Actions

Work Header

Воображаемые портреты

Work Text:

Сергей Муравьев-Апостол

Альфред де Виньи


У Сергея Муравьева-Апостола достаточно много портретов (хотя не все они прижизненные). Однако все они в три четверти. Увидеть Сергея Муравьева в профиль можно на зарисовках с заседания Следственного комитета, предположительно сделанных Ивановским. А вот ни одной картины анфас не обнаружено...


Сергей Муравьев-Апостол

Однако при должно старании можно найти автопортрет его соученика по пансиону Хикса в Париже Альфреда де Виньи, позже ставшего писателем.

Неизвестно, подбирали ли учеников в этом пансионе по внешности, но – взгляните! – что-то общее явно есть. Форма лица, длинный нос... Почему бы не посчитать, что в юности Сергей Муравьев мог выглядеть как-то так?

Ипполит Муравьев-Апостол

Штабс-капитан Ратаев

Младший брат Сергея Муравьева-Апостола, Ипполит, прожил короткую жизнь – всего 20 лет. К сожалению, никаких портретов этого юноши не сохранилось. А, возможно, и не было вовсе, так как Ипполит чаще всего находился вдали от членов семьи, интересовавшихся его судьбой настолько, чтобы заказать портрет.

Описание внешности Ипполита остались в вопросах, составленных Следственным комитетом для Михаила Бестужева-Рюмина:

«Сей адъютант был роста малаго, темных волос, лица круглого и румяного лет около 25-ти»
(Источник: ВД 9, стр. 33, допросные пункты М. Бестужеву-Рюмину от 9 января 1826 г.)

С описанием Михаил не спорил, так что, скорее всего, младший брат его друга Сергея выглядел именно так.

Среди работ русского художника-любителя Капитона Зеленцова мы нашли портрет молодого штабс-капитана Ратаева (ничего об этом человеке нам не известно), который вполне мог быть похож на Ипполита.

 

Михаил Бестужев-Рюмин

К.Н. Бестужев-Рюмин

Соратнику и близкому другу Сергея Муравьева-Апостола, Михаилу Бестужеву-Рюмину, с портретами тоже не повезло.

Единственный рисунок, по которому мы можем заключить хоть что-то о его внешности, принадлежит, вероятно, руке Ивановского и также сделан во время следствия. Несмотря на небрежность, какие-то характерные черты все-таки можно уловить...
Михаил Бестужев-Рюмин
Словесных описаний внешности Михаила также не сохранилось, хотя мы можем опираться на его характеристику от декабриста Н.В. Басаргина (из книги Воспоминания, рассказы, статьи):

«Я очень сожалею, что, познакомясь с ним так коротко, я не мог видать его физиономии, но мне говорили, что она была очень выразительна, в особенности глаза, которые при малейшем душевном волнении, а оно случалось при каждой интересовавшей его беседе, воспламенялись как искры и находились в беспрестанном движении.»

Однако облик декабриста все же можно попробовать реконструировать – на основе портрета его племянника, Константина Николаевича Бестужева-Рюмина.

Павел Пестель

А.И. Философов

Что здесь делает Павел Пестель, портретов которого имеется в количестве? – спросите вы.

А это как раз тот случай, когда хочется ЕЩЕ. К тому же, портрет, дающий наиболее ясное представление о внешности Пестеля, был найден не так уж давно (в 2010 году). Как люди обходились раньше? Ну, либо портретом со следствия, либо суровыми и вряд ли прижизненными изображениями...
Павел Пестель
Зато «в поисках Пестеля» можно обратиться к собственному воображению. И на основе воспоминаний Н.И. Лорера из книги «Записки моего времени» попробовать реконструировать образ Павла Ивановича:

«Пестель был небольшого роста, брюнет, с черными, беглыми, но приятными глазами. Он и тогда и теперь, при воспоминании о нем, очень много напоминает мне Наполеона I. На нем был длинный, широкий, армейский сюртук с красным воротником, штаб-офицерскими почерневшими эполетами, лежавшими на плечах более назад, нежели наперед.»

Особенно удобно это делать, если под рукой портрет Алексея Илларионовича Философова работы А. Варнека. И внешнее сходство налицо. И энергетика соответствующая. И время подходит!

Екатерина Бибикова

Неизвестная фрейлина

Удивительно, но до нас не дошло ни одного портрета Екатерины Бибиковой (урожденной Муравьевой-Апостол), сестры трех декабристов.

Удивительно это в первую очередь тем, что эта женщина, в юности блиставшая при дворе, а затем вышедшая замуж за высокопоставленного государственного чиновника, должна была привлекать внимание! И художников в том числе.

Считается, что она была замечательной красавицей, во всяком случае, ей восхищался даже Александр I. Не говоря уж о поэте Константине Батюшкове, который, похоже, был Екатериной всерьез увлечен.

Однако изображений Екатерины Бибиковой до сих пор не найдено. Хотя в Государственном историческом музее есть портрет неизвестной фрейлины, в лице которой можно отыскать семейные черты Муравьевых.

Семья Муравьевых и неизвестная

Шифр на груди неизвестной не подтверждает версию, что это может быть наша героиня: вензель принадлежит императрице, а Екатерина находилась при великой княгине. Но почему бы не помечтать?

Александр Барятинский

Ян Рудомина

Портрет Александра Барятинского, члена Южного общества, возглавлявшего одно (не очень продолжительное и не очень простое) время Тульчинскую управу, мы знаем ровно один.

Портрет этот сделан Николаем Бестужевым уже в Сибири. Изображен на нем немолодой, довольно побитый жизнью человек. В странной шапке. Это важно.

Александр Барятинский

Вот как описывали Барятинского перед отправкой на каторгу:

«Рост 2 аршина 7 6/8 вершков, лицом бел, круглолик, нос посредственный, глаза голубые, с левой стороны под горлом шрам, говорит заиковато, волосы светлорусые».

Конечно, хотелось бы представить этого замечательного декабриста, гусара, поэта и славного малого, более юным и с азартом глядящим в будущее.

Поэтому мы нашли для визуализации Барятинского другого парня в странном головном уборе. Это Ян Рудомина (доктор философии, как гласит описание картины) кисти польского художника Яна Рустема. Жаль, что глаза у Рудомины не голубые. А так – что-то есть! Распределяющая шапка не даст соврать :)

 

Софья Пестель

Неизвестная мечтательница

Софья Пестель – младшая сестра Павла Пестеля. Она родилась в 1810 году, так что в 1826 году ей было 16 лет.

Портрет юной мечтательницы Орест Кипренский написал примерно в эти же годы. На нем мы видим молоденькую девушку с пронзительными и умными голубыми глазами, и впрямь чем-то похожую на известное фото пожилой Софьи Ивановны.

Софья Ивановна Пестель

Софья Ивановна Пестель много сделала для сохранения наследия своего брата, а также опубликовала записки отца, Ивана Борисовича Пестеля, в которых в полный рост рисуется личность этого человека, отнюдь не грозного «Сибирского сатрапа», которым его предпочитали считать современники.

 

Мария Юшневская

Мария

Мария Казимировна Юшневская (урожденная Круликовская) – супруга и, без лишней скромности, боевая подруга декабриста Алексея Юшневского. Боевая, несмотря на то, что все сражения, которые им пришлось выдержать, происходили исключительно в мирное время.

Она отправилась за мужем в Сибирь и деятельно поддерживала его долгие годы. Невероятное впечатление оставляют ее письма, одновременно практичные и трогательные.

Мария Казимировна Юшневская

Все сохранившиеся портреты относятся ко времени, когда ей за сорок (см. приведенный портрет работы Н. Бестужева, самый ранний, условно датируется 31-32 гг). Сохранившиеся описания внешности – тоже довольно поздние, времен жизни на поселении, где Юшневская предстает уже «старушкой».

 

Вера Муравьева

Неизвестная в капоре

Вера Муравьева – жена декабриста Артамона Захаровича Муравьева, не поехавшая за мужем в Сибирь, а оставшаяся с детьми. Мы знаем один ее портрет, неизвестного автора. По манере он очень похож на того же К. Рейхеля, которому принадлежит приведенный здесь «портрет неизвестной».

Вера Муравьева

Известо, что у Артамона Муравьева была «пороховая татуировка» (то же, что и обычная татуировка, только в качестве красящего вещества использовался порох) с именем жены на латыни – Vera.