Actions

Work Header

Записки в полдвенадцатого

Chapter Text

В ночь со вторника на среду они всегда выпивают. Терпким Эст-Эстом или же сухим Эрвелюсом — не имеет никакого значения на третий час, когда Йен скидывает обувь и забирается на стоящий под ночным небом диван, запрокидывает голову и как-то гулко смеется — то ли от безысходности, то ли от счастья.

Геральт в эти мгновения обычно пьян несколько меньше — мутации контролируют, куда уж денешься — но есть что-то хмельное и несуразное в этой ее улыбке, в спутанных волосах, в потухшем солнце во взгляде.

Я не понимаю, говорит Йен, и ее ногти еле слышно царапают кубок.

Я не понимаю.

Геральту хочется с ней согласится — что он, в общем-то, и делает, только не вслух, конечно, Йен должна думать, что хоть кто-то контролирует ситуацию. Ей вообще нужна наконец какая-то опора, только — Геральт жалеет, не так сильно, как мог бы, но ощутимо — никто не может ее предоставить.

Знаешь, это такой бред с желаниями, тянет она, и к ее сирени и крыжовнику примешивается виноград.

И:

Я люблю тебя, Геральт. Или нет. Проклятые джинны. Надеюсь, у них есть какой-нибудь свой персональный ад.

Геральт усмехается, глядя на разозленную-раскрасневшуюся Йеннифэр, которая сжимает в тонких изящных пальцах кубок с вином и выглядит как богиня из какой-то церкви — правда, захмелевшая богиня, — от своего очарования, видимо, — но сути это не меняет.

Она подается вперед, вскакивает и даже удерживает равновесия, несмотря на две распитых здесь и, кажется, еще одну в доме. И, как всегда, грациозно, как Йеннифэр это умеет — даже находясь где-то на грани между безумием и жаждой мести — делает несколько шагов в сторону открытой поляны.

В общем-то, Геральт тоже не знает — любит он ее или нет. Слишком многое влияний извне. Слишком мало искреннего. Но сейчас в эту тихую ночь с мотыльками на воде ему удивительно спокойно, и если это чувство можно назвать любовью,

(Йеннифэр смеется и садится на покрытую росой траву. И улыбается. Как-то искренне и отчаянно.)

то пускай оно так и будет.