Actions

Work Header

Мгновения нежности

Chapter Text

Джек раздевается, прикрыв глаза, вымотанный тяжелым днем. Брок старательно не смотрит на альфу. Он еще не привык к самому факту наличия у него альфы, не то что допустимости разглядывания могучего загорелого тела. Сняв рубашку и небрежно швырнув ее в корзину грязного белья, Джек сонно трет глаза и опускает руки к ширинке. Одним движением расстегнув три кнопки, он открывает густую поросль в паху, и Брок, покраснев, опять отводит взгляд, мысленно отчитывая себя за то, что не может удержаться от подглядывания. Он бы решил, что Джек нарочно его провоцирует, но тот выглядит так, будто вот-вот отключится. Быть командиром отряда чертовски выматывает, Брок давно это знал, потому и не рвется на сомнительную позицию.

Однако Джек мог бы и надеть белье под джинсы. Брок облизывает губы, понимая, что снова уставился на него. Тот стоит, откинув голову на стену, джинсы спущены до середины бедра, руки безвольно висят вдоль боков. Брок встает и осторожно идет к альфе. Тот едва приподнимает веки, глядя на омегу из-под ресниц. Брок чувствует, как его скулы начинают заливаться румянцем, но не останавливается. Это все равно что помочь товарищу по оружию, уставшему после боя, говорит он себе. С небольшими отличиями...

Он кладет ладони на широкую, ровно вздымающуюся грудь, замерев на мгновение, завороженный тем, как выделяется его оливковая кожа на фоне ровного загара Джека. Чуть надавив, ведет руками вниз, по твердым грудным мышцам, по резко очерченному прессу, к ямке пупка и той самой темной поросли в низу живота, привлекшей его взгляд в первую очередь, борясь с желанием повторить этот путь ртом, приласкать горячую кожу языком. Джек наблюдает за ним, никак не реагируя, его мягкий член покоится в гнезде густых волос, не проявляя признаков заинтересованности.

Брок разводит руки, оглаживая тазовые косточки, запускает ладони под свободно болтающийся пояс джинсов и медленно тянет их вниз, опускаясь перед Джеком на колени. Собрав ткань возле лодыжек, он помогает Джеку выступить из штанин и откладывает джинсы в корзину к рубашке. Джек тихо, устало вздыхает. Брок гладит его по ногам, распрямляя жесткие волоски. Не удержавшись, подается вперед и касается сомкнутыми губами головки члена, затем поднимается с колен. Джеку сейчас это не нужно. Подставив ему плечо и приобняв за пояс, Брок ведет альфу к разворошенной кровати и помогает сесть. Джек отрицательно мотает головой на вопрос, нужно ли ему что-нибудь, и валится на кровать лицом вниз, обнимает подушку. Брок хмыкает и накрывает его тонкой простыней, призванной скорее красиво задрапировать наготу, чем согреть.

Забрав грязные вещи, Брок уходит из спальни, погасив свет, но оставив дверь открытой, чтобы иметь возможность видеть Джека. Ему пока не хочется спать. Он сегодня просто лежал на крыше и смотрел в прицел винтовки, обеспечивая чистый путь отхода для отряда. Запустив стирку, Брок идет на кухню, готовит сэндвич с горой мясной нарезки, медленно и вдумчиво съедает его, достает из холодильника кувшин и делает несколько глотков густого темного пива, которое Джек покупает исключительно для него. Брок слизывает сладковатые капли с губ, в очередной раз испытывая прилив нежности к альфе, убирает кувшин в холодильник и идет к стиральной машинке. Переложив вещи в сушку, он возвращается в спальню. Он мог бы посмотреть телевизор, но смотреть на Джека куда приятнее.

Брок, закусив губу, избавляется от футболки и мягких домашних штанов. Поколебавшись, он решает оставить белье. Шагнув к кровати, он осторожно ставит колено на край, чутко прислушиваясь к ровному дыханию Джека. Убедившись, что альфа крепко спит, Брок забирается на постель уже полностью. Но, если обычно он ложится вдоль края, дожидаясь, когда Джек подгребет его под себя, то сегодня, внезапно получив видимость свободы, он подбирается на четвереньках к огромному телу альфы, манящему его золотистой кожей, как огонь мотылька. От Джека тоже исходит жар, густой, ровный, зовущий прижаться ладонью, щекой, грудью, всем телом. Брок не замечает, как забирается на альфу сверху, растекаясь по нему, вжимаясь в него от загривка до лодыжек. Осознав, что делает, он замирает на мгновение, но, не дождавшись реакции, машет рукой на свою неуверенность и обхватывает альфу за плечи, вжимаясь носом в волосы на его загривке. Несмотря на принятый на базе душ, Джек все еще слабо пахнет порохом и дымом. Может быть, запах просто въелся в его кожу за годы войны. Брок обнимает Джека еще крепче и засыпает, убаюканный глубоким дыханием, покачиваясь на ровно вздымающейся спине как на руках матери.

Chapter Text

Вечер в баре после долгой миссии по прошествии некоторого времени кажется не очень хорошей идеей. Им стоило сначала выспаться, а потом уже праздновать, что они все остались живы. Брок сонно моргает, делая по глотку пива, когда вспоминает о его наличии в кружке на столе. Почти все молчат, сил нет даже у Вестфола на его обычно нескончаемые плоские шутки. Почти все альфы тянут виски. (Брок однажды взял предложенный Джеком стакан; ему не понравился ни запах, ни острый резкий вкус. Гадость. Он не знал, было ли это особенностью его природы как омеги, или ему просто не понравился напиток. Брок любил вкусное. Виски вкусным не был. Кроме тех случаев, когда Брок случайно слизывал остаточный вкус с губ Джека.)

Броку тепло и спокойно. Он периодически согласно мычит, услышав свое имя, не обращая внимание на редко раздающиеся после этого смешки, и старается не шевелиться, чтобы не потревожить выбитое плечо, которое он греет о бок альфы. Мутная усталость накрывает голову ватным одеялом, ему кажется, что он готов свалиться под стол и проспать там до конца света. Он даже не уверен, что и тогда его смогут разбудить горны судного дня.

Он чувствует, как его двигают, перекладывая кому-то еще под бок. Он отмечает это краем сознания - плечо не задето, тепло не отобрано, а обнимающая его рука вроде даже нежнее, чем была до этого. Он заставляет себя приоткрыть глаза, чтобы посмотреть, чьи пальцы рассеянно поглаживают его по локтю. Вестфол. Стоило ожидать. Ни один бета не упустит возможность потискать омегу. Брок несправедлив к нему. Наверное. Обычно тот ведет себя так, что только семь бланков объяснительных по поводу неправомерной траты пуль останавливают от того, чтобы его пристрелить. У него просто нет фильтра между свалкой в голове и дерьмом, сыплющимся изо рта.

Однако сейчас Брок роняет голову на его плечо, отмечая, как то чуть разворачивается, чтобы ему было удобнее. Успокаивающе мягкие движения пальцев на руке убаюкивают его глубже в сон. Он снова теряет связь с реальностью. Гул вокруг становится похожим на шум моря, на ночной пляж, на лето, на шорох песка под ногами, на тепло нагревшейся за день воды.

Вокруг словно становится темнее, и мозг Брока просыпается, встряхивая его. Кто-то нависает над ним, загораживая свет. Он чувствует, как шевелится тело, на которое он опирается, рука под спиной напрягается, еще одна подхватывает его под коленями, и он медленно плывет вверх. Кто-то переговаривается над ним приглушенными голосами. Он ухитряется еще раз приоткрыть глаза.

Джек, уже одетый в кожаную куртку и забросивший на плечо их общую спортивную сумку со сменной одеждой, протягивает руки забрать его у Вестфола. Тот осторожно передает Брока альфе, следя, чтобы его голова удобно устроилась на плече Джека. Скользнув напоследок пальцами по его руке, Вестфол отступает на шаг и словно встряхивается. С его лица пропадает выражение тихого восторга, сменяясь на более привычную ехидную рожу. Он ухмыляется и напутственно говорит Джеку:
— Не затрахай принцессу, она нам еще пригодится.
Джек хмыкает где-то сверху. Брок закатывает глаза, и они так и остаются под веками, решив, что просыпаться нет смысла. Альфа несет его в машину и домой.

Chapter Text

Брок выходит из душа в домашних штанах, низко сидящих на узких бедрах, и полотенце, которым он вытирает мокрые волосы. Он поднимает голову в поисках Джека, принявшего душ первым, и находит альфу сидящим в кресле в одном сером халате и с кружкой кофе. Брок замирает, рассматривая его — халат на Джеке не завязан, лишь небрежно накинут, чтобы не мочить обивку кресла. Одна пола полностью находится под Джеком, вторая весьма условно прикрывает правый бок и пах — самым уголком, выставляя на обозрение могучее тело, покрытое густой порослью темных волос.

Брок бездумно трет полотенцем волосы, завороженно разглядывая своего альфу. Джек безмятежно смотрит в окно и не обращает на него внимания. А может и на самом деле не замечает — они вернулись после трехдневной операции, и основной план был добраться до дома, вымыться и рухнуть спать. Брок закусывает губу, понимая, что план летит к чертям. Ему нестерпимо хочется подойти ближе, устроиться между разведенными ногами, опуститься на колени и взять в рот мягкий член альфы. Брок ведет жизнь в постоянной борьбе с такими желаниями — он боится, что потеряет какую-то часть себя, поддавшись в целом абсолютно естественному для омеги позыву отдаться альфе. Он проигрывает битву за битвой, с неожиданной радостью принимая каждое поражение.

Вытерев голову, он аккуратно откладывает полотенце на комод и шагает к альфе. Джек поворачивает к нему голову и вопросительно приподнимает бровь. Он, видимо, еще не прочел мысли Брока об изменении планов. Брок не знает, как он отреагирует на его действия. Он всё равно подходит к альфе, останавливается между его бедрами, кладет руки ему на плечи и гладит влажные, завивающиеся у шеи волосы, глядя в серо-зелёные глаза. Джек улыбается уголком рта, но не насмехается. В его улыбке нет вызова, который мелькает в тире или на ринге. Брок редко ласкает его, всё ещё стесняясь (и борясь с ворохом глупостей, подцепленных в раздевалках и на идиотских омежьих форумах).

Наклонившись и лизнув Джека в губы, Брок встает на колени, положив руки на накачанные бедра, поглаживая теплую кожу и играя волосками, щекочущими его ладони. Джек приглашающе раздвигает ноги и удобнее откидывается на спинку кресла. Брок наклоняется к лежащему на бедре еще мягкому, но заинтересованно наливающемуся члену и легонько дует на него, с любопытством следя за реакцией. Он пытается вспомнить, как Джек обычно ласкает его, но в мозгу пусто, потому что все, что остается в такие мгновения в голове Брока — звенящее звездной пылью облако удовольствия.

Он решает действовать по наитию. Тем более, у него самого член намного меньше, и Джек в любом случае использует другие приемы, отсасывая ему. Брок наклоняется и трется носом по шовчику между тяжелыми яйцами, затем ведет приоткрытыми губами снизу вверх по стволу к самой головке, прячущейся под крайней плотью. Брок обожает запускать язык под нее и ласкать головку, вылизывая нежную кожу с внутренней стороны и посасывая быстро наливающееся кровью навершие, осторожно проходясь кончиком языка по маленькой щелке. Джек всегда довольно вздыхает над ним, когда он так делает. Брок вбирает в рот ещё не вставший член, пока у него есть такая возможность, и собирает языком вкус чисто вымытой кожи.

Джек всегда очень чистый. Даже если Брока накрывает неожиданной потребностью убедиться в наличии альфы, вызванной все еще укрепляющейся связью, Джек всегда оказывается как минимум начисто протертым влажными салфетками. Он не дает Броку ничего, кроме узла, если они находятся вне дома, но даже так он всегда заботится о гигиене.

Брок помнит на контрасте об альфах в пустыне. О запахе их немытых тел, о резко вонявшей сперме альф в гоне, словно чем-то химически усиленной, чтобы пробиться через военные супрессанты пленных омег. Может быть, им самим было противно ходить настолько по-звериному грязными, хотя он в этом сомневается. Он помнит даже вкус той спермы, насильно размазанной по его рту и языку. В последние дни мылкая субстанция была единственной едой, которую ему давали...

Брок опускает голову и упирается носом в пах Джека, чтобы перебить воспоминания ставшим родным запахом. Член у него во рту неторопливо наливается, тяжело ложась на язык. Брок посасывает его, водя языком вдоль по всей длине, надавливая на пока незаметные венки. Успокоившись, он чуть отстраняется, плотно сжав ствол губами и выпустив его до самой головки. Джек перебирает волосы на его загривке, и Брок не помнит, когда он положил туда руку. Он только надеется, что провалился на короткий срок. Член Джека продолжает расти, становясь толще, и его уже сложно удержать одним ртом в удобном положении. Брок отпускает правое бедро Джека, чтобы обхватить пальцами ствол и направлять член так, чтобы он упирался головкой ему в щеку. Он видел, как у Джека темнели глаза, когда он так делал, и он повторяет это каждый раз, чтобы тому было приятно.

Брок сосет и вылизывает головку, чувствуя, как под пальцами едва заметно начинает формироваться узел. Плотно сжав губы точно под головкой и запустив свернутый трубочкой язык в сочащуюся смазкой щелочку, он начинает массировать уплотнение возле основания члена, и Джек над ним начинает дышать тяжелее — верный признак, что до оргазма ему остаются считанные минуты. Он не всегда дает Броку довести его до края — какими бы сильными у того ни были руки, все-таки узлу куда приятнее в тесноте его задницы, поэтому примерно в это время Джек обычно отстраняет Брока, укладывает его на живот и входит в него на всю длину (и обычно Брок помнит, что подготовка - вещь очень, очень важная, но ему так хотелось взять в рот, что он даже не подумал об этом; и он течет, но не так уверенно, чтобы предстоящая вязка оказалась безболезненной. Он лишь надеется ухватить свою порцию удовольствия до того, как Джек повяжет его.)

(У Брока есть невероятно страшная тайна, которую Джек еще не вычитал в его мыслях. Брок видел, как альфы вяжут рот вместо задницы. У него от одной мысли об этом от ужаса трясутся поджилки. Но ему хочется. Очень.)

Брок любит, когда Джек кончает ему в рот. Солоноватый вкус его спермы не идет ни в какое сравнение с грязью, скармливаемой ему в плену. Он словно пытается заесть, запить, забыть тот вкус, уверенно ведя альфу к оргазму. Если Джек захочет отстранить его, он это сделает без лишних проволочек. Хотя Броку этого не хочется. Он поднимает вторую руку и сжимает кулак вокруг всерьез набухшего узла. Головка пульсирует у него во рту, и пальцы Джека с силой сжимаются у него в волосах, и Брок с замиранием сердца понимает, что сегодня его — очередной — счастливый день. Джек запрокидывает голову и низко стонет сквозь стиснутые зубы. На язык Брока выстреливают первые струи семени, пока он ритмично массирует узел альфы, имитируя сокращения задницы и выдаивая из него саму его суть.

Джек обмякает, еще сильнее растекаясь по креслу, беззвучно смеется и гладит Брока по голове. Брок старательно глотает, но спермы слишком много, и она стекает с его губ по стволу вниз к узлу и к его рукам и к покрытому темным лесом паху. Брок открывает рот шире и собирает семя с горячей кожи, лижет языком везде, где блестят белесые капли, жадно собирая всё, что не успел проглотить, не переставая сжимать узел руками. Джек тянет его за волосы, заставляет запрокинуть голову и страстно целует, вылизывая рот и собирая свой вкус с языка Брока. Затем отпускает его, позволяя снова уткнуться носом в его пах.

Броку не нужно говорить вслух, как ему нравится вкус его альфы. Его может пугать его желание, но он все равно готов с легкостью отказаться от любой другой пищи кроме семени Джека — густого, горячего, терпкого, вкусного. Его маленькое робкое внутреннее я довольно урчит, и Брок тщательно следит, чтобы это урчание не вырвалось наружу, чтобы совсем уж не скатиться до шаблонного омежьего поведения. Однако это не мешает ему снова вобрать член Джека в рот в ожидании, пока тот полностью обмякнет.

Chapter Text

Джек стоит в коридоре, прислонившись к стене и слившись с тенью. Он часто на заданиях вынужден красться и таиться, но дома он так делает редко. Однако результат того стоит. Его омега, его маленький, упрямый как мул Брок, старательно прячущий страх оставаться в одиночестве, явно что-то задумал, судя по тому энтузиазму, с которым он всего час назад выпроваживал альфу из дома. Джеку любопытно. Он знает, что омега не изменяет ему, не пытается отыскать сейф с заначкой, или скрытые микрофоны, да и вообще ему сложно придумать хоть одну причину для такого поведения. Поэтому Джек не стал задавать вопросов, а спокойно уехал якобы на встречу с бывшими сослуживцами, оставил машину в паре кварталов от дома и вернулся посмотреть, что задумал Брок.

Оно того стоило. Оно стоило каждого примененного навыка тайного проникновения в дом (хотя им определенно стоит улучшить охрану в здании... и вымыть подоконник со стороны пожарной лестницы).

Брок крутится перед зеркалом в спальне. Как любая омега, он обожает прихорашиваться, но обычно ограничивается возней с прической или обмундированием. Джек лишь недавно подарил ему сделанную на заказ разгрузку, и Брок пару часов носился по дому в одних кожаных ремнях, пристраивая на себя всё, что могло пригодится на задании, постоянно замирая перед зеркалом, то вскинув глок, то встав в боевую стойку с ножом. Джек благодушно шутил над ним, делая фото, когда омега в очередной раз сосредотачивался на своем отражении вместо препираний с альфой.

То, что Джек видит сейчас, на порядок лучше: Брок стоит в шелковом комплекте иссиня-черного цвета, едва мерцающего под солнечными лучами. Стоит, настороженно замерев, словно не уверенный в своих ощущениях. Джек точно не покупал ему эту вещь. Значит, Брок решился зайти в омежий магазин для белья... Хотя, скорее всего, просто заказал через интернет.

Брок поворачивается к зеркалу то одним боком, то другим, неуверенно оглаживая себя и всматриваясь в свое отражение, словно пытаясь найти там ответ на мучающий его вопрос. Легкая полупрозрачная ткань, схваченная на плечах шнуровкой, мягкими складками течет от его шеи вниз, не пряча ни длинного шрама на спине, ни торчащих сосков, ни следов зубов Джека вокруг левого. Присборенная на поясе ткань нежными складками спускается на ладную задницу, заканчиваясь у самых бедер узкой полоской рюши, а спереди - Джеку немного видно в зеркале - пах Брока очерчивает кружевная вставка, делая невероятный акцент на нежности его аккуратного члена и яичек.

Джек облизывает пересохшие губы. Брок соглашается на "омежьи тряпки" лишь во время течки, да и то не надевает их сам: позволяет Джеку кутать себя как куклу в шелк и кружево, делая вид, что его это не заводит. Вот таким, спокойным, домашним, не мечущимся от возбуждения - и при этом по-настоящему омегой, Джек видит его крайне редко. По пальцам можно такие случаи пересчитать. И тем удивительнее, что Брок купил себе что-то подобное.

Да, это не летящая комбинация на тонких бретелях, какую Джек выбрал для их первой течки, стараясь найти не сильно женственную, но все же красивую вещь. Белье на Броке больше похоже на сшитые вместе футболку и шорты, но простоту формы с лихвой окупает мерцающая ткань, манящая проверить, такая ли она гладкая и приятная на ощупь, как выглядит. Броку определенно идет и насыщенный цвет, хотя Джеку больше нравятся на омеге более светлые тона, которых тот избегает как проказы.

Джек задумчиво оглядывает Брока, на лице которого все сильней проступает неуверенность. Возможно, он планировал дождаться альфу во всей красе, сделать ему сюрприз, однако он явно собирается отказаться от этого плана, отведя взгляд от зеркала со скорбным выражением на лице. Когда он тянется к шнуровке на плече, Джек оставляет свой пост и шагает в спальню. Брок испуганно вскидывает голову и ловит в зеркале его взгляд, замерев, как застигнутая за воровством мышь. Джек идет к нему как кот на мягких лапах, не отводя глаз и не издавая ни звука. Подойдя к Броку, он прижимается к нему со спины, обхватывает руками, ловя запястья и заставляя отпустить завязки. Брок смотрит с растерянностью, и Джек с легкостью может перечислить все крутящиеся в голове омеги вопросы: Почему ты вернулся? Когда ты вернулся? Ты подсматривал? Что ты думаешь? Тебе нравится? Я тебе нравлюсь?

Джек наклоняет голову к метке на шее Брока, целует розовый след и тихо урчит:
- Ты потрясающий.
Брок тут же расслабляется, обмякает, выдыхает словно с облегчением, улыбается робко, с недоверием и надеждой, развернув ладони, сжимает пальцы на руках Джека, и тот в очередной раз задается вопросом - сколько еще нежности он должен вылить на Брока, чтобы тот перестал прятать за внешней бравадой озеро страха и недоверия. Это озеро определенно уменьшается, и терпения Джеку не занимать, но ему хочется сделать так, чтобы Брок перестал страдать прямо здесь и сейчас. Чтобы просто стал его счастливой парой, без оговорок, пусть это и звучит нереально при их образе жизни.

Джек отпускает руки Брока и скользит ладонями по напряженной груди, по подрагивающему животу, разглаживает ткань, лаская кожу прикосновениями шелка. Ведет ладонью еще ниже к кружевной вставке, накрывает пах, едва нажимая пальцами за мошонкой и чувствуя, как под рукой начинает наливаться член Брока. Тянет его на себя, давая почувствовать давно и крепко стоящий свой. Брок тихо стонет и трется об него задницей. Джеку безумно хочется ощутить прикосновение укрытой шелком кожи к своему паху. Он едва кусает Брока за ухо, разворачивает лицом к себе и глубоко целует, не торопясь, вылизывая мягкую изнанку его рта, собирая вкус кофе и мяты от зубной пасты.

Брок опять поднимает руки к завязкам на плечах, намереваясь раздеться для альфы, но Джек снова останавливает его. Легко подтолкнув его к кровати и отметив на ней ворох упаковок, где, похоже, лежит еще несколько вещей, Джек усаживает Брока на край и опускается на пол меж его ног. Огладив круглые колени и проведя ладонями вверх по крепким бедрам, он наклоняется к его паху и влажно дышит на член через кружево, пальцами легонько потирая Брока за яйцами. Джек обнаруживает, что свободно лежащая ткань не только позволяет с легкостью отвести себя в сторону, чтобы приласкать член омеги, но еще и состоит сзади из двух половинок, разрез между которыми не был виден в складках, и который дает поиграть с открытой еще с ночной вязки дыркой Брока.

Брок стонет и подает бедрами навстречу Джеку. Альфа хмыкает, целует его член, берет в рот нежную головку и плотно сжимает, едва-едва надавливая зубами под уздечкой. Брока словно подбрасывает, он складывается пополам, накрывая Джека своим телом и хватаясь за его бока, тихо, заполошно дышит сквозь стиснутые зубы. Джек уверенно вводит в него два пальца, сразу сгибая и надавливая на простату, а большим находя ее снаружи, и начинает массировать пульсирующую железу, посасывая член и лаская мошонку Брока через ткань. Брок вскоре всхлипывает, стискивает на нем руки, стонет что-то невнятное, и кончает, уткнувшись лицом Джеку в спину. Джек с удовольствием сглатывает, лаская языком пульсирующий во рту член и выводя пальцами круги в сжимающем их анусе.

Когда Брок начинает скулить и неуверенно выпрямляется, не решаясь оттолкнуть его, словно опять боясь удара или резкой отповеди, Джек осторожно вынимает пальцы, выпускает его изо рта, снова целует блестящую от слюны, необычайно красивую головку и бережно убирает член обратно под кружево, расправляя ткань под опустевшими яичками. Раскрасневшийся и снова опавший, член омеги выглядит под чернильно-синей тканью еще ошеломительнее. Джек чувствует, как пульсирует у него в паху. Он целует Брока в колено и встает, подталкивает омегу лечь на постель. Брок привычно устраивается на бок, поднимает колено, предупредительно отодвигает ткань в сторону и оттягивает ягодицу, открывая жадному взгляду альфы трепетно сжимающийся анус. Джек снимает джинсы и рубашку, чтобы во время вязки чувствовать ласку шелка.

Когда узел занимает законное место в горячей тесноте задницы Брока, Джек, покрывая поцелуями его загривок и полоску кожи над шелком, думает, что ему нравится делать подарки омеге. Но еще больше ему нравится, когда такие подарки ему делает сам Брок, потому что так получается намного искреннее. Ему любопытно, что лежит в остальных пакетах.

Chapter Text

Брок хрипло мурлычет что-то себе под нос, перебирая чисто вымытые пряди волос Зимнего, сидящего на полу между его ног. Солдат не задумывается о собственной внешности, и вымывать из его волос ошметки мозгов обычно приходится техникам, однако на базу они вернутся еще не скоро, а Броку было физически противно находиться с ходячей труповозкой, пусть и кусков этих трупов там было не так уж много.

Он попросил Джека отправить Зимнего в душ в небольшой перевалочной квартирке, где они засели в ожидании следующей части операции. Правда, Зимнему понадобилась помощь со всеми его пряжками и ремнями, пропитавшимися кровью, с налипшей грязью и песком, но им все равно было нечем заниматься, так что Брок вытряхнул его из одежды и отправил под горячий душ, запустив параллельно стирку. Ему не впервой отмывать альф после боя. Хотя Джек обычно все-таки не таскает в волосах обломки чьих-то костей.

Зимний прокладывал дорогу на базу террористов, прокладывал в буквальном смысле зубами и кулаками, ведя за собой отряд, и на самой базе им всем пришлось поработать до седьмого пота и кровавых соплей, однако члены их отряда все-таки оказались почище. Или побрезгливее. Не важно.

Натянув на Зимнего запасные штаны Джека, Брок усадил его перед собой, вознамерившись разобраться с вороньим гнездом, по недоразумению так же оказавшимся волосами Зимнего. Конечно, тот не был омегой, чтобы хвастаться длинными ухоженными локонами, однако Брок все равно долго и осторожно разбирает волосы на отдельные пряди, тщательно расчесывает их и протирает краем полотенца, чтобы ускорить высыхание.

Убедившись, что все волосы аккуратно расчесаны, Брок кидает взгляд на дремлющего перед бормочущим телевизором Джека. У того определенно нет заданий ни для омеги, ни для Зимнего. Брок откладывает массажную щетку и берет плоскую расческу, начав заплетать Зимнему сложную косу из пяти прядей, массируя кожу головы и стараясь не запутаться. У Бри были вьющиеся длинные волосы, которые уложить было сложно, однако она не упускала возможности заставить Брока поухаживать за ней. Волосы Зимнего куда благодарнее, ложатся в узор как шелковые ленты, не пытаясь выпасть из рук или завиться в неправильную сторону. Зимний жмурится и ровно дышит, не выказывая ни малейшего недовольства, что в его случае равнозначно абсолютному счастью.

Брок фиксирует конец косы одной из резинок, которыми обычно стягивает пакеты, защищающие вещи от воды. Он бы с удовольствием вплел Зимнему в косу ленту или хотя бы шнурок, но он не возит их с собой на миссии. Ну, хотя бы не стяжка, которыми они связывают запястья пленным.

Альфа сонно урчит, упираясь плечами в разведенные бедра Брока и не реагируя ни на что вокруг. Брок слышит какой-то шорох, поднимает голову и видит, как Джек опускает телефон, явно успев сделать пару кадров. Надувшись, Брок грозит альфе кулаком, но тот только хмыкает в ответ. Джек любит ловить его за «омежьими» занятиями. Брок вздыхает. Он бы позволил себе как следует подуться, выпросив у альфы сладость за мнимую обиду, но только дома.

Он разминает плечи Зимнего, ощупывая стык плоти и металла с левой стороны. Шов не горит, несмотря на всю проделанную за день работу. Хорошо. Утром прилетит самолет, в который они погрузят пленников и изъятое с базы вооружение, затем двинутся дальше вглубь страны, продолжив зачистку территории от разрозненных баз. Сейчас Брок может расслабить ноги, сбросив тяжелые ботинки, наслаждаясь чистотой тела и теплым запахом альф, говорящим, что он в безопасности. Утром они снова станут солдатами, рискующими умереть каждое мгновение в грязи на чужой земле.

Сейчас Брок соскальзывает на пол перед Солдатом, берет его лицо в ладони и рассматривает результат своей работы. Зимний редко кому позволяет трогать себя, однако омега... омега совсем другое дело. Почти все техники на базе беты. Омег вокруг Зимнего мало. Он любит находиться рядом с омегами, это видно по тому, как он всегда сразу стихает и расслабляется, даже если внимательно слушает инструктаж, или чистит оружие, или убивает противника.

Брок часто и много видел, как он режет людей, предпочитая ножи вместо слишком быстро кончающихся пуль. Это жуткое зрелище. Солдат — жуткое зрелище. Однако вот так — лицом к лицу, в тишине закрытого почти уютного дома, когда можно просто взять в ладони красивое бледное лицо, обрамленное темными волосами, большей частью поднятыми в косу — Зимний почти хрупок, почти беззащитен, почти просит быть с ним нежным и заботливым. Брок всегда поддается, если рядом нет никого из начальства. Джек разрешает ему, относясь к Зимнему, как к большой кукле. Только он играет с ней в солдатики, а Брок — в дочки-матери.

Брок приподнимается и целует Зимнего в чисто вымытый лоб, на котором не осталось ни следа от жуткой ссадины, оставшейся от удара прикладом, нанесенного всего пару часов назад. Зимний тихо вздыхает, не поднимая рук и не пытаясь обнять его. Он никогда ничего не делает без приказа. Это опасно, и Брок всегда старается не увлекаться игрой. Оставив альфу на полу, он перебирается к Джеку, отнимает у него телефон, листает фотографии, фыркает, довольный тем, как хорошо они оба вышли.

Джек затаскивает его к себе на колени. От него вкусно пахнет домом, даже здесь. Брок утыкается носом ему в горло. Они сидят в обнимку еще какое-то время, затем разбредаются по кроватям. Брок давно не обращает внимание на свидетелей их с Джеком вязки. Это не секс, это просто более… углубленные объятия. Брок тихо фыркает в теплый сгиб локтя Джека, чувствуя тяжелый узел в глубине собственного тела. Джек на пробу проводит ладонью по его паху, но, убедившись, что у Брока не стоит, тут же оставляет его. Им нужно выспаться. Он трется носом о затылок Брока и вскоре засыпает. Брок еще какое-то время прислушивается к почти неслышному дыханию Зимнего на соседней кровати, и вскоре тоже засыпает, зная, что по соседству разместились несколько отрядов и беспокоиться до утра абсолютно не о чем.

Chapter Text

Брок обиженно смотрит на книгу в руках, найденную на столе Джека. Не то чтобы она была спрятана: лежала на самом видном месте, не засунутая куда-то между подушками дивана, или на верхнюю полку в шкафу на кухне. Брок просто осматривал свой новый дом - дом Джека - их дом. Осматривал, стараясь на всякий случай ничего не трогать, мысленно отмечая все интересные вещи, чтобы позже расспросить альфу о них. В квартире Джека всего одна спальня, ванная без ванны, но с большой душевой кабинкой, просторная гостиная, кухня и открытая лоджия. Больше чем на базе. Меньше, чем у бабушки. Достаточно для них двоих. Брок садится в крутящееся кресло и трогает пальцем глянцевую обложку книги с надписью "Омега. Базовая биология и психология. Счастье вашего партнера в ваших руках."

Почему нет книг про альф? На самом ли деле нет книг про альф? Если есть, почему их нет у Брока? Зачем Джеку книга про омег, если он и так читает мысли Брока раньше, чем Брок успевает их подумать? Не то чтобы он думал "Я хочу в пару с Мерсье, а не Вестфолом" или "Я хочу с двумя глоками и всем отрядом скакать под пулями, а не лежать на крыше с винтовкой". Но Джек всегда реагирует так, будто Брок именно это и подумал, ставя его в пару с Мерсье и впихивая в руки винтовку раньше, чем Брок успевает возмущенно открыть рот. И кофе всегда покупает такой, как любит Брок - черный, не сладкий, с перцем и кардамоном, а не эту приторно-сладкую бурду, которая "заставит вашу омегу светиться от счастья!"

Кстати. Брок оглядывается на пустую квартиру, где Джек оставил его, уйдя за продуктами и словно специально дав возможность полазить по всем вещам и ящикам. Не обнаружив ничего подозрительного, Брок открывает книгу и лезет в содержание, ища что-нибудь про собственные пищевые привычки. Ха.

Не придавайте большого значения информации, льющейся на вас с рекламных плакатов. Следите за тем, что нравится вашему партнеру, избегая вредных продуктов, которые однозначно не стоит есть вообще никому. Да, вы сами можете съесть на ночь едва поджаренный стейк с кровью и острым соусом, но нежные желудки омег не должны подвергаться такому испытанию. Если ваш партнер просит кусочек - не стесняйтесь и угостите, но держите под рукой теплую воду и мягкое лекарство от изжоги. Не потакайте тяге к сладкому, продвигаемой производителями как продуктов питания, так и стоматологов. Исследования показывают, что...

Бла-бла-бла. Брок хмыкает и закрывает книгу. Автор не выглядит надутым индюком, никогда не встречавшим живых людей. Брок согласен пока не выбрасывать книгу из окна. Может быть, он даже еще раз попробует ее почитать. Может быть, даже поищет, вдруг этот чувак написал что-нибудь про альф. Хотя у Брока почти не бывает вопросов про поведение Джека. Почти все его действия логичны и понятны, пусть даже не с первой секунды. Вот от пары упражнений по устойчивости к приказам, сказанным голосом альфы, он бы не отказался.