Actions

Work Header

Мгновения нежности

Chapter Text

Джек раздевается, прикрыв глаза, вымотанный тяжелым днем. Брок старательно не смотрит на альфу. Он еще не привык к самому факту наличия у него альфы, не то что допустимости разглядывания могучего загорелого тела. Сняв рубашку и небрежно швырнув ее в корзину грязного белья, Джек сонно трет глаза и опускает руки к ширинке. Одним движением расстегнув три пуговицы, он открывает густую поросль в паху, и Брок, покраснев, опять отводит взгляд, мысленно отчитывая себя за то, что не может удержаться от подглядывания. Он бы решил, что Джек нарочно его провоцирует, но тот выглядит так, будто вот-вот отключится. Быть командиром отряда чертовски выматывает, Брок давно это знал, потому и не рвется на сомнительную позицию.

Однако Джек мог бы и надеть белье под джинсы. Брок облизывает губы, понимая, что снова уставился на него. Тот стоит, откинув голову на стену, джинсы спущены до середины бедра, руки безвольно висят вдоль боков. Брок встает и осторожно идет к альфе. Тот едва приподнимает веки, глядя на омегу из-под ресниц. Брок чувствует, как его скулы начинают заливаться румянцем, но не останавливается. Это все равно что помочь товарищу по оружию, уставшему после боя, говорит он себе. С небольшими отличиями...

Он кладет ладони на широкую, ровно вздымающуюся грудь, замерев на мгновение, завороженный тем, как выделяется его оливковая кожа на фоне ровного загара Джека. Чуть надавив, ведет руками вниз, по твердым грудным мышцам, по резко очерченному прессу, к ямке пупка и той самой темной поросли в низу живота, привлекшей его взгляд в первую очередь, борясь с желанием повторить этот путь ртом, приласкать горячую кожу языком. Джек наблюдает за ним, никак не реагируя, его мягкий член покоится в гнезде густых волос, не проявляя признаков заинтересованности.

Брок разводит руки, оглаживая тазовые косточки, запускает ладони под свободно болтающийся пояс джинсов и медленно тянет их вниз, опускаясь перед Джеком на колени. Собрав ткань возле лодыжек, он помогает Джеку выступить из штанин и откладывает джинсы в корзину к рубашке. Джек тихо, устало вздыхает. Брок гладит его по ногам, распрямляя жесткие волоски. Не удержавшись, подается вперед и касается сомкнутыми губами головки члена, затем поднимается с колен. Джеку сейчас это не нужно. Подставив ему плечо и приобняв за пояс, Брок ведет альфу к разворошенной кровати и помогает сесть. Джек отрицательно мотает головой на вопрос, нужно ли ему что-нибудь, и валится на кровать лицом вниз, обнимает подушку. Брок хмыкает и накрывает его тонкой простыней, призванной скорее красиво задрапировать наготу, чем согреть.

Забрав грязные вещи, Брок уходит из спальни, погасив свет, но оставив дверь открытой, чтобы иметь возможность видеть Джека. Ему пока не хочется спать. Он сегодня просто лежал на крыше и смотрел в прицел винтовки, обеспечивая чистый путь отхода для отряда. Запустив стирку, Брок идет на кухню, готовит сэндвич с горой мясной нарезки, медленно и вдумчиво съедает его, достает из холодильника кувшин и делает несколько глотков густого темного пива, которое Джек покупает исключительно для него. Брок слизывает сладковатые капли с губ, в очередной раз испытывая прилив нежности к альфе, убирает кувшин в холодильник и идет к стиральной машинке. Переложив вещи в сушку, он возвращается в спальню. Он мог бы посмотреть телевизор, но смотреть на Джека куда приятнее.

Брок, закусив губу, избавляется от футболки и мягких домашних штанов. Поколебавшись, он решает оставить белье. Шагнув к кровати, он осторожно ставит колено на край, чутко прислушиваясь к ровному дыханию Джека. Убедившись, что альфа крепко спит, Брок забирается на постель уже полностью. Но, если обычно он ложится вдоль края, дожидаясь, когда Джек подгребет его под себя, то сегодня, внезапно получив видимость свободы, он подбирается на четвереньках к огромному телу альфы, манящему его золотистой кожей, как огонь мотылька. От Джека тоже исходит жар, густой, ровный, зовущий прижаться ладонью, щекой, грудью, всем телом. Брок не замечает, как забирается на альфу сверху, растекаясь по нему, вжимаясь в него от загривка до лодыжек. Осознав, что делает, он замирает на мгновение, но, не дождавшись реакции, машет рукой на свою неуверенность и обхватывает альфу за плечи, вжимаясь носом в волосы на его загривке. Несмотря на принятый на базе душ, Джек все еще слабо пахнет порохом и дымом. Может быть, запах просто въелся в его кожу за годы войны. Брок обнимает Джека еще крепче и засыпает, убаюканный глубоким дыханием, покачиваясь на ровно вздымающейся спине как на руках матери.

Chapter Text

Вечер в баре после долгой миссии по прошествии некоторого времени кажется не очень хорошей идеей. Им стоило сначала выспаться, а потом уже праздновать, что они все остались живы. Брок сонно моргает, делая по глотку пива, когда вспоминает о его наличии в кружке на столе. Почти все молчат, сил нет даже у Вестфола на его обычно нескончаемые плоские шутки. Почти все альфы тянут виски. (Брок однажды взял предложенный Джеком стакан; ему не понравился ни запах, ни острый резкий вкус. Гадость. Он не знал, было ли это особенностью его природы как омеги, или ему просто не понравился напиток. Брок любил вкусное. Виски вкусным не был. Кроме тех случаев, когда Брок случайно слизывал остаточный вкус с губ Джека.)

Броку тепло и спокойно. Он периодически согласно мычит, услышав свое имя, не обращая внимание на редко раздающиеся после этого смешки, и старается не шевелиться, чтобы не потревожить выбитое плечо, которое он греет о бок альфы. Мутная усталость накрывает голову ватным одеялом, ему кажется, что он готов свалиться под стол и проспать там до конца света. Он даже не уверен, что и тогда его смогут разбудить горны судного дня.

Он чувствует, как его двигают, перекладывая кому-то еще под бок. Он отмечает это краем сознания - плечо не задето, тепло не отобрано, а обнимающая его рука вроде даже нежнее, чем была до этого. Он заставляет себя приоткрыть глаза, чтобы посмотреть, чьи пальцы рассеянно поглаживают его по локтю. Вестфол. Стоило ожидать. Ни один бета не упустит возможность потискать омегу. Брок несправедлив к нему. Наверное. Обычно тот ведет себя так, что только семь бланков объяснительных по поводу неправомерной траты пуль останавливают от того, чтобы его пристрелить. У него просто нет фильтра между свалкой в голове и дерьмом, сыплющимся изо рта.

Однако сейчас Брок роняет голову на его плечо, отмечая, как то чуть разворачивается, чтобы ему было удобнее. Успокаивающе мягкие движения пальцев на руке убаюкивают его глубже в сон. Он снова теряет связь с реальностью. Гул вокруг становится похожим на шум моря, на ночной пляж, на лето, на шорох песка под ногами, на тепло нагревшейся за день воды.

Вокруг словно становится темнее, и мозг Брока просыпается, встряхивая его. Кто-то нависает над ним, загораживая свет. Он чувствует, как шевелится тело, на которое он опирается, рука под спиной напрягается, еще одна подхватывает его под коленями, и он медленно плывет вверх. Кто-то переговаривается над ним приглушенными голосами. Он ухитряется еще раз приоткрыть глаза.

Джек, уже одетый в кожаную куртку и забросивший на плечо их общую спортивную сумку со сменной одеждой, протягивает руки забрать его у Вестфола. Тот осторожно передает Брока альфе, следя, чтобы его голова удобно устроилась на плече Джека. Скользнув напоследок пальцами по его руке, Вестфол отступает на шаг и словно встряхивается. С его лица пропадает выражение тихого восторга, сменяясь на более привычную ехидную рожу. Он ухмыляется и напутственно говорит Джеку:
— Не затрахай принцессу, она нам еще пригодится.
Джек хмыкает где-то сверху. Брок закатывает глаза, и они так и остаются под веками, решив, что просыпаться нет смысла. Альфа несет его в машину и домой.