Actions

Work Header

Подливая масло в огонь

Chapter Text

Раздевалка быстро наполняется шумом и телами, когда в ней собираются все больше и больше мужчин, разговаривающих и смеющихся. Падают детали одежды, шумит вода в душевых, смешанные запахи дезодорантов заполняют воздух, прилипая к языку и раздражая горло.

Джек наблюдает за этой суетой со своего места возле двери. Здесь слишком много мужчин, чтобы сосредоточиться только на одном, и вскоре он чувствует начинающуюся головную боль. Проходят минуты, а Брока все нет и нет. Его, наверное, опять задержали в офисе — конечно, он бы не поехал из Трискелиона, сначала не переодевшись.

Взгляд Джека скользит по лицам, пока не ловит следящую за ним пару глаз. Это Борн, коллега Брока по отряду и близкий друг. Джек сглатывает и быстро отворачивается. Он не хочет себе проблем.

Парни давно перестали его задирать. Джек подозревает, что он легкая цель — высокий, но тощий, с длинными нескладными конечностями, никогда не открывающий своих мыслей и не смеющийся над их ужасными шутками. Они не издеваются над ним, не совсем, они больше не в школе, да и большинство парней слишком взрослые для такого дерьма. Однако остаются снисходительные замечания, тычки и толчки, а те, кто выше, порой даже хлопают его по голове. Джек не может сказать, что ему это нравится.

Они отстали от него в последнее время, но не потому, что он прижился. Джек не изменился и не проявил себя ценным соратником. Отношение команды к нему улучшилось сразу после того, как к нему проявил интерес Брок.

Но сейчас Брока здесь нет, а Борн идет к нему. Джек выпрямляется, скрещивая руки на груди. В нем теплится надежда, что Борн вместо него идет к двери, но она быстро умирает, когда тот останавливается прямо перед Джеком.

— Ждешь Рамлоу?

Джек кивает. Он не может выпустить из вида руки Борна, опасаясь, что тот что-то задумал.

— Он уже уехал с Пирсом.

Джек перемещает вес с ноги на ногу. Стал бы Борн врать, чтобы поиздеваться над ним? Однако в его словах есть смысл — Джек не видел Брока с ланча, и, если кто и мог знать, куда он делся, то именно один из его ближайших коллег.

Борн проходит дальше к двери, и Джек опускает плечи. Пора уходить и ему.

Джек слышит, как кто-то бежит за ним, когда пересекает парковку. Он не ждет опасности, и в этом его ошибка. Прежде чем он успевает это осознать, его толкают с такой силой, что он теряет равновесие и приземляется ладонями на грязный пол. Когда он пытается подняться на ноги, в него вцепляется пара тяжелых рук. Он поднимает взгляд и находит лицо.

Он его узнает. Он помнит первый раз, когда увидел его, потому что это был первый раз, когда он увидел Брока — человек из ниоткуда, ставший легендой, стоял и разговаривал с сокомандником в том же самом коридоре, где стоял Джек, как будто он был кем-то обычным, а не лучшим студентом, обучавшимся в Академии, и самым молодым командиром Страйка в истории. Он казался ирреальным с гривой черных волос из рекламы шампуня, озорным выражением красивого лица, скулами, способными резать стекло, и телом модели. Он обнимал молодого человека, хрупкого блондина с тонкими чертами, смотревшего снизу вверх на Брока, вероятно, так же, как на него смотрел Джек. Его никто не заметил; он был просто лицом из толпы, новобранцем, до которого никому не было дела.

Но теперь хрупкому блондину до него точно есть дело, и в его глазах горит огонь, когда он запускает пальцы в волосы Джека и дергает его голову вверх. Джек помнит его имя — Кинг. Это не он прижимает Джека огромными руками на плече и бедре — должно быть, более крупный и сильный приятель Кинга.

— Что он в тебе нашел? — хмурится Кинг. — Ты даже защититься не можешь.

Прежде чем Джек успевает ответить, в его ребра врезается ботинок, вышибая из легких весь воздух.

— Даже возразить, — продолжает Кинг. — Не самый умный ученик в классе, да?

— Избирательная немота, — предполагает друг Кинга.

— Что?

Джек не может его разглядеть в этой позе, но по вжимающим его в землю рукам чувствует, как тот пожимает плечами.

— Это заболевание.

Кинг фыркает.
— Я понял. — Он вытаскивает боевой нож. — Тебе стоило держаться подальше, придурок.

Он такой быстрый, что у Джека нет ни шанса увернуться; лезвие свистит прямо у его лица, и он дергается назад, зажмуривая глаза. Кинг не достаточно сильный, чтобы удержать его голову на месте, но, судя по жгучей боли на макушке, несколько прядей остались в пальцах Кинга. Его на мгновение ослепляет еще один удар в грудь.

— Это научит тебя не трогать чужое, — рявкает Кинг. — Думаешь, ты, сука, особенный? Он бросит тебя, как только ты ему наскучишь, и поверь мне, это происходит очень быстро.

— ЭЙ!

Кинг матерится себе под нос, а с Джека пропадают руки. Чувствуя головокружение, он роняет голову на вибрирующий от топота ног пол. Он хмурится, начавшаяся в раздевалке головная боль растет у него за глазами.

— Эй, эй, парень. Парень.

На его лицо ложится другая рука, холодная и мозолистая. Он открывает глаза и видит нависающего над ним Борна.

— Ты в порядке?

Он кивает, заставляя себя встать на ноги. Это правда; у него всего лишь несколько ушибов, ничего серьезного. Могло бы быть хуже, если бы Борн не появился, особенно учитывая нож.

Между его ног на пол капает кровь. Он хмурится. Он чувствует только исцарапанные колени и руки, и ноющий затылок, откуда тогда…

Он озадаченно смотрит на Борна. Тот изучает его подбородок.

— Тебе нужны швы, — говорит он, доставая телефон.

Джек трогает свой подбородок и чувствует влагу. Подняв пальцы, он видит на них красное. Его подбородок немеет. Рот наполняет теплый металлический вкус.

— Кинг напал на твоего парня, — произносит Борн в телефон. Он отошел на пару шагов, но Джек все равно его слышит. — Он серьезно его порезал. Ему нужны швы.

Сердце Джека трепещет, когда он понимает, что Борн позвонил Броку, но вскоре останавливается, пока он слушает разговор со стороны Борна.

— Ясно? Это все? Кинг порезал ему лицо! У него шок! И это всё, что ты можешь сказать?

Борн вздыхает и массирует виски, слушая ответ Брока. Джек смотрит себе под ноги. Кровь продолжает течь, так что он вытирает подбородок ладонью. Он до сих пор не чувствует боли.

— Ты не хочешь хотя бы назначить наказание? Его видели, вместе с Вудсом. Им не место в этом отряде. Я веду Роллинза в медотсек.

Борн вешает трубку и поворачивается к Джеку.

— Он не придет, да? — спрашивает Джек, у него скручивает живот, хотя он уже знает ответ. Он не встречается взглядом с Борном.

Борн раздраженно вздыхает и вытаскивает платок, прижимая его к подбородку Джека.

— Держи. И не разговаривай.

Джек прижимает платок к лицу. Борн хватает его за руку и тянет обратно в Трискелион. Они заходят в лифт.

— Спасибо, — бормочет Джек.

— Я велел тебе молчать. Больно?

Джек качает головой. Борн вздыхает.

— Я предупреждал Брока, что это случится. Слышал, как Кинг с Вудсом говорили в раздевалке. Он мог это предотвратить.

Джек поворачивается, глядя на него распахнутыми глазами. Борн избегает его взгляд, вместо этого смотрит прямо перед собой.

— Брок мой друг, и он не плохой парень. Но он не сильно заботится о других. Может быть, тебе стоит подумать о том, что для тебя лучше.

— Он добр ко мне, — протестует Джек.

Конечно, было бы мило, если бы Брок хотя бы спросил у Борна, как Джек себя чувствует, но он же не может ждать от него бросать все и мчаться к своему бойфренду каждый раз, когда его поцарапали. Особенно с учетом того, что Джек Броку не бойфренд. Не совсем.

Борн хмурится.
— Если тебя это хоть как-то утешит, Кинг и Вудс уволены. Можешь подать на них в суд за нападение, но мы обсудим это завтра.

Джек кивает. Лифт останавливается на медицинском этаже и Джек выходит. Борн не идет за ним.