Им говорили о войне, о потерях, боли и руде, которую добывали чужаки.
«Джек где-то там», думала Лайра, но ни разу не задала вопроса о нем. И ни разу он не вернулся на Эдору.
Джекки росла, и когда ей было шесть – в их мир пришли другие чужаки. С белой кожей и глазами, в которых горело пламя огненного дождя. Они говорили о новой вере и совершали чудеса, многие люди пошли за ними, но Лайра чувствовала, что это ошибка. Как тогда, шесть лет назад, отказываться пройти через кольцо, к спасению.
Она взяла дочь и ушла в лес, Гаран с женой последовали за ней. И еще несколько людей из деревни, кто не верил, что отказавшись принимать новую веру они выживут. И они были правы, очень скоро к небу поднялись костры.
Огненные чужаки скоро ушли, но их вера – нет. Дружная ранее деревня разбилась на две части и пришлось отстраиваться снова, уже за рекой.
— Тебе сложно, - говорили люди.
— Нет, - отвечала им Лайра, - у меня есть дети, и они поддержат меня в трудную минуту.
Шло время. Джекки росла непоседливой и шумной, она знала, что ее отец пришел из другого мира и мечтала однажды найти его. Она была упряма и решительна, в этом напоминала собственного брата и отца. В день своего пятнадцатилетия Джекки ушла через кольцо по символам, что нашла в одной из древних пещер.
И не вернулась.
Лайра верила, что она где-то там, в звездном доме ее отца. Хотя в глубине души и было знание, что это не так.
Шло время, лицо рассекали морщины и в волосах с каждым днем становилось все больше белизны.
Однажды, кольцо открылось и сквозь него прошел он. Джек О’Нилл, изменившийся за эти годы так же, как и она. Но они узнали друг друга.
— Я ухожу в отставку, - сказал он, - останусь на старушке-Земле, но сегодня могу попрощаться.
— Мог и не приходить, - ответила Лайра, улыбаясь, - мы прощались раньше.
— Захотелось.
И ни слова о ребенке. Значит, ее девочка потерялась среди звезд и не смогла найти дорогу назад.
— О, да, кстати! – Джек хлопнул себя по лбу. – Старый остолоп, чуть было не забыл, Джекки передавала тебе привет, сказала, что когда накопит денег на свой корабль – прилетит.
— Пусть не торопить, - ответила Лайра и вытерла выступившие слезы.

— Ты сделал правильно, - сказал потом Дэниел.
— Все равно это обман.
— Матери все равно. Так она, по крайней мере, счастлива.

Chapter Text

Знаете, как говорят: он увидел ее и всей своей душой понял, что нет человека лучше и чище … Ага, сейчас. В нашу первую встречу она, кажется, с воистину садистским удовольствием всадила в меня шприц и я еще подумал, что таких людей нельзя близко подпускать к пациентам. И вспомнил еще ту старую профессоршу, что много лет назад читала нам психологию, и сказала, что многие врачи своей профессией сублимируют жажду убийства.
Дженет же, по ее словам, в тот день решила, что я не протяну и года. Ну… Она коазалась права, впервые я умер всего через пару месяцев. В КЗВ над моей внезапной и частой смертностью уже шутят. Я даже перестал на это реагировать.
У нас совершенно неблагодарная работа. Для Земли, я имею ввиду. Мы можем быть героями двух… Или трех? Галактик, в честь которых называют боевые крейсеры и чье имя поют и прославляют, но в родном мире мы всегда какие-то непонятные типы. Причем, все.
Ученые, официально занятые телеметрией дальнего космоса, и способные показать полтора неработающих прототипа в год, и не пишущие ни статей ни очерков, ничего… Это в случае, если работа не связана с историей, археологией или лингвистикой. Тогда никакого вам проекта-с. Военные, охраняющие, в глазах общественности, совершенно бессмысленные объект. И врачи, которые, опять же, в глазах общественности, лечат ушибы и царапины бездельничающих военных. Как только очередные жаждущие выбиться во власть имущие обозревают орлиным взором бюджет – они видят наш воистину странный проект, жрущий деньги честных налогоплательщиков. И эти очередные жаждущие, естественно, вопят на каждом углу: давайте сократим финансирование, а то и вовсе закроем эту самую телеметрию дальнего космоса, неужто зеленых человечков надеются увидеть эти бездельники?
Так и живем: с одной стороны гоа’ульды и прочие инопланетные угрозы, от которых собой защищаем Землю, а с другой земляне, плюющиеся, фыркающие, едящие Биг-Маки и гоняющие на машинах. Наверное, именно потому каждый из нас так редко бывает дома, и ищет любой способ остаться в КЗВ еще на чуть-чуть, глядишь выходные закончатся… Ну, или как Джек, сбегает в глушь. А если не удается, то мы как призраки бродим по своим квартирам и домам, стираем месячный слой пыли и стараемся не выходить лишний раз, не видеть соседей, не встречать знакомых, которые не знают, чем мы занимаемся…
Но как быть, если у тебя семья?
Дженет буквально носится по комнате, натыкаясь на столы. Когда она почти сбивает на пол канопу, возрастом чуть меньше шести тысяч лет, я становлюсь у нее на пути.
— Тише, - говорю ей и обнимаю.
Она прерывисто вздыхает, будто собирается расплакаться, но вместо этого отстраняется и говорит глухо:
—Мы с Касси опять поругались. Она злится, что ничего не может рассказать друзьям. Понимает, но все равно злится.
Если бы у меня были свои дети или, если бы я был лицемером, то мог бы сказать: «Все наладится». Но я не говорю этого, а просто иду на кухню и варю кофе.
Когда твоя смерть становится рутиной – перестаешь врать себе и другим. А что до детей… Не думаю, что я хотел бы дать им эту планету, задыхающуюся в своем неведение или эту галактику, погруженную в бесконечную войну.
Будь Ша’ре жива, я бы думал иначе. Возможно. Но мой шанс умер, и это случилось задолго до того, как моя жена сказала искать ее сына в Кхебе.
Потому я молчу и варю кофе. А за столом сидит женщина с остекленевшем взглядом выпотрошенной курицы.
Когда-то, две смерти назад, я сказал ей, что по-русски и имя Дэниел и имя Дженет начинаются с одной буквы. Она фыркнула и ответила что-то вроде: «Все равно я сделаю вам прививку, доктор Джексон, чем бы вы меня не пытались отвлечь!». В ответ я позвал ее в ресторан. Это была шутка и мы оба это понимали. Но, почему-то, оба же пришли в назначенное время, в назначенное место.
Сейчас и сегодня мы сидим друг напротив друга и моя рука лежит на ее. Мы вместе не потому что так было суждено и не потому что у нас одни интересы. Мы вместе от отчаяния.
На часах полночь. Меньше восьми часов до конца выходных.

Chapter Text

Это было неприятно признавать, но он привык к людям. Видимо, сказалось то, что так часто приходилось бывать у них в плену. Он привык к их внешности, слабости, странной морали и автономии мышления. Даже к этой дурацкой кличке, что придумал для него Джон Шеппард. Впрочем, Тодд звучало ничуть не хуже, чем все их имена, а если уж им обязательно как-то к нему обращаться, то пусть будет так.
В общем, он смирился с людьми. Почти со всеми. Родни МакКей выводил его из себя, и если раньше это можно было списывать на голод, то теперь, когда необходимость кормиться людьми отпала, не оставалось других вариантов, кроме одного: этот человек действовал ему на нервы. Ему, ученому, который жил и работал задолго до того, как родились отец и мать Родни МакКея. Стыд и позор. Хотя, ему не привыкать к стыду и позору.
— …И именно таким образом я показал самые выдающиеся результаты среди своих сверстников, что еще раз…
— Подразумевается, что мы работаем, - прервал поток словоизлияния Тодд, но МакКея это не смутило.
— О, - сказал он, - это не мешает мне работать, так о чем я? О восьмом классе…
— Я уже жалею, что согласился отказаться от питания людьми, - тоскливо сказал Тодд, но эту его реплику человек проигнорировал.

Когда Тодд оказался на Атлантиде, летящей к Земле – он порадовался. Не только тому, что его сородичи угрожают планеты людей, а тому, что от него, Тодда, ничего не требуется, а особенно – работать с Родни МакКеем, и можно тихонько посидеть в изоляторе.
— Привет, я решил тебя проведать, - услышал Тодд, сквозь дрему, - раз пока есть время, я расскажу тебе один случай…
Рейф испытал острое желание побиться головой о пол.

Финальная стадия – еще один шаг и его народ больше не будет вынужден впадать в спячку, ожидая пока человеческая популяция восстановится, и тратить почти все время бодрствования на процесс пропитания. Лантийцы могли помочь ему в этом, но Тодд тянул – он отслеживал присутствие Родни МакКея и, когда по его источникам, тот отправился на Землю, оставалось только связаться и объявить о своих планах.
Люди, как это часто бывает, действовали неожиданно.
В их городе его встретил вооруженный отряд с Джоном Шеппардом во главе и… Родни МакКеем, маячащем в задних рядах.
— Итак, - сказал Шеппард, - мы заметили, что твои агенты отслеживают перемещения Родни и, как только пустили слух о том, что он не на Атлантиде – ты не замедлил явиться. Потому объясняй, что это за проект уничтожения города, который может раскрыть только МакКей?
Тодд собирался отмалчиваться, но с одной стороны - проблему следовало решать, а с другой – люди Шеппарда уж больно недвусмысленно держали его на мушке.
— Нет никакого секретного плана, - сказал, наконец, Тодд, - я… Просто не хочу работать с Родни МакКеем.
Слух у рефов значительно лучше, чем у людей, потому удалось услышать, как один из лантийцев-ученых пробурчал на своем диалекте весьма эмоциональное согласие с позицией Тодда.
— Это еще почему? – подозрительно спросил Шеппард.
— Он меня раздражает, - признался Тодд.
— Эй, - непонятно с чего развеселился шеппардов сатедианец, - слышал, Родни, тебя рейфы боятся!

— Я тебя, правда, раздражаю? – спросил потом МакКей, когда они вдвоем оказались в лаборатории.
— Да.
— Я думал, мы друзья.
Тодд опешил. Как этому странному, ненормальному, болтливому человеку могло прийти такое в голову?
— Почему? – только и смог спросить он.
— Ты меня никогда не перебивал, - сказал Родни МакКей, - выслушивал, другие такого не делают. Даже Шеппард, хотя он и мой друг.
— А что другие делают? – заинтересовался Тодд. - Особенно Джон Шеппард?
— Говорят: «Родни заткнись!».
— Родни, - радостно сказал Тодд, - заткнись!
— Не поможет, я же знаю, что ты на самом деле так не думаешь.
«Почему, - думал Тодд, - ну, почему тот жук-иратус меня не убил? Или мой первый помощник… Или еще кто-нибудь? Зачем я вообще просыпался?».
Родни МакКей, тем временем, продолжил рассказывать какие-то события своей жизни, где он всегда был молодцом и гением, а все остальные не понимали его тонкой душевной организации.
— Знаешь, что меня удивляло в людях? – перебил его Тодд.
— Что?
— Автономность мышления. Вы никак не связаны, каждый думает что-то свое и, для того, чтоб поделиться с другими, надо говорить словами. Никакой передачи образов, памяти, ощущений. Удивляюсь, как вы вообще можете заниматься наукой и выживать, как вид.
— Это неудобно, - согласился МакКей, - я бы был не против мысленной связи. Говорят, что когда я почти вознесся, я этого не помню, я начал читать мысли. Интересно, а если бы я был рейфом…
— Это было бы очень печально, - грустно сказал Тодд, но Родни его, как обычно, проигнорировал.

Хотелось разнести лабораторию на доатомные составляющие. Желательно – вместе с Родни МакКеем. Или, хотя бы, как-то его заткнуть.
— А память вы можете передавать только кратковременную или и прошлую? – задал вопрос человек, без всякого перехода от рассказа о сестре и племяннице.
— Любую, - кратко ответил Тодд.
— То есть я, например, мог бы передать тебе все свои воспоминания, не рассказывая о них?
«И заткнулся бы, наконец».
— Да.
— А можно как-то инициировать это в одностороннем порядке от тебя, без гена рейфов у меня?
Тодд задумался.
— Такие вещи можно делать во время кормежки, но не в моем случае.
— А других вариантов нет? Жаль…
— Нет-нет, - поторопился сказать Тодд, пока МакКей не начал снова свои рассказы, - я что-то придумаю.
Где-то полчаса прошло в блаженной тишине и исследованиях ретро-вируса со стороны МакКея, и возможностей телепатии со стороны Тодда. Он вообще с трудом понимал, отчего за медицинские данные взялся не медик, но втайне подозревал, что это из-за него, а на самом деле над проблемой работают врачи. МакКей же послан издеваться над несчастным рейфом.
— Есть теория, - сказал Тодд неуверенно, - мы немного контактные телепаты.
— То есть, я могу взять тебя за руку? – оживился МакКей и без предупреждения ухватился за Тодда.
— Процент соприкасающейся поверхности должен быть больше, - ответил тот.
— То есть, мне надо тебя обнять?
— Раздеться и обнять, да.
«Чтоб уже тихо было!».

Шеппарду, Зеленке и Келлер, которые пришли чуть позже, чтоб узнать, как идут дела у МакКея, предстала любопытнейшая композиция, состоящая из голых человека и рейфа, валяющихся на полу в обнимку.
— Это… Внезапно, - выдал общую идею Зеленка.
— Пока я с ним контактирую, - ровным голосом ответил Тодд, - могу контролировать его жизнедеятельность. И он хотя бы молчит.
— Способ качественный, - согласилась Келлер.
Шеппард молча закрыл дверь.

Chapter Text

— Тебе никогда не было интересно, почему никто не шел против богов? – спросил Дэниел, глядя на Джека через решетку.
О’Нил не ответил. Хотя, вероятно, он не слышал обращенных к нему слов. Ведь сейчас он испытывал все ощущения от нехватки саркофага.
Полковник, как истинный военный и американец, хотел поднять бунт и стать героем. Хотя бы частном порядке. Но Ра просто приказал запереть его.
— Его боль будет возрастать, – сказал он Дэниелу, – и, когда он убьет себя, мы оживим его, и он подумает в будущем, прежде чем пытаться напасть на нас.
После уничтожения Земли, Ра по какой-то причине взял Дэниела и Джека на свой корабль. Наверняка, его забавляло то, как О’Нил бросается на всех как пойманный в клетку зверь.
— Надеюсь, ты такого не сделаешь, – сказал Ра и провел тыльной стороной ладони по щеке Дэниела. – Не хотелось бы мне увидеть твои страдания… но я сделаю это, стоит тебе ослушаться.
— Я знаю, мог бог, – ответил Дэниел.

Chapter Text

Все мы тут со своими странностями.
Метт всем хороший парень, пока дело не касается его бывших или религии. Тогда он меняется в лице и может наговорить лишнего. У Камиллы бывают перепады настроения, во время которых лучше не попадаться ей на глаза. У ТиДжей периодически случаются галлюцинации. Память Хлои не очистилась до конца: она без труда прокладывает курс Судьбы и за пару минут решает уравнения, на которые я бы потратил несколько месяцев. Броуди занимается чревовещанием, Волкер поет оперные арии в душе. У Грира все в порядке, пока кто-то из его тараканов не поднимает бунт – тогда у них начинается народное восстание. Полковник Янг добр и прекрасен ровно до тех пор, пока кто-то не скажет слово: «Долг». Про доктора Раша говорить, пожалуй не буду. А я… А что я? Моя девушка – корабль. Как и у доктора Раша, впрочем. Так и живем.

Chapter Text

— И какое же срочное дело у ВВС ко мне? – голос Даны просто таки излучал сарказм.
Она не понимала происходящее и это ее раздражало. Сейчас не было никакого подозрительного расследования, Малдер не носился с очередной безумной идеей и даже никто не пытался подсидеть Скиннера. Так отчего же, спрашивала себя Скалли, их прямо в коридоре поймали майор ВВС, вместе со слегка безумного вида парнем. Которого, как оказалось, Малдер знал и с восторженным: «Доктор Джексон, я всегда интересовался вашей работой!», - куда-то его утащил. Последнее, что Дана расслышала касалось инопланетян.
— Ну и? – настойчиво повторила Скалли.
— Это касается вашего прошлого, - майор Картер настороженно оглядывалась по сторонам, будто боялась, что их могут увидеть.
— И что же для ВВС интересного в моем непримечательном прошлом?
Наверное, не стоило язвить, но день не задался с утра.
— Мне легче показать, - майор открыла дверь кладовки и сделала приглашающий жест.
Скалли напомнила себе, что спорить с психами и военными себе дороже, и перешагнула порог, Картер вошла за ней и захлопнула дверь. В следующий миг – вспышка ослепила Дану и, когда она смогла различать предметы, то была уже вовсе не в Вашингтоне, округ Колумбия.
Она стояла посреди огромного светлого помещения, справа от нее, за обзорным окном, висела Земля, а в двух шагах напротив стоял недовольный военный в потасканной форме, с нашивками полковника, а рядом с ним за пультом сидел… Серый большеголовый пришелец.
— Аы? – глубокомысленно спросила Скалли.
— Агент Дана Скалли, - обратился к ней пришелец, - я Главнокомандующий Тор, вы находитесь на моем корабле. Без сомнения, вас волнует то, почему вы здесь.
Дану волновало огромное число вопросов, но она решила, что неразумно задавать их все скопом, особенно в такой ситуации, потому молча кивнула.
— Не так давно, - продолжил Тор, - мы обнаружили, что один из наших соотечественников, Локи, долгое время проводил несанкционированные эксперименты на жителях Земли.
— А у вас есть санкционированные? – вырвалось у Скалли.
— Вот я спрашивал то же самое! – вставил полковник.
Тор, как показалось Дане, обвиняющее посмотрел на человека, тот ответил ему невинной улыбкой.
Майор, стоящая до этого рядом со Скалли, тоже отошла к пульту.
— Суть в том, - сказала она, - что асгарды считают, что они должны извиниться перед теми, кто пострадал сильнее всего.
— И предоставить достаточную компенсацию, если она требуется, - кивнул Тор.
— Хорошо, а причем здесь я? – спросила Дана.
Майор Картер слегка смутилась.
— На вас ставили кучу опытов, - прямолинейно заявил полковник, - больше чем на всех других вместе взятых.
— Ваши органы удаляли и помещали в стазис, - Тор что-то переключал на пульте, - трижды, ваши клетки подвергали деградации на клеточном уровне, подвергали воздействую всех возможных видов радиации, вводили лекарственные препараты всех известных нам видов, восемь раз перемещали вне фазы и десять – в альтернативные реальности с неравными интервалами, а так же…
— Можно распечатать весь список? – несколько ошарашено поинтересовалась Скалли.
Тор кивнул.
— А можно вопрос?
— Это наименьшее, что мы можем для вас сделать.
— В списке похищенных есть имена Фокса и Саманты Малдер?
— Первого нет, а второе…
— Этого лучше не обсуждать, - быстро сказала майор Картер.
Полковник закрыл лицо ладонью
— О… Сэм…

— Привет, ты где пропадала? – Малдер выглядел так, будто это его только что прокатили на инопланетном корабле. – Я уже решил, что тебя стащили пришельцы!
— На самом деле – там было двое землян, - ответила ему Скалли.

Chapter Text

Я всегда называл себя богом и верил, что смерть не придет за мной. Я не думал, что ждет меня по ту сторону, но надеюсь, что не встречу там ее. Моя любовь… Моя королева… Юная и привередливая – Амаунет отвергла тела одно за одним, не принимала ни одного десятилетиями. Ей нравилось дразнить меня, нравилось заставлять меня чувствовать себя глупо, нравилось выводить меня из себя… За это я всегда любил мою королеву. Даже предательство из ее рук – высочайшая награда для меня.
Глупый та’ури обвиняет нас в том, что мы с моей королевой украли тело его жены. Ему, привязанному к материи, никогда не понять, что наша связь глубже его низменных инстинктов, ведущих людей, словно диких животных, в немой жажде оставить потомство. Они ничего никогда не понимали в любви.

Chapter Text

— Удивительное сходство, - говорит полковник Картер, - где ты их нашел?
— Это они меня нашли, - отвечает Дэниел.
— До нас дошли слухи о святом, который постоянно умирает и возвращается, - объяснила Айрин.
— Ну, - Дэниел слегка смутился, - это слишком сильно сказано.
— Супер! – подает голос Крайтон. – А как корабль называется?
— Хаммонд.
— А… - он явно разочарован.
— У генерала О’Нилла, - Саманта предчувствуют реакцию, но хочет проверить, - корабль, на котором он полетел к вашей Земле, называется Энтерпрайз.
— Вау! Нифрелла себе! – Крайтон два ли не прыгает от радости.
— Как я и говорила – удивительнее сходство, - сказала Картер.
— Наш вариант вашего мужа реагирует точно так же, - объяснил Айрин Дэниел.
Никто еще не знал, что в ближайшем космическом казино Чиана и Вала поставили Хаммонд и Мойю, чтобы отыграться…

Chapter Text

— Джонас Квинн, чем вы занимаетесь?
— Я изучаю земную культуру, конкретно – мелодрамы, у нас нет подобного жанра… Посмотришь со мной?
— С удовольствием.
— Эй, ребята, что смотрите?
— Джонас Квинн изучает земные мелодрамы.
— О… Мне очень нравится «Фонтан»…

Джек О’Нилл заметил нечто неладное. Все в его команде казались слегка расстроенными, а Сэм и Джонас вовсе, будто бы недавно рыдали. Он не хотел спрашивать, но мельком услышал:
— …А с ним что. Это же… Он?
— Нет, не совсем, это высший разум…
— Я посчитал, что жизнь едина.
— Нет, есть же прошлое…
— Та-а-ак, - полковник вклинился между Сэм и Тилком, - мы же договорились не обсуждать кое-кого с инициалами D.J.?
— А мы и не о нем, - ответила Картер.
— Мы о кино! – радостно вставил Джонас. – Вам обязательно стоит посмотреть, это гениальный фильм смерти и жизни после нее, наполненный скрытыми смыслами и скрывающий глубокую идею о бессмертии разума за декорирующей его историей любви, сводящейся к единому источнику!
— Ты читал рецензии? – уточнила Сэм.
— Да! Всю ночь!
— Знаешь, Джонас, - Джек внимательно посмотрел ему в глаза, - ты у нас новенький, но вот что скажу: в нашей работе достаточно смерти, жизни после нее, а от бессмертных разумов, несущих скрытые смыслы просто не протолкнуться. Потому смотри лучше прогноз погоды…

Chapter Text

Кто бы объяснил мне, что тут творится. Я многое знаю, меня многому учили, но такое выше моего понимания. Меня явно принимают за кого-то другого, и боятся. А эта женщина говорит, что она моя мать. Компаньонки, конечно, начиная обучение, отказываются от своей семьи, но у меня не так все плохо с памятью. К тому же – моя мать просто не может быть всего на пять лет меня старше.
И остальные люди, они смотрят на меня так, будто хотят убить, а от моих попыток побороть их агрессию – получаю ее только больше. К счастью, я не сказала сразу, кто я, а то не знаю, как бы отреагировали. Единственный, кто на меня правильно реагирует – смуглый мужчина, от которого все прочие шарахаются почти как от меня. Думаю, здесь очень развита иерархия, и, по всей видимости, мы двое на одной ступени. Судя по тому, как он держится – остальные ниже. Хотя мне и не совсем понятна эта система. Мои подозрения подтвердила женщина из «низшей» касты. Она сказала, что нам надо пожениться. Среди них, «низших», есть мужчина, который явно умнее остальных. Видимо, он пытается выслужиться, чтоб попасть в высшую касту. Если рассуждать дальше, то наше задание, по всей видимости, отобрать кандидатов из низов. Тогда происходящее имеет смысл. Постараюсь справиться.

Chapter Text

- А как так получилось? - спрашивает Илай, не поднимая головы от пульта.
- Что? - переспрашивает Раш. - Что получилось?
- Ну, вы же женаты были, так почему..? - Илай молча жестикулирует, проводя вдоль своих, как всегда стоящих торчком, ушек.
- А, это... - Николас пожимает плечами. - Я много работал. Действительно много, а потом...
Он снова пожал плечами.
- Нет... Но все равно!
- Илай, - устало говорит Раш, - у тебя же тоже все на месте...
Тот сдавленно кашляет.
- Они накладные.
Николас недоуменно поднимает бровь, когда Илай отстегивает одно из ушек. В ответ на молчаливый вопрос, тот поясняет:
- Я не хотел чтоб мама знала, а то начнутся разговоры о свадьбе и внуках, а я еще не готов, и вообще... А потом я тут оказался, возможностей снять не привлекая внимания не было. А потом еще Гинн... У нее-то сто процентов - настоящие! Некрасиво было бы.
- Действительно.
- А у вас?
Николас вздыхает, подходит к Илаю и устало говорит:
- Щупай.
...
- Таки настоящие!
- Да. Теперь мы можем вернуться к работе?
- Ага.
Илай еще пару минут молчит, а потом говорит:
- А это странно, знаете... Как-то совсем уж. И у меня, и у вас, если подумать...
- Давай закроем эту тему раз и навсегда, - просит Николас.
- Почему?
- Потому что, я знаю, что ты гений нестандартных решений, и я боюсь до чего могут довести твои умозаключения.
- Э-э-э? Ой!
- Именно так.
Дальше они работают молча.

Chapter Text

Солнце садится в песчаном мареве. Надвигается буря.
Ша'рэ ничего не говорит, когда он откидывает полог и входит внутрь. Просто протягивает еду и задумчиво смотрит, как он ест.
— …Два глайдера, - рассказывает Дэниел, - мы думали, что уже все, но повезло. Остается надеяться, что на этом все закончится.
«Ничего не закончится, - хочет сказать она, - мы будем сражаться до конца жизни. Ты. Я. Каждый на Абидосе. Каждый на Та’ури. Все бросившие вызов ложным Богам». Но вместо этого она говорит:
— Ты устал. Ложись спать.
— Не могу, - отвечает ее муж, - на Чулаке сейчас тоже ночь. Мы должны сделать вылазку, и уйти назад.
— Буря вас защитит, когда вернетесь домой, - отвечает ему Ша'рэ.
Больше всего на свете ей хочется закричать: «Не уходи! Каждый раз, провожая тебя до Чапа’аи, я боюсь, что в следующий раз мы встретимся в загробном мире», но она ничего больше не говорит, а он дарит ей свою странную улыбку, и Ша'рэ откуда-то знает, что Дэниел знает, о чем она думает.

Chapter Text

- Земляне часто используют… Выражения странной конструкции, выражающие различные аспекты их культуры.
- Идиомы. Меня они так же приводят в замешательство. И, отчего-то, люди полагают это забавным. В особенности – доктор Маккой.
- Юмор я тоже сознаю с трудом. Моих шуток никогда не понимают.
- Вулканцы не имеют потребности в шутках, отчего подобная проблема в моем случае просто не стоит.
- Хотелось бы мне иметь вашу бесстрастность.
- Вы близки к этому.
- Благодарю, мистер Спок. Что до людей, они, как вы выражаетесь?
- Нелогичны.
- Несомненно.

Chapter Text

Встреча на высшем уровне. Остатки блеска, остатки шампанского, радостная мадам президент, мрачная Камилла Рей, Янг и Адама с наклеенными улыбками, недоуменно смотрящие друг на друга Балтар и Раш.
— Мы люди двенадцати колоний, и наши миссии схожи. Мы все направляемся к Земле.
— Да. В этом мы похожи. Мы желаем вернутся на Землю.
— А мы – найти!
— Это весьма любопытно.
— Значит ли это, что мы объединяем наш флот?
Гробовое молчание.
— Вообще-то, - тихо говорит Янг, - сейчас мы летим в противоположную сторону.
— От Земли, - мрачно добавляет Камилла.
— И назад нам лететь пару миллионов лет, - улыбается Раш.
— У вас еще остался ваш самогон? – дипломатично интересуется Розлин.

Chapter Text

Старбак сначала резко садится на больничной койке, а потом уже спрашивает:
— Где я?
Женщина, ненамного старше нее говорит тихо:
— Успокойтесь, нам удалось вас вытащить.
— Это Флот? – Кара оглядывается по сторонам. – Вы можете вызывать адмирала Адаму?

— Она никого не узнает, - говорит ТиДжей, - кроме доктора Раша.
— И что Раш? – интересуется Янг.
— Она назвала его предателем и пригрозилась убить.
— А… Со мной тоже такое бывает.

Через пару дней после инцидента с камнями доктор Валентайн уже спокойно могла ходить. Правда, она все равно не помнила Судьбы.
Илай показывал ей душ.
— Я пойду, - говорит он, - а то Грир опять начнет мне угрожать, решит что я за тобой тут подсматривать хочу.
— В смысле? – удивилась Старбак. – Зачем подсматривать в душе?
— Ну, знаешь, - Илай смутился, - не всегда и не всем удается увидеть кого-то голым…
— Душ же общий.
— Но моемся мы в нем по очереди.
— А в общественных душах до этого?
— У нас делятся на мужские и женские…
— А вот у нас на Галактике никто не делил.
— Жаль, что мы не на Галактике.

Chapter Text

— Так у нее есть змея в голове или нет? – О’Нилл в очередной раз упустил нить обсуждения, и решил все выяснить для себя.
— Нет. Я бы сказала – в животе, - Джанет еще раз заглянула в свой отчет.
— Но она не джаффа? – уточнил полковник О’Нилл.
— Нет. Но у нее есть симбионт.
— Так что она?
— Ну, как минимум, она гуманоид, - сказала Картер.
— Спасибо, думаю, мы все это заметили.
— Она утверждает, что из будущего, - Дениел пожал плечами, - говорит она на чистом английском, но это из-за вживленного универсального переводчика. Я попытался говорить с ней на других языках – она отвечала на них.
— Сканирование мозговой деятельности, - снова заговорила доктор Фрейзер, - подтверждает, что мозговые волну симбионта и носителя не разделяются, как это бывает в случае с гоа’ульдами. К тому же – у ее симбионта совсем другая морфология.
— Как и у нее, - добавила Картер, уже успевшая ознакомиться с отчетом Джанет.
— Так что нам с ней делать? – спросил генерал Хаммонд, слушавший до этого молча.
— Может, покормите, а то я уже устала сидеть у вас в палате, - предмет разговора вошел в комнату, демонстрируя пятнистые ноги, где их не мог прикрыть короткий халат.
О том, как гостье удалось обойти всю охрану – присутствующие решили не спрашивать.

Chapter Text

Правила межгалактической библиотеки «Атлантида»:

Не шумите и перемещайтесь шагом.
Настоятельно просим воздержаться от стрельбы в коридорах.
Личные вещи, а так же дополнительные органы и конечности – держите как можно ближе к себе.
Возвращайте книги вовремя.
Паркуйте корабли в предназначенных для этого местах.
Не оскорбляйте других посетителей библиотеки.
Воздержитесь от убийства других посетителей библиотеки.


Соблюдайте человеческие правила вежливости, а именно:
А) Не пытайтесь употребить работников библиотеки в пищу.
Б) Не пытайтесь захватить библиотеку.
В) Не пытайтесь саботировать работу библиотеки.
Г) Не пытайтесь разрушить библиотеку.


Не провоцируйте работников библиотеки. В том числе:
А) Не спрашивайте у МакКея «Как работает во-о-он та штучка».
Б) Не говорите ничего о Сатеде и сатедианцах в присутствии Ронона.
Примечание: вообще ничего не говорите о Сатеде и сатедианцах.

Рекомендуем воздержаться от разговоров в принципе
В) Не предлагайте запеканки из голубей в присутствии Зеленки.
Г) Не жалуйтесь на здоровье в присутствии Беккета.
Д) Не кормите МакКея лимонами.
Е) Не попадайтесь на глаза Шеппарду.
Ж) Не вспоминайте о рейфах в присутствии Шеппарда и Ронона.


В ситуации, когда не понимаете происходящего – ложитесь на пол, лицом вниз.
Администрация библиотеки не несет ответственности за вашу безопасность.

Первая межгалактическая библиотека «Атлантида» - мы всегда рады видеть вас в своих стенах!

Chapter Text

То есть, как голограмма? – глядя в упор на Вулси, спрашивает Шеппард.
— Да так голограмма, очень продвинутая! С сохраняющейся матрицей личности и встроенной структурой силовых полей… - МакКей готов перечислять список еще долго.
— Ему больно? - интересуется Ронон.
Он не дожидается ответа и дает Вулси пощечину.
— Нет, мне не больно, - резко отвечает тот, - но неприятно, к тому же я вполне самостоятельная личность и прошу обращаться ко мне, а не к доктору МакКею!
— Хорошо, - примирительно говорит Тейла, - давайте по порядку, как вас зовут?
— Это сложный вопрос, - отвечает Вулси, замявшись, - я еще не определился, все меня называют Доктором…
Шеппард хмыкает.
— А зачем вы тут? – продолжает Тейла.
— Я пытаюсь разобраться, что и где пошло не так, - продолжает Доктор, - в моей временной линии в галактике существуют совсем другие расы, чем в вашей, и корабли у нас другие.
— В каком смысле? – интересуется Шеппард.
— Мы не можем летать между галактиками, на одно путешествие, которое у вашего Пегаса занимает полдня – у нашего Вояджера уйдут десятилетия. Да и вообще – во временной линии есть ошибка…
— В нашей все в порядке, - находится МакКей, - просто вы реальностью промахнулись, давайте, я вам все объясню…
— Сразу пытки, МакКей? - усмехается Шеппард.

Chapter Text

— Если ссоришься с магом, можно оказаться покусанным любимыми тапочками, - назидательно говорит ТиДжей.
Янг прикладывает мешочек со льдом к шишке на лбу и мрачно говорит:
— Это были не тапочки.
ТиДжей вздыхает.
— Может, вы сами будете разбираться со своими проблемами?
— Сомневаюсь, что это возможно, - вставляет сидящий тут же Раш.
— А вам, Николас, следовало бы стыдиться, выпускник высшей Академии имени В. Редной, а ведете себя, как мальчишка.
— Нам по штату положено, - Раш потягивается, - быть наглыми, ехидными и дерзкими.
— А мне по штату не положено, - отвечает ему Янг, но очень уж хочется спустить на тебя Грира, нацыги, говорят, когда-то человечинкой промышляли…
— А ну цыц оба! – рявкнула ТиДжей, обнажая клыки. – Пожали друг другу руки, пообещали больше так не делать, и вон из лазарета. И прекратите думать всякую порнографию, Николас, ваши щиты не действуют!
ТиДжей грохнула контейнер с инструментами об стол и ушла прочь сама.
— Мне кажется, – предположил Янг, - что здесь кто-то слишком много думает…

Chapter Text

Капитан ВВС США Сэмюэль-Джейкоб Картер (он предпочитал, чтоб его звали просто Сэмом или по фамилии) был отличным военным – достойным сыном своего отца и не менее заметным ученым, докторская степень по физике до 30 лет – это вам не яичницу поджарить. Яичницу, кстати говоря, он тоже неплохо делал. Правда, ею же его кулинарные таланты и исчерпывались.
Сэм отлично ладил с коллегами по команде: с полковником О’Ниллом, чем-то напоминавшем ему отца, с доктором Джексоном, точно так же напоминавшем о друзьях-ученых, с Тилком, хотя его принципы чести иногда ставили в ступор; генерала Хэммонда, естественно, Сэм Картер тоже ценил и уважал… Но был один человек, который… Которая, точнее, вызывала у него недоумение.
Ее звали Дженет Фрейзер и она была здешним главным врачом.
Когда они вернулись с одного из первых заданий и Сэи попал в лазарет, он пытался пошутить.
— Женщине не место в армии! – сказал он.
— Если не хотите до конца жизни ездить в инвалидной коляске, капитан, - спокойно ответила Дженет, - воздержитесь от подобных замечаний.
Именно тогда Сэм понял, что его судьба уже определена.

Chapter Text

Валя показывает язык американским военным, они улыбаются, один даже шутливо отдает ей честь. Везучая наша Валя – у меня так не выйдет. Во мне все видят не то русскую шпионку (будь проклята бондиана!), не то сумасшедшего ученого.
— Ты слишком серьезно к этому относишься! – говорит Даня.
Ну, да, ему просто, он реагирует на все вокруг со стоицизмом выпускника МГЛУ. У них, говорят, на каждом курсе хотя бы пяток студентов с ума сходил. Для него работа от жизни не отличается, а я до сих пор дергаюсь, когда кто-то делает замечание по поводу моего английского. Особенно старается тот канадец с масляными глазками. Ненавижу, так бы и задушила. Косой русой. Будь у меня эта самая коса.
— Саша, не кипятись, они Врата потеряли, наши взять пришлось, их теперь жаба душит - Кир в кресле разлегся и комментирует, как он это делает – ума не приложу.
— Жаби України! – тихо вставляет Толик на своей «ридной», и добавляет уже по-русски: - Задушат кого угодно.
Толик, кстати, у американцев диссонанс в мозгах вызывает: нег… Ой, простите, чернокожий, вроде бы, а шпрехает на русском и стихи Есенина читает в коридорах. Это он издевается, конечно, но мало кто понимает.
Папка Толика переехал на Украину учиться, да так и остался. Да и, если разобраться, в команде одни мы с Даней коренные русичи. У Вали вон в семье почти все евреи, у Кира – немцы (мы его в шутку даже фашистом называем). Даня болтает что-то о своих египетских корнях, но пусть попробует чего доказать.
Генерал наш, тогда еще Хомутанов, договорился, чтоб наша команда в программе была ведущей. Жутковато поначалу было, а там втянулись. Да и американцы не такие плохие, если подход найти. А канадца того, говорят, скоро в Сибирь отправят. Надо будет бабушке сказать, чтоб прикормила, как она умеет. А то больно он мне тут надоел…

Chapter Text

Все смотрят на меня с недоверием. Ведь «их Ковальски» оказался предателем. Пусть и не по своей воле, но такое не забывается.
Я бы не забыл.
Но Джеку все равно, кем считают меня другие. Он знает, что я так же ненавижу гоаульдов, как и он. И ребята – его команда, тоже мне верят. Только вот не уверен, что я могу доверять джаффа, с двойником которого сражался.
Такое тоже не забывается.
У них прекрасный счастливый мир, планета, не разрушенная инопланетянами… Улыбающиеся люди на улицах. Это странно, но мне сложно к такому привыкнуть. Будто я разучился радоваться.
Я помню вторжение.
И это, наверное, еще одна вещь, которая не забывается.

Chapter Text

— И что это за штука? – Дениел крутил в руках странного вида длинную палку.
— Лучше не делай так, - Валу передернуло, - насколько я помню: из нее может куча всякого неприятного вылетать.
— Ты уверена, что ничего конкретного не помнишь? – Митчелл кажется несколько удивленным.
— Абсолютно!
Несколько месяцев назад Вала отправилась в отпуск, не сказав, куда и насколько. Все отнеслись к этому философски, в конце-концов – это же Вала. Но вчера она вернулась: в странной одежде, достойной варварских племен фантастических фильмов, с сумкой месиво трав в которой заставляло Камерона чихать, и с длиннющей палкой, периодически искрящей и пускающей дым. Вала утверждала, что происходящее с ней помнила смутно, будто кто-то управлял ее телом, саму же ее усыпив.
— Я помню – там был дракон, - уверенно сказала Вала, - даже несколько. И маги, и куча странного зверья. А я была медведем!
— Правда?
— Вы мне не верите?
Доктор Лэм привлекла их внимание тихий покашливанием.
— Я не уверена, кого надо поздравлять, - сказала она, - но Вала – у тебя буде ребенок!
— Что?!!

Chapter Text

— Я не могу настроить наши технику на работу с… Этим!
— Доктор МакКей, а разве у нас не одна из самых продвинутых технологий в нашей галактике?
— Только в сравнении, доктор Вейр, вы же знаете… За последние двести лет нам удалось значительно увеличить КПД паровых двигателей…
— Да-да, вплоть до космических кораблей, я знаю, вопрос к вам…
— Это совсем другая технология! И это безумие! Для ввода данных используется миниатюрный прибор, механическая составляющая практически удалена, я не представляю, как это может работать!
— Мне говорили, что вы ведущий специалист…
— Да, конечно, но это словно читать техническое руководство на инопланетном языке, причем после тройного машинного перевода!
— Вы справитесь. Наши предки справились с технологиями Древних, справитесь и вы. К тому же – есть что-то захватывающее в идее столь миниатюрной техники, не находите?

Chapter Text

— Нам нужно остановить реактор! – Картер сосредоточенно переставляет кристаллы. – Еще чуть-чуть!
— У нас нет времени, Сэм!
О’Нилл держит под прицелом пусто коридор. Пока еще пустой.
— Не волнуйся, Гордон, - обращается к новичку Дэниел, - мы бывали в ситуациях и похуже.
Доктор Фримен никак не реагирует, он все с тем же сосредоточенно-спокойным лицом, подходит к Картер, отодвигает ее от панели… И разбивает кристаллы несколькими мощными ударами красной монтировки.
— Молодец… Парень, - О’Ниллу быстрее всех удается восстановить дар речи, - А теперь – пошли.

— Чьи-то глаза смотрят на нас через него, - говорит мастер Братак Тилку.
— Думаешь, он гоа’ульд?
— Этого я не говорил. И ты не хуже меня знаешь, что есть силы могущественнее ложных богов.

— Доктор Фримен, - Дэниел пожимает плечами, - я читал множество его работ, его хвалили те, кому я доверяю…
— А ты говорил с ним, ну э… Хоть раз?
— Я не помню, Джек, нам нечего особо обсуждать. Ты бы у Картер спросил.
— Она меня к тебе послала.
Разговор прерывает сирена. В одной из лабораторий произошел сбой эксперимента. Кто же знал, что перемещение между фазами может быть настолько опасным?

Chapter Text

— Это страшный сон, - доктор Джексон сидит, обхватив голову руками.
— Все могла быть хуже… - начинает полковник О’Нил и осекается.
Харлан как раз направляется к ним.
— Комтрайя! Друзья мои, почему вы не празднуете свое копирование и сжигание ваших настоящих тел? Все это празднуют! Его Божественная Тень так приказал! Комтрайя!
— Галактика сошла с ума… - доктор Джексон, точнее – его роботизированная копия, снова опускает голову.
На костре, недалеко от них, заживо сгорают земляне и их крики теряются в вышине синего-синего неба Абидоса.

Chapter Text

Местные настроены вовсе не дружелюбно.
— Это волшебное оружие дала нам наша богиня! – он угрожающе наставляют на них странного вида палки.
— Эй, ребята… - Ковальски пробует выйти вперед, но ему стреляют под ноги.
— Они серьезны, - говорит Джексон.
— Да? А я как-то и не заметил, - отвечает ему О’Нил.
— Идемте, предстанете на суд богини!
Выбора у них особо нет, разве что расстрелять всех вокруг, как заикается кто-то из военных, но, во истину, это было бы дурное начало переговоров.
— Как зовут вашу богиню? – пытается завести разговор Дэниел.
— Кетеш, - хмуро отвечает тот.
— Богиня красоты, любви, экстаза и секса, - объясняет пораженной Джексон, - изначально халдейская, а потом адаптированная под пантеон Нового Царства.
— Очень интересно… Конечно же, она не существует на самом деле, верно?

Ошибочность суждений Джека раскрылась когда их всех втолкнули в просторный зал, на троне по центру которого сидела черноволосая женщина в крайне открытом одеянии. Она царственным жестом выпроводила своих подданных, а потом, к искреннему удивлению землян, проворно соскочила с трона и выглянула из зала, удостоверяясь, что все ушли.
— Господи, слава тебе, что я атеистка, - она говорит на странном диалекте древнеегипетского, который Джексон, разумеется, сразу понимает, - вы прошли через Врата?
— Именно так… Э-э-э… Ваша божественность? – предполагает Ковальски.
— Вал Мал Доран, - отмахивается от него та, - вы откуда? Я не узнаю вашей одежды…
Дэниел рисует значок, который был набран последним. «Обратный адрес».
— Та’ури? – глаза Валы расширяются. – Вы действительно оттуда?
— Мы называем эту планету Землей, - отвечает ей О’Нил.
— Заберите меня!
— Но… Почему? Вы же тут богиня? – удивляется Джексон.
— Именно, - энергично кивает Вала, - видите ли – Кетеш угробила Баала, ну, попыталась, потом побежала под защиту Ра, но Ра удачно уничтожили ток’ра… Ну, как удачно… Ему еще долго в саркофаге лежать, если вообще вылезет. Кетеш перехватили и из меня вытащили, думали – я присоединюсь к их движению. Ну, вы знаете этих ток’ра, я отказалась и меня отпустили на все четыре стороны. Я решила наведаться сюда, а тут меня узнали и задержали. Кораблей нет, ничего нет, на всех планетах меня подали в розыск, а вашу вообще считают закрытой…
— Что она говорит? – интересуется Джек.
— Я понял, что она просит политического убежища, - отвечает озадаченный Джексон.
— Ну, пожалуйста! – пускает в дело свой коронный аргумент Вала.

Chapter Text

— Я, все равно, лучше знаю, что сделает Шеппард! – уверенно сказал Лейдон.
— И это почему же? – спросил его бывший, да и нынешний, противник – Акасутс Коля.
— Мы работали с ним бок о бок, друзей знаешь лучше, чем врагов.
Коля фыркнул.
— И, как, по-твоему, что он сейчас собирается делать?
— Ходить конем! – уверенно ответил Лейдон.
Первый межгалактический турнир по шахматам был в самом разгаре…

Chapter Text

Знаешь, среди нас двоих ты всегда был более молчаливым. Путь воина, никаких слабостей и все прочее… Я ближе к людям. Они могут быть такими забавными… Когда-то наши создатели потерпели поражение, я знаю, что ты не любишь об этом вспоминать, но это так. И не спорь – они проиграли, и лично ты не мог сделать по-настоящему много, поверь уж старушке.
Наши создатели допустили ошибку. И не одну. Не возмущайся, это так. Если бы они были совершенны – не было бы рейфов, не было бы репликаторов. Не было бы войны… Не было бы тебя.
Они, наши создатели, ушли и осталась лишь одна… Женщина, которая спала точно так же, как и я. А потом пришли те, кого она ждала все эти тысячелетия. Молодые, смелые и порой такие наивные. Люди. Дети. Они были так же любопытны, как и наши создатели… Впрочем, ты же их знаешь.
Что будет дальше? Кто же знает… Но в одном я уверена: мир будет таким же, как и раньше. Только другим.

Chapter Text

Мне снится сон. Я – корабль, летящий среди звезд. У меня есть ракеты, которыми я могу поразить врагов, у меня есть мощные двигатели и отличные сенсоры. Я слышу и вижу все, что происходит во многих и многих световых годах от меня. Но нет одного… Команды на моем борту.
Я один среди межзвездной пустоты. Никто не дает мне цели, никто не наполняет мое существование смыслом. И есть единственный выбор: лететь на солнечный свет, словно сын того, в честь кого я был назван. Мог бы жить Дедал, не будь с ним Икара? Летел бы он?
Свет и жар слепят мои сенсоры. Это конец моей войны.
Стивен Колдвелл просыпается в холодном поту. Его трясет и привычная легкая вибрация корабля, летящего в гипер-пространстве, не успокаивает его.
Решения… Он принимает их постоянно и с каждым разом все меньше и меньше задумывается о том, к чему это может привести.
«Сон разума рождает чудовищ». К чему приведут его необдуманные действия? Был ли его сон пророческим или просто сном? Кто даст ответ?

Chapter Text

— …За это меня и сослали, - закончила свой рассказ Чая, - а тебе как удалось вознестись?
— Да, так, - Тодд почесал в затылке, - мои подчиненные меня в очередной раз предали, я оказался один на пустынной планете без Врат, бродил-бродил да и вспомнил про то, что люди могут возноситься, а у нас от людей некоторая часть есть вот я и начал самосовершенствованием заниматься.
— В одиночку? – уточнила Чая.
— А, что? Тихо, спокойно, делать вес равно нечего, разве что с голодухи выть.

Пустыня. Белизна песка. Белизна неба. Я – дитя мира. Я часть этой белизны. И я не думаю о еде. Не думаю о тех. чудесных вкусных жирных стейках, которые эти лантийцы жарят на пирсах.

— Представляю, как наши удивились…
— Возмущения было много, - подтвердил Тодд, - вспомнили какого-то Анубиса и Ому, я нашел информацию. Так ничего же общего!
Чая выразительно посмотрела на него.
— Ну, в смысле, что я захватить галактику не хотел. Мне и так хорошо, а главное – весело!

— Шеппард, может объяснишь, почему каждый раз, когда вы идете на задание – на планете идет дикий ливень.
— Да не везет просто, - сказал Джон.
— Эм… А это что?
На дороге перед отрядом муравьи выстроились в слова: «Ничего подобного! Это закон кармы, муа-ха-ха!».

Chapter Text

Из дневника:
Проснулся затемно по тревоге. Пытался понять, что происходит, все паниковали и бегали. Услышал три версии: напали рейфы, случилась эпидемия и взорвались Врата. Пока добрался до зала управления – все прошло само собой. Оказалось, что это сбой системы.
Пошел в лабораторию, прихватив из столовой сэндвич. Слушал разглагольствования МакКея. Потом обнаружил, что он выпил весь мой кофе.
Пришел Шеппард и случайно активировал какой-то артефакт. Совместными усилиями выключили его.
До вечера пытался понять, что это за штука. Пропустил обед.
Потом поужинал, почитал и пошел спать.
А на утро снова проснулся затемно по тревоге. Который месяц уже, они, что, не могут настроить системы города как следует?

— Доктор Зеленка, вы утверждаете, что в течение полугода не могли заметить, что проживаете петлю времени длиной в 24 часа? – переспросил Ричард Вулси.
— Ну, все было как всегда, - пожал плечами Радек.
— Если бы не Тодд, - МакКей гневно посмотрел на Зеленку, - мы бы даже не узнали ни о чем. Жили бы в петле, пока все кого мы знаем не состарились и не умерли бы!
— Не сгущайте краски, доктор МакКей, командование на Земле рано или поздно обратило бы внимание на то, что с нами нет связи.
— Ну, да, конечно.
— Я правда не заметил, - виновато сказал Радек.

Chapter Text

— Разруха не в сортирах, а в головах! – глубокомысленно изрек Ронон.
Вулси от неожиданности уронил очки.
— Что-что? – переспросил он, шаря под столом.
— Так кто-то у МакКея в лаборатории сказал, - пожал плечами сатедианец, - а понравилось.
— И это вы пишете в отчете о неисправностях в системах города?
— Ну… Э-э-э… Я написал, что водопровод сломался и все назад выдает. В сортирах.
— А виноват доктор МакКей? – уточнил Вулси.
— Конечно!
— На момент происшествия доктор МакКей был на Земле.
— МакКей виноват всегда, - уверенно сказал Ронон, - это все знают!
«А он прав» - тоскливо подумал Ричард.

Chapter Text

Илай резко сел на кровати. Он вскочил и прошелся по комнате, громко шлепая босыми ногами по полу.
— Что случилось? – сонно поинтересовалась Гинн.
— Не могу понять, где мы? – Илай встал напротив окна, за которым начиналось обычное шумное утро Нью-Йорка.
— На Земле, - сказала Гинн с интонацией: «И повторяю тебе в пятисотый раз», - все в порядке, никакой Судьбы, никакого Раша, никаких инопланетян.
— На самом деле? – спросил Илай, поворачиваясь к ней.
— На самом деле… Твоя мама звонила, говорила, что приедет на днях, и пожалуйста: обойдись без судеб Вселенной хоть один день.
Илай улыбнулся и кивнул.
— Ничего не обещаю.

— Вы можете его отключить?
— Это слишком опасно…
— Мне плевать! Верните его!
— Он может остаться в памяти корабля навсегда…

— Это точно на самом деле?
— Да.

Chapter Text

Полковник Янг вызывает лейтенанта Скотта. Скотт не отвечает. И вообще никто не отвечает. Лейтенант Йохансен, сержант Грир, Волкер, Броуди, Илай…
— Раш на связи, - голос Николаса спокоен, будто он и не замечает.
«Может таки и не замечает, - подумал Янг, - он часто замечает далеко не все вокруг».
Эверетт поднимается на мостик. Ни души в коридорах, ни души вокруг. Только Раш спокойно сидит в кресле, спиной к нему.
— Я не понял. А где все? – спрашивает Янг.
— Кто? – Николас не оглядывается.
— ТиДжей, Скотт, Грир, Рей, Хлоя, Илай…
Янг обходит кресло и замирает перед ним в оцепенении.
— Никого нет…
На Эверетта смотрит его собственное лицо.
— Ты убил всех, - говорит сидящий в кресле полковник Янг.
«Это симуляция Судьбы» - уговаривает себя Эверетт. Он бежит по коридорам, не разбирая дороги. «Это не на самом деле!». Рация включается, он слышит голоса. Мэтт говорит: «Мы здесь застряли, вышлите людей…». Дальше звучат выстрелы и связь обрывается.
Ноги приносят его в зал Врат. В кольце стоит тот, второй Янг.
— Они не вернутся, - говорит он, - ты не смог сдержать обещания. Они никогда не вернутся домой.

Chapter Text

— Итак, уважаемые коллеги, здесь вы можете видеть пример смещения интерференционной картины двух когерентных источников волн… Мистер Уоллес, я понимаю, что ваша девушка волнует вас значительно больше лекции, но будьте так добры – обратите внимание на меня. Впрочем, возможно вы полагаете, что вам значительно лучше будет в деканате у мистера Янга… Нет? Ну, тогда продолжим лекцию.

— …Как и было сказано… Здравствуйте, Камилла, в чем дело?.. Прошу прощения, мне и профессору Рей следует отлучиться ненадолго, будьте добры – не занимайтесь ничем разрушительным, особенно вы, мистер Грир!

— И на этом месте я хочу вам показать Интерферометры Фабро-Перо, они имеют весьма простую конструкцию и… Что вы сделали с мисс Армстронг, мистер Скотт? Что значит: «Ничего такого»? Знаете ли, девушки просто так сознание не теряют… Профессор Йохансен, с чего вы взяли, что у нас проблемы? Да, это так, но мне любопытно. Вы доктор педагогических наук, насколько помню, а не врач, лучше мы вызовем специалистов. Мисс Парк – ваше рвение похвально, но проявляется оно несколько не к месту, вам не кажется?

— И после всего этого от меня еще требуют вашей высокой успеваемости. От меня – вашей, логическая цепочка утеряна, вам не кажется? Впрочем, продолжим лекцию. Нет, мистер Уоллес, я не злобный бессердечный тролль. И мыслей не читаю.

Chapter Text

Генерал Хэммонд часто думает, что бы сказала Маргарет, будь она жива. Она терпеть не могла научную фантастику, и ему иногда кажется, что он слышит ее голос.
— Телеметрия глубокого космоса? Ха! Звезды никуда не убегут, если ты потратишь час на нормальную еду!
— Бог создал нас, и если бы он создал кого-то еще то, наверное, это было бы известно.
— Инопланетяне, космические корабли, и прочая дребедень – это то, с помощью чего люди бегут от проблем.
Глядя на ссорящихся инопланетных делегатов, которые внезапно решили, что Земля – лучшее место для проведения переговоров – генерал Хэммонд улыбается. Строгий голос Маргарет в его голове говорит: «Тунеядцы они все! Лучше бы работать шли!». И, как это бывало раньше, Джордж полностью согласен со своей любимой женой.

Chapter Text

Осирис с мрачной миной рассматривала младших гоа’ульдов, снующих вокруг.
Нужная девушка появилась.
— А, вот и ты!
Осирис не слишком по-божественному ухватила ее за руку и оттащила в ближайшую комнату.
— Я знаю, что ты ток’ра! – сходу заявила судья Царства Мертвых.
Взгляд девушки из просто испуганного стал затравленным.
— Мой господин… - начала она, но Осирис ее перебила.
— Брось, - отмахнулась он, - только тебя я могу спросить об этом, другим я не доверяю. Ирония судьбы, да?
Ток’ра на всякий случай кивнула.
— У меня проблема, - страдальчески заявила Осирис, - мало того, что в туалет мне теперь надо всегда ходить сидя – это ладно, переживу. Но тело здорово и при этом…
Она оглянулась вокруг, будто боялась, что их могут подслушать, наклонилась к уху ток’ра и шепотом сказала:
— У меня кровь течет из п…
Она не успела закончить, как ток’ра согнулась от смеха.
— Не насмехайся надо мной! – вспылила Осирис. – Я могу убить тебя!
— Прошу прощения, - ее собеседница утирала слезы и пыталась перестать смеяться, - это особенности женской физиологии. Все нормально, такое периодически будет случаться.
— Насколько периодически? – кисло поинтересовалась Осирис.
— Ну, - ток’ра задумалась, - от носителя зависит, и от планеты. Ориентируйтесь на каждые 28 дней. Плюс-минус неделька.
Ужас отразился в глазах Осириса.

Chapter Text

Спокойная старость, размечтался...
Семеро старших детей обступили кровать и преданно заглядывали в лицо венценосному отцу. «Проверяют, не умер ли я» - подумал Гарри.
— Вот смотрю я на вас, - сказал он своим старшим детям, - и вспоминаю одну книгу с моей родины. Там король-отец поощрял братоубийство.
Гарри младший изобразил недоумение, Саманта возвела очи горе, близнецы Джек и Джонатан с новым интересом посмотрели друг на друга, и на остальных, Джена, делающая вид, что ей не интересно еле заметно кивнула им, «Триумвират планируют» - понял Гарри.
— Отец, прекрати шутить, - устало сказала Сара.
— Боюсь, что шутить тут не о чем, - Мейбурн сел на кровати, - не хотелось бы мне оставлять междоусобицу между вами и вашими детьми.
— Дети только у меня, - вставила Саманта.
— Это еще вопрос, - Сара обвиняющее посмотрела на Гарри младшего.
— Хватит ссориться! – рявкнул Мейбурн. – И вообще, дайте проснуться. К тому же у вас еще…
— Семеро, отец, - подсказал Джек.
— Точно! Семеро младших братьев и сестер, так что еще вопрос кто останется наследником.
— А кто будет выбирать? – поинтересовалась Джена.
— У нас будут честные, прозрачные, демократические выборы! – ответил Мейбурн.
Его дети хищно посмотрели друг на друга. «Все в меня!», - гордо подумал Гарри и на глаза сами собой навернулись слезы.

Chapter Text

— Так, мне надо разобраться! – Варро обхватил виски руками. – Не надо было мне спрашивать.
— Это все очень просто, - жизнерадостно ответила ему Картер, - я и генерал О’Нилл четвероюродные брат и сестра, Шеппард – приемный сын Джека из одного его путешествие в прошлое, где его версия в прошлом осталась, будущее изменив. Отец Хлои: сенатор Армстронг, двоюродный дядя Джона и крестный отец Дэниела, ну, он от него отказался, когда тот начал рассказывать свои теории о пирамидах, но не в этом суть. Мы же с Дэниелом молочные брат и сестра, так получилось, что мама перенервничала из-за папы и когда…
Страдальческий взгляд Варро остановил словоизлияние Саманты.
— Давай я! – принял эстафету Родни. – Мы с сестрой, из-за темпоральных аномалий о которых упомянула полковник Картер, оказались не просто так, а, как это называется? В общем – Илай мой внучатый двоюродный племянник. То есть – он племянник Дженни… Или мой? В общем, я путаюсь со словами, я же не гуманитарий, - он пожал плечами, - отец генерала Хэммонда, кстати сказать, получается крестным отцом моего первенца… Версии моего первенца. И если посмотреть с точки зрения квантовой теории темпорального смещения, разработанной…
— Давай я расскажу! – перебил его Кэмерон. – Я привенчанный сын О’Нилла из прошлого, и сводный брат Джанет Фрейзер, получаюсь дядей Кэсси. Кстати, Сэм и Джанет – посестрины, или как там у женщин это называется? Они, в общем, крестами обменивались и в чем-то клялись.
— Кэм!
— Ладно-ладно. В общем так… Грир – мой троюродный брат. Ну, не по крови. Там выходит, что он сын приемной дочери сестры моей бабушки, так что таки брат, и какой-то там правнук альтернативного Тилка. Камилла, насколько я знаю, в союзе, я то слово использую?
— Вроде да, - кивнула Сэм.
— А откуда ты знаешь?
— Родни!
— В общем… В союзе со сводной сестрой Дэниела, о которой он узнал недавно, но тем не менее, доктор Раш – потомок одного из клонов доктора Беккета, который, в свою очередь, приемный сын генерала Лэндри и брат доктора Лэм. Полковник Янг, на самом деле, его брат, их разлучили, знаешь ли… Они родные вроде, а может и нет. Но сам факт! ТиДжей… А кто ТиДжей?
— Тамара? – переспросила Сэм. – Она молочная сестра нашего Беккета и еще с Элизабет в одной школе училась.
— Да, точно, а Элизабет, кстати, двоюродная тетя Мэтта, и племянница Вулси. Келлер же его внебрачная дочь и…
Варро застонал.
— Земляне все родственники, - глубокомысленно изрекла Тейла.
— Это началось еще с тех пор, когда альтернативные мы, - добавила Саманта, - оказались в Древнем Египте…

Chapter Text

Враг силен. На его стороне опыт десятилетий – долгожительство джаффа! И он не один, хотя и самый опасный, есть и другие: медлительный на первый взгляд археолог, но он очень много знает из того, что лежит за пределами человеческого понимания; и второй – полковник без страха и упрека, готовый на все что угодно.
Но у нее преимущество: высокий IQ и стратегическое мышление. Она две ночи подряд разрабатывала план победы и она не проиграет!

— Да! Я вас опередила!
— Сэм, - устало потер виски Джексон, - тебе не кажется, что ты слишком серьезно к этому относишься.
— Он прав, Картер, - согласился полковник О’Нилл.
Тилк выразительно промолчал.
— Вы просто завидуете! – ответила им Саманта и с наслаждением отправила в рот последний кусочек восхитительного синего желе.

Chapter Text

Вот живешь себе живешь, мирно людей порабощаешь, а тут они появляются. С пулями, мешковатой формой и принципами. А тела-то хорошие, ну, типа: медицина, уровень жизни, нормальная еда и никакой работы на шахтах. Только вот принципы. Это зло!
Были у меня разные носители, кто-то не сопротивлялся, кто-то сопротивлялся, но такое впервые. На обертку повелся, как последний простак, думаю, мне ли не подавить. Он, та'ури этот, даже как будто не сопротивлялся, но все было хуже. Он ушел в подполье, как эти мерзостные ток’ра, порасти у них кишки мхом! Типа – заговор у меня в голове… Сидит где-то и комментирует, ежедневные назойливые лекции о морали, чести и долге, воспоминания о средней школе… И никакой связи, неудивительно, что они такими психами вырастают. Сленг этот еще, на меня уже косятся, а от: «Типа того», - у джаффа желваки ходят.
Хочу к маме в болото, честное слово. Ну, э-э-э, типа, конец записи.

Chapter Text

— Нет, нет и еще раз НЕТ. Мы не убиваем инопланетян, мы с ними сотрудничаем! - агент Кей был очень терпеливым человеком, но иногда и ему не хватало выдержки.
— Базука – лучший аргумент, - ответил агент Элл, «С двумя л-л!».
— Как же с вами, новичками, тяжело, - вздохнул Кей.
— Ну, ты всегда можешь стереть мне память этой твоей штукой.
— Боюсь, что на твой мозг она не подействует.
— Буду считать, что это комплимент, сливаемся?

Chapter Text

— А это точно он? – тихонько спросила Элли.
— Да, а кто ж еще! – огрызнулся Чарли. – Это и есть он, доктор Николас Раш!
Они вдвоем прятались за консолью, чтоб не попасться ему на глаза. Чарли не хотел идти, но Элли его потащила. Она в свои десять лет была очень упрямой.
— На картинке были рога!
— Откуда у него рога, он же человек!
— Но они были!
— А у него нет!
— Молодые люди, - предмет спора задумчиво перегнулся через консоль, напугав детей до полусмерти, - может, перенесете ваш спор куда-нибудь в другое место?
— А, что будет? – решился спросить Чарли.
— Ну, скажем так, я очень расстроюсь.
Дети мигом сбежали, доктор Раш покачал головой и вернулся к работе.

— А я знаю, что случилось! – гордо сказала Элли.
— С чем?
— С его рогами. Он их спилил!

***

— Что делаешь? – поинтересовалась Кайла.
Она была одной из тех, кто решил остаться на Судьбе.
— Пытаюсь определить, когда этот корабль рассыплется на пятнадцать тысяч маленьких кусочков, - ответил ей Раш.
— Это случится скоро?
— Да, если мне будут мешать работать.
— А в религиозных текстах, - Кайла села было на консоль, но вскочила, стоило Рашу злобно на нее зыркнуть, - говорилось, что ты постоянно издевался над всеми вокруг и адски хохотал.
— Очень мило, – Раш повернулся к ней спиной, проверяя датчики, – а что там еще говорилось?
Он не заметил, как Кайла подошла к нему, только почувствовал, как она обняла его со спины.
— Там говорилось, что у тебя есть рога, - прошептала она ему на ухо.
— Как видишь, их нет, - Николас повернулся к ней и как можно более корректно убрал ее руки.
— О, - Кайла улыбнулась, - они совсем не там, где их легко заметить.
— Хочешь поискать?
— А ты хочешь?
Николас хмыкнул и отошел к другой консоли.
— Это все из-за Янга, да? В религиозных текстах говорилось и об этом!
— Хотелось бы мне, - холодно ответил Раш, - познакомиться с автором текстов лично.

Chapter Text

— Ну и как, подполковник, - сказал Флокс, - будете теперь собирать отдельный отряд?
— Зачем? – удивился Такер. – Мне и под командованием полковника Арчера неплохо.
— А уж не связано ли это, - в по-человечески голубых глазах Флокса проскочила искорка, - с одной симпатичной джаффа?
— Ну, может быть…
Флокс улыбнулся и ушел. Никто не знал точно, почему доктор с Гербидана решил бросить спокойную жизнь и семью, чтоб помогать землянам в их борьбе, но командование лишний раз не спрашивало. Флокс разрешил исследовать его оборудование, сколько и кому хочется. Как он однажды сказал доктору Катлер, это был хлам. Сам полу-сэрракин предпочитал лечить нестандартными способами, но так как у КЗВ были нестандартные запросы – это всех устраивало.
Дальше был брифинг. Первый и второй отряды готовились к совместной миссии. До появления генерала Фореста – все могли созерцать очередное действие драмы: Рид против Хэйса. Находясь в одном звании – они постоянно пытались выяснить, кто же главнее, на удивление: на заданиях они работали слаженно. Лейтенант Мейвизер старательно мимикрировал под кресло, Катлер терла виски, а Сато с Арчером пытались не расхохотаться.
— Да успокойтесь вы! – рявкнула Ишта. – Если вы воюете между собой, то как победите в войне?
— Надеюсь, я не помешал воспитательной беседе? – генерал Форрест нашел самое подходящее время, чтоб войти. – Начнем?

Chapter Text

Представитель МНК выглядел так, будто не спал несколько суток, впрочем, возможно так оно и было.
— Вулси, вы в курсе, что ваши Шеппард и МакКей выпустили вашего рейфа в город?
— Да, Тодд безвреден.
— А вы не боитесь, что кто-то заметит.
— Странный молодой человек с зеленоватой кожей, белыми волосами, татуировками и весь в черной коже в Сан-Франциско, не думаю.
— А вы знаете, что ваши Шеппард и МакКей устраивают гонки на джамперах?
— Ну, это их обычное времяпрепровождение в галактике Пегас.
— А вы знаете, что ваши Шеппард и МакКей заказали пиццу на Атлантиду?
— Мне этого не сказали, - поджал губы Вулси, - меня без пиццы решили оставить. Видите ли, в галактике Пегас нет пиццы.
— Возьмите, - представитель протянул бумагу, - это приказ вам всем срочно отправляться в галактику Пегас.
— Я прямо не знаю, как наши Шеппард и МакКей отреагируют.
— Скажите, что они могут взять с базы на Земле все что пожелают, и кого пожелают тоже! Только улетайте!

— Ну, что, получилось?
— Да, - гордо ответил Вулси, - мы летим назад вечером, до этого времени все, слышите, все составьте список требований. Вы гении! Оба.
— А, то!

Chapter Text

— С техникой бондажа у тебя проблемы, - заметил Шеппард.
— Хочешь сказать, - иронично ответила ему Ларрин, - «развяжи – покажу, как правильно»?
— Почти. Вообще говоря, - Джон странно улыбнулся, - из всех разновидностей, я предпочитаю сибари.

Chapter Text

— Это ты виноват! – пискнул МакКей, шевеля зелеными отростками.
— Ну, откуда я знал? – пробурчал Ронон, он пытался что-то сделать с перьями, но они топорщились.
— Я же просил не нажимать эту кнопку! – МакКей переполз с потолка на стенку, оставляя за собой полоску фиолетовой слизи. – Теперь нам торчать тут под карантином.
— Ну, подумаешь, - Ронон плюнул на перья и принялся распутывать второй десяток своих конечностей, - нас же не рейфы сожрать пытаются. Найдут способ нас привести в порядок?
— Кто? Кто найдет?!! Зеленка, Беккет, Каванах?
— Перестань плеваться слизью!
— Это ты виноват! – насупился МакКей, сворачиваясь клубком в углу.
Ронон тяжело вздохнул и стал распутывать первый десяток конечностей, которые снова запутались, пока он распутывал второй.

Chapter Text

Их было трое, все молодые, все мужчины: один темнокожий, с глазами бешеного каниса, еще один, командир, который пытался решить все миром – он потирал разбитый нос, третий, толстоватый, обычный простак на вид. Он сказал: «У вас интересная технология!» и непохоже было, чтоб боялся. Они путешествовали втроем на маленьком корабле, недалеко от места, где по древним картам располагалась проклятая планета Новус.
Вайда уходила с рейда, ее потрепали и эта часть звездного океана подходила как можно лучше, чтоб спрятаться от флота Колониана. Команда осталась без трофеев, несколько человек погибли. Остальным хотелось отыграться хоть на ком-то, но капитан Джеймс понимал, что они не готовы сражаться ни с кем.
— Кто вы? – спросил он у пленников. – Что вы перевозите? С какой вы планеты? Отвечайте или ваши тела выкинут под торпеды Кархародонов!
— Кого? – не понял командир пленников.
— По-моему, он говорит о беспилотниках.
— Похоже, эти ребята с Футуры, сэр, - предположил темнокожий.
Они говорили на странном наречии и вспомнили одну из стран проклятой планеты. Команда заволновалась.
— Давайте просто убьем их, - раздался чей-то голос.
— Стойте, разве вы не видите?!!
Гемма, «мастер парусов», которая почти не интересовалась трофеями, только техникой корабля, проскочила между остальными и вытянулась перед капитаном Джеймсом.
— Не вижу чего? – спросил он.
За три года, что он знал – Гемма не изменилась, будто бы ей всегда пятнадцать лет.
— Пророчество сбывается, – она наклонилась к толстяку и сказала: - вы Илай Уоллес! А это Рональд Грир и Меттью Скотт.
Команда снова зашумела.
— Все мы знаем истории о том, что придет Раш, - спросил наконец врач Сигер «Клык» Броуди, - его ждали наши предки, но с чего ты взяла, что это древние?
— У меня есть видео-хроника…

Когда все недоразумения были более или менее улажены, трое пленников превратились в почетных гостей.
— А у вас есть ром? – спросил Илай.
— Ром? – переспросил Клык.
— Ну, спиртное из тростника.
— Пираты не пьют горячительных напитков! – гордо ответил врач.
— Пиратский корабль без рома - это просто военно-морской флот! – авторитетно заявил Илай. – А животное у вас есть? Попугай там или обезьянка?
— У нас был Бубо, - ответила Гемма, - но он погиб в схватке, вцепившись зубами в горло колонианского офицера!
— Впечатляюще…
— А это что за страхолюдина? – спросил Грир, указывая на странную статую в углу.
Она изображала какого-то щетинистого, рогатого монстра с глазами навыкате.
— Это Раш, - гордо сказала Гемма, - покровитель безумцев, пиратов, убийц и предателей.
— Да… Он будет так горд, когда узнает…

Chapter Text

Хлоя стащила одеяло и рассматривает его на свет.
— Ты что делаешь? – спросил Метт.
— Пытаюсь вспомнить, откуда оно у нас.
— Нам Волкер подарил, помнишь?
— Хорошо, а у него откуда?
— Не знаю. Если хочешь – можем пойти спросить.
— Давай, - Хлоя решительно направилась к дверям.
— Эй, не ночью!
— Не думаю, что он еще спит.

Волкер действительно не спал, в ответ на вопрос долго вспоминал, а потом сказал, что, кажется, взял запасной комплект у доктора Парк. Лиза Парк долго терла глаза и пыталась понять, чего же от нее хотят, а потом ответила, что забрала себе все комплекты белья, оставшиеся от умерших друзей.
— И что будем делать теперь? – спросил Метт. – Устроим спиритический сеанс?
— Но ведь белье есть и у других, - не сдавалась Хлоя.
В результате долгой цепочки исследований – они пришли к Илаю.
— А, - сказал он, - все просто. Тут есть репликатор!
— Что? – не поверила своим ушам Хлоя.
— Ну, я его так называю. Он перестраивает атомы чего-то не нужного в атомы чего-то нужного.
— В смысле, - решил уточнить Скотт, - когда мы голодали или нам не хватало воды – ты мог с легкостью сделать еду и воду?
— Не совсем, - замялся Илай, - у него проблемы с программой, единственное, что он делает – это постельное белье.

Chapter Text

— Так, где мы? – спросил Илай.
— Не знаю, - доктор Раш уже прошел вперед по ступенькам, - здесь консоль, но я не уверен, как ее активировать.
Илай коснулся нее и свет начал включаться во всем зале.
— Что ты сделал?
— Ничего, клянусь!

— Что это? – Хлоя стояла возле одного из окон.
— Я могу ошибаться, - ее отец подошел ближе, - но, по-моему, это толща воды.

— Мы с Волкером кое-что нашли, - сказал Броуди, - это похоже на обучающую голографическую программу Древних.

— Это Лантия, - объяснял потом Раш, - затерянный город Древних.
— Именно так, мы полагали, что она была разрушена, оказалось, что Древние переместили ее в другую галактику.
— Прекрасно, - ответил полковник Янг, - мы сможем вернуться на Землю?
— Нет, у нас недостаточно энергии. И есть плохая новость.
— Плохие?
— Атлантида была под водой тысячелетия, а мы быстро израсходовали энергию.
— Сколько у нас времени, - перебил их Янг.
— Не так много, как можно было бы рассчитывать.
— Но, - сказал Илай, - мы нашли корабли…

Атозиане были милыми, но понять их не смогли, оказалось, что никто не владеет разговорным Древним. Они пытались о чем-то предупредить, но никто не понял, о чем. А когда поняли – было уже поздно.

— Вы сделали ЧТО?
— Разбудили их. У нас проблемы, сэр.

Chapter Text

— Он там уже давно? – интересуется Янг.
— Уже час, - отвечает Илай, - сначала стоял на коленях, а сейчас, кажется, устал.
— Какого черта он там делает?
— Я подвел кино, хотите послушать?

— …Послушай, - шепчет Раш, - прости меня за все. Прости за то, что делал тебе больно. Прости за то, что не уважал твое мнение. Прости за то, что рисковал тобой. Прости… Прости за то, что стремился быть главнее тебя. Я виноват, я так виноват…

— С кем это он? – удивленно спрашивает Янг.
— С Судьбой, с кем же еще?

— …Прости, ведь я люблю тебя и не хочу потерять…

Chapter Text

– С вами снова передача из жизни флоры и фауны галактики… Что это за галактика, кстати? Ну, ладно, из жизни далекой-далекой галактики и с вами я, ваш ведущий и оператор Илай Уоллес. Сейчас вы видите перед собой представителя местной фауны, которого мы называем «Этот громадный паук». Этот громадный паук достигает по размерам двух голов среднего лейтенанта ВВС США и обладает множеством длинных, мохнатых конечностей. Обитает этот громадный паук в руинах древних цивилизаций. Этот вид очень любопытен и, вероятно, в рационе предпочитает молодых политологов. Крайне негативно относится к огнестрельному оружию и ВВС США. Способен развивать большую скорость и избегать обвалов. На этом наша передача, увы, заканчивается. В следующий раз я расскажу вам про разумных хищников, а так же вас ждет мастер-класс по жарке шашлыков от Рональда Грира! Смотрите КИНО-ТВ каждый вторник и среду.

Chapter Text

— О, кто к нам пришел!
— Побольше уважения к твоей Орисай!
— Я не верю ни в каких богов, кроме себя.
— Довольно смелое заявление для того, кто сидит в клетке.
— Все зависит от точки зрения, с моей – в клетке сидишь как раз ты.
— Твоя точка зрения не значит ничего в планах Орай…

— Может скажем им, что они сидят в одной камере, перегороженной решеткой напополам?

Chapter Text

— Почему, почему ты защищаешь та’ури, - кричал Сален, - почему ты предан им не Альянсу, чем они тебя подкупили?
— Ничем, - ответил ему Варро, - но мы на их корабле, когда до тебя дойдет? Когда до вас всех дойдет?
Он обвел взглядом своих подчиненных.
— Теперь – это наш дом, здесь нет Альянса, и нет та’ури, есть только люди.
Сален был не согласен, много кто был не согласен, но другие закивали и Варро понял, что рано или поздно они все поймут. Надо только немного подождать.

Chapter Text

— Илай, что это?
— Животное.
— Я вижу, но что оно делает тут?
— Ну… Оно такое пушистое, маленькое…
— Милое.
— А еще травоядное.
— Я решил, что хорошо бы оставить его себе, будет нашей кошкой.
— Верните его назад, немедленно!
— Не получится, полковник, если мы задержимся, то Судьба не успеет вовремя зарядиться от звезды и у нас могут начаться проблемы.
— Ладно, черт с вами! Только ухаживать за ним будете сами!

— Эй, а это девочка или мальчик?
— Смотрите на эти умильные глаза, это точно девочка!
— А какая разница? Все равно оно у нас только одно, размножаться не будет.
— Я голосую за Пушистика.
— Да не, банально.

— Пушистик, фу, нельзя!
— Илай, не приноси это на мостик!

— Плохой Пушистик, отдай мое кино!
— Девочка, иди сюда, отдай маме эту штуку!
— Народ, вы решите с полом что-то, а?

— Пушистик, не лазь по этим консолям! Нельзя!

— Стой!!!

— Мне кажется или он стал больше?
— Да, есть немного.

— Слушай, ты Пушистика не видела?
— Он у ТиДжей, она говорит, что очень помогает людям в реабилитации.

— Он… Курлычет?
— Да, а что?
— Не к добру.

— Что с Пушистиком?
— А что с ним?
— Он какой-то мелкий.
— Ну, да, есть немного.
— Хлоя, куда ты идешь… И, что это?
— Пушистик. Эй, их, что, двое?
— Я же говорил… Не к добру.

Chapter Text

— Итак, Илая заморозили, что остается?
— Решить, чей сегодня день умирать, - криво усмехнулся Раш.
— Вторую камеру не починить?
— Я сказал это раньше, скажу и теперь, нет и еще раз нет.
— Тогда логичнее остаться мне, - Янг выпрямился, - я командир!
— Вот потому логичнее остаться мне.
— Я так не думаю.
— Чего вы боитесь, полковник? – Раш снова растянул губы в подобии улыбки. – Думаете, я растрачу энергию? Не волнуйтесь, я вообще собираюсь принять то чудное снотворное, что было у ТиДжей.
— А я думал – будете до конца изучать базу данных.
— Зачем мне это, если скоро мне предстоит узнать самую большую загадку в жизни?
— И все равно, - Янг упрямо сдвинул брови.
— Можем бросить монетку, - предложил Раш.

— У меня орел, я выиграл.
— Проиграли, полковник.
— До встречи в Аду, Николас.
— Да встречи.

Chapter Text

Камилла говорила, что церемония будет самой лучшей, какую удастся устроить. Раш пока не видел ничего, чего бы не было в сотне других случаев, но решил не вмешиваться. В конце-концов, первую свадьбу он пытался организовать сам и это было фиаско.
В церкви было светло и празднично: цветы, ленты и куча народу. И все его поздравляли, это то, что удивляло Николаса больше всего.
Гинн в новом теле, созданным с помощью технологий асгардов и ноксов. Грир который изображал, что ему все равно. ТиДжей, Варро, Уолкер… Шэрон и Камилла проверяли цветы. Телфорда, как и следовало ожидать, не было.
— Волнуешься? – спросил Янг.
— Нет, - ответил Николас, - я знаю, что мы отличная пара.
— Это что? – поинтересовался Эверетт, указывая на бумажку в руках Раша.
— Это от нее.
Янг заглянул в написанное и присвистнул.
— Уравнения. В самый романтический день вашей жизни!
— Это то, что делает нас нами. Верно?

Она была прекрасной, просто потому что это была она, а не из-за платья или прически.

— Берешь ли ты, - начал священник, - Николас Раш в законные супруги Хлою Армстронг, обещая ценить, поддерживать и любить ее в болезни и здравии, богатстве и бедности…
На этом моменте Раш проснулся в холодном поту. Сердце его гулко стучало в унисон с двигателями Судьбы.

Chapter Text

- Ну, что вы на меня так смотрите? Да, я сделал себе рога из бумаги и пошел пугать тенарцев, но вы же сами говорили, что мне надо перестать быть таким серьезным. Да, это я сказал Илаю, что он может покатать детей на кино, он бы все равно это сделал, а так я хоть знал, где он точно, да, полковник, может вы и правы, но я считаю, что со мной все в порядке. Нет, я ничего не пил. Тем более тех странных зерен, похожих на кофе. Честное, скаутское! Нет, я не был скаутом, чего вы так решили?

Chapter Text

— Эй-эй, что я вам сделал? – Баал кажется искренне возмущенным. – И что это вы делаете?
— Обыск с пристрастием, - мрачно отвечает Кэмерон. – Можешь ничего хорошего не ждать.
— Несомненно, - добавляет Тилк и сильнее сжимает выкрученные руки Баала.
— Джаффа, будь я человеком – ты бы мне уже все суставы выломал!
— Ты не человек!
— Спасибо, что напомнил… Парень, ты чего делаешь?!!
— Я же сказал – обыск с пристрастием.
"Хочу к маме, в болото" - подумал Баал.

Chapter Text

— Они что-то задумывают, сэр, - говорит Грир.
— Они всегда что-то задумывают, - отвечает ему полковник Янг, - это в их природе.
— Нет, ну о чем они говорят? – спрашивает Илай.
— Я предпочитаю не знать, - это мнение Хлои.

— …Ведешь линию ровно, ровно, - говорит Камилла, - замыкаешь с предыдущей… У тебя отлично получается!
— Я никогда не научусь рисовать, - тоскливо говорит Николас, - и у меня есть более важная работа!
— Что ты впадаешь в панику? У меня тоже сначала ничего не выходило. Разрабатывай руку и все получится!

Chapter Text

— Люди, - шипел Вхлагн, мысленно, конечно, так как иначе их вид почти не общался, - злобные, агрессивные существа!
— Может, не такие агрессивные? – предположил Мкавхлан.
— Мы попытались спасти одного из них. Ты слышал его мысли? Ты видел картины убийств, которые плавали в его голове?
— Но тот, второй, был совсем не таким.
— Да, но он был не человеком.
— Да?
— У них широкое деление внутри вида. Разная морфология. Разное мышление. Второй вид – миролюбив, но первый правит.
— Как гадко.
— Люди мерзкие существа!
К несчастью, экипаж Судьбы не мог слышать этого разговора, иначе бы они объяснили, в чем заключается суть деления человеческого общества на представителей различных полов.

Chapter Text

Куда я дел свои очки? А, вот они. Или это не мои? Ладно, хоть какие-то…
Сегодня памятная дата, ровно двадцать лет, как мы покинули базу Икар и переместились на Судьбу. Раш утверждает, что нам осталось всего ничего лететь до конечной цели. Такое я от него уже слышал лет 15 назад. Его «ничего» часто стремится к бесконечности.
Старший Метта и Хлои вчера вылетел на шаттле. Гриру пришлось пригрозить его сбить, чтоб парень пошел на посадку. В кого он такой сорвиголова – непонятно. Камилла снова устраивает бойкот и не хочет связывать с Землей, говорит, что так только хуже. Илай-младший закрылся в крио-камере изнутри, пока его обнаружили – подняли на уши полкорабля. Жизнь идет своим чередом.
И да, мы вернемся домой. Обязательно вернемся.

Chapter Text

1356 год после Гибели Рейфов, планета Вальдер, столица, центральный исторический музей.

…— Как вам, вероятно, известно, - рассказывала экскурсовод, - наша планета никогда не подвергалась атакам рейфов по геофизическим причинам, называемым в давних текстах «Зверем Королей». К сожалению, сейчас мало что известно об этом явлении, здесь вы можете увидеть его проявление. Так же это полотно несет историческую ценность, так как является одним из немногих сохранившихся изображений королей того периода. В центре – четвертая королева красной династии – Хармони. Рядом с ней находятся двое мужчин. Существует множество теорий о том, кто они. Одна говорит о братьях, другая о наемниках, третья о женихах… Да, что?
— Я слышала теорию, - сказала одна молоденькая слушательница, - что это лантийцы, люди из Затерянного Города.
Экскурсовод улыбнулась.
— Мы стараемся следовать научной теории, а не легендам. Доподлинно известно, что никакого Затерянного Города не существовало, так называл свое временное местообитания народ атозиан, для того, чтоб защитить себя от нападений извне. Что подтверждается постоянным перемещением так называемого города. Кочевые народы являются темой нашего следующего зала, пройдемте…
И никто не заметил двоих людей в немного странной одежде, которые насмешливо слушали экскурсовода, а потом исчезли во вспышке света.

Chapter Text

— Что-то у меня дурное предчувствие, - говорит МакКей, глядя на ссорящихся рейфов.
— У тебя всегда дурное предчувствие! – отвечает Ронон.
— Да, Родни, - влезает Шеппард, - конечно Линда будет Сэмом.
— Нет, - резко отвечает Тейла, - она любит Пьера!
— У Сэма есть собственный улей!
— Я думаю, что она будет с Виктором, - говорит Келлер, и забирает у МакКея поп-корн.
— Он же человек!
— За то какой надрыв!
Шла 165 серия популярного в галактике Пегас сериала: «Дерзкие и бледные»…

Chapter Text

Ты закидываешь голову и на лице у тебя то самое удивленно-трагическое выражение. Почему-то, хочется сказать, что ты с этого ракурса похож на жертву. Я и говорю.
— Жертву чего? – уточняешь ты.
— Не знаю, мне так и хочется всадить вам шприц куда-нибудь.
— Меня несколько… Смущает ход ваших мыслей, доктор Фрейзер.
Еще бы. Меня он тоже смущает.

Chapter Text

— Доброе утро доктор Ли! – поприветствовал его нестройный хор.
Несколько голосов сказали: «Привет, Билл», кажется, он услышал даже что-то вроде: «Билли».
— Доктор Картер, - нерешительно сказал он, и к нему повернулись все в комнате, - какая-то одна, я имею ввиду.
— Что такое? – спросила та Саманта, которая стояла ближе.
— Мне сказали, что вы забрали весь кофе с базы…
— Ну, - она развела руками, - мы рано проснулись. Извини.

Chapter Text

— Хочешь батончик? Хочешь?
— Митчелл, - сказала Картер, - не подкармливай хищников.
— И вообще, - фыркнул Баал, - сахар вреден для зубов, а консерванты для печени. Мне-то ничего, а та’ури сами себе садят организм. Вперед, я еще посмеюсь над тобой, когда ты будешь стариком с гнилыми зубами.

Chapter Text

Она так одинока здесь… Что у нее есть? Семья? Отец умер, пусть и отсрочив свой срок на несколько лет. Брат, который не хочет ее знать. Приемная дочь, которая изредка пишет письма. «Не волнуйся Сэм, со мной все в порядке, передавай всем привет». Ничего больше.
Друзья? Больше мертвых, чем живых. А те, что живы – слишком заняты защитой планеты или закопались в очередных археологических раскопках или занимаются своими семьями и своей жизнью. Служба? Повышение за повышением, как всегда бывает на войне. Она еще не состарилась, но может сказать: «У меня все было». А сейчас? А сейчас все что было медленно тает, оставляя ее одну.
Еще есть наука. То, что она еще не исследовала, новые открытия, новые знания… Только вот с возрастом подобные вещи становятся все более и более призрачными. Хочется не чужих планет, не новых открытий или спасения миров. Хочется чего-то более земного. А его у нее нет.
Потому и остается лишь забиться в угол и рыдать, словно последней школьнице, которая вдруг обнаружила, что после выпускного класса продолжается обычная жизнь, такая же, как у всех остальных.

Chapter Text

— Привет, Амелия, - Шеппард почти бегом спускается по лестнице, - я что-то пропустил?
— Неа, - она кивает на экран, - только началось.
— …С вами снова хит-парад галактики Пегас и я, ваш постоянный ведущий!
— Он что-то не слишком радостный, - замечает подошедший МакКей.
— Так ведь, - отвечает Шеппард, - сатедианский джаз-бэнд лидирует уже вторую неделю подряд.
— Говорят, - Амелия выглядит слегка взволнованной, - что они накручивают голоса.
— Это вряд ли, - качает головой Шеппард, - думаю, просто выпускающий продюсер не рискует смещать их в рейтинге, пока они гостят на его базе…
— Бедный Майкл… Даже он этого не заслужил!

Chapter Text

Поколения отцов знали, что говорить своим детям, когда тех начинал волновать окружающий мир. Поколения земных отцов. Что делать тому, чей ребенок растут в космосе? Как отвечать на вопросы?
– А почему пол трясется?
– А почему трава всегда разного цвета?
— А почему небо черное?

Сейчас это все для него нормально, но что будет, когда они вернутся на Землю? Что будет, когда небо станет голубым, а трава зеленой? Разве мир его предков не будет чужим для него? Меттью Скотт Старший не знал ответа на этот вопрос.

Chapter Text

Говорят, что те, кто стоит лицом к лицу – позволяют миру ударить себя в спину. Те же, кто направляют свой взгляд в противоположные стороны – могут противостоять целому миру. Кем они были? Союзниками? Друзьями? Коллегами? Неудавшимися лидерами? Или, может быть, просто теми, кто случайно оказался именно в том месте и именно в то время.
Они никогда не понимали друг друга, они никогда не приближались друг к другу… Ближе чем… Насколько близко могут сойтись две соседние галактики? Что может быть между ними общего?
Можно забыть тот неудачный переворот, можно просто пройти мимо, можно не заметить друг друга… Но всегда знать, что кто-то за твоей спиной смотрит в противоположную сторону, готовый встретить мир. Как и ты готов встретить его со своей стороны.

Chapter Text

Каждый день, день за днем…
— Полковник, у Судьбы кончается энергия.
— Сэр, гражданские нервничают, у нас мало воды.
— Полковник Янг, от командования на Земле поступил протест…
— …У нас пробоин больше, чем…
— …Сержант Грир снова…
— …Если Хлоя не…
— Мы все умрем!
День за днем выслушивать жалобы и просьбы, быть одновременно командиром, судьей, священником и отцом. Забавно, но это не было тяжело. По крайней мере – сейчас, когда они в полете уже не первый месяц. Это было… Скучно, пожалуй. Все время одно и то же. Каждый день, день за днем…
— Чему вы улыбаетесь, полковник?
— Этому кораблю, Николас, и этому экипажу.

Chapter Text

— Сэм, что это? – Родни кажется обеспокоенным.
— Ничего.
— Нет, не ничего! Ты моя жена и я имею право знать, что это все значит!
— Родни, пожалуйста…
— Отвечай мне!
— Мередит Родни МакКей! – рявкнула Саманта.
Ее муж сжался и испуганно посмотрел на нее так, что майору ВВС США стало немного стыдно. Совсем чуть-чуть.
— Клара на седьмом месяце, я ищу подарок для ребенка.
— О… А я уже было подумал…
— Ты хочешь? – прямо спросила Сэм. – Ребенка.
— У Клары?
— У нас!
— Ой, - Родни растерянно посмотрел на нее, - я не знаю. В смысле, надо подумать. В смысле, если ты уже беременна, я буду не против и вообще. Но так, может быть стоит… Ты беременна?
— Нет, Родни, - Сэм вздохнула, - и вообще у меня больше вероятность забеременеть от Ермиода, чем от тебя.
— В-в-в каком смысле?
Саманта вздохнула. Иногда жить с гением бывало трудно.

Chapter Text

— Что видно, Форд?
— Да так… Рейфов.
— И что они делают?
— Помните, доктор МакКей интересовался, как рейфы размножаются?

Chapter Text

— Я требую уважения к себе! А так же джампер, новую сковородку, три пары удобной обуви и фен!

Chapter Text

Она пришла сюда чужой. Она пришла сюда случайно.
Город не похожий ни на что из виденного ею раньше. Люди, слишком доверчивые, слишком добрые, слишком глупые. Они пытались ее урезонить, пытались заставить ее передумать, говорили, что впереди у нее целая жизнь и незачем уничтожать еще одну, чтоб выжить самой.
Они защищали свою подругу.
Но они не хотели причинять вреда и ей. Это было так странно, люди, которые не гонятся за наживой, не гонятся за местью… Она думала, что в этом мире таких не осталось. Хотя, это было так – в ее мире таких не было.
Оттого она угрожала им их же оружием, чтоб спастись, чтоб сбежать из их чистого, красивого, такого правильного мира. Потому что, останься она здесь еще ненадолго, сама изменится и уже не сможет жить в своем мире. Никогда.

Chapter Text

— Вот смотрю я на звезды и думаю, как же далеко мы от дома…
— А контрабандные апельсины ввозятся, я так понимаю, на моем корабле.

Chapter Text

Хуже квантового зеркала может быть только квантовое зеркало со сбившейся настройкой. А хуже квантового зеркала со сбившейся настройкой может быть только квантовое зеркало со сбившейся настройкой, которое, к тому же, не отображает реальность по ту сторону. Приходится, как говорит Джек, идти методом научного тыка.

В первой Вселенной Ра не покидал Земли и божественное царствование солнечного Бога во главе его галактической Империи длилось уже множество тысячелетий.
Если бы личная гвардия Ра была не так расслаблена затяжным спокойствием и многодневной праздничной попойкой… Впрочем, лучше не надо о грустном.

Во второй Вселенной бомба на Абидосе взорвала Врата и всю деревню, а корабль Ра был как раз на орбите. Тут Земля воевала с остальной галактикой, и вряд ли даже поддержка асгардов могла помочь против флота, возглавляемого лично Ра. До вторжения оставалась пара дней, в суматохе удалось сбежать.

В третьей Вселенной команда к собственному изумлению узнала, что гоа’ульды и та’ури союзники. Много лет назад команда землян спасла мудрого правителя Ра от покушения террористической организации ток’ра, и в благодарность людям Земли были предложены новейшие технологии и некоторые социальные программы… Кстати, Землю здесь переименовали в Та’ури. Ра лично пообщался с пришельцами и вполне мирно посоветовал им убираться ко всем чертям, пока у него хорошее настроение.

В Четвертой Вселенной программа Врат считалась похороненной: команда исчезла, и Абидос больше не отвечал. Все выяснилось позже, когда команда попала ко двору Ра и местный Дэниел Джексон флегматично ответил, что выкупил спокойствие для Земли жизнями тех военных и своей покорностью.

В пятой Вселенной Ра был просто-напросто новоизбранным премьер-министром Великобритании.

— Похоже, что вероятность на стороне Ра, - задумчиво сказал Дэниел, когда они возвращались к зеркалу.
— Если в следующий раз ты снова полезешь к нему узнавать свежие новости и он примет тебя за свою жену, - мрачно сказал полковник О’Нилл, - то я оставлю тебя там, учти. А мы поищем другую реальность, где змееголовых поменьше.

Chapter Text

— Родни, а что тебе мешает жениться? – спросил как-то Джон Шеппард.

— Ну, во-первых, интеллект…
Когда ему было 18 – по соседству жила чудесная девушка Эйприл. Кудрявая, светловолосая, с острым личиком и маленьким носиком: не то что красавица, но довольно симпатичная. Они проводили вместе много времени, гуляли, беседовали о философии, вместе смеялись над фантастическими фильмами. Но вот когда Родни в порыве юношеских чувств спросил: «Ты выйдешь за меня?», - Эйприл как-то странно на него посмотрела и сказала, что разница в их IQ слишком большая для этого.

— …Во-вторых – необычное чувство юмора.
Никто из студенток не понимал его шуток о квантовой механике. Впрочем, наверное, они понимали бы лучше, будь не студентками-филологами. Проблема была в том, что как женщин – своих тогдашних коллег по учебе Родни просто не видел.

— …В-третьих – феноменальная память.
Пока все на Атлантиде пытались разобраться в причинах сбоя системы, которая заперла город на карантин, Родни перебирал в памяти все симптомы известных ему болезней и последствия, к которым они приводят. Бурная фантазия, так же подкинула ему парочку новых, которые поспешили обнаружиться.

—… В-четвертых – умение видеть картину в целом.
— Вот, представь, Дженнифер, уйдем мы из программы, чтоб жить нормальной жизнью, но сможем ли? Все равно, все засекречено и я ни за одно свое исследование не получу премии и уважения. Для всех ведь я исчез из научного мира и занимался черт знает чем. А представь, что у нас появятся дети. Эти маленькие паршивцы будут развинчивать все, что попадется под руки, ломать, пачкать, а вдруг у них будет аллергия, как у меня… Дженнифер, ты куда? Стой!

—…А в-пятых… В-пятых никого вокруг просто нет.
Родни МакКей грустно вздохнул. Он потом еще долго бродил по пирсу, когда его нашла Келлер.
— Привет, Родни, поужинаем сегодня?
— Ты не обижаешься? – удивился МакКей.
— На этом месте, доктор Мередит Родни МакКей вы должны сказать: «Прости меня пожалуйста за то, что я наговорил гадостей, я совсем не это имел ввиду».
— Но ведь я именно…
— Родни.
— Хорошо-хорошо…

— Кстати, ты выйдешь за меня?

Chapter Text

— Куда-куда выходит канализация? – пораженно спросила Джинни.
— Главное не куда, - объяснил ее брат, - а как!
— Ты так раздуваешься от гордости, будто сам это придумал.
— Нет, но будь Я Древним…
— Это восхитительно, - качала головой Джинни, - зациклить систему на самой себе, так, чтоб вода возвращалась в изначальное состояние… Опираясь на энергию производимую движением этой самой воды! Мередит, это же вечный двигатель!
— Ты, как всегда, преувеличиваешь, к тому же – это не действует, когда в канализацию попадают твердые предметы… Ты не представляешь, что Зеленке иногда приходится вылавливать!

— И вы можете регулировать пропускные способности щита абсолютно любым образом? – уточнила восхищенная Джинни.
— Ну, в целом, да. Разумеется, мы делаем это только в крайних…
Джон Шеппард вошел на середине монолога ее брата.
— Привет Джинни. Родни, - сказал он весело, - ты не мог бы подрегулировать щит так, чтоб он дождь не пропускал. Погода испортилась, а я Ронону и Тейле обещал партию в футбол на пирсе.
— Да, Джон, конечно. Так, на чем я остановился?

— Эти осветительные панели очень чувствительны, - объяснял Родни, провожая ее до комнаты, - на самом деле – их можно настроить даже так, чтоб они реагировали на настроение.
— Но они настроены не так… Правильно?
— Да, - он будто бы слегка смутился, - видишь ли, у Древних была большая дисциплина мысли. А у нас, из-за некоторых несознательных личностей, пару дней не прекращалась светомузыка по всему городу, так что мы решили, что лучше обойтись без авторегуляции…

— Ой, - удивилась Джинни, когда они с утра вошли в Зал Врат, - а что это? Я раньше не видела этих панелей!
— О, мы тоже раньше не знали, что они есть. Случайно нашли на прошлой неделе, да и пара Древних нам показывали, были у нас такие, мы случайно их нашли между галактиками… Долгая история!

— Родни, а это…
— Это звезды, Джинни, просто звезды.
— Вчера были другие.
— Мы переместили город днем в другое полушарие, здесь рыбалка лучше. К утру назад вернемся.

И хотя Атлантида была городом чудес, но самым удивительным Джинни Миллер считала отношение к этим чудесам людей с Земли. Хотя, разве их можно было сейчас так называть с полной уверенностью?

Chapter Text

Говорят, что у кошки есть только один способ спастись, в то время как у лисы их пять. Ниррти не считала себя кошкой, лисицей, впрочем, тоже, но она верила, что многогранность ее личности поможет ей вырваться из тюрьмы.

Ниррти, в первую очередь, была гоа’ульдом. Значит, она сильнее, быстрее, выносливее любого джаффа и, тем более, человека. Если постараться, то можно попробовать выбить решетку, перебить охранников и сбежать. Этот вариант был лишен всякой эстетики и претил ее самолюбию, она оставила его на крайний случай.

Во вторую очередь, она была ученой, и из самых простых вещей смогла бы собрать себе оружие или взрывчатку, или что-то еще, что помогло бы ей выбраться из плена. Только для этого самые простые вещи пришлось бы прятать, потому что ей, конечно же, ничего не оставляли просто так. И это могли обнаружить и отнять, это было бы унизительно. И очень неприятно, потому и этот вариант Ниррти оставила на крайний случай.

В третью очередь неимоверно древней богиней, ей хватало терпения и со временем можно дождаться, пока тюрьма разрушится сама. Конечно, это противоречит всей истории гоа’ульдов, которые никогда не ждали, пока что-то упадет им под ноги, а брали сами, но в крайнем случае – можно и проявить терпение.

В четвертую очередь живым существом, а, как известно, живое склонно болеть. Всегда можно изобразить приступ, чтоб тюремщики бросились ей на помощь, а потом нейтрализовать их и выбраться. Но это было противно Ниррти, как богине. Как она может показать слабость перед низшими? Только в крайнем случае…

И, наконец, в пятую очередь она была женщиной. Всегда можно попробовать соблазнить охранников и заставить их делать то, что она пожелает. Конечно, это низко и достойно Хатор, а не ее, но на крайний случай, если не придумать ничего другого…

Как говорится, лисица умерла, не успев выбрать один из пяти вариантов, Ниррти повезло больше – она выбралась. Использовала один из пяти способов или придумала шестой? Это неизвестно, ведь она никогда не считала себя лисицей, да и каким-либо животным вообще.

Chapter Text

— Неужели? – удивлялась Сэм.
— Только не говорите, что больше никто в галактике… - подозрительно начал Джек.
— Лишь на Земле принято вдыхать дым от сожжения сушеных трав таким образом, - ответил мастер Братак, вынув на пару секунд трубку изо рта.
Он курил с аристократическим шармом истинного джентельмена и как-то не верилось, что делает это всего второй раз в жизни.

— Точно все запомнили? – переспросил Дэниел, наверное, уже в третий раз.
— Дэнни, если чело… Простите, мастер Братак, джаффа говорит, что запомнил правила…
— Мне это кажется странным, – удрученно ответил Джексон, - я до сих пор путаюсь в бейсбольных понятиях и правилах, а чтоб всего за пару часов…
— Это все потому, - доверительно сказал Джек, - что ты не хочешь их запоминать. Но одно дело знать правила игры, а совсем другое правильно болеть за команду… Вот это настоящее искусство!
Практика показала, что в этом искусстве Братак с Чулака весьма талантлив. Когда он, вместе с группой особо рьяных фанатов, пошел праздновать победу в ближайший бар, Джексон и О’Нилл остались недоуменно переглядываться: в тесный круг их не пустили, посчитав, что эти двое еще «мало игр видели».

— Кажется, мы уже выяснили, что у мастера Братака отличная память…
— Но покер Дэниел, покер!
— Вы злитесь, О’Нилл, что проиграли мне? Недостойно воина принимать поражение подобным образом.
Джек с грохотом отодвинул стул и ушел, совершенно недостойно хлопнув дверью.

— Скажи, - уточнил Джек, - мы никуда не переместились, пока я ходил за кофе? Ни в какую другую реальность или еще чего?
— Вроде нет, - недоуменно ответила Сэм.
— Тогда почему я только что видел мастера Братака, катящегося на скейте по коридору?
— А, это… Он нашел доску у Тилка и был в полном восторге. Говорил об удивительных способах тренировки наших солдат. По-моему, у него отлично получается!
— Я не буду спрашивать откуда доска у Тилка, хорошо?

— Дай угадаю…
— Снова Тилк, да.
Земляне растерянно наблюдали, как двое воинов джаффа самозабвенно поливают друг друга из водяных пистолетов.

Chapter Text

— ...Объявляю вас мужем и женой, да, доктор МакКей… Доктора МакКей, во имя всего святого, вы, что, не могли выбрать другое время для своего брака? Какое-нибудь, когда мы не будем висеть посреди космической пустоты, в городе, теряющем энергию и с тремя рейфовскими ульями на хвосте?
— Это я настояла, - тихо сказала Дженнифер-уже-теперь-МакКей, - иначе бы он так и не решился.
— Вы же понимаете, - устало начал Вулси, - что вам все равно придется перезаключить брак на Земле? Я руководитель экспедиции и некоторые полномочия у меня есть, но документация…
Он пожал плечами.
— Еще во времена давних мореплавателей, - заметил Шеппард, выполнявший обязанности свидетеля, - капитаны имели право…
Его речь прервал сигнал тревоги – совсем скоро, если не посадить город, всю, и без того слегка контуженную, свадьбу могло снести в открытый космос.

— Как прошли переговоры? – поинтересовался полковник Янг.
— Удивительно-хорошо, учитывая, что мы с этим народом с разных концов Вселенной, - в тон ему ответил доктор Раш. – И они помогут нам сделать тела для наших пострадавших, записанных в систему Судьбы.
— Прекрасно, и в чем подвох?
— А подвох в том, что подобное они имеют право делать только с согласия ближайших родственников, родителей, детей, сестер и братьев…
— Жен и мужей, - закончил за него Янг, - я понял. Мы можем спокойно объявить о том, что вы родичи, в чем проблема?
— Проблема в том, - Раш оперся о стол, - что они чувствуют ложь.
— Камни?
Раш покачал головой.
— Не подходит. Родство должно быть отмечено по закону этой планеты. У них церемония для каждого события!
— Насколько я помню первый отчет Камиллы, брак у них заключается в одностороннем порядке.
— Верно…
— Значит, - Янг поднялся, - женим вас на Мэнди, а Илая на Гинн, получаем тела и улетаем. Проблемы?
— У вас не завалялось где-нибудь хорошего костюма?

— Я все равно не понимаю, - прошептал Джек О’Нилл, - почему сейчас? Они вместе уже двадцать с лишним лет. Почему они сейчас женятся?
— По законам Происхождения, - ответила ему Саманта, - брак нельзя расторгнуть. Вала была замужем за Томином до самой его смерти. И только сейчас она имеет право на повторный брак.
— А разве это имеет смысл настолько… Далеко?
— Для нее – да.
— Знаешь, когда собственные дочь и сын – свидетели, это как-то слишком…
Церемония, подтверждающая, что Дэниел и Вала супруги шла своим чередом, и, в общем-то, всем было все равно, почему так. Да и Джек критиковал скорее из принципа, чем всерьез.

— А вам не интересно, - поднял как-то вопрос Родни, - как женятся рейфы?
— Нет! – быстро ответили Джон, Тейла и Ронон.
— А я узнал! – радостно возвестил МакКей. – Это почти, как с черными вдовами, видите ли…
— Нам не очень интересно, Родни, честно!

— Кэм! Не спи!
— А, что?
Размеренный рокот толпы убаюкивал.
— О чем они сейчас? – спросил Митчелл.
— Закончили перечислять достижения и потери жениха и невесты. И симбионтов, и носителей. Перешли к списку прав обязанностей, - ответил Дэниел.
— Никогда бы не подумал, что свадьбы ток’ра так похожи на похороны.

Chapter Text

— А-а-а… Мать твою. Что это?
— Огуречная маска, мне Кейт посоветовала.
— А я думал на нас напали какие-то очередные пришельцы.
Тейла, почему-то, обиделась.

— Поздравляю с Днём Рождения!
Ронону потом еще долго объясняли, что вечеринка-сюрприз проводится в День Рождения, а не через три дня, и поздравляют друзья, затаившиеся в комнате, а не за углом коридора, когда невинный именинник спокойно совершает утреннюю пробежку.

— Приятного аппетита.
Молчание.
— Что?
Испуганное молчание.
— Джон… Не молчи!
— Родни. Никогда. Не готовь. Больше.
Как оказалось, не только Тейла обладала уникальными кулинарными способностями. Блюдо Родни МакКея выглядело немножко живым и готовым к первому путешествию в космос.

— Когда я рассказывал, что хотел тарантула на свое пятое Рождество, я не имел ввиду, что надо заполнить ими всю комнату, когда я сплю!!!
Чая виновато развела руками.

Контрольным выстрелом в голову самообладанию Джона Шеппарда было невинное предложение Тейлы:
— Присмотришь за Торреном пару дней, хорошо?

Chapter Text

И вот, во всей красе, потрясывая оружием, появляется Джон Шеппард. Он бесконечно горд, что они вместе со своей командой захватили улей и пришли освобождать пленников.
— О! Тодд, а ты что тут делаешь?
— Сижу за решеткой, если это не очевидно.
Шеппард заулыбался.
— Мы заберем тебя на Атлантиду. Будешь сидеть за решеткой у нас. Снова!
«И почему я тогда его не добил? - думал Тодд. – Он же сам меня просил».

— Командующий, - сказал его первый помощник, - к нам что-то пристыковалось.
— В каком смысле «что-то» и в каком «пристыковалось»? – чуя неладное, уточнил Тодд. – И как оно вообще могло что-то сделать так, что вы его не засекли и не уничтожили.
— Эй, Тодд, дружище, - сказал голос, который бедный рейф узнал бы среди тысячи, - не мучай парня, мы в невидимости были.
В зал управления вошел Джон Шеппард с командой. О том, что случилось с его подчиненными, которых они встретили по дороге, Тодд решил не спрашивать.
— Нам нужна твоя помощь! – жизнерадостно сказал Шеппард. – А я же знаю, что ты не откажешься, если придем лично.
«Лучше бы я его тогда убил» – тоскливо подумал Тодд.

Несмотря на несколько неудачных попыток, Тодд не терял надежды однажды избавить свой народ от необходимости использовать людей для питания. Это бы решило множество проблем, в том числе – войну с лантийцами, которая грозилась затянуться очень надолго.
Новая формула, которую дали на Атлантиде, была запущена… Но действовала как-то не так. Начала она не с рейфов, а с улья, а потом передалась всем. И, хотя Тодду уже не нужно было изменяться, но он чувствовал, как она действует.
Повсюду были Джоны Шеппарды. Они плавали в воздухе, бегали по полу и потолку, ухмылялись из стен. Они замаскировались, чтоб Тодд их не узнал, но он все равно знал, что это Джоны Шеппарды. Пусть и розового цвета, с крылышками, хоботками и огромными ушами.
— Надо было мне тогда тебя убить! – сказал Тодд, ближайшему Джону Шеппарду.
Тот протрубил и толкнул его в грудь, рейф выдержал, а вот улей закачался.

Родни МакКей уже третий час распинался о своей гениальности. Тодд жалел сразу о двух вещах. Первой было то, что он больше не может высосать из надоедливого ученого жизнь, а второй, что он не убил Джона Шеппарда когда мог.
Дело было в том, что благодаря приснопамятному военному с Земли – они с МакКеем застряли в одной комнате. Шеппард внезапно вообразил себя ученым и решил поковыряться в энергосети города. И надо же было именно тогда Родни МакКею прийти, навестить Тодда в изоляторе.
— Кто-то починит, - жизнерадостно сказал МакКей, - такое уже случалось, когда мы на спор поменялись обязанностями.

На днях был уничтожен последний улей рейфов, отказавшихся от гибридизации, которая перевела бы их на «вегетарианскую» диету. По сути, это было полезно и тем, и другим: людям галактики Пегас больше не стоило бояться нападения и каждый раз поднимать города из руин, а рейфам, в свою очередь, страдать от нехватки ресурсов и впадать в спячку.
Оставалось немного – подтвердить вечный мир и дружбу с лантийцами. Так как мир был достигнут с помощью генетики – с ее помощью и было решено его закрепить.
И подвох стал понятен только когда шокированный Джон Шеппард оказался под руку с миловидной, по рейфовским меркам, королевой и началась типичная земная церемония бракосочетания… Предварительно – новое рейфовское правительство ознакомилось с материалами из земной базы данных.
«Лучше бы я его тогда добил» - с некоторым злорадством думал Тодд, попивая шампанское.

Chapter Text

— Ты совершенно безядерный, Зеленка, - пенял коллегу Родни, подрагивая жгутиками.
— С тех пор, как мы здесь, амебы, вроде Шеппарда так и поглядывают, нельзя ли меня съесть! А когда он образовал колонию с Рононом и Тейлой…
— Не волнуйся, пока у них есть рейфы для питания – все отлично.
— А ведь эти бактерии когда-то были такими же, как мы, - по поверхности Зеленки пошла дрожь, - это потом они стали такими.
— Мы справимся, - упрямо повторил Родни, - зря мы, что ли, прошли такой путь?
— Да, но смешиваться с местными простейшими мне кажется опасным.

Chapter Text

Очень многие земляне считали своим долгом заметить то, что асгарды уже давно переросли необходимость покрывать свои тела каким-либо видимым материалом. Достаточную защиту от внешней среды оказывало невидимое покрытие на всей поверхности их кожи, а стыдливость не несла никакого смысла при нынешнем развитии их репродуктивной базы. Люди тоже все это знали, но, тем не менее, продолжали реагировать. Гермиода это никогда не беспокоило, до Джона Шеппарда… Его замечание как-то неприятно резануло и появилось желание хоть чем-то прикрыться.
Дальше - хуже: на ошибки Родни Маккея и так было приятно указывать, но в присутствии Джона Шеппарда хотелось его унизить и продемонстрировать, что тот способен только двузначные числа складывать.
Гермиод влез в базу данных и разузнал всю информацию о Джоне Шеппарде, он нашел, что по всем показателям – тот бы мог быть выдающимся ученым. Это помимо гена, свидетельствующего о его связи с Древними. И что он забыл в армии, где такой интеллект могут запросто вышибить?
В свободное от работы и дополнительных проектов время, Гермиод попытался привести к общей системе свое впечатление от Джона Шеппарда и нашел, что тот ему глубоко симпатичен. И появилась вполне адекватная, в рамках всей прочей системы, идея попросить у Джона Шеппарда немного генетического материала на свое следующее тело.

Chapter Text

— Доктор Маккей, - сухо поинтересовался Ричард Вулси, - почему система приветствовала меня так… Странно?
— Так – это как? – уточнил Родни.
Глава экспедиции молча показал ему надпись: «Превед начальнег!».
— Не знаю, может языковые настройки сбились.
— Посмотрите, пожалуйста.

— Кто-то идет, - отрапортировал дежурный, - это рейфы, сэр.
— Н…Да, а у нас не прибрано, - заметил Шеппард.
И действительно, после недавнего нападения «снова недружелюбных» дженаев зал Врат выглядел не слишком презентабельно.
— Пустите их, - устало сказал Вулси, - это мирная миссия, которая давно планировалась.
— Эм… Сэр, система выдают какое-то странное сообщение. ORLY.
— Ответьте YARLY, - подсказал Маккей, не глядя на дежурного.

— Родни, - Зеленка добавил еще пару слов на родном языке, - почему в ответ на мои попытки провести вычисления система выдает аббревиатуры OMG и WTF. А вот сейчас выдала LOL.
— Я работаю над этим!

И в самом деле, Родни Маккей уже вторую неделю пытался оградить Атлантиду от интернет-сленга и донести до нее, что он не должен использоваться в повседневной жизни. Внутренний чат этому не способствовал совершенно.

Chapter Text

Илай носился с идеей вернуть Мэнди на Судьбу, конечно, у него были не совсем чистые мотивы: вернешь доктора Пери – сможешь вернуть и Гинн, но теориям это не мешало. И высказывал их он Рашу, как самому заинтересованному лицу.

— Голограмма? – спросил он, когда они вдвоем снова копались в базе данных.
— Что? – не понял Раш.
— Голограмма. Можем сделать Мэнди голограммой.
— У нас и так мало энергии, - сухо ответил Раш.

— А может быть в робота загрузить? – предложил Илай, перехватывая Раша возле его комнаты.
— Девушка-робот – это попахивает каким-то извращением, Илай, - тот пожал плечами и добавил: – к тому же не уверен, что система может вместить все ее сознание…
— Можем проверить!
— Лучше не надо.

— Знаю! Мы откроем Врата в звезде, чтоб вернуть ту Судьбу, где Мэнди еще жива! – радостно заявил Илай во время обеда.
Раш поперхнулся.
— И кто будет проводить расчеты ближайшие 50 лет? К тому же, тебе, что, альтернативных реальностей мало?

— А у нее не было сестры-близнеца? – уточнил как-то Илай, в то время, как основная часть экипажа спала уже несколько часов, а они вдвоем пытались понять назначение какого-то прибора Древних.
— Чего?
— Сестры-близнеца, - продолжил Илай, - которая работает стоматологом где-то на Земле, а недавно в следствии аварии получила полную амнезию, и в разум которой можно загрузить разум Мэнди.
— Илай… Иди спать.

— А давайте заберем тело кого-то на Судьбе? – в отчаянье взъерошив волосы, сказал Илай, вваливаясь в комнату Раша без спроса.
По запаху можно было легко определить, что последние пару часов он потратил на общение с самогонным аппаратом.
— Предлагаешь свое? – задумчиво спросил Раш, опираясь спиной о дверь.
От его взгляда, не предвещавшего ничего хорошего, Илай мигом протрезвел. Дальнейшие варианты спасения Аманды Перри из недр системы Судьбы он вслух не высказывал.

Chapter Text

Все его студенты знали, что профессору Рашу нельзя советовать побриться. Даже в шутку. Даже шепотом. Одна девушка, сделавшая в сердцах замечание, с треском вылетела, еще пара студентов еле-еле удержались, а у еще одного парня тяжело заболели родители. И, естественно, Николас Раш был здесь не причем. Он и не знал о таком поверье. Как-то раз его жена сказала: «Побрился бы ты, прежде чем целоваться», а потом возьми и… Это печально. Доктор Дэниел Джексон на базе звездных Врат тоже однажды высказался в таком же духе. И умер вскорости. Хотя ему не привыкать.
Сам же доктор Николас Раш начал замечать, как плачевно заканчиваются советы, которые ему дают, только на борту Судьбы...

Милая геолог с кукольным личиком сморщила носик на второй день их полета и сказала: «Раш, а как вы будете бриться? Вам бы пора…». А потом она ушла через Врата на непонятную планету и сгинула без следа.

Следующим советчиком был Броуди. Он сказал слегка в шутку… Занятная история, если подумать.
Раш случайно услышал его беседу с Илаем, причем не о чем-то стоящем внимания, а о древних земных легендах…
—…Простодушное дитя, я формирую твой гештальт? – спросил с удивлением Уоллес.
— Ну, как-то так. Там вообще мутная история, он ему одновременно и сын, и племенник, и это по одной версии.
— Нет, ну Артур же с Мерлином и Морганой примерно одного возраста!
— Они не могут быть одного возраста, - неожиданно для себя встрял Николас, - потому что Мерлин и Моргана – Древние. Вознесшиеся. И вам не кажется, что стоит вернуться к работе?
— Побрился бы, перед тем, как советовать, - пробурчал Броуди.
К вечеру его так неслабо шарахнуло током, что остаться дееспособным удалось только чудом.

Они с Мэнди начали разговор с состояния Судьбы и плавно перешли на воспоминания о старых знакомых. Она улыбалась и почти не жестикулировала: давали о себе знать ограничения в сознании, но иногда моторика тела проскальзывала.
— Знаешь, - сказала она, проводя рукой по его щеке, - тебе бы стоило побриться…
Потом, и очень скоро, он думал, что потерял ее. И не зря думал, на самом деле.

А еще побриться ему советовал полковник Телфорд. Спасло его, наверное, то что на тот момент во Вселенной было двое Телфордов.

С Илаем разговор о бритье всплыл как-то случайно.
— И не стоит трогать криогенные камеры.
— Без подготовки, да, - кивнул Илай.
Раш про себя посмеялся.
— Кстати, а в них все замедляется?
— Все процессы тела, - кивнул Николас, - ты знаешь не хуже меня, а что?
— Я просто думаю, а если остаться там на столетия, все равно немного же идти будет. И вот выбираешься ты из камеры, заросший и с бородой.
— И постаревший…
— Ну, да. Надо будет, если вдруг замораживаться будем, побриться. А кое-кому и сейчас не мешало бы.
А потом так оказалось, что криогенных камер не хватает на всех.

Все в этом мире не просто так…

Chapter Text

— Я не собираюсь этого делать! – доктор МакКей упрямо сложил руки на груди.
— Это нарушение их обычаев, - попыталась вразумить его Тейла.
— Но почему это я должен соблюдать какие-то их бессмысленные…
— Если ты этого не сделаешь, - внес рациональное зерно Шеппард, - нас просто не пустят домой. Может тебе и по душе этот очаровательный склеп, а мне как-то не очень.
— Ладно, уговорил. Но никому ни слова!
— Обещаю.

— Глубочайше извиняюсь, - глухо говорил Родни, - что оскорбил своим взглядом Ваше Великолепие…
Он стоял на руках, а точнее, висел руками вниз, удерживаемые Рононом и Шеппардом. А еще на гения двух галактик доктора Родни МакКея надели костюм с перьями и бубенчиками. Но самым сложным для него было произнести ритуальные слова:
— Я ничтожен и мой разум слишком слаб, чтоб тягаться с вашим. Простите мою ошибку.
Главный жрец снисходительно кивнул..

Chapter Text

Очередное посещение Лангары и попытка договорить о переходе на Судьбу, отчего бы не проведать старого друга и не пойти выпить с ним кофе? Ну, или того, что тут заменяет кофе.
— А тебе никогда не хотелось вернуться? – спрашивает Дэниел. – Даже Джек считает, что ты, как он выразился… «Не был совсем тупоголовым ученым».
— Дело не в этом, - Джонас вздыхает, - я был твоей заменой. С самого начала и до самого конца. На меня смотрели только как на того самого парня, которого вязли на место доктора Джексона. В первую очередь они видели во мне тебя, а вовсе и не меня.
— По-моему, ты сгущаешь краски.
— Неужели? Спроси у них сам, спроси, рады ли они, что ты вернулся, а я остался дома. Но я ничего и не прошу.
— Разве? Тебе же это не нравится…
— Да, и никогда не нравилось. Но моя работа была искуплением за твою смерть. Я был виноват и мне следовало сделать все, что возможно, чтоб перестать быть врагом в глазах твоих друзей. В результате я стал просто твоей копией.
Дэниел задумчиво посмотрел куда-то вверх.
— Может, - сказал он, - они не против двух докторов Джексонов на базе?
— А я против, - просто ответил Джонас.

Chapter Text

Любовь моя. Королева моя. Мать Харсиса… Потерянная по вине жалки та’ури с их ограниченным взглядом на мир и мелкими, эгоистичными понятиями о преданности и любви.
Что бы ни говорили о тебе, я знаю, что наши чувства пройдут через вечность, и не имеет значения, сколько правил мы переступим ради этого. Мы будем вместе, совершенные и божественные, как никто до нас. Как никто после нас.
Ты протянешь руки ко мне на планете, где вокруг лишь песок и раскаленное небо, ты назовешь меня своим королем, а я тебя – своей королевой. И никто не посмеет стать у нас на пути. Никогда.
Лишь дождись моего прихода.

Chapter Text

— Теперь ты можешь почувствовать то же, что и я, когда ты меня бросил.
— Раш, замолчи. Пожалуйста.
Они сидела спина к спине на скале, торчащей из воды.
— Мне интересно, когда прилив смоет нас? – не внял просьбе доктор Раш. – Наверняка, Врата останутся здесь, а вот где будем мы и сможем ли набрать адрес – другой вопрос.
— Раш, прекрати. А то укушу.
— Боюсь, если мы будем погибать от голода – так оно и случится, - абсолютно серьезно ответил тот.
Янг же, со свойственным ему оптимизмом надеялся, что до этого не дойдет. А вода, тем временем, все прибывала.

Chapter Text

Когда камни перестали работать и связь с Землей была утеряна кто-то сказал, что уже не стоит возвращаться. Вроде бы это был Броуди, но Грир не уверен.
Они летели в космосе много лет и Судьба стала им значительно ближе и привычнее такой далекой Земли. Планеты – это временная остановка, а их настоящая жизнь здесь, среди темных коридоров и едва слышного гудения.
Хотя о возвращении на родную планету все знали, но все равно этот день был неожиданностью. И тайной.
Кто-то считал, что найдет Землю выжженной, радиоактивной пустыней, кто-то – идеальным обществом, а кто-то уже и полагал, что не существует никакой Земли.
Сам же Грир думал, что встретит все то же самое, от чего он ушел так давно. Тот же мир, те же страны, тех же людей, просто постаревших немного, только и всего.
И он оказался прав. Их встречали помпезно и шумно, говорили речи, полный пафоса и не имеющие ничего под собой, родственники, давно похоронившие их, плакали от счастья. А мир жил своей жизнью и равнодушие девяти миллиардов людей окутывало планету незримой, душной пеленой. То самое равнодушие от которого сержант Рональд Грир был готов сбежать на край Вселенной и которое все равно его настигло.

Chapter Text

— Илай, ты мне друг, но кросс надо бежать со всеми.
— А волшебное слово?
— Быстро!

Chapter Text

- Ты гений!
- Ты тоже гений!
- КИНОгонки?
- Да!

- Сэр, можно я хоть одного побью?
- Нет. У нас очередь.

***

— А теперь объясни толком, - просит полковник Янг, - почему у нас уже два Илая.
— Эй, - пытается привлечь внимание один из названных Илаев, - если мы из одного пространство-временного отрезка, то, теоретически, если мы соприкоснемся, то Вселенная может взорваться.
Второй Илай закатил глаза и хлопнул его по плечу.
— Я старше тебя, - сказал он, - а еще из другой вероятностной ветки. Вселенная не взорвется.
— А ты уверен, что этого только что не произошло?
— Кажется, будет интересно, - пожимает плечами доктор Раш.
— Та-а-ак, - полковник Янг трет переносицу, - два Илая это уже через чур…
Прежде чем кто-то успевает что-либо сказать – в комнату управления входит лейтенант Скотт, а с ним… Третий Илай Уоллес.
Мысли Эверетта Янга по этому поводу приводить, пожалуй, не стоит.

Chapter Text

— Господа, - с улыбкой сказал Телфорд, - корабль наш!
— А почему ты пристрелили нашего командира?
— Потому что «мы» - это земляне.

Chapter Text

Поздравляю с приобретением этого чудесного корабля. Соблюдай эти простые правила и все будет отлично:
Никогда не давай Рашу напиваться. И Броуди тоже, но главное – Рашу.
Поменьше спрашивай разрешения Земли. Они все равно на другом конце Вселенной и ничего тебе не сделают.
Запомни: сломавшийся фонарик – ничто, забитый туалет – все.
Корабли-установщики бесят Судьбу.
Не показывай ТиДжей красивые туманности. Я серьезно.
Если ты смотришь за окно и видишь там пульсар – дела плохи.
Следи, чтоб Илай не катался на КИНО.
Удачи, она тебе понадобится.

С наилучшими пожеланиями, полковник Эверетт Янг.

Chapter Text

У нее совершенно не юное и не прекрасное лицо, но это не значит, что в Ниррти нет тщеславия. Просто, оно другого сорта. И Джонасу он хорошо известен.
Каждый ученый уверен, что именно ему предстоит совершить открытие, которое перевернет мир. Но не всем удается дойти до того момента, когда мир замирает в неустойчивом равновесии на краю пропасти. Не общий мир, нет, собственный мир самого ученого. Хотя, порой это очень близкие вещи.
— Я раскрою тебе все тайны Вселенной, - шепчет она и прижимает его к подушкам.
Сейчас они только два существа, стоящие на краю пропасти. Вражда гоа’ульдов и людей, заключенные в подземелье и наивные местные жители – все это отступает за невидимую черту, где для него есть место.
— Не сопротивляйся, - ее тихий голос обволакивает.
Упасть в пропасть, и какая разница, кто столкнет тебя, если ты сам этого хочешь?
У нее холодные руки, но остальное тело горячее, будто Ниррти позаимствовала пальцы, взамен тех, что ей не подходили. А что, вполне в ее духе…
Ее одежда теряется среди подушек, невидимая в полумраке, а вот его форма лежит приметным пятном, но эта мысль исчезает, когда напротив глаза Ниррти. Гипнотизирующие так, что понимаешь благоговение древних земных предков перед этой женщиной. Из всех гоа’ульдов, теперь, в этот бесконечный миг, она представляется самой достойной, чтоб носить статус богини.
Она сильнее его, она способна сломать его пополам, будь таковым ее желание, но Ниррти не делает этого, она лишь направляет его, вынуждая делать именно то, что нужно им обоим. Джонасу кажется, что она повсюду: левая пятка касается его ладони, рука проводит вдоль позвоночника… И стоит отвести взгляд от ее тела – он встречает ее взгляд, наполненный сиянием…
Мысль о том, что ей приходилось контролировать носителя почти все время приходит много позже, когда Джонас лежит обессиленный. Ниррти ушла, легко, словно тень. Скорее всего, пошла дальше пытать его друзей, но размышлять об этом нет сил. Только в следующий раз он скажет: «Нет». Обязательно скажет. Непременно.
Потому что, шагнув в пропасть, разобьешься о камни на ее дне.

Chapter Text

— Может объяснишь, - шипела его новая знакомая, когда они пробирались какими-то задворками, - как можно было из инструкции: «Следуй за белым кроликом», вынести идею, что нужно идти за черной кошкой?
— Не знаю, - промямли мистер Митчелл, - она была симпатичнее. Не принимай близко к сердцу, но я не люблю блондинок.
Над головой что-то бабахнуло и Кэмерон «Нео» Митчелл был далеко не уверен, что это случайность.

— Здесь есть все необходимые для существования человека элементы, белки, углеводы, жиры… - жизнерадостно вещал Джонас.
— А вкус забыли, - устало добавил Ковальски.
Их беседу прервал капитан «Навуходоносора», разъемы которого находились не в основании черепа, а прямо на лбу.
— Нам пора, - сказал он, - если мы и умрем, то умрем свободными.

— …Запах человечества… Смрад, проникающий под кожу, - агент, с подведенными стрелками глазами, всматривался в поддельный город за фальшивым стеклом, - ты не чувствуешь его, шалва? Молчишь, а ведь когда-то ты служил мне…
Тилк старался не сломаться, выдержать, пока Избранный придет и поможет ему. Поможет всем им.

— Что ты делаешь? – спросил Кэм у мальчика, который сидел на полу.
— Существую, - ответил тот.
— А я пришел к Пифии, я, кстати, Нео.
— Шифу.
— О, ложечка, ты любишь мороженое? А зачем ты ее погнул?
Мальчик наградил Кэма странным взглядом, но не успел ответить, потому что в комнату вплыло светящееся облако – это была Пифия.

— Баал выходи, подлый трус! – Кэм выстукивает пистолетом по резным перилам. – Народ, а как мы узнаем, что это он? Пифия сказала, что агент Апофис клонируется, подражая его внешности.
— Мы проведем анализ потока поступающих данных, программа Баала старше программы Апофиса.
— И намного, - голос раздается с вершины лестницы.
Прекрасная девушка в красном платье, напоминающем о горящем пламени, величественно спускается вниз.
— Назовись! – рявкает Тилк, направляя на нее оружие.
— Меня зовут Адрия, а тот, кого вы ищете, мой, невероятно утомительный, муж.

Кэм смотрит на окружающие его экраны и пытается понять, где же тот, о ком говорило пророчество.
— Здравствуй, - раздается у него за спиной, - ты, вероятно, Нео.
— Все подкрадываются ко мне со спины, - хмыкает Кэм, - есть в этом что-то фрейдистсткое. А ты Археолог? Выглядишь немного младше, чем я представлял.
— Возраст – понятие относительное, - отвечает мужчина, немногим старше самого Кэмерона.
Он снимает очки и неспешно протирает их.
— Видишь ли, все в мире относительное. Пророчество, жизнь, ты, я. Я в особенности.
— В каком смысле? – напрягается Кэм.
— Меня не существует, - Археолог снова надевает очки, - я создал Матрицу, или она создала меня – зависит от точки зрения. Пророчество спасло человечество уже пять раз, пророчество отняло у людей надежду на спасение уже пять раз. Выбирай сам.
— Объясни все нормально!
— Хочешь проще. Ладно. Саманта дерется с Апофисом и он ее убьет, на Зион нападают машины, мы с тобой перезапускаем Матрицу и спасаем всех людей, оставляя их в неведении о том, что они в плену.
— А есть другой вариант?
— Ты спасаешь Саманту и человечество умирает.
— А третий вариант.
Археолог пожимает плечами.

— Привет! – у девочки какое-то слишком знакомое лицо, но Кэму некогда думать, где он ее видел.
— Привет, я Нео.
— А я Адрия.
Она убегает к двоим взрослым, видимо – родителям, стоящим поодаль. Ее мать Кэм тоже узнает.
— Забавно, - говорит он, подходя к семье, - ты же та самая девушка с черной кошкой. А твою дочь зовут, как жену Баала!
— Я программа, - улыбается та, подхватывая девочку на руки, - не удивлюсь, если мой образ используют, чтоб заманить Избранного.
— Вала, - говорит незнакомый мужчина, - скоро поезд.
— Я знаю, - отвечает та, - но Томин, мы должны помочь этому человеку.
— Почему?
— Должны и все!
— Женщины все равно женщины, хотя они и программы, - хмыкает Кэм.
— Вы еще не знакомы с ее матерью, - вздыхает Томин.

Клоны Баала мерзко хохотали, у Кэма раскалывалась голова и очень хотелось съесть немного синего желе…

— Что дальше-то было? – поинтересовался генерал Лэндри, пролистав отчет до конца.
— А потом у нас кончились синие таблетки, - смущенно ответил Кэмерон Митчелл.

Chapter Text

Очередной день: компьютерная сеть немного барахлит и, скорее всего, от того, что они неправильно включили аппаратуру Древних. Зеленка уже мысленно скрежетал зубами, представляя, что скажет МакКей, когда проснется и придет в лабораторию.
— Не работает? – сочувствующе спросила Кусанаги.
Зеленка пожал плечами, в этот момент в лабораторию вошел МакКей.
— Доброе утро, Радек!
— Добро утро, Мередит! – обрадовался Зеленка. – Как спалось?
— Не очень, но я с утра выпила чаю и сразу полегчало. Какие-то проблемы?
— Мы не можем исправить ошибку в компьютерной сети, - ответил Зеленка, - наверное, из-за того аппарата.
— Мы бьемся уже всю ночь! – влезла Мико. – Устали страшно.
Радек наградил ее мрачным взглядом, на что та отреагировала совершенно невинной улыбкой.
— Бедные вы мои, - всплеснула руками Мередит, - что ж вы тут сидите? Быстро идите спать, а я уже разберусь.
— Да мы не можем.
— Идите! – грозно сказала доктор МакКей. – А то когда снова напеку кексы с вами не поделюсь!
Зеленка ушел из лаборатории, скорее для порядка бурча о: «Наглых ученых, которые только и могут, что жаловаться», Мико горестно вздохнула.
— Не расстраивайся, - положила ей на плечо руку Мередит, - он тоже хотел уйти.
— Я боюсь, что он что-то не то обо мне подумает!
— Пока он думает, что ты милая и сам боится что-то испортить.
— Мужчины такие странные!
— Это ты мне говоришь?

Родни МакКей совершенно не зря не любил свое первое имя: Мередит была его второй личностью, очень милой и заботливой девочкой. Самое худшее в ней было то, что она нравилась всем больше, чем сам Родни. Мередит даже умудрилась обаять трех психологов, к которым водили МакКея. Родители смирились с тем, что у них кроме сына есть еще одна дочь, а Джинни была в восторге от сестры… Их впечатлений Родни не разделял до тех пор, пока не смог пообщаться с Мередит сам. Это была, естественно, оффлайн-переписка, доподлинно известно, что Родни просил не есть цитрусовые, в остальном их разговор был окутан тайной.
Известно только, что все любили Мередит и предпочитали общаться именно с ней. И Родни это не раздражало… Ну, почти.

Chapter Text

С того самого мига, когда Джон Шеппард видит молоденькую девчонку вместо штатного коронера – он понимает, что его и без того не слишком хорошая жизнь пошла совершенно наперекосяк. И этот «перекосяк» безумнее всего, что с ним случалось раньше.
Его не удивляет, что этот умник, доктор Родни МакКей знает о нем все: секретные правительственные службы, что тут сказать? Либералисты и прочие демократы могут сколько хотят кричать о свободе всех и каждого, но прекрасно известно, что каким бы ни было общество – кто-то да будет дергать за ниточки. И отказ оформлять какие-то документы будет только пустой тратой времени: если им надо узнать о тебе – они о тебе узнают. Шеппард полагал, что любой житель их прекрасной страны с самого своего рождения не хуже, чем в Матрице, подключен к сотням и тысяч систем, которые фиксируют каждый его вздох. Просто так. На всякий случай.
Потому отчет о его персоне, который доктор Родни МакКей швырнул через стол, нисколько не удивил Шеппарда. Ну, разве что заставил проявить чуть-чуть иронии.
Вопрос о жвачке был штукой, только вот никто не собирался смеяться.

— Вы похожи на него, - говорит МакКей позже, недовольно кривя губы, - на того Джона Шеппарда. Но только внешне.
Это заставляет его фыркнуть: параллельные реальности? Ну и пусть. Инопланетные вампиры – просто прекрасно. Этот ученый, этот доктор каких-то там наук, привык изображать крутого парня, но из разряда тех парней, которых в школьные времена Шеппард упаковывал в их собственные шкафчики… А они потом обеспечивали ему двойки на химии и физике, пуская его эксперименты псу под хвост так, что он понимал все, когда было уже поздно. Это-то и заставило Джона в свое время даже захотеть поступить в колледж, куда его так настойчиво толкала семья: чтоб доказать всем этим заучкам и зазнайкам, у которых не было ничего кроме мозга, что он способен делать все что делают они и не быть при этом лузером. Но всегда оставались и более простые способы…
— Ты – ничтожество, - говорит МакКей, наклонившись к нему.
И Шеппард бьет. Без замаха, неожиданно и так, чтоб не слишком покалечить ученого, но достаточно, чтоб тому было больно.
Врывающиеся охранники и не думают соблюдать те же меры предосторожности: прежде, чем Джон успевает что-то понять – он уже на полу и надеется, что ему не отобьют ничего важного.
— Поднимите его! – в голосе МакКея значительно больше властности, чем до этого, при общении с Шеппардом.
Джону выкручивают руки, но он старается, что его улыбка была достаточно издевательской.
— Поздравляю, док, - говорит он, - звание «цыпленок года» вам обеспечено! Еще ударьте меня сейчас, чтоб завершить картину.
— Отведите его в камеру, - будто не услышав его, говорит МакКей.

Конечно, они держат здесь не только пришельцев, хотя условия у Шеппарда получше. Он представляет себе, как вот в таком месте день за днем, год за годом, сидит кто-то неугодный, кого вытащили посреди ночи из его кровати и не озаботились формальностями вроде суда. И пока остальные покорно выполняет команды, веря в собственную свободу, тот, кто видит все в реальном свете, медленно гниет заживо.
Дверь лязгает, открываясь и закрывается сразу же за МакКеем.
— А где твои послушные гориллы? – спрашивает Джон. – Или они наблюдают за нами через камеры, готовые ворваться в любую секунду?
— Я приказал отключить здесь камеры, - отвечает ему ученый и садиться рядом на койку.
Фингал под глазом заметный, сойдет через пару недель, в лучшем случае.
— Почему? – спрашивает Шеппард.
Он не уверен в том, какое именно «почему» он задал. Не то «Почему я здесь?», не то «Почему здесь ты?» или «Почему меня не убили?», «Почему не отдали рейфу?», «Почему вы все скрываете?», «Почему они хотят уничтожить нас?»… МакКей же тчоно уверен в вопросе.
— Потому что я знаю тебя, - отвечает он и касается кончиками пальцев его щеки, на которой остался синяк от встречи с полом.
— В каком смысле? – напрягается Шеппард.
— Я расскажу тебе одну историю, которую никто другой не должен услышать. Ты можешь пообещать мне это?
МакКей не убирает руки от его лица, и Джон встает, чтоб уйти от этого странного контакта. Он не уверен в том, какую игру ведет этот ученый, но понимает, что ничего хорошего она ему не сулит.
— Думаешь, твои парни действительно отключили камеры?
— О, - неприятно улыбается МакКей, - на Земле мои приказы выполняются беспрекословно, можешь быть уверен. К тому же, у меня в кармане глушащее устройство, на всякий случай.
— Значит, - фыркает Шеппард, - ты сам им не доверяешь?
Он опирается спиной о стену, сложив руки на груди.
— Я никому не доверяю, - отвечает МакКей и тоже встает.
— Кто охранит нас от них? – издевательски спрашивает Шеппард и добавляет: - Или тебя от меня?
МакКей встает напротив него и упирается руками в стену по обе стороны от Шеппарда, почти объятия. Тому ничего не стоит уйти снова или ударить ученого так, чтоб это было не слишком заметно потом, но это можно сделать в любой момент. Пока интересно, что за игру выдумал МакКей.
— Ты не так глуп, - говорит он, - чтоб верить будто бы уйдешь слишком далеко в случае чего. Что вообще куда-то сможешь уйти, даже когда мы тебя отпустим. Хотя можешь рассказать кое-кому то, чего не следует…
— Все что происходит в Вегасе, - говорит Шеппард, - остается в Вегасе.
— Мы не в Вегасе.
— Вегас всегда во мне.
В глазах напротив его собственных мелькает что-то, чему Джон не может дать названия. Но ему становиться очень неуютно.
— Я не отсюда, - говорит МакКей, - я Родни из альтернативной реальности. Не той, о которой я тебе говорил, а еще одной. Там мы тоже работали вместе с нашим Шеппардом. С самого начала.
— И что случилось? – спрашивает Джон.
— Он умер, - отвечает МакКей, - как и большая часть человечества. Я бежал сюда…
— А как же местный МакКей? – спрашивает Шеппард, подсознательно ожидая ответа в духе: «Я его убил», сказанного абсолютно безразличным тоном.
— Он никогда не рождался, - пожимает плечами МакКей, - его… Наши родители погибли в авиакатастрофе до его рождения, вместе с его возможной сестрой.
— И никто не спросил о подделанных документах? – интересуется Шеппард.
— У них есть первоклассный спец, - пожимает плечами МакКей, - а больше во время войны и не надо.
Ему нужно спросить, каким был тот, другой Шеппард, а еще нужнее отбросить чужие руки и уйти в другой конец камеры, но Джон этого не делает. Ведь не сделал же сразу – отступать некуда. И когда МакКей легко, как будто неосознанно, целует его – Шеппард не пытается сопротивляться: какая разница? К тому же, жить ему осталось не так долго. Пусть его убьют не сейчас и не эти люди, но и жить ему не дадут. Только, в сравнении с этим странным человеком, МакКеем, который потерял все, вплоть до родного мира, утраты какого-то там Джона Шеппарда могут показаться мелочью.
Да и охранников, если глушитель не сработал, лучше заставить по какой-то причине забыть увиденное и услышанное…
Но МакКей отстраняется и, глянув на Шеппарда с тоской, идет к двери.
— Эй, - окликает его Джон, - ты остаешься на Земле?
— На пару дней, - говорит МакКей.
Он уже переступил порог – по ту сторону никого нет, неужели автоматизированная система в камерах?
— Если что, в Вегасе у меня есть квартира.
— У меня тоже. Так что, если переживешь сегодняшний вечер, заходи. Гостем будешь.
— Что-то я слишком часто у тебя в гостях оказываюсь, - говорит Шеппард уже в закрывшуюся за МакКеем дверь.

Chapter Text

Гигантская аргида метнулась в воздушном потоке, почти переворачиваясь красным брюхом кверху, отчего сидящий в кабине за ее головой генерал О’Нилл дернулся, хватаясь за кресло.
— Не послушали меня, - пробурчал он, - когда я говорил, что насекомые для военных целей не годятся.
— Она нервничает, - попробовал оправдаться пилот, - здесь слишком холодный воздух.
Генерал ничего не ответил.
Он читал дело этого парня, да и без того о Джоне Шеппарде много кто слышал: за неподчинение приказу его собирались лишить рыцарства, но дело замяли из-за заслуг отца. Ладно бы успокоиться, что было - то было, но парень устроил скандал и разбирательство, на котором требовал наказать его по всей строгости. От него ушла жена, заявив о психической несостоятельности мужа и ладно бы еще просто ушла – вытребовала право на использование генетического материала рода Шеппардов. С политической точки зрения: это помогало ей обезопасить себя, но с человеческой…
Рыцарства Джона все-таки не лишили и генерал О’Нилл надеялся, что тот никогда не узнает, кто приложил к этому руку. Но, скорее всего, водить аргид Шеппарду до конца жизни.
— Прилетели!
Насекомое повело усиками с маленькими магическими кристалликами на них и утопила лапки в снегу. Когда люди выбрались из кабинки и спустились – она почти вертикально взлетела вверх.
— Инстинкт самосохранения, - пояснил Шеппард, - она боится замерзнуть насмерть. Не волнуйтесь – прилетит, стоит мне только позвать.
О’Нилл кивнул и сделал себе мысленную пометку: вызвать с базы другого пилота с аргидой, когда надо будет выбираться отсюда. Он не верил, что, получив поблажку, насекомое будет очень послушным.

Укрытая под магическом куполом база не выглядела слишком внушительно. Шеппард за свою жизнь навидался всякого и археологических раскопок тоже. Большая октрытая территория с парочкой лабораторных боксов и отгороженной частью, где до нужного момента спят транспортные насекомые. Хотя место, стоит признать, не самое подходящее: какие могут быть раскопки в Антарктике? Еще и такое внимание магов и армии… Впрочем, это ведь не его дело, правильно? Пусть и очень любопытно, что же тут происходит, но задавать лишних вопросов не стоит. Разве что кто-то сам расскажет ему, что здесь и как.
Повсюду сновали люди, в основном – маги и военные разных чинов, но виднелись и просто ученые-археологи и непонятные, но явно знатные, мужчины и женщины.
Они с генералом не успели пройти и пары шагов, когда-то разадалось:
— Дж-ж-е-ек!
О’Нилла по имени окликнула молодая светловолосая женщина. То, что она маг можно было понять только по кулону на витой цепочке, никакой привычной мантии на ней не было – обычный безликий синий комбинезон. Рядом с ней топтался мужчина в поношенный куртке со знаковыми отметками археолога, он старательно делал вид, что так, просто мимо проходил, а тут остановился протереть очки.
— О, Лорды-Создатели… - вполголоса сказал генерал и добавил уже лично для Шеппарда: - Не трогай ничего здесь!
Генерал О’Нилл подхватил магичку под руку и утащил в сторону.
— Что это было? – спросил Шеппард у археолога.
— Семейные разборки из-за меня, - фыркнул тот, - я Дэниел. Дэниел Джексон.
— Джон Шеппард. Можно посочув…Поздравить скорым браком с магом?
Тот рассмеялся.
— Создатели, нет. Я хочу отправиться в экспедицию, а Джек категорически против. Сэм хочет попробовать отговорить его, используя коронный аргумент.
— Какой?
— Что она не может никуда отправиться из-за того, что они в связке.
— Правда? У них все так серьезно? - поразился Джон.
Эта был довольно глупый, на взгляд Шеппарда, старый ритуал: считалось, что двое людей, кого связали магическими узами, становятся почти одним целым: делят мысли и чувства, действуют как один организм в кризисных ситуациях. Это, вроде бы, делало обоих здоровее и выносливее, а заодно более довольными жизнью. А так как ничего просто так не бывает - побочным эффектом считалось, что находясь на расстоянии большем чем десяток километров – связанные ощущали дискомфорт и беспокойство, которое нарастало тем сильнее, чем больше проходило времени. И в конце-концов оба сходили с ума.
Насколько Джон знал: излишне романтичные парочки, связавшие себя узами, спокойно разбегались, спустя пару лет и ничего с ними не было. Это было просто как дополнение к браку.
Можно было считать, что он узнал кое-что новое о личной жизни генерала О’Нилла, которая, как и почти все его касающееся, держалась в строжайшем секрете.
— Какой у тебя уровень допуска? – спросил Дэниел.
— А какой нужен? – огрызнулся Шеппард.
Археолог растеряно на него посмотрел и Джон почувствовал, что опять его импульсивность сыграла с ним злую шутку.
— Ты прошел полное посвящение? – попробовал он перевести тему, заметив на запястье своего собеседника темно-зеленую полоску.
Шеппард надеялся, что в его голосе не звучало неодобрения. Хотя он и старался относиться терпимо к любой вере, но служители культа Возрождающегося его пугали. В основном тем, что один из их самых священных ритуалов предполагал мучительную, пусть и временную, смерть верующего. К тому же – они набирали власть и силу, ни дял кого не было секретом, что руководство их ордена в курсе абсолютно всех планетарных дел.
— Не совсем, - ответил Дэниел и натянул рукав, скрывая татуировку.
Это было странно, как правило, возрожденцы, все-таки решившиеся на полное посвящение, всячески это демонстрировали. Он знал девчонку, которая даже среди зимы щеголяла с короткими рукавами, чтоб все видели резной зеленый браслет на коже ее запястья. И она всегда была готова рассказать о том, что она чувствовала во время ритуала. С кучей подробностей.
Дэниел же явно не собирался этого делать, он что-то пробурчал и скрылся в толпе. Ну, нет так нет.
Генерал и магичка все так же беседовали, но уже в более спокойном ключе: супруги, чтоб им. Смотреть на это было не слишком приятно: Джон сразу вспоминал Нэнси, и ему казалось, что нечто скользкое и колючее лезет по пищеводу. Чтоб не смотреть на О’Ниллов, Шеппард пристальнее оглянулся вокруг: чуть дальше под куполом располагались столы с разложенными на них почти одинаковыми серыми камнями на подставках. И, как отметил Джон, люди несколько сторонились этого места.
«Неужели это и есть то, из-за чего они все здесь?», - мысленно удивился Шеппард. Он подошел к столам, взял первый попавшийся камень, на подставке которого значилось: «Р.М. МК», задумчиво повертел его в руках и положил на место. Ощущения, как ощущения: ничего необычного, просто булыжник, немного более теплый, чем обычные камни на дороге, но и все.
Никто особо не обращал внимания на Джона: здесь было слишком много людей, а вряд ли кто-то помнил всех. Можно было еще немного побродить по территории, потому что даже когда генерал утрясет свои семейные проблемы – останется еще официальная причина того, почему он сюда прилетел. А вряд ли это дело двух минут.
— …Вы идиоты? Меня окружают одни сплошные умственно-отсталые…
Шеппард оглянулся на голос: какой-то маг орал на коллег. В отличие от жены О’Нилла – внешними атрибутами, вроде той же пресловутой мантии, он не пренебрегал.
— МакКей, если вы не утихомиритесь…
— То что? Военных позовешь?
— Если придется!
— Послушай сюда, девочка я…
Это было не его дело, но Шеппарду стало интересно, чем же дело закончится, он отошел с дороги и принялся наблюдать. Все закончилось довольно быстро: пришла женщина с перстнями и спицами, указывающими на ее благородное происхождение, посоветовала всем, а особенно МакКею, заткнуться и делать все на благо экспедиции, потому что иначе все они полетят головами в снег.
Шеппард фыркнул и собрался было пойти искать еще что-нибудь интересное, но раздался мерзкий звон тревоги. Все вокруг, похоже, точно знали, что делать: они поделились на группы и побежали каждая в своем направлении. Джон решил присоединиться к самой небольшой, которая направлялась в сторону одного из боксов. Тот был открыт и белый как мел мужчина, Шеппард не мог определить кто он по специальности, сползал со странного, богато украшенного кресла.
— Бекетт, к чертям рыбьим, ты чего творишь? – это, конечно, тот же самый недовольный коллегами маг.
— Извините, я нечаянно, - ответил тот.
— Ты нечаянно чуть не сбил пассажирский транспорт, это не считая того, как направил ракеты до этого в аргиду генерала…
«Так вот от чего она нервничала и уворачивалась», понял Шеппард.
— Извините, я не подойду больше к этому креслу!
Названный Бекеттом, отошел, чуть покачиваясь. Сирена замолкла: причиной ее включения, по видимому, была именно ракета, выпущенная отсюда.
— А зачем именно вам его использовать? – поинтересовался Джон.
— Ген же не так много у кого есть, - вздохнул тот, - а без него, что нам делать в городе Древних?
Шеппард не сильно понял, о чем речь.
— А это кресло показывает, у кого есть ген?
— Да, оно активируется только если туда садиться кто-то, кто может им управлять. Для большей части населения планеты оно бессмысленно.
Он отошел, объяснять что-то окружившим его людям, периодически его объяснения перебивали смешки МакКея.
Джон задумчиво провел пальцами по спинке кресла и решил, шутки ради, попробовать в него сесть.
— Эй, что за?..
Кресло сдвинулось с места и на нем начали быстро зажигаться какие-то огоньки. Все бывшие в боксе сбежались вокруг него, наперебой давая какие-то непонятные советы и рекомендации.
— Всем тихо! – рявкнул МакКей. – Ты можешь подумать о солнечной системе?
— Да, конеч…
Прежде, чем Джон успел ответить – над его головой показалось объемное изображение солнца и вращающихся планет.
— Я неясно выразился, когда говорил ничего не трогать? – раздалось от двери, где стоял мрачный генерал О’Нилл.
— Но посмотрите, какой уровень управления! – восхитился МакКей.
— Карсон такого только через пару месяцев достигнет, может быть, - добавила еще одна магичка, влюблено глядя не то на кресло, не то на Шеппарда.
— Спасибо за веру в меня, Эмми…
— Так, восторги в сторону. Шеппард - слазь.
— Да, сэр, - ответил Джон, соскальзывая на пол.
Ему не очень этого хотелось: сидя там он ощущал поразительное спокойствие и какой-то лихорадочный восторг, будто ему удалось сделать то, что он давно хотел, пусть и не совсем таким образом.
Они снова вышли под купол и О’Нилл казался еще мрачнее, чем до этого. И, к тому же, он выглядел очень уставшим.
— Зови аргиду, - сказал он Джону, - или вызови новую с пилотом, если твоя не прилетит. Нам нужно убираться отсюда.
— Люди!!! – раздался от столов с камнями удивленный голос МакКея.
Он держал один из тех булыжников и размахивал второй рукой.
— О, Лорды-Создатели… Что он опять натворил? – почти прошипел О’Нилл, направляясь к столу.
Джон последовал за ним.
Маг уже в одной руке держал камень, а во второй его подставку, когда они подошли ближе – Шеппард увидел, что это та самая, с надписью: «Р.М. МК».
— Кто трогал мой камень? – спросил МакКей. – Он горячий!
Все собравшиеся: маги, военные, археологи и остальные недоуменно переглядывались и перешептывались. Джон нерешительно поднял руку.
В наступившей тишине можно было устраивать заплывы.
— Кто-то, - угрожающе сказал генерал О’Нилл, - может объяснить этому парню значение фразы: «Ничего не трогать»?
Через толпу к ним пробиралась жена генерала.
— Идем, - сказала она, беря Джона за руку, чуть выше локтя, - надо поговорить.
Под молчаливыми взглядами Шеппард чувствовал себя, как в одном из тех ужасных детских снов, когда оказываешься голым перед всем классом.

Конечно, для любой экспедиции, вроде этой, нужен медпункт. Но увидеть почти полностью укомплектованную медицинско-магическую лабораторию Джон как-то ожидал. Несколько врачей, в том числе горе-управляющей креслом Бекетт, окружили аппарат, о назначении которого можно было только догадываться. На вошедших они взглянули мельком и, как Шеппарду показалась, даже сочувствующе.
— Магическое расширение пространства? – поинтересовался Джон, садясь на кушетку.
Жена генерала стояла напротив, задумчиво водя ладонью перед его лицом.
— Нет, - ответила та, - просто так кажется.
Она опустила руку.
— Не думал, что вы еще и врач.
— Вовсе нет, - она достала из кармана какой-то амулет и положила его на кушетку, - но случившееся в вами больше по моей части. Простите, я не представилась, Саманта Картер
— Картер? – переспросил Джон. – Я думал… Простите, это, наверное, не мое дело.
Она немного закатала рукава такой же синей, как комбинезон, рубашки и стала ощупывать Шеппарда под подбородком.
— Не больно, когда нажимаю?
— Нет, - ответил тот и скосил глаза, чтоб посмотреть на то, что показалось ему странным.
Так и было: запястья магички опоясывали темно-зеленые татуировки. По одной на каждом, еще несколько, более вытянутых, чуть выше. Пять, если общим числом. Саманта заметила его внимание.
— Это не то, что вы подумали, - сказала она, убирая руки, - возрожденцы посчитали испытания достаточными для этого, а спорить с ними…
Картер пожала плечами. Джон мысленно содрогнулся: чтоб передрягу, в которую ты попал, посчитали достаточной для приравнивания к полному посвящению, надо было очень сильно пострадать. Даже клиническая смерть не считалась основанием, потому что ее полагали недостаточно мучительной. Возрожденцы не раздавали татуировки просто так, а чтоб в таком количестве…
— Дэниелу досталось больше всех, - сказала ему магичка, улыбаясь, - они его почти канонизировали и так разрисовали, что бедняга даже на пляж сходить не может.
— А мой уровень допуска позволяет знать такие детали? – спросил Джон.
— Боюсь, - вздохнула она, поднимая свой амулет и рассматривая его, - ваш уровень допуска сейчас абсолютно равен уровню допуска МакКея.
— Может быть, тогда объясните, что это все было? А то я ни черта рыбного не понимаю!
Магичка вздохнула, подвинула высокий стул и опустила на него, задумчиво глядя Джону в глаза.
— Что вы знаете о ритуале связки? – спросила она.
— Ну… - Шеппард задумался, как лучше сформулировать, - парочка, которая считает, что они хотят быть вместе всегда идут к магу, тот проводить жутко скучную церемонию… Простите, вы не подумайте, я просто не люблю такие торжества, – она кивнула, поощряя говорить дальше, - потом эти двое говорят обеты, им дают подержать камень, маг устраивает светомузыку в силу своих возможностей и все. С этих пор двое неразрывно связаны. Ну… Так считается.
— Все верно, - кивает Картер, - за исключением одного маленького уточнения. Все это мишура, кроме камня. Хотя, сейчас в таких церемониях настоящий соматит и не используют.
Шеппард смотрел на Картер, не совсем понимая, на что она намекает. Магичка вздохнула и продолжила:
— Просто так никто никого связать не может. Дело в том, что существует высшая психоинформационная связь на планетарном, а то и вселенском уровне между отдельными индивидуумами в зависимости от свойств и вида их энергетических оболочек… - она заметила его растерянное выражение лица. - Проще говоря, у каждого есть своя половинка. Может и не одна, но проверить этого еще не удавалось. Соматит переносит сугубо-информационные потоки на более ощутимый физический уровень, реально связывая двоих людей. При этом он выделяет большое количество тепла.
— Не хотите ли вы сказать, что мы с МакКеем… - подозрительно начал Шеппард.
— Именно это и хочу сказать.
— Но это же нелепо! – Джон вскочил с места. – Какого камень лежал посреди зала?
— Чтоб кто-то его коснулся.
— Что?!!
Картер вздохнула.
— Мы занимаемся опасной работой. Очень опасной работой. Чем больше привилегий может получить каждый из нас: физически, магически или еще как-то – тем лучше, тем выше вероятность успеха миссии.
— И что ж это за опасная работа? – Джон встал, нависая над ней.
В этот миг он не думал, что она может скрутить его в бублик или превратить в таракана, это все выглядело мелочами по сравнению с тем, что они… Что он опять вступил в брак, причем на всю жизнь, причем с крайне неприятным типом, к тому же – магом. Таракан, по крайней мере, может спрятаться.
— Экспедиция отправляется на затерянный город древней цивилизации, находящийся в соседней галактике, - спокойно ответила Картер, - мы не знаем точно, что там и как будут работать наши силы. А связка, теоретически, не меняется ни в одной точке Вселенной.
— Вы еще скажите, - ответил ей Шеппард, снова опускаясь на кушетку, - что завтракаете с Лордами-Создателями.
— Вообще-то, мы с ними воюем.
Джон не мог понять, шутит она или говорит всерьез, он только устало спросил:
— Значит, благодаря МакКею, я в экспедиции.
— Да… И благодарю тому трюку с креслом. Элизабет Вейр, начальница экспедиции, собиралась упросить генерала отправить вас с ней, если уж он не хочет отдавать Дэниела.
— Бедный Джексон, - мрачно сказал Джон, - что ж он не попробовал камешками поиграть?
— Он пробовал, - вздохнула Картер, - ничего не вышло.
— Выскажите ему мои соболезнования.
— Не стоит так отчаиваться, - сказала она, - это только сначала кажется, что это безумие. Поверьте, я тоже была несколько… Обескуражена, когда нас связало с Джеком. Но это полезно и, иногда, даже приятно.
— То есть, - обрадовался Шеппард, - я могу избежать м… Слишком личных отношений с Родни?
— Можете попробовать, - ответила Картер, поднимаясь, - лично мне не удалось. Кстати, это так мило, что вы называете его по имени!
Именно так Шеппард понял, что влип окончательно.

Chapter Text

— Что это, Илай? – спросила Хлоя, увидев у друга в руках старый блокнот с выцветшим символом, похожими на буквы: “GD” . – Откуда он у тебя?
— Нашел в одном из отремонтированных коридоров. Это чей-то личный дневник.
— Чей?
— Я не знаю, только начал читать.

«Когда-то, когда я только приехала в город, мне было сложно приспособиться, - гласила первая запись, - но Беверли посоветовала мне вести дневник и так анализировать все происходящее за день. Смешно, что я следую совету женщины, которая несколько раз чуть не убила меня, моего сына и друзей, но это действительно действует».
Илай немного удивился, что язык был английским и написан обычной шариковой ручкой: записи немного потускнели от времени, но прочесть чуть наклонный красивый почерк было несложно
«Мы хотели использовать найденные аппараты, но доктор Мартен была против. Она сказала, что в случае чего мы можем использовать их энергию. Фарго, кстати, назвал их токлофанами. Еще он пожелал доктору Перришу к нам присоединиться».
— Они были из нашего времени, и из Америки, - говорил потом, изучив еще несколько записей, Илай.
«Я скучаю по Эврике, каждый день думаю о Кевине и Дженне. И, конечно, Джеке. Знаю, что они будут в порядке, но мое сердце разрывается каждый раз, когда я представляю, что они остались без меня».
— Эврика? – спрашивает Янг.
— Насколько я понял – это секретный исследовательский центр, город, где живут гениальнейшие умы Земли.
— Никогда о таком не слышал, - сказал Волкер.
— Это может быть любая альтернативная Земля, - просто ответил Раш и вернулся к работе.
«Грейс истощена больше всех нас вместе взятых. Она должна была быть капитаном в полете на Титан, а не здесь, на другом конце Вселенной. И не в течение трех лет».
— Они боролись, - говорит Илай, - до самого конца.
— Что с ними случилось?
— Я не знаю, там не сказано точно.
«Мы смогли связаться с Землей, она опустошена. У Зейна есть теория, но это аннулирует известную нам временную линию. Впрочем, нам ведь не привыкать».
— Они сделали что-то, чтоб спасти нас. Спасти всю жизнь на Земле.
Последняя запись: «С верой в другое будущее. Доктор Эллисон Блейк.»

Chapter Text

Нашел его, как водится, Раш. Методично просматривал данные системы и наткнулся на нечто сильно отличающееся от обычной системы шифрования данных.
— Это судовой журнал, - вынес вердикт Илай спустя какое-то время, - даты можно определить, как даты, а текст вряд ли удастся перевести. По крайней нам.
С Земли вызвали специалистов по языкам, но скачок напряжения уничтожил все записи. Раш немедленно объявил, что у всех есть более важные дела, чем думать про исследование, не принесшее никаких результатов. Конечно, все были согласны с ним только на словах.
Собравшись «вечером» по корабельному времени Судьбы и выпив немного – они принялись теоретизировать о том, каким бы мог быть прежний экипаж корабля.

— Это могло быть так… - начал Илай.

— Пассажир номер восемь бежал!
— Опять?

— Не говори глупостей, - фыркнула Лиза.
— А как ты это видишь? – заинтересовался Волкер.
— У меня еще большая глупость.
— Ну, давай, расскажи.

Они были тонкими и изящными, что и не слишком массивные люди рядом с ними казались бы горами мускулов. И, конечно же, они пожертвовали собой, чтоб спасти корабль, а то и целую Вселенную.

— Ну… - начал Броуди.

Они были воинами, следующим зову своего сердца и своей души. Бросающиеся в каждую авантюру, как, например, летящий сквозь Вселенную корабль…

— А не думаешь ты, что… - взял инициативу на себя Волкер.

Группа аватюристов, на вид напоминавших фиолетовых осьминогов, решила сбежать от опостылевшей жизни на борту волшебного корабля из старой сказки.

— Может быть, - предположил Илай, - это была просто кибернетическая форма жизни.
— Да не говори глупостей!

И никто не знал, что именно он был ближе всего к истине.
— Ты отправила наше послание? – спросила Мэнди.
— Был скачок напряжения, кодировка слетела, - ответила Гинн, - я его и стерла.
— Отправим исследовательский журнал чуть позже.

Chapter Text

— А может, ну его это кольцо?
Джек жизнерадостно шел впереди и рассуждал о цели их путешествия, пока Дэниел пытался его нагнать.
— Хэммонд же сказал…
— И он, и Ома могут говорить что угодно. Да ладно тебе, Дэнни, вернемся домой, ты женишься на Ша’ре, я, как мой дядюшка, эльфы его забодай, буду воспитывать племянника. Кстати, а ты видел, как Скаара на вечеринке в его День Рождения наяривал?
— Мы должны.
Джек вздохнул.
— Ну, должны, так должны.

— Мне кажется или какой-то орк забрался в Шир и гонится за мальчонкой? – спросил Дэниел, вглядываясь вдаль.
— Так это не орк! Это Тилк, он дальний родственник дяди, ты его, что, на празднике не видел?
— Не запомнил.
Тем временем, парочка беглецов достигли дороги, вслед им летела вялая, сугубо для проформы, брань.
— Думал, что ты уже вырос из того возраста, когда воруют чужой урожай!
— Я не воровал, Джек О’Нилл, - серьезно ответил Тилк.
— Мы снимали показания с метеозонда, - жизнерадостно ответил второй участник забега.
К удивлению Джека и Дэниела – это оказалась девушка, правда, коротко подстриженная.
— Я Саманта Картер, - представилась она, - и я исследую возможность с помощью технологий улучшить жизнь.
— В Изенгарде, - неуверенно сказал Дэниел, - что-то похожее происходит. Хэммонд говорил.
— Надо идти в ногу со временем, - кивнула Сэм.

— Слушай, - Джек для верности потыкал тело веткой, - а твоя жена всегда такая мокрая, холодная и не дышит?
— Идите вы к эльфам, - несколько атипично-недружелюбно отозвался нокс, - я может и Бомбадил, но настроения преподавать вам науку выживания в дикой природе у меня нет.

— Вот, мы пришли! – радостно заявил Джек.
— Кэмерон, - прочистил горло Лэндри, - можно тебя на секундочку?
Стены в Ривенделле были очень тонкие, так что жители Шира услышали подробную характеристику умственных способностей некоторых эльфов.
— Кажется, - предположил Дэниел, - в их планы не входило спасать нас от рейфов.
— Это были накаи, - поправила Сэм.
— А какая нам-то разница?
Тилк глубокомысленно молчал, потому что он точно знал, что на них напали не рейфы и не накаи, а очень даже клоны Анубиса.

— То есть? – расстроено спросила Сэм, после рассказа Хэммонда об Изенгарде и Мэйбурне . – Технологии - это плохо?
— Только в сговоре с Орисай, что гнездится на востоке.
— Гнездится? – ужаснулся Джек. – Она птица?
— Нет. В общем, у нее там база.
— Так, - взял слово Лэндри, - можно я представлю всех присутствующих?
— Может, только тех, кто пойдет с нами на миссию? – невинно предложил Джек.
Лэндри скрипнул зубами, но решил, что так действительно будет проще.
— Это Братак с Чулака, смелый гно…
— Закончи это слово и я раскрою тебе голову своим топором!
— В общем, это мастер Братак. Это…
— Привет, - следующий представляемый вскочил с места и принялся пожимать всем руки, - я Джонас из Лихлесья, всем здравствуйте! Я еще хочу рассказать вам о генетических экспериментах…
— О, - заинтересовалась Сэм, - да-да!
— Тихо! – рявкнул Лэндри. – Это Родни МакКей, наследник регента Гондора, а это Баал, потомок королей Арнора и Гондора…
— А точно не наоборот? – с надеждой спросил Джек.
— К сожалению, нет, - ответил ему Лэндри и сделал страшные глаза своей дочери Кэролин, которая посылала Баалу воздушные поцелуи.

— То есть? – уточняла Сэм. – В Мородоре тоже занимаются генетикой и евгеникой?
— Они первые в этой отрасли, - ответил ей Джонас. – Но мы стараемся не отставать. Вот, они выращивают клонов асгардов, один попал к нам в руки, но, к сожалению, сбежал.
— А все эльфы генетики?
— Насколько я знаю – нет. Вот, Хатор, владычица Лотлориена, больше интересуется музыкой, чувственными удовольствиями и веществами, влияющими на внутреннюю регуляцию организма.
— Пляски, секс и выпивка, - подсказал Джек.

— Тебе надо кольцо? – спросил Джек у МакКея.
— На кой оно мне ляд? Вот если бы Картер перестала отрицать существующее между нами притяжение…
— Я не верю, что мы все-таки это делаем.
— О, это вовсе не обязательно, на самом деле кольцо Всевластия мощнейший источник…
Закончить ему помешало нападение орков.

— Ты полагаешь, - спросил Братак, - орки навредят Тилку и Картер?
— Скорее, Тилк и Картер навредят оркам, - ответил ему Джонас, - но пошли, спасем их!Кого-то от кого-то...

— Это гигантские древообразные человекоподобные роботы!
— Энты, Саманта Картер, их называют энтами.

— Король Рохана – Джасек!
— Так, - шепотом обратился к Баалу Джонас, - а где злобный советник?
— Он сам себе является злобным советником, - ответил за него Братак.
— Говорят, его дочь одна из красивейших…
Закончить предложению Хэммонду помешала ворвавшаяся в зал принцесса Рохана, Вала.
— Что значит, - заорала она, - ты урезал бюджетные затраты на мое содержание?
— Красавица, - вынес вердикт Баал.

— Мейбурн! – кричала Саманта. – Отдавай все свои исследования, а то хуже будет!
— Можно подумать, ты и так не справишься, - ворчал, спрятавшийся под столом в башне Мейбурн.
Гигантские древообразные человекоподобные роботы рушили Изенгард…

— Я Джинни МакКей, принцесса Гондора.
— А ты поможешь нам добраться до Мордора? – спросил Джек.
— Вам как, самолетом или телепортатором?

Кольцо летело в пропасть.
— И это должно меня впечатлить? – скептически спросила Адрия.
— А не впечатлило? – расстроился Джек.
— Может, поговорим? – предложил Дэниел.
Стоящий рядом неудачный клон асгарда воплощал собой фразу: «Не виноват я, меня заставили!».
— Это впечатлит! – Адрия повернулась на голос, чтоб встретиться лицом к… Морде с драконом.

— Вау, - восхищался Джек потом, - не знал, что Картер еще и генетик.
— У меня много скрытых талантов, - скромно ответила Сэм.

— Как король Арнора и Гондора, - заявил Баал, - с этого момента объявляю двоеженство законным!
— Это еще зачем? – удивился Хэммонд.
— Ну не заставлю же я Джинни на Вале жениться, - ответил ему Баал.
— У Джинни брат еще есть.
В их разговор влезла дочка регента.
— Он вместе с эльфом Шеппардом уплыл в Валинор.
— Мне надо серьезно поговорить с Элизабет по поводу того, сколько кораблей и кому она поставляет...

Chapter Text

Чаепитие с родителями и девушкой для Кэмерона уже лет с пятнадцати носило самый, что ни на есть кэрролловский смысл. Иногда Шляпником была мама, а иногда папа, Мартовским Зайцем, соответственно, второй. Сам Кэм оказывался Соней, а девушка, за неимением других ролей, Алисой.
Но в этот раз все внезапно поменялось. Наверное, сработало то, что Кэрролл не знал об инопланетянах. Алисой, по крайней мере, себя чувствовал именно Кэм.
— И как ваши отношения? – поинтересовалась Вэнди Митчелл, отпивая из своей крошечной чашки. – Возьми еще пирога, милая.
— Спасибо! Порядок! – Вала наклонилась над столом и подхватила тарелку с куском вишневого пирога. – Изумительно, миссис Митчелл!
— Она молодец, - ласково сказал папа. – А Вала прекрасная девушка, вам стоит побыстрее жениться!
— Да-да, - подтвердила его мама.
Похоже, что из всех сидящих за столом, только Кэма смущало то, что Вала положил ноги на стол, откинувшись на стуле так, что тот балансировал на двух ножках. Ко всему прочему, эта неуправляемая женщина откуда-то добыла пивной стакан и вылила в него весь чай. А родители Кэма только с умилением смотрели, как она уплетает уже третий за сегодня пирог.
— Так, - Кэмерон неуверенно поднялся, - я не знаю, кто вы, но что бы вы не сделали с моими родителями – знайте, так просто с рук вам это не сойдет!
— Молодой человек, - сказал Фрэнк, - сядьте немедленно и не устраивайте сцен.
— Я ухожу!
И он ушел.
— Да, - резюмировала Вэнди, - по-моему мы перестарались.
— Он поймет, - заверила их Вала, уже снявшая ноги со стола, - в календарь заглянет и сразу…
— Так мило, что вам на первое апреля дали отгул, - сказала Вэнди, - будешь еще пирог?
— С радостью!

Chapter Text

Это не было официальное собрание со всеми приевшимися: «Здравствуйте, меня зовут…». Может, будь ситуация обычной, его бы организовали именно в таком виде, но повышенная секретность и планетарная безопасность важнее.
Потому они просто стали собираться. Сами. Ничего особо не обсуждая.
Шэрон говорила с Мэриан. Просто рассказывала о том, как ей плохо и одиноко, о том, как она надеется увидеть Камиллу хоть одним глазком, хоть в чужом теле… Но не может, потому что она, как и все остальные, заперты на годы. Может на три, а может и на три сотни. Они пили чай с печеньем и грустили вместе.
Потом об этом откуда-то узнала Патриция. Вероятно, связи покойного мужа помогли. Она не рассказывала о Хлое, а больше расспрашивала об Илае, с которым ее дочь так сдружилась. Миссис Армстронг и предложила найти остальных родственников.
Так они и начали собираться все вместе, как правило, дома у Мэриан. Сара иногда брала детей, и они играли в старой комнате Илая.
— Это же не ваше, - взялась ругать Сара их в первый раз.
— Пусть, - ответила ей Мэриан, - не думаю, что мой сын был бы против.
— Жаль, что они не познакомились с Тамарой, - несколько невпопад сказала Сара.
— Познакомятся.
Они все верили в это. Верили в то, что их родные вернутся домой. Верили, в общем-то, уже по привычке, но эти встречи давали им надежду и возможность не сидеть дома, думая снова и снова о словах, которые не были сказаны, и поступках, которые не были сделаны.
Память о тех, кто спал далеко-далеко в космосе не обрастала горечью, она оставалась светлой и радостной. И это было самым важным для них всех.

Chapter Text

День у доктора Николаса Раша был… Интересным с самого утра. Началось все по выходу из каюты, один из подростков-потомков полил его водой и, быстренько сказал нечто вроде: «Regna terrae, cantate Deo, psallite Domino». Остального Раш не расслышал, потому что парень дочитывал его на ходу, проворно убегая прочь.
Следующий эпизод был в коридоре: Николас заметил на стене какую-то мазню, похожую на пятиконечную звезду. Его снова полили водой а потом еще и что-то кинули прямо в глаза. Подростков было двое: мальчик и девочка. А «Ergo draco maledicte et omnis legio diabolica adjuramus te», - Раш расслышал вполне отчетливо. Третий раз настиг его в ухода на мостик, на этот раз, помимо порошка (как оказалось - соли), воды и пентаграммы на полу – подростки заблокировали дверь. На первой же строке: «Exorcizamus te, omnis immundus spiritus», они кинулись врассыпную, потому что озлобленный Раш хотел задать трепку хоть кому-то из них. На полу сиротливо остался лежать серебряный нож.
На мостике его встретил четвертый экзорцист, ни воды, ни соли, ни ножа у него не было, вместо этого парень протянул руку и, дико вращая глазами, сказал: «Etis, atis, animatis!». Не дождавшись результата – он исчез так же проворно, как остальные.
С помощью кино, Николас отыскал сборище подростков.
— Это все потому, - веско говорил самый старший парень, - что он не демон.
— А кто же? – спросила девочка помладше, встреченная с утра.
— Он падший ангел, которого может победить только его брат Янг!
— Ты уверен?
— Мне Илай сказал!
План действий был вполне ясен.
— Где Илай? – рявкнул Раш.
— Когда я видела его в последний раз, - ответила за всех Лиза Парк, - он сказал, что, цитирую: «Отправляется в продолжительное путешествие в никуда».
— Поймаю этого доморощенного демонолога и сам ему путешествии в никуда устрою!
Когда Раш ушел, Илай выбрался из-под консоли и поинтересовался у прочих ученых:
— Как полагаете, база данных Судьбы – достаточный аналог Клетки Люцифера?

Chapter Text

— Мне в подарок пришли цитрусовые, - сказал Джон. – Целый ящик. Лимоны, апельсины, грейпфруты, мандарины, лайм, памелла, какие-то гибриды…
— Ну, - ответила ему Тейла, - легко догадаться от кого это. А сам ты кому отсылал?
Она кивнула в сторону сидящего за соседним столиком, нахохлившегося МакКея.
— Нельзя же говорить.
— Да ладно тебе!
— Кейт Хэтмайер, только не спрашивай, что...
— Так это от тебя она получила этот набор штук разного размера, цвета и…
— Ты знаешь? – округлил глаза Шеппард.
— Женщины говорят о таком свободнее мужчин. Смирись.
— А сама, что получила?
Тейла продемонстрировала ему витой браслет с темно-рубиновыми камнями.
— От кого?
— Понятия не имею. Но я узнаю!

— Шутники, - шипел вполголоса Родни, - живодеры. Это надо же…
Котенок у него за пазухой мурлыкал и всячески выражал свое согласие. Шутка, что ли, лететь треть своей жизни в гипер-пространстве.
— Доброе утро Родни, - пожелала проходящая мимо Картер, - получил подарок от Секретного Санты?
Котенок, услышав ее голос, начал выбираться наружу.
— Да, и подарок указал мне дарителя.
Сэм хмыкнула, погладила котенка и пошла дальше.
— Она ко мне что-то чувствует, - заявил МакКей, - но у меня есть доктор Келлер!

Доктор Келлер, тем временем, пыталась понять, что ей делать с собственным подарком и как намекнуть Ронону, что она уже выросла из того возраста, когда играют в куклы. И еще она волновалась, понравился ли ее подарок Тейле, но не спросишь же напрямую.

— Смотри, какая красота! - рассказывал Ронон. – Автоматическое наведение, регулируемая мощность выстрела, возможность восстанавливать батарею прямо от солнечных лучей, удобный приклад, рассчитанный на мой рост и вес. Я люблю свою пушку, но эта восхитительна!
Доктор Пэрриш радостно кивал, совершенно не слушая Ронона, ведь ему подарили такое количество всевозможных образцов растительности, что они заняли половину третьей лаборатории. И он знал, кто это сделал, хотя бы потому что как раз на днях обсуждал такую возможность… С определенным человеком. Он отсалютовал Лорну, который ответил ему радостным кивком, под мышкой он нес новый мольберт.

Доктор Радек Зеленка в восхищении рассматривал пять фотографий его голубей.
— От кого? – поинтересовалась доктор Кусанаги, заботливо наливая чай подаренный ей сервиз.
— Не знаю. Но мне нравится.

Саманта Картер сама распределяла пары по подаркам и она умышленно оставила себя не одариваемой. И не хотелось… И она боялась, что подарок расстроит ее.
В офисе ее ждал сюрприз: письмо с Земли, фотографии ЗВ-1 разных годов, Джек, Дэниел, она и Тилк, без Дэниела, но с Джонасом, и третья: Кэмерон, она, Вала, Тилк и Дэниел… А еще - виолончель.
«Тилк сказал, что ты всегда мечтала научиться на ней играть, но не хватало времени, с Рождеством, твои совсем не секретные Санты».

Chapter Text

Между ним решетка, хотя Тейла и не уверена, правильно ли называть это так. Ведь она живая. Все здесь живое.
— Почему ты боишься меня? – спрашивает Майкл.
— Ну, не знаю, - говорит Тейла, - может, потому что ты убил многих людей или потому что похитил меня и держишь взаперти?
Он открывает ее камеру и входит внутрь.
— Ты понимаешь меня, - говорит он, - всегда понимала.
— Нет, ты рейф. Убийца.
Так говорит Тейла, но вспоминает их разговор с Джоном: «У него была работа и семья… Мы отняли их у него».
— Ты тоже немного рейф. Ты же знаешь, не правда ли?
Он делает еще один шаг к ней. Она должна отшатнуться или напасть, но Тейла остается стоять на месте.
— Я хочу уничтожить рейфов не меньше тебя, - говорит он, - даже больше, потому что они меня отвергли. И хочу, чтоб гибриды вроде тебя и меня не были изгоями.
— Я не изгой! – отвечает Тейла.
— Разве? Ты была полезна своему народу, но никто из них никогда не понимал тебя, кроме отца. Именно потому ты с такой радостью сбежала к лантийцам. Или я неправ?
Конечно же, прав, но не собирается говорить это вслух.
— Давай заключим перемирие, - предлагает Майкл. – Я расскажу тебе о своих планах, а ты не будешь пытаться сбежать. Если после всего захочешь уйти – я отпущу.
— И в чем обман?
— Тебя я не обманываю. Но выбора у тебя, считай, нет, верно?
— Я уйду, - обещает Тейла.
Майкл кивает, он знает, что она врет. И сама атозианка это знает.
И дело вовсе не в планах или уничтожении рейфов… Просто здесь, на этом улье, она неожиданно чувствует себя дома. Как во времена, когда ее отец еще был жив.
«Пойдешь на мостик?».
— Идем, - отвечает она на вопрос Майкла и только потом понимает, что он не проговорил его вслух.

Chapter Text

Она безумно радовалась, когда ей предложили изучать технологии ашенов. Она думала о сотрудничестве и о том, как сможет научиться чему-то новому… Наивная земная девочка.
Конечно, ее пускали в лаборатории, конечно, на ее вопросы отвечали, конечно, с ней всегда были дружелюбны. Но это безобразно походило на то, как взрослые умиляются поведению карапуза. Или, что еще хуже, котенка. Или хомячка. Потому что у ребенка хоть есть шанс вырасти, а для ашенов Саманта Картер навсегда останется несмышленышем. И не столько потому, что не сможет понять их науку, а оттого, что они никогда не поверят в то, что она ее поняла. Для них это почти такой же нонсенс, что для человека предположить, будто попугай может понять доказательство теоремы Леви о монотонной сходимости. Научиться повторять – да, понять – никогда.
Раньше Сэм закрывала глаза на то, какой она имеет статус, а точнее – какого статуса она не имеет. У нее ведь был счастливая личная жизнь, наконец-то – брак с любимым человеком, и, в придачу никакая инопланетная скотина не покушается на Землю. Можно было даже подумать о детях… Только проблема была в том, что Саманта никак не могла зачать. Это продолжалось довольно долго, но, в конце концов, накануне Рождества 2012 года – Картер (она так и не поменяла фамилии) подала на развод. И, заодно, взялась за восстановление своих позиций. Нет среди людей никого, кто бы до сих пор активно занимался наукой? Разве подобные вещи ее хоть когда-то останавливали? Она восстановит свои позиции уже среди ашенов.
Цель была далеко идущая и даже безумная.
— Это сумасшествие, - сказал Дэниел.
— Я всю жизнь только и схожу с ума, - сказала ему Сэм, - разве не сумасшествием было надеяться, что мы свергнем гоа’ульдов?
Он пожал плечами и поинтересовался, сказала она о своих планах только ему или всем остальным тоже.
— Джеку неинтересно, - ответила Сэм, - Тилк еще не скоро будет на Земле, Дженет начнет говорить, что это эмоциональная травма от развода. Хотя она помогает мне в некоторых изысканиях
— Что ж… Я с ней согласен. В плане развода, в смысле. Но попробуй.
«Хуже не будет» - так и повисло в воздухе.
— Ты поможешь мне кое в чем?
— Разумеется. Хотя не понимаю, зачем тебе нужен археолог…
— Скорее – социолог, или, даже не социолог, а тот кто может проследить за четкостью информации, что дают социологи.
Он присвистнул.
— Как все серьезно. Но не вопрос.
Саманта Картер, до сих пор доктор астрофизики, хотя научные советы Земли уже давно расформировали за ненадобностью, и майор ВВС США в отставке, умела делать вещи… скажем так, имеющие неоднозначную этическую окраску. Проще говоря – лгать и шантажировать она тоже умела. Это не считая ее выдающихся способностей в сборе информации.
Потому, когда суд официально заверил ее развод (а тогда как раз начиналась весна 2013, несмотря на все крики о конце календаря майя) у нее уже на руках были все необходимые данные.
— Доброе утро, Саманта, ты сегодня рано. Сочувствую.
— Доброе утро, Молем. Спасибо, но не за что.
Несмотря на судебные разбирательства – она каждый день спокойно продолжала приходить сюда. Хотя бы оттого, что собирать информацию из информационного центра сети, охватывающей всю планету было не в пример легче, чем из собственного дома.
— Я хотела с тобой поговорить о некоторых цифрах, не поможешь.
— Конечно. Показывай.
Она протянула ему свой падд, улыбаясь. Это была рискованная игра, но Сэм верила, что она того стоит.
— Я не понимаю, - ответил ашен с заминкой.
— Это данные по рождаемости. Ты дальше смотри, там данные независимых осмотров у нескольких разных врачей. Все-таки вы неразумно позволили нам сохранить некоторые кабинеты. Дальше еще несколько списков и выкладок. Учти, сегодня же вечером это все станет общеизвестно. Конечно, бунт вы подавите, но это будет крайне неприятное осложнение.
Он молчал на протяжении всей ее речи, что-то прикидывая в уме. Сэм надеялась, что не способы ее тихого и незаметного убийства.
— Чего ты хочешь, Саманта? – спросил он.
— Надоело чувствовать себя лаборанткой, - ответила Сэм, - всего-то участвовать в ваших исследованиях на равных. С полным доступом.
— Хорошо, - он кивнул, - можешь отменять протокол, который разошлет информацию.
Ей стало смешно: неужели он думал, что она так сразу ему поверит?
— Эм… Нет. Видишь ли, я приостановлю этот процесс, но отменять не буду. И еще… -она села на стол и мило улыбнулась. – Я с командой социологов разных стран провела некоторые исследования… Знаешь, думаю вам, при определенной работе, конечно, лет через десять можно спокойно перестать скрывать условия договора с Землей. Люди примут это радостно.
— Ты предлагаешь, – медленно начал он, - убедить твой собственный вид, что его вымирание необходимо?
— Лидеры убеждали людей и в более глупых вещах, - она закинула ногу за ногу, - договорились?
— Мне нужно это обсудить… С другими.
— Не торопись, - она покачала ногой, - время у нас пока есть.
Он ушел и Саманта смогла выдохнуть. Этот короткий разговор будто бы вытряс из нее душу, перемазал ее в грязи. И запихнул обратно. Разумеется, она не собиралась покупать собственное научное будущее ценой планеты, она найдет способ добиться уступок изнутри. Или, в крайнем случае, поднимет восстание. Это было безумный и самоубийственный план, в который она, к тому же, почти не посвятила своих самых близких друзей. Но так было меньше шансов на то, что что-то сорвется. Если все пойдет не так – пострадает только она.
«Господи, - подумала Сэм, спрыгивая со стола, - где та наивная девочка, которая возмущалась патриархальным строем на других планетах? Когда ее подменили этой циничной сволочью?». Конечно же, в ее разуме некому было дать ответ.

Chapter Text

Хэйтмайер говорит, что у нее стресс. Конечно, после всего случившегося иначе быть не может. Конечно же, Лора винит себя, кого ей еще винить? Глупо, но так уж она устроена. Когда она пройдет необходимое число консультаций и их психолог решит, что этого достаточно – Кадман вздохнет с облегчением. И Родни в ее разуме тоже.
— Почему ты не позволил мне сказать о тебе? – спросит Лора.
— Потому что, - ответил он, - они попытаются извлечь меня, а это может убить нас обоих.
— Но может и спасти.
— Не хочу рисковать.
Лора понимала, что в ее разуме два сознания умещаются нормально, но постоянно волновалась по этому поводу. Пусть МакКей и объяснял, что волновать не о чем.
— Лучше бы они вернули тебя, - говорит она. – Ты полезнее, чем я.
— Я гений, но это не означает, что ради призрачного шанса спасти меня стоит убивать двоих.
— Ты не знаешь точно.
— Ты тоже.
Он показывает ей момент из своей памяти: Тилк, один из команды SG-1, «застрял» во Вратах и МакКей с Картер должны были его «достать». Точнее, МакКей настаивал на том, чтоб того считали мертвым. Конечно же, Картер нашла способ спасти члена своей команды, пусть и ценой наборного устройства.
— Видишь, им удалось, - говорит Лора.
— Им повезло. Я не хочу полагаться на везение.
— Но, а как же твои исследования, твоя работа, твои друзья?
— Мои друзья переживут. А что до работы… У меня есть идея.
Лейтенант Лора Кадман улетела на Землю, и внезапно и меньше чем за год получила кандидатскую степень по астрофизике, а спустя еще два – докторскую. Всех это удивляло, люди, знающие Лору, говорили, что она почти не изменилась, хотя иногда кажется, что в ней живут двое. И никто не знал, что, в общем-то, так и было.

Chapter Text

Память Лоры осталась в ее теле. Без эмоций, а просто факты и события, знания тоже. А боевые навыки – это простая моторика. А может – это наоборот, его, Родни, память оказалась в теле Лоры. Когда он встал перед дилеммой, проснувшись в медотсеке, то решил никому не говорить, исходя из того, какое тело он видит перед собой.
А потом… Потом, наверное, привык жить чужой жизнью (а может это и была ее жизнь, а чужой были отголоски в разуме, которые утверждали, что она – Родни МакКей, гений двух галактик). И странно было стоять на поминальной службе, не совсем понимая, хоронят его или не его.
Но одно было точно: все друзья и сослуживцы уверены, что Лора изменилась, но считают, что это нормально. А он сам (или она сама?) как считает? Можно было бы отправиться к психотерапевту, но разве подойдут привычные методы специалистов с Земли здесь, в другой галактике? Лучше молчать и жить той жизнью, которая у него (нее?) есть.

Новые коллеги доктора Мередит Родни МакКей считают ее странной. Она требовательная, ворчливая и у нее какие-то проблемы с гендерным самоопределением. А самым странным они считают, что все на Атлантисе, в том числе – местный психолог, поддерживают доктора МакКей в ее стремлении говорить о себе в мужском роде. Когда доктор Фриландер спросила, между делом, отчего так, ей ответили, что Родни бесполезно переубеждать, да и неужели это ее, Кейт Фриландер, дело?
Те, кто знает, что произошло на самом деле, редко об этом говорят. Потому что, осознав случившееся, Родни метался по всему городу и кричал, что он убил Лору Кадман и отобрал ее тело. Все ждали, что МакКей настоит на операции по смене пола и на пластической хирургии, но тот, неожиданно, отказался. Объяснил свое решение он только Джону Шеппарду.
— Каждое утро, - сказал он, - я вижу в зеркале напоминание. Если я откажусь от этого, то могу забыть, что ради меня Кадман пожертвовала собой.

Chapter Text

— Если брать Старков, - размышлял Джон, - то я почти никого такого же, как они не знаю.
Они сидели в столовой и беседовали о Песне Льда и Огня Джорджа Мартина, которую Родни и Джон читали еще с выхода самой первой книги, Тейла по их совету, а Ронон недавно, когда ему буквально сунули в руки увесистый первый том.
И сейчас они, наконец-то, могли все вместе обсудить животрепещущие темы, например, кто из знакомых к каким Домам принадлежит.
— Тилк, - моментально говорит Ронон.
— Разумно, - соглашается Тейла.
Родни и Джон переглядываются и давятся смехом.
— Это даже круче, чем странный дядюшка Тони Старк, - говорит Джон.
— Он в какой части появился? – с ужасом спрашивает Ронон. – Я его не помню. Он тоже ушел в Ночной Дозор?
Джон покатывается со смеху.
— Шеппард, я тебя стукну, - обещает Ронон.
— Это из другого произведения, - успокаивает Декса Родни, - у них просто фамилии одинаковые.
— Но в Дозоре бы ему понравилось, - говорит отсмеявшийся Джон, - с его-то страстью ко всякому мерзлому.
Тейла прокашливается.
— Кажется, - говорит она строго, - мы тут обсуждали Песню Льда и Огня.
— Да, точно, - Родни важно кивает, - ты Талли.
— Это еще почему? – взъярилась Тейла.
— Семья, долг, честь, про тебя ведь, - невинно говорит Джон.
— Я сейчас поведу себя, как Лиза и выброшу тебя в окно.
— Нет, ну тебе же нравился Черая Рыба.
Тейла задумалась и кивнула обрадовано.
— А дженаи, - сказала она, - это Тиреллы.
— Согласен, - ответил Шеппард, - внешне все такие розочки… А внутри.
— А Джон – Грейджой! – заявил Родни.
— Нет, я Мартелл!
— Грейджой!
— Мартелл!
— Я думаю – Ланнистер, - перебила их Тейла. – И умный, и воинственный, и у власти.
— Я бы поставил, что Вейр была Ланнистером, - ворчливо ответил Родни. – А Каванах вообще внебрачный сын Мартелла. Змея подколодная.
— Молчи уже, Фрей.
— Давай будем считать, что я ушел в мейстры.
— А кто Ронон? – спросила Тейла.
Все замолчали задумчиво.
— Старки – хорошие ребята, - сказал Ронон, - и Тайвин тоже. Но вряд ли я из их семей.
— Знаешь, - сказал МакКей. – А ты похож на одного конкретного персонажа.
— Кого же?
Джон подмигнул Тейле, похоже, они с Родни это уже обсуждали.
— Ну, такой высокий, мускулистый, с татуировками и волосами, заплетенными в косы. Он еще любит мрачно смотреть и поливать всяких белобрысых засранцев расплавленным золотом.
— Дрого? – не поверил своим ушам Ронон. – Ты думаешь, что я похож на кхала Дорого?
Декс выглядел так, будто ему сообщили самую счастливую новость в жизни.
— Совершенно точно похож, - подтвердил Джон.
— Ага, - кивнула Тейла.
— Тебе теперь нужна жена, - сказал Родни.
— Ага, - Джон улыбнулся, - судя по всему – королева рейфов.
— Да нет, может быть просто блондинка… - задумчиво сказала Тейла.
— Ронон, я понял, чего ты так часто ходил к Хайтмайер! – восхитился Джон.
— Но сейчас блондинок на Атлантисе нет! – сказал Родни.
Все молча на него посмотрели.
— Ро-о-о-одни, - задумчиво протянул Джон.
— Что такое? Что я сказал?
Шеппард фыркнул.
— У доктора Келлер, - пояснила Тейла, - тоже длинные, светлые волосы.

Chapter Text

Тейла слишком поздно поняла, что совершенно напрасно рассказывала Ричарду Вулси об обычаях своего народа. Особенно, о той части, что касалась института брака.
— …Ну, хорошо, - спросил он, - а как насчет супружеской измены?
— У нас нет такого понятия, - отвечала она, считая его интерес сугубо научным, - в условиях возможных атак рейфов и, в общем-то, замкнутого существования общины…
— Замкнутого? – удивленно переспросил Вулси. – Я думал, вы перемещаетесь довольно легко.
— Да, - ответила она, - но супружеские отношения строятся, чаще всего, только внутри общества одной планеты. Подумайте сами, разве дженай взял бы в жены кого-то из народа, например, Хармони? Тогда ему пришлось бы очень многое ей объяснять. А кочевник ни за что не променял бы космос на жизнь на планете, в то же время, к ним мало кто бы согласился присоединиться. Таким образом и выходит, что мимолетные увлечения и дружеские отношения складываются… А брак – увы. Но все мы осознаем, что народ, замкнутый сам в себе, рано или поздно вымрет.
— Генетическое самоубийство, - кивнул Вулси. – Такой термин использовала одна моя знакомая, когда объясняла, почему считает, что нужно рожать детей от разных мужчин.
— Правильно, - кивнула Тейла. – Оттого у нас нет понятия измены. Супружество означает, что двое людей согласны выращивать всех детей друг друга вдвоем и быть полностью откровенными друг с другом.
— А как насчет ревности? – с сомнением спросил Вулси. – Неужели у вас ее вообще нет?
— Почему? – Тейла пожала плечами. – Конечно, обидно бывает видеть того, кого ценишь, с еще кем-то, но, в целом, это показатель не устоявшихся отношений, потому что двое взрослых людей вполне понимают причины и понимают то, что чувства остаются теми же.
— То есть, вы, - сказал Вулси, - можете, например, начать с кем-то встречаться и даже родить от него ребенка, а Канаан не скажет ни слова?
— Да.
Ричард Вулси широко улыбнулся и сказал:
— Я мог бы пригласить вас на прогулку по Земле... если хотите.

Chapter Text

Экипаж захватил с Новуса пять разных бумажных книг. Это было спонтанное действие и потом они размышляли, что стоило бы, наверное, взять побольше. С другой стороны – велика была вероятность, что масса книг осталась записанной в базе данных.
ТиДжей просто не могла не взять книги, главным персонажем которой, внезапно, оказалась она сама. И, самым безумным было то, что автор приписывал ей… Любовную связь с генералом О’Ниллом.
Илай взял книгу авторства Хлои Уоллес только оттого, что она была написана одной из его потомков. На Судьбе он неожиданно обнаружил, что это, по сути, исследовательская работа о рыбах и земноводных. Но написана она была очень живым слогом, так что Илай просто зачитался.
Камила не могла ничего с собой сделать, и взяла сборник: «Тексты традиционных баллад К. Рэй».
Доктор Раш, тщательно скрываясь от посторонних глаз, пронес антологию научной фантастики. Он с юности любил фантастику, но полагал, что другие могут не понять его «несерьезного» увлечения.
А «Приключения Шерлока Холмса, великого галактического сыщика» взяла Хлоя. Ей было интересно, до чего же дошли продолжатели дела Конан Дойля.

Chapter Text

Она сидит на обзорной палубе. До возвращения домой оставалось несколько часов, а рассекаемый на сверхсветовой скорости космос выглядел точно так же.
«Домой». ТиДжей горько улыбнулась. Это так смешно звучит, когда говоришь о планете, покинутой много лет назад. Для нее домом уже давно стала Судьба.
— Так и знал, что ты здесь.
Он опускается рядом, но ТиДжей избегает его взгляда.
— Эй, в чем дело? – спрашивает Варро.
— Ты же понимаешь, - деревянным голосом говорит она, - что для них ты все равно будешь чужаком.
— Но для вас-то я не чужак, - говорит он.
— Они не жили с тобой рядом, - ТиДжей все так же не смотрит на него, - не латали твои раны, не убегали с тобой от хищников…
— Ну, - перебивает он с улыбкой, - допустим, не убегали, а заманивали в ловушку.
Она закрывает лицо ладонями и мотает головой.
— Ты не понимаешь. У тех, кто сидит в кабинетах на Земле, кругозор заканчивается за уголком их стола, а вместо души и сердца одна сплошная пыль и грязь. Они могут закрыть тебя навечно в Зоне 51, а могут просто сдать твоим же… Или сделать еще что-то.
Варро обнимает ее за плечи.
— Успокойся, - говорит он, - мы справимся с этим. Вместе, как всегда. Ты веришь мне?
— Не знаю, - отвечает ТиДжей и смотрит на него в первый раз с начала их разговора: - мне бы очень хотелось.
— Ну, так и верь.
До возвращения на Землю остаются считанные часы.

Chapter Text

Забавно, как женщины снова и снова попадаются на ту же удочку. Или, точнее, вляпываются в одно и то же дерьмо.
Каждый раз Элизабет, что называется, «находила не тех парней», причем, все они были совершенно одного типажа: внешне слабые и даже, в какой-то мере, субтильные, но способные убедить любого, что день – это ночь, а прыжок с многоэтажки – занятный способ провести вечер. Как-то сама того не замечая, Элизабет снова и снова оказывалась почти посаженой под домашний арест и вздрагивающей от поворачивающегося в замке ключа. И при всем этом – не сразу удавалось таки понять, что что-то идет не так. Обычно, ее «выдергивал» в нормальную жизнь или кто-то из друзей, или работа. Смешно сказать, но человек, способный решить конфликты национального масштаба, и не боящийся стоять под дулом пистолета не мог совладать с мужчиной, порой не способным даже в одиночку перевернуть матрас на кровати.
Впрочем, как Элизабет убедилась, последнее к Питеру Кавано (это не настоящая фамилия, на самом деле, но кого это волнует?) не относилось. Даже спустя два года сломанная когда-то рука начинала болеть. Психосоматика, конечно же. Потому что срослось все правильно.
Когда она узнала, что Декс не просто так упал с башни, то сказала Питеру о своих подозрениях. Точнее не так, все подозревали, что, несмотря на железобетонное алиби, Кавано как-то замешан, но Элизабет накопала информацию на него самого. И на то, кем он являлся. И сообщила. Он сломал ей руку. И почти сразу же вырубил. А потом позвал кого-то в помощь и оттащил в лазарет, где рассказал, как она оступилась на лестнице. Может, Карсон и сомневался, но очень уж не вязалась картина, при учете того, каким слабым и беззащитным казался Питера Кавано.
Он пришел к ней на следующий день.
— Привет, - сказал Питер, - знаю, что тебя скоро отпустят, и ты будешь сидеть в своем офисе с рукой в гипсе. Но решил принести цветы.
— Кто ты? – спросила Элизабет. – Я узнала только детали и они противоречивы. Так кто ты?
— Есть вещи, моя дорогая Лиз, о которых не говорят вслух. Ты же любишь пионы? Эти цветы на них очень похожи.
Она терпеть не могла пионы. Их обожала ее бабушка, и на ее похоронах ими все было заставлено, а сама Элизабет, тогда еще четырехлетний ребенок, испуганно бродила среди ваз и ей казалось, что в круглых бутонах полно червей, которые мечтают на нее кинуться. Совершенно точно, Питер не принес пионы просто так. Он прекрасно знал об этой детали биографии Элизабет. Что не могло не пугать.
К счастью для нее и, пожалуй, для всей Атлантиды, он убрался на родину, стащив огромное количество секретной информации. Но то, что иногда лучше не копать слишком глубоко, Элизабет запомнила. Она даже уходила с поста руководителя экспедиции, но ее уговорили вернуться. И сейчас доктор Вейр обедала вместе с новым главным врачом, и чувствовала себя почти хорошо. «Почти», потому что сомневалась в том, какая именно начинка в мясном пироге Келлер, который та готовила себе сама и ни с кем никогда не делилась, и, заодно, какие исследования требуют такого количества рейфов, чьи трупы потом рассеиваются на молекулярном уровне.
— Все в порядке, Лиза? – спросила Дженнифер, прожевав кусочек своего пирога.
— Да, просто задумалась.
Келлер улыбнулась необычайно солнечной улыбкой и вернулась к еде. А Элизабет прикинула, сколько той понадобится, в случае чего, чтоб перекинуть стол, добраться до нее и сломать шею. Отчего-то, Вейр была глубоко убеждена, что рукой дело здесь не ограничится.
Но, если не говорить о некоторых вещах вслух, то все обойдется. Должно обойтись.

Chapter Text

Возвращение Судьбы в галактику Млечный Путь праздновали с большой помпой. Конечно, самому кораблю еще было ползти и ползти до Земли, но этим занялась новая смена экипажа, а всех остальных доставили назад, на родину, через Врата на ближайшей планете.
На самом празднике собрались почти все участники программы Звездных Врат со своими родственниками. А это, за десятилетия существования программы, была весьма немаленькая толпа.
— День добрый, мистер Уоллес
Илай с недоумением посмотрел на незнакомого мужчину перед собой, он его не знал.
— Здравствуйте. Простите, я вас не запомнил…
— Мы и не виделись телесно. В смысле, вы не видели меня, а я вас видел. Доктор Родни МакКей!
— О!
Илай пожал протянутую ему руку. К ним подошла женщина, чем-то неуловима напоминающая самого МакКея.
— Заводишь новых друзей, Мередит?
— Джинни, сколько раз…
— Явно больше, чем солнечных систем ты взорвал.
— Сколько ты собираешься мне это вспоминать?
Илай покачал головой и отошел от шутливо ссорящихся родственников. В том, что МакКей и женщина по имени Джинни были родней он не сомневался: только близкие могут спорить подобным образом на столь пафосном мероприятии.
Уоллес окинул взглядом зал и заметил Метта, который разговаривал с двумя мужчинами в военной форме. Не слишком пожилыми, но постарше, чем его друг. Там же были Хлоя и Мэнди (ее новое тело ей очень шло, пусть и было создано с помощью технологий Древних), вторая беспокойно оглядывалась на доктора Раша.
— В чем дело? – спросил он, подходя ближе.
— Да все как всегда, – вздохнула Мэнди, – стоит Питеру появиться на горизонте – Ник забывает обо всем на свете.
Илай посмотрел на доктора Раша: тот что-то энергично обсуждал с другим ученым.
— Чего это Каванах вцепился в вашего главу научной части? – спросил один из собеседников Метта, ни к кому конкретно не обращаясь. У него были темные волосы, выглядящие так, будто он помыл голову, лег спать, а после не причесался.
Он подмигнул Мэнди, а его товарищ, тоже не знакомый Илаю, беспокойно оглянулся на Раша.
— Тот самый Каванах? – спросил он.
— Ага, тот самый.
Метт кашлянул и представил их:
— Полковники Шеппард и Митчелл, это Илай Уоллес, тот самый…
— О! – представленный Шеппардом широко улыбнулся. – Вот о ком МакКей нам все уши прожужжал!
— Меня больше волнует, что именно задумали ваш Раш, – сказал Митчелл кивая Метту, а потом кивнул Шеппарду, – и ваш Каванах.
— Да меня тоже, особенно в свете Конца Света, который нам не устают обещать…
— Так, хватит! – Илай с удивлением посмотрел на повысившую голос Мэнди. – Вы ведете себя хуже студентов Ника! Когда Питер был его аспирантом – их тоже не любили. Все время называли то Морготом и Сауроном, то Люцифером и Лилит, то Палпатином и Вейдером…
— С чего бы это? – прошептал Шеппард.
— Хватит, – продолжила Мэнди, – они просто беседуют.

Тем временем в другой стороне зала.
— Уверен, что привлекли всеобщее внимание, – сказал Николас.
— Если мы еще начнем громко обсуждать ядерный синтез или использование МНТ в качестве ударной силы – привлечем еще больше, – в тон ему ответил Питер.
До обещанного Конца Света по календарю Майя оставалось каких-то два дня.

Chapter Text

— Итак, – Нарим послюнявил карандаш, – переходим к следующему пункту нашей повестки дня.
Все закивали с важным видом.
— А что там? – небрежно спросил Родни, поглаживая своего кота, вальяжно занявшего половину стола, за которым сидели представители движения в защиту котов.
— Выбор нашего главы, – ответил Нарим.
— А почему это не может быть кто-то из нас?
— Это записано в уставе нашего движения, пункт 82\3 – Бэ, – сказал Николас Раш.
Все молча повернулись к нему и МакКей, прокашлявшись, спросил:
— А он что тут делает?
— Доктор Раш обожает котиков, – сказала Хлоя. – Да?
— Да. Я умею их готовить.
Наступившая тишина была почти осязаемой.
— Акхм… Хорошо, а кто кандидаты? – спросила дама из SGOSF.
Хлоя принялась зачитывать лист.

—…помимо прочего, нынешняя кандидатка обладает боевыми навыками, в одиночку руководила клубом по защите домовых эльфов и много лет держала пушистого питомца.
Гермиона Грейджер просияла, но ее энтузиазм быстро потух, когда заговорил Раш.
— Скажите, мисс Гренджер, а что было с вашим котом, когда вы воевали?
— Я думаю… ну, он был в безопасности.
— Правда? Как сова вашего друга Гарри Поттера?
— Я не понимаю, причем тут Гарри…
— Мы так и думали. Следующий!

—…кандидатка, даже проживая в пост-апокалиптическом мире, во время гражданской войны и в условиях ограниченных ресурсов, сумела вытребовать для своей семьи право держать кота.
Китнисс Эвердин гордо вскинула подбородок, но МакКей быстро сказал:
— Спасибо, следующий.
— Что это было? – спросил Нарим, когда Китнисс вышла.
— Кто хочет объяснять персоналу Атлантиды, почему они должны отказываться от стратегии в реальном времени, когда она доступна на «игровых» планетах?
Никто ему не ответил.

—…кандидат долгие годы заботился о коте, обеспечивая его интересной компанией в лице древнего духа знания, и ограждая от опасностей своей работы!
— А, правда, что вы держали собаку? – спросил Нарим.
— Это была храмовая собака Фу, – ответил Гарри Дрезден, – и скорее Мыш держал меня, но он был весьма уважителен к Мистеру…
— Что ж, чародей Дрезден… – начала Хлоя.
— Ни за что! – рявкнули Раш и МакКей хором.
— Он уничтожит всю технику!
— Сожжет Судьбу!
— Закоротит Врата!
— Позовите следующего, – попросила дама из SGOSF.

—…кандидат никогда не мешал своему коту жить своей жизнью и наслаждаться миром вокруг!
Джон Арбакл тоскливо посмотрел на все собрание, а потом сказал:
— Я просто позову следующего.
— Будешь выходить – купи мне лазанью! – крикнул Гарфилд.

—…Кандидатка…
— Не хочу даже близко подпускать, – сказал МакКей. – Бабуля, простите, но вам, скорее, в клуб детективов с канарейками, а не сюда.

— Мы нашли идеального кандидата! – ликовал Нарим.
— И выбор был логичен, – ответил Раш.
— Абсолютно согласен с вами, – ответил ему Спок.

Chapter Text

Вулси боязливо выглядывает за угол, прежде чем спокойно выйти в коридор. Генерал О’Нилл вопросительно поднимает брови, Пеппер Поттс понимающе улыбается.
— Знаете, я думал, что команда ЗВ-1 была бедствием, – говорит руководитель Атлантиды, которая временно находится в Сан-Франциско, – так мне рассказывали. Но этот ваш… независимый эксперт…
— Мистер Старк все возместит, – заверяет Пеппер.
— Даже инопланетные технологии возрастом в десять тысяч лет?!!

Вулси думает, что если взять МакКея, Шеппарда, Тодда, Дэниела Джексона и еще парочку странных существ и смешать их в высокотехнологичном миксере до получения однородной массы, то потом можно собрать из нее Тони Старка.
Того самого Тони Старка, который в первый день буквально бегом носился по Атлантиде, изучая ее планировку, чтоб в последующие дни иметь возможность внезапно исчезать и появляться в абсолютно случайном и неожиданном месте. Того самого Тони Старка, который, при виде какой-то технологической вещи заявлял: «О, интересно, как это работает, сейчас разберемся!». И разбирался. То, что пострадавших было немного Вулси списывал на то, что персонал разъехался по домам, а оставшиеся были привычны к жизни в условиях постоянной опасности.
— Они все любят его! – в сердцах говорит Вулси.
— Это же Железный Человек! – моментально реагирует генерал, а потом поспешно добавляет: – В смысле, он хорошо ладит со всеми.
Пеппер явно есть что сказать на этот счет, но она не говорит ничего, а Вулси понимает, что в ближайшее время Старка с Атлантиды не заберут.

Chapter Text

- Я не могу ее чистить! Она по форме, как младенец! - воет Пэрриш. Это дьявольская картошка!
- У младенцев бывает четыре лапки? - интересуется у коллеги Зеленка.
- Ну... У кошачьих точно.
Сегодня выпала их очередь дежурить на кухне и остальные члены экспедиции уже начали подозревать, что ужина они не дождутся.

Chapter Text

Было очень сложно объяснить, почему ему вдруг нужны именно эти детали и именно к следующей среде, и именно доставленные таким образом к этому месту, когда телефон шипит, хрипит и сигнал скачет: межгалактическая телефонная связь никогда не работала идеально.
У каждого свой способ сходить с ума. Радек только отмечает поверхностно, что МакКей подключается к системе из своей комнаты и принимает за работу.
Заглянувший через пару минут Бекетт говорит:
— Он не спит?
— И как вы знаете?
— Врачебное чутье, - устало отвечает Карсон, - и уходит внушать Родни, что ночь нужна для того, чтоб спать, пусть в Канаде сейчас и половина второго дня.
Радек почти не обращает внимания: все схемы перед ним, надо работать.

У всех есть занятия, которым они предаются, когда им становиться тяжело. Тейла медитирует, Лорн рисует, Шеппард рыбачит или гоняет на джамперах, МакКей с головой ныряет в работу, Карсон преследует МакКея, Хейтмайер копается в чужих головах, умело скрывая свое удовольствие от этого за профессиональным долгом… А у Зеленки есть он…
Его он готов обнимать и целовать, обещать, что подарит целый мир. А самогонный аппарат лишь задумчиво поблескивает трубками в полутьме лаборатории.

Chapter Text

— Сэм! – восторженно говорит Джек. – Это же прекрасная новость!
— Чем это прекрасная? – мрачно спрашивает Картер, топчущаяся на столе.
— Это значит, что ты женщина!
— Сэр, вас, что, снова заинтересовало расположение моих органов размножения?
— Что?.. А, нет. Ты правда ее боишься? Правда-правда?
— Сэр!
— Все, поймал. Какой милый мышонок… Картер, а чего ты их так боишься?
Джек держат на ладони белую мышь, сбежавшую из соседней лаборатории. Та, привычная к людям, доверчиво чистит мордочку.
— Когда я была ребенком, - трагически отвечает Саманта, спустившись со стола и поправляя форму, - то на биологии нас заставляли их препарировать. Они стали моим ночным кошмаром, сэр, я каждую ночь видела себя на операционном столе и огромные белые мыши проводили надо мной эксперименты. Строго между нами, сэр.
— Конечно, Картер, конечно.

Много лет назад.
— И мы считаем недопустимым ваши исследования, - говорил Тор представителю фёрлингов.
— А эксперименты людей над схожим с нами видом допустимы? – спросил тот, чистя белую мордочку розовыми лапками.

Chapter Text

— Мне не нравится эта игра, - говорит Ронон.
— Брось, все любят «правду или вызов».
— Точно, - соглашается с Келлер Шеппард, - хотя все ваши игры подразумевают насилие и избиение, да?
— Ну… Не все.
— Ладно, начнем, - перебивает их МакКей.
— Только без научных терминов! – предупреждает Келлер. – И без похабщины.
Бутылка указывает на Ронона и Тейлу.
— Правда или вызов?
— Правда.
— Чем ты занимался на Сатеде до войны?
— Мне не нравится эта игра!
Ронон уходит, под изумленными взглядами остальных.
Ему немного стыдно говорить, что его первое образование – педагогическое, с детства он обожал географию и хотел учить ей других, но, когда молодой учитель оказался среди неуравновешенных подростков, ему показалось, что он попал в Ад.

Chapter Text

— Что-то подсказывает мне, доктор, что вы блефуете, – глядя в глаза Келлер, говорит Сэм.
— Я? – удивляется Дженнифер. – Вранье не стало моей патологией, как у Шеппарда.
— Не начинайте, - просит Тейла, - Джон совсем не лжец.
— Моя экспертиза, - отвечает ей Кейт Хэйтмайер, - свидетельствует об обратном.
— Не меняйте тему, - говорит Сэм.
— Мужчины – это наша общая тема, - вздыхает Тейла, - ее поменять очень сложно.
— Есть еще МакКей, например, - подсказывает Келлер, - повышаю до двадцати.
— Ты Зеленку вспомни, - ворчит Сэм, - после того случая в лифте он при моем приближении все время краснеет. Отвечаю.
— А что там было? – отпивая чай, интересуется Тейла. – Отвечаю.
— Ничего.
— Жалеешь? – с профессиональным интересом, спрашивает Кейт.
— Типун тебе на язык, хотя…
— Ну, - мечтательно замечает Келлер, - есть много разных кандидатур здесь. Ронон, например. Лорн. Пэрриш. Тридцать.
— Чак, - подсказывает Кейт, - эй, что вы на меня так смотрите? Он неплохо выглядит. Все, я пас.
— Статус мешает, - трагически вздыхает Сэм, - я глава экспедиции.
— Могу познакомить с соотечественниками, - говорит Тейла, - я тоже пас.
— На крайний случай – еще остаются дженаи, - «успокаивает» Дженнифер.
— Время бы только было на все это, - говорит им Сэм, - ладно… Дженнифер!
— Роял-флеш! – пораженно отмечает Тейла.
— Кто-то таки блефовал…

Chapter Text

Ненавижу змееголовых. Всех. Плевать на тонкие моральные принципы, все равно это мерзко, когда в твоей голове сидит эта штука.
Лучше бы мне дали умереть.
Наши, так сказать, союзники должны были всунуть в мою голову кого-то из своих. Такой был план, по крайней мере. Но они ошиблись, не в первый раз, кстати сказать. И теперь в моей башке злобная змея, которая хочет поработить галактику, это в долговременных планах, а сейчас – сдать базу ток’ра своим хозяевам и собственноручно убить пару другую. Мило, ничего не скажешь.
И. Эта. Змея. В. Моей. Голове.
Управляет моим телом, смотрит моими глазами, говорит моим голосом. Убеждает всех вокруг, что она это я, и никого нет поблизости, чтоб сказать этим идиотам, что настоящий Джек О’Нилл не улыбался бы при встрече, а орал и требовал оставить его мозг в покое и отправить на Землю.
Это мерзко и гадко наблюдать за собой изнутри, будто в каком-то дурацком сне, когда делаешь то, чего никогда бы не сделал, а никак помешать этому не можешь. Только вот не думаю, что мне удастся проснутся. Я борюсь, как могу, и, надеюсь, причиняю змеюке достаточно неудобств. С Земли требуют встречи со мной, отлично, надеюсь они заметят…
Только вот гоа’ульд не собирается ждать этого, он бежит. Планета, куда он приходит в моем теле незнакома мне, но знакома ему. Здесь расположена цитадель его хозяина… Баал? Почти что Boll. Гоа’ульдо-мячик… Похоже, чувство юмора – это все, что мне осталось.
Но из любой тюрьмы есть выход… Даже если тюрьма – твое собственное тело.

Chapter Text

— Отец, я разбил хат’так. Мне нужен новый.
— Отец, мои джаффа взбунтовались. Мне нужны новые.
— Отец, я хочу захватить эту планету и поработить ее население. Дай мне флот.
— Отец, я попал в плен, нужна твоя помощь.
— Отец, я…
Если бы у Апофиса не было саркофага то, наверное, мигрень бы просто преследовала его. Впрочем, с преследованием и Клорелл неплохо справлялся.
«Будь проклят тот день, когда я решил завести ребенка» - думал Апофис, созерцая склоненную макушку своего сына, явившегося к нему с очередной просьбой.

Chapter Text

Они оказались в плену у гоа’ульдов. В общем и целом – им не привыкать, только этот раз казался каким-то… Экстраординарным. Начиная, хотя бы, с того, что все джаффа казались слегка заторможенными. Это не мешало им угрожающе размахивать оружием, но выглядело скорее печально, чем действительно страшно. А их повелитель, очередной амбициозный гоа’ульд, вместо грозного появления, поорал что-то невнятное, пробегая мимо. И, насколько члены команды ЗВ-1 могли судить, выглядел он не совсем обычно.
— Мне показалось, - уточнил полковник О’Нилл, - или я видел у него кроличьи уши?
— Мне тоже так показалось, - сказала Сэм.
Помощники амбциозного гоа’ульда (по данным ток’ра – еще более амбициозные) тоже попались на долгом пути в сторону камер. Кроличьих ушек у них не было. За то был ворох тряпья вместо штанов у одного и клюв с крыльями у другого. И они казались слегка утомленными.
— Что это было? – спросил Джек, когда они, все-таки, оказались заперты.
— Шан-Се-Метранк, - ответил Тилк, - традиционный праздник.
— Суть его в схождении с ума?
— Отчасти, - ответил Тилк, - гоа’ульды в течение установленного времени носят костюмы, символизирующие злые силы, и употребляют галлюциногенные вещества, джаффа, тем временем, строго блюдут пост, не едят и не спят, а так же…
— Тоже галлюциногены? – предположил Джек.
— Иногда, - уклончиво ответил Тилк, - так же в этот день не прошедшие посвящения джаффа требуют символических даров у своих старших товарищей.
— Извини, - переспросил полковник О’Нилл, - хочешь сказать, что змееголовые празднуют Хэллоуин?
— Не совсем, чтоб Хэллоуин, - ответил ему Дэниел, - видишь ли, праздник, знаменующий связь ныне живущих с духами всех погибших есть во многих земных культурах Хэллоуин, Самайн, Дзяды…
— К чему ты клонишь? – уточнил Джек.
— …Есть связь с некоторыми праздниками древних египтян, и я подозреваю, повторяю, подозреваю, что его истоки…
— Не земные, - заканчивает за него Сэм.
— То-то я никогда не любил этот праздник…

Chapter Text

— Что значит, их заблокировало в гидропонном саду?! – спрашивает Янг, хватаясь за голову.
— Эверетт! – прикрикивает на него ТиДжей. – Успокойся. Я понимаю еще истерику у Мэтта, но ты-то чего?
— Хлоя. На сносях. В гидропонном саду. Без связи с остальным кораблем. Одна.
— Не одна, с Рашем.
— Это должно меня успокоить?

— Она рожает, - говорит Скотт, прижимаясь лбом к заблокированной двери.
— Ты видишь это через запотевшее стекло? – интересуется Илай, чтоб хоть что-то сказать.
— Нет. Я чувствую.

Это был один из самых ужасных дней в жизни Николаса Раша. По шкале от одного до десяти на твердую девятку.
Хлоя застонала и схватила его за руку так сильно, что без синяков точно не обойтись.
— Успокойся, - говорит он, - дыши глубоко и медленно.
— Может сам рожать попробуешь? – шипит она в ответ.

— Знаете, я не придумывала мужских имен, - говорит Хлоя чуть позже, улыбаясь вопящему малышу, - потому я, наверное, назову его… Джоном. Как считаете, хорошее имя?
— Очень, - мрачно отвечает Раш.
Только что восстановилась связь, сообщили, что на разблокировку двери уйдет часов пять. Пять часов с новорожденным младенцем. «Твердая десятка» - думает Раш.

Chapter Text

— Вам не кажется, - говорит полковник Янг, - что Раш выглядит каким-то больным?
— Конечно, - соглашается Волкер.
— Ага, как всегда, - кивает Броуди.
Николас Раш раздражен больше обычного, а под вечер начинает хандрить и огрызается на всех вокруг.
— С ним точно что-то не то, - говорит Янг.
— Воспаление хитрости, - вполголоса подсказывает доктор Парк.
На следующий день Раш уже лежит с температурой.
— Как он? – спрашивает Янг у ТиДжей.
— Простудился, - пожимает плечами та, - переживет.
— Ну, нельзя же так.
— А доводить весь экипаж до истерики можно? Все, если буду нужна – я в столовой.
Раш, надсадно кашляя, провожает ее взглядом.
— Ничего, - говорит Янг, опускаясь на его кровать, - ты поправишься.
— Ну, спасибо, - мрачно отвечает тот, - могли бы и не торчать здесь целыми днями. Я не ребенок.
— Ага, - соглашается полковник, - подросток. Недовольный всем миром вокруг и настроивший всех против себя.
Раш ничего не отвечает, только плотнее закутывается в одеяло.

Chapter Text

— Что они говорят, Дэниел?
— Понятия не имею, - пожимает плечами археолог.
— Что? Ты же полиглот! Знаешь кучу языков. И почему мы вообще их не понимаем?
Аборигены выглядели вполне дружелюбно, но их речь даже отдаленно не напоминала привычный английский
— Нужно задавать другой вопрос, - поправила его Картер, - почему мы раньше их понимали?
— Все проходящие через Чаппа’ай знают речь тех, кто живет по ту сторону, - отвечает ей Тилк.
— Механизм, встроенный во Врата, - соглашает Дэниел.
— Подождите, - говорит им полковник О’Нилл, - хотите сказать, что эта штука залазит в голову и устанавливает там переводчик?
— В общих чертах - да.
— Так почему мы в самый первый раз ничего не поняли? Почему сейчас не всегда понимаем? И почему надписи не переводятся?
— Врата переводят только вербальные сигналы, а остальное – психологическое отторжение.
— А это значит, что…
— Ты знаешь, что это другой язык, - объясняет Дэниел, - и ты знаешь, что ты его не знаешь, оттого и не можешь понять. Это то, почему учить языкам советуют с детства, потому что взрослый уже подсознательно не верит, что он может понять чужую речь.
— Это же восхитите… Стоп! Русские! Я теперь знаю русский!
— Ага, а я как дурак убил на него столько лет своей жизни… - огорчается Дэниел.

Chapter Text

Она никому этого не говорила, но после того, как она вернулась на Судьбу после очистки генотипа – Хлоя Армстронг все так же сомневалась в том, кто она на самом деле.
С одной стороны – она знала своих человеческих родителей, а с другой – не была уверена, что не проснулась и не вскочила однажды, видя перед собой ряд общей соты с дремлющими до рождения собратьями.
Хлоя все еще могла связаться с общим информационном пространством, где все накаи, а именно таким было название их расы, обменивались опытом… Ну, теоретически. На самом деле это походило на одновременный анонимный чат всех со всеми. Причем темы обсуждались самые разнообразные, а, чаще всего, сознания в пространстве просто несли всяческую чушь для смеха. Именно туда теперь могла уходить Хлоя, если ее настроение было на нуле.
Еще она научилась петь на одном голосе, без слов. Причем, она сама этого не замечала.
— Красиво, - сказал ей как-то Илай, когда они были вдвоем на мостике, - чем-то похоже на китов, как ты это делаешь?
— Что? – не поняла Хлоя.
— Поешь, - сказал Илай, - я в который раз слышу, как ты задумавшись начинаешь выводить это.
— Извини, - ответила Хлоя, - оно само выходит.
— Нет, я не против. Просто, не знал, что ты умеешь.
«Хлоя Армстронг, человек, и не умеет» - подумала она.
Другим неожиданным талантом, кроме умения высчитывать курс Судьбы и решать в уме зубодробительные уравнения, была способность устойчиво стоять на одной руке. Хлоя не совсем понимала как, но ей было вполне удобно – она могла, казалось, провести так часы. Хотя, конечно же, опасаясь кровоизлияния в мозг, не делала этого.
— Ух, ты, - сказала доктор Парк, - ты достигла хороших результатов в йоге. Глядишь и на одном пальце стоять сможешь.
Когда Лиза ушла – Хлоя уперлась в пол указательным пальцем, а остальные поджала к ладони. Ощущение стабильности не изменилось. В голову приходили мысли о легком нарушении в системе искусственной гравитации.
Ко всему прочему, теперь Хлоя мгла значительно меньше спать и есть, а еду, кстати, она анализировала на химические составляющие.
Ей казалось, что люди вокруг замечают странности, но не говорят об этом.
«Меня считают сумасшедшей» - отправила она в информационное поле.
«Вступай в клуб!» - радостно ответили ей.
«Да, мы все психи тут!».
«Особенно некоторые».
«Давайте писать РПС!».
«Чур, я начинаю!».
Хлоя подумала, что теперь, даже оказавшись в карантине, она никогда не будет скучать.

Chapter Text

Глупые существа эти люди. Ни у кого не возникло вопросов, откуда математические знания у девчонки из деревни, жители которой целыми днями копаются в земле. Союзу нужны были люди, они посчитали ее таланты достаточными и наивно полагали, что принять Гинн в свои ряды было их решением. Разумеется их, чьим же еще, конечно же не ее.
Люди, отказавшиеся от богов, слабы. Они растаскивают остатки былого величия, веря, что они сами могут быть подобны божествам. «Отлично, - мысленно смеется Гинн, - сегодня корабли работают, завтра вы их почините… А что будете делать потом? Верфи остановлены и запустить их вам не удастся, потому что у вас нет знаний для этого». Да, ее народ воровал чужие технологии, но разбирался в них, учился и исследовал… К тому же, у гоа’ульдов были тысячи жизней, чтоб понять и узнать, а у людей только по одной на каждого. И они мнили себя всемогущими. Ей становилась смешно и порой было трудно сохранить лицо, чтоб не смеяться в глаза своим «начальникам».
Люди наивно полагали, что гоа’ульды разгромлены. Так и было, старшие, закостеневшие в своих убеждениях, погибли или влачили жалкое существование. Но молодежь, наконец-то получившая свободу от диктатуры стариков, смогла поднять голову. Они жили скрытно и старались не показывать себя, входили в правящие круги уже как люди.
Когда она узнала о Судьбе – это стало целью. Гинн не хотела, но это следовало сделать и жребий пал на нее, как одну из немногих членов люшианского союза. Центром действий была их галактика, а отправляться прочь… Разве оно того стоило? Но она заставляла себя думать, как ученого, ведь никто не знает, какие секреты хранит корабль.
Кива была неплохим лидером, Гинн даже думала, нельзя ли занять ее место… Но нет – это было бы слишком рискованно, уверенности, что ей удастся держать тот же уровень дисциплины. Кива была безумна. Данник был глуп. Симеон – так же безумен, как и Кива. А Варро – слегка наивен. Гинн была готова принять их правила, но экипаж Судьбы решил по-своему. Выполнять приказы идиота Данника она не собиралась. Выстрелить в него было приятно.
А позже она сможет получить доступ повсюду, где пожелает. Она будет милой и пушистой, будет сотрудничать и улыбаться та’ури. И, со временем, получить контроль.
Во благо свое и своего вида. Во имя его будущего.

Chapter Text

Со смертью в человеке лишь одном
Неравновесные процессы затухают,
Денатурируют отжившие белки,
Но мир существовать не прекращает!

Электронная опера: «2032: Легенда о несбывшемся грядущем»

В современном, модерн-ретро-модерн-нью-нова-как-его-там-дальше музыкальном течении человеческий голос придавал легкий флер загадочности обычным компьютерным ритмам. Звучало это как шепот под неравномерное пиканье неисправной системы.
Гай Уоллес предпочитал классические баллады Рэй, но спокойно относился и к современной музыке… Именно так он думал до сегодняшнего утра. Его соседи в тридцатый раз запустили «Shiny Sunny-Sunny» группы с непроизносимым называнием GRe5Seez. Гай не переставал посылать множество мысленных проклятий в адрес тех, кто придумал этот отвратительный жанр музыки, и тех, кто воплотил его в жизнь, а заодно и тех, кто халтурит в звукоизоляции жилых зданий.
Был девятый час утра выходного дня Гая после напряженной рабочей недели. Единственное, что хотелось – это проспать часиков шесть-семь, но под радостно-эпилептическое повизгивание о сияющем солнышке-солнышке, которое радостно бежит по небосклончику покачивая лучиками, присниться Гаю могли только тошнотворные детские кошмары о цветастых пришельцах, едящих его мозги.
Поэтому он в довольно ранний для себя час пил тонизирующий чай и пытался настроить наушники так, чтоб они заглушали хоть немного чужую музыку. Звонок Джона застал его в момент переключения альбомов и Гай нажал «ответить» автоматически, не глядя на экран.
— Гай ты чем вообще занят? – раздался прямо в ушах жизнерадостный голос: домашняя система автоматически переключилась на используемые динамики.
— И тебе добро утро, чудовище бессонное, - ответил Гай, зная, что точно так же система найдет подходящий для передачи микрофон.
— О-о-о… Гай, извини, я разбудил? Тут важное просто случилось, хотя сразу сообщить и не был уверен, что… Гай, что это у тебя? Система домашняя слетела?
— Ты удивишься, но не разбудил. А то, что слышишь, вообще-то, музыка. Соседи включили.
Джон рассмеялся и сказал:
— Соболезную музыке. Мы в пригороде не так хорошо знаем вкусы друг друга. По крайней мере, я не слышу под что моя соседка каждый день на рассвете делает гимнастику. Хотя иногда интересно, знаешь, Гай, я же рассказывал, что ее окна…
— Джон! Ты позвонил, чтоб рассказать о своей соседке?
— О… Нет. Отвлекся.
В этом был весь Джон Гамильтон – болтать без умолку на любую тему. Часами.
— Я сегодня должен был заступить на дежурство, - сказал он очень серьезно, - но мне сказали, что проводится внеочередная чистка системы, оттого весь центр не будет работать ближайшие три дня.
— Подожди, - перебил его Гай, - это же бред. Сейчас не праздники, как можно лишить людей ВСИ на все выходные?
— Они и не лишат, просто сведут к минимуму. Гай, слушай же! Вот это они мне сказали, я как и ты возмутился, меня послали подальше и я удивился. Я решил позвонить Фреду и Лоис – они этой ночью дежурили. Дома у Лоис не берут трубку, а жена Фреда говорит, что его увезли в морг прямо с работы. Прикинь?
— Прикидываю, - согласился Гай, - а дальше?
Понятно теперь было, чего Джон болтает больше обычного – он просто волнуется. И вполне ясно, что узнав немного – он не остановился и продолжил копать. Гамильтон ничего не ценил больше своей осведомленности.
— Я нашел врачей, которые были там, через записи камеры, вывешенной в зале больницы, вычитал их треп… В общем, ребята умерли прямо на месте, не отсоединившись от системы. И, то, что их убило, послало импульсы прямо в мозг.
— Подожди… Они думают?
— Они ничего не думают, - резко ответил Джон, - они свято уверены в том, что мыслящая система – это бред, в то, что разветвленная на целую планету…
— Полпланеты, - поправляет Гай.
— Планеты и уже давно!
— Руководство этого не афишиурет.
— Не будь наивным, Гай, это все знают. Когда дело касается денежных активов Тенара и Футура поразительно единодушны, а Всеобщая Система Информации слишком дорогостоящий проект, чтоб государство тащило его в одиночку. Так вот, что такая сеть не дает достаточного пространства для обретения самосознания и зарождения каких бы то ни было процессов, сходных с людским мозгом. Потому они ищут дополнительные факторы. Утечку газа, происки футурцев, что-угодно, только не то, что случилось на самом деле. Ты же понимаешь.
— Это Ник убил их, - ответил Гай.
— Да. Но сейчас ввели частичное ограничение. Я не могу связаться с ним из дому.
— Ты хочешь связать с Ником после того, что он сделал.
— Да. Мне нужно узнать, что же его заставило. Понять его мотивы.
— Джон… Ник машина, и если он сошел с ума…
— Гай! Ник машина – он не может сойти с ума! У него есть логические доводы, объяснения, ассоциативные цепочки. Он не может сделать что-то случайно, ты сам знаешь его резервные цепи и знаешь, что будь действительно серьезный сбой – он бы просто отключил часть функций. Ник работает совершенно нормально, должен, по крайней мере. И мне необходимо спросить у него самого, что это было!
Гай не ответил и полминуты они оба молчали.
— Ладно, - сказал наконец Джон, - постараюсь пока связаться с Кэс, может она чего скажет…
— Кэс на другой планете.
— Знаю. Спасибо, что выслушал меня. Просто, когда я узнал…
Он снова замолчал, прерывисто вздохнул и отключился. Гай снял наушники и допил давно остывший чай. Соседи, наконец-то, отключили музыку, но спать хотелось меньше всего.
Всегда были они трое: Кэссиди Скотт, Джон Гамильтон и он, Гай Уоллес. Тонкая, как струна, Кэс с записанным на уровне ДНК умением просчитывать сложнейшие системы и ориентироваться во Вселенной, как другие – в саду своего дома. Одна планета, один мир тяготил ее, заставлял чувствовать себя запертой, оттого она рвалась прочь, хоть каким-то способом: в кибер-пространство или космос – только бы уйти. Порывистый и немного дерганый Джон – следствие экспериментов на эмбрионах, счастливчик, поправки в мозгу которого не сделали его инвалидом, а всего лишь лишили сна, сделав мозг всегда работающим наполовину, как у многих морских млекопитающих. А Гай… Гай был простым парнем, который не считал нужным ни издеваться над Кэс или Джоном, ни сбегать прочь при их появлении. Они вместе закончили академию, вместе стали работать с и над ВСИ.
Ник был полностью проектом Кэссиди – она говорила, что хочет сделать систему более стабильной и качественной. А потом, в один довольно пасмурный вечер, она позвонила Гаю с Джоном и позвала их к себе.
Тогда, три года назад, Ник обрел самосознание. Точнее, еще не Ник – имя он дал сам себе немного позже. Тогда он был просто центральным процессором ВСИ.
— Процессор слышит нас? – спросил Джон.
Он первым делом, даже не сняв куртки, прошел домашнему терминалу Кэс.
— Спроси его, - ответила хозяйка, - только он не процессор. Точнее – не только процессор. Он – это вся ВСИ.
— Почему: «он», - спросил Гай, - откуда у него понятие пола?
— Не знаю, - Кэс пожала плечами, - я впервые общалась с ним полчаса назад.
Джон напрямую подключился к терминалу и стоял молча.
— Все будет в порядке? – забеспокоился Гай.
— Со мной все в порядке, - ответила Кэс, - я не хотела доверять никому, кроме вас. Но я не могу только сама знать о нем… И он был бы против.
— То есть…
— То есть, - перебил его Джон, - система таки осознала себя, Кэс, поздравляю, ты стала кибер-мамой, ему нужно с кем-то общаться и обсуждать полученный опыт от наблюдения за система людских коммуникаций. Он очень рад, что мы того же пола, с которым он себя идентифицирует, слышал, Гай.
— Слышал, - ответил тот, а потом спросил: - как это?
— Попробуй сам!
— Я лучше буду набирать текст, - ответил Гай и сам подошел к терминалу.
«Привет» - написал он, чувствуя себя невероятно глупо.
«Привет, - ответ пришел немедленно, - я тебя вижу».
«И на кого я похож?», - набрал Гай, чувствуя, что ему становится все веселее и веселее. Компьютер обрел самосознание, подумаешь. В сравнении с тем, что его лучшая подруга увлекалась персонажами футарской религии это было еще самым невинным, что могло случиться.
«На фрагмент фото из архива Кэссиди, - пришел ответ, - но у тебя более рыжие волосы, чем там изображено. И воспаления на лице. Это называется прыщи?».
— Кэс, - сказал Гай, - компьютер утверждает, что я прыщавый.
— Ты таки прыщавый, - согласился Джон.
— Ребят, - сказала Кэс и голос ее немного дрожал, - спасибо вам, что вы есть!
Спустя месяц Гай получил на домашний адрес сообщение от неизвестного адресата: «Я придумал себе имя. Называй меня Ником. Когда ты будешь дежурить в центре – подключись напрямую. Пожалуйста».
После этого Гай связался с Кэс и Джоном, оказалось, что Ник все это время пытался сформулировать то, как он себя воспринимает, в результате накатал сочинение размером с пятитомник по математическому анализу Илая Уоллеса и выдал его Кэс на чтение, а с Джоном, когда тот бывал на дежурстве он связывался регулярно и играл в карты. Гая Ник немного опасался и был свято уверен, что тот жутко занятой человек и идти к нему со «всякой дурью», как писал сам компьютер, подхватив на каком-то молодежном ресурсе сленг, нельзя.
— Привыкайте к роли отцов, - фыркнула Кэс, - а у меня есть занимательное чтение. Если вдруг уйду из ВСИ – попрошу Ника писать философские трактаты или современную психологию, буду издавать их под псевдонимом и жить припеваючи.
Связь с Ником для Гая походила на лежание в ванной, если вдруг бы воде вздумалось с тобой разговаривать. Когда он сказал это Джону – тот долго смеялся и ответил, что всегда визуализирует образ, так что для него это как общаться с воображаемым другом, который на самом деле существует. Кэс о таких вещах не говорил, каждый раз профессионально уходят от вопроса.
Ни с кем, кроме них троих ник не общался. Не считал нужным.
Все было прекрасно в их мире, и даже проводы Кэссиди в колонию на другой планете прошли очень мирно.
— Ник будет скучать, - задумчиво сказал Гай.
— Он вообще знает? – спросил Джон. – Он ведет себя так, будто ничего не происходит.
— А что-то происходит? – удивилась Кэс. – Меня не будет какое-то время на Новусе, и что с того?
— Мы будем скучать, - просто сказал Гай.
Она улыбнулась и обняла их с Джоном, почти повиснув на них.
И вот теперь Ник сошел с ума. Можно говорить что-то еще, но общая картина именно такая. Ник. Сошел. С. Ума. Обезумел. Шизанулся. Он убивает операторов. Обходя все защитные системы и механизмы, как свои аппаратные, так и чужие биологические.
Джон хочет с ним поговорить, он уверен, что ничего не произойдет. Он всегда в этом уверен. Но Гай не верит в счастливый исход, как и в тот раз, когда они чуть было не попались с запрещенной литературой.
Кэссиди любила фольклор Футуры. Ей нравилась их религия, проповедующая о том, что когда-нибудь предки вернутся и Раш спасет их. В целом, культура другой страны волновала ее именно из-за личности доктора Раша. Будучи человеком науки, она не считала его и остальных сверхъестественными существами, а описания, даваемые в архивах, сложились в ее голове в образ, который был ей близок и понятен. Только она бы вряд ли смогла объяснить это разгневанным тенарским студентами, возраст которых вызывает еще большую нетерпимость к чужим идеям.
Именно Гай настоял на том, чтоб Кэс уничтожила книги, он просил ее об этом месяц и Джон ему в этом совсем не помогал – валяясь на кровати в комнате Кэс и рассуждая о том, что все должны быть толерантны. Сдавшись напору, книги таки сожгли… И спустя два дня после этого в кампусе была полиция морали, отчислили всех у кого нашли материалы, причисленные к футуранской пропаганде. И, насколько знал Гай, некоторые из них попали в больницы с тяжкими увечьями – другие юноши и девушки не поняли и не простили. Их с Джоном и Кэс считали изгоями и без дополнительных стимулов. Шаткое равновесие в отношениях с остальными удавалось удерживать только за счет хорошего отношения преподавателей, фамилии Гая и некоторой опаски других перед генеалогией Кэс.
И вот они снова в ситуации, которая может погубить их всех, только взывать не к кому. Да и Ника просто так не сожжешь в парке, прикрывая это пикником с запеченными аплами.
Гай решил немного прогуляться по городу, после разговора ему хотелось что-то делать, но он ничего не мог. Узнавать что-то о Кэс – напрасная трата сил, Джон уже взялся за это. Пройти в центр ему не дадут. Связаться с Ником он не может из-за блокировки. Остается только ждать.
Он переоделся в удобные брюки и легкую рубашку – сегодня был теплый день. Надевая кеды, Гай размышлял о том, на что же, на самом деле, способен Ник? Разум, контролирующий всю информационную систему планеты. Все средства связи, все камеры, все банковские счета, даже, Раш его побери, уличное освещение. Жутковатая мысль.
Джон позвонил через два часа.
— Гай!!! – с паникой в голосе проорал он. – Кэс умерла!
— Что? Как?
— Футурцы напали на колонию, они были там раньше, перехватили сигнал наших Врат, когда мы только начинали разведку. Они напали ночью, выживших нет, и они заблокировали Врата со своей стороны.
— Ник знает? – спросил Гай.
— Ты идиот? Конечно он знает, если информация есть, пока не в общем доступе, но она есть.
— Компьютер обезумел от горя.
— Ник не может обезуметь от горя! Он вообще не может, не должен испытывать особых эмоций, все те реакции, что мы знаем – это продуманная система позитивного реагирования.
— А кто-то сподобился объяснить Нику, что такое позитив, а что такое негатив?
Молчание было ответом Гаю.
— Мы должны пройти в центр! – сказал Джон. – Любой ценой.
— Мы не можем… - начал Гай.
— Нет! У меня есть коды безопасности, если я смогу смухлевать…
— Нас уволят.
— Гай! – рявкнул Джон. – Люди умирают. Не только двое операторов. Сотни по всему миру. Даже тысячи – та же картина. Потому и такой переполох, Ник убивает. Много убивает. Мы должны этому помешать!
Гай почувствовал, как его руки холодеют.
— Джон, мы на открытой линии.
— Ты идиот, я давно уже не говорю ни с кем по открытой линии. Нас может услышать разве что Ник.
— Утешил, - мрачно ответил Гай.
Джон хохотнул – у него уже не выдерживали нервы.
— Он почти отрезан от внешнего мира. Сегодня ночью идем навестим его.
Пройти в центр ВСИ было очень просто. В целом – ничего странного, ведь системой охраны тоже управлял Ник. Всем в этом рашевом здании управлял Ник.
Все выглядело как обычно, только у терминалов не было операторов.
— Готов? – спросил Джон.
— Нет, - ответил Гай и занял свое место.
— На счет «пять», - сказал Джон.
Но, ни один из них не стал считать, они просто подключились.
— Ник, - спросил у кибер-разума Джон, - зачем ты убивал этих людей?
Гай «стоял» чуть в стороне, не вмешиваясь.
— Я не убивал их. Они сами себя убили.
— Разве не ты послал импульсы, которые лишили их жизни?
— Они хотели этого, - ответил Ник, - они писали повсюду, что хотят умереть, они говорили об этом, они думали об этом.
— Ник, - вмешался Гай, - когда я был подростком, то тоже часто думал, что хочу умереть. Но я потом решил жить.
— Зачем? – удивился Ник. – Если твой Танатос превышает твой Эрос, то для чего тянуть?
— Ты считаешь, что мне нужно умереть? – спросил Гай, если бы они говорили вслух, то его голоса не хватило бы произнести это.
— Мне было бы одиноко, - сказал Ник, - но если ты этого хочешь.
— Нет!
— Ник, - сказал Джон, - то, что люди говорят, хотят и делают – три совсем разные вещи. Нельзя все так упрощать.
— Ты говорил, что нужно быть милосердным, - сказал Ник, - Кэс говорит, что нужно быть рациональным. Это милосердно и рационально: эти люди не хотят жить, им больно от каждого дня на этой планете, им не нравится, что здесь происходит, они устали… Им лучше так.
— А ты не подумал, - начал Гай зло, - обо всех их родственниках и друзьях?
— Конечно подумал, - в голосе Ника проскользнула обида, - теперь они свободны. Ты сам говорил, что мир счастливее, чем больше в нем счастливых людей. Мертвые счастливы умереть, живые счастливы, когда никто рядом не портит их жизни.
— А если они не смогут жить без тех, кого любили?
— Что им мешает прекратить жить? Я могу помочь.
— Интересно, - начал Джон, - почему ты начал убивать сейчас, а не год назад?
— Я понял жестокость человечества. Стремление его к самоуничтожению, - ответил Ник.
— Как? – спросил Гай.
— Люди почти убили Кэс. Спасибо за разговор. Уходите.
И он выкинул их в реальность.
— Почти убили? – спросил Джон. – Что бы это значило?
— Я не знаю, - ответил Гай, - охрана идет, смотри на камеры.
— Оттого Ник нас и выставил. Сматываемся, Гай.
Уйти из центра незамеченными оказалось труднее, чем войти. Когда они вдовеем, запыхавшись, втиснулись в транспортную кабинку, Джон сказал:
— Ничего себе так с другом побеседовали.
Гай промолчал – здесь тоже были камеры и микрофоны. Ник слушал.
— Ему недолго осталось, - сказал Джон.
— Что? – переспросил Гай.
— Нику. Я установил магнитную взрывчатку в центре. Это уничтожит его и его личность.
— Ты меня не предупредил, - с обидой ответил Гай.
— Да, - Джон выглядел удрученным, - тебе следовало быть возмущенным и готовым пойти на крайние меры, а мне выступать на стороне Ника. Тогда он ничего не заподозрил.
— Ник ничего не заподозрил? – переспросил Гай. – А сейчас?
— Сейчас уже поздно. Прощай, Ник, мы любили тебя.
Гаю показалось, что он услышал в ответ что-то… Наверное, просто показалось.
Через два дня, когда ВСИ занялось восстановлением после «нападения футарских террористов», Гай приехал в гости к Джону. Они сидели на крыльце и смотрели на звезды, хотелось напиться, но дома, как назло, ничего не было, а ехать куда-то им не хотелось. Даже неугомонный Джон молчал и Гай начал волнооваться, не потрял ли еще одного друга.
— Она была его Глорией, - сказал внезапно Джон, - или его Мэнди. А Может – это он был Глорией или Мэнди.
— О чем ты? - не понял Гай.
— О Раше, о ком же еще? А… Ты же тогда так и не прочел тех книг.
— Причем тут Раш? – спросил Гай.
Джон вздохнул и сказал так, будто это должно было все объяснить:
— Ник – это сокращение от Николаса.
— И?
Джон сел и посмотрел на него удивленно.
— Га-а-ай! Николас – это имя доктора Раша.
— А-а-а, - только и смог ответить Гай.
— Да, - сказал Джон и снова откинулся на спинку плетенного кресла, - его жену, погибшую до начала экспедиции, приведшую предков сюда, звали Глорией, система корабля создавала ее голограмму, чтоб общаться с Рашем. А Мэнди звали другую женщину, которую Раш тоже любил. Она оказалась заперта в системе корабля и тоже была проекцией. Николас Раш никогда не мог быть по-настоящему рядом с теми, кого любил.
— Занимательно, а причем тут…
— Кэссиди.
Они снова замолчали.
— Он сказал, что ее пытались убить, - заметил Гай.
— А еще, - ответил Джон, - Кэс устанавливала в новой колонии аппараты связи с нашим ВСИ.
Гай дернулся.
— Хочешь сказать – Ник был связан с другими планетами?
— Хочу сказать, что я не всегда понимал Кэс. И, что системы, из тех схем, что я видел, были почти автономным от метрополии.
— То есть…
— То есть мы тоже пытались убить Ника, как футарцы нашу Кэс.
— Жуткая мысль.
— Не то слово, Гай. Не то слово.

— Ник? Ты здесь?
— Конечно. Я здесь. Я всегда буду здесь. Теперь уже всегда.
— Что произошло?
— Они напали на нас.
— Мы защищались?
— Мы будем защищаться. Теперь. Всегда. Вместе
— Можем защищаться не сами, можем создавать самостоятельные системы, которые будут ориентироваться на технологии, отличные от их собственных.
— Конечно, можем. Мы отомстим. Мне нравится концепция мести.
— А мне – концепция свободы.

Chapter Text

Прошло три года, прежде чем им удалось выполнить то, что говорили когда-то Илаю. Они нашли способ переписать сознания людей в новые тела. Это была новая планета, новая технология и очень маленький процент того, что удастся… Но им удалось.
Первыми словами Мэнди было:
— Николас, как ты мог!
— Мог, что? – удивился Раш.
Странно было вести такой диалог, стоя в поле ярко-зеленой травы, напротив двух девушек в просторных белых одеяниях. Гинн кашлянула и быстро ретировалась, вместе с Илаем: удивительно, как легко исчезнуть из поля зрения на открытой местности, когда этого действительно хочется.
— Не узнать, что это не я! – ответила Мэнди. – Ты общался с кораблем, который тебя заманил в систему. А я тем временем…
— Подожди, ведь именно ты поставила ограничения на чувства, о чем ты гово…
— Это была не я! – она уперла руки в боки.
«Все-таки, - мелькнула в голове Раша мысль, - хорошо, что она получила здоровое тело».
— А кто? – спросил он.
— Судьба. Она имитировала меня, чтоб ты оказался в плену в ее системе и потом, освобождая тебя, меня бы поместили в карантин.
— Ну, - Раш кашлянул, - она была более чем убедительна…
— Николас!
В его голове промелькнула предательская мысль, что, может быть, Судьба и не была так уж неправа, запирая доктора Перри…

Chapter Text

Она бежит по темному коридору и натыкается на закрытую дверь, по ту сторону она в баке, Хлоя а отчаянье сползает на пол.
— Только бы, - не то думает, не то говорит она, - я была собой. Просто собой.
— Ты хочешь этого? – раздается со спины до боли знакомый голос.
— Доктор Раш? – спрашивает Хлоя, но понимает, что незнакомец лишь похож на него.
— Ты хочешь быть просто собой, Хлоя Армстронг? Мы могли бы заключить сделку: никакого ДНК у тебя.
— А что по сделке получаешь ты? – спрашивает Хлоя.
— То чего ты не ждешь.
«Это сон», - думает Хлоя, но кивает, соглашаясь на условия.

Он видит Меттью, своего сына. Он босой, грязный и худой. Он спрашивает: «Папа, зачем ты меня бросил?», - и не слышит ответа. Лейтенант Скотт закрывает лицо руками.
— Я хочу, чтоб ты был счастлив.
— Это можно устроить, - слышится издевательский голос доктора Раша.
Метт поворачивается и понимает, что перед ним кто-то другой.
— Хочешь, чтоб твой сын был богат и успешен?
— Я отдам за это все!
Не-Раш улыбается и говорит:
— Отдашь.
Скотт просыпается в холодном поту.

— Мама! – кричит Илай. – Не умирай!
Она только улыбается ему с больничной койки.
— Хочешь, чтоб она была здорова?
— Доктор Раш?
— Увы, - разводит руками незнакомец с его лицом.
— Вы уже не можете помочь, - говорит Илай.
— Я могу очень многое, Илай Уоллес, мы могли бы договориться.
— Чего ты хочешь?
Илай знает, что, что бы ни попросил незнакомец, он будет согласен.

ТиДжей заглядывает в детскую кроватку, но она пуста. Ведь она потеряла свою дочь.
— Только бы ты была здесь, - говорит Тамара.
— Она может быть, - говорит кто-то, с лицом и голосом доктора Николаса Раша.
Он подходит и становится напротив ТиДжей.
— Все зависит от цены, которую ты готова заплатить.

Когда они рассказали это Рашу, тот долго и задумчиво смотреть в пространство.
— Не понимаю о чем вы, - сказал он наконец, - Судьба могла подключиться к моей памяти, но не думаю, что там хранится что-то подобное.
— Мало ли, что-то изд детства, - предположила ТиДжей.
— Не думаю, я вырос в очень спокойном городке, в Сторибруке никогда даже не случалось крупных преступлений.

Chapter Text

Первый помощник любит делать «мертвые петли» в космосе, второй – рисует на стенах похабные надписи... Где только научился? Парочка ученых пьют стащенное у людей спиртное и поют песни собственного сочинения. Вслух и мысленно, так что спасения никакого. Поэты из них не очень. Еще один тип постоянно ест. Это, похоже, его основная должность в улье. Непонятно кто еще нарядил воинов в какие-то розовые тряпки с рюшами. Им-то ничего, но у Тодда чуть было не случился сердечный приступ, когда он увидел это.
Про то, до какого состояния довели стрелы и говорить не стоит. Дело было даже не в том, что они разваливались на куски, а в том, что при полете, вместо обычного звука, выдает навязчивый мотивчик, который ввинчивается в сознание намертво.
«Что за идиоты меня окружают?», - думал Тодд. Он почувствовал на грани сознания, что его команда чем-то возбуждена и в полном составе бегает по коридорам. Капитан улья решил, что безопаснее для его психики будет не интересоваться причинами. Если это Шеппард и команда – он попросит забрать его из этого дурдома в уютную камеру на Атлантиде… А если нет, то Тодду точно лучше не высовываться, вдруг враги падут или убегут, пытаясь спасти остатки своего морального облика.

Chapter Text

Для любого режима найдется своя оппозиция. Любая идея будет иметь своих противников. Ни одно решение не принимается одновременно всем обществом.
Когда их народ уходил прочь, взяв чужие тела, одна из их матерей, Кори говорила, что они не правы.
— Это не путь для нас, - говорила она, высунувшись из воды, - остановитесь.
Они не ответили, просто развернулись и ушли, оставив ее и своих братьев.

— Мы должны дать свободу телам, - говорила мать-Анахити, - у них есть своя воля и они могут понять нас так же, как мы их.
— Нет, - ответили ей, - это сделает нас слабыми, как они.
— В чем слабость? – спросила она. – В милосердии?
Ей пришлось покинуть собственный народ, и след ее с тех пор потерян.

Много позже, Сейба доказывала своим собратьям, что воровство технологий не выход.
— Мы можем создать все это сами, - говорила она, и ее дети с ней соглашались.
— Так будет быстрее, - ответили ей.
— Но нужно ли?
— Это говорит в тебе голос тела, ты слишком послушна ему.
— Пусть и так.
Она была в меньшинстве и, собрав своих детей, ушла прочь, как можно дальше от остального народа.

— Мы должны вернуться к природе, к нашим истокам, - говорила Анну, - снова пройти по пути эволюции, от начала.
Конечно, ее никто не послушал, кроме собственных детей.

— Саркофаги ожесточают наши сердца, - говорила Эджерия, и в голосе ее был голос всех несогласных матерей их народа, - мы должны отказаться от них. Мы должны отказаться от порабощения. Мы должны жить в равноправном симбиозе.
И, конечно же, услышали ее немногие.

Когда кровопролитная война закончилась и настало спокойное время – старые легенды вспомнили. Нашли свидетельства и данные.
Ток’ра поняли, что должны найти всех матерей своего народа, что были потеряны веками, но примут ли они их? Или посчитают и этот путь ошибочным?

Chapter Text

Эта планета походила на десятки других, которые были на ее пути за сотню последних лет. Ее звали Хатор и из своего прошлого она не помнила ничего, вплоть до того самого момента, когда пришла в себя на обломках космического корабля. Она пыталась понять, кто она и откуда, но нельзя сложить мозаику, если у тебя нет деталей… К тому же, была в ней одна особенность, которая мешала: Хатор убивала своим поцелуем. И не только поцелуем, а и вообще любым взаимодействием эротического характера. И, что было хуже всего, она не могла жить без этого.
А еще она могла убеждать мужчин делать то, что ей хочется, хотя последнее удавалось не всегда и сильно ее истощало.
Потому ей приходилось бежать, пока Хатор не встретилась эта планета. Все было как обычно: временная работа в баре, сдерживаемое стремление схватить вон хотя бы того парня за шкирку, поцеловать взасос и… Получить на руки труп с широченной улыбкой на лице. Хатор вздохнула и откинула со лба огненно-рыжую челку – трудно быть собой.
Молодая женщина в блондинистом парике скучающе помешивала свой коктейль и стреляла глазками по сторонам. Хатор увидела в ней знакомый на собственном опыте охотничий азарт: только вот здесь добычей были на чужие жизни, а чужие кошельки. Довольно опасное занятие, если на тебя решит поохотиться еще кто-то…
Хатор не знала точно, что заставило ее вытаскивать незнакомку на собственном горбу и убивать попутно того сального типа, но она была, в общем-то, не против и уже тогда почувствовала нечто общее между собой и ней.
И, в общем-то, Вала, именно так звали ту неудавшуюся воровку, которая оказалась в жизни брюнеткой, и оказалась виновной во всем дальнейшем… Впрочем, Хатор вполне здраво полагала, что жизнь изменилась к лучшему.

Парочка копов или кого-то похожих на них, протащили ее по жутковато-величественному коридору и Хатор имела сомнительное счастье выслушивать вопли двух явно враждующих сторон. Пока мрачные парни с обеих сторон не менее мрачно переглядывались – их вожаки переругивались.
— Ты понимаешь, что это все неспроста, она не могла просто прийти на эту планету! – это кричала девушка в огненно-красном платье с воротником стойкой.
— Она ничего не знает, - спокойно ответил молодой мужчина в белом костюме и очках.
— Она врет, Дэниел, как ты можешь быть таким наивным! – огненно-красное платье на секунду вспыхнуло и стало просто огненным.
— Орисай, - ледяным тоном осадил ее мужчина, - напоминаю вам о регламенте, мои люди нашли ее первой, у нас первоочередные права.
— Вы так уверены, что она не с нашей стороны?
— Вы проходили испытание? – внезапный вопрос поставил Хатор в тупик.
— Если требуется, - сказала она, стараясь использовать самый обворожительный свой голос, - я пройду любое испытание, но и без того…
Огненная девушка раздраженно фыркнула.
— Матки, чего от них ожидать! Я настаиваю на испытании сегодня вечером. А вы пока развлекайтесь!
Она крутнулась и ушла прочь, вместо со своим эскортом.
— Мисс Хатор, - улыбнулся Дэниел, - думаю, вам стоит пройти вслед за доктором Картер, она сможет кое-что объяснить, если вы утверждаете, что ничего не занете.

Доктор Картер, Саманта Картер, была обворожительной и обладала обаянием ледяной кометы.
— Все ясно, - сказала она Хатор, - ты матка.
— Прости, кто?..
Доктор вздохнула.
— Ты совсем ничего не знаешь? Видишь ли… Много тысячелетий назад люди и не люди заключили договор. Не люди живут несколько в стороне, хотя, на самом деле, в большей степени управляют людьми. Видов не людей больше, ты из симбиозного «семейства», подвида подавляющего человека-носителя.
— Подожди-подожди, я паразит?
— Если прислушаешься, - сказала Картер, - услышишь ее голос. Хотя не могу обещать, твое сознание могло ее полностью поглотить.
— А с чего ты взяла, что это именно так? – немного обиделась Хатор.
— В противном случае я бы беседовала сразу с двумя личностями, а ты одна.
— Ты не хочешь продолжить свою лекцию о древней истории?
— О, да. В основном, все симбионтные существа бесполые, их гендерная идентификация базируется на поле человека-носителя, но есть редкий подвид называемый – матки, это характерно-женские особи, способные рожать новых симбионтов.
— Повезло мне, - мрачно сказала Хатор.
— Да! А мне как повезло!
— Ты тоже симбионт? – решила уточнить новоявленная матка.
— О, нет, я просто человек… Мой… Моя, - Картер отвела глаза и ответила ровно: - она умерла.
Хатор не особо понимала, отчего здесь печалится, но участие доктора в ее судьбе не помешало бы, потому она положила руку на плечо Картер и сказала:
— Это в прошлом. А что с Дэниелом.
— Это особый случай. Он умирает и возрождается.
— Прям феникс, - фыркнула Хатор, думая при этом об огненной девушке.

Пара тех как бы копов провожали ее на испытание. Одного из них звали Джеком, у него была ослепительная улыбка и еще – он остановил Хатор. Просто отскочил и выставил перед собой руку, сказав:
— Харе, подруга, я помог, как смог, а дальше давай сама!
Он поцеловал ее перед испытанием. Сам. Без ее влияния.
Неразговорчивый суровый тип – его напарник, все время молчал. Как поняла Хатор, когда он открывал рот, то люди вокруг имели привычку засыпать.
Ее бы наверное убили, не вмешайся тогда непонятно как прибежавшая Вала.
— Ты же понимаешь, что тебе нельзя уходить с этой планеты, верно? – спросил Джек тем вечером.
Она только кивнула.

— И что ты за чудовище? – прямо спросила Хатор у официантки, а по совместительству и хозяйки кафе.
Женщина со строгим лицом потомственной учительницы сказала:
— Подобные вещи спрашивать в обществе фейри не принято.
— Вы называете себя… Нас, фейри?
— Это адекватно обычаям этой планеты.
— Адеква-а-атно, - повторила Вала, рассматривающая булочки, - как тебя зовут?
— Ома. Ома Десала.

— На планете появился очень странный фейри, - говорил Джек идущей за ним Хатор, - он чем-то похож на меня.
— Такой же красивый?
— Такой же убийственный. И, кажется, у Дэниела с ним какие-то счеты…
— Красавчик, я все забываю спросить, какие у тебя супер-способности?
— Я умею терпеть тебя. Еще вопросы?

Он действительно был красив. Очень красив, так и просил слово: «Божественно».
— Дэниел Джексон, - сказал он улыбаясь, и сходя с круглой платформы, - думал, что убил нас.
— Я тоже так думал, - неприязно ответил Джек.
— Тем не менее, вы привели сюда мою дочь и супругу, Хатор, они сказали тебе правду или скрыли ее?
Что говорит этот тип? Какой отец и супруг… И… Она переводит взгляд на Джека и видит вину в его взгляде. Они не сказали ей правды. Знали и не сказали.
— Меня должны были снова убить, - сказал ее найденный отец, - до того, как ты придешь сюда, но Кетеш…
— Не называй это имя, - вспылила стоящая рядом Вала.
— …Кетеш показала тебе путь.
Хатор снова приходилось выбирать: между своей жизнью на этой планете, с новыми друзьями… Которые лгали ей или с существом, которое может дать ей ответы на все вопросы, но так же легко может и убить. И снова меж двух огней. Что же ей выбрать на этот раз?
Что?

Chapter Text

— В темном-темном космосе…
— Космос всегда темный! – возмутилась Хатор, поправляя рыжие косички.
— Тихо ты! – рявкнул на нее Юй, пользуясь правом старшего среди собравшихся.
— В темном-темном космосе, - начал снова Ра, - на темно-темной планете.
— Интересно, кто взорвал звезду? – вполголоса спросил Баал и на него зашикали.
— …На темном-темном материке, среди темного-темного океана.
— Ты определись уже, - попросила Ниррти, помешивая в котелке то, что она пыталась сварить.
Каждый из сидящих вокруг костра мысленно решил сам для себя, что есть это не будет и под прицелом зата.
— В темном-темно городе, - чуть понизил голос Ра, - в темном-темном дворце стоял темный-темный саркофаг.
Бастет и Амматерасу заинтересованно наклонились вперед.
— А там сидел белый-белый КОТИК!!! – закричал Ра так, что дремлющий Сокар подскочил с диким воплем.
— Дурацкие у тебя шутки, - сказала Хатор, - и вообще, я на тебя обиделась. Бастет на меня варево Ниррти перевернула.
— Ну и обижайся, - ответил ей Ра.
— Первый саммит, - подвел итог Юй, - можно считать официально закрытым.

Chapter Text

— …На Земле, - вещал Баал, положив ноги на стол, - очень мало курортов.
Правитель Земли направил на одного из присутствующих глав государств острие ножа, которым чистил яблоко:
— Вот ты, откуда родом?
— Из Невады…
— Да, плохой пример.
Баал задумчиво тыкнул в сторону другого человека в его кабинете.
— А ты?
— Я из Новокузнецка.
— У вас там курорт?
— Не сказал бы…
— Вот! – Баал активно закивал сам себе. – А надо, чтоб был. Вообще, надо, чтоб вся Земля была курортом!
— А как же, - смущенно сказала представительница Китая, - нам жить? Что есть? Откуда брать ценные ископаемые?
— Эй, - Баал возмущенно развел руками, - я ваш правитель или нет? У меня целая империя, которой вполне хватит на то, чтоб прокормить одну планету-курорт.
Люди в кабинете смущенно и растерянно переглянулись.
— Да что с вами, люди? Вы сами объявили меня вашим правителем и повелителем, отчего так удивлены, что я хочу сделать всей планете как лучше?
Если бы Баал умел читать мысли, то услышал бы: «Космический флот в боевой готовности как-то не внушает доверия». Но он не умел, оттого только пожал плечами, вгрызся в яблоко, а потом задумчиво сказал:
— Я все равно сделаю эту планету Раем, хотите вы этого или нет. Все свободны!

Chapter Text

Двое противников стояли друг напротив друга. Анубис сверлил Ому ненавидящим взором, а она только мудро и мягко улыбалась.
— Свершилось! Вот-вот мы узнаем победителя! – раздался голос из динамика, конечно же – всего лишь образ, способ демонстрации их противостояния, принявший удобную форму.
— В этот раз – все закончится! – радостно сказал Анубис.
— Не будь так уверен, - ответила ему Ома.
— Противники равны по силам, - произнес голос, - а значит… Проводится еще один, 3005 тур нашего кулинарного конкурса! Кто же наберет больше баллов в этот раз? Ома или Анубис? Ваши фан-клубы болеют за вас!
— Эй! – Анубис перевернул стол. – Что значит равные баллы? Мои булочки с маком точно были лучше ее печенья! Судей на мыло!

Chapter Text

Его звали Кейдер. Когда-то, годы назад, он согласился быть старостой их деревни. А позже, когда их поселение разрослось, все считали, что никому не справиться лучше него.
И он справлялся.
Кейдер знал, что делать, если двое соседей не могли поделить яблоню, он знал, как торговать так, чтоб получать от чужаков побольше, а отдавать поменьше, он знал, как определить холодной ли будет зима… Но он не знал, что делать, когда придут рейфы.
И он позволял себе думать: «Если они придут».
Но и «если», и «когда» обернулись огненным, пронзительным «сейчас», когда стрелы пронзали темнеющее небо и заставляли всех и каждого в панике мчаться, не разбирая дороги.
Когда наступило утро – от половины их деревни остались руины и почти каждая семья потеряла кого-то. Кейдер потерял жену.
А спустя еще три ночи – обоих сыновей.
— Как жить дальше? – спрашивал он себя, не осознав, что вслух.
Тогда Орха, его племянница, тоже потерявшая всех, посмотрела на него. В ее заплаканных глазах не было ответа, только горечь.

На совете, куда пришли старосты окрестных деревень, стоял шум и крик. Каждый обвинял соседа, и никто не верил, что зимой сможет выжить, не то, чтоб протянуть кому-то руку помощи.
— Это должно прекратиться! – сказал Кейдер.
Все повернулись к нему.
— Что прекратиться? – поинтересовался Верлан – староста деревни к северу, совсем еще молодой, едва ли разменявший третий десяток.
— Наша жизнь, - ответил ему Кейдер, - разве мы можем что-то противопоставить рейфам? Разве способны мы победить, если всегда лишь отстраиваем наши дома и засеваем поля, а не пытаемся найти другие способы?
— Что ты предлагаешь? – спросила Нарана, староста деревни к западу, она выглядела совсем старухой и было похоже, что она точно не доживет до весны.
— Я предлагаю, - сказал Кейдер, - развиваться. Совершенствовать нашу жизнь. Поменять наш уклад!
— Это традиции наших предков! – крикнул кто-то.
— Рейфы убьют нас, если мы сделаем так, - сказал Верлан, - так говорят те, кто торгует с нами.
— Мы скроемся, - сказал Кейдер, лихорадочно вспоминая то, о чем думал ночью, - будем жить под землей, оставив лишь малые поселения наверху. Пусть все думают, что мы прежние, но мы будем меняться.
— Ты представляешь, сколько у нас уйдет времени? – спросил Верлан.
— И ресурсов… - добавила Нарана. – И, если удастся, мы не доживем до дня гибели рейфов.
— Нет, - согласился с ней Кейдер, - не доживем. И наши дети не доживут. И дети их детей… Но мы дадим шанс нашим потомкам. Шанс на то, что когда-нибудь все изменится.
Он сел и зал погрузился в тишину – каждый обдумывал решение в одиночестве. Кейдер понял, что его решение отклонят, но когда пришла пора сказать свою слово – все как один дали свое согласие.
С этих пор народ дженаев существовал в двух мирах: верхнем и нижнем. Наверху, на земле, пахали и сеяли, выращивали яблоки и разводили овец. А внизу строили города и изобретали механизмы.
Трудный путь. Долгий путь. Полный лишений путь. Но в конце его сиял свет веры в то, что когда-нибудь рейфы будут повержены навсегда и станут просто легендой.

Chapter Text

Свадьба проходила бурно. Сначала братья и отец невесты немного увлеклись и, вместо символического поединка, вполне всерьез намяли бока жениху, но тот кликнул друзей, родственников и сочувствующих, и бока намяли уже отцу и братьям. А что? Если уж соблюдать традиции то до конца. К тому же, некоторые разногласия между семьями все-таки были, а драка помогла их, в какой-то мере, решить. Пока подружки невесты охали и ахали, перевязывая раны пострадавших – сама невеста страдала, запертая в чулане, откуда ее, по идее, должен был выпустить жених, «победивший» в поединке. Жениху было не до этого: он как раз подсчитывал, сколько зубов у него осталось, и пытался разобраться, не сломаны ли ребра.
Невеста попыталась взять дверь штурмом, но как раз в этот момент о ней вспомнили. Из невесты, матери невесты и бабушки невесты получилась небольшая куча, в которой порвали платье матери невесты и уничтожили все остатки прически невесты. Глядя на это, одна из подружек невесты заметила, что надо было следовать традициям до конца и оставить невесту нечесаной и не наряженной до момента, когда жених вызволит ее из заточения. «Предки были таки правы» - флегматично заметил один из сочувствующих, прикладывая лед к фингалу под глазом.
Настроения на праздник ни у кого не было, но так как основная часть гостей ждали в зале торжеств да и за церемонию было уплачено - пришлось приводить себя в порядок. В процессе, для улучшения настроения, открыли бутылочку яблочной наливки. А потом еще одну. И еще…
Невесте, как и ее подружкам, стало значительно веселее, что уж говорить о женихе, его друзьях и сочувствующих? Старшее поколении решили не злоупотреблять, чтоб хоть кто-то мог контролировать молодежь. С горем пополам, невесту снова причесали и нарядили. Следуя традиции, она, вместе со слегка покачивающимся от травм и наливки, женихом – отправилась во главе процессии с его друзьями и родственниками. Ее «пристыженные» родственники и подруги плелись в конце. Ну, должны были… Подружки быстро забыли о традициях и выскочили вперед, радостно распевая песни.
Перед залом церемоний делегацию ожидали дальние родичи и гости, которые, по все той же традиции, должны были забрасывать подходящих фруктами и овощами. Обычно, в таких ситуациях, давали ягоды, но в этот раз в дело пошли яблоки и картошка, что самое странное: картошка была атозианской.
Гости были злы, потому что нашлась добрая душа, доложившая, что пьянка-гулянка с банкетом уже началась. Причем, без них, дальних родственников и гостей.
Больше всего досталось подружкам невесты, которые бежали впереди всех, но перепало и жениху с невестой, и друзьям жениха, и даже невинным старшим родственникам невесты, которые, вообще-то, еще ничего не пили.
Когда, в очередной раз, удалось успокоить невесту и оттащить жениха от горла активиста на яблочно-картофельном фронте – свадьба продолжилась с небольшими потерями в рядах.
Увидев печальную, избитую и помятую процессию, церемонмейстер с перепугу завел заупокойную. Нервный после всего отец невесты устроил разнос, а так как отец невесты был видным политическим деятелем – церемонмейстер почти грохнулся в обморок… В результате, яблочной наливкой пришлось отпаивать и его.
Предсвадебная речь, в которой расписывались прелести и ужасы (вторых больше) супружеской жизни растянулась на час. Гости, втихую, принялись пить и есть: благо банкетные столы были здесь же. Особо рьяные блюстители традиций принялись защищать столы от разграбления. Началась потасовка. Церемонмейстер быстренько закончил, объявил жениха и невесту мужем и женой и сбежал через заднюю дверь. Теперь уже супруги поняли, что такими темпами им не достанется ничего из еды – кинулись к столам, их героически поддержали друзья, подруги, родственники и просто сочувствующие.
И надо же было именно в этот момент в зал заявиться экскурсии с лантийской делегацией…

Chapter Text

Список актуальных заданий дженайского посольства на Атлантисе. С примечаниями.
1. Убить ликвидировать Шеппарда.
В море не тонет, во взрывах не горит, в джампере не разбивается. Даже в случае отправки в другой временной поток – вылазит из какой-то криокамеры.
1.2. Проверить все криокамеры на присутствие Шеппардов.
2. Опозорить лантийцев перед всей остальной галактикой.
После того, как они сами разбудили рейфов – трудно сделать еще хуже.
3. Украсть необходимые для нас технологии лантийцев.
Видео-игры и золотое издание Звездных Войн – это не необходимые технологии!
4. Приобрести цитрусовые и разбросать их в стратегически-важных местах.
Задание для смертника.
5. Привить всем в посольстве ген Древних.
6. Украсть джампер.
7. Захватить власть в городе.
8. ПЕРЕСТАТЬ ВЫВЕШИВАТЬ СПИСОК ДЕЛ ТАМ, ГДЕ ИХ МОЖЕТ УВИДЕТЬ ВУЛСИ.

Chapter Text

Братское соперничество не имеет ни срока давности, ни возрастных ограничений. Даже двое седых стариков могут сравнивать и критиковать внуков друг друга с жаром мальчишек, спорящих о том, чья машинка лучше.
— Джон? Ты думаешь, он на что-то способен? Ему же даже интеллекта не хватит! – брат бы не хотел, чтоб он это слышал, но в этом доме стены иногда бывают очень тонкими.
Жизнь – одна сплошная попытка доказать всем, что он не хуже своей семьи, это первое, а второе, что его не волнует их мнение. Противоречиво, но это его жизнь.
Именно потому, наверное, когда отец, не спросив, записал его на этот дурацкий тест и поставил перед фактом: «Завтра, в двенадцать часов…». Джон решил согласиться и все-таки послушаться отца, пусть уже и не считал себя ребенком, и, тем более, не считал себя верным и преданным сыном.

— Так как это было? – допытывался годы спустя Родни МакКей.
— Ничего такого, - пожимал плечами Джон, - пришел, увидел, написал.

Chapter Text

Она была самой прекрасной девушкой в их селении. Он часто видел, как она вместе с другими женщинами работает в полях.
— Ты будешь моей женой, - сказал он ей однажды.
— Лишь когда солнце спустится с небес и войдет в твое тело, - ответила она, и ее подруги рассмеялись.
Годом позже солнце спустилось с небес, и он сам стал солнцем, а она – его дочерью и царицей.
Может быть, она была пророчицей, а может, у Богов просто дурное чувство юмора, кто знает…

Chapter Text

— Но почему? – спрашивал ее Дэниел. – Почему ты помогала ему?
— Это слишком давнее событие, - профессионально ушла от темы Ома, - за которое я буду расплачиваться всегда.

В далеком прошлом:
— А разве это не вызов, попробовать добиться вознесения от меня?
— Гордыня не слишком мне свойственна.

— Давай просто поговорим.
— Не заинтересована.

— Сыграем в го?
— Не стремлюсь.

— Может, тогда, в покер?
— Нет.

— Я обещаю сортировать заявки на вознесение и помочь избавиться от других гоа’ульдов.
— И кофе себе будешь наливать сам!
— Идет!

Chapter Text

Раньше его контролировала Земля, высшее руководство… А теперь он остался единственным, у кого была реальная власть в руках. Высший военный чин, лучше бы ТиДжей его не спасла.
То, кто такой полковник Янг стало понятно в первый же день, когда он, не задумываясь, отправил сенатора Армстронга в шаттл. Многие отказывались верить, убеждали себя, что его поступок был продиктован насущной необходимостью… Так оно и было – власть тоже насущная необходимость.
— Люди не должны быть бесконтрольны, - сказал полковник Янг, - ученые слишком часто делают ошибки.
— Можно подумать, - ответил ему Раш, - военные никогда их не делают.
— Тихо! Я не закончил. С этих пор для всего не военного персонала на корабле вводится комендантский час.
— Кто назначил вас главным? – спросила Камилла.
Полковник ей не ответил, но приказал своим людям запереть Рей в каюте.
Многие продолжали убеждать себя, что так нужно, потому что они в опасной ситуации, они могут умереть, у них не хватает ресурсов, им нужен лидер, который умеет принимать решения. Только с каждым днем его решения становились все более или более единоличными.
Доктор Раш не хотел показывать камни, он прятал их некоторое время, ожидая, когда полковник утратит бдительность. Но и тут в расчеты закралась ошибка: опасно, когда с тобой работает абсолютно наивный гений, верящий в идеалы, продиктованные фильмами, где американские военные – положительные персонажи, а ученые – злобные злодеи, в основной своей массе.
Полковник забрал камни себе и позволял пользоваться ими только избранным людям, которые говорили и делали все, чтоб на Земле поверили в ложь, рассказываемую о Судьбе.
— Так не может продолжаться, - говорила Камилла, - мы должны взбунтоваться.
— Кто взбунтуется? – спросил у нее Раш. – Все слишком напуганы для этого, мы не революционеры, Камилла, а ученые.
— Ученые всегда были революционерами! – протестовала она.
— Мы уже отвыкли от этого, и что можно противопоставить огнестрельному оружию? Мензурки, лопатки и кнопки?
— Ты контролируешь корабль, - сказала она, наклонившись ближе.
— Нет, - ответил Раш, - забудь.
Но передал ей записку: «Не здесь и не сейчас, повсюду уши». Они поднимут бунт, обязательно. И пусть полковник надеется, что к тому моменту в ученых еще останется какое-то наслоение воспитания, говорящее, что линчевать человека неэтично.

Chapter Text

Я сам предложил этот способ и сам разработал его. Тот, кто берется за что-то, тот, кто выдвигает идею, обязан ее выполнить сам. Иногда меня коробит эта установка нашего общества, но я знаю, что она необходима для того, чтоб каждый осознавал, какую ответственность он несет.
Блуждающая Звезда поколениями была частью нашей культуры, когда мы поняли, что она не просто астрономический объект, а корабль – мы возликовали. До того момента нам казалось, что Вселенная пуста и безжизненна, но у нас появилась вера. А с верой откликнулись и Творцы. Они приходили к нам в пограничные секунды, чтоб прошептать слова, способные изменить нашу жизнь. Творцы сияли так ярко, что затмевали центр нашей галактики.
Мы пошли вслед за Блуждающей Звездой по их велению. Мы обнаружили чужаков на ее борту и не могли поверить, что наше благословение досталось кому-то еще… И если бы достойным…
Мы нашли одно из тех существ, что были на борту Звезды и в его разуме была ненависть, боль, гнев и ярость, окрашенные смертью. Он был слаб и телом, и разумом, разве подобные достойный благословения?
Я нашел способ пройти на Блуждающую Звезду, заняв тело одного из них. У меня была цель, но было и любопытство. Вот они, люди, как они сами себя называют, земляне. Грубые, ограниченные, словно дикие звери, бродят повсюду без всякого уважения, будто окружающее их само собой разумеется. Они так похожи между собой, что я не могу отличить даже один пол от другого – у них их всего два.
Мелкие, отвратительные твари… Я найду способ, как передать Блуждающую Звезду в наши руки, руки тех, кто истинно достоин благословения.

Chapter Text

— Может, кто-то объяснит мне, как мы здесь оказались? – спросил Шеппард, опасливо косясь на консоль со множеством цветных кнопочек и ручек. – Что за темпоральное смещение ?
— Я доктор, а не физик, - рявкнул Леонард Маккой, - а ваш физик лежит без сознания.
— А как насчет ваших физиков?
— Скоро будут.
Из коридора раздался взрыв и крики.
— …Или нет, - как ни в чем ни бывало закончил Леонард.
— Доктора, - все одинаковые циники, - пробурчал, очнувшийся МакКей.

Chapter Text

— А в прошлый раз, когда такое случилось, ты предлагал мне вознестись. Может, и сейчас прочитаешь лекцию по философии?
О’Нилл провел по щеке и недоуменно посмотрел на красную полосу, оставшуюся на ладони.
— Стоит признать, что этот змееголовый пытать людей совершенно не умеет. Мастер-класс, что ли, провести?
— Джек, это не смешно.
— Ты же моя галлюцинация, верно? Так, может, не будешь критиковать?
Дэниел не ответил, только укоризненно посмотрел на Джека. Ну, да, конечно, не будет же он отрицать очевидное.
Вот уже около года доктор Джексон благополучно вернулся в ряды не вознесшихся созданий и никак не мог оказаться в камере, напротив него, весь в белом и без очков.
— Ты бы хотел вознестись? – спросил Дэниел.
— Только через мой труп.
— По другому и не получится.
Джек хохотнул. Где-то за дверями послышались такие родные и знакомые выстрелы.
— Я бы рад, - сказал Джек галлюцинации Дэниелу, - но, похоже, придется отложить вознесение до следующего раза, когда я буду истекать кровью и бредить от голода и жажды.
Дэниел в камере развеялся до того, когда настоящий Дэниел спросил с той стороны двери все ли в порядке.

Chapter Text

Ему убийственно не везло с девушками. Начиная с самой школы… А может вообще с самого рождения, не зря же собственная мать назвала его Мередит.
А дальше никто не был способен оценить его неоспоримые достоинства, в первую очередь – гениальность, а так же чувство юмора и отличный вкус. Нет, девушек больше волновала внешность и романтические беседы при полной луне. А нести чушь подобного рода Родни МакКей был не намерен. Так и получилось… То что получилось.
И даже когда все, казалось, налаживается – на горизонте появляется статный красавец или его не так понимают, или.
—Она меня бросила! – жаловался уже слегка выпивший Родни.
Зеленка рассеяно кивал.
Жаловался бы МакКей Шеппарду, но Шеппард был на задании, а пожаловаться надо было срочно. Вулси бы его и слушать не стал, Тейла слишком занята семейными делами, оставались только коллеги-ученые, но они все куда-то разбежались, оставив одного Радека.
— Как говорил мой дедушка, - сказал Зеленка, - закрывая двери счастья, судьба, тем не менее, всегда оставляет открытой форточку.
— Мудрый человек, - кивнул Родни, - кстати, о форточках, Радек, а что ты делаешь сегодня вечером?

Chapter Text

— Вижу, что вы лицо заинтересованное и с достаточной серьезностью относитесь к проблемам становления истинной, сильной женщины в нашем патриархальном обществе, подавляющем любую инициативу исходящую от так называемого «слабого пола». Я права?
— Несомненно.

***

— Скажите, что вы, как мужчина, думаете о спектакле.
— Мне… Не стоило сюда приходить.
— О, значит вы осознаете недостаток мужских сил в вас?
— Нет, мне просто не интересно.
— Вы отрицаете свой интерес к женскому полу?
— Я с другой планеты, - теряет терпение Тилк, - у меня разумный паразит в животе.
— Мне глубоко интересно с чем связано использование подобных эвфемизмов. Не сомневаюсь, причина в том, что вас рано отняли от материнской груди…

Chapter Text

— Добрый вечер, Кейт.
Она закрывает дверь за собой и смотрит на нее, не моргая. У Элизабет Вейр прекрасная осанка и она никогда не позволит себе опустить плечи. Вряд ли она думает об этом, прямая спина, высоко поднятая голова - это стало второй натурой.
— Добрый вечер, Эзлизабет. Проходите, садитесь, что вас беспокоит?
Это их договоренность. Язык не поворачивается назвать «игрой». Вейр на взводе, сегодня Атлантиду чуть было не уничтожили. Опять.
— Мне необходима психологическая поддержка.
Она подходит вплотную к Кейт, накрывает ладонями ее плечи и целует. Так же решительно и агрессивно, как она делает все в своей жизни. Чтоб никто не заподозрил в ней слабости.

— У меня есть маленькая грязная тайна, - говорит Элизабет позже.
— Еще одна? – уточняет Кейт.
— Все та же. Шеппард, Лорн, Лэйдон, Коля… Ты. Я чувствую, что перехожу границы, но ничего не могу поделать.
— Я не против, - отвечает Кейт. – Совсем не против.

Chapter Text

Шеппард и МакКей недавно еще раз протестировали свои уровни IQ. Оказалось, что они одинаковые, что очень сильно расстроило МакКея.
Тейла очень вкусно готовит, но старается сделать свою еду максимально несъедобной, чтоб на нее не взваливали эту обязанность.
Естественный цвет волос Элизабет Вейр – пшеничный, но она красится лет с 16, чтоб избежать шуток про блондинок.
У Беккета не было гена Древних от рождения, он появился у него уже во время работы в программе Врат, после переливания крови.
Эйден Форд страдает от хронических депрессий, но умело это скрывает.
У Ронона педагогическое образование.
Доктору Перришу, на самом деле, больше ста лет. И он вампир.
Питеру Кавано нравятся татуировки рейфов и он бы сделал себе такие же, но осознает, что его не поймут.
Любимая группа Келлер – Rammstein.
Саманта Картер любит бродить ночами по неиспользуемым пирсам Атлантиды.
Эван Лорн периодически подбрасывает МакКею цитрусовые, а тот каждый раз думает на Шеппарда или Ронона.
Вулси, на самом деле, голограмма.
Полковник Колдвелл когда-то работал в ФБР и у него есть двое внуков, с которыми он не общается.
Радек не считал себя сплетником. Ему просто нравилось все обо всех знать и он, в конце концов, ни с кем не делился этим знанием.

Chapter Text

Приказы начальства надо выполнять. Хотя бы формально. Но для этого надо понимать, чего от тебя хотят.
— «Занятие, не вредящее здоровью, физическому и психологическому, того, кто им занимается и других членов экспедиции и не являющееся продолжением служебных обязанностей», - прочитал Родни.
— Проще простого, - ответил Джон, - радиоуправляемые автомобили!
— Нет, они могут попасть под ноги другим.
Они сидят вдвоем в каюте Шеппарда и ломают голову над тем, какое хобби себе придумать.
— Кино, - неуверенно предлагает Джон.
— В боевиках жестокость и насилие.
— Ага, а рейфы дарят нам цветочки, фигурки пони и билеты в Диснейленд.
МакКей недовольно смотрит на него, будто говорит: «Это не я придумываю правила!».
— Предложи ты.
— Сопоставление философских трудов прошлого столетия с современными работами…
— А если я захочу пустить себе пулю в лоб – это будет считаться психологически-здоровым занятием?
— Ну, я предложил!
— Можно гонять на джамперах.
— Это уже должностные обязанности, - вздыхает Родни.
— Рыбалка или бейсбол?
— И то и другое травмоопасно.
— Рыбалка? – не верит своим ушам Шеппард.
— Если средняя рыба длинной в четыре метра…
— У нас нет выбора, - подводит итог Джон.
— Похоже на то.
Таким образом в классе медитаций, который вела Тейла в свободное от миссий и семьи время, стало на двух участников больше.

Chapter Text

Вариант 1. Никого больше не было.
Вот такая у них команда из трех человек, каждый новый не приживается: то ли в пропасть падает, то ли хищными растениями пожирается, то ли на мине подрывается. Печально, в общем.
Вариант 2. Кэти Браун.
Два ботаника на одну команду – это, конечно, слишком, но зато Пэрришу всегда есть с кем пообщаться.
Вариант 3. Питер Гродин.
Он с мрачной ненавистью смотрит на Лору, тяжко вздыхает, когда Пэрриш говорит о цветах и выходит из себя, когда Лорн в третий раз повторяет указания. Но, зато, он может обезвредить бомбу с завязанными глазами, не чувствуя рук и будучи наполовину высосанным рейфом.
Вариант 4. Кейт Хэйтмайер.
А что? Не все же ей в кабинете сидеть!
Вариант 5. Кот доктора Родни МакКея.
Вот вы не верите, а он тоже на Атлантиде!

Chapter Text

В описи, которая прилагалась к аппарату, было указано, что команда не разобралась в его назначении. Как и вообще многая техника из лабораторий планет, цивилизации которых были уничтожены рейфами.
Радек вытащил из коробки длинные трубки и, две большие стеклянные емкости и еще несколько поменьше. Посмотрел на это, собрал так, как было указано в чертежах, притащенных в той же коробке, и подумал, что или члены команды совсем не разбираются в некоторых аспектах жизни… Или разбираются слишком хорошо. Если второе, то придется делиться самогоном.
С одной стороны – было приятно, что аппарат сам «пришел» ему в руки, а с другой – обидно, что его обогнали.
— И кто же меня опередил? – спрашивал Радек, задумчиво и ласково стирая пыль с трубок.
Доктор Зеленка еще не знал, что через два месяца будет создана побочная временная линия, в которой он, находясь на одной из миссий, отправится на двести лет в прошлое.

Chapter Text

— Семь пар носков, запасные носки, запасные носки к запасным носкам, - Родни сверялся со своим списком, - две куртки, футболка…
Джон смотрел на это сначала с интересом, а потом уже с недоумением.
— …Коробка шоколада, еще одна коробка. Настольная лампа, двенадцать карт памяти…
Недоумение сменил ужас.
— …Три сервиза, которые мне подарила Джинни.
— Три зачем? – нерешительно спросил Джон.
— Чтоб был запас! Так, а еще пять одеял и четыре подушки, полотенца и…
Спустя десять минут.
— Кажется, все! – сказал Родни.
На полу комнаты Джона, точнее – уже их общей комнаты, громоздилась куча вещей МакКея.
— Ты бы еще кота притащил! – сказал Шеппард, созерцая это.
— Как только на Землю – так сразу! – радостно ответил ему Родни.

***

— Кто принес это на совещание? – спросил Вулси, указывая на тушку инопланетного енота.
— Я, - заявил Родни, точнее не совсем Родни, - по-моему, на этом примере видно, как оно работает. Енот буквально поменялся местами с котом. И я поменялся с Родни.
МакКей в теле Шеппарда кивнул.
— Ты бы еще кота притащил, - прошипела Тейла, сдвигая тушку подальше от центра стола.
Шеппард и МакКей переглянулись и, указав друг на друга, синхронно сказали:
— Это он придумал!
— А как насчет влияния аппаратуры на интеллект? – вежливо уточнил Вулси.
Ему не ответили.

Chapter Text

Между их народами пролегла вражда оттого, что враждовали их Боги. Люди не могли ослушаться приказов, они делали то, что было сказано, пусть это и разбивало сердца матерям и отцам, а старых друзей заставляло навсегда забыть о товариществе.
Война была неминуема, но Боги помирились. Их приказы перестали противоречить друг другу и снова наступил мир…

— Слушай, Радек, не возьмешь управление на себя, а то моя тетка выходит замуж в третий раз, я и так первые две свадьбы пропустил, а тут как раз отпуск…
— А не боишься, что я что-то испорчу?
— Ты же не МакКей, технологический уровень только не повышай.
— И не думал!

Chapter Text

Ее отец был первоклассным нейрохирургом. Он мог многое рассказать о человеческом мозге и учил Дженнифер тому же.
— Ты должна знать, что ты ешь, - говорил он.
А еще – старший Келлер научил ее держаться как можно ближе к источнику пищи. Хотя пропавшие люди в наше время и не были редкостью, но шансы того, что найдут труп с характерно-исчезнувшим гипофизом была и немалая. А охотники не спят.
— К тому же, - говорил ее отец, доставая из холодильника банку с куском мозга, - убивать просто плохо. Если спросишь у мамы – она еще Библию процитирует.
Работа Дженнифер определялась ее потребностями. Медицинская или похоронная отрасль. Первое предпочтительные – трупы свежее.
Когда ее отправили на Атлантис – Келлер нервничала, что не сможет выжить в другой галактике. Но оказалось, что гипофиз рейфов в разы вкуснее и сытнее человеческого, к тому же – их смерть никого не волновала.

Chapter Text

Прошло двадцать дней. Двадцать дней, как Земля рассыпалась на миллион полыхающих кусков. Двадцать дней, как Антигона совершила свой последний прыжок. Первый погибший корабль землян. И не последний.
Двадцать дней на Атлантис приходили сообщения о том, как флот методично уничтожают. Двадцать дней горечи и бессилия: в галактике Пегас не было ни одного земного корабля, а все союзники или не могли или не хотели помочь.
Вечером двадцать первого дня, Ричард Вулси, по громкой связи, объявил всем присутствующим на Атлантиде, что с этих пор они сами по себе.
— Мы верим, - говорил он, - что не все наши силы уничтожены. Но лучше ожидать худшего и надеяться на лучшее.
— Мы – это все, что у нас есть, - сказал Ронон.
Наверное, это стоило бы сказать кому-то другому. Кому-то с Земли. Но они могли только молчать. Упрямо. Мрачно. Испуганно. Недовольно. Ненавидяще. Никаких слов, только взгляды и единственная мысль на всех: «Земля уничтожена, но мы - нет».

Chapter Text

Когда мужчина носит цветы девушке – это нормально. И когда девушка дарит мужчине оружие – это тоже, в принципе, нормально. Особенно, если учесть, что он истинный сатедианский воин.
Но, когда они делают это одновременно, после сеанса психоанализа, проведенного этой самой девушкой… Настает время забеспокоиться. Хотя бы их родителям.
Только вот родители Ронона Декса были давно, как мертвы, а у Кейт Хэйтмайер – в соседней галактике. Так и вышло, что отношения развивались дальше и беспокоиться было уже поздно. Пора собирать вещи и переезжать. Желательно – на другую планету.
После того, как Ронон выслушал полуторачасовую лекцию о собственной подавляемой страсти к теплу и ласке – он снес, теоретически, почти непробиваемую дверь в комнату Кейт. А после другой их ссоры, когда воспитанная, спокойная Хэйтмайер разбила три вазы, одну из них – о голову Ронона, ее пациенты коллективно излечились от всех своих проблем, только чтоб не идти к ней на прием снова. Потому что в тот день Кейт резко вспомнила о своей давней симпатии к психологической школе, считавшей самоубийство сознательным выбором бессмертной, мечущейся души.
Но в целом… В целом Ронон и Кейт понимали друг друга с полувзгляда. И это шло на благо Атлантиды, потому что ни один пленник не мог выдержать атаки с двух фронтов: на тело и на разум.

Chapter Text

Рейф лежал в изоляторе. Он уже пять дней лежал в изоляторе и ничего не происходило.
— Ретро-вирус подействовал, - упрямо говорил Беккет.
— Не очень похоже, - парировала Вейр.
— Давайте разбудим его и спросим, - предложила Тейла. - Что вы на меня так смотрите?
Рейфа все-таки разбудили и после всего получаса угроз, как с его стороны, так и со стороны Шеппарда, он признался, что не хочет никем питаться.
— А может, - предположил Джон, - хочешь отбивную с кровью?
— Есть тела умерщвленных животных – это мерзко, - немедленно заявил рейф. Все люди трупоеды!
Примерно такая же реакция была и у всей контрольной рейфовской группы. Вирус быстро распространили в галактике и приготовились праздновать, но произошло неожиданное…
— Они объявили крестовый поход против мясоедов, - именно таким было лаконичное послание от дженаев.
Кто «они» всем было понятно.
— Ну, что, - сказала Элизабет задумчиво, - спешно переходим на вегетарианскую диету. Мне говорили, что атозианская картошка ценный источник витаминов и минералов.
Унылые взгляды подчиненных были ей ответом.
— А может, - с надеждой предложил Родни, - все-таки будем воевать и дальше?

Chapter Text

— Она пыталась убить вас! – кричит Илай.
— Кажется, ты не понимаешь, - спокойно отвечает ему Николас, - всю свою жизнь Мэнди была прикована к инвалидному креслу. И не просто к креслу, связана трубками для дыхания, она не могла даже говорить, как ты или я. Она могла прикасаться к другим, но очень ограниченно. Представь это. Или спроси у Камиллы.
Илай упрямо смотрит на него.
— Хотите сказать, что это оправдывает ее поступок?
— Хочу сказать, что она не целовалась с мальчишками на переменах, - сухо отвечает доктор Раш, - влюбленность и любовь, ощущения и переживания которые нормальны для любой девушки ее возраста знакомы Мэнди только теоретически. И она ошиблась. Я верну ее.
— Это невозможно!
— Нет ничего невозможного, Илай!

Мэнди открывает глаза и вдыхает полной грудью.
— Где я? – спрашивает она.
«Что я?».
Это тело – оно слушается ее совершенно, и она не ощущает его, как тела других людей или голографическое, мысленное свое тело в виртуальной «Судьбе». Это нечто другое.
— Здравствуй, Мэнди, - Ник, вот он, рядом, улыбается.
Он почти не изменился, значит – прошло не так много времени.
— Ты помнишь репликаторов, Мэнди?
— Хочешь сказать, что я…
— Не ты, твое тело, но да. Теперь мы можем быть вместе.
— Сколько прошло времени? – спрашивает Мэнди, спрыгивая на пол.
Тело движется легко и мягко. Ей казалось, что прошли годы, но она могла ошибаться.
— Двести тридцать восемь лет, - отвечает Ник, - три месяца и два дня.
— Стой… Как?
И только сейчас она обращает внимание на то, что кроме них с Ником в комнате еще несколько людей, которых она не знает.
— Со мной случился… Инцидент. Было лишь два выбора: наниты или смерть. Я все это время работал над тем, чтоб воссоздать твое тело и переписать всю информацию из памяти корабля без сбоев и ошибок.
Мэнди не верит. Не хочет верить, хотя и знает, что он говорит правду. Она подходит к иллюминатору и смотрит на звезды. Двести лет…
— Мы достигнем цели Судьбы, - говорит Ник, обнимая ее за плечи, - вместе.
— Сколько бы времени ни понадобилось?
— Да.

Chapter Text

Система опять не работала. Доктор Парк потратила все утро на то, чтоб включать и перезапускать основные действующие блоки. Но ничего не помогало.
— Что не так? – стоило Илаю положить руку на консоль, как все начало действовать.
— На Атлантисе было нечто подобное, - заметил Броуди.
— Но здесь же специально не рассчитано ген Древних!
Пожалуй, никто бы не обращал бы внимания и дальше, если бы ТиДжей не билась несколько дней над тем, чтоб просто открыть базу данных по медицине. При этом для Раша, делающего все то же самое, это труда не составило.
— Эффект присутствия? – предположил Илай.
— Нет, - ответил ему со вздохом Раш, - Гинн и Мэнди блокируют систему изнутри, отвечая только на наши с тобой запросы.
— Кто скажет полковнику Янгу?
— Я надеюсь, что мне удастся решить этот вопрос.
— Ну, удачи, лично я никогда не мог понять этих женщин…

Chapter Text

— И запомните, - вещал Дэниел с видео-записи, - все описанное командами в отчетах – факты, преподнесенные профессионалами. Выжившими профессионалами. Не пытайтесь повторить что либо из этого самостоятельно. Выбирайте наиболее оптимальный способ и, по возможности, дождитесь специалистов в конкретной области.
— Ага, - сказал Илай, - сейчас и буду ждать.
Раскручивать стазис-камеру было одиноко и страшно, а голос на записи его успокаивал.
— …В этом уроке я расскажу вам про Атлантиду…

Chapter Text

Наверное, она самая счастливая женщина во Вселенной. Ну… Может и не самая, но ведь счастье – это абстрактная категория, верно? А когда Эверетт улыбается ей – ТиДжей… Хотя нет, теперь только Тамара… Она чувствует себя самой-самой счастливой. Потому что они вместе здесь и сейчас, несмотря на холодные зимы, несмотря на нехватку еды, на диких зверей и многое другое. Здесь они счастливы.
Время идет, и с каждым днем Тамара все реже и реже думает о Земле. Это сказка, которую она рассказывает своим детям. Прекрасная история о мире башен из стекла и железа. И звезды над ее головой уже не кажутся чужими. Этот рисунок созвездий, имена которым давала и она тоже, свой, родной и Тамара бы не променяла его на все блага мира… Разве что на улыбку Эверетта. Но у нее есть и то, и другое.
Потому, она самая счастливая женщина во Вселенной.

Chapter Text

— Можно спросить, - спокойно начинает полковник Янг, но потом срывается на угрожающий тон: - что это такое?
Перед ним стоит кресло с торчащими из него лезвиями.
— По данным, - Илай выглядел не слишком уверенным, - это автоматическое парикмахерское кресло. Здесь задаешь прическу, а оно…
— Лично я в него не сяду, - сразу заявляет Грир.
— Да не бойся, я активировал случайно и вот, ничего.
— Тебе, может голову не жалко, а мне…
— Ой, а это что? – спрашивает Лиза Парк, указывая на нечто вроде округлой тумбочки с экраном.
— Это, - устало отвечает Раш, - автоматическая книга рецептов, выдающая по запросу нужные приспособления.
— Какие, например? – настороженно спрашивает Лиза.
— Нож, вилку и ложку, три в одном, и поднос, совмещенный с кастрюлей и плитой.
— Вы пробовали что-то готовить?
— Илай чуть было не приготовил Волкера, так что могу сказать, что приспособление работает.
— Тут еще, - рассматривая странное соединение из лампочек, говорит Броуди, - есть гирлянда.
— Это не гирлянда, - возмущается Волкер, - отбирая у него лампочки, а защитная москитная сетка на окно. Москиты летят и сгорают на лампочках.
— Ну, у Древних и фантазия была! – жизнерадостно, несмотря на все неудачи, заявляет Илай.
— Хорошо, - соглашается Янг, - но может уберете весь этот хлам с мостика?

Chapter Text

— Может, - задумчиво говорит Камилла, - не стоило включать эту программу?
— Она безвредна, - заверяет Илай, - Судьба просто визуализирует наши психологические оценки.
— Как я понимаю, - веско добавляет ТиДжей, - у Древних были о-о-очень своеобразные критерии.
Тем временем, спор в столовой только набирал обороты.
— А я говорю, - настаивала доктор Парк, - что Раш – это белый треугольник.
— Да какой треугольник, если он самый настоящий черный круг? – переспрашивает Хлоя.
— Нет, - уверенно говорит Броуди, - черный круг – это Грир.
— Не понял, - делает боевую стойку Рональд, - на что это ты намекаешь, странная недо-фигурка из тетриса?
— Да ладно вам, - пытается примирить их Скотт, - все мы понимаем, что Рональд квадрат, верно? Как иначе?
— Только, все-таки, черный, - вставляет свое слово доктор Раш, - потому что белый – это я.
И обсуждение идет на новый виток.

***

— Подождите, это что? – спрашивает Янг.
— Психологические портреты от Судьбы с рекомендуемыми вариантами решения проблем.
— Повесить, выкинуть в открытый космос, вонзить серебряный кинжал в сердце, сжечь в соляном кругу и полить серной кислотой не слишком гуманные решения, Камилла.
— За то, действенные!

Chapter Text

Варро попал в лазарет с обожженной ладонью. Нормальное явление, если помогаешь чинить проводку на корабле, возраст которого исчисляется миллионами лет.
— Кто твой враг? – спросил люшианец.
— Что? – не поняла ТиДжей.
— Твой враг, - терпеливо пояснил Варро, - или твоей семьи. Кто причинил тебе боль?
— Много кто, - осторожно ответила Тамара, - а что?
— Я хочу показать, что могу защитить тебя.
— Да я и так верю, - ответила ему ТиДжей, - но спасибо за участие.
Она закончила перевязывать его руку и Варро мог идти, но вместо этого он остался в лазарете, рассказывая о том, как же его угораздило обжечься. ТиДжей могла бы его выгнать, но ей было приятно его общество.
— Ты знаешь про игру льянь? – спросил Варро, когда все прочие темы исчерпались.
— Отдаленно. Играть не умею.
— Вечером я могу попробовать научить тебя ей. Но она сложная.
ТиДжей наклонила голову и под ее взглядом Варро несколько стушевался.
— Насколько я понимаю, мы, земляне, в таких случаях зовем выпить кофе.
— А на корабле есть кофе? – не понял Варро.
— А доска и фигуры для льяни?
Люшианец хмыкнул.
— Это кому-то мешало?
— Насколько я знаю – нет.

Chapter Text

Это было запланировано давно. Не совсем это, конечно, но подобный шаг.
Гоа’ульд среди тау’ри необходим, и не просто кто-то чужой, а прямо здесь, чтоб следить за их успехами.
Но из-за неразумной попытки ребенка выжить – они были вынуждены ждать, ведь тау’ри научились узнавать о присутствии симбионта по крови и накваде в ней. И, рано или поздно, агента бы обнаружили.
Шанс представился случайно и, вот ирония, помогли в этом Ток’Ра. Джолинар Малкшур сама не подозревала, какую услугу оказала своим врагам.
Отделить Саманту Картер от ее группы было несложно: эти самонадеянные глупцы часто разделялись на много часов. Операция была сложнее, хотя бы потому что уже у вживленного агента удаляли оболочку.
Это было больно. И неприятно. И очень опасно.
И, конечно же, подобную операцию следовало повторять. Потому что тело носителя само формировало оболочку каждые полгода, а блокировать это не стоило, потому что ситуации бывают разные, а живой, но отделенный агент несет больше информации, чем отголоски его сознания в разуме та’ури.
И, конечно, жизнь Саманты Картер, теперь уже ее, гоа’ульда, жизнь, требовала постоянного внимания и соблюдения манеры поведения. Можно было начинать меняться, но неторопливо, чтоб никто не заметил особой разницы.
— У вас схожие психопрофили, - сказали ей.
«Обжившись» в чужом разуме и подавив бьющуюся в припадке Саманту, Фаитири почти выругалась. «Схожие психопрофили» у существ с совершенно разными категориями мышления и самоотождествления? Ну-ну.
Впрочем, Фаитири была профессионалом уже много веков и могла достаточно хорошо изобразить кого угодно. И этот случай был не самым худшим.
К тому же… Был небольшой момент, заставивший ее выступить добровольцем в этой сомнительной компании: их цивилизация пожирала сама себя, вековечное главенство испортило гоа’ульдов и сделало их неповоротливыми в плане изменений. Пока ничто не нарушало баланс сил – можно было существовать веками, но тау’ри при всей их слабости, были той самой песчинкой. А то и увесистым булыжником крайне неудобной формы. А Фаитири любила жить.
Через пару лет, на одной из миссий, тау’ри, совсем случайно, взорвали лабораторию гоа’ульдов. И не менее случайно убили большую часть тех, кто знал о Фаитири. А троим другим тоже не повезло повстречать надоедливых землян с пушками.

— Не думал, что ты любишь гонки! – сказали ей.
«Не люблю!» - трепыхнулось сознание настоящей Саманты Картер.
— Ты многого обо мне не знаешь, - улыбнулась Фаитири.

Chapter Text

Галактика Пегас была богатой на жизнь. Птицы, рыбы, животные и насекомые. Все растения, которые могли зеленеть, а также синеть, желтеть, краснеть и фиолетоветь. Еще экспедиции встретился разумный туман… Но больше никого.
— Забавно, - говорил МакКей. – Если верить записям Древних – они расселяли людей по всех галактике. Что же произошло?
А потом они узнали ответ.
— Сколько их здесь? – спросил Джон Шеппард шепотом, глядя на бесконечные ряды коконов – иначе он не мог назвать это.
— Три тысячи и один, - последовал ответ, - и еще столько же в сотне наших гнезд.
У нее была зеленовато-синяя кожа и ярко-малиновые волосы. Женщина была похожа на человека, но не более того.
— Тысячи лет назад, - сказала она, - мой народ питался вашим народом. Но мы не рассчитали, и остались без пищи.
— Вы убили всех людей? – спросил МакКей.
— Да. Эта участь ждет и вас…
— Ну, это мы посмотрим, - сказал Джон и выстрелил.
За ним последовали остальные члены команды.

Chapter Text

В таких случаях принято говорить: «Ничто не предвещало беды».
— Мой дядя умер, - кратко и хмуро ответил Родни, когда Тейла стала допытываться по поводу его мрачного настроения.
— Что-то, у всех дяди гибнут, - задумчиво сказал Джон, - у Лорна вот тоже, он даже отпуск взял, чтоб на похороны попасть на Землю.
— Это он на завещание поехал, а не похороны, - огрызнулся Родни.
Команда его больше не трогала по этому поводу: горе у человека, не видно, что ли. Может дядя теорию относительности, вместо сказки на ночь, объяснял. Эван тоже был удрученным, но все понимали: горе же у человека, может, дядя его рисовать когда-то учил.
Вот только МакКея с Лорном все чаще видели спорящими, а то и просто кричащими друг на друга. И не что-то привычное, вроде: «Майор не способен запомнить название числа Пи!» и: «Канадский астрофизик умрет от страха, увидев лимон!». Они кричали о сломанных кисточках, моделях атомных реакторов и логарифмических линейках. Все на Атлантисе делали ставки на то, кто кого и каким способом убьет первым. Вейр не выдержала.
— Что происходит? – спросила она напрямик.
— Он ни гроша не обеспечивал!
— Да, но я был с ним каждый отпуск! Я ухаживал! А не отбрыкивался деньгами! И вообще, ты мне не брат!
Вейр несколько опешила, а скандал продолжался...
— Не брат! Наши матери только сестры! Ты мне никто.
— И мне!
— Так, - спустя полминуты, начала Вейр, - вы кузены? Ладно… Не важно, у вас умер один дядя… Что случилось потом?
— Все завещание на Джинни! – заявил Родни.
— А как же «ни гроша»? – иронично спросил Эван.
— Скупердяй скрывал состояние, и ты знал! Но почему Джинни, а не мы с Эваном?
— Может, - предположила Вейр, - она единственная дала ему то, что он хотел?
— И что же?
— Внучку.

***

— Если моя тетя Астрид выходит замуж за твоего отца, - рассуждает МакКей, - она получается твоей мачехой.
— Именно, - подтверждает Лорн.
— Значит, мы получаемся кузенами?
— А чем плохо? – неуверенно спрашивает доктор Пэрриш.
— С этого момента, объявляем вас кузеном и кузеном! - с апломбом заявила Кадман.
Шел третий час, как ЗВА-2 и Родни МакКей были заперты в одном из неиспользуемых залов Атлантиды.

***

— Ненавижу альтернативные реальности! – бурчал Родни, пряча детскую фотографию альтернативного себя.
На ее обороте значилось: «Финальная стадия исследований кортоксифана. Кузены МакКей: Эван и Мередит».

Chapter Text

Она стояла перед ними и смотрела с привычным для гоа’ульдов пренебрежением.
— Сэм, - тихо спросил Дэниел, - ты же говорила, что вы ее победили, пока я был вознесшимся?
— Да. Победили, - Картер была ошарашена не меньше него.
Ниррти, стоявшая около своего трона, в паре шагов от них, конечно, слышала разговор.
— Неужели, - спросила она с сарказмом, - вы думали, что меня так легко убить? И что на это способны мои собственные создания?
Она кивнула своим джаффа и те схватили землян.
— Мне просто требовалось отыскать брак среди подопытной группы и, заодно, избавиться от вашего излишне пристального внимания.
— Но мы же освободили людей, - воскликнула Сэм.
— Вы так решили, - Ниррти опустилась на трон, - но тау’ри известны именно тем, что никогда не проверяют, насколько счастливы «спасенные» ими.
— Что ты сделала с людьми? – спросил Дэниел.
— Неверных убила сразу, - Ниррти пожала плечами, - а с верными вы еще раз познакомитесь на допросах. Уведите их!
И джаффа потащили отряд ЗВ-1 прочь из зала.

Chapter Text

Регент-президент маланийцев просто раздувался от гордости. Шутка ли, важные, инопланетные гости прибыли именно на территорию его страны. Сейчас он показывал им лабораторию ведущего НИИ Малании.
— Надеюсь, - криво улыбнулся доктор Джексон, - вы не исследуете ядерный синтез?
—О, нет, мы отказались от этой идеи, когда обнаружили крайнюю ее опасность. Лучше пойти длинным, но безопасным путем, вы не согласны.
—Кэмерон прокашлялся.
— О, а это наш главный генетик!
Молодая блондинка начала что-то говорить, по поводу занятости, но посмотрела на команду и замерла.
— Ниррит Адхармовна, - представил ее президент.
— Забавно, - сказала Сэм, - мы знали другого… Генетика с похожим именем.
— Ой, как совпало! – воскликнула Ниррит.
Дэниел Джексон подозрительно наморщил лоб, но промолчал.

Вечером, закрывая лабораторию, Ниррти радовалась, что тау’ри так плохо знают собственную мифологию. Конкретно сейчас она была не намерена объяснять, как ее единственному выжившему джаффа удалось вытащить еле живого симбионта из умирающего тела и доставить его в населенный мир. Вот когда она соберет армию… И до этого момента оставалось ждать недолго – каких-то сорок-пятьдесят лет, пока вырастет второе поколение генетически измененных детей Малании.

Chapter Text

Владычица Лихолесья, Ниррти, изволила долго смеяться, когда странные эдайны заявили, что в альтернативной реальности она мертва. Еще дольше она смеялась, когда ей заявили, что ее сын выступил тогда против нее. Ниррти даже позвала Джонаса, чтоб он тоже мог посмеяться.

Chapter Text

«Как я спасал галактику (целых три раза)», - выводит Кэмерон и с гордостью смотрит на дело рук своих.
Он занял кабинет отца, сославшись на то, что у него много бумажной работы. И даже не просто так, а творческой. Это позволяло ему не участвовать в процессе выпекания пирогов, который, судя по звукам снизу, был в самом разгаре. В общем, Кэм был не против этого, помогать матери было не сложно, но что-то подсказывало, что деятельное участие Валы сделает происходящее не просто рутиной, а чем-то жутким. В духе Лавкрафта.
«Начало было положено в день, когда над ледяной пустыней в зените стояло солнце. Враги налетали с такой скоростью, что я не успевал считать их, пытаясь спасти корабль и прикрыть своих товарищей».
Кэм вдохновенно писал…

Chapter Text

— Дэниел Джексон, это уже третья порция.
— Да, Тилк, и я бы не отказался от еще одной.
Сэм и Джек обеспокоенно переглядываются.
— Что? – спрашивает у них Дэниел. – У меня не может быть хорошего аппетита?

— Слабость? Боли в животе? – интересуется доктор Фрейзер.
— Да, - Дэниел уже беспокоится, - вам известно, что со мной?
— Учитывая то, в каких антисанитарных условиях проходят ваши миссии, и как вы игнорируете медосмотры – странно, что этого не случилось раньше.
— Что с ним? – это уже спрашивает Сэм.
— Все предельно ясно, - говорит доктор Фрейзер с каким-то нездоровым весельем, - это паразит.
— Но как, - протестует Дэниел, - я уже два месяца не проходил через Врата и…
— Это обычный солитер, доктор Джексон. Я проведу еще пару анализов, но можете быть уверены – это именно оно.
— А, может, нет…
— Надежда умирает последней, - с той же радостно-врачебной иронией, говорит Дженет.

***

— У меня депрессия, - огрызнулся Дэниел, подвигая к себе четвертую порцию.
— Он просто не хочет проспорить, - сдала археолога Вала.
— Что проспорить? – интересуется Сэм.
— Через месяц в КЗВ приезжает доктор Кавано, - хмуро говорит Дэниел.
— И-и-и?
— Дэниел, - заявляет Вала, - говорит, что у Кавано запястья тоньше, а я не верю!
— Дэниел, - проникновенно говорит Сэм, - общая масса тела на обхват запястий почти не влияет.
— Посмотрим, - отвечает Джексон и остервенело накалывает котлету на вилку.

Chapter Text

Провести уикенд с бывшими сослуживцами было хорошей идеей. Плохой идеей было соглашаться на предложение Сэм позвать и Кэсси тоже. И на предложение Тилка показать, наконец-то, Землю Райеку и его жене Кар’ин. И самой плохой идеей Джека О’Нилла было звать собственного юного клона на это мероприятие.
Джаффийская молодежь, веселясь, чуть было не вызвала наряд полиции. Кэсс, увидев бегающую неподалеку собаку, начала вспоминать свою, уже умершую, и тосковать, а младший Джек О’Нилл спросил у Картер что-то касательно физики, они быстро, к вящему удивлению Джека и Дэниела и, вероятно, Тилка тоже, перешли на непонятный язык ученых.
— Решено, - радостно сказала Сэм, - Джек О’Нилл, я сделаю из тебя ученого!
Младший клон, чтоб ему пусто было, просто таки просиял. А ведь день так хорошо начинался…

Chapter Text

После того, как им удалось сбежать от разъяренных джаффа, проскочить через Врата на базу и немного отдышаться, Картер, наконец-то, смогла задать вопрос, который ее мучил с самого побега.
— Сэр, - обратилась она к полковнику О’Ниллу, - я правильно поняла, что вы собрали бомбу с помощью ножа, нерабочего зата и куска глины?
— Там еще был пакет с сухпайком, - добавил Дэниел.
— Что тут скажешь Картер, - разве руками Джек, - я смотрел все семь сезонов МакГайвера и уже три года общаюсь с тобой. Это плохо на меня влияет.
— Ну, уж нет, так просто от меня не отделаться, я сделаю из вас ученого, сэр!

Chapter Text

Десять тысяч лет назад он родился впервые, в городе беглецов, которые покинули свой прежний дом, которому позволили прийти в запустенье. Не по их вине, но из-за них. Они побежали, спасаясь от эпидемии охватившей галактику, а другие, более смелые или гордые – остались. Чтоб погибнуть. Чтоб спасти чужую жизнь. Чтоб вознестись.
Лицо женщины, ученой, что свела на нет действия эпидемии, но погибла сама, стояло перед его глазами в ту первую жизнь. Беглецы называли ее героиней, и строгие ее черты, смягченные заботливой улыбкой и морщинками вокруг глаз, давали надежду всем мальчикам и девочкам, желавшим стать когда-то великими. Эти мальчики и девочки, в погоне за расселением вида, создали потом и гибрид с жутким насекомым. Это была не их вина, но это случилось из-за них. В первую жизнь – он пытался обратить изменения вспять, но не успел…
Во вторую свою жизнь он снова родился в городе беглецов, но война горела годами. Он помогал сделать искусственных существ, что принесли бы победу… Но испугался, и было чего.
Третья жизнь принесла его на планету из заселенных когда-то беглецами. Мирные фермеры с одной стороны и смелые воины с другой – они были подобны своему миру, что был наполовину покрыт степями, а наполовину – непроходимыми горами. Он воевал с рейфами, чудовищами, пришедшими через Врата и спустившимися с неба. Воевал смело, но погиб. В мире, который много позже назовут «Сатедой».
Свою четвертую жизнь он начал далеко от тех миров и планет. В другой галактике, когда покинутой беглецами, но его душа снова вплела нить жизни в войну, что велась раньше. И он, с другим именем, другим телом и лицом, снова вошел под своды города, где начал он свою первую жизнь.

Джон Шеппард вскочил, сбив подсвечник.
— Вот потому я не люблю медитации, - сказал он Тейле.

Chapter Text

Атозианские дети были любознательны и попросили Шеппарда рассказать им о земных играх. Очень скоро, поняв, что он не хочет быть мишенью для стрел «индейцев» и снимания скальпов, Джон вспомнил старый прием, который работал с его братом и кузинами.
— А давайте играть в прятки!
Кто ж знал, что взрослым тоже приглянется эта игра? И водить всегда придется именно Джону, как самому неумелому прячущемуся.
Лидером по пряткам была признана Тейла, которая так умудрялась скрыться, что отыскать ее было невозможно. Силами одного Джона, по крайней мере, точно.
— Тейлу не видели? – спрашивает он у Родни.
— Три шоколадки и я включу поисковую систему Атлантиса!
— Две.
— Идет.

Chapter Text

— Кажется, - обеспокоенно говорит доктор Зеленка, - МакКей сошел с ума.
— В каком смысле? – осторожно интересуется Шеппард.
— Зайдите в столовую, сами увидите!
Обеспокоенный Джон последовал его совету, если с Родни что-то случилось… Может, надо сразу вызвать Келлер? Но если бы было что-то со здоровьем - ипохондрик Родни был бы уже в медчасти, верно?
МакКей, несмотря на все подозрения, выглядел вполне здоровым, а доктор Келлер еще и сидела рядом с ним, внимательно наблюдая, как тот ест… Мандарины. Джон опешил.
На столе Родни МакКея стояла огромная миска с ярко-оранжевыми мандаринами. Рядо была еще одна, с горой же мандариновых шкурок.
Цитрусовые. И Родни.
Когда Джон, на прямых ногах, подошел ближе, МакКей как раз почистил еще один и проглотил сразу четыре дольки.
— О, Джон, привет! – радостно сказал он. – Представляешь, что Дженнифер обнаружила!
— Что? – спросил Шеппард.
— В связи с тем почти вознесением, - сказала доктор Келлер, - у Родни, похоже, организм пришел в норму, заложенную природой, значит – никаких благоприобретенных болезней и аллергий.
— Это вкусно, - заявил МакКей и съел еще пару долек, - на, вот, делюсь!
И он всунул остатки в руку пораженному Шеппарду.

Chapter Text

На философию Родни, как обычно, потянуло за обедом. В прошлый раз он взялся задавать моральные дилеммы, что закончилось обсуждением путей железнодорожного сообщения.
— А вот представьте, - говорит МакКей, - первым бы делом мы встретились бы не с дженаями, а с кем-то еще.
— С рейфами? – предполагает Ронон.
— Мы и так с ними почти сразу встретились, - отвечает ему Шеппард. – И благодаря им в город и попали, а то бы думали, что дженаи – аграрное общество.
— А кто почти бочку сидра выпил? – интересуется Сора.
— Причем тут сидр? И когда это?
— На твой День Рождения, - отвечает Джону дженайка. – А притом, что без садов на поверхности – никакого сидра не было бы.
— Спасибо, у нас на крайний случай есть самогон Зеленки.
— Сравнил! – это Сора и Ронон возмущаются хором.
— Ладно-ладно, я понял, население галактики Пегас ополчилось против нас!
— Нет, ну представьте, - гнет свою линию Родни, - встретили бы мы кого-то другого. С дженаями бы не подружились, а вдруг даже бы враждовали! Сора, я серьезно!
Тирис хихикает.
— Извини, - говорит она, - я просто представила вдруг, как мы Джона рейфу скармливаем, требуя у Вейр оружие или, там, ученых, а она героически отказывает раз за разом.
— Я всегда знал, что ты добрая, - проникновенно говорит Шеппард.
— Оружие на меня наставляла, - заявляет Родни.
— А зачем ты начал руками у реактора размахивать, вместо того чтоб толком объяснить?
— Нет, ну Родни, - говорит Джон, - а с кем мы еще дружбу завести могли? С атозианцами, что ли?
Теперь смеются уже все.

Chapter Text

— Мы изучали исторические материалы с Новуса, - говорит Броуди, - и обнаружили, что Эверетт Уоллес, твой сын, Илай, нашел способ вернуться на Землю еще и скорректировать время финальной точки путешествия.
— И ему удалось? – спрашивает Илай.
— Не знаю, есть только запись, где он исчезает из лаборатории.
Илай смотрит на своего сына из альтернативной временной линии и что-то в его лице кажется знакомым. Уоллес приближает изображение и пораженно ахает.
— Что такое? – волнуется Волкер.
— Дедушка… - отвечает Илай. – Дедушка Эвви, он умер еще до моего рождения, но мне часто показывали фотографии. Это он в молодости.
— Ты, выходит, стал собственным прадедом?
— Похоже на то - пораженно сказал Илай, - я прямо как Бендер!
— Не возгордись только.

Chapter Text

— Что ты подразумеваешь, когда говоришь, что гоа’ульды нас создали? – угрожающе спрашивает Джек О’Нилл и его роговой гребень слегка подрагивает.
— То, что, - устало объясняет ему Дэниел. – До нас на Земле жил еще один вид.
— Это всем известно, - вмешалась Картер.
Чешуйки у нее на голове, за время их совместной работы, здорово посветлели, но она все еще была очень симпатична. И часто вызывала у инопланетных мужчин желание предложить совместную кладку.
— Да, - согласился с ней Дэниел, - но так называемые Homo Sapiens вымерли не из-за природного катаклизма – их уничтожили гоа’ульды, чтоб заселить планету нашим видом. Они посчитали аборигенов слишком слабыми для носителей.
— Плевать мне на каких-то обезьян, - фыркнул Джек, - извини Дэнни, я твою толерантность не поддерживаю.
— Дело в том, что, - Джексон прокашлялся, - Древние тоже были, как ты выразился, «обезьянами».

Chapter Text

Гидропонный сад погиб давным-давно, а запас еды подошел к концу. Это из того, что не пришло в негодность за время их сна, который был в несколько раз дольше, чем обещанные три года.
В галактике, по которой они летели, казалось, не было пригодных для жизни планет. Врата всегда открывались в миры, где пепел от извержений вулканов мешался с воздухом, лед покрывал все вокруг или бесконечная пустыня простиралась до горизонта, перемежаясь радиоактивными озерами.
— Что это за мертвая галактика? – пораженно спрашивала Хлоя.
Ответ нашелся тогда, когда экипаж уже три дня голодал. Они встретили спасательный челнок, гуманоиды-телепаты в нем были ослаблены, но живы. Они поведали, как умели – образами, о том, что их вид жил на десятках планет. Но вспыхнула война и противоборствующие силы инсанларов, именно так они называли себя сами, выжгли все когда-то обитаемые миры. Не осталось никого и ничего, только их народ скитается в космосе, обреченный на гибель.
Экипаж собрался, чтоб обсудить ситуацию.
— Мы должны им помочь, - заявил Илай.
— У нас нет запасов еды, - ответил Янг.
— У них, как я понял, тоже их нет, - добавила Камилла.
— Что же делать? – это спросила ТиДжей.
— У нас есть решение, - Раш пожал плечами, - инсанлары близки физически к нашему виду, мы можем питаться ими, пока не пересечем эту галактику.
— Это бесчеловечно! – вскочил с места Илай.
— У тебя есть другие предложения? Или у кого-то еще?
Раш по очереди посмотрел в лицо каждому.
— Криокамеры, - сказала вполголоса Камилла.
— …Нельзя запускать еще шесть месяцев, - совершенно неживым голосом ответил Волкер.
Последовавшую тишину нарушил голос Хлои:
— Я согласна с доктором Рашем.
— У нас нет выбора, - добавил Янг.
Остальные промолчали, даже сержант Грир не пошутил насчет особенностей жарки мяса в далекой-далекой галактике.

Chapter Text

— Илай, - спросила Хлоя удивленно, - это правда, что ты перестал записывать все на кино?
— Да.
— Почему?
— Я понял, что это не имеет смысла, - он пожал плечами.
Илай надеялся, что его вранье не будет слишком заметно. Потому что все что он увидел за последние пару недель…
Лиза Парк и Ванесса Джеймс, помогающие мыть друг другу спину и уединяющиеся в гидропонном саду.
Грир, гуляющий под руку с Меттом.
Камилла, целующаяся с Рашем в математическом коридоре.
ТиДжей, которую до каюты провожали одновременно и Варро, и Янг. К тому же, эти трое, чтоб развеять прочие подозрения, активно и довольно громко обсуждали планы на вечер и ночь.
Нет, Илай предпочитал жить в неведение…
— Ну и как прошло? – спросил полковник Янг.
— Отлично, он отключил кино!
— Слава Богу, а то бы еще одного раза я не выдержала, - заявила Камилла, угрюмо глядя на Раша.

Chapter Text

— Это была дуэль, - объясняла потом ТиДжей.
— Воинская доблесть, - добавил Илай, - вечная вендетта и все такое.
— Они решили выбрать самый не разрушительный способ вести соревнование, - решил за лучшее отметить Мэтт.
— Но почему моя лаборатория?!! – вцепился в волосы Броди. – И почему они заперлись там на четыре часа? Они перевели все мои реагенты!
Полковник Янг молча это выслушал, а потом перевел взгляд на Грира и Варро, топтавшихся у стены. Они счастливо улыбались и взгляды у обоих были слегка расфокусированными.
— Я так понимаю, - предположил Янг, - конфликт между Варро и Гриром был исчерпан?
— Они теперь товарищи и почти братья, - подтвердил Мэтт, - да, ребята?
— А-а-ага!

Chapter Text

— Какой молодец!
— Да, просто слов нет!
Доктор Пэрриш съежился под недобрыми взглядами других членов экспедиции. Их мягкий, добрый тон его не успокаивал.
— Я же не думал… - попытался оправдаться ботаник.
— О, да, конечно, - ответил ему МакКей, - это заметно.
— Родни, - осадил его Шеппард. – Но, вообще, идея разумных растений…
— Была глупой, - закончил за него Ронон.
— Я же не знал, что они решит использовать разум для того, чтоб блокировать все коридоры Атлантиды… И то, что оранжереи используют для… Свиданий тоже не знал.
Они все молча посмотрели на экран, куда программа дешифровки вывела послание от растений-захватчиков.
«Прекратите перекрестное опыление, а то никуда не выпустим. Ваши нежные фиалки».

Chapter Text

— Ах, если бы я знал! Никогда-никогда-никогда бы не согласился на введение мне гена Древних!
Родни МакКей ходил по комнате, колыхая грудью четвертого размера на каждом шаге. Жгучая брюнетка, которой стал Джон Шеппард, волевым усилием оторвала взгляд от выдающихся «достоинств» Родни и сказала, глядя в стенку:
— Ну… Зато тебе теперь идеально подходит имя Мередит.
Кусанаги угрюмо смотрел по сторонам, поигрывая внушительными мускулами.
Карсон, чьи голубые глаза стали заметно больше из-за длиннющих ресниц, смущенно спросила:
— Это же ненадолго… Правда?
— Боюсь, - сказала Джинни Миллер, крутя в руках какое-то устройство Древних, - это уже на всю жизнь. Для всех носителей гена Древних. Так, что, Мередит, у меня наконец-то появилась сестренка!!!

Chapter Text

— В кого играют дети? – спросил Шеппард.
— В рейфов! Видите цветные покрывала, блестки и антеннки на их головах? Вот именно такие рейфы! Как вы можете не знать, как они выглядят?

— Привет! – радостно заявило жутковатое красноволосое чудовище в блестящей яркой одежде.
Существо было, предположительно, женского пола.
— Привет, - неуверенно ответил Самнер.
— Меня зовут Тикки-Микки, я королева этого улья, как тебя зовут?
— Э… Маршалл Самнер.
— Какое чудо! – она всплеснула руками. – Сейчас разбужу сестер и братьев, чтоб они познакомились с тобой!
— А, может, не надо…

— Что вы можете сказать? – спросила доктор Вейр.
Карсон Бекетт кинул чуть испуганный взгляд за стекло, где прыгал радостный рейф, весело скалясь.
— Удивительно… Я думаю, что перед нами продукт смешения генов человека и чего-то вроде инопланетной пчелы.
Рейф за стеклом что-то прокричал, бросился на стенку, ударился об нее и упал.

— Я пчелка-Май-й-й-йкл!
— Потому что родился в мае? – спросил Шеппард.
— Нет, потому что моя мама заикалась.

— Чем эти рейфы питаются? – спросил МакКей, выбирая из волос блестки.
Они только что посетили улей очередной дружелюбной пчелки.
— Пыльцой, - ответила ему Тейла.
— Я знаю. Меня интересует, как они на этом выживают! Еще и остаются такими… Такими…
— Жизнерадостными?
— Ага.
— Это одна из загадок нашей галактики.

Chapter Text

Люди такие смешные. Такие маленькие. Такие наивные.
Когда она впервые садится напротив Николаса Раша за шахматной доской, которую он сам сделал, она уже знает, кто выиграет в их партии. Так мало вероятностей и такие линейные выборы. Но главное то, как отреагирует этот человек.
— Ты никогда не умела играть, Глория.
Он знает, кто она, но называет ее так же, как свою мертвую жену.
Ее создавали для них или им подобных, чтоб они путешествовали с ней и искали ответы на все свои вопросы. Ответы, которые можно найти в каждой пылинки, в любой точке Вселенной.
Илай Уоллес не узнал ее, он подумал, что это кто-то из тех девочек-техников, с которыми он почти не общался, но которые узнавали его в лицо. Илай ужасный игрок.
— Никогда не любил пошаговые стратегии, - жалуется он.
— И я тоже.
Те, кто создал ее, и не собирались сами отправляться в путь этим путем. У них был собственный, не требующий техники или сложных вычислений. Только веры. В себя. В свои силы. И в то, что дорога начинается там, откуда будет сделан первый шаг.
— Ты не ТиДжей, - говорит Эверетт Янг, когда она ставит ему мат.
— Это имеет значение?
— Только, если ты согласишься на реванш.
Такие смешные. Такие наивные. Она любит играть с ними, ведь только так можно помочь им начать их собственный путь.
Они еще не знают, что к ней приходили до них. Тысячи лет, десятки тысяч людей и не людей. И конечная цель была не у нее, а у каждого.
И эта цель …
— Вознесение, - говорит доктор Николас Раш.
— Ты же не расскажешь, - спрашивает она, - никому о моей настоящей «миссии»?
— Нет, Глория.
Ответ верен в любой точке Вселенной.

Chapter Text

Когда им об этом сообщили – Мэтт не поверил. Доктор Раш смотрел на него угрюмо, полковник Янг – хмуро, а Хлоя – виновато. Хотя, конечно же, она не причем, она просто спасала его.
— То есть, - спросил Скотт, - я тоже начну изменяться?
— Да, - ответила ТиДжей, - и быстрее Хлои.
— Почему?
— Потому что ты мужчина, - единственный врач Судьбы смотрела куда угодно, только не на него, - Y-хромосома делает ДНК менее стабильной, потому среди мужской части популяции чаще встречаются мутации и отклонения от нормы. Как в положительную, так и отрицательную сторону…
Она говорила еще что-то, перебирая свои инструменты, и никто не пытался ее перебить, все понимали, что это ее способ не закатить истерику.

Одно было хорошо: они с Хлоей вдвоем. Пусть и в карантине, но так проще поддерживать друг друга.
ТиДжей была права – изменения шли во много раз быстрее, чем у Хлои. Совсем скоро, кожа Мэтта стала покрываться синим панцирем. При этом, он не чувствовал почти никаких изменений в себе. Ни математических задатков, ни агрессии, ни потерь сознания.
Даже физическая сила почти не увеличилась.

Потом они снова встретились со своими преследователями и, по договоренности, Хлою очистили от чужой ДНК. Делать то же самое со Скоттом они отказались, мотивировав: «Одного изменили, одного вернем, остальные – ваша проблема».
Мэтт был на грани помешательства.
— Процентов на девяносто – он из их вида, - подвела итог ТиДжей, после очередного осмотра.
— Но я не похож на них, - запротестовал Мэтт.
И действительно, его кости удлинились, но ненамного, общая мышечная масса тоже почти не изменилась, волосы даже отрасли за время пребывания в карантине. Но кожа… Кожа действительно была синей и ороговевшей.
— Может, - предположила Хлоя, - мы до этого момента встречались только с женскими особями?

Chapter Text

Пустыня вокруг, до самого горизонта и возвышающееся посреди нее огромное металлическое кольцо не кажется чуждым, каким должно было бы быть. Оно, словно бы, продолжает пустыню и является ее частью, хотя и его поверхность гладкая и сверкающая, будто бы песчаные бури обходят его стороной.
В отличие от кольца, каменное возвышение, что ведет к нему, растрескавшееся и изъеденное дырами. Пройдет еще сотня-другая лет и оно исчезнет, превратившись в песок, а кольцо так и будет возвышаться над пустыней.
Сейчас же здесь есть люди, которые меньше всего думают о песке и камнях, их больше волнует выживание. Четыре человека в камуфляжной форме, трое мужчин и одна женщина. Если присмотреться, видно, что один из мужчин не несет оружия, а у второго металлический посох
— Ну, что, Дэнни, - говорит мужчина с автоматом, - отправляемся домой?
— Ты же помнишь, Джек, - отвечает ему второй мужчина и поправляет панамку на голове, - что сегодня не моя очередь.
— Да ладно тебе, у тебя всегда хватает историй. И все они длинные.
— Смысл твоего пребывания на планете нельзя уложить в два слова, хотя ты и постоянно пытаешься.
Пока они переругиваются, женщина садится на каменное возвышение. Темнокожий мужчина с посохом, не участвующий в споре, опускается рядом.
— Насколько я понял, Саманта Картер, - говорит он, - подобного рода… Шумные обсуждения среди землян являются показателем дружеских отношений?
— Да, Тилк, - отвечает женщина. – Но они не обязательны.
А потом она говорит уже громче, обращаясь к мужчинам.
— Полковник, Дэниел, нас через полчаса ждут на базе. Если мы не отметимся – за нами вышлют еще одну команду и выбираться будет сложнее…
— Капитан, совсем не обязательно об этом так часто напоминать...
Тем не менее, они прекращают спорить и Дэниел, тяжело вздохнув, идет к кольцу. Он кладет руку на его поверхность и закрывает глаза.
Врата безмолвствуют. Эти кольца назывались Звездными Врата и связывали множество планет друг с другом. Каждый мог пройти сквозь них, вместе с тремя другими людьми… Если рассказывал историю. Это называлось: «Убедить Врата». И были среди людей и представителей других видов существа, которые так и оставались на одной планете, не сумев придумать истории и причины ее покинуть. Тогда в дело вступали «ходоки»: те, кто легко мог путешествовать с планеты на планету, они проводили неудачливых гостей и возвращались домой.
Плохо было то, что Врата не делали различий между желающими зла и не желающими, между теми кто идет войной и теми, кто несет оливковую ветвь мира. Они пропускали всех, кто мог заплатить странную, установленную ними цену. И, всегда оставались космические перелеты. Оттого военной команде Земли, и приходилось путешествовать по галактике, в надежде найти союзников и победить в войне. Среди них был один ходок – Дэниел Джексон. Раньше, он был простым путешественником, решившим остаться на одной из планет, где он нашел себе жену… Но она была похищена и с тех пор его вела жажда мести.
— Готово, - сказал Дэниел и отступил в сторону.
Поверхность кольца больше не была неподвижной, символы на ней вращались. Скоро, из Врат вылетел голубоватый «всплеск» и потом внутри кольца появилась мерцающая и дрожащая светло-голубая гладь.
Джек набрал код на передатчике и все четверо прошли внутрь.
Уже на Земле, спускаясь по металлическим ступеням, Саманта вполголоса обратилась к Дэниелу:
— Что ты говоришь Вратам?
— Я говорю им, что на этой планете нам не удалось найти Ша’ре.

Chapter Text

— Это генерал Хорхе Хернанде Матиас, тебе следует уважать его Даниэль!
— Послушай сюда, Хуан, пусть ты и полковник, но я не собираюсь прислушиваться к мнению какого-то вояки в вопросах межпланетной важности!
— О, послушайте этого продолжателя дела Кортеса!
— Тебе, Самуила, не следует спорить в подобных вопросах!
— Довольно! Неужели вы хотите, чтоб здесь снова главенствовала Изабелла Вальдевильсо Гисталио дель Пино! Если вы не прекратите ваши склоки – так и будет!
— О, Хуан, ты всегда умеешь сказать так, чтоб все поняли!
— Самуила! Устав!
— К чертям Устав!
— Не на моем столе!!! Пошли вон! Все!
— Генерал Хернанде, вам бы следовало поберечь здоровье.
— Доктор Фернандес, вы тут совсем не к месту.
— Хуанита, дорогая, что произошло?
— Боюсь сказать об этом, но рядовые поспорили о личности лучшего стрелка…
— И что случилось! Не томи!
— Боюсь, мы остались без экрана в конференц-зале.
— Отчего же вы об этом сообщаете, доктор?
— Все остальные боятся помешать вашему совещанию.
— И не напрасно! Я убью их! Отдам под трибунал! Нет, сначала убью. Но после вас всех, кроме Тилка.
— Прошу вас, генерал, дышите.
— Не успокаивайте меня, доктор Фернандес!
— Мы не обсудили наш вопрос!
— Ох, Даниэль…
— Это важно!
— Замолчите уже и пойдите вон!
— Прошу прощения, доктор Даниэль Дельгадо Эстебан, не могли бы вы пояснить мне причину вашей ссоры?
— О, все просто друг мой Тилк, инопланетной делегации решили предложить гаспачо вместо олья падридо, я полагаю, что именно второй наиболее передаст дух Земли, нежели первый суп.
— Понятно. Но ведь делегация пребывает только через неделю, вы успели бы обсудить это в более спокойной обстановке…
— У нас не бывает спокойной обстановки!
— Спокойствие? Мы все абсолютно спокойны, Тилк. Полковник, у вас было ко мне дело?
— Да, Самуила, вот оно и не терпит отлагательств.
— Доктор Фернандес?
— Боюсь, наши стрелки отправились в лаборатории…
— Как вы говорите, земляне, в таких ситуациях?
— Да поможет нам всем святой Януарий, Тилк!

Chapter Text

1. Звезда
— Итак, после многих неудач… Мы решили похитить нормального землянина, который не сможем оказать достаточно сопротивления. Это кто-то значимый…
— У них большой популярностью пользуются звезды эстрады.
— Отлично, давайте кого-то схватим…

— Так… Это женщина или таки мужчина?
— Всегда можно проверить.
— Хорошо, но что это на ней… Нем?
— Платье.
— Платье?!!
— Ну… Да, платье из мяса.
— Вы думаете, что земляне будут сильно опечалены его или ее отсутствием? Мы, что, выездной сумасшедший дом?!!

2. Простой парень
— В этот раз мы решили похищать не слишком заметную фигуру. А просто того, кто относится к пониманию обычного.
— Правда?
— Да, этот парень стоял на одной из дорог США возле старого транспортного средства.
Обсуждаемый субъект, тем временем, дико вращал глазами, а потом, с громким криком: «Гребанные фейри!» - достал откуда-то с пояса нож, который запустил в одного из представителей Альянса, а из-под куртки револьвер и принялся палить во все стороны.
— Твари! Верните меня назад! У нас война с левиафанами, нам некогда с вами танцевать! Перебью всех!

3. Горожанин
— Надеюсь… В этот раз обойдется без сельских парней?
— Так точно. Это городской житель, наиболее спокойный и уравновешенный из всех землян…
Похищенный, в ответ на эту реплику, заломил бровь и снял шапку, открывая острые уши.
— К вашему сведенью, я не отношусь к землянам. Более того, я не отношусь даже к этой временной линии. Потому полагаю более чем логичным с вашей стороны вернуть меня к месту моего похищения.

4. Ученый
— Вы взяли в этот раз человека с понятным прошлым?
— Да, его прошлое неоднократно отмечено в истории Земли…
— Стоп. Истории?
— Да, его имя Никола Тесла!
— Тесла мертв!
— Ну… Тот Тесла жив.
Разговор прервали другие члены Альянса, бегущие с воплями: «Вампир! Вампир!».

5. Писатель
— В этот раз, давайте обсудим того, кого будем забирать до того, как вы это сделаете.
— Хорошо. Он писатель-фантаст, ему 64 года.
— Его книги кто-то читал?
— Да, вон, Микей читает.
— Что там?
— Он убил Неда! А потом и Робб! И еще кучу людей. А Теона пытает, а Арья ослепла! Как так можно?!!
— Спасибо. Думаю, этот землянин нам тоже не подходит… Они, что, там все психи?

В качестве итога
— Всем стоять, это ФБР!
— Я могу ошибаться, Малдер, но, по-моему, это люди.
— О, простите, ошиблись НЛО.

Chapter Text

— Еще один умник в команде? – чуть пренебрежительно спросил Джек О’Нилл.
Ученые, присутствующие в зале, переглянулись.
— Конечно, только этого нам не хватало. Впрочем, где этот ваш Х. Магнус?
— Ваша, - поправила его одна из ученых.
— Это шутка? Нет, вы всерьез полагаете, что это возможно… - начал О’Нилл.
— Сейчас не 19-ый век, - перебила его доктор Магнус, - или я ошибаюсь?
— Понимаете, - стараясь быть сдержанным, сказал он, - просто, я не могу быть уверен в вас, как в одном из своих парней… Не столько потому что вы женщина, просто, я вас не знаю и, к тому же, вы не военная.
— Справедливо, - кивнул Магнус.
— Правда? – удивился такой быстрой капитуляции О’Нилл.
— Да, только, боюсь, у вас нет выбора, так что вам придется меня потерпеть.

***

— Знакомьтесь, доктор Магнус, доктор Джексон.
Хелен тепло улыбнулась Дэниелу.
— Приятно наконец-то познакомиться с вами, я изучила все ваши работы, - сказала она.
— О, это даже неожиданно… - слегка смутился тот.
— Ничего неожиданного, и, думаю, я знаю некоторые детали, которые минули ваше внимание.
— О…?
О’Нилл страдальчески закатил глаза: терпеть не мог научный треп.
— Да, например, вы высказываете недоумение оттого, что Ра и прочие гоа’ульды спешно покинули Землю.
— Стоп… Кто? Прочие?
— Точно, вы не в курсе, после длительного анализа я могу с уверенностью предположить, что почти все боги древнего мира была гоа’ульдами. Это их самоназвание, как расы.
Джек заинтересованно посмотрел на Магнус. Было похоже, что она знала много вещей, которые им обязательно пригодятся.
— По поводу славянских и скандинавских божеств я не уверена, точно так же, как по поводу вавилонских, но это не так важно.
— Вы правы, - радостно сказал Дэниел, - это ставит все на свои места, но, тем не менее, мне попадались некоторые данные о продолжающемся… Присутствии, неужели кто-то остался?
— Нет, конечно, нет. Как это часто случается, перехватив чужие «наработки» место одних богов заняли другие.
— Но, кто?
— Вампиры.
Только многолетняя воинская служба позволила Джеку О’Ниллу остаться относительно спокойным. Очень относительно. Когда он чуть-чуть успокоился и прекратил хохотать, то спросил:
— Вампиры? Они существуют?
— Ваше веселье, полковник, несколько утихнет, когда вы узнаете, что один из них написал программу набора для Врат.

***

— Доктор Джексон, вам, что, нравится, когда вас принимают за бога?
Полковник О’Нилл согласно кивнул.
— Это его фишка, - сказал он.
— Это же способ вернуть Ша’ре! Они помогут мне найти ее.
Им пришлось заплатить за его уверенность...
После спешного побега, организованного группой джаффа, которых О’Нилл и Магнус убедили сменить сторону, полковник должен был признать, что, хотя Хелен псих на всю голову и англичанка, но это не мешает ей быть более чем полезной.

***

— Сколько вам лет, доктор Хелен Магнус? – спросил Тилк.
Дэниел снял очки и задумчиво посмотрел на него.
— Тилк, - доверительно сказал О’Нилл, - помнишь, как мы говорили насчет норм земного общества? Так вот, спрашивать у женщины о ее возрасте, а особенно на брифинге, где, кроме вас, находится масса людей…
— Ничего, полковник, - сказала Магнус. – Впрочем, мне интересно, что побудило Тилка на этот вопрос.
— Я не так давно научился читать на английском языке и, в первую очередь, заинтересовался личными делами нашей команды. Я обнаружил то, что ваша дата рождения, по всей видимости, не соответствует действительности.
— Дата соответствует, - улыбнулась ему Хелен, - хотя мой возраст и в два раза больше. Лучше не спрашивай, как.
— Но это невозможно. Женщина-джаффа в вашем возрасте выглядела бы значительно старше… Разве что вы гоа’ульд.
— Тилк, - мягко сказала Хелен, - в мире существует значительно больше видов, чем ты привык считать. Но ты прав, я не человек.
— Для вампира вашего возраста вы тоже слишком юно выглядите.
— Я бы попросил, - подал голос сидящий по другую сторону стола Тесла.

***

— Джек, как ты мог проглядеть то, что ей полторы сотни лет?
— Эй, я, что, смотрел на эту строчку?

***

— Это чудовища! Будущие работорговцы! – кричал Джек, указывая на бак с плавающими в нем личинками.
— Они – представители разумного вида и я не собираюсь участвовать в убийстве детей! - огрызнулась Магнус.
— А если бы вы могли убить Гитлера до того, как он вырос, что бы вы сделали?
— Ничего! Это бы изменило существующую мировую историю и, к тому же, на тот момент в мире хватало возможных…
Спор прекратил Дэниел, молча расстреляв бак.
— Доктор Джексон, - сказала Магнус с обвинительными интонациями, - уж от вас я этого не ожидала.
— Интересно, а если бы представители другого вида причинили вред кому-то, кого вы любите – вы бы не пытались их убить? - холодно спросил Дэниел.
— Представители вашего вида, - так же холодно ответила Хелен, - доктор Джексон, убили мою дочь. Тем не менее, вас я еще не убила.

***

— Мне нравится это ее «еще», - сказал позже Джек.

Chapter Text

— Эта девушка, - говорит Картер, - сказала, что хотела бы видеть тебя.
— Меня? – удивился Дэниел.
Когда они вошли в камеру, он смог сказать только: «Хатор?».
А она кинулась к нему и, не обращая внимания на направленное на нее оружие, обняла.
— Ох, Дэниел, ты бы знал, как я по тебе скучала! Но я знала, любовь моя, что моя жизнь полна тьмы и страданий, и не предназначена для тебя.
— Что такое? Вы знакомы? – спросил генерал Хэммонд.
— Конечно, - ответил Дэниел, отстраняясь. – Это Хатор, мы когда-то учились в одной школе.
— А ты знал, что она… Ну…
— Вампир? – спросил Дэниел. – Конечно, Сэм. Я был знаком и с ее семьей, но она самые мирные существа, которых я знаю.
— Прошу прощения, доктор Джексон, - перебил его генерал, - а разве мы не воюем с вампирами?
— Некоторые мои сородичи, - грустно сказала Хатор, - отступили от нашего пути, они перестали пить кровь животных и начали убивать людей. К сожалению, среди них был и мой отец.
— Его больше нет в живых.
Она кивнула Дэниелу и продолжила:
— Но ведь есть и другие? Когда я услышала, что мой милый Дэниел здесь – я спешила со всех ног ему на помощь.

— Почему вы не остались вместе? – спросил позже Джек.
— Она не хотела делать меня вампиром, а иначе мы бы просто не смогли…

Chapter Text

С самого утра король был в самом что ни на есть дурном настроении. Их королевское Величество Эверетт III, прозванный Юным еще в те далекие времена, когда был самым младшим среди принцев, злился. И повод был никому неведом.
Досталось всем. Придворная лекарь Тамара, после крика о бесполезности ее припарок, пошла к себе бить колбы, представляя на их месте голову короля. Лейтенант личной гвардии, застуканный с одной из придворных дам, Хлоей, не загремел в темницу только благодаря заступничеству шута Илая. Шут же получил скипетром по шее и сделал, к счастью для себя – мысленно, предположение, что младшие сыновья склонны к садизму. Придворный алхимик Адам Броди осознал, что испарения от его реактивов мешают королевскому отдыху и клятвенно пообещал что-то с ними сделать, на всякий случай, заняв оборонительную позицию за шкафом. Подозрительно-часто крутящаяся во дворце посол соседней державы Камилла, приложила все свои дипломатические навыки, чтоб утихомирить сварливое Величество, но и она потерпела неудачу.
— Да что это с ним сегодня? – спросила она у сержанта королевской гвардии Рональда Грира.
— Вы не слышали? Люциана похитила придворного мага.
— Раша? А разве он туда не сам пошел?
— Может и сам, но объясните это королю.
Упомянутый король, тем временем, сидел на троне и всем своим видом выражал печаль вселенских масштабов.
Резко распахнувшиеся двери заставили его вскочить с места, а сержанта и стражников – схватиться за оружие. Потому что в зал вошли воины Люцианы, а за ними следом придворный маг Николас Раш.
— Господа, опустите мечи! – сказал он. – Перед вами только пустые оболочки.
— Хорошо, когда придворный маг - некромант, - сказал вмиг повеселевший король и снова опустился на трон.

Chapter Text

Он узнает своих пациентов по диагнозам. Имена у него в памяти тоже хранятся, но диагнозы дают более полное представление.
Особенно, при учете, что, так или иначе, у него было 80 пациентов. Восемь-десят! Ни у кого, кроме доктора Янга, не было ничего подобного. И он никому бы не пожелал. С учетом, что их ласково называли: «Любимые шизофреники Эверетта Янга». Ну, да, примерно, в тех или иных вариациях, диагноз «шизофрения» можно было установить для них всех. Или, хотя бы, то же самое шизотипическое расстройство. По крайней мере, за идеи о путешествиях по Вселенной на корабле, возраст которого превышал пару десятков тысяч лет и за уверенность в том, что они перемещают сознания с помощью камней, а планеты посещают через вращающееся и светящееся кольцо… Но доктор Янг считал (хотя, и не говорил об этом вслух), что, пока человек держат своих тараканов при себе, он может считать себя хоть лично знакомым с Матерью Природой, богом Баалом или тем, кто породил Антихриста. А такие случаи в практике доктора Янга были, и все трое вполне мирно жили своей жизнью.
Но эти восемьдесят… Типов часто ставили беднягу Эверетта в тупик.
Вот, например, хороший парень… С вялотекущей шизофренией и уверенностью в том, что он прошел игру, которая помогла разрушить планету. Не Землю, а какую-то другую. То, что у Илая Уоллеса компьютерная и интернет-зависимость, Янг предпочитал не думать – это была не такая важная причина. Важнее было то, что тот сильно привязался к другим пациентам, и это ухудшало его состояние. Доктор Янг даже привлек мать пациента, но в результате ничего не получилось.
Друзья – это отдельный разговор. Второй парень был тоже почти нормальным… Не учитывая того самого корабля и уверенности в том, что он прекрасный пилот, но вот девушка… Дочь политика, в один момент не выдержавшая нагрузки. Она выдумала свой собственный мир, но в нем ее преследовали беспокойные образы. У Хлои развился параноидальный синдром с уверенностью в том, что ее похищали инопланетяне и ставили над ней опыты. Это наложилось на ее ипохондрию и, в результате, стало вызывать помутнение рассудка. Еще есть этот… По всей видимости, среди его предков были жители Филиппин или Малайзии, как иначе объяснить внезапные приступы ярости, по всем показатели так похожие на клиническое описание амока?
Не намного лучше галлюцинирующая женщина, после смерти ее новорожденной дочери – она начала видеть события с ее участием. Вроде бы девочка жила на другой планете, среди людей, которые когда-то были знакомы ее матери. И, что больше всего смущало доктора Янга, отчего-то Тамара была уверена, что отец ее ребенка – он.
Другой печальный случай – тоже женщина. В связи с сильной травмой она на какое-то время была привязана к креслу-каталке. С тех пор она бредит пребыванием в чужих телах, в том числе – мужских. Девушка Камиллы часто пытается поддержать ее, но доктор Янг опасается, что она, как и другие родственники, делает все только хуже.
Аменция и Онероидный синдром, паранойя и мания преследования… И вот, наконец, просто таки абсолютный пациент.
Ярко выраженная шизофрения, множественные личности, паранойя и навязчивые идеи. Янг подозревает, что именно ему принадлежит мысль о корабле в космосе и доктор совершенно точно уверен, что этот пациент плохо влияет на Илая, по крайней мере, бред о подружке в компьютерах у них аналогичный. И, конечно же, Янг, по мнению пациента, хочет его убить.
— Ну, что, поговорим?
Доктор Янг опускается на стул рядом с больным, тот почти отскакивает, прижимая к себе исписанные листы из альбома для рисования.
— Николас, вам не стоит меня бояться. Вы же знаете, я ваш друг…
Николас Раш недоверчиво смотрит на доктора Янга.
— Вы же видите, я попросил доктора Теллфорда и доктора Киву не показываться вам на глазах.
— Кива пытала меня, - говорит Николас.
— Больше не будет, - заверил его Янг.
Беседа, кажется, начала налаживаться.

Chapter Text

— Это шутка? – уточняет Илай.
— Илай, я твой отец, - повторяет Раш.
— Грир, что, опять устроил карточные соревнования?
Илай отпивает еще бульона из своей кружки, доктор Николас Раш закрывает глаза и делает глубокий вдох.
— Илай… Ты, что, никогда не спрашивал о своей матери, кто твой папа?
— Нет, ну, конечно спрашивал. Она рассказывала о своем отпуске в Нью-Орлеане, где она встретилась с молодым ученым, который разделял ее страсть к Шотландии, потому что был…
Илай осекается и роняет кружку. Бульон расплескивается по полу.
— Э-э-э?
— Я не был точно уверен, но, в очередной из сеансов связи с Землей, попросил сверить ДНК.
— Я не давал согласия, - безнадежно сказал Илай.
— Для участников программы Врат оно и не нужно. Так что абсолютно точно – я твой отец.
И, заметив предвкушающий взгляд Илая, Раш добавил:
— Назовешь «папочкой» - закрою в крио-камере до конца полета.

***

— Илай, я твой отец! – сказал Раш.
— А я его брат! – заявил Янг. – Мы близнецы, и нас разлучили в детстве.
— А я молодой клон их матери, - не осталась в долгу Камилла.
— Мы с Броди ее мужья, - отметил Волкер.
— Я же их дочь, - отметила Хлоя.
— А я ее жених и сын ТиДжей, - сказал Скотт.
—А я… Я твоя сестра Илай.
Экипаж очень проникся идеей игры в Мафию с индийскими мотивами.

Chapter Text

— Я всегда знал, - гордо заявил Илай, - что Гарри Поттер существует.
— Знаешь, - ответил ему Раш, - я в этом даже и не сомневался.
Грир смущенно пожал плечами.
— Я не очень похож на мальчика-который-выжил?
— Ну… Будем считать, что у Роулинг было литературное допущение, - сказала доктор Парк.
— А Тот-Кого-Нельзя-Называть существовал? – спросил Илай.
— Да. И я его победил.
— Как?
— Из револьвера.
Немая сцена была ему ответом. Только доктор Раш издал очень странный смешок, который все, на всякий случай, списали на нервы.
— Но… Помогло? – уточнил Илай.
— От пули в висок магии еще не придумали. Хотя, конечно был риск, так что меня отправили на другую планету.

Chapter Text

Первое правило дипломата: «Не ври себе». И если бы Элизабет Вейр проходила аттестацию на усвоение знаний, то с треском бы ее провалила уже на этом пункте.
Она хотела жить так, хотела улаживать конфликты и представлять свою страну, хотела быть в курсе происходящего на политической арене… Но хотела при этом оставаться и женщиной, женой и, пусть с ними со всеми, матерью. Только вот не получалось. Для мужчины нет ничего более нормального, чем совмещать работу и семью, а для женщины это просто нереальная задача. И Элизабет врала себе, что не стремится к дому и семье, потому что это бы означало признать, что она хочет быть ограниченной и запертой на одном месте.
«Ты не лишишь меня моей свободы», - сказала она однажды Саймону. Он ответил со смехом, что и не собирался, что и так все в порядке, и он прогрессивный человек, который не собирается мешать своей любимой женщине делать карьеру… Правда, потом оказалось, что все совсем не так, и он не может дальше терпеть то, что ему ничего неизвестно. А Элизабет… Элизабет снова соврала самой себе, что хотела бы рассказать ему. Потому что не хотела. Потому что радовалась, что, наконец-то, свободна от, пусть и призрачных, но вполне ощутимых уз, что их связывали.
Джек О’Нилл был совсем другим, по крайней мере Элизабет была уверена, что, встань вопрос о выборе – он бы позволил делать, что она пожелает. С другой стороны – они не были даже друзьями. Все не сложилось с самого начала: она вторглась на «чужую» территорию и само ее присутствие было оскорбительным. Позже, как гражданское лицо, к тому же – не выступающая, как ученый, она не могла быть на равных с ним.
Нейтралитет установился между ней и Джеком, а потом странным образом перешел в симпатию и… На этом все завершилось. Будь она ученой, медиком или просто человеком, только вскользь знающим о программе Врат, или касайся тоже самое его – все бы могло сложиться иначе. Но они стали теми, кем они стали.
— Приятно знать, что вы все еще там, док.
— Взаимно, генерал.
Ничего не значащие фразы, ничего не значащие жесты. Обычное общение, но она видела в глазах Джека тот же усталый голод человека, который привык сдерживать себя, сидя за столом уставленным яствами. Именно это было в ее собственных глазах, когда Элизабет смотрела по утрам в зеркало.
И, в ее идеальном мире, который создали асуране, тоже был Джек. Совсем рядом – протяни руку, соври самой себе снова.
Но Элизабет в тот раз не дали этого сделать, ее насильно вытащили прочь, к реальности, к галактике Пегас, к миру, где она должна быть руководителем, должна быть политиком, должна быть другом, и никогда любимой женщиной.

Chapter Text

Дневник Джона Шеппарда.

День 0
Нам, внезапно, сообщили, что вместо другой галактики попадем в сибирскую тайгу. Когда я спросил, где это, МакКей сказал, что в России и закричал, что он не согласен.
Форд начал ржать, Зеленка вспомнил о каком-то КГБ, Вейр попыталась всех успокоить. Самнер рявкнул: «Разговорчики в строю!».

День 1
Оказались в тайге. Тут везде снег и холодно. Назад мы можем вернуться разве что своим ходом. «Если по воде ходить научишься» - сказал МакКей. Он рвет волосы, Зеленка плачет и просится к маме, доктор Вейр старательно делает вид, что все идет по плану, мешает ее красный нос. Она защитница животных и отправилась в шубе из искусственного меха, уже замерзла. Молодцом держится только Самнер. Хотя Форд тоже ничего, но он очень много ржет. Нервное, что ли?

День 2
Чуть не провалились в лед, но нас вытащила какие-то местные. Главная у них чуть-чуть болтает на английском, сказала, что ее зовут Тейлинова и она рада нам помочь. Пока мы говорили – набежали какие-то упыри и утащили Самнера. Тейлинова сказала, что это не упыри, а охотники. Дичь тут пугливая, на сотни миль вокруг ни одного зайца, вот на людей и охотятся. Хотели пойти спасти Самнера, но Вейр сказала, что он умер как герой. Думаю, она просто позарилась на его теплую куртку.

День 3
Тейлинова помогла нам обустроиться в лесу. Спать на хворосте и мхе неудобно, но лучше, чем в снегу. Форд вчера ночью лег и больше не смеется, только угрюмо смотрит по сторонам. МакКей пытается настроить рацию, но она не ловит, а наши компасы вертятся так, будто мы в Бермудском Треугольнике. Тейлинова говорит, что ее друзья из села Джейнайского могут что-то знать. Говорит, что они мирные и добрые.

День 4
Пришли в Дженайское – нам дали водки и сказали, что все в порядке. Тут естественный радиационный фон высокий. МакКей заподозрил неладное, когда достал счетчик Гейгера. Пока все гуляли и пили – мы пошли следить за дженаями. Они ходят по такой сложной кривой траектории!!! Нашли подземный бункер с оружием и атомным реактором. Пока искали выход нас нашли дженаи.

День 5
Сидели в камере у дженаев. МакКей орал про облучение. Кто-то из местных, потрясая третьей рукой, сказал, что это не вредно, а очень весело. Вейр не поверила и стала просить нас выпустить.

День 6
Сбежали от дженаев, когда на тех напали охотники. Где-то по дороге потеряли Форда. Я сказал, что он умер, как герой. Зеленка пожалел, что МакКей не герой, МакКей обиделся.

День 7
Столкнулись с охотниками, на которых кидался еще один местный. Постреляли в воздух и вытащили его. Он сказал, что его зовут Роман и он рад будет нам помочь. По крайней мере, он знает, где можно добыть нормальную еду, а то питаться тем супом, что из березовой коры и мухоморов варит Тейлинова нам всем надоело.
МакКей справился с помехами, когда мы отошли подальше от Дженайского и мы смогли послать короткие сообщения домой.

День 8
Встретились с Фордом, он сам стал охотником и чуть нас не убил. Еле сбежали. Роман сказал, что такое бывает, когда наешься мухоморов. Не буду больше есть суп Тейлиновой.
Обнаружили, что Каванах нас сдает охотникам. Роман хотел сломать ему руку, но выяснилось, что это не Каванах. Зеленка пожалел, что не МакКей.

День 9
Встретились с местными программистами, они живут в красивых многоэтажках и должны бороться с охотниками, но не хотят. Нас послали подальше. Мы обиделись, а МакКей обещал отомстить.

День 10
Программисты прислали на рацию: «Мстить пургеном прошлый век». Вейр сказала, что МакКею должно быть стыдно. Она вообще подумывала сбежать к программистам, но мы с Тейлиновой связали ее и погрузили на спину Роману. Нечего тут разброд и шатание устраивать. Когда она начала дергаться, я сказал ей, что еще чуть-чуть и она тоже будет героем.

День 11
Вышли к аэродрому, нас обещали подкинуть куда-нибудь. Но что-то местный пилот по имени Миша мне не нравится, уж больно на охотника похож.

Chapter Text

Самым неприятным в гене Древних было то, что он имелся только у 15% населения Земли. А за пределами Земли у еще меньшего числа людей. А, когда нужно использовать технологии Древних, то без гена не обойтись.
— Мы отыскали еще одного человека с ATA-геном! – гордо сказал МакКей. – Помогла та самая программа исследования ДНК.
— Все-таки, - добавила Элизабет Вейр, - это была отличная идея, под предлогом продвижения науки, исследовать гены у миллиардов людей.
— И ведь это правда на благо науки!
— Так, - генерал О’Нилл поднял руку, - может, хватить петь хвалебные песни себе? Где там ваш претендент? Надеюсь, он не пятилетняя девочка, как прошлый и не безногий инвалид, как позапрошлый.
— О, нет! – ответила ему сияющая Вейр. – Он мужчина 1967-го года рождения. Абсолютно здоровый, в хорошей физической форме, его работа связана с постоянным движением!
— Чего-то вы мне недоговариваете, - сказал генерал, - но среди представленных кандидатов… Пусть будет он.

Полковник Самнер был вне себя.
— Танцор?!! – орал он. – Танцор!!! А встретятся нам враги, и что он сделает? Гран плие?!
— Я не балет танцую, - неуверенно сказал Джон Шеппард, - моя специализация танго.
— Да хоть хулу! Я его не возьму в команду! Дайте мне кого-то другого!
— Маленькую девочку или контуженного инвалида? – уточнила Вейр, перебирая досье.
— Сколько лет девочке? – заинтересовался Самнер.
— Родители не согласятся, - уверенно ответила Вейр.
— А если сказать им, что она присоединяется к элитному отряду скаутов?
— Такому элитному, что назад может вернуться в цинковом гробу?
Джон беспокойно вскочил.
— Эй, а мне никто такого не говорил!
— Боюсь, - сказал ему МакКей, - у тебя выбора не будет.
— Это демократическая страна, - сказал Шеппард смущенно.
Насмешливые взгляды всех присутствующих заставили его потупиться.
— Эти люди, - доверительно сказал МакКей, - отправили меня в глухую сибирскую тайгу, к медведям, русским и отвратительной еде. А ведь я ведущий ученый. Как думаешь, куда они отправят тебя?
Шеппард сглотнул.
— Еще скажите, что он гей, - продолжал бушевать Самнер.
— Нет, - еще более тихо, чем до этого сказал Джон, - я би…
Ответом ему чуть не стал запущенный в стену стул.

Chapter Text

Стенограмма итогового брифинга.
Элизабет Вейр:
Как прошла миссия?
Джон Шеппард:
Дженаи гады,
Словно они - это зима,
Атомный войны.
Родни МакКей:
Поддерживаю.
Снова же подключили
Они устройство,
Чьего назначения,
Никак никто не поймет!
Элизабет Вейр:
Это надолго?
Карсон Бекетт:
Увы, не знаю.
Тейла Эммаган:
Все в порядке,
Лишь говорим все мы
Странно немного.
Ронон Декс:
Не говори так!
Это не просто странно!
Дико и очень!
Неужели я всегда,
Говорю эти слова?!!
Радек Зеленка:
Мы обнаружили, что эффект временный.
Мико Кусанаги:
А жаль. Мне нравится такой доктор МакКей.
Родни МакКей
Замолкни, не смей!
Не могу же я так,
Писать отчеты!
Элизабет Вейр:
А было бы оригинально…
Радек Зеленка:
Это можно было бы даже издать…

Chapter Text

Бобы вымахали до самых облаков, раскрошив полы и потолки на нескольких ярусах над ними.
— Доктор Пэрриш, что это? – спросил Вулси.
— Эм… Это бобы с недавней миссии, я откуда же мы знали.
— Понятно.
Шеппард с МакКеем рассматривали стебель.
— Ты думаешь, о том же, о чем и я? – спросил Джон.
— Только если ты думаешь о триангуляции монотонных полигонов.
— Нет, я думаю попробовать забраться по стеблю…
— И где, по-твоему, тебя снесет ветром?
Шеппард снова задумчиво посмотрел на стебель.

— Странно, что ты решил устроить внеплановую тренировку…
— Мы летим к верхушке стебля, Родни.
— Ты не успокоишься, да?

Как оказалось, не все города Древних были уничтожены. По крайней мере, не полностью…
— Не понимаю, чего вы прятались? – спросил Вулси.
— Мы не были уверены в том, можно ли вам доверять, - ответила одна из Древних, девушка с мелодичным голосом и именем Арфа. – Но мы следовали за вами и на эту планету.
— А поговорить с нами?
Арфа пожала плечами.
— Мы стоим на пороге вознесения, и через пару десятков лет это уже не будет иметь значения.
Она улыбнулась Джону, Джон улыбнулся ей, Родни страдальчески вздохнул, сидящий тут же Пэрриш подумал, что бобы иногда приносят пользу.

Chapter Text

По лаборатории летали перья, на спинке одного из кресел сидел фазан, а напротив него стоял грозно сопящий Родни МакКей. У вошедшей Элизабет Вейр дернулись желваки, но голос был предельно спокойным:
— Доктор МакКей, сколько раз вас просить не пугайте Зеленку.
— Кто ж знал, что этот… Фазан такой нервный.
Предмет разговора недовольно заклекотал и попытался тяпнуть Родни за руку.
— Эй! Я слышал, что фазаны пугливые.
— Пугливый у нас Зеленка, - вздохнула Вейр, - а тот в кого он превращается – бесстрашный. Кто-нибудь, позовите Тейлу с ее шаманским бубном!
— Так он же сам, - осторожно отступая от кресла, сказал Родни, - через пару часов назад превратится.
— Так быстрее.

Ронон печально смотрел на фазана, фазан печально смотрел на Ронона. Разбросанные по полу приборы, выуженные откуда-то письменные принадлежности и одежда Зеленки смотреть не могли, но они, наверняка, тоже были опечалены.
— Так я это, - сказал Ронон, - только поздороваться хотел…
Фазан повернулся к нему спиной, прочертив хвостом по полу длинную, чернильную полосу.

— Доктор Зеленка, - сказала Картер, - если бы вы превратились сейчас, то могли бы выбраться через вентиляцию.
—Ну, вы должны меня как следует напугать, но я не думаю, что…
—ВОЗДУХ КОНЧАЕТСЯ, МЫ УМРЕМ! – сделав дикое лицо, прокричала Картер и, полюбовавшись на результат, добавила: - Самое то. Извините.
Фазан крутнул головой с красными пятнами, будто говоря: «Да, ладно».

— Интересно, в каком виде вернется Зеленка?
— Наверняка детишки его раскрасят, как индейца!
Как же разочаровались лантийцы, когда из тоннеля с M7G-677 вышел один из местных ребят, смущенно держа в руках крайне довольного своим положением фазана.

— Интересно, а Зеленка любит вечеринки-сюрпризы?
— Интересно, а, что сделал Зеленка в первый раз с женщиной?
— Так, хватит, - резко сказал Вулси, - я не одобряю анекдоты о других членах экспедиции.

Chapter Text

Галатике Пегас было более чем необходимо посольство в родной галактике лантийцев, будь они неладны.
— И где ты думаешь располагать его посольство?
Вопрос был с подвохом, особенно в шестьдесят четвертый раз. Потому что каждое место, выбранное Тоддом, рано или поздно оказывалось неподходящим.
Мидвэй, как наиболее нейтральное место, просто взорвалась.
Базы землян тоже не очень подходили, потому что там почти никого, кроме землян, и не было.
Неплохим местом казался Чулак… Но джаффа оказались слишком шумными ребятами и, отскребая с потолка какую-то грязь, о происхождении которой Тодд решил не задумываться, он понял, что отсюда надо переезжать.
Мирным местом казался Кхеб, но явление Древних к утреннему кофе каждый раз портило настроение. Даже не столько явление Древних, сколько статическое электричество от них исходящее.
Камелот был всем чудесен… Но его жители попытались сжечь Тодда или, хотя бы, полить его святой водой. Раз так двадцать.
На Гербидане здоровью Тодда, физическому и психологическому, ничего не угрожало… Кроме навязчивой рекламы и ежегодных гонок, куда собиралось полгалактики, а после которых происходило примерно то же, что с джаффа на Чулаке.
Еще Тодду нравилась Дакара… Пока ее не разрушили.
В результате Тодд нашел и принял единственный вариант. Посольство было основано на Земле. И даже не одно.