Actions

Work Header

Безответные письма

Work Text:

каждый раз, как ты на меня смотришь, моё сердце останавливается
потому что хочу, чтобы ты никогда не отводил взгляд

Лань Чжань читает уже третью оставленную ему за эту неделю записку и тяжело вздыхает.

Он решается осмотреться, но в коридоре слишком много людей и невозможно понять, кто же мог подложить эту записку в шкафчик. В раздумьях Лань Чжань натыкается на Вэй Ина, стоящего с друзьями у лестницы и смотрящего прямо на него. Когда их взгляды пересекаются, Вэй Ин поспешно прячет лицо, и Лань Чжань, кажется, слышит, как тихо трещит по швам его сердце.

Но ему некого винить, кроме себя. С чего бы столь замечательному, полному жизни, пылкому парню, как Вэй Ин, смотреть на такого, как Лань Чжань? Да даже если бы он и смотрел, они явно чувствуют и хотят сказать друг другу совершенно разное.

Записка в ладони кажется невероятно тяжёлой, а написанные в ней слова зеркально отражают ровно те же нелепые чувства к парню, укравшему его сердце, что растут в Лань Чжане.

Развернувшись к своему шкафчику, тот позволяет себе вздохнуть. Он аккуратно убирает в него учебники и куртку и закрывает дверцу, а затем, как и оба раза до этого, комкает записку и выбрасывает её в мусор.

(И совсем не замечает, как Вэй Ин подавленно смотрит ему вслед.)

⤐♥⬷

Перед началом урока, аккуратно раскладывая принадлежности на столе, Лань Чжань вдруг чувствует как его легонько постукивают по плечу, и, развернувшись, сталкивается с мягкой радостной улыбкой, растрёпанной чёлкой и серыми глазами.

И чуть не умирает прямо там от такого вида — от того, как близко он оказывается.

Вэй Ин едва ли в десятке сантиметров от его лица, и Лань Чжань уверен что, отведи тот взгляд, то он точно заметит, как пылают его уши.

— Привет, Лань Чжань! — тепло смеётся тот, и Лань Чжань внезапно чувствует прилив энергии. Смех Вэй Ина для него словно чашка свежесваренного кофе по утрам: он разливается по всему телу, согревая его изнутри и заставляя Лань Чжаня чувствовать себя всесильным.

С другой же стороны, смех Вэй Ина — его слабость. Он тоскует по нему бесконечными бессонными ночами и холодными дождливыми днями, зная, что никогда не станет его причиной и не почувствует этот смех на коже...

Сражаться с этим чувством ему приходится каждый день.

Усилием воли отпихнув эти мысли на задний план, Лань Чжань находит в себе силы кивнуть.

— Вэй Ин.

При упоминании его имени улыбка Вэй Ина вдруг тускнеет, сменяясь едва заметной и неловкой, и парень, почесав затылок, прячет глаза.

— Эм, хотел вот что спросить, одолжишь мне карандаш?

— Да, — Лань Чжаню почти хочется рассмеяться от того, как нелепо быстро он отвечает. Вэй Ин кивает дважды и снова улыбается, пока Лань Чжань роется в сумке с поисках красного карандаша, чтобы затем протянуть его парню.

Стоит заметить, что Лань Чжань не умеет говорить Вэй Ину “нет”.

А когда у него это и получается, то лишь рефлекторно и в ответ на бесконечные поддразнивания, когда он знает, что иначе утратит какое-либо подобие контроля над ситуацией.

— Знаешь что, Лань Чжань? — говорит тот, помахав им из стороны в сторону. — У меня одни только красные ленты, — на этом Лань Чжань бросает быстрый взгляд на прелестный короткий хвостик, который Вэй Ин сейчас оттягивает пальцами, — но… а ты знал, что мой любимый цвет на самом деле...

Он смотрит в глаза Лань Чжаню, сглатывает, чуть приоткрывая губы, и сердце Лань Чжаня, кажется, останавливается и падает куда-то вниз.

— Золотой?

Лань Чжань бормочет первое, что приходит ему в голову.

— Прости, у меня нет золотого карандаша. Завтра попробую такой найти.

Вэй Ин удивлённо смеётся, а его щёки окрашивает лёгкий румянец.

— Эй, нет, Лань Чжань, я… я не это хотел сказать! Я просто… просто хотел, чтобы ты знал… — и тяжело вздыхает. — Ну, в общем, спасибо! Я скоро верну!

Но дело вот в чём — Лань Чжань знает, что это ложь — Вэй Ин никогда не возвращает карандаши, а сам Лань Чжань слишком дурак, чтобы подойти и попросить их назад, чтобы воспользоваться этим, как поводом с ним поговорить, пусть всего и на пару секунд...

(Сидящий ближе к началу класса Лань Чжань не видит, как Вэй Ин, чьё место где-то за ним, опирается локтями на парту и прячет лицо в ладонях.)

⤐♥⬷

На следующий день Лань Чжань находит в шкафчике ещё одну записку — эту, правда, можно уже считать письмом, ведь для записки она длинновата — и спокойно её читает, совсем не замечая следящих за ним серых глаз.

мой любимый лань чжань

просто хотелось спросить, можешь ли ты перестать быть таким красивым? это вредно для моего сердца и врач сказал, что мне стоит быть осторожнее ;) поэтому вот и прошу тебя так. знаешь, я просто не могу перестать на тебя смотреть. почему ты не можешь на меня посмотреть? :( даже когда закрываю глаза, то вижу лишь тебя.

Дочитав последнее предложение, Лань Чжань чувствует, что это словно ему в душу залезли. Страшно подумать, как сильно он узнаёт в этих строках себя, ведь всё это и он сам думает о Вэй Ине.

Когда он ложится спать, то последняя мысль всегда о Вэй Ине. Когда просыпается, первым делом в голову приходит Вэй Ин. Точно как и в письме, Лань Чжань не может на него не смотреть, не хочет отводить взгляд...

Больно, когда об этом напоминают — ему позволено лишь наблюдать со стороны, но всё, чего хочет Лань Чжань, это быть так близко, чтобы дышать только им. Пусть отправитель добивался и другого эффекта, это письмо совсем его не ободрило.

И всё же, несмотря на всё, маленький нарисованный кролик внизу страницы заставляет Лань Чжаня улыбнуться.

— Лань Чжань! Ты улыбаешься!

Он разворачивается, не ожидая увидеть Вэй Ина рядом. Уши сразу же вспыхивают от смущения.

Лань Чжань быстро прячет письмо и забирает книги, спеша объясниться.

— Вспомнил кое-то смешное.

Вэй Ин заглядывает ему за плечо, щекоча дыханием шею Лань Чжаня.

— Расскажешь, что именно?

Усмешка на его лице вгоняет Лань Чжаня в панику. Это слишком, он не выдержит, ему хочется запечатлеть это проказливое, нежное сияние его чудесных глаз для себя и вечно смотреть его наедине.

С силой захлопнув дверь шкафчика, Лань Чжань разворачивается к нему спиной.

— Позже. Урок.

И уходит.

(И снова в спешке он не замечает, как Вэй Ин разочарованно стонет и бьётся об эти шкафчики лбом.)

⤐♥⬷

В тот же день, пройдя от школы до дома всего пару кварталов, Лань Чжань только успевает надеть наушники и выбрать плейлист, как слышит, что издали его кто-то зовёт.

Развернувшись, он едва не врезается в запыхавшегося Вэй Ина.

— Лань Чжань, ты разве не… — выдавливает тот. Его лоб блестит от пота, но Вэй Ин собирается с силами, сложив руки на поясе и пытаясь отдышаться, а затем он улыбается, так лучезарно и прелестно, что уже Лань Чжаню не хватает дыхания.

И Вэй Ин всё продолжает с места, на котором прервался.

— ...слышал, что я тебя звал? Если бы я тебя не догнал, то так и ушёл бы без меня, — и, договорив, так мило дует губы, что сердце Лань Чжаня останавливается в то же мгновение.

— Прости. Я был в наушниках и тебя не слышал, — опустив взгляд на зажатый в ладони телефон, шепчет чуть смущённый Лань Чжань.

И это правда. Он никогда бы умышленно Вэй Ина не игнорировал, а, если бы такое случилось, то причиной этому стали бы обстоятельства вне его власти — как сейчас, например — или же внутренняя паника.

Он безнадёжен и влюблён. Безнадёжно влюблён.

— Ничего, Лань Чжань, — отвечает Вэй Ин, заправляя за ухо выбившуюся прядь.

В голову Лань Чжаню не приходит ни единой причины, по которой Вэй Ин стал бы его догонять и по которой ему вдруг захотелось с ним заговорить. Может, он собирался вернуть один из одолженных карандашей?

— Ты… чего-то хотел?

Вэй Ин с мгновение растерянно смотрит на него, а затем смеётся.

— Ой! Ах, ничего, ничего. Просто хотел пройтись с тобой. Можно?

Лань Чжань ушам своим поверить не может, но, увидев, как улыбка Вэй Ина вдруг внезапно меркнет, осознаёт, что уже целую минуту держит его без ответа. Молчаливо кивнув, он продолжает идти. Вэй Ин равняется с ним шагом и, пусть и не говорит ничего, уже само его присутствие громкое: оно проявляется это в тепле, что чувствует от него Лань Чжань, в улыбках, которыми он одаривает прохожих, и в том, как его глаза загораются от любой замеченной вещи.

Лань Чжань так это любит.

Всё это заставляет его чувствовать себя живым...

— Лань Чжань, а что ты слушаешь? А мне можно?

Он даже не заметил, что так и не снял наушники, и эта тихо играющая музыка придавала моменту волшебства.

Лицо ждущего Вэй Ина светится волнительной надеждой. Как Лань Чжань вообще может ему в чём-то отказать?

Хотя бы так, через музыку, он сможет стать хоть чуть ближе к сердцу Вэй Ина.

— М-м.

Он протягивает один наушник, и пальцы Вэй Ина едва уловимо задевают его собственные, когда тот его забирает, чтобы вставить в ухо — Лань Чжаню кажется, что от этого прикосновения во все стороны разлетаются искры. Нажав на экран и поставив музыку на шаффл, он едва давит в себе желание пропустить песню, когда узнаёт тихую нежную мелодию. Последнее, что ему сейчас нужно, это любовная баллада — не хочется, чтобы его возлюбленный даже так слышал о его чувствах, а уж тем более не хочется поставить Вэй Ина в неловкое положение.

Но, когда он видит, как уголки розовых губ Вэй Ина поднимаются в крошечной улыбке, Лань Чжаню кажется, что дослушать её было бы не так уж и плохо.

Поётся в ней о двух людях, которым не нужен никто, кроме друг друга, о том, что певцу хочется лишь донести эти чувства до своей любви, находиться рядом и забыть обо всём на свете. В ней поётся о том, что эти три слова говорят недостаточно часто даже когда они срываются с губ постоянно, и сердце Лань Чжаня щемит от желания набраться храбрости и произнести их хотя бы однажды.

Он украдкой бросает взгляд на Вэй Ина и забывает как дышать.

Лучи заходящего солнца окрашивают его щёки в сладкие оттенки красного и озаряют прелестным сиянием его глаза. Лань Чжань понятия не имеет, за какой такой подвиг ему позволено стать свидетелем этого мгновения, но он глубоко благодарен за возможность и запомнит навечно каждую его деталь — то, как Вэй Ин, кажется, смотрит прямо на него и, заметив, что Лань Чжань уже смотрит, быстро отводит взгляд; то, как он прикрывает глаза, когда песня достигает особенно душещипательного момента и как он закусывает губу в попытке молчать, когда Лань Чжань хочет лишь одного — услышать от него хоть что-то.

Он так красив, так умопомрачительно красив, что Лань Чжань сходит с ума.

И думать он может лишь об одном — я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя.

Они молчаливо идут бок о бок, их ладони время от времени случайно соприкасаются, и Лань Чжань так нервничает, что, кажется, сердце бьётся в два раза быстрее. Когда они стоят на переходе и ждут зелёного на светофоре… Вэй Ин взглядом следит за проезжающими машинами, а Лань Чжань всё пытается понять, почему даже в окружении стольких людей он не в силах отвести взгляд от стоящего рядом парня.

От Вэй Ина у него кружится голова.

Если бы она кружилась до конца жизни.

⤐♥⬷

Следующим утром Лань Чжань получает ещё одно письмо. В этот раз он читает его быстро, и от предложенного там он не в силах скрыть удивление.

думалось, невозможно влюбиться в тебя ещё сильнее, но, оказалось, это не так :( теперь, кажется… я не могу дышать? каждая песня, что я слушаю? вообще всё? всё напоминает о тебе и сводит меня с ума, лань чжань. мне очень нужно рассказать тебе, как много ты для меня значишь. лично. нужно было сказать что-то вчера, но при каждой попытке меня охватывал страх. поэтому можешь, пожалуйста, пожалуйста, встретиться со мной в заброшенном доме рядом со школой?

Звенит звонок на урок и он выбрасывает письмо в мусор. Весь следующий день Лань Чжань занят уроками и работой над исследовательским проектом, который нужно сдать через пару дней, и даже с Вэй Ином лишь здоровается утром, как и обычно.

В конце концов, Лань Чжань не идёт к заброшенному дому.

(И поэтому не видит, как нервные пальцы крутят крошечный цветок, в ожидании его появления.)

⤐♥⬷

В те выходные брат Лань Чжаня даёт ему немного денег и тот решает мудро потратить их на новую книгу; за этим он в полдень отправляется в ближайший книжный, желая поскорее потеряться между полок и выпить чашку тёплого чая.

Но он совсем не ожидает услышать тихий скрип, а затем и грохот падающих книг в соседнем отделе. Он уже шёл к кассе, но, охваченный любопытством, Лань Чжань замечает там парня, чьё лицо скрыто за книгой, а лоб сосредоточенно нахмурен.

Лань Чжань в силах разглядеть её название и потому едва сдерживается от того, чтобы закатить глаза, когда видит на обложке “Руководство по признанию в любви для чайников”. Он только шепчет свое “вздор”, как парень уже поднимает голову и встречается с ним взглядом.

Имя срывается с его губ с привычной простотой.

— Вэй Ин?

Вэй Ин роняет книгу и, кажется, на мгновение впадает в панику, но быстро берёт себя в руки и, неловко улыбнувшись, поднимает книгу и прячет её за спиной.

— Лань Чжань! А-ха-ха, привет...

Лань Чжань с опаской подходит ближе, чувствуя, как дико бьётся сердце и краснеют уши от взгляда на Вэй Ина, так мило одетого в пижаму. Его волосы безнадёжно растрёпаны, пряди торчат во все стороны, а глаза кажутся сонными под тусклым льющимся из-за полок светом.

Кажется, что он… в полдень вылез из постели и даже не смотрелся в зеркало перед тем, как сюда прилететь.

Тоска с такой силой накатывает на Лань Чжаня, что чуть не сбивает с ног — он бы всё отдал, чтобы хоть мгновение держать того в своих руках, обнимать и усыпать поцелуями сонное лицо.

Подойдя ближе, Лань Чжань бросает взгляд на его руки, всё ещё прячущие за спиной книгу, и поднимает глаза назад на Вэй Ина.

— Интересная?

Вэй Ин притворяется сбитым с толку.

— Что? А, ты об этом? — он показывает книгу, помахивая ею перед собой. — А-ха-ха, это… для сестры! Да! Подарок ей! — а затем постукивает книгой по голове и спрашивает:

— А ты что? Нашёл что-то интересное?

— М-м, — краснеет Лань Чжань. — Новое издание “Маленького принца”.

— Хм… — тянет Вэй Ин, словно принимая это ко вниманию, а затем восхищённо охает и улыбается. — Твоя любимая книга, Лань Чжань?

Краснея ещё сильнее, Лань Чжань отводит взгляд и кивает.

— Ага. С… самого детства.

Когда он снова поднимает взгляд, то почти отшатывается от нежности, плещущейся в глазах Вэй Ина, от расцветающей на его губах прелестной улыбки и от удивительной мягкости, с которой он на него смотрит.

— Как мило, ах… — бездумно шепчет тот, отчего из и без того горящих ушей Лань Чжаня чуть не начинает валить дым.

Поняв, что сказал это вслух, Вэй Ин заливается краской.

— Ах, прости за это… Пойдём к кассе? В очереди расскажешь мне, почему так любишь эту книгу, хорошо?

Лань Чжань не в силах сдержать улыбку, чуть приподнимающую уголки его губ.

— М-м.

И уже то, как его сердце поёт от одних этих слов Вэй Ина, его присутствия, его сияния — всё это больше, чем Лань Чжань надеялся хоть когда-то от него получить.

⤐♥⬷

Наступает понедельник, а за ним вторник, и дни продолжают неуклонно нестись вперёд. В шкафчике появляется письмо за письмом, но Лань Чжань их больше не открывает.

Вэй Ин кажется непривычно угрюмым. По классу больше не разносится его громкий смех, он даже почти не улыбается. Когда же это и происходит, то это лишь слабый, тусклый изгиб губ, и Лань Чжань переживает до глубины души, а его сердце сжимается каждый раз, как Вэй Ин, заметив его взгляд. поспешно прячет глаза.

Может, он сделал то-то не так? Мысленно Лань Чжань возвращается к встрече в книжном, к тому короткому разговору, но не вспоминает ничего странного. Напротив, всплывает лишь образ его мягкой улыбки, алых щёк и звонкого смеха, заполоняя собой всё, и от этого Лань Чжань лишь сильнее беспокоится, сильнее хочет быть рядом.

Перед тем, как в пятницу уйти из школы, Лань Чжань идёт к шкафчику за курткой и к его ногам падает новая записка.

Он тяжело вздыхает, всё ещё не в силах поверить в такую настойчивость, и наклоняется, чтобы её поднять. Даже думает снова сразу же выкинуть, как и поступал со всеми до неё, но что-то скребёт его изнутри — чувство вины — и подталкивает развернуть и прочитать. Преуменьшением будет сказать, что в этот раз записка его удивила.

лань чжань, я тебя люблю.

Ему искренне интересно, почему.

(Чего он, правда, не знает, так это того, что каждое выброшенное им письмо заканчивалось одинаково. “Сегодня я снова буду тебя ждать, приходи, пожалуйста?”)

⤐♥⬷

По пути назад начинается сильный дождь, и Лань Чжань решает укрыться на веранде ближайшего заброшенного дома. Однако, подойдя ближе, он замечает, что там уже кто-то есть, и этот кто-то сидит, приобняв колени, и палкой выводит по полу узоры.

Сердце пропускает удар, когда он узнаёт непослушные пряди, стянутые красной лентой, и, не успев подумать, говорит:

— Вэй Ин? Что ты тут делаешь?

Парень отвлекается от своей хандры; от вида его прелестно надутых губ и чуть порозовевшего носа Лань Чжань даже подумывает ещё немного постоять под дождём, чтобы остудить обжигающий кожу жар, усмирить желание прижаться губами к кончику его носа.

Вэй Ин, кажется, удивлён, но расслабляет плечи, поняв, что это лишь Лань Чжань. Лишь он и Лань Чжань...

О таком Лань Чжаню лучше не думать.

— Ох, Лань Чжань, — тот приветствует его улыбкой, но в глазах та не отражается. — Ничего, я просто… прятался от дождя.

Глубоко вдохнув, Лань Чжань садится рядом с ним; случайное касание плеч вздымает целый рой бабочек в животе.

— М-м. Я тоже.

Какое-то время они просто тихо сидят в окружении стучащих об асфальт и крышу капель, завывание ветра и стрекот сверчков, поющих всё громче в предчувствии сумерек.

Лань Чжаню не то чтобы не нравится тишина — просто быть с Вэй Ином ему уже более чем достаточно. Его компания словно мягкое одеяло, согревающее и оберегающее его от всего мира. Сердцу спокойнее, когда он может купаться в лучах его света.

Однако… сейчас этот свет такой тусклый, что Лань Чжань почти его не чувствует.

До того, как он успевает спросить, что не так — сердце уже сходит с ума — Вэй Ин сам подаёт голос.

— Лань Чжань, можно у тебя кое-что спросить?

— Что? — без колебаний отвечает парень.

Вэй Ин продолжает выводить на полу невидимые узоры — палка двигается почти по кругу, и Лань Чжань вдруг понимает, что это сердце, пусть рисунок и исчезает, когда Вэй Ин убирает палку в сторону.

— Почему… — он совсем не смотрит на Лань Чжаня, — почему ты, ну это… каждое утро ты что-то читаешь и выкидываешь. Мне интересно почему? Иногда ты даже не читаешь...

Меньше всего Лань Чжань ожидал именно этого вопроса, и он действительно не знает, как правильно на него ответить.

Не хотелось бы, чтобы Вэй Ин решил, что он… состоит с кем-то в романтической связи. Пусть тот этого и не знает, но Лань Чжань и представить себе не может, что когда-то полюбит кого-то, кроме него, поэтому, если сказать, что это любовные письма, Вэй Ин может подумать не то и обидеться или, что еще хуже…

Станет подталкивать Лань Чжаня ответить на эти чувства и дать им шанс.

Это разобьёт ему сердце — тогда станет ясно, что Вэй Ин никогда не ответит ему взаимностью.

— Мне… всё равно, — вот на каком ответе он в итоге останавливается.

Вэй Ин отвечает мгновенно, звучит почти отчаянно, и сразу же переводит на него взгляд.

— Почему?

Почему Вэй Ину так хочется это знать? Он что, уже подозревает, что было в этих письмах? Наверное, думает Лань Чжань, в этот раз можно быть хоть немного честным о своих чувствах, даже если не говорить, к кому он их испытывает.

— Мне уже кое-кто нравится.

Почему-то от этих слов Вэй Ин сжимается: захлопывает рот и ранено отводит взгляд, даже отворачивается и разве что не отсаживается подальше.

— Ох… Ладно. Прости.

— Тебе не стоит извиняться, — паникует Лань Чжань, боясь, что случайно его обидел. — Ничего, что ты… спросил, — он даже пытается пояснить эту ужасную ситуацию и свои немного резкие слова, адресованные не Вэй Ину. — Кто-то каждый день подкладывал мне в шкафчик… любовные письма.

Вэй Ин снова на него смотрит, и боль на его лице сменяется непониманием.

— Кто-то?

— Да, — кивает Лань Чжань. — Я не знаю, кто. Письма никогда не подписывали.

Глаз Вэй Ина дёргается, когда он выдавливает в полнейшем ступоре свое “что?”.

Тот хмурится, совсем не ожидая от Вэй Ина такой реакции.

— М-м. Поэтому я их и выкидывал, а ещё...

Вэй Ин прерывает его на полуслове.

— Подожди, так ты говоришь, что всё это время я...

За окном сверкает молния, заставая их обоих врасплох. Дождь снова набирает обороты, почти доставая до их убежища на полу веранды.

Сердце Лань Чжаня сжимается на этих словах.

— Ты?

Словно не в силах терпеть, очевидно, захлёстывающие его чувства, Вэй Ин поднимается на колени и притягивает Лань Чжаня к себе за ворот рубашки, крича ему прямо в лицо:

— Да, я! Я, Лань Чжань, а кто ещё? Это я оставлял записки каждый день, поверить не могу, я всё это время считал, что ты меня ненавидишь, и всё это только потому, что я забыл их подписать, — отчаянно и раздражённо выпаливает Вэй Ин.

И у Лань Чжаня нет слов.

Что это шумит в ушах, что это за необъяснимое, незнакомое чувство, которое он и не надеялся ощутить, заполоняет грудь?

Вэй Ин с трудом выдыхает и закрывает глаза, открывая их лишь когда спокойно говорит:

— Лань Чжань, ты что, не видишь? — и смотрит на него почти с мольбой. — Ты мне так нравишься.

— Тогда… почему ты всегда отводил взгляд, когда я на тебя смотрел? — Лань Чжаню хочется ударить себя за то, что он первым делом сморозил такую глупость, а не сказал то, что на самом деле бушует в сердце.

Но у него нет возможности отмахнуться от своих слов и сказать что-то более подходящее, потому что Вэй Ин уже отвечает, теряясь между вскриком и всхлипом.

— Потому что я смущался! Лань Чжань, ты понятия не имеешь, что творишь с моим сердцем, да?

Игнорируя жар, охватывающий всё от кончиков ушей до щёк и до кончика носа, Лань Чжань отвечает вопросом на вопрос.

— А ты что?

— Ты о чём? — непонимающе склоняет голову Вэй Ин.

Чувствуя, как с надеждой трепещет сердце, тот бросается вперёд.

— Ты тоже понятия не имеешь, что творишь с моим сердцем, Вэй Ин?

Словно завороженный, Вэй Ин эхом вторит свой вопрос, забывая моргать своими огромными серыми глазами.

— Ты о ч-чём?

Дрожащая ладонь смахивает в сторону чёлку, скрывающую зардевшегося Вэй Ина, и едва уловимо скользит косточками по порозовевшим щекам.

Лань Чжань, пусть и на мгновение, ей завидует.

— О том, что ты мне нравишься. Ты нравишься мне, Вэй Ин. Больше всех на свете.

— Но… но! — запинается Вэй Ин, второй рукой сжимая касающуюся щёк ладонь. — Но ты тоже меня избегал! Постоянно!

— Я… Я тоже… смущался. Мне казалось, что тебе со мной неуютно, — признаётся Лань Чжань, отводя взгляд.

Эти же руки быстро обхватывают его лицо, заставляя снова смотреть вверх… и столкнуться с раздражённым и злым, но всё равно нежным взглядом.

— Ты что, тупой, Лань Чжань? — говорит Вэй Ин, пытаясь высмотреть что-то на его лице. — Я всегда пытался провести с тобой больше времени! Но ты… ах!

Он не знает, что на него находит. Может, это слова Вэй Ина подняли в нём эту волну бесконечной симпатии и жажды, что давно уже росла и хотела вырваться наружу. Может, это были его красные щёки, что разбивали сердце Лань Чжаня каждое мгновение, уплывающее без прикосновений его губ. Может, это был взгляд, момент, дождь — Лань Чжань и сам не понимает.

Не понимает ничего, кроме губ Вэй Ина на своих, когда целует его посреди тирады. Они мягкие и податливые, едва ощутимо изгибаются в улыбке, когда тот отвечает на поцелуй, углубляя его и проскальзывая в тепло рта Лань Чжаня.

Лань Чжань наслаждается его настойчивостью, тем, как Вэй Ин поддразнивает его языком и, позволив ему проскользнуть внутрь, охает, когда они сплетаются вместе, а Вэй Ин стонет, когда Лань Чжань прикусывает его губу.

Они превращаются отчаянный клубок рук, ног и губ, падают на мокрый пол прямо посреди горячего поцелуя. Вэй Ин смеётся, седлая его бёдра, и наклоняется, чтобы легонько прикусить порозовевшее ухо.

— Лань Чжань, я действительно было решил, что тебе совсем не нравится моя компания.

Что-то в сердце Лань Чжаня разбивается и он быстро хватает одну из ладоней Вэй Ина, подносит к своим губам и внезапно хмурит брови от волнения.

— Прости. Я хочу тебя. Проводить с тобой время. Всегда.

Вэй Ин закатывает глаза и смеётся, наклоняясь, чтобы поцеловать Лань Чжаня в нос.

— Эй, Лань Чжань. Не глупи, тут не стоит извиняться. Мы же теперь вместе, да?

От этих слов сердце пропускает удар.

— Вместе?

Вэй Ин дразняще улыбается.

— Эм, ну… только если ты хочешь со… м-м-м!

Лань Чжань целует его снова, прижимаясь губами ко всему, до чего может дотянуться — до губ, щёк, носа, век, не давая Вэй Ину сделать ни вдоха.

Он снова прижимается к губам Вэй Ина и быстро проталкивает между них язык, углубляя поцелуй, и уже скоро оба теряются в стонах друг друга.

Ладонь Лань Чжаня скользит вниз по спине Вэй Ина и останавливается, но тот протягивает назад руку и, опустив его ладонь на свою задницу, сжимает её поверх своей.

От такого удивления Лань Чжань даже отодвигается.

— Лань Чжань! — говорит между смешками Вэй Ин. — Если ты будешь затыкать меня поцелуями, то я никогда не замолчу, ты же понимаешь?

Словно Лань Чжань вообще хоть когда-то такого захочет.

Он сжимает ладонью округлость под ладонью и улыбается, когда Вэй Ин удивлённо ахает, а его лицо заливает румянец.

Он снова тянет его вниз и потирается своим носом о кончик его.

— М-м.

И целует его снова.

⤐♥⬷

Бонус

— Лань Чжань… куда ты? Ты в другой стороне живёшь.

— Школа. Мусорка.

— Что?

— Обыщу мусорку. Там письма от Вэй Ина, я должен их найти.

Вэй Ин замирает и сгибается пополам со смеху.

— А-ха-ха-ха! Лань Чжань! Ну ты и зануда! Ты не должен...

Но взгляд, направленный на Вэй Ина, полон решимости.

— Должен. То были подарки от Вэй Ина. Они бесценны. Я… — Лань Чжань опускает взгляд, заметно погрустнев. — Прости, что я их выбросил.

Сердце Вэй Ина тает, и он притягивает своего парня в крепкие объятия, смешливо фыркая.

— Эй, Лань Чжань. Ты не виноват. Не волнуйся ты, ну, — он отстраняется и с улыбкой поглаживает Лань Чжаня по щеке. — Я напишу тебе столько любовных писем, сколько захочешь, мой милый Лань Чжань. Ладно?

Лань Чжань льнёт к его руке и мягко улыбается в ответ.

— Хорошо.

♥♥♥