Actions

Work Header

Отечество равновесия

Chapter Text

— Быстрее! Сосредоточься, твою мать!

Люк почувствовал, как по спине ползут мурашки. Он знал, что последует за этим. Угрозы оружием. Трибуналом. Суд. Расстрел на месте. Вероятнее всего, всё-таки расстрел на месте. Лейтенант и без того был слишком мягок к нему. По-хорошему, после того, как они оба вылетели из-за руля в предыдущий раз, уже следовало всадить лазерный заряд прямо ему в голову.

Поморгав, Люк сосредоточился на дороге. То и дело по идеально белому бронированному костюму хлестали ветки деревьев. Хорошо ещё, что Явин-IV располагался не так близко к звезде этой планеты. В противном случае продираться бы пришлось сквозь настоящие джунгли — с лианами и куда более плотным расположением деревьев.

Впрочем, даже сейчас Люку могло бы прийтись гораздо хуже, будь он, как мятежники, вообще без своего костюма. Влажный болотистый воздух пришёлся бы не по нраву его лёгким, привыкшим к сухому климату Татуина.

— Что с тобой такое, рядовой? — раздалось сзади.

— Понятия не имею, — тихо ответил он.

Он действительно не имел ни малейшего понятия. Буквально несколько часов назад всё было в порядке. Но сейчас он чувствовал острую, тянущую головную боль, от которой не помогало ни одно обезболивающее.

Надо будет показаться корабельному медику. Если, конечно, у того не найдётся куда более серьёзной работы, чем Люк.

Особенно учитывая то, что самыми худшими ощущениями были отнюдь не физические. Это пугало только сильнее. Он как будто тосковал по кому-то очень близкому, умершему совсем недавно. Но он не понимал, по кому именно.

Шира.

Шира была жива.

Люк знал это.

Во всяком случае, знал несколько часов назад.

Оуэн и Беру.

Оуэн и Беру были живы.

Люк знал это.

Во всяком случае, знал несколько часов назад.

Он ускорился.

— Двести семьдесят, отметка пять! — проговорил он в комм, и лейтенант махнул рукой позади.

В этот же момент в них полетела ракета. Люк едва успел дёрнуться и увести спидер в сторону. Следовавший за ними экипаж разорвало на мелкие кусочки. Люк видел части тел и куски железа, разлетевшиеся в разные стороны..

Боль усилилась.

Ему было очень тяжело. Совсем недавно в небе над Явином-IV погиб миллион человек. В один миг. В тот самый миг, когда Люк уже испытывал какую-то тяжесть, которую он не мог полноценно описать. У него не хватало слов.

Какой-нибудь мудрец наверняка бы сумел рассказать о его чувствах. Но Люк был обычным солдатом. Говорить красиво его учили слишком недолго. Риторику преподавали на четвёртом курсе, а он едва успел закончить первый, когда их отправили сюда.

Восстание, о котором до того едва слышали, проявило себя в полную силу. Битва за Лотал унесла жизни очень многих. Империя не смогла оставить это просто так. Почти всех, кого могли, бросили на ответные атаки.

Люк уже слышал, что при Скарифе одержали победу. А после этого ему в первый раз за эти несколько дней стало плохо. Он понял, что произошло, когда по казармам прошёл слух о том, что Альдераан уничтожен. Распускавших быстро забрали люди в сером. ИСБ. Но Люк уже успел понять, чьи голоса мёртвых стонали где-то совсем рядом с ним. Это пугало.

Но дальше стало ещё хуже. Их направили сюда сразу же после взрыва Альдераана, как сопровождение Звезды Смерти. Они были на борту звёздного разрушителя на границе звёздной системы, когда в нескольких сотнях тысяч километров от них что-то очень ярко взорвалось. Как выяснилось, это была Звезда Смерти.

У Люка помутнело в глазах. Сотни тысяч. И некоторых из них он знал лично. Внутри что-то перевернулось и заныло от осознания того, что больше он их не увидит.

— Рядовой!

Но нужно было сражаться дольше. Люк попытался сосредоточиться. Где-то вдалеке засверкали выстрелы. Бой приближался.

Люк вздрогнул. Это был его первый бой. Он никогда до этого не бился с кем-то. Не убивал. И сейчас он будет должен это сделать.

Когда он поступал в Имперскую Академию, он думал, что будет заниматься далеко не этим. Он рассчитывал на то, что их отправят куда-нибудь в Неизведанные Регионы, расширять границы и… да, биться за Империю с новыми угрозами там, где ещё не ступала ничья нога.

Но здесь были люди. Такие же люди, как он сам. Живые. Те, кто пару лет назад были для него своими. А теперь стали совершенно чужими, и обратно возвращаться не собирались.

Люк уже пережил слишком много смертей за эти несколько дней. Он не хотел продолжать это.

Он должен был продолжать. Несмотря на то, что ему было жаль всех погибших и тех, кто ещё погибнет. Он давал клятву Империи, обещал защищать её любой ценой. Он не мог подвести Императора — и ещё триллионы разумных существ, с которыми делил территорию в многие тысячи квадратных парсеков.

И всё же он не мог справиться с тем, что ему придётся убивать. О чём он думал, когда поступал?

— Рядовой, доложить о состоянии.

— Я… я не знаю, лейтенант, — замялся Люк.

— Не существует ответа «не знаю», рядовой.

— Мне тяжело. Я не знаю, как это объяснить. Как будто все те, кто умер, зовут меня. Они кричат, им больно. Я не понимаю, что со мной.

— Рядовой, а ты не джедай?

Джедай. Одно из худших проклятий в Империи. За год Люк успел хорошо это узнать. Джедаи когда-то едва не убили Императора. Джедаи же помогали повстанцам при Лотале. Несколько часов назад пронёсся слух, что джедай уничтожил Звезду Смерти. И при этом в сказках дяди Бена джедаи были рыцарями света, благородными, не знавшими страха и упрёка.

Люк не знал, чему верить. Но он точно знал, что он не джедай.

— Никак нет, лейтенант.

— Надеюсь. Иначе я тебя пристрелю лично, — в голосе лейтенанта Кеанноли звучала угроза, но угроза кому-то, кому он доверял. Так казалось Люку, во всяком случае. Почему — он не знал. Но это только укрепляло его уверенность в том, что нужно будет показаться медикам.

— Вас понял, лейтенант, — отозвался Люк. — Лейтенант, осторожнее!

Он прижал спидер к земле, когда прямо над ними просвистело несколько лазерных выстрелов. Люк нагнулся как можно сильнее, одновременно с этим резко затормозив. Зажужжали снаряды.

— Рассредоточиться по местности! Всем покинуть спидеры!

Люк спрыгнул вниз и огляделся. Они находились в низине на склоне горы. Повстанцы располагались сверху и впереди.

Взяв из-за спины винтовку, он откатился за ближайшее дерево. Перевёл дух. Землю рядом взрыли лазеры противника. Приблизительно определив место расположения стрелявших, Люк выглянул из-за дерева и посмотрел на предполагаемое место в снайперский прицел.

Перед ним возникло незнакомое лицо. Карие глаза, светлые волосы. И искривлённый рот, выражавший одну лишь ненависть. Люк видел, как пальцы нажали на курок. Выдохнув, он скрылся за деревом.

Когда он вновь осмелился посмотреть в прицел, лицо уже было продырявленным, а тот, кого он видел несколько секунд назад, не дышал. Люк вздрогнул. Тяжело. Почему их не успели подготовить к этому?

Переведя дыхание, он выстрелил, не целясь, в направлении последнего полетевшего снаряда. Послышался крик. Через секунду — ещё один. Люк увидел, как в направлении его дерева летит граната. Он прыгнул в сторону и отполз. Землю совсем рядом будто вспахало очередью.

Он сделал следующий выстрел — уже туда, откуда в него полетела граната. В одну перебежку добрался до следующего дерева. Сел, едва успев прижаться спиной к вековому стволу.

Прошла секунда. Две. Пять. Десять. Тридцать. Минута. Всё затихло. Люк сполз в траву и, перекатившись, осмотрел холм. Несколько десятков трупов. У одного — неразорвавшаяся граната в руках. Ни единого движения. Все были мертвы.

Передохнув, Люк перевёл прицел на местность вперёд. Больше трупов. Где-то вдалеке кто-то убегал с поля боя. Люк почти неосознанно выстрелил трассирующим — как учили на тренировках. Голубоватое свечение разрезало полусумерки болот Явина-IV. И тут же следом за ним устремилось несколько снарядов. Вскрик разрезал тишину. Ответных выстрелов не последовало.

— У меня чисто, лейтенант, — доложил он.

— Принято, рядовой. Обратно в спидер. У нас ещё есть задание.

Снова набросив на себя винтовку, Люк, пригнувшись, побежал к спидеру. Добравшись, сел за руль и повёл в направлении, которое указал ему Кеанноли.

Всё вокруг постепенно принимало прежнюю форму. Люк почувствовал, как ком в горле постепенно исчезает. Его больше не тошнило. Лишь тупая, давящая боль от того, что рядом умер ещё кто-то. Их ряды всё редели и редели. Из двадцати пяти спидеров на ходу остались лишь шестнадцать. На некоторых не хватало людей. Повстанцы сражались яростно.

Люк не понимал этого. Не старался понять. У него был приказ. А хорошие солдаты всегда выполняли приказы.

Ведь правда?

Лес начинал редеть, и вскоре прямо перед ними возникло нечто. Люк от удивления приоткрыл рот.

Перед ними возникло огромное каменное строение. Как пирамида, только не такое… ровное. Со ступенчатыми гранями вместо идеально ровных. Прямоугольной вершиной, а не острым концом. Огромным входом. Кажется, у этого типа строений даже когда-то было название. Люк зажмурился, пытаясь вспомнить.

Историю культур галактики у них преподавали не совсем хорошо. С упором на то, что все культуры, кроме человеческой имперской, заслужили место на свалке. Люк, выросший в татуинском смешении культур, принимал это с большим трудом. Экзамен, правда, сдавать ему всё равно не пришлось. Началась война, и его отправили сюда.

С верхних ступеней по ним повели огонь. Люк вдавил газ на полную мощность и прижался к стенкам… этого строения. Когда-нибудь у него будет шанс заглянуть в учебник. Не сегодня.

Вокруг была выжженная земля. Разбитые AT-ST, спидеры обеих сторон. Тлеющие трупы. Люк почувствовал, как ком вновь подступает к горлу, но старался держаться. Он пригнулся.

Вскоре к ним присоединились оставшиеся спидеры. Осмотревшись по сторонам, Люк увидел, что к храму со всех сторон стекались имперские подразделения. Начинался штурм.

— Мы входим, — проговорил лейтенант. — Доставайте светошумовые.

Люк посмотрел наверх. Повстанцы уже почти не обращали на них внимания. Они перестреливались с подходившими подкреплениями.

Бесполезная борьба. Лучше бы им сдаться.

Они не сдадутся.

Несколько гранат полетели внутрь. Вспышка. Другая. Третья. Подождав несколько секунд, Люк достал из-за пояса деревянный муляж и бросил внутрь. Его тут же пронзило два или три снаряда. Кто-то всё-таки успел закрыть глаза и спрятаться в укрытии.

— Один сверху, два справа, — раздалось в комлинке.

— Принял. Рядовой, ликвидировать, — скомандовал ему лейтенант. Люк продвинулся вдоль стены и, резко высунувшись в дверной проём, сделал один выстрел наугад.

Перед ним вновь возникло лицо того солдата, которого убили после его выстрела. Очень похожее на его собственное. Молодое, такое… живое. И страшно преобразившееся всего лишь через несколько секунд

Нет. Он не может больше убивать.

Не сегодня.

Люк выстрелил вслепую ещё несколько раз. Раздался громкий крик. Засвистели снаряды. Прямо из-за Люка выскочили другие солдаты и пошли вперёд. Взяв винтовку, он последовал за ними, паля во все стороны, откуда стреляли в них.

Его вот-вот должно было вывернуть изнутри. Но у него всё ещё был приказ.

Они продвигались по огромным, полупустым помещениям Храма. В них не чувствовалось ни старины, ни жизни. Повстанцы повсюду разместили свои компьютеры, на мониторах которых высвечивалось предполагаемое расположение имперских войск.

И огромное количество красных точек, мигающих по центру каждой из карт. Похоже, расчёты оказались неверны.

Они уверенным шагом поднялись по небольшой лестнице, ведущей ещё дальше в глубины храма. Краем глаза Люк уловил движение слева от него. Он не успел даже подумать, что следует сделать, когда пальцы сами, инстинктивно нажали на курок. Девушка пронзительно вскрикнула и, не удержавшись на крохотном постаменте колонны, упала вниз. Глухо упала, словно какой-то мешок.

Люк нервно сглотнул. Он успел запомнить её лицо. Гладкое, овальное, с острым подбородком. Длинные чёрные волосы. Голубые, широко раскрытые глаза. Она была, наверное, чуть младше его.

И уже была готова убивать.

И уже была мертва.

Её кровь текла по его рукам. Люк видел это.

— Рядовой, не отставать! — послышалось по комлинку. Он послушно развернулся и направился вслед за лейтенантом.

Впереди кипел бой. Остатки повстанцев сосредоточились в крупном помещении с огромным количеством каких-то ящиков. Летали гранаты, раздавались взрывы. Из-за дыма Люк едва мог разглядеть, где и кто находился. Он полностью полагался на данные тепловизора и расположение маячков.

Он не стрелял, только отбрасывал гранаты, если они оказывались совсем уж рядом с ним.

Всё вокруг было как в тумане. И не отнюдь из-за дыма от гранат. Люк всё ещё не мог прийти в себя. Теперь перед его глазами стояло уже два лица.

— Рядовой, проверить направление на девяносто градусов.

— Есть, — он поднялся с места и, укрываясь за ящиками, направился вперёд. Ему не встречался никто почти до того самого момента, когда он добрался до угла помещения.

Но всё хорошее заканчивалось. Рано или поздно. Он увидел, как повстанец пытался заминировать стену.

— Стой! — крикнул Люк.

— Почему? — к нему повернулись лицом. Снова. Как было бы легко, если бы сразу начали стрелять.

— Хватит крови на сегодня, — тихо проговорил Люк, вглядываясь в черты лица повстанца. — Альдераан, станция, все мы здесь. Не надо. Пожалуйста.

— Все бы вы так говорили.

— Послушай, — Люк снял шлем. Он знал, что сейчас случайный выстрел вполне мог снести ему голову. Но перед ним был, возможно, будущий гражданин или даже солдат Империи. Ради него стоило рискнуть. — Меня сейчас тошнит. Я как будто чувствую их всех. Я не хочу чувствовать ещё хотя бы одного.

— Да. Я тебя понимаю.

— Хорошо. Теперь…

— Рядовой, что…

Ни Люк, ни лейтенант не успели договорить. Повстанец резко выхватил пистолет и нажал на курок. Люк едва успел броситься вперёд. Левую руку чуть ниже плеча обожгло. Он сбил повстанца с ног и покатился с ним по полу. Через несколько секунд сверкнули выстрелы.

Люк снова смотрел на застывшую гримасу смерти. В этот раз — прямо перед собой.

— Скайуокер, ты в порядке? — раздался голос подбежавшего к нему лейтенанта. Люк почувствовал, как к горлу подступает ком.

— Направьте меня к психологу, лейтенант, — слабо протянул он.

Сразу после этого его стошнило.