Actions

Work Header

Песни верности

Chapter Text

Из «Песен верности»
(о тех, кто рядом)

ИСХОД

The Dispossessed
(Пророчество. Вид с палубы)

И боялись - сгореть:
Уходили-то все же - жить.
И боялись смотреть,
На него, а себе - решить:

Этих факелов свет,
Этих слов ледяная медь -
Как единый ответ,
Что в конце ожидает - Смерть.

Отвлекись - облака,
Легкий ветер, волна бежит...
Знаешь, все же пока
Я еще собираюсь жить.

Собираюсь... А он?
(Словно пеплом уже клеймен).
Этот тяжкий закон,
Эта черная плоть знамен,

Ярых слов торжество,
неизбежности злая плеть...
Мне бы знать, за кого
Он себе выбирает - смерть?

И в котором бою,
С ним - отчаяньем наравне,
Я приму, как свою,
Гибель, брошенную не мне?

2:47 02.08.2005 (по рисунку Кассиопеи)

* * * *

ТЕМНОЕ ВРЕМЯ

Не архивное - 2

Т. (Credo?)

Смирение. Отчаянье. Судьба.
Не забываясь - и не забывая.
...Как наважденье - зеркало к губам
В привычном удивлении: "Живая".

Хоть по следам пройти судьбу твою!
Нет, не суметь - она стократ бездонней.
Не искупить.
...И вечный сон, где пью
Густую кровь с израненной ладони.

18.12.01, по следам СПб

*

Ты говоришь со мною о судьбе,
О Непокое, клятве и восстаньи...
Я думал - ты не станешь о себе,
О неушедших... Помолчишь - и станешь.

Ты говоришь со мною о былом,
Выискивая точки расхожденья
И, зло увидев, называешь злом.
Ты говоришь со мною о Паденьи, -

Рука уже не тянется к мечу
От этих слов, к нам дивно применимых...
Ты говоришь...
Но чаще я - молчу
О наших бедах, подлинных и мнимых.

Ты говоришь со мною обо всём,
За вычетом одной простейшей вещи,
Звучащей так: "Давай его спасём".
...И наши тени кривы и зловещи.

30.05.15, Куликово поле - Данковский уезд

* * * *

МИТРИМ (ПЕРВЫЕ ГОДЫ)

"...или Туда и Обратно"

Стуком копыт - в сентябре, в сентябре, в сентябре, -
Имя застынет пылинкой на верхней губе, -
Словно бы перечеркнув этих лет тяжкий бред,
Я возвращаюсь к себе - возвращаюсь к тебе.

Старое место... Все те же трава и кусты,
Под разноцветными листьями стынет вода...
Тот же и я, и со мной - снова память и стыд,
Но возвращенье важнее тоски и стыда.

Хочешь ли - пламенем выжги меня добела:
Южного берега ныне так тусклы огни! -
Хочешь - припомни любые лихие дела,
Хочешь ли - хоть отвернись, промолчи, прогони...

Что же ты, сердце? - забилось, никак не унять,
Что же ты, рана - враги или просто дожди?...
- Некому, друг, ни встречать тебя, ни прогонять.
- Как же... - осекся.
- Пока еще. Ты подожди.

...И по земле, на подбитом крыле, в сентябре,
Счет потеряв - во втором или пятом году? -
Если хоть так я смогу искупить этот грех,
Я - подожду, подожду, подожду, подожду...

28-29.09.04

* * * *

Ляжет на сердце и не растает
Напоминаньем немым:
Как тебе спится, Aran Hastaina,
Посередине зимы?

Пеплом да белым инеем тронут,
А на челе на твоем
Смутно темнеет - след от короны?
Лучше бы - след от нее…

Что совершилось – то не исправить,
Каждый удар – навсегда…
Можешь пока что спать, а не править,
Это – судьбы твоей дар.

Не протрубило и не настало,
Лишь подарило – живой…
Обруч мерцает белым металлом
В нашем шатре-кладовой.

Отблеск металла – только ли это?
Права знак – и правоты.
Долго ли будет он ненадетым –
Можешь решить только ты.

Старые споры вновь растревожишь,
Рухнет вознесшийся - вниз…
Все еще будет, все еще сможешь…
Только вначале – проснись.

…Еле заметно дрогнут ресницы.
…Не истребленный судьбой,
Как тебе спится, что тебе снится?
Тот ли, кто бдит над тобой?

Если меня ты и не припомнишь, -
Дурно ведь сыграна роль, -
Он тебе – в помощь, сон тебе – в помощь…
Только проснись, мой король.

30.01.2004

*

Так ветер проходит пустые страны,
Пронзает леса, задевает горы,
Приходит туда, где седые волны
И в древнюю входит тьму, -
Так в путь ты выходишь - легко и рано,
Забыв ожиданья и разговоры,
И мир, непривычного света полный,
Достанется одному.

Ручья перешагивать переливы,
Запомнить листву и лесные росы,
Рассеяться в мире, застыть в вопросе,
Но узнанном не из книг, -
А ветер проносится торопливо, -
Ты в лес заповедный войдешь без спроса,
Но ежели встретишь кого-то - спросишь,
И даже поймешь язык.

Без страха достранствовать до метели,
Дойти до реки - и назвать Миндебом,
Не думать о цели, не знать о крове -
Но помнится каждый час:
Есть слово тому, кто в своей постели,
Есть слово тому, кто под этим небом,
Есть слово тому, кто - нет толку в слове! -
Уже не откроет глаз.

Но ветер слетает - легко и грозно:
"Светает. Всё тает. Вернись. Не поздно!"

- Но так не бывает! Но нам - не светит!... -
Слова, разрывая, уносит ветер.

Ты встал и застыл, растворяясь в прошлом.
...Но пали мосты, да и жребий брошен.

08.05.08.

 

* * * *

T.

Между памятью и виной
Неизменный - в крови - рукав.
Добежала - тугой струной,
Нерешительных растолкав -

Постоять во втором ряду,
Разглядеть, как склонился чуть…
…Ты прости, что не подойду
И не встану, плечом - к плечу, -

Не затем, что разрыв в судьбе,
Не затем, что велик и горд:
Не опора, увы, тебе.
Это ты нам опора, лорд.

Мы - твои, не скажи "они",
Злую отповедь не готовь,
Если можешь - не прогони,
Тех, на ком твои тьма и кровь,

Тех, кто не был у черных скал,
И не видел их - не одной,
Но так долго тебя искал
Между памятью и виной.

…И уже не вблизи - в углу.
Мимо слуха уже - слова.
Только видно, как по столу -
Край расшитого рукава…

02.11.03, глосса на Ханну

* * * *

("Мой осенний лорд - 2")

(Мизансцена: лирический герой в саду. Поздняя осень. Почти все, что могло, уже облетело и завяло, - кроме яркого пятна каких-то поздних цветов. Пасмурно…)

А в саду-то совсем холодно, совсем осень-
О душе твоей расколотой - и не спросят,
Только ветви ветром клонятся - как в молитве…
Да и ты не беспокоишься: не болит ведь.

Лучше так. Ведь спросят - молотом, мглой, истомой,
И внутри повеет холодом - по пустому.
А в саду - почти прозрачное, тенью, данью, -
Полумертвое и страшное увяданье.

А поскольку на душе серо - и не спросит,
Встанет прошлым - то же озеро, тоже - осень:
Низкий небосвод, скукожившись, ноябрем лил…
О душе - другой - тревожились: соберем ли?

…Испугаться да прислушаться: отлетела?…
Удержали непослушную возле тела,
Проводили к дому старому - новой дверью…
Поклонись тому, усталому: ждал и верил.

Темным золотом расшитая - снова осень.
…Может статься, что души твоей - нет и вовсе:
Отметалось все, что вырвалось - "за своими"…
А осталось - то, что вызвалось - да, на имя.

Что осталось, то и отдано - скудный дар мой.
"Не гони, - мольба бесплодная, - государь мой…"

16.10.03, Малаховка – Люберцы

* * * *

ХИМРИНГ. ДОЛГИЙ МИР

 

Credo Himbe Ringion

Мы проходим по ребрам полей - или поле проходит по нам,
Обнажая Завет Королей: завершение миру - война?
Выцветает в закат рыжина, тишина заполняет объем...
Или прошлое просится к нам, что о гибели к ночи поем?

Всем пригожа бездомность полей, да к утру выстывает тепло.
Но - сумеешь ли? - нас не жалей: встанем все, если время пришло.
Постоим на железном ветру, оборвемcя на камни - зерном...
Если звезды вослед не умрут - так и было до нас суждено.

Всем бескрайность полей хороша, только в горле - не сладить! - все ком:
Знаю, бродит по звездам душа, да по их остриям - босиком.
И моя нераздельна вина, хоть напомни: не больно - вдвоем...
Кто-то скажет: "Веками - война", - но о ней только к ночи поем.

А иное, о чем не поют, дальней медью звенит наяву:
Я погибну во славу твою, но покуда не время - живу.

04.03.03.

* * * *

Dispossessed - 2
или
"Уходили то все же - жить..."

- Кто знал, что через пятьдесят
Лет.... шестьдесят? Какая разница!..
На ветках яблоки висят,
А Химринг строится и красится.

И будет урожай - держись!
Держи корзину, как сумеется...
Кто знал, что можно будет - жить,
А тьма и гибель - перемелются?

Кто отрекался, проклинал,
Пил жадно воздух, тьмой разреженный, -
Никто не ведал и не знал,
И даже может быть - не брезжило.

Я уходил на рубежи,
И приучал себя к зиме еще...
Кто знал, что можно будет - жить?
Всё тот же, сам едва умеющий.

Я смерти ждал - и вышел в сад.
(Ждал смерти? - им однажды пройденной...)
И вот - не берег, не леса,
Но земли эти будут *родиной*,

И уж отсюда не уйду,
А эти ветви - подтверждение...
...Там яблоки висят в саду
И размышляют о Падении.

08.2005

Белеринадская ночь

Сейчас такая ночь, что сны бледней, чем явь, -
Она зовет с собой и сбыться обрекает.
А небо Млечный Путь пересекает вплавь,
И с небосвода вниз медлительно стекает.

И прошлое - прошло, не помни, не жалей,
Живи, пока нам жить дозволено Единым,
Покуда нам легко меж избранных ролей,
И список кораблей сожжен до середины....

2006-01-29

 

* * * *

И все это – правда.
И болью на убыль уносится дождь.
Мы выбрали право –
Замерзшие губы и «Врешь, не уйдешь».
От каменных стен и высокого града
Мы – дар Пустоте.
…Если все это – правда.

Мы выбрали ветер,
И красный закат, и обрубок Луны.
Но с белых соцветий –
Такая тоска по стране тишины!
Желанный покой –
Захлебнуться бы в пене и свете…
Нет, слишком легко.
И к тому же – мы выбрали ветер.

Не ладится вера,
Но камень на камень – в стене как в щите.
Мы верности мера,
Мы Долгого мира тревожная тень.
Мы приступа ярость и тяжкая сила примера.
Судьба состоялась.
Вот только – не ладится вера.

Холмы и прохлада –
Бескрайнего мира бездонны дары.
Не славы, не сладу
С веками прошу у вершителей этой игры –
Мы выбрали мир,
И себя, и да будет расплата:
Мы станем людьми.
Но вернутся – холмы и прохлада.

….По лопнувшей вере –
И капли видений, и камнем – утрата.
Не клялся, но верю,
Что близится день, и что все это – правда.

16.07.2002, закат

* * * *

…И каждый зачерпнул из родника.
(Спокойная зеленая долина,
Привал, что будет мирным, но недлинным).
Один лишь ждал, не спешившись, пока
Иные пьют. Скажу ль – вынослив? Горд?
Я зачерпну еще. Испей, мой лорд.

…И отступился в мягкую траву –
Прозрачность вод в словах неизмерима –
И вдруг прочел (или – услышал зримо):
«Коснусь воды – поверю, что живу».
Я на два шага слепо отступил
И не смотрел, как он с ладони пил.

..И будет день, когда падет земля –
Как дело наше – в руки небосвода, -
Что в этот день, когда иных свобода
Расплещется, иных же веселя,
Внести осмелюсь в призрачный чертог?
Тебе – тех вод обещанный глоток.

07.06.2002 2:51, глюк по Анариону (отслушано 1,5 кассеты)

* * * *

[Тени Долгого Мира]

«Надеяться – больно. Уж лучше – покой», -
Почти что улыбка - на губы,
И бережно, как обожженной рукой,
Сжимаешь наполненный кубок.

Быть может… Но все-таки много больней,
Скользя в неизбежную бездну,
Не видеть ни перед собой, ни за ней
Хоть малости, духу любезной, -

Надежды. А впрочем, не ты ли – лишен
Хотя бы возможности этой?
…Отчаянно, как обожженной душой –
В пространство, не чая ответа.

И те, что сникали, и те, что тогда
Клялись не пустить к тебе осень
(А то, что в бокале – какая беда,
Что было не выпито вовсе?) –

Такая беда и такая тоска –
Мы все твоей крови и крова
Причастники. …Годы текут, как река,
Ветра хлещут стены сурово,

А солнце сквозь пряные травы слепит,
Но Север – так явственно – рядом…
И скачет надежда твоя по степи
От Хитлума с малым отрядом.

03.08.03, отвал, посвящается пению «Надежда – мой компас земной»

* * * *

Бежит дорога от ворот,
Течет ручей с холма.
На юг - круговорот широт,
А вот на север - тьма.

Даль запада до гор видна,
Восток - почти до гор.
А небо (выпить бы до дна!)
Бездонно до сих пор.

Мы - здесь. Вокруг растет трава,
О чем-то шепчет лес,
И ты, душа моя, жива,
И я не весь исчез.

Мы - здесь: принять, спасти, помочь.
Мы - здесь: в узде война.
Смотри, как разгоняет ночь
Свет верхнего окна!

А враг узнает, что мы злы
(Хотя - обречены),
Запомнит - на полет стрелы
От каменной стены.

29.02.04