Actions

Work Header

До следующего раза

Work Text:

В полумраке лаборатории лицо Заэля кажется невыразительным бледным пятном. Огонек зажигалки высвечивает острый нос и костяную оправу очков. Заэль затягивается, дым плывет рваными клочьями.

— Не понимаю, — говорит он, — как ты мог согласиться стать фрассьоном такого ничтожества?

Заэль нервным жестом стряхивает пепел и снова затягивается.

— Ты мог бы уйти ко мне, — продолжает он. — Это было бы намного удобнее.

В голосе Заэля звучит обида.

— Ты жрешь своих фрассьонов, — замечает Ильфорт. Ноги начинают затекать, а еще в лаборатории прохладно.

— Не говори ерунды! — Заэль взмахивает рукой, и огонек сигареты описывает в воздухе алую дугу. — Это мусор! Ты был бы совсем другой. Совсем, совсем другой…

Его голос мечтательно затихает, и Ильфорт вздыхает.

— Меня все устраивает, — говорит он.

— Я бы превратил тебя в совершенство.

Тихий звон отдается в ушах, и Заэль вскакивает.

— Наконец-то.

Он щелкает выключателями, лабораторию заливает свет, и Ильфорт прищуривается.

— Напомни мне, — спрашивает он, — почему гинекологическое кресло?

— Оно не гинекологическое, — огрызается Заэль, а потом фыркает: — Не пытайся отвлечь меня, — и грозит пальцем.

Ильфорт делает вид, что пожимает плечами — зажимы не дают сдвинуться и на миллиметр, свободно болтаются только ноги, задранные на подставки и закрепленные у колен. Вдоль промежности гуляет сквозняк, и Ильфорт думает о чем-нибудь горячем — например, стакане виски из запасов Гриммджо.

Заэль щелкает замками: слышится скрип открываемой дверцы, потом звон инструментов.

— Ты слишком напряжен, — бросает он, наполняя большой шприц светящейся нежно-салатовой жидкостью. — Расслабься.

Кладет шприц на столик рядом, натягивает резиновые перчатки и погружает пальцы в баночку с прозрачной студенистой смазкой. Ильфорт знает, что она холодит кожу, а еще обостряет чувствительность.

Когда Заэль садится между раздвинутых ног, его лицо становится возбужденным и хищным.

— Осторожнее, — говорит Ильфорт, когда Заэль вталкивает ему в задний проход сразу три пальца, — я не твой фрассьон.

Заэль не отрывает взгляда от его промежности, и Ильфорт размышляет, какие глубины можно увидеть в заднице.

Когда палец нащупывает простату, он вздрагивает, а Заэль жадно улыбается. Второй рукой обхватывает вялый член и начинает массировать, хлюпая смазкой. Нажим на простату не прекращается, и Ильфорт чувствует, как по промежности перекатывается возбуждение.

Заэль продолжает дрочить уже почти твердый член. Его пальцы скользят вдоль уздечки, массируют основание и мошонку.

Когда он убирает руки, у Ильфорта стоит — болезненно и сильно. Головку распирает жжение, член изнутри дергает болью, которая с каждой секундой становится сильнее.

По виску скатывается холодная капля. А Заэль — садист. Он пожирает Ильфорта взглядом и облизывает тонкие губы.

— Он стал больше, — говорит Заэль возбужденно.

Ильфорт не спорит. Возможно, так и есть. По крайней мере, боли становятся все сильнее, а вмешательство Заэля требуется все чаще.

— Разве Гриммджо сделал бы для тебя что-нибудь подобное? — несчастно бормочет Заэль.

— Он отпускает меня к тебе, — отвечает Ильфорт. — И не задает вопросов.

— Он просто слишком туп, чтобы понять…

Ильфорт закрывает глаза, обрывая Заэля.

И вздрагивает, когда в анус входит резиновый шланг. Ильфорт сжимает зубы и жмурится до выступающих слез. Сквозь ресницы кажется, что голову Заэля окружает сияющий ореол.

Ильфорт косится на прозрачную кишку, выходящую из тела, и сглатывает. Начинает работать компрессор, и по шлангу течет бесцветная жидкость.

Внутренности заполняются прохладой. Когда Ильфорт выдыхает, ему кажется, что он слышит плеск. Жидкость все поступает, и Ильфорт кусает губы, сжимаясь из последних сил. Живот туго натягивается и становится похожим на барабан.

Заэль ловко выдергивает шланг и затыкает задний проход пробкой. Гладит живот, прикладывает к нему ухо, и они вместе слышат тревожное бульканье.

Член по-прежнему стоит, из него сочится смазка, пачкая кожу, и Заэль трогает головку, ногтем раскрывая щель.

Потом берет заполненный шприц, насаживает на него толстую иглу с тупым концом и погружает ее в смазку.

Заэль вставляет иглу в уретру очень осторожно, но Ильфорт все равно бьется от боли, пока металл скользит внутри члена. Кажется, будто его заливают расплавленным оловом, и Ильфорт снова и снова выламывается из зажимов.

Сквозь пробку просачивается жидкость, натекает на кресло, и теперь ягодицы елозят по теплой склизкой поверхности.

Введя иглу до конца, Заэль вскидывает глаза. Его лицо — острые углы и ломаные линии — становится мягким.

Он вжимает поршень, и Ильфорт орет, содрогаясь от боли, эхо его вопля мечется между стен, испепеляющий жар терзает нижнюю половину тела, плеск отдается в ушах.

Полуослепнув от слез, Ильфорт смотрит на Заэля: тот стоит, покачиваясь и трахая его уретру шприцем, в точках-зрачках пляшет безумие.

Заэль тихо воет, оглаживая член Ильфорта, и бормочет:

— Ты его чувствуешь, да?

Да, он его чувствует.

Паразит внутри конвульсивно бьется, раздирая ткани на части, надежно запертый внутри мошонки.

Заэль вынимает иглу, и из головки начинает сочиться зеленая жидкость. Боль переплавляется в возбуждение, и Ильфорта трясет от невозможности прикоснуться к себе.

Заэль водит носом вдоль члена, мнет его, выжимая по капле салатовую зелень. Кажется, что яйца спрессовались в камень и разорвутся, если Ильфорт не кончит.

Заэль выжидающе смотрит, розовые прядки легкомысленно подрагивают.

— Пожалуйста, — просит Ильфорт. — Пожалуйста, подрочи мне.

Заэлю этого достаточно. Рука в скользкой перчатке обхватывает член у основания, скользит, сжимая до боли, а потом начинает двигаться — жестко и резко, выдаивая смазку, смешанную с зеленью.

Ильфорт закрывает глаза и окунается в безумный ритм. Оргазм царапает изнутри, скручивает внутренности, пальцы Заэля кружат вокруг ануса. Когда Ильфорт кричит, кончая, Заэль выдергивает пробку. Хлещет отдающая кислым жидкость, головку болезненно разрывают твердые комки, и Ильфорт пластается по креслу, чувствуя себя словно выскобленным изнутри. Тихо щелкают фиксаторы, освобождая тело из захватов.

Лампы гаснут, тусклое свечение приборов кажется потусторонним. Под ногами Заэля хлюпает влага.

Он подходит и прижимается щекой к животу Ильфорта, согревает дыханием пупок. Потом поднимает голову, смотрит лукаво и просительно.

— Можно мне, можно?

— Да.

Заэль не раздевается, просто высвобождает и пропихивает твердый член в почти ничего не чувствующий анус. Трахает быстро и жадно, содрогаясь при каждом толчке, тяжело дышит в грудь и кончает, поскуливая.

Ильфорт гладит Заэля по мягким волосам, ведет пальцем по нежной ушной раковине. Заэль тихо и довольно фыркает.

Ильфорт бы проклял ту тварь, что пожирает его изнутри. Но благодаря ей у них с Заэлем есть такие минуты. Благодаря ей они снова — единое целое. Благодаря ей — они совершенство.

Они целуются, переплетаясь руками и ногами, глотают дыхание друг друга, а утром Ильфорт уносит на себе запах и вкус Заэля.

До следующего раза.

До тех пор, пока смерть не разлучит их.