Actions

Work Header

Мороженое и другие истории

Chapter Text

В столовой стоит автомат по продаже мороженого, и стоит он там, судя по всему, с 80-х годов. Брок считает, что странная химическая паста, выдаваемая этим автоматом, похожа на анемичную блевотину. Он ни разу не пробовал эту хрень — не дело мужикам есть чертовы сладости. Так что, когда в разгар многолюдного, шумного ланча Джек садится напротив Брока и ставит перед ним стаканчик, это не тянет на угощение. Брок поднимает взгляд. Джек очень загорелый, его зубы очень белые, и он держит в них спичку в уголке рта. Он приподнимает брови и говорит:
— Ешь.

Брок пожимает плечами и берет крохотную ложку, торчащую из мороженого. Он сует в рот небольшую порцию и моментально узнает вкус. Солоноватый. Мылкий. У него распахиваются глаза от удивления. Он смотрит на Джека. Тот ухмыляется.

Брок проглатывает и кидает взгляд на автомат с мороженым. Рядом с ним стоят три бутылки с сиропом: шоколадным, карамельным и клубничным. Он рассматривает свой стаканчик с мороженым и то, что блестит по всей поверхности. Это точно не шоколад, карамель или клубника. У Брока пусто во рту, но на языке по-прежнему ощущается привычный вкус. Вокруг них полно людей — столовая переполнена. Дыхание Брока внезапно становится рваным и сиплым. Он снова запускает ложку в мороженое — он будет делать это на глазах у всех. Член Брока подрагивает, а Джек наклоняется к нему над столом, когда он отправляет в рот вторую порцию.
— Вот так, — говорит Джек. — Проглатывай, хуесос.

Chapter Text

Брок читает газету за столом, но садится чуть прямее, когда слышит поворачиваемый в замке ключ. Джек заходит с двумя сумками покупок. Он ставит их на стол, прямо на газету Брока, затем поднимает солнцезащитные очки на голову. На его лбу блестит пот. Из одного пакета торчит охапка гвоздик.
— Это что такое? — спрашивает Брок.

Джек выкладывает покупки, но останавливается на мгновение, чтобы треснуть Брока по затылку.
— Шесть месяцев, как ты переехал ко мне, тупая сука. Празднуем. — Он отправляет пакет картофельного пюре в микроволновку, затем ставит на плиту сковороду и кидает в нее стейк. Тот шипит на раскаленной поверхности, и Джек довольно мычит себе под нос, покачивая сковороду. По кухне расплываются замечательные запахи. Немного взбудораженный, Брок встает и заглядывает в сумку, из которой появился стейк; там остался только одинокий помидор. Брок хмурится на Джека. Тот поворачивается к нему, перевернув одинокий стейк, и пренебрежительно машет рукой. — Ага. Я не покупал стейк для тебя, лапушка. Твое особое угощение во второй сумке. То, что ты заслужил за то, что терпишь меня. — Он улыбается. — Мой драгоценный пидор.

Брок вынимает из сумки гвоздики и кладет их на стол. Внутри больше нет ничего, кроме одной вещи. Брок вытаскивает ее и разглядывает.
— Джек? — зовет Брок дрожащим голосом. — Джек, у нас нет собаки.
Брок облизывает пересохшие губы, а его член наливается так внезапно, что он удивлен, как ему вообще удается говорить. А Джек уже достал миску из шкафа — миску, которую он опускает на пол. Он забирает из рук Брока консервную банку.

Chapter Text

— Ты… ну… может быть… я могу сделать тебе массаж?

Джек присел на корточки рядом с клеткой и покачал головой.
— Нет, сука, нет. Тебе придется предложить что-то получше. Попробуй умолять меня. Умоляй меня выпустить тебя.

— Да ладно. Выпусти меня. Уже несколько часов прошло. — Пальцы Брока сжимали звенья проволочной сетки двери и дрожали. Гремел замок. Он сидел в клетке голышом. Клетка была маленькой — предназначенной для собаки. Джек заказал ее в интернете. «Чисто поржать», — сказал он, когда доставили покупку. — «Для забавы.»

У Брока встал член, когда Джек закрыл за ним замок, но это было чертовски давно. Даже для такого сильного человека, как Брок, тесное пространство становилось невыносимым.

Джек облизал верхнюю губу. Член в его джинсах очевидно стоял, пока он смотрел на Брока, скрючившегося в клетке.
— Если ты не придумаешь ничего лучше идиотского массажа, тебе придется найти способ спать там.

У Брока перевернулся желудок.
— Блядь! Нет, боже! — Джек не сделает этого, ведь правда? Им завтра на работу. Джек никогда не был безответственным. Однако он отлично умел убеждать Брока в обратном. — Пожалуйста. — Брок смотрел на Джека влажными глазами. — Я отсосу тебе, если ты меня выпустишь. Очень хорошо отсосу.

— Неа. Я и так это постоянно получаю. Сосать для тебя слишком легко, соска.

Брок сглотнул.
— Ладно. Ты можешь меня трахнуть. Грубо, как ты любишь. Трахни меня чем захочешь. Хоть гребаной бейсбольной битой. Можешь делать что хочешь. Только выпусти меня, пожалуйста. Пожалуйста, сэр.

Джек протолкнул палец в решетку.
— Ох, — протянул он, корча печальную физиономию. — Бедному маленькому педику совсем не нравится его новый домик.

Брок подался навстречу прикосновению Джека. Всего один палец на плече.
— Пожалуйста. Я хочу выйти и побыть с тобой. Если ты меня выпустишь, я… я… — до него внезапно дошло. — ...Я прочту ту книгу.

Джек замер.
— Ты прочтешь книгу?

— Да. Ту, которую ты хотел, чтобы я прочел. Которая очень тебе понравилась.

— Джейн Эйр? Ты прочтешь Джейн Эйр? — у Джека внезапно заблестели глаза.

Брок кивнул.
— Если ты выпустишь меня. Да.

Джек снял ключ с цепочки на шее.

Chapter Text

— Научишь меня играть?

Джек отрывает взгляд от книги.
— Что? В это?

Брок кивает. Он опирается на косяк на входе в комнату Джека, выглядя симпатичным — даже красивым. Джек часто думает, что никогда не видел никого настолько красивого, как Брок. То, как он любит вещи, которые любит вытворять с ним Джек, кажется просто дополнительным бонусом. Он одет в одни джинсы. Ничего сверху. Его тело выглядит чертовски хорошо. Джек уверен, что он что-то задумал. Это всегда одно и тоже с Броком. Всегда. Он держит в руке коробку. Знакомую.

— Ага, — беспечно говорит Брок. — Слышал, ты в этом профи. Научи меня.

Джек с трудом гасит улыбку и возвращается к книге. Он читает новеллы 19 века с Рождества. Сейчас он на Джейн Эйр и он хочет ее дочитать. Он не поднимает взгляд, говоря:
— Никого не надо учить, как играть в эротические кости, придурок. Бросаешь кости, делаешь то, что они велят. С этим ребенок справится. Хотя детям в это играть не стоит.

Брок смотрит на коробку в руках.
— Звучит сложно. Ты мне не покажешь?

— Нет, черт побери, не покажу, — отвечает Джек, по-прежнему не отрываясь от книги. Джейн вот-вот выйдет замуж за какого-то гребаного викария, и Джек очень этим обеспокоен.

— Ну ладно, — произносит Брок, заходя в комнату. — Придется разбираться самому. — Он усаживается на пол у ног Джека, прекрасно зная, что не стоит использовать мебель в его комнате без разрешения. Он достает из упаковки кости и бросает их на пол. Они перекатываются по ковру и замирают. — Тааак, — тянет Брок, рассматривая их. — Ага.

Джек кидает на него взгляд поверх книги.
— Что там у тебя?

— Мне выпали «поцелуй» и «гениталии». — Брок запрокидывает голову почти на колени Джека и смотрит на него. — И что мне делать дальше?

— Дальше ты должен поцеловать чьи-то гениталии, бесполезный спермоглот.

— Чьи гениталии мне надо поцеловать? — хмурясь, спрашивает Брок.

— Другого игрока. Это игра для двоих.

— О, — произносит Брок. — Ты не сказал мне об этом.

Джек откладывает Джейн Эйр на подлокотник.
— Это написано на упаковке.

— И правда, — Брок поднимает упаковку и держит над головой, по-прежнему запрокинутой на колени Джека. — Стыд-то какой. Я хотел поделать что-нибудь в этот скучный полдень, пока мой скучный бойфренд читает свою книгу про осла, а теперь выясняется, что я и этого не могу.

— Да ради всего святого, — рычит Джек. — Поворачивайся нахрен уже. — И когда ухмыляющийся Брок поворачивается к нему, чтобы уткнуться лицом в ширинку, Джек расстегивает брюки и достает мягкий член. Брок жадно целует его и, конечно, не останавливается на этом, лаская языком по всей длине. Джек хватает его за волосы. — Не-не-не, — говорит он. — Не сейчас. Замри. Можешь сидеть так, пока я не дочитаю.

Он поднимает книгу, стараясь не потерять место, на котором прервался, и бормочет стоящему на коленях Броку:
— И это не про гребаного осла, безграмотная сука.

Chapter Text

— Поцелуй меня.

— Ща. Очень смешно. Ни за что. Дай мне пройти.

Бар за спиной Рамлоу забит, там тесно и шумно. Где-то вокруг находится половина ЩИТа; все от офицеров Страйка до секретарей. Вечер пятницы. Солдаты любят пить. Рамлоу кивает себе за спину, иллюстрируя свою точку зрения, когда говорит:
— Не дури. Они нас увидят.
Жарко и шумно. Рамлоу приходится наклониться очень близко, чтобы его было слышно. Они стоят чересчур близко друг к другу. И делу совершенно не помогает тот факт, что Рамлоу отчаянно надо отлить.

Огромное тело Роллинза блокирует дверь в мужской туалет. Секунду назад, когда Рамлоу торопился пройти в дверь, он врезался в выходившего Роллинза. Он отпрыгнул, проглотив вскрик. Роллинз тихо усмехнулся и не отошел в сторону.

— Я сказал, поцелуй меня, грязная шлюха. Ни один урод нахрен не смотрит. — Роллинз опускает плечи, наклоняясь к Рамлоу. — В любом случае, ты же не думал, что они не знают, а? — Его голос становится тише и ниже. — Они все видели, как ты на меня смотришь. Практически свесив язык. Пуская слюни. Как гребаная сука в течке. Ты так меня хочешь, что это просто убого. Я думаю, я с тебя деньги могу за это требовать. Хотя, знаешь, я так и сделаю. Десять долларов за то, чтобы пощупать меня, пидор. Положи в мой карман. Потом поцелуй меня.

Рамлоу разглядывает Роллинза. Его грудь просто огромная. Рамлоу сглатывает с таким усилием, что это наверняка отчетливо слышно.
— Просто дай мне пройти, заноза в заднице, — рявкает он. — Мне нужно поссать.

Роллинз протягивает руку к паху Рамлоу и сжимает там ладонь. У Рамлоу стоит. Это очевидно. Роллинз ласкает большим пальцем ствол Рамлоу, заставляя его застонать, тихо, но с отчаянием. Роллинз показывает глазами на свой карман.

Рамлоу сдается.

Роллинз держит руку на члене Рамлоу, пока тот достает из верхнего кармана десятку, пытаясь выражением лица передать Роллинзу, что он обижен, а не возбужден. Он заталкивает банкноту в карман Роллинза, не сумев подавить невольный крошечный звук, соскользнувший с его губ, когда он коснулся головки стоящего члена Роллинза через ткань брюк.

Роллинз улыбается и кивает.

Рамлоу поднимает лицо, чтобы поцеловать Роллинза, как было велено, и тот ловит его за шею, почти полностью обхватив огромной ладонью.
— О нет, — говорит он. — Нет, нет, я не говорил тебе целовать меня в рот, сука. — И, удерживая Рамлоу за шею и член, он тянет его за собой в туалет.

Chapter Text

В пивном шатре жарко, душно и полно подонков. Броку виден пот над верхней губой Джека с дюжины метров. Джек играет в карты, он проигрывает, а человек, которому он проигрывает, — лысый мужик, охрененно толстый, совершенно без шеи. Он может пробить Броком стену. Он одет в черно-красную футболку с надписью Могучий Марко на спине. Брок ухмыляется в стакан. Попытка компенсации? Гребаный качок. В этот момент Джек показывает на него — тыча сигаретой в его сторону — и мужик идет к Броку. Он хватает Брока за запястье с видом: «Эй, детка, твой сутенер только что поставил на кон твою задницу и проиграл». Брок видит улыбающееся лицо Джека. Он не смог бы вырваться из хватки Марко, если бы попытался.

За шатром свалена куча деревянных щитов. Марко неожиданно целует Брока, толстыми пальцами впиваясь в его бицепсы — по-прежнему крепко его держа. Иногда Броку нравится целоваться, когда им торгуют, иногда нет, но Марко целует его с рычанием и яростью — целует как только что выигранный приз. И Броку это нравится, он отвечает, но вскоре Марко отталкивает его и огромными ручищами нагибает над щитами. Марко грубый и небрежный, от него пахнет машинным маслом и потом. Смазка, которую он использует, слишком жидкая, и ее ужасно мало. Жжёт так сильно, что Броку приходится закусывать собственное запястье, чтобы воплями не собрать к ним всю ярмарку. Брока трясет, когда всё заканчивается. Марко слазит с него и застегивается, бросив напоследок: «Отличная задница, детка». Когда он уходит, Брок дрочит себе, думая о Джеке, играющем, курящем и даже не волнующемся о том, что тварь, которой он проиграл Брока, может того ударить, избить, разорвать пополам. Брок чертовски быстро кончает.

Воздух в шатре густой и клубящийся. Брок пробирается к карточному столу, подходит к Джеку.
— Не смотри так потерянно, шваль, — шепчет Джек, скользя ладонью по бедру Брока. — Тебя ждет удача, я это чую. — Но у Джека в руках месиво двоек, четверок и семерок, и он играет против мужчины в черном, с усами и в шляпе, как у киношного злодея. Из-за голенища одного его высокого сапога торчит хлыст. Он улыбается Броку.

Chapter Text

— Вернулся, принцесса? И чем ты хочешь заняться?

Брок едва успел войти в дверь с сумками. Три утра. Он не думал, что Джек будет его ждать. Но тот сидит в темноте на диване, слушая какой-то дурацкий джаз. Света хватает, чтобы разглядеть, что он в одних трусах, с пивом в руке, и с таким слоем щетины на подбородке, который позволяет предположить, что он ни разу не брился все четыре дня, что Брока не было. Брок хмурится, роняет сумки и запускает обе руки в волосы.
— Что?

Джек наклоняется вперед.
— Ты тупой кусок пидора. Забыл? У тебя день рождения.

— О. — Брок кивает и проходит в комнату. — Еще нет. Не до утра, — медленно произносит он. — Всё, что я хочу сейчас, это спать. — Он ковыляет мимо дивана, мимо Джека, направляясь к коридору в свою комнату, в свою кровать. Он так устал, что даже не слышит, как Джек двигается. Не осознает ничего, пока Джек не хватает его за плечи, разворачивает и вбивает спиной в стену рядом с дверью с такой силой, что небольшой столик подпрыгивает, а грязный стакан, возможно, простоявший там все четыре дня, падает. — Черт, — выдыхает Брок, и тут же Джек захватывает его рот своим, до хрена грубо, и эта разросшаяся щетина больно царапает его лицо. Брок задыхается от этого. Голая грудь Джека обжигает его через ткань куртки, голое бедро прижимается между ногами. Его член налился уже наполовину, ноги ослабли настолько, что только это бедро и держит его в вертикальном положении. Брок трется об него и скулит: — Пожалуйста, — когда Джек целует его, потом стонет громче, когда Джек кусает его подбородок, его шею, ухо...

Руки Джека расстегивают его рубашку.
— Твоя жизнь, подстилка, была бы намного легче, если бы ты просто признал, что ты, блядь, хочешь, — говорит Джек, опускаясь на колени и стягивая с Брока брюки. Он приближает рот на расстояние выдоха к члену Брока. У него стоит уже полностью, и его бедра толкаются вперед без его ведома. Его безмозглый стояк хлопается о верхнюю губу Джека, и тот больно сжимает бедра Брока, чтобы держать на месте. — Итак, — произносит Джек, глядя вверх, — как насчет того, чтобы ты сказал мне, что хочешь на свой день рождения?

Брок смотрит вниз. Его грудь ходит ходуном. Он редко видит, чтобы Джек смотрел на него снизу вверх, чтобы стоял перед ним на коленях.
— Твой, — он сглатывает, его голос звучит по-женски высоким. — Твой рот?

— Ага. Значит, мой рот? — Джек трется грубой щекой о нежное место, где бедро Брока переходит в живот. Брок извивается — он чувствует горячее дыхание Джека у себя на члене. — И что, — продолжает Джек, не прекращая тереться об него, — что ты хочешь, чтобы я сделал своим ртом?

Брок еще раз сглатывает, зажмуривается на мгновение и шепчет:
— Твою ж мать. — Затем снова открывает глаза и смотрит на Джека. — Пососи мой... пососи мой член. Пожалуйста?

— Серьезно? Этот грязный хер? — Джек непринужденно отводит голову назад и плюет на напряженный ствол. Брок ахает, и Джек смотрит на него, улыбаясь. — Сунуть эту штуку в мой рот? Да еще после того, как кто-то на нее плюнул? — Он пожимает плечами. — Ну ладно. Это же твой день рождения. Я подумаю об этом. Может быть. — Продолжая удерживать бедра Брока на месте, Джек открывает рот болезненно близко к его члену, невыносимо, безнадежно близко. Он высовывает язык, но не лижет его. Брок издает короткий разочарованный скулеж, и Джек низко смеется. — Но только если ты будешь умолять меня об этом, отчаявшаяся чертова шлюха.

— Пожалуйста, — откликается Брок, и это почти всхлип. И он не произносит никаких других слов кроме этого, еще много, много раз.

Chapter Text

Брок нашел Джека в раздевалке, приводящим в порядок свою уличную одежду. Сложенная теннисная форма выглядывала из спортивной сумки. Брок выпил три космо за ланчем, и его голова все еще была легкой и кружащейся, несмотря на интенсивный урок тенниса, последовавший за ланчем, однако он был уверен в невероятной привлекательности Джека. В доме редко можно было увидеть такого красивого человека. Брок бы поклялся, что Алекс принципиально нанимал самых уродливых садовников, каких мог найти.

Брок остановился на входе в раздевалку, выставив немного бедро в обтягивающих шортах.
— Уже уходишь?

— Ага. — Джек сел и поднял туфлю.

— Я что-то не то сказал?

Джек выглядел смущенным.
— Ваш муж платит мне только за уроки тенниса, мистер Рамлоу.

— Зови меня Броком, пожалуйста. — Брок сделал крохотный шаг в раздевалку, продолжая позировать, держа вес на одной ноге. — И, знаешь, моего мужа здесь никогда не бывает.

Джек поднял ногу на скамейку и начал зашнуровывать обувь. Он кивнул, не глядя.
— Правда?

— Почти никогда. Он все время путешествует. Он тоже встречается с другими людьми. Трахает их. Мужчин, женщин, не знаю. Я ему надоел. — Брок покачал головой. — Он не трогал меня... — Джек посмотрел на него с приподнятой бросью. Брок сглотнул, понизив голос. — Много месяцев.

— Серьезно? — Взгляд Джека скользнул по телу Брока таким образом, что у того перехватило дыхание. — Это просто позор.

— Не правда ли? Мне этого не хватает, знаешь ли. Когда мы только поженились, он мог быть таким... напористым.

— Напористым? — Джек неторопливо обдумал это. — Он таким не выглядит.

— Порой по ним этого не видно. — Брок элегантно повел плечами. — Порой же ты просто смотришь на мужчину и знаешь, что он придавит тебя и заставит умолять об этом. — Брок пристально смотрел на Джека. — Я скучаю по этому. — В конце комнаты стоял комод с инструментами. Высотой до пояса. Идеальная высота, чтобы Джек нагнул Брока над ним и... По телу Брока прокатилась дрожь, пока он смотрел на него.

— Не сомневаюсь. Тем не менее... — Джек встал, наконец полностью одетый, и поднял свою сумку. Проследил взгляд Брока до комода и снова посмотрел на Брока. — Тем не менее я здесь, для того, чтобы учить вас играть в теннис, сэр.

Когда Джек направился к выходу, Брок шагнул назад, блокируя дверь.
— Значит, ты отказываешься? — У Брока тряслись губы. — Ты говоришь нет? Ты говоришь нет мне?

Джек оглядел Брока. Они стояли очень близко в проходе, почти касаясь друг друга. Брок чувствовал запах пота на теле Джека. У Брока дрожали бедра. Джек улыбнулся.
— Я не говорю нет. Я говорю, сэр, что вещь, о которой вы говорите... будет стоить вам намного дороже, чем ваш муж платит мне за уроки тенниса.

Chapter Text

Он занимается бумажной работой. Сегодня пятница, и все сраные новобранцы уже сидят в баре, не подозревая о канцелярщине, ждущей их по мере продвижения вверх по карьерной лестнице.

Джек думает, что уделял ему достаточно внимания и знает его уже настолько хорошо, чтобы узнать по шагам. Или дело в его запахе. В его одеколоне, который он наверняка считает модным, но в котором слишком много цитруса и недостаточно основы, чтобы быть по-настоящему приятным.
— Что тебе нужно, Рамлоу? — резко спрашивает он, не поднимая взгляд. Рамлоу, наверняка позирующий в дверях, шмыгает носом и отвечает:
— Я хочу знать, что ты делаешь.

— Танцую гребаную чечетку. Вали отсюда.

— Я не про сейчас. — Джек поднимает глаза и смотрит на него… И, боже, на нем нет рубашки. Его джинсы висят так низко на бедрах, что Джеку видно начало колючих волосков в его паху. Он медленно подходит к столу Джека, заткнув большие пальцы за шлевки. — Я хочу знать, что, по-твоему, ты делаешь, все время меня дразня. Тебе не кажется, что это немного… — Он замолкает, усаживая свою крошечную задницу на стол Джека. — ...очевидно.

Джек закатывает глаза.
— У тебя дурацкое имя. И ты засранец. Меня это забавляет.

— Хммм. — Рамлоу закусывает нижнюю губу и смотрит над краем стола прямо на ширинку Джека. — Я тебя забавляю. — Он дышит тяжелее. — Мне это нравится, сэр.

— Отъебись, Рамлоу. — Джек отводит взгляд, демонстративно возвращая внимание к документам. — Я не знаю, что за спектакль ты тут разыгрываешь, но я в нем не участвую. Проваливай.

— «Проваливай»? Почему бы тебе не заставить меня? — Рамлоу поворачивается на столе, ухитряясь в результате оседлать стул Джека, смяв своей задницей его документы.

Джек снова поднимает на него взгляд.
— Не надо. Ты не представляешь, что делаешь.

— Я прекрасно знаю, что делаю, агент Роллинз, — говорит Рамлоу, поднимая руку и ведя двумя пальцами по его ключицам. — Ты дразнишь меня, ты задираешь меня, и только меня. Так почему? Я знаю почему. Конечно, знаю. Я в курсе, как я выгляжу. Я знаю, что мужчины вроде тебя хотят от парней вроде меня. Но что я не понимаю… — Рамлоу опускает взгляд на руку, скользящую ниже по груди к соску и играющую с ним. Он смотрит на Джека из-под волны темных волос. — Я не понимаю, почему ты тратишь время на дерганье за косички и игры в песочнице. Если ты меня хочешь, почему просто не возьмешь?

Джек резко выдыхает. У него охрененно стоит от вида этого засранца, играющего с собой. Он отвечает с придыханием:
— Потому что я этого не делаю. Я не делаю ничего тем, кто этого от меня не хочет.

Рамлоу скользит ближе к нему по столу.
— Что, если я хочу этого от тебя?

— Тогда попроси.

Рамлоу протягивает руку и берет Джека за галстук. Тянет его на себя. Джек позволяет ему.
— Трахни меня, — выдыхает Рамлоу. — Трахни меня на своем столе. Схвати меня за волосы, за шею, поверни и нагни. Сорви с меня джинсы, тресни по заднице и вылизывай, пока я не начну вопить. Потом трахни меня. Жёстко. Прижми меня лицом вниз, так сильно, чтобы я не мог дышать. Не давай мне трогать себя. Ничего мне не давай. Трахни меня, кончи в меня, кончи на меня, заставь меня слизать это с твоих пальцев. — Рамлоу тяжело дышит.

Джек смотрит на него, скользя взглядом по вздыбившейся ширинке.
— Ты смешной, — говорит он...

Chapter Text

— Я попал в альтернативную вселенную, или ты в самом деле только что улыбнулся?

Джек поймал подбородок Брока свободной рукой и поднял выше, заставив охнуть.
— Думаешь?
Он по-прежнему улыбался, улыбался как будто что-то знал, сверкая зубами в проникавшем через маленькое окно лунном свете. На его лбу был пот, как и на голых плечах, стекая серебром по груди.

Брок сидел на кровати, прижимаясь спиной к стене, Джек сидел на нем верхом. Руки Брока были вытянуты за спиной, крепко связанные ремнем, так туго, что он чувствовал жжение в плечах. Каждая частица тела Брока ощущалась натянутой. На верхней губе собрался пот, влажные волосы лезли в глаза. Казалось, что он провел на грани оргазма долгие часы.
— Почему ты улыбаешься, козлина? — выдохнул он. — Что ты задумал?

Джек молча наклонился ближе, достаточно близко, чтобы поцеловать, но не целуя, огромные руки лежали на плечах Брока. Он заставил Брока ждать, напрягая подрагивающие губы, пока тот не заскулил.

Тогда Джек поцеловал его, но едва коснувшись, сверкнув белыми зубами. Он сжал в горсти волосы Брока и провел едва приоткрытым ртом по его дрожащим губам, просто дразня. Брок широко и жадно распахнул рот, быстро и прерывисто дыша, напрягаясь в хватке ремня и рук Джека, пытаясь достать до его языка, зовя его стонами. Джек не поддался ему, и он продолжал улыбаться в беспомощный рот Брока. В конце концов, Джек один раз провел языком под верхней губой Брока и отстранился. Брока застонал.
— Пожалуйста, ублюдок, пожалуйста. — Джек дернул рукой в волосах Брока. Тот заскулил. — Просто поцелуй меня. — Он попытался подбросить бедра.

— Найди в себе хоть каплю гребаного терпения, а? — Джек высвободил одну руку из волос Брока и закрыл ему рот. Запрокинув голову Брока, Джек принялся вылизывать его шею широкими движениями от ключицы до уха. Брок стонал, придавленные Джеком бедра пытались вскинуться. Джек больно укусил его за подбородок, заставив вскрикнуть, а затем начал прокладывать новую дорожку засосов вниз по шее Брока, поверх уже начавших выцветать.

Брок извивался в руках Джека, пытался высвободиться из ремня, стонал под губами Джека… под его зубами, впивавшимися поверх засосов.
— Пожалуйста, — успел он хрипло выдавить, когда Джек подвинул руку. — Боже, пожалуйста. Дотронься до меня. Дотронься до моего члена. Сволочь.

Но Джек никуда не торопился. Он проигнорировал слова Брока и провел целую вечность, дразня его шею зубами и горячим мокрым языком; дразня до тех пор, пока Брок не начал вжиматься в те места, где его удерживали большие руки и мощные бедра Джека, стремясь потереться твердым, текущим членом о его голую задницу.

Брок смотрел вверх на Джека, от отчаянной похоти у него плыло перед глазами.
— Ты все еще улыбаешься? — выдохнул он. — Почему ты улыбаешься?

— Ну… — Джек уперся одной рукой в стену, а второй потянулся себе за спину. Поймав член Брока, он приподнял бедра, а затем медленно опустился, направляя его в себя. Он был горячим, тугим и скользким. Джек опустился по стволу Брока с тихим вздохом, наклонился и страстно поцеловал его, словно пытаясь выпить потрясение Брока от того, что Джек неожиданно трахал себя его членом.

Брок отвечал на поцелуй с отчаянием, вбиваясь бедрами в Джека. Из-за связанных рук ему пришлось вжаться в стену плечами для опоры. Он стонал и стонал, делая это, и снова бесконечно стонал. Через несколько минут он, задыхаясь, разорвал поцелуй, сумев повернуть голову набок, вжимаясь в соленую, горячую впадину подмышки Джека — от запаха его пота он едва не кончил в то же мгновение. Он выдохнул:
— Боже, Джек, боже, какого хрена? Какого хрена, скотина! Когда ты вообще?..

Джек прижался к его уху, поцеловал его, укусил и принялся зализывать укус. Брок вскрикнул, толкнувшись вверх.
— Да, — довольно простонал Джек, сильнее вжимая лицо Брока в мокрые, пахучие волосы под рукой. — Давай, папочка, трахни меня. Заставь меня кончить на твоем члене.

И Брок подчинился.

Chapter Text

— Ты должен очнуться, потому что я не могу делать это без тебя.

Джек не двигался. Брок сорвал одну из боевых перчаток и прижал два пальца к его шее. Пульс был, но слабый. Джек истекал кровью из огромной рваной раны в боку, и обломки, на которые он упал, были пропитаны кровью.

Веки Джека дрогнули. Его губы шевельнулись, но голос был таким тихим, что Брок его не расслышал.

Он снял шлем и прижался ухом ко рту Джека, одну руку опустив ему на грудь.
— Что? Повтори.

— Я сказал, — прохрипел Джек. — Что ты не можешь делать без меня?

Последнее слово Джека было обрублено пролетевшей над ними новой ракетой, взорвавшейся примерно в километре от них. Землю тряхнуло. Послышался залп ответного огня, а когда все стихло, Брок повернул голову и посмотрел Джеку в глаза.
— Я вообще ни хрена не могу без тебя делать, придурок. Ты мой чертов… ты вся моя чертова жизнь, ясно? Я не могу представить… — Брок перестал говорить, у него перехватило горло. Под Джеком было чудовищно много крови. Брок оглядел разбомбленные здания и гаснущее небо. За ними никто не придет. В любом случае было уже слишком поздно.

Джек хмыкнул и закашлялся. Из его рта потекла кровь, заляпав нижнюю губу.
— Не распускай слюни, хуесос.

— Почему? — спросил Брок, протягивая руку и вытирая кровь. — Что ты мне за это сделаешь?

— Что я сделаю… — Голос Джека был невероятно тихим, почти как дыхание. — Я скажу тебе, что я сделаю, кусок дерьма. Когда мы вернемся домой, я заставлю тебя раздеться, встать на… — Джек остановился на мгновение, чтобы откашляться. — Встать для меня на колени, ползти ко мне, лизать мои ботинки, умолять. Ох, как ты, сука, будешь меня умолять… — Он снова закашлялся, выплевывая еще больше крови, потекшей по подбородку. Брок вытер ее. — Отлуплю тебя, жалкий пидор, буду лупить, пока ты не начнешь реветь… — Джек замолчал. Его глаза закрылись.

— Джек! — Брок бросился проверять его пульс. Он не мог его нащупать. — Джек, — отчаянно позвал он, по его лицу потекли слезы, размывая все перед глазами. — Джек, что ты сделаешь потом, Джек? Ты трахнешь меня, Джек? Больно. На полу. Используешь меня и не дашь ничего взамен? Да? Да?

— Ха, — пробормотал Джек, не открывая глаза. — Ха, да, конечно… да…

Брок кивнул и вытер глаза. Он наклонился и поцеловал Джека в лоб.

Chapter Text

Когда Джек входит, Брок с удобством валяется на диване, в мятой, наполовину расстегнутой рубашке, с пивом в одной руке. Стив стоит на полу на коленях. Обычно Стиву не разрешается пользоваться мебелью за пределами его комнаты. Стив обнажен, и его лицо прижато к паху Брока. Он ничего не делает — на Броке надеты штаны. Стив просто прижимается носом к молнии, потому что там его оставил Брок.

Джек садится в кресло напротив, закидывая одну ногу на сидение, и поджигает сигарету небрежным щелчком зажигалки. Он запарившийся и небритый, пропотевший с улицы. Он выдыхает в сторону Брока дым и произносит:
— Отличный гребаный денек, а?

Брок чуть елозит на месте. Он чувствует, что Стива немного трясет — того невероятно заводит, когда он голый, а Джек его игнорирует.
— Ага, — тянет Брок, двигаясь вперед и чуть сильнее прижимая ширинку к лицу Стива. — Весь день провел дома. Расслаблялся. Почитал немного, поделал домашние дела.

— Ага, я заметил. Ванная отлично выглядит. — Джек делает еще одну затяжку, выдыхает и улыбается.— Ты помыл пол? Он, сука, просто сияет. С него жрать можно. Чем ты его отчистил?

Брок пожимает плечами. Он чувствует, как Стив тихо стонет в его член. Загривок Стива заливается краской.
— Ничего особенного, — отвечает Брок. — Тем же самым, чем почистил туалет.

Chapter Text

Бывали случаи, знаете, такие случаи, когда Брок смотрел на ботинки Джека и полностью забывал о том, что делал. Забывал! Терял все мысли. А то и хуже. Он! Рамлоу! Кто не делает ошибок. Кто не напортачил ни разу за двадцать лет. Но… знаете… это же… ботинки Джека. Точнее, его ботинки, его ремень, его пистолет, и его улыбка, но в основном ботинки. Трое прочих были в их постели. Поэтому Брока клинит на ботинках. Слишком часто клинит. И, между прочим, Джек осторожный парень. Ему, может, и нравится притворяться безжалостным, даже бесчувственным, но он не такой. И если бы он знал, если бы он только знал, что его ботинки заставляли Брока время от времени стрелять в молоко, он бы… блядь, ну что бы он сделал? Что он мог сделать? Брок не знает, что. Но все равно ничего не говорит.

Он не говорит, что иногда, во время операции, или в комнате допросов, или в ожидании в квинджете, осторожно дыша, он смотрит на ботинки Джека и просто… думает о них на своей спине, или об их рифленой подошве, давящей на его загривок, вжимая его лицом в пол. Он думает о том, как его голову за волосы толкают вниз, чтобы он мог оставить недовольный, горький поцелуй на пыльной поверхности над каждым пальцем, чтобы его заставили вылизать их начисто под угрозой пинка, или тихого щелчка предохранителя на пистолете Джека, прямо возле его уха. «Вылижи. Мои. Гребаные. Ботинки. Пидор.» И он думает о подошве, поднесенной к его задыхающемуся лицу, и о том, каким он будет сломанным, что просто прижмет расправленный язык, чтобы отчаянно вылизать самую грязную часть ботинка, потому что даже низшие части Джека требуют восхищения и поклонения Брока, если он хотя бы краем сознания надеется когда-нибудь кончить.

Он не говорит, никогда не говорит. Пока в один день, в один тихий день, когда напряженное совещание оставило их выжатыми как сгнившие лимоны, Брок необдуманно пристально смотрит на ботинки Джека, и тот видит его, ловит его взгляд. Джек подмигивает ему и облизывается как кот.