Actions

Work Header

Дорожка света

Chapter Text

Стив пытается выкинуть Дэнни Уильямса с его раздражающей моральностью из головы, проводит четверг за чтением книги, которую посоветовала Коно, неожиданно для себя втягивается и отвлекается, и все отлично, пока он не понимает, что в уме представляет Дэнни на месте главного героя.

Он никогда не терял голову из-за ерундовых, безымянных, безликих знакомств, которые ничего не значили, но Дэнни Уильямс засел у него под кожей. Ему просто нужно, чтобы Дэнни признал, что хочет его, просто нужно, чтобы Дэнни сказал "да" и не мешал Стиву встать на колени, ведь именно этого на самом деле он добивается. Стив дрочит, думая о Дэнни, использует левую руку, чтобы не напрягать правую, и ненавидит все это, ненавидит каждую секунду, но кончает с именем Дэнни на губах.


--


— Что бы ты сделал, если бы я решил пойти к тебе домой? — спрашивает он у Дэнни в пятницу, проскользнув за его столик в перерыве между номерами.

Рука Дэнни, держащая бутылку пива, застывает на полпути ко рту.

— Что-что?

— Ты меня слышал.

— О, я слышал тебя, детка, слышал, просто пытаюсь понять, что ты имел в виду, — Дэнни указывает на Стива взмахом свободной руки. — Ты хочешь услышать подробное описание всего, чем я хотел бы с тобой заняться, или просто пытаешься меня поддеть? Мне, знаешь ли, хватает дедовщины на работе.

Стив краснеет, злится на себя.

— Я спрашиваю.

— Спрашиваешь или предлагаешь? — не унимается Дэнни, опуская бутылку на стол. — С нашей последней встречи правила не поменялись.

— Без денег. Я ничего не буду у тебя просить.

Дэнни с подозрением щурится.

— Почему?

Стив пожимает плечами.

— Допустим, я о тебе думал.

— Допустим, — медленно кивает Дэнни. Стив продолжает:

— Ты сказал, что если бы я сам захотел, ты бы согласился.

— В твоей черепушке творится черти-что, — говорит Дэнни. — К тому же, если я ничего не путаю, ты еще не закончил с работой.

Стив удивленно моргает.

— То есть, ты мне отказываешь, потому что я не могу пойти прямо сейчас?

— Кто говорил про отказ? Я вообще ни слова не сказал о своих планах. — Дэнни внимательно на него смотрит. — Я все еще пытаюсь определить, с какой разновидностью сдвига по фаза столкнулся.

— Ну и вали тогда нахер.

Стив встает, решая, что с него хватит, он просто заставит себя обо всем забыть, но Дэнни ловит его запястье и проводит по коже большим пальцем с нежной интимностью, на которую не имеет права. Стив дергает руку к себе, и Дэнни отпускает.

— Постой. Стив.

— Что?

— Я останусь.

— И?

Дэнни тяжело вздыхает.

— И, если до конца ночи ты все еще не передумаешь зайти ко мне, то я буду здесь.

— Ясно.

Развернувшись на пятках, Стив уходит в подсобку и сидит там на краю раскладушки, вдавливает кулаки в глаза. Фантомное прикосновение горит на запястье, ему это нужно, нужно вытравить Дэнни Уильямса из своей головы.


--


Чтобы справиться с заключительным актом, не оступившись, и не выглядеть совсем отвлеченным, Стив избегает смотреть на Дэнни и сосредотачивается на людях в других частях зала, ближе к сцене. Закончив, он принимает душ, переодевается, проверяет сумку, чтобы убедиться, что остались презервативы, и только потом возвращается в клуб.

У него были сомнения в том, что Дэнни правда останется, но тот уже ждет, прислонившись к своему излюбленному столу. Подходя, Стив кожей ощущает на себе его оценивающий взгляд и поднимает брови.

— Ты уже видел меня со всех сторон.

— Именно поэтому смотреть сейчас еще приятнее, — довольно отвечает Дэнни. — И, дабы не строить предположений — ты по-прежнему хочешь пойти со мной?

— Да.

— Хорошо. Отлично. — Дэнни широко улыбается, лицо прямо светится радостью, и у Стива от этого покалывает в пальцах. Он сжимает их в кулаки.

— Ладно, идем.

Согласно кивнув, Дэнни кладет руку Стиву на плечо, теплую даже через ткань рубашки, и Стив позволяет себя вывести.

По дороге вдоль пирса их обдувает океанский бриз. Впереди, раскинувшись, горят огни Гонолулу. Стив прочищает горло, чтобы разбавить молчание, но слова так и не приходят. Дэнни косится на него.

— Не передумал?

— С чего ты взял, что я иду против воли? — раздраженно реагирует Стив.

— Может, с того, — огрызается Дэнни, — что ты выглядишь таким же заинтересованным в продолжении ночи, как ягненок, идущий на убой.

— Ты ни черта обо мне не знаешь.

— Я знаю достаточно. Знаю, что ты предлагал…

Стив останавливает Дэнни, пока тот не успел сказать что-нибудь такое, чего он не хочет слышать, толкает к стене ближайшего здания и крепко впивается в губы. Дэнни издает протестующий звук, изворачивается, а затем заводит руку ему за спину и рывком притягивает к себе, возвращая поцелуй с той же силой и страстью.

Когда они отстраняются друг от друга, Дэнни хрипит севшим голосом:

— Ты чокнутый, совершенно чокнутый.

— Заткнись, — отвечает Стив и целует его еще раз, покусывая нижнюю губу. Дэнни снова начинает мычать ему в рот, тычет в бок, пока Стив не отрывается, и затем говорить между вдохами:

— Мы дойдем кровати. Ты обещал пойти ко мне домой, и я этого хочу. Я хочу секс в кровати.

Стив наклоняется, чувствует Дэнни своим телом практически везде — его твердые мышцы и слегка возбудившийся член рядом с бедром.

— Чего еще ты хочешь?

— Чтобы ты перестал надо мной нависать. Остальное решу, когда ты будешь голым.

— Ты видел меня голым.

Дэнни отталкивает его и возвращается на дорогу.

— Да, я видел тебя голым. Это другое.

Пожав плечами, Стив следует за ним.


--


Дэнни ездит на Шевроле Камаро, и, похоже, что, управление у нее потрясающее. Стив невольно завидует, наблюдая за тем, как Дэнни переключает передачу. Потом его взгляд задерживается на пальцах Дэнни, сжимающих рычаг, и мысли сворачивают в другую сторону. Дэнни ловит его взгляд, когда проверяет дорогу.

— Детка, серьезно?

— Что? — Стив упрямо изображает непонимание.

Дэнни смеется.

— Представляешь в голове, что хотел бы со мной сделать?

Напряжение, скопившееся в основании позвоночника, хочет вырваться дрожью, но Стив ее подавляет.

— Мне казалось, вопрос в том, что хотел бы сделать со мной ты.

— Ты не очень-то милый, когда скромничаешь, — говорит Дэнни. — Как насчет того, чтобы выяснить, что мы хотели бы сделать друг с другом?

Стив отворачивается к окну и смотрит на проносящиеся мимо пейзажи ночного города. И не отвечает.


--


У Дэнни двухкомнатная квартира в южной части города, вторая комната — спальня его дочери. Стив окидывает безразличным взглядом раскладной диван. Он спал в местах похуже этого, да и спать никто не собирается.

Сбросив сумку с плеча, он прислоняется к двери и наблюдает за тем, как Дэнни включает свет.

— Ничего квартирка.

— Отвали. Цены на аренду — еще одна причина ненавидеть этот остров.

Стив вздыхает.

— Кому ты рассказываешь.

— Хочешь еще немного обсудить мебель, или займемся чем-нибудь интересным?

— А чего бы ты хотел? — спрашивает Стив, расслабленно опуская плечи.

Дэнни указывает на него пальцем.

— Не забывай, что я видел твои методы обольщения, и я не твой клиент.

— У тебя это повод для гордости, да? — Стив не может унять желание немного поглумиться. — Знаешь, это не делает тебя лучше их.

— Вообще-то, делает, но я приберегу лекцию о том, почему, на другой день. Ты явно не готов ее услышать.

Плавным движением Стив снимает футболку через голову и видит, как Дэнни тяжело сглатывает.

— На что уставился?

— Иди сюда, — говорит Дэнни. Улыбнувшись, Стив отрывается от стены и становится прямо перед ним, а затем изящно опускается на колени, но когда он тянет руку к ширинке Дэнни, тот уверенно перехватывает его руку. Стив резко смотрит вверх.

— Что это ты делаешь? — спрашивает Дэнни. За игривым тоном в его голосе звучит сталь. Стив удивленно поднимает брови.

— Не хочешь минет?

— Нет, — Дэнни мотает головой, — я люблю хороший минет не меньше других, но сейчас хочу заняться сексом с тобой, а не с твоим ртом.

На мгновение Стив чувствует в груди необъяснимую вспышку злости, но делает глубокий вдох и гасит ее, прижимаясь лбом к бедру Дэнни. Он понимает, что Дэнни все еще держит его руку, когда тот начинает тянуть его вверх. Стив встает.

— Ладно, детка, — говорит Дэнни, и голос действует на Стива успокаивающе, как бы он ни противился этой мысли. — Ты любишь трахаться?

— В целом, или тебе интересно что-то конкретное?

— Конкретное. До члена в заднице конкретное, — Дэнни ухмыляется. — Есть предпочтения?

Стив пожимает плечами.

— Наверное.

— Ничего себе, из тебя слова клещами приходится вытаскивать. Хорошо, давай так. Предположим, что вариант отсосать у меня, как бы заманчиво ни он звучал, не рассматривается. Чего бы ты тогда хотел?

— Чтобы ты меня трахнул, — говорит Стив. Он все еще чувствует руку Дэнни на своем запястье, и в памяти всплывает, как его пальцы сжимали рычаг коробки передач. Стив пытается скрыть новую волну дрожи, но Дэнни, похоже, ощущает ее через прикосновение.

— Меня это устраивает, — улыбается он, разжимая пальцы, кладет руки Стиву за шею и тянет к себе. Стив придавливает Дэнни к стене, и приходится согнуть колени, чтобы нормально поцеловаться. В какой-то момент он снова чувствует тычки в бок и отодвигается.

— А теперь-то что?

— Кровать, — говорит Дэнни, указывая в сторону, — стоит прямо там, где ты только что предлагал мне тебя трахнуть. Давай, Стивен, двигайся.

Стив рассеянно кивает и делает шаг назад, собираясь расстегнуть штаны.

— Стоп, остановись. Хочешь лишить меня удовольствия? Я видел эту часть в твоем исполнении, детка, теперь моя очередь.

И Дэнни снова берет его руки, на этот раз — чтобы отвести. Он расстегивает штаны Стива и тянет вниз, скользя пальцами по коже вместе с ними, потом накрывает ладонью член Стива поверх боксеров, невольно заставляет бедра дернуться навстречу. Стив не может остановить рвущийся из груди стон.

— Скажи, — хрипло шепчет Дэнни. — Скажи, Стив, когда последний раз к тебе кто-нибудь так прикасался?

Он слегка сжимает пальцы, и Стив пытается, честно пытается вспомнить этот последний раз, когда он был с кем-то просто так, для себя. Он тяжело сглатывает.

— Отвечай, — требует Дэнни, продолжая водить большим пальцем по натянутой ткани бездумными отвлекающими движениями.

— Давно, — наконец отвечает Стив, опуская голову и носом уткнувшись Дэнни в висок. — А теперь заткнись.

С тихим смехом Дэнни убирает руку и тянет белье Стива следом за штанами. Стив вышагивает из одежды, а пальцы тянутся к воротнику Дэнни, скользят сверху вниз, задерживаясь на маленьких пуговицах, и когда все они, наконец, расстегнуты, Стив выправляет рубашку Дэнни из штанов, чтобы рассмотреть его широкую накачанную грудь, покрытую россыпью золотистых волосков. Он не может сдержаться и прикасается к ней, проводит ладонями от центра к бокам, пробирается за пояс Дэнни и натягивает его штаны на заднице.

Дэнни снова смеется, ослабляет узел галстука и не глядя снимает, отправляет за ним рубашку и вскоре остается в одних выпирающих спереди трусах. На этот раз Стив становится на колени, даже не задумываясь. Он прижимается губами к ткани и чувствует руку Дэнни в своих волосах, слышит сверху его голос:

— Если будешь хорошим, позже сможешь у меня отсосать.

По телу Стива волной проходит крупная дрожь. Дэнни оттягивает его за волосы.

— Идем.

Отодвинувшись, Стив садится на корточки и поднимает глаза.

— Кровать, — объясняет Дэнни, снимая с себя остатки одежды. — Ты, наверное, уже догадался, что я ее очень люблю.

Стив неизящным движением забирается на кровать и вытягивается на животе — желание напрочь лишило его грации. Он немного дергается, когда чувствует на спине легкий поцелуй. Дэнни медленно поднимается вверх, прожигая губами на коже влажную дорожку, а дойдя до правого плеча, отклоняется от курса и касается шрама, оставленного прошедшей навылет пулей.

Стив резко дергается — не может сдержать рефлекс.

— Тише, тише, — шепчет Дэнни. — Я не знал, что это больно.

— Мне не больно, — Стив поворачивает голову и смотрит на него одним глазом. — Это не… снаружи уже не болит.

Он чувствует рядом с бедром твердый член Дэнни и ерзает, чтобы привлечь его внимание к более насущным делам.

— Так не терпится? Ну ладно. А ничего, если я попрошу тебя развернуться?

На этот раз Стив ложится на бок, чтобы посмотреть на Дэнни как следует.

— В смысле?

— Я хотел бы видеть твое лицо, — говорит Дэнни. — Но если тебе это не подходит…

— Нет, все в порядке, — Стив осторожно переворачивается, чтобы Дэнни не пришлось далеко отодвигаться. — Я, э-э, у тебя же все есть?

Дэнни усмехается, но тянется к тумбочке и достает презервативы и смазку.

— Да, у меня все есть. В этой части у тебя тоже есть предпочтения?

Стив думает о пальцах Дэнни, приподнимается и тянет его к себе, целует, пока не слышит его стон. Пока Дэнни не бросает все из рук, чтобы взять в них лицо Стива и ответить. Стив переворачивает их, обняв Дэнни за талию, оказывается сверху и произносит, игнорируя его возмущенный возглас:

— Да, у меня есть предпочтения.

— Ага, — отвечает Дэнни. — Не хочешь ими поделиться?

Он тяжело дышит, но все равно ворчит, и Стив невольно улыбается.

— Можешь сделать это сам, — говорит он, затем переворачивает их еще раз, возвращая в прежнюю позицию, а заодно нащупывает смазку и бросает Дэнни. Пока тот смазывает пальцы, Стив расслабляется и закидывает одну руку себе под голову, чтобы лучше видеть.

Дэнни устраивается у Стива между ног, разводит их шире, чтобы вместить свои плечи, и использует чистую руку, чтобы двигать его туда-сюда, пока не укладывает Стива так, как ему удобно. Стив ухмыляется поровну с вызовом и предвкушением. Когда пальцы Дэнни начинают проникать внутрь, он со стоном закрывает глаза.

— Ты как, в порядке?

— Да, — Стив слышит в собственном голосе нетерпение и немного краснеет. — Продолжай.

После недолгой паузы он чувствует, как губы Дэнни в поцелуе прижимаются к набухшей головке его члена, а пальцы, не выходя из него, сгибаются, растягивая мышцы еще сильнее. Когда пальцев становится больше, и Дэнни задевает простату, Стив прикусывает губу.

— Детка?

Он заставляет себя открыть глаза и смотрит на улыбающееся лицо Дэнни.

— Что?

— Больше не нужно спрашивать, хорошо тебе или нет?

— Заткнись.

С абсолютно самодовольным видом Дэнни надевает презерватив, по-новому перекладывает Стива, придавив одну его ногу к груди, а другую отставив в сторону. Потом он входит, направляя себя рукой, и это полное блаженство, слишком хорошо и слишком быстро. Стив хватает его за плечо, чтобы заставить остановится.

— Дай мне секунду.

Дэнни кивает и ждет. У него на лбу проступает пот. Стив пытается отдышаться, расслабиться, и когда опускает руку, Дэнни продолжает медленно проталкиваться внутрь, пока не входит до конца. На секунду дыхание Стива снова сбивается. Он чувствует на себе взгляд Дэнни и говорит:

— Давай уже, трахни меня.

И Дэнни слушается. Он задает медленный ритм, который заставляет Стива хотеть большего, оставляя при этом без нужной стимуляции. Его красивое лицо сосредоточенно хмурится. Стив открывает рот, хочет сказать что-то, но Дэнни толкается в него, и с губ Стива слетает только вздох.

— Детка? — Дэнни останавливается, склоняется над ним и целует в губы. Стив возвращает поцелуй — точнее, пытается — между жадными глотка воздуха.

— Все хорошо, — произносит он Дэнни в губы. — Еще.

— Подожди.

Дэнни выходит из него, придерживая презерватив, и садится на колени, а затем тянет на себя, и Стиву не очень нравится, что его таскают как куклу, но он слишком вымотан, чтобы протестовать и вообще думать о чем-то еще, кроме необходимости вернуть удовольствие. Когда Дэнни снова внутри него, Стив стонет.

Новый угол намного лучше, Дэнни везде попадает правильно и хорошо. Стив не может и не пытается остановить звуки, рвущиеся из груди, обхватывает Дэнни ногой вокруг талии и впускает его глубже, заставляя Дэнни бессвязно шептать его имя.

— Черт, Стив.

— Да…

Мысленно Стив больше не здесь, он мчится в погоне за ощущением, которое толчками выбивают из его тела. Он закрывает глаза, чтобы прочувствовать Дэнни внутри себя, рядом с собой, услышать его рваное дыхание и тихие чертыхания. Когда Дэнни набирает скорость, Стив сгибает пальцы в попытке за что-нибудь схватиться, но простынь легко сползает. Дэнни ловит его руку в свою, сжимает, и Стив отвечает тем же. Еще один рывок, и он догоняет экстаз. На мгновение блаженство оргазма его ослепляет.

Когда эйфория немного рассеивается, возвращая Стиву ощущение реальности, он может сказать, что Дэнни тоже близко — движения стали резкими и беспорядочными. Он поднимает бедра и опускает их до упора в последний раз, чувствует, как дергается внутри член Дэнни, и открывает глаза, чтобы увидеть его лицо в момент, когда наслаждение овладевает им, обмякшее тело оседает, и губы вытягиваются в слабой улыбке.


--


Стив ненадолго погружается в дрему, вплотную прижатый к Дэнни, с его рукой на своей груди. Он чувствует себя обстоятельно выебанным. Это хорошее чувство, оно дарит Стиву надежду, что именно это ему было нужно.

Как только первые лучи солнца пробиваются сквозь занавески, Стив осторожно выбирается из рук Дэнни, выжидает секунду и, убедившись, что не разбудил его, одевается, а затем выскальзывает за дверь. Прогулка до автобусной остановки, с которой можно было бы уехать на север, выходит долгой, зато Стив успевает прочистить голову и растянуть мышцы, принявшие на себя ночью изрядную долю физической нагрузки. Вернувшись домой, он падает в кровать и спит без сновидений.


--


— У тебя что-то с лицом, — говорит ему Коно при встрече в воскресенье.

Стив напускает на лицо невинное выражение.

— Ты о чем?

— Все равно выясню, — ухмыляется Коно, бросая вещи на песок. Стив невольно расплывается в улыбке и тут же пытается спрятать ее, но безуспешно.

— Так-так, Макгарретт, тебе перепало?

Он отводит взгляд, но уже Коно смеется.

— Я же говорила! С кем?

— Дэнни, — признается Стив, закрепляя на лодыжке ремень от доски.

— Тот чувак из клуба? Ты же говорил, что у вас ничего не выйдет.

Стив пожимает плечами.

— Видимо, я неотразим.

— Что-то ты больно самодовольный, — Коно бьет его по здоровому плечу.

— Да, да, мы идем, или как?

— Еще спрашиваешь.

Она поднимает доску и мчится к волнам, не дожидаясь, пока Стиву ответит — гонка началась. Последовав ее примеру, Стив бежит навстречу прибою.


--


— Итак, — говорит Чин во вторник, — я видел, как на прошлой неделе ты уходил с тем полицейским.

— Ты ничем не лучше своей кузины, — фыркает Стив, хотя улыбается. — И это не твое дело.

— Не мое, — просто соглашается Чин. — Значит, можно перестать подозревать в нем двинутого сталкера, который жаждет покромсать тебя на кусочки?

Стив поднимает брови.

— Чин Хо Келли, у тебя пугающее воображение.

— Мне за это платят, — отвечает Чин, пожимая плечами.

— Верно, — Стив хлопает его по плечу. — В общем, да, можешь перестать. Не думаю, что он вообще здесь снова покажется.

Теперь уже брови поднимает Чин, но от комментария воздерживается.

— Тебя искал Мамо.

— Ага, спасибо.

Клуб закрыт между дневной и вечерней сменами, и без освещения, скрывающего недостатки, он выглядит уныло и дешево. Стив не обращает на это внимания, направляется через зал к служебным помещениям и, зайдя в офис Мамо, наливает себе кофе.

Мамо с улыбкой поднимает собственную кружку.

— Стиви. Хорошо провел выходные?

Сколько бы Стив на него не работал, Мамо всегда будет звать его детским прозвищем. Наверное, могло бы быть и хуже.

— Да, неплохо, — говорит он и встречает его знающий взгляд. — Смотрю, от вас тут ничего не утаишь.

Мамо усмехается.

— Лишь бы ты был счастлив.

— Ага… — Стив медленно отпивает кофе. — Ты за этим меня искал?

— Нет, — говорит Мамо, покачав головой. — Я получил звонок насчет девичника. Частная вечеринка, они хотели бы заказать тебя.

Стив задумывается.

— Когда?

— Ну, тут такое дело. То ли им отказали в помещении, то ли с ним возникли какие-то проблемы — в детали я не вдавался, — но они ищут место на пятницу. Двойная оплата, если согласишься.

Стив присвистывает. Такие деньги решают много проблем. Он рассеянно потирает плечо.

— Тебе нужен этот заказ, да?

— Стив… — хмурится Мамо, но Стив перебивает:

— Послушай, — он делает паузу и трет лицо ладонями. — Если бы речь шла о ком-то другом, ты бы согласился не раздумывая.

— Но речь о тебе, а не о ком-то другом, — отвечает Мамо. — Они просят тебя, потому что ты лучший из всех, кто у меня есть. Ты и сам это знаешь.

Стив невесело ухмыляется.

— Вот уж спасибо. Хорошо, дай мне список их предпочтений. Подумаю, как все устроить, чтобы две смены в один день меня не прикончили.

Он упрямо встречает тяжелый взгляд Мамо, пока тот наконец не кивает.

— Ладно. Я перезвоню им, что-нибудь придумаем.

Стив встает, допивая кофе.

— Пойду готовиться.


--


Первый сет проходит без инцидентов. Вечер протекает медленно, в зале лишь несколько клиентов, и Стив примиряется с мыслью, что ночь будет скучной. Но ко второму выходу посетителей постепенно становится больше, и нескольких ему удается притянуть от бара и столиков ближе к сцене. Чем меньше зрителей, тем интимнее выступление, поэтому Стив дарит толпе нежные улыбки и многозначительные взгляд, и это неплохо срабатывает.

Когда он наклоняется и оставляет поцелуй на щеке одной из немногих молодых женщин в зале, с другой стороны раздаются недовольные возгласы нескольких парней, так что затем Стив поворачивается к их группе, говорит "Привет" самому молодому и целует его в губы.

Реакция бесценна. Когда Стив поднимается на ноги, он слышит только одобрительные свисты, и отовсюду тянутся руки с банкнотами. Он с удовольствием за ними наклоняется, не возражая быть облапаным в процессе — да и с чего бы после такого представления.

Уходя со сцены, он замечает, что Синди работает с удвоенной скоростью, стараясь поспевать за внезапно повалившими заказами. Мамо поднимает ему большой палец, и Стив невольно улыбается.

За угловым столом никого нет.


--


Домой Стив уходит с приличной суммой наличных в кармане и ощущением, что проделал хорошую работу, не отвлекаясь весь вечер на глазеющего из угла Дэнни. Он как раз начинает спускаться по пирсу, когда сталкивается с предметом своих мыслей.

— Привет, детка.

Тот стоит под фонарным столбом, прислонившись к перилам. От удивления Стив роняет сумку с плеча.

— Черт… Какого хрена, Дэнни?

— Хотел с тобой поговорить.

— И не мог прийти в клуб, как нормальный человек? — Стив щурится. — Чего тебе?

— Разговор, Стивен, это такой процесс с использованием слов.

Стив скрещивает руки на груди.

— Да, припоминаю. Начинай.

— Мне просто нужно знать, — медленно произносит Дэнни, — что произошло той ночью. Или правильнее сказать утром?

— Это был секс, Дэнни. У нас был секс. — Стив пытается решить, пойти дальше или продолжить стоять, но не может собраться с мыслями, так что в итоге остается на месте. — Уверен, ты такое уже делал.

— Ха-ха, смешно, — в тон ему говорит Дэнни.

Стив снова закидывает на плечо сумку, готовясь развернуться и уйти.

— Стой, я не закончил, не будь козлом.

— Чего ты хочешь, Дэнни? Трахнуть меня еще пару раз? Ну, не повезло, одолжений больше не будет.

— Так вот как ты это видишь? Быстренький перепихон, бум-бам-спасибо-вам? — Дэнни с досадой разводит руками. — Я, конечно, не говорю о любви с первого взгляда, но детка, ты мне очень нравишься. Я думал, у нас было немного серьезнее.

— Извини, что задел твои чувства, — рявкает Стив, — но я этим не занимаюсь, ясно? Я не хожу на свидания, не впутываюсь в ерунду типа "давай попробуем, вдруг из нас выйдет что-то особенное". Не понимаю, с чего ты взял, что могло быть как-то иначе.

— И что, ты решил "трахну его и выкину из головы"?

Сердце екает у Стива в груди, но он это игнорирует, сердито смотрит на Дэнни.

— Ты же получил, что хотел, так отъебись и оставь меня в покое.

— Получил, что… — Дэнни хлопает глазами, разинув рот. — Ох, детка.

— Оставь меня в покое, — цедит сквозь зубы Стив, а затем разворачивается и продолжает идти. Он слышит, как Дэнни зовет его по имени, и направляет всю силу воли на то, чтобы не обернуться.


--


Дома Стив затаскивает себя в душ, включает горячую воду и стоит под напором, крепко жмурясь, чтобы прогнать из головы Дэнни, глаза Дэнни, злость в голосе Дэнни, ощущения Дэнни на нем, внутри него. Он возбудился, дышит слишком часто, а когда тянет руку вниз, в памяти всплывают пальцы Дэнни.

Стив ненавидит себя, ненавидит эти воспоминания, ненавидит, что позволил кому-то завладеть его мыслями.

Он кончает, сползая на пол; сидит неподвижно, пока вода не становится холодной, и только тогда заставляет себя выйти.


--


Дэнни снова в своем углу, неторопливо потягивает пиво, и шок от того, что он здесь, почти выбивает Стива из равновесия. Стив отводит взгляд, берет себя в руки, возвращается к привычным делам, но трудно сосредоточиться, зная, что Дэнни за ним наблюдает. При первой же возможности Стив сбегает в гримерку и просто сидит на раскладушке, даже не одевшись.

Кай смотрит на него с удивлением.

— Ты в порядке?

— В порядке, да, — отмахивается Стив, натягивая боксеры, затем ложится и глядит в потолок.

Дэнни Уильямс не собирается уходить, а значит, с его присутствием придется смириться. Ладно, пускай. Стив не допустит, чтобы это на что-нибудь повлияло. Спать с ним было глупостью, и Стиву придется платить за последствия, но только ему решать, как долго.

Вернувшись в клуб, он не смотрит на Дэнни, садится в баре и спокойно ждет. Они всегда приходят, и эта ночь ничем не отличается от прочих — кто-то улыбается ему, гладит по руке, предлагает выпить. Стив улыбается в ответ и принимает предложение, поддерживает разговор ни о чем, пока не звучит правильный вопрос, а потом объясняет порядок и цену. Говорит про подсобку и презерватив, без которого ничего не будет, и все это очень легко. Он игнорирует Дэнни, когда целует на прощание парня, имя которого уже забыл, и игнорирует отсутствие Дэнни, когда возвращается на сцену для завершительного сета.


--


Девичник в пятницу — это реки шампанского, украшенный зал и интимное освещение. Стив делает все, что от него ожидается, помогает зрительницам преодолеть застенчивость, не забывает уделить особое внимание счастливице, которой предстоит свадьба, и позволяет к себе прикасаться.

Такие вечера приносят больше денег, чем большинство других, но и характер у них более личный. Стив спрашивает имена, подходит ближе — знает, что может не беспокоиться за себя, — но обратно получает мало отдачи, и под конец ночи чувствует себя опустошенным и вымотанным.

Перед обедом ему удается выкроить час на сон. Плечо одеревенело, гудит надоедливой ноющей болью, наводя на мысль, что сегодня Стив превысит допустимую нагрузку. Он осторожно разминает мышцы, принимает несколько противовоспалительных и еле сдерживает приступы тошноты во время еды.

Его рвет прямо перед выходом на сцену. Стив ругается сквозь зубы, склонившись над раковиной, ищет в себе силы унять дрожь, и в этом состоянии его застает Синди.

— Боже, Стив, — говорит она сочувственно. — Мне сходит за Мамо?

Стив мотает головой, вытирая пот с лица.

— Я должен выйти.

— В таком виде?

— Справлюсь.

Он встает на ноги и, сделав пару глубоких вдохов, берет бутылку изотоника, которую всегда держит под рукой. Синди хмурится.

— Ты спятил.

— Бывало и хуже, — отрезает Стив. Ему сейчас не нужно ее сострадание.

— А если грохнешься на сцене? — Она поднимает брови. — Ты не можешь пойти, Стив.

— Синди…

Дверь открывается, и в проеме возникает голова Кая.

— Вас обоих там заждались.

Стив бросает на Синди последний упрямый взгляд, делает несколько глотков из бутылки и выходит первым.


--


Спускаться со сцены приходится почти наощупь от того, как сильно кружится голова. Кое-как по памяти Стив добирается до гримерки, потом чувствует на плече и шее руку, которая направляет его к стулу, заставляет сесть и помогает опустить голову между коленей.

— Все нормально, — бормочет Стив.

— Сиди, — говорит Мамо. — Отдохни.

Стиву хочется отпихнуть его, но ушах стоит грохот, а перед глазами по-прежнему плывут пятна.

— Прости, — выдыхает он. Желудок скручивает новыми спазмами. — Черт, Мамо, прости.

— Ладно тебе, хорош, — Мамо слегка сжимает пальцы на его шее, и Стив еле сдерживается, чтобы не прильнуть к ним. — Не за что извиняться, ты ничего не испортил. Все в порядке.

Стив кивает, не поднимает голову еще какое-то время, а потом осторожно садится прямо. Туман в сознании почти прояснился, Мамо протягивает ему изотоник, и Стив отпивает из бутылки медленными глотками.

— Мне нужно что-нибудь съесть.

— Не нужно, пока тебе не станет лучше.

— Я не смогу так подняться обратно, меня вырубит. Мне нужна еда.

— Стив. Стиви.

Стив находит взглядом лицо Мамо.

— Передохни пять минут.

— Да, хорошо. — Он вздыхает и откидывается на спинку стула. — Хорошо.

— Ты должны прекратить выжимать себя.

— Меня некому заменить, — напоминает Стив, массируя переносицу, но Мамо медленно качает головой и говорит, будто отвечая на что-то другое:

— Ладно.

Стив щурится.

— Что "ладно"?

— Ладно, я не буду читать нотации. Что тебе нужно?

Подавив желание проникнуться трогательной благодарностью, Стив просто кивает.

— У тебя в заначке остались протеиновые батончики?

— Я что-нибудь найду. Но потом мне придется вернуться в бар.

— Я знаю, — Стив выдавливает из себя улыбку. — Спасибо, Мамо.


--


Ему удается продержаться до конца ночи, прежде чем организм снова дает сбой, и в конце концов Стив соглашается на предложение Мамо отвезти его домой.

— Поднимайся ко мне, уступлю тебе свой диван, — говорит он.

Мамо смеется.

— Я слишком стар для лестниц и ночевок на диване, Стиви.

— Ну да… Я загляну завтра, заберу свою машину.

— Конечно. Отдохни немного.

Стив кивает, прощается и плетется девять этажей вверх, чтобы упасть в кровать, не раздеваясь.


--


Все выходные он восстанавливает силы, в основном, отлеживаясь в постели и минимально нагружая плечо и живот. Вернувшись на работу во вторник, он снова чувствует себя самим собой, снова готов улыбаться посетителям и каждому уделять особое внимание.

Дэнни наблюдает из своего угла, и Стив просто ему позволяет, стараясь не замечать при этом, насколько возможно.

Со сцены он натыкается взглядом в толпе на знакомое лицо и между сетами подходит поздороваться с постоянным клиентом.

— Брэд.

— Привет, Стив.

Приятная внешность, много лишних денег. Он из тех, кто любит расслабится после долгой работы в офисе, расположенном, скорее всего, в одном из многочисленных небоскребов, которыми усеян центр города. Он так же один из тех, кто выбирает этот клуб, потому что здесь меньше шансов встретить того, кто тебя узнает. На его правой руке обручальное кольцо — он не пытается скрыть, что в конце дня вернется домой к жене. Технически ничто из перечисленного Стива не касается, и все же он это знает.

— Давно тебя не видел.

— Скучал, да? — Брэд подмигивает, и оба знают, что это пустой флирт. — Я был занят.

— Хочешь отвлечься от дел?

— Когда ты рядом, отвлечься от дел довольно легко.

Стив улыбается, заставляет себя отрабатывать свою цену.

— Я рад, что ты хорошо проводишь время.

— О да, еще как, — говорит Брэд, непринужденно окидывая его взглядом с ног до головы. Их руки лежат на стойке рядом, и когда Стив начинает поглаживать расслабленную кисть Брэда, тот переворачивает ее ладонью вверх и ловит пальцы Стива, все так же улыбаясь. — Я думал о тебе.

Стив давит инстинктивный порыв выдернуть руку.

— Неужели?

— Да, — Брэд наклоняется и добавляет тише: — У тебя есть время?

— Конечно.

Время действительно есть, а с Брэдом легко работать. Стив соскальзывает с табурета, зная, что он пойдет следом, и чувствует его руки на своих бедрах, как только они оказываются в закрытой части коридора. Брэд притягивает Стива спиной к себе, вжимаясь твердым членом в его задницу.

— Я думал о тебе, — повторяет он у Стива над ухом, — очень много.

Стив смеется, с легкостью выпутываясь из его рук.

— Притормози, тигр.

Он открывает дверь в подсобку, закрывает с другой стороны и оставляет ключ в замке. Взгляд Брэда снова блуждает по его телу.

— Во сколько мне обойдется больше, чем рот?

Вопрос не удивляет Стива, но он отвечает немедленно:

— Остальное не продается.

— Все продается.

Стив усмехается.

— Дурак. Из фильмов нахватался?

— Может и так, — говорит Брэд, прислоняясь к стене. — Но мы оба знаем, что в этом есть правда.

— Да, есть, — Стив проводит рукой по волосам. — Предложение обычное, Брэд, по обычной цене.

— Сосешь ты отлично, — продолжает рассуждать Брэд. — И мне интересно, чего будет стоить твоя попка.

Нахмурившись, Стив скрещивает руки на груди.

— Мы все отменяем, или как?

Брэд вытаскивает бумажник, достает купюру в пятьдесят долларов и поднимает вверх. Затем вынимает еще три.

— Двести баксов. Мое предложение.

Стив сглатывает. Он знает, что можно купить на такие деньги.

— Я не…

— Я не буду просить не использовать резинку и не буду ждать, что это повторится.

— Я не…

— Самые легкие деньги в твоей жизни, — перебивает Брэд. Он делает шаг вперед, кладет деньги на стол рядом со Стивом и ждет ответа. Стив сражается с частью себя, которая хочет сказать "да". Которая хочет сказать "нет".

— Я этим не занимаюсь.

— Знаю, и всегда уважал твою позицию. Но сейчас я спрашиваю.

Всего один раз — кто узнает? Стив кивает, не давая себе времени как следует подумать.

— Надеюсь, ты взял смазку.

— Взял. — Брэд снова улыбается свой непринужденной приятной улыбкой. Стив запросто может представить его успешным бизнесменом. — Ну давай. Спускай штаны и наклоняйся.

Проглотив раздражение, Стив забирает со стола две сотни и засовывает в карман, расстегивает ремень. Джинсы падают на пол, белье сползает по бедрам вслед за ними. Стив слышит за спиной присвистывание Брэда и наклоняется, упираясь ладонями в стену.

Первое прикосновение все-таки вызывает отторжение. Стив чуть не вздрагивает, и приходится вспомнить старые тренировки, чтобы оставаться спокойным. Холодные скользкие пальцы проникают в него, и хочется сжаться, но он заставляет себя расслабиться. Это легко, ничего нового. Брэд опускает голову и целует его за ухом.

— Посмотри на себя.

Стив издает звук не то протеста, не то согласия, стонет, когда Брэд начинает растягивать его уверенными, опытными движениями. Член твердеет, и Стив слегка подается навстречу пальцам.

— О, даже так? Тебе не терпится?

Голос Брэда опустился до полушепота, его дыхание щекочет коже.

— Время поджимает, — ровно отвечает Стив, еле сдерживаясь, чтобы не огрызнуться.

— Хм-м-м, — Брэд целует Стива в шею и властно хватает за бедра. — Готов?

— Да.

Он делает паузу, чтобы открыть презерватив. В этом ему можно доверять — в отличие от других клиентов Брэд никогда не возникал против предохранения. Потом он пристраивается к расслабленному входу Стива, уверенно направляет себя внутрь и начинает трахать плавными короткими толчками, от которых Стива по инерции раскачивает на носках.

— Тебе хорошо?

Брэд тянется к его члену и проводит несколько раз, но Стив отпихивает руку. Он все еще не полностью возбудился, а медленных ласк Брэда будет мало, чтобы довести дело до конца. Смазки ровно столько, чтобы не ощущать дискомфорт, но в тоже время Стив не может погрузиться в удовольствие полностью. Он опускает голову и внутренне подбирается, когда Брэд ускоряет темп.

— Да, да, вот так, — бормочет Брэд над ухом. — Охуенная задница, Стив, черт, я знал, что ты будешь хорош.

Он выходит почти до конца и проводит пальцем по растянутой чувствительной коже, вызывая у Стива желание отстраниться. Но Стив сдерживается, принимает жесткий толчок, с которым Брэд загоняет свой член обратно, и не удивляется, когда Брэд тянет его за бедра в более удобное положение, а потом начинает долбиться без остановки. Это Стив тоже принимает. Позволяет себя использовать для снятия напряжения за двести долларов в кармане болтающихся на лодыжках джинсов.


--


Брэд застегивает ширинку, улыбаясь, и Стив чувствует ужасную усталость. Он думает о последнем оставшемся сете и о том, сколько времени осталось на душ, машинально отвечает на прощальный поцелуй и заходит в ванну.

Мышцы горят в непривычный местах. Стив ополаскивается в спешке, наносит макияж, надевает костюм и через пять минут поднимается на сцену. Брэд сидит за столом в передних рядах с ленивым удовольствием на лице.

Трудно сосредоточиться, трудно не отводить взгляд от человека, который только что тебя выебал. Еще труднее становится, когда Брэд оставляет хорошие чаевые, как и всегда. Стив подыгрывает, действует по привычке. Он знает, как делать свою работу, как делать ее хорошо, поэтому исполняет роль, которой все от него ждут, пока нельзя будет вернуться в свою кровать.


--


Дома Стив еще раз принимает душ, ложится спать и просыпается слишком рано, потому что забыл задернуть шторы, а на улице ясно. Он зарывается под одеяло и лежит так, пока не звонит будильник.

Когда он приплетается на работу, Чин останавливает его у двери.

— Ого, Стив, ты в порядке?

— Все нормально, — Стив трет лицо ладонью. — Не мог заснуть.

— Бывает. Не перенапрягайся, ладно?

— Не буду, спасибо, — улыбается Стив.

Он направляется в гримерку и пробует подремать на раскладушке до начала смены. Через несколько минут внутрь заглядывает Мамо.

— Ты здоров, Стиви? Чин сказал…

Стив поднимает руку, останавливая его, и садится.

— Я в порядке, Мамо. Просто не выспался. Не волнуйся.

— Хорошо. Будешь кофе?

Вид у Мамо все равно обеспокоенный. Стив пытается ему улыбнуться, но чувствует, что выходит гримаса.

— Сейчас подойду.


--


В офисе Мамо Стив болтает обо всем и ни о чем и старается не заснуть на полуслове. Он устал, но его учили, как преодолевать порог усталости и продолжать эффективно функционировать. Если сейчас он не сможет собраться и приступить к работе, значит теряет навыки.

Мамо предполагает изменения в программе.

— Приближается летний сезон, нам нужно все оживить, привлечь туристов.

— Согласен, — Стив трет лицу ладонью. — Хотя на пирсе для туристов не так уж много привлекательного.

— Зато мы привлекаем к себе затраты, — напоминает ему Мамо. — Нам нужно стараться.

— До сих пор не отбиваем баланс?

— Хватает, чтобы держаться, но если дела пойдут хуже, подстраховки у нас нет, — Мамо сжимает здоровое плечо Стива. — Но ты не беспокойся, мы не на грани разорения.

Стив выпускает сухой смешок.

— Обрадовал. Хорошо, посмотрю, что смогу придумать, поменяю музыку, обсужу это с парнями, — он устало улыбается Мамо и допивает кофе.

— Вот и отлично.


--


Воспоминания о взгляде Дэнни той ночью преследуют Стива на следующий день липким приставучим чувством. Отправляясь на пробежку, он загружает в плеер новый плейлист, пытается представить под музыку разные движения и ловит себя на мыслях, а что подумает Дэнни, понравится ли Дэнни, будет ли Дэнни смотреть.

Это заставляет его отталкиваться сильнее, бежать быстрее. Стив возвращается домой, перепрыгивая ступеньки, отпирает дверь дрожащими руками, сбрасывает одежду прямо на ходу, заходит в душ и стойко встречает холодный напор, пока вода прогревается.

Он не задумываясь берет в руку член, жмурится и вспоминает руки Дэнни, губы Дэнни, глаза Дэнни, улыбку Дэнни, тихое "Чего ты хочешь, детка?".

Оргазм вырывается оглушающей силой. Стив открывает глаза, чтобы увидеть, как вода смоет все доказательства, и давит желание закричать от досады.


--


Он незаметно проскальзывает за угловой стол, улыбается и говорит:

— Привет.

Дэнни удивленно хлопает глазами.

— Привет.

— Совсем без меня не можешь?

— Отвали. Не собираюсь сидеть тут и слушать, как ты меня осуждаешь.

— Так уходи.

— Серьезно? — говорит Дэнни. — Опять будешь меня прогонять?

Стив откидывается на спину.

— Я тебя не понимаю.

— Что ж, это взаимно. — Дэнни вздыхает и проводит рукой по волосам. — Ладно, детка, чего ты не понимаешь?

— Чем, — начинает Стив, окидивыя взглядом клуб и снова возвращаясь к глазам Дэнни. — Чем это делает тебя лучше их? Тем, что не тратишься? Тем, что поимел меня за просто так? Где тут высокие моральные принципы?

Дэнни выпрямляется, тычет в него пальцем, беззвучно открывает и закрывает рот, прежде чем наконец произнести:

— Я никогда не утверждал, у меня высокие моральные принципы. То, что я хожу на тебя смотреть, это… не знаю, что это. Я уважаю право людей зарабатывать деньги и не вижу проблем в том, чтобы они делали это, раздеваясь. Хочу ли я, чтобы моя дочь рассматривала такой выбор карьеры? Нет, не хочу. Но я не… Какие бы обстоятельства тебя ни привели сюда, это было твое решение.

— И?

— Что "и"?

— И почему тебе так важно трахать меня бесплатно?

— Ты же не серьезно? — Дэнни сверлит Стива взглядом, просто взмахивает руками. — Ты больной на всю голову, друг мой.

— Дэнни…

— Нет, стой, я объясню. Не стоило так говорить, извини, — он вздыхает. — Нельзя, понимаешь, просто нельзя заниматься сексом с человеком, если он этого не хочет. Элементарное правило. Добавляя в уравнение деньги, ты обходишь правило. Я такое не люблю и делать не собираюсь.

— Я тебе не дама в беде, меня не нужно спасать, — бросает Стив ему в лицо, стиснув зубы.

— По-твоему, я пытаюсь спасти тебя? Ну уж нет. Ты не стриптизер с золотым сердцем, а я не твой принц, и это не кино.

Стив хлопает рукой по столу.

— Да, черт возьми, это не кино, так может перестанешь строить из себя святошу?

Дэнни наклоняется вперед.

— Почему тебя это так волнует, Стивен? Давай, расскажи мне.

— Пошел ты. Сколько денег у тебя с собой прямо сейчас?

— Что?

— Ты меня слышал.

— Да… — Дэнни смотрит непонимающе, но вынимает из кармана бумажник и достает несколько купюр. — Десять, двадцать, две пятерки — это тридцать, — и еще пара баксов мелочью. Что ты пытаешься сказать?

— Отдай их мне, и я твой. Можем даже пойти к тебе домой. Тебе не придется сидеть тут и смотреть на то, что не можешь взять.

Дэнни разеваетт рот. Затем он встает, выпрямляясь в полный рост — не слишком внушительный — и наклоняется через стол.

— Думаешь, что делаешь мне одолжение, Стив? Думаешь, я этого хочу? — Он глубоко дышит, в голосе отчетливо различим контролируемый гнев. — Думаешь, ты для меня столько стоишь? Тридцать два ебаных бакса, лишь бы мне понравилось? Сейчас я тебя правда ненавижу.

Он хватает со стола деньги вместе с бумажником и уходит.


--


На следующий день Стив разбирается с долгами и счетами, и когда достает двести долларов Брэда, то вдруг снова чувствует себя уставшим.

После оплаты квитанций Грега остается не так уж много, но вполне хватает, чтобы без напряга заплатить еще и за аренду, и легко, слишком легко к Стиву приходит мысль, что он мог бы сделать это еще раз.

Несколько минут он бесцельно смотрит в окно. Потом с силой вжимает ладони в глаза, идет переодеться, обувает кроссовки и выходит за дверь.

В голове нет ни конечного маршрута, ни направления, Стив просто бежит вперед и вперед, заставляет себя двигаться, пока не чувствует ничего, кроме стука подошвы о тротуар, жжения в мышцах и покалывания в больном плече.

Все это слишком давит, изматывает. Он останавливается на пляже в нескольких милях от своей квартиры, разувается, скидывает футболку и входит в воду, мысленно растворяясь в прибое, океане и всем, что ему знакомо.

Плечо очень скоро о себе напоминает. Травма, которая навсегда вывела Стива из строя. Которая раздробила ему не только сустав, но и жизнь, карьеру, все, во что он прежде верил. Он плывет на спине, смотрит в голубое небо, позволяет волнам окатить лицо и стереть со щек соленые дорожки.

"Морские котики" не плачут.

Поворачивая к берегу, он чувствуя себя пустым, бессильным, разбитым.


--


Стив возвращается к работе — и не думает о Дэнни, не думает о том, что Дэнни не пришел и, вероятно, больше никогда не придет, не думает, где Дэнни и чем занят, когда не смотрит, как Стив танцует, — пустота сопровождает его всюду.

Он игнорирует ее, ничего не предпринимает, знает, что рано или поздно и другие дела займут мысли и заставят забыть.

Молодой парнишка в первом ряду неуверенно тянет руку с деньгами. Стив узнает эту застенчивость, подбадривает парня улыбкой и встает перед на колени, чтобы тому было легче достать до его пояса.

Другие тоже тянутся к нему, знакомые лица и незнакомые, и далеко не в каждом из них читается молодая невинность — впрочем, так было всегда. От нескольких чересчур настырных рук Стив уворачивается, и когда уходит со сцены под свист и аплодисменты, то знает, что это просто жизнь, и ничего больше.


--


Дэнни приходит на следующий день, и видеть его — такое облегчение, что Стив чувствует неожиданный прилив сил, желание улыбаться, стараться немного лучше. Он понимает, что это полный пиздец, но не может отрицать того, что с ним происходит.

Когда он направляется между сетами прямо к столу Дэнни, тот как раз встает и собирается оставить оставить чаевый.

— Не уходи, — порывисто говорит Стив.

Дэнни поднимает на него глаза.

— Думаешь, еще не все мне высказал?

— Дэнни…

— Последний раз, когда мы общались, — говорит Дэнни медленно, — ты делал весьма отвратительный намеки.

— Да, — признает Стив. — Слушай, дай мне пять минут.

— Ты потратишь их на извинения?

— Дэнни, я… — Стив проводит рукой по лицу и шумно выдыхает. — Ладно, наверное, мне не стоило говорить того, что я сказал.

Дэнни прислоняется к столу, скрестив руки на груди.

— Для начала пойдет. Продолжай.

— Просто ты… Тебе что, обязательно быть таким правильным? Как я зарабатываю — это мой выбор.

— Я и не говорил, что не твой! — возмущается Дэнни, но потом останавливает себя, глубоко вдыхает и начинается снова: — Я никогда, вообще ни разу не упрекал тебя за то, что ты делаешь. Да, я плохо думаю о тех, кто тебе платит, но никогда не говорил, что плохо думаю о тебе.

— Ты платишь, чтобы войти сюда, — замечает Стив. Дэнни тычет пальцем ему в грудь.

— Да, я плачу за вход, как и все остальные. Ты знаешь, что речь не об этом, не строй из себя скромницу. Говорил же, тебе не идет.

— Я… — Стив злится на себя от того, что не может найти слова, опускает глаза и снова поднимает. — Слушай, забудь о деньгах.

Дэнни смотрит на него, наклонив голову.

— Останься до конца, — говорит Стив и пытается улыбнуться. — Останься, и я уйду отсюда с тобой.

— Стив, я не хочу твоих одолжений.

— Это не… — от досады Стив сжимает кулаки. — Я делаю это не ради тебя.

— Детка, — Дэнни протягивает руку к его лицу, согнутым пальцем приподнимает за подбородок. — Я не уверен, что ты вообще понимаешь, что делаешь.

Стиснув зубы, Стив убирает руку Дэнни прочь от себя.

— Я делаю свой выбор.

— А я — свой, — говорит Дэнни. Он выглядит грустным, и за это Стив сердиться на него еще больше. — Я бы с удовольствием отвез тебя домой, если бы думал, что ты хочешь этого из-за меня.

Стив почти рычит:

— Я не хожу на свидания, Дэнни, не завожу отношений и тому подобного.

— Никогда не задумывался, почему?

— Слишком хлопотно.

— А, ну да. Столько проблем, столько усилий всего лишь для того, чтобы дать кому-то тебя полюбить. — Голос у Дэнни тоже грустный. Стив хочет его ударить, но еще немного он хочет его умолять. — Чего ты боишься?

Сделав шаг назад, Стив говорит:

— Мне пора готовиться.

— Стив.

Дэнни ловит его запястье, но Стив отстраняется, выдергивает руку.

— Мне пора.


--


— Твой друг вчера заходил, оставил тебе это, — Чин протягивает Стиву подписанный его именем конверт. Стив моргает, жмурит глаза, уже не уверенный, что точно проснулся после почти бессонной ночи, но конверт берет.

— Спасибо.

— И ради бога, найди время нормально выспаться.

— Да, знаю, — Стив трет лицо ладонью. — Я в порядке.

— Чем чаще ты это повторяешь, тем меньше я тебе верю.

Выжав из себя улыбку, Стив идет в гримерку и там вскрывает конверт. "Стив, — говорится в короткой записке на чистой белой бумаге, — возможно, мы не с того начали. Позвони, если захочешь выпить где-нибудь кофе. Дэнни". Снизу нацарапан номер. Стив давит на веки большими пальцами. Записка летит на пол.

Он не знает, сколько так просидел, но в конце концов, чувствуя окоченение в мышцах, как после слишком долгого бега, Стив достает телефон, поднимает записку и набирает номер.

— Детектив Уильямс.

Стив сглатывает.

— Это я.

— Привет, детка.

— Дэнни, я не хочу на свидания.

— И тем не менее ты позвонил. Знаешь, что? Пусть это будет не свидание. Давай по-дружески сходим выпить кофе и посмотрим, если у нас что сказать друг другу, кроме "иди нахуй".

— Дэнни…

— Какие у тебя планы на завтра? Я знаю одно место, обещаю, мы разделим чек, как друзья.

— Ладно, — говорит Стив, невольно улыбаясь. Потом он записывает время и адрес, которые Дэнни назвал. — Увидимся завтра.

— Жду с нетерпением, — отвечает Дэнни, и это звучит совершенно искренне.

Стив нажимает отбой.


--


Он выбирает джинсы и синюю футболку, и если кому-то кажется, что она облегает немного сильнее, чем некоторые другие из его гардероба… что ж, их проблема. Место встречи находится недалеко от квартиры Дэнни, и найти его не представляет труда. Дэнни уже сидит за столом и, заметив Стива, улыбается.

— Хорошо выглядишь.

— Спасибо.

Стив садится напротив, окидывает взглядом простую черную футболку Дэнни и понимает, что до сих пор видел его только в рубашках.

— Ты тоже.

— Что тебе взять?

— Черный с каплей ванили.

— Рисковый парень, — комментирует Дэнни, но отходит за заказом раньше, чем Стив успевает спросить, что он имел в виду.

К столу Дэнни возвращается с кофе для Стива и чем-то пенистым для себя. Стив протягивает руку к его чашке, собирает пальцем толстый слой пенки и облизывает.

— Неплохо.

— Вот это, — говорит Дэнни, указывая на него, — не поможет атмосфере "мы не на свидании".

Стив пытается придать себе смущенный вид.

— Прости. Не мог удержаться.

— Ага, — ворчит Дэнни, но через мгновение снова улыбается. — Впрочем, я тебя прощаю.

— Как великодушно с твоей стороны.

— Весьма.

Стив делает глоток из своей чашки, смотрит в окно, потом снова на Данни.

— Так что, мы будем говорить?

— О чем? Что люди обычно рассказывают друг другу за чашкой кофе? Место рождения, образование, хобби, семья?

Стив вздыхает.

— Родился здесь, учился в Военно-морской академии в Аннаполисе, нравится серфинг, бегать, плавать, есть сестра, живет в Лос-Анджелесе.

— Ладно. Ты же понимаешь, что когда я перечислял, это была не инструкция? — Дэнни задумчиво трет лоб. — Над тобой работать и работать. Повезло, что ты мне нравишься. Но к сведению: большинство людей используют возможность рассказать о себе для того, чтобы завязать диалог, обменяться мыслями и тому подобное.

— Прости.

— Не делай такое лицо, ты сводишь меня с ума.

— Дэнни, — говорит Стив, откидываясь назад, — если ты передумал…

— Нет, — Дэнни тянется через стол и берет его за руку. — Я по жизни сердитый тип и часто возмущаюсь, это не личное.

Стив почти машинально начинает гладит по кожу Дэнни большим пальцем.

— Я даже не знаю, что здесь делаю.

— Да, я понимаю. Не ожидал, что ты придешь. В прошлый раз ты сбежал, так что… — Дэнни замолкает и смотрит на него. — Ты разобрался?

— С чем? — непонимающе спрашивает Стив.

— С тем, почему не хочешь заводить отношения.

Он оттаскивает от Дэнни свою руку и отворачивается к окну.

— Не знаю.

— Ладно. — Дэнни улыбается. — Итак, Аннаполис. Ты служил на флоте?

— Да. Демобилизован два года назад.

Произносить это вслух никогда не станет легче.

— Плечо?

Стив кивает.

— Оно уже не заживет, так что выкручиваюсь, как умею.

— Мне жаль.

— Это не твоя забота, Дэнни.

— Знаешь, нет, очень даже моя, — говорит Дэнни, отпивая кофе. — Как ты оказался в клубе?

— Мамо — старый друг. Мне некуда было пойти после… В общем, отец умер до того, как я ушел со службы, а с сестрой мы не близки, так что… Однажды ночью танцовщик Мамо не появился. Народу было битком, а я видел номер несколько раз и решил, что смогу повторить.

— Ничего себе.

Стив пожимает плечами.

— Все прошло неплохо. У меня получилось, и мне понравилось. Потом я подменял еще несколько смен и в конце концов перешел на постоянку, — заканчивает он, рассеянно помешивая кофе. — А как ты стал полицейским?

— Я всегда хотел им быть, — отвечает Дэнни с теплом в голосе. — Пошел в академию сразу после колледжа и больше не оглядывался. Иногда, конечно, ненавижу свою работу, но это только в плохие дни.

— Знакомое чувство.

— Еще бы.

Несколько мгновений Дэнни молча его изучает, будто просчитывает в голове возможные риски, и Стив готовится услышать то, что ему не понравится.

— Когда у тебя в последний раз были отношения?

Подумав, он решает, что задолжал Дэнни этот ответ.

— Полтора года назад. Был один парень, мы проводили вместе время.

— И что случилось? Он не любил стриптиз?

— Не думаю, что ему было дело, — говорит Стив, тряхнув головой. — Я не создан для отношений.

— Почему нет?

— Это что, допрос? — Стив настороженно выпрямляет спину. — Завязывай, Дэнни.

— Ладно, ладно, завязываю, — Дэнни примирительно поднимает руки, и Стив пытается вспомнить, почему думал, что из этого что-нибудь выйдет.

— Не знаю, зачем я пришел. Спасибо за кофе.

— Чего?.. Стой!

Но он уже за дверью, щурится на яркий солнечный свет, игнорируя голос и шаги за спиной, пока Дэнни не хватает его за руку и не тащит за ближайший тихий поворот. Стив отпихивает его, открывает рот, чтобы сказать что-нибудь, но Дэнни орет:

— Да что с тобой? Что с тобой такое, а? То ты хочешь прийти, то не хочешь, определись уже. Что за хуйня? Я не собираюсь трахать тебя за деньги, не будет никакой победы в идиотском соревновании, которое существует только в твоей голове!

— Я и не предлагал! — отвечает Стив, тоже криком.

— Это что, предмет гордости? Ты можешь получить любого, заставить платить любого, но просто секс — уже одолжение? Если ты не хочешь быть со мной, то по-другому мне этого не нужно!

— Я сам за себя решаю!

— Я тоже! — Дэнни сумбурно размахивает руками, даже не пытаясь превратить свои движения в жесты. — Я не хочу секса с тобой, Стив, я хочу тебя. Хочу держать тебя за руку, целовать тебя и, да, трахать тоже, у тебя шикарное тело, а я взрослый человек, и все такое. Я хочу увидеть, будет ли нам хорошо вдвоем, по-настоящему хорошо, сможем ли мы найти, о чем говорить, будем ли смеяться над одними шутками, просто проводить вместе время. И не хочу с тобой секса без всего этого.

— В прошлый раз у тебя не возникало такой проблемы.

— В прошлый раз я действовал, исходя из заблуждения, что твоя голова работает, как у нормальных людей.

— Да пошел ты.

Дэнни закатывает глаза.

— Хорошо, неудачный выбор слов.

Стив молчит, сверлит его взглядом и тяжело дышит, чувствуя себя совершенно выжатым. Дэнни прищуривается.

— Давно ты в последний раз просил о чем-нибудь, кроме секса?

— Что?

— Ты предлагал мне себя. Почему? Не верю, что ты настолько себя не ценишь, что отдался бы просто ради скромного содержимого моего бумажника. Думаю, дело в том, что ты только на таких условиях позволяешь себе получать не только секс.

Стив делает вдох, и он причиняет боль.

— Отъебись, Дэнни. Ты меня не знаешь.

— А что увижу, если узнаю? — говорит Дэнни, наклоняя голову. — Что ты пытаешься спрятать?

Стив так сильно хочет его ненавидеть. Он тычет пальцем Дэнни в лицо.

— Ты ничего не знаешь, ясно? Держись от меня подальше.

— Так уходи, — Дэнни разводит руками и делает шаг назад. — Давай, иди.

Стив медлит, думает о том, чтобы развернуться на пятках, но что-то удерживает его на месте.

— Ты знаешь мои условия, — говорит Дэнни мягче. — Ты знаешь, чего я хочу. Я не стану требовать или умолять, но я предлагаю. Вот и все.

Стив толкает Дэнни назад. Толкает до тех пор, пока Дэнни не врезается спиной в стену дома, и толкать больше некуда. Дэнни хватает его за футболку, и Стив хочет вырваться, хочет уйти, но вместо этого дает притянуть себя ближе и заключить в горячие объятия. Он задыхается, не может больше сопротивляться и зарывается лицом Дэнни в шею.

— Детка, — тихо говорит Дэнни и гладит Стива по волосам.


--


Рука Дэнни лежит на его спине, ладонь ходит вверх и вниз мягкими, медленными движениями, от которых Стив чувствует умиротворение и сонливость. Лучи послеполуденного солнца пробиваются сквозь светлые занавески и ласкают кожу своим теплом.

— Можно задать вопрос? — говорит Дэнни, не останавливаясь.

— А я могу сказать нет? — Стив поворачивает голову, смотрит на Дэнни одним глазом и видит, как дергается жилка на его лице. — Прости.

— Ну ты и придурок, — сообщает ему Дэнни. — Не отвечай, если не захочешь.

Стив устраивается так, чтобы лучше видеть Дэнни, и подпирает голову рукой.

— Что ты хочешь узнать?

Рука Дэнни замирает.

— Зачем ты начал брать с других деньги?

Стив фыркает.

— Это твой вопрос?

— Да, это мой вопрос.

— Мне нужно было на что-то жить, — вспоминает Стив. — Я знал, что некоторые ребята этим занимались, сам получил несколько предложений. Короче, нужны были деньги, а это самый легкий способ их заработать.

— Так, ладно… — Дэнни убирает руку с его спины, переворачивается и садится, прислонившись к изголовью кровати. — Это может поставить под угрозу весь наш прогресс, но…

Стиву даже не нужно слышать, как Дэнни закончит фразу.

— Ты хочешь, чтобы я перестал.

— Да.

— Потому что ты коп?

— Серьезно? — Дэнни недоверчиво поднимает бровь. — Нет, это потому что мне противна мысль, что любой может купить твое право сказать "нет".

— Вообще-то они покупают мое "да", — замечает Стив. Дэнни жестом его останавливает.

— Тут мы не согласимся, но ладно, черт с ним. Есть и другая причина. Я не против того, что ты занимаешься стриптизом, и что другие будут пялиться на тебя, но я не делюсь. Если хочешь оставаться в моей кровати, в моей жизни, тогда моя кровать должна быть у тебя единственной.

— А твой член должен быть единственным членом в моем рту.

— Очень смешно. Между прочим, он там еще не был.

— Потому что ты не даешь.

Стив садится прямо и подтягивается, прогибаясь в пояснице. Взгляд Дэнни прожигает ему спину. Улыбнувшись, Стив оглядывается через плечо.

— На что уставился?

Дэнни указывает на него пальцем.

— Не отвлекай меня.

— Давай прямо сейчас тебе отсосу.

— Нет, ты не отвлечешь меня от этого разговора, Стивен.

Стив наклоняется к нему и оставляет поцелуй на груди, потом проводит языком по животу. Мышцы пресса напрягаются, вздрагивают от прикосновения, и Дэнни пальцами зарывается в короткие волосы Стива. Поцелуи опускаются все ниже и ниже, почти к самым бедрам, но Дэнни оттаскивает Стива раньше.

— Хватит. Сначала договорим.

— Ладно, я понял, — Стив переворачивается и кладет голову Дэнни на живот. — Ты любезно разрешаешь мне сохранить работу, но внеклассные мероприятия запрещены.

Дэнни щипает его за бок.

— Если ты пытаешься меня разозлить, то должен сообщить, что у тебя получается, и что я не позволю собой помыкать.

Откинув голову назад, Стив смотрит ему в глаза.

— Прости, Дэнни.

— Тебе что, нечего добавить по этому вопросу? Тому, который мы сейчас обсуждаем.

Стив снова садится, на этот раз к Дэнни лицом.

— Слушай. Я понимаю. Мне бы тоже не хотелось, чтобы ты сейчас был с кем-нибудь еще.

— Но?

— Но я не шутил о том, что мне нужны деньги. Скоро лето, и станет полегче, но туристический сезон закончится, и тогда, ну, я не знаю. Либо продолжать, либо я разорюсь.

Дэнни кивает.

— Хорошо, как насчет моратория на проституцию? Посмотрим, как пойдут дела, и если тебе нужны будут деньги, ты скажешь мне.

— Я не собираюсь брать у тебя деньги, Дэнни, — злится Стив.

— Не в том смысле. Давай без поспешных выводов. Я имел ввиду, что ты не будешь занимайся этой херней за моей спиной. Ладно? Если у тебя возникнут проблемы, я хочу об этом знать, мы найдем выход вместе.

— Ладно, — вздыхает Стив. — Выходит, мы все-таки встречаемся?

— Называй это как хочешь, — Дэнни берет его за руку и переплетает их пальцы. Ощущения очень странные. После паузы Дэнни тихо говорит: — Я хочу узнать о тебе.

— Узнать что? — хмурится Стив.

— Как ты стал таким.

Он отворачивается. Не отнимает свою руку, но и на Дэнни не смотрит.

— Из того немногого, что ты рассказывал, — продолжает Дэнни все так же тихо, — я понял, что за последние несколько лет тебе приходилось несладко. И, полагаю, что это только часть всей истории. Если те события так на тебя повлияли и сделали тем, кто ты есть, я хочу о них знать. Чтобы понимать, когда обнять тебя, а когда оставить в покое.

— Было трудно, — признает Стив.

— Настолько трудно, что теперь ты никому не даешь решать за тебя?

Стив смотрит на Дэнни с удивлением, и тот улыбается.

— Что? Я слушаю, когда ты говоришь.

— Видимо, да.

— Хорошо, — Дэнни сжимает его ладонь крепче. — Тебе сегодня нужно на работу?

— Я не работаю по выходным, ты же знаешь.

— Но почему? Это лучшие смены, а ты очень популярен. Что тебе мешает?

Стив кусает губу и все же вытягивает руку из пальцев Дэнни.

— Я не могу.

— Что?

— Я не могу.

Дэнни долго в упор на него смотрит.

— Твое плечо.

— Да.

— Но ты говорил… — начинает Дэнни и осекается на полуслове, словно что-то про себя разгадывая. Стив пассивно ждет, чем закончится его мыслительный процесс. — Сильно болит?

— По-разному.

— А прямо сейчас?

— Не сильно.

Тихо выругавшись, Дэнни тянет к нему руки.

— Я… Слушай, я в порядке. — говорит Стив, хотя все равно двигается навстречу. — К боли со временем привыкаешь.

Дэнни наклоняется и целует шрам на его ключице. Стив закрывает глаза, опускает голову Дэнни на макушку и держится за него, пока ощущения снова не начинают сдавливать грудь.


--


Он спит в обнимку с Дэнни всю ночь; просыпается до рассвета, чувствуя неуверенность и беспокойство, а когда пробует выбраться из кровати, Дэнни тоже просыпается и хватается за него, даже не открыв как следует глаза.

— Рано.

— Мне нужно…

— Что? — Дэнни разлепляет один глаз полностью, моргает. — Что случилось?

Стив жестом указывает на дверь.

— Мне нужно идти.

Это отгоняет сон Дэнни еще дальше. Он садится, трет веки и вглядывается в лицо Стива.

— Так, ладно. Я не буду переживать из-за того, что ты снова украдкой сбегаешь среди ночи из моей постели, и предположу, что это твой обычный М.О. Что тебе это правда нужно. Да?

Стив сидит на краю кровати, оглядываясь через плечо.

— Мой М.О.?

— Модус операнди, — поясняет Дэнни. — И я не стану возражать, пока буду уверен, что ты вернешься.

Стив смотрит на него: на его растрепанные светлые волосы, на ласковую синеву его внимательного взгляда. Из всего, что есть в Дэнни, самое лучшее — это его глаза.

— Я вернусь, — говорит Стив, не в состоянии скрыть хрипотцу в голосе.

— Тогда иди, — отвечает Дэнни.