Actions

Work Header

Хочу большего

Work Text:

— Чего завис, каланча? — Гейл толкнул Алвина в плечо и задорно усмехнулся.

Парень ответил другу такой же улыбкой, перестал пялиться на играющего с водой в фонтане омегу и передал альфе колу, которую пару минут назад купил в автомате.

— Сегодня последняя тренировка перед забегом, Джетт обещал пойти, а ты как? — Гейл открыл бутылочку и тоже уставился на скачущего в фонтане парня.

— Не против. Заняться все равно пока нечем, – Алвин постарался придать своему лицу совершенное спокойное выражение, но внутри все немного подпрыгивало от возможности посидеть рядом с Джеттом на трибуне и сделать вид, что любуется скачками и тренировкой друга, а самому украдкой посматривать на недостижимого красавчика.

Джетт был омегой Гейла, таким сказочно прекрасным и нереальным омегой, что Алвин иногда щипал себя, пытаясь понять, не спит ли он. У Джетта не было недостатков: добрый, отзывчивый парень, немного наивный и очень ласковый. Он был идеален. Не считая того, что он встречался с Гейлом.

Сам Гейл был типичным альфой – самоуверенный, целеустремленный, немного самовлюбленный и наглый. Только вот, в отличие от большинства альф, был невысокого хрупкого телосложения, с узкими плечами и тонким по-омежьи вздернутым носом. Но его худощавый лощеный вид не мог никого ввести в заблуждение – Гейл Фокс был одним из известнейших жокеев города. А может, и всей Англии. В девятнадцать он выиграл свой первый международный чемпионат, и из простого сельского парня превратился в звезду. Неудивительно, что восхитительный красавчик Джетт клюнул на, казалось бы, столь внешне ординарного альфу. Впрочем, Гейл своими достижениями не сильно гордился, в душе оставшись все таким же простаком. Но за это Алвин его и держал рядом – парня оказалось легко сделать своим другом, легко перетащить на свою сторону и очень легко полюбить за все то же простодушие. Только вот Джетта увести у него пока не получалось.

Алвин думал об этом постоянно. О том, как соблазнить омегу, о котором грезилось все два года знакомства; о том, как затащит его в постель и покажет, что может быть в сотни раз лучше, чем любой альфа… ведь Алвин всего лишь бета.

Будучи сыном очень богатого и влиятельного человека, Алвин был избалован и жесток. Закончив школу во Франции, он уехал учиться в Англию и сейчас успешно заканчивал аспирантуру в Оксфорде. Там он и познакомился с Джеттом и Гейлом – не-разлей-вода парочка, училась на втором курсе экономического, особого таланта не проявляла, но омега был потрясающе красив, а альфа на скачках получал золото.

— Джетт, пойдем, — окликнул парнишку Гейл, и красавчик вскинул голову, отрываясь от созерцания своих ног в прохладной воде. Помахав им рукой, побежал босиком к друзьям.

Алвин нервно сглотнул и опустил взгляд. Он ненавидел чувства, которые пробуждал этот омега. Ненавидел влюбленность, что делала его глупым и несобранным. А еще она делала его очень злым, потому что Алвин прекрасно знал свое место и то, что Джетт для него будет всего лишь парнем его лучшего друга.

Омега остановился рядом, непринужденно вырвал из рук беты прохладный напиток и, резко запрокинув голову, сделал большой глоток. Его стриженые под каре густые темно-коричневые волосы упали на открытые глубоким вырезом футболки плечи, на длинной тонкой шее дернулся кадык, и Алвин снова завис, мысленно представляя, как было бы прекрасно целовать эту тонкую шею и гладить пальцами выступающие косточки ключиц. Джетт был тонкокостный, очень щуплый и хрупкий – как раз подстать своему небольшому альфе. У него были красивые тонкие черты лица, чувственные темные губы и шоколадные миндалевидные глаза. Кто-то из его предков был китайцем или корейцем, и, как и все узкоглазые, он был маленького роста, казался крошечным ангелочком, которого хотелось обнимать, защищать и заботиться.

Джетт вернул Алвину бутылку, спешно поблагодарил и, взяв обоих парней под руки, потащил в сторону метро. Алвин послушно шел следом, позволяя себе быть покорным, хотя уже давно решил, что никто никогда не будет им помыкать. В поезде сел чуть в стороне и уставился на банку, к которой прикасались губы омеги. Пусть Алвин почти не чувствовал запахов, почти не замечал эту яркую деталь, что делала омег омегами, но от понимания, что пить из этой баночки - значит провести невербальный поцелуй, голова кружилась. И эти мысли его по-детски возбуждали.

Ипподром был полон, но Гейл провел их в закрытую секцию, где были лишь тренеры и члены семьи. То, что Гейл представлял Алвина братом, немного бету трогало, хотя они и не были похожи, почему-то такое, хоть и косвенное сближение заставляло сердце Алвина благодарно вздрагивать. С людьми он всегда вел себя холодно и отстраненно, как настоящий ледяной принц из сказочной Норвегии, но Гейла его морозность только веселила. Альфа вульгарно обнимал его, хлопал по плечам и на оскалы беты посмеивался.

Джетт занял места в первых рядах и с готовностью следить за своим альфой уставился на беговую дорожку. Алвин сел чуть в стороне, чтобы был хороший обзор и на скакунов, и на омегу, у которого в момент забега глаза горели, губы подрагивали, и он нетерпеливо их облизывал. Смотря на него такого – взволнованного и взбудораженного - сотни пошлых мыслей кружили голову. Если бы Алвин не был бетой, то давно отбил бы Джетта и сделал своим, поставив на нем свою метку… если бы…

Гейл показал себя хорошо, хотя и старался не перенапрягать свою лошадку. Через несколько дней альфа уезжал на большие соревнования и совсем не хотел загнать напарника. Алвин, смотря на то, как напряженное тело небольшого наездника сливается с крупом животного, сам подхватывал то заразное настроение восхищения, которое лилось из Джетта, и, когда Гейл поднялся на трибуны, жарко обнял его, сцепляя парочку в свои объятия. Это были те немногочисленные мгновения, когда можно было прижиматься к Джетту и чувствовать его тепло рядом со своим телом. Но после этого всегда хотелось большего.

— Поехали к нам, — настроение у Гейла было приподнятым после забега. Он вообще становился другим на ипподроме – более жестким, более агрессивным. Настоящим альфой. — У меня в понедельник самолет, можно сегодня выпить, поиграть в плейку и просто отдохнуть!

Алвин кивнул, занять субботний вечер бокалом мартини рядом с красавчиком Джеттом и Гейлом было неплохой перспективой. Тем более до дома, который снимали альфа и омега, было недалеко. Пока шли до обители парочки, они взяли еще колы, немного закусок и бутылку чего-то крепкого. Алвин предоставил выбор Гейлу, у которого проснулись доминантные инстинкты, молчаливо оставаясь в стороне.

Пара бокалов терпкого напитка, и настроение заметно у всех улучшилось. Алвин охотнее смеялся, поддерживал шутки и даже позволил выиграть себе пару игр в виртуальный теннис. Джетт все время крутился где-то рядом. Его можно было перехватить, немного пощупать или обнять. Трепать рукой его темные мягкие волосы и ловить чуть ощутимый для беты аромат тела. Но хотелось большего…

За полночь парни устроились на диване, включили какой-то фильм фоном и неторопливо разговаривали. Алвин нагло уселся посредине, разделяя парочку, чтобы они, не дай бог, не стали при нём тискаться. Омегу сморило первым, он сначала сонно отмахивался, а потом, пристроившись у Алвина на плече, засопел. Бета, стараясь действовать незаметно, пропустил у него за спиной свою руку, немного приобнял, положив ладонь на бедро. Через узкие джинсы можно было ощупать его узенькие ягодицы, осторожно оттянув рубашку, потрогать мягкую шелковистую кожу и даже, чуть приподняв пальцами резинку трусов, добраться до чего-то слишком теплого и манящего…

— Ты меня вообще слушаешь? — Гейл говорил и уже давно, но Алвина сейчас волновала только его рука в штанах Джетта.

Голос альфы заставил омегу вздрогнуть, и бета поспешил освободить незаконно занимаемое пространство.

— Он уснул, какая прелесть, — Гейл, усмехнувшись, перегнулся через Алвина и чмокнул омегу в нос. — Давай разложим диван и ляжем спать, а то фильм нудный.

Пока альфа возился с постельным бельем, Алвин держал на руках спящего Джетта. Омега казался маленьким ангелочком, и Алвин с трудом мог дышать, прижимая его к себе. Чуть подвыпивший Гейл, словно насмехаясь, положил своего друга посредине, и Джетт снова оказался в болезненной близости от Алвина. На второе плечо бете положил голову Гейл и по-приятельски стал что-то рассуждать о красивых попках и нежных членах омег. Алвин не слушал, он смотрел на спящего ангела и бесстыже гладил ему поясницу, забирался в трусики и мечтал коснуться заветной впадины. Когда альфа, наконец, уснул, Алвин позволил себе большего и добрался до попочки омеги. Его анус был немного влажным, словно Джетт засыпал возбужденным, и, не сдержавшись, Алвин всунул в него палец на одну фалангу. Омега тяжело и глубоко вздохнул, чуть выгнулся, словно пытаясь насадиться на предложенный палец. Внутри он был горячий и еще более влажный. Спеша скрыть следы преступления, а также чтобы спасти Джетта от изнасилования, Алвин убрал руку. Потому что понимал, что сдержаться не сможет. Ведь ему так сильно хотелось большего…

В понедельник утром у Алвина было окно, и потому он смог спокойно проводить друга на самолет.

— А где Джетт? — то, что омега отсутствовал, действительно было странным, пусть у омеги хоть самая важная контрольная в университете, он бы все равно пришел проститься со своим альфой.

— Он немного нехорошо себя чувствует, — Гейл положил Алвину руку на плечо и доверительно заглянул тому в глаза, — зайди к нему сегодня. Ладно? Обещаешь?

Обещание было лишним. Алвин все равно бы зашел, так как волновался за свою недостижимую влюбленность. Но настойчивость Гейла показалось ему странной, словно это не легкая болезнь, а что-то весьма опасное, и потому Алвин захватил из дома аптечку, уверенный, что там что-то да найдется в помощь.

На звонок омега долго не открывал, когда же появился на пороге, выглядел совсем плохо: побледневший, растрепанный и в домашнем халате он казался еле живым. Как в таком состоянии Гейл смог его оставить, было непонятно.

— Ты весь горишь, — Алвин с порога положил омеге руку на лоб. — У меня есть жаропонижающее…

— Не надо, — хриплый голос Джетта заставил Алвина вжать голову в плечи. От него действительно хотелось спрятаться, потому что омега встал слишком близко, тонкий халат почти не скрывал ничего, да и стоило Алвину снять обувь, как его тут же утянули в спальню.

— Тебе лучше лечь, — Алвин нервничал, он всегда нервничал, когда понимал, что не контролирует ситуацию. Сейчас же все летело в тартарары.

— Полежи со мной, прошу, — Джетт продолжал тянуть его к себе.

— Я приготовлю лекарство и…

Джетт дернул бету к себе сильнее, пытаясь завалить его на постель.

— Ты что творишь! — теперь Алвин рассердился.

— Хочу тебя, очень, — Джетт снова потянул к себе парня, умоляюще заглядывая в глаза, и Алвина пронзило неприятное осознание причин болезни омеги.

— У тебя течка! — внутри него все задрожало от страха перед возможными последствиями, от желания, от понимания, что уйти он себя заставить не сможет и наверняка, в итоге, потеряет и друга, и омегу, о котором так долго мечтал. — Джетт, послушай, у тебя есть Гейл, поэтому тебе надо немедленно меня отправить домой, — Алвин говорил это, а сам уже сел на постель рядом, положил руки тому на плечи и мысленно выебал во все дыры.

— Ты мне очень нужен, прошу, — Джетт опрометчиво прижался к губам беты, и Алвин на мгновение ответил, погружаясь в восхитительный долгожданный поцелуй.

Но одного мгновения было достаточно, чтобы расчетливый ум и понимание того, что его используют, пробудило в нём внутреннюю агрессию. Джетт просто подстилка, шлюха, который в течку готов раздвинуть ноги перед каждым. И вот Гейл уехал зарабатывать деньги для будущей семьи своим талантом, а Джетт подставляет задницу другому. Злоба безумной змеей скрутила внутренности, вцепилась жалом в сердце, пробуждая дремлющую жестокость.

Алвин сильнее толкнул Джетта на постель, задрал халат, под которым, конечно, ничего не было, и сжал пальцами желанную задницу. Омега податливо приподнял ее, позволяя Алвину увидеть, как из дырочки вытекает смазка, и это разозлило его еще сильнее. Бета одним резким движением стянул с себя футболку и брюки, сел Джетту на ноги, надавливая руками на плечи и вжимая парня в постель.

— Тупая шлюшка, нашел себе развлечение? — чуть слышно, с болью в сердце произнес он.

Все мечты о нежности, о том, как он будет целовать столь любимое и желанное тело, смылись в одно мгновение. Перед глазами стояла красная пелена, а в голове пульсировала жесткая мысль – Джетт сам этого хотел, и, не подготавливая его, Альвин втолкнул в него свой член. Джетт вскрикнул от неожиданности и тихо заскулил. Алвин лег на хрупкого парнишку всем телом, сжал его руками, обхватывая узенький торс, и стал размашисто входить в него, давая омеге то, что он и заслуживал. Джетт продолжал тихо постанывать, уткнувшись в подушку. Его мягкие волосы щекотали Алвину нос. Легкий, теперь заметный даже для беты аромат пьянил своей приятной сладостью. А под его ладонями билось сердце, которое, как он считал, Алвин обожал.

Бета успокоился. Остановился, все еще сжимая и удерживая под собой Джетта. Его охватило чувство вины, отвращение к себе и понимание, что Джетт действительно его хотел, позвал к себе, а Алвин повел себя как последняя скотина. Разжав руки, Алвин повернул омегу на бок и стал пытаться загладить свою вину. Целовал ему плечи, тонкую длинную шею, гладил ушки, которые сейчас покраснели.

— Ты ведь не такой… не такой, как все? — бета поцеловал притихшего омегу. — Ты мой ангел, ты достоин лучшего…

Алвин стал двигаться осторожно, плавно, захлебываясь от бурлящей внутри нежности и раздирающих глаза слез. Почему у него всегда все выходит боком? Почему он не может влюбиться в одинокого страшненького омегу или, на крайней случай, бету?

То, что прежняя дружба никогда не вернется, было очевидно. Гейл больше не позовет смотреть скачки, а Джетт не станет ему улыбаться. А так хотелось, чтобы омега был просто рядом. Ведь даже без секса Алвин продолжал бы любить его.

Теперь у него есть секс. Есть дрожащий от возбуждения любимый рядом, легкие прикосновения мягких рук, которые успокаивали и дарили надежду. Только надежды не было.

Алвин переступил черту, и назад дороги не было.

Он провел с Джеттом весь вечер и всю ночь, стараясь впитать в себя как можно больше от чужого праздника жизни. Урвать чужие счастливые минуты, насладиться ими сполна и уйти тихо – по-английски, так, чтобы Гейл их не застал. Алвин старался отдать всю нежность, что хранил в себе для этого омеги, хотел, чтобы и ему было хорошо с ним, пусть и единственный раз. Когда наступило утро, Алвин поднялся и, стараясь не разбудить омегу, собрался и ушел. Джетт спал, положив ладошки под щеку, и его прекрасное ангельское личико надолго сохранилось в памяти парня.

До конца недели Алвин, словно зомбированный, ходил лишь в университет и обратно домой. Без Джетта жизнь стала серой и бессмысленной. Но Джетта рядом больше никогда не будет. Потеря казалась безнадежной, отвращала воспоминаниями о близости, которые теперь стали навязчивыми картинками приходить по ночам. Но Алвин знал, что Джетт принадлежит другому.

В пятницу в город вернулся Гейл, но Алвин не поехал его встречать. Боялся, и самому же было тошно от своей трусости.

Алвин гулял по городу и ждал звонка. Рокового звонка от Гейла, который поставит точку в этом фарсе. Но так все и должно быть, ведь Алвин всего лишь бета – бесполезный придаток общества, предназначенный, чтобы работать или заменять чужим детям родителя. Многие беты осознают это с рождения. Но Алвин, избалованный богатой жизнью и любящими родителями, всегда видел в себе победителя. И это видение изуродовало его жизнь. Возвращаться в свою квартиру ему не хотелось. Там было холодно и одиноко. Оставалось корить себя, обвинять других и ждать Гейла.

Наконец телефон зазвонил. Пронзительно разрывая тишину сонного города. Первым желанием было сбросить звонок, но Алвин ответил.

— Ты почему не приехал? — голос друга был веселым и довольным. — Я первое место взял! Представляешь?! Можешь поверить? Мне только за участие тридцать тысяч отдали, а еще будут призовые! Срочно приезжай к нам! Мы оба тебя ждем!

Алвин хотел отказаться. Но потом понял, что не может оставить Джетта одного отдуваться. В конце концов, во всем случившемся была и его вина. И если омега все еще не рассказал, то Алвин молчать не собирался. Строить отношения на лжи было мерзко, и ему требовалось самому раскрыть все карты.

Гейл встречал его счастливый, обнял, повис на шее, хотя был с ним почти одного роста. Быстро втолкнул в квартиру, где было прохладнее, чем в майском душном городе. Джетт в тоненькой маечке и узких джинсах смущенно отвел взгляд, но одарил ласковой улыбкой, от которой Алвину вдруг перехотелось говорить. Зачем? Если Джетт смолчит, если все это останется между ними двумя, то, может, и удастся сохранить эту видимость дружбы. Сохранить и Джетта, и Гейла. Их обоих.

Альфа утащил друга на кухню, взахлеб стал рассказывать о гонке, показал кубок, какой-то загадочный ушиб и говорил, говорил... Джетт, все так же пряча взгляд, налил всем шампанского, разложил в гостиной подушки и принес фруктов на закуску. Алвин не мог отвести от него взгляда, до безумия хотелось обнять его, притянуть к себе и сказать, что для него все это была не игра. Но Джетт оставался в сторонке, и внутри у беты вновь стали скапливаться негативные эмоции: Алвин прекрасно знал, что омеги лишь подстилки для альф. И Джетт подставился ему только из-за течки. А глупый Гейл и понятия не имеет, какой у него омега… какой? Алвин до скрежета сжимал зубы – если сейчас все рассказать, может, Гейл бросит Джетта? Выкинет его на улицу, и Алвин тут же подставит свой локоть, поможет подняться и заберет себе. Пусть попользованный и брошенный, Алвину и такой подойдет, только бы это был Джетт.

— Может, сыграем в фанты?

У Гейла настроение выплескивалось через край, с трудом верилось, что столько позитива можно получить от одной, пусть и важной победы. Алвин же поддержать его не мог. Весь в своих мыслях, сосредоточенный на Джетте, он не замечал друга.

— Ну же, Алвин, — альфа вскочил со своего места и, обхватив парня со спины, повис у него на плечах, — ты словно спишь, давай же порадуйся со мной!

— Прости, я устал, — бета тяжело вздохнул. От внимания Гейла было некомфортно, и бета снова злился, но теперь уже оттого, что Гейл такой беззаботный, самовлюбленный и не замечает ничего дальше своего носа.

— Ну, пожалуйста, останься сегодня с нами, — голос у альфы был такой умоляющий, что Алвин с недоверием посмотрел на парня, понимая, что все это совсем неспроста.

— Ладно, чего ты хочешь? — Алвин настороженно посмотрел на Гейла.

— Крути волчок, я хочу, чтобы ты сыграл со мной!

— Хочешь рассказать мне свои грязные секреты? — Алвин усмехнулся, смотря на стрелку и пытаясь вытравить из головы все дурное.

— Э, нет, мне везет, дружище, — альфа рассмеялся, показывая на выпавший лот, — это ты со мной будешь делиться! — и, бросив хитрый взгляд на Джетта, задал вопрос: — расскажи о своем первом сексуальном опыте!

Алвин прищурился, обычно Гейл не переходил черту, не лез в его личную жизнь. И от его внимательного взгляда не ускользнуло то, как парочка переглядывалась друг с другом. Неужели Джетт все рассказал, и Гейл ищет способ как побольнее ударить?

— Ладно, ты сам спросил, — Алвин сложил руки на груди в защитном жесте. Он не будет закрываться и даст Гейлу то, чем можно бить, — когда я был в средней школе, то влюбился в одного омегу, он, казалось бы, отвечал мне взаимностью, и я мечтал о том, что он станет моим первым парнем. А потом я узнал, что он влюблен в моего друга и собирается провести с ним свою первую течку. Я обманом привез его в школу, изнасиловал, а потом отдал альфам из своего класса.

В комнате повисла тишина.

— Неправда, Алвин, — наконец тихо произнес Джетт.

— За изнасилование мне дали условное, но мой папаша имел большое влияние и отправил меня в школу во Францию, избавив от колонии и преследования, – бросив взгляд на омегу, который ошарашено смотрел на бету, Алвин усмехнулся, — это был мой первый сексуальный опыт. Давай, Гейл, крути волчок!

Альфа немного заторможенно запустил стрелку. Ему выпало желание, и он взглянул на своего омегу, чуть заметно кивнул ему и натянуто улыбнулся.

— Мое желание: поцелуй! — а потом немного более раскованно продолжил: — Я хочу, чтобы ты, Алвин, поцеловал Джетта.

— Шутишь?

— И по-настоящему!

— Ты пьян, — Алвин сердито отмахнулся от альфы, но тот рассмеялся и потребовал исполнение своего желания. Джетт сел поближе, словно не понимая, что творится в душе у Алвина. А там безумствовали шторма и вихри, он не знал, что затеял Гейл, и чем дальше, тем отвратительнее себя чувствовал.

— Поцелуй! — повторил альфа.

Алвин поймал взгляд Джетта, немного смущенный, но вместе с тем полный страсти и желания. И это придало уверенности, захотелось окунуться в те прекрасные ощущения, что уже однажды испытал Алвин, захотелось близости, понимания и любви. Он положил ладонь на щеку омеге, и тот доверчиво наклонил голову, прижимая руку к себе. Это было как приглашение, такое ласковое и понимающее, что Алвин тут же потянулся к его губам.

Поцелуй был с легкой кислинкой от шампанского, осторожный и очень трогательный. Легкое прикосновение губ, мягкая ласка языком, и Алвин потерял себя, мечтая продлить это мгновение. Забыв о присутствии Гейла, он ласкал любимые губы, поглаживал их, терзал и не позволял омеге отдалиться…

— Понравилось? — голос Гейла вывел его из транса, и Алвин перевел на него взгляд. Альфа улыбался, словно не его омегу только что целовал другой парень. Бета в секунду взбесился, захотелось устроить драку, выбить дурь из этого остолопа.

— Я трахнул твоего омегу. Ты уехал, а у него была течка, и я его трахнул, — с трудом сдерживая свой негатив, произнес Алвин.

— И как? Хочешь повторить?

С лица Гейла не сходила все такая же снисходительная улыбка, и Алвин вскочил на ноги, схватил Гейла за грудки и потянул на себя.

— Ты! Ублюдок! Предлагаешь его, словно он шлюха! Да ты знаешь, какой он… Джетт такой… — у Алвина не находилось слов, и поэтому он просто размахнулся и двинул Гейлу кулаком в лицо.

— Алвин! — Джетт испуганно вскрикнул, схватил бету за руку, останавливая следующий удар. — Не надо…

Алвин с рыком оттолкнул от себя Гейла и быстро направился к выходу. Джетт бросился следом, перехватил в прихожей, схватил за пояс, повис на нем.

— Хватит! — Алвин со злостью оттолкнул омегу, хотелось закончить со всем этим и избавиться от них поскорее. Джетт от толчка отлетел в сторону и шлепнулся на пол. — Прости.

Омега бросил на него взгляд печального олененка, быстро поднялся, снова бросаясь к Алвину и прижимаясь к его груди.

— Это ты прости меня, я обещаю, что больше не буду к тебе приставать! Только, пожалуйста, не уходи, — Джетт всхлипнул, его узкие плечи затряслись, и Алвину стало нестерпимо больно.

— Я просто не понимаю, во что вы оба играете и зачем?

— Мы не играем, — в прихожую вышел Гейл, уже не такой веселый, а мрачный и злой, с подбитым глазом. — Я думал, Джетт тебе нравится, прости, я ошибся. Сделал глупость и сожалею.

Алвин отодвинул от себя Джетта и тут же пожалел: омега плакал, и смотреть на его слезы было невыносимо.

— Ты не ошибся, он мне нравится, — Алвин с презрением посмотрел на друга, — и ты подсунул его мне, думал, это меня успокоит? Или просто решил поиздеваться? — бета хмыкнул. — Ну и каково это знать, что твоего омегу поимел какой-то бета?

— Будь это кто угодно другой, я бы его убил, — Гейл подошел ближе, положил Джетту ладонь на макушку, погладил успокаивающе, как котенка, — но против тебя я ничего не имею. Потому что, так уж вышло, что наши с Джеттом желания совпадают во всем. И я хочу тебя тоже.

Алвин открыл было рот, чтобы снова сказать что-то злое, но замолк на полуслове, осознавая последнюю фразу и понимая, что ему только что признались в чем-то весьма важном. Нужно только связать это, сделать выводы и понять, как жить с этим дальше.

— Когда два года назад мы встретились, меня сразу к тебе стало тянуть. Я сначала думал, что ты альфа, ты твердый, самоуверенный, ничем от альф не отличался. А потом я узнал…

— Что я всего лишь бета, — перебил его Алвин.

— И это меня еще сильнее привлекло!

— Ну да, мне можно отдать своего омегу и быть уверенным, что он не залетит, а потом еще и меня трахнуть, — Алвин продолжал злиться, хотя вместо прежнего шторма сейчас внутри него был просто холодный снег.

— Вообще-то я надеялся, что это ты меня трахнешь, — усмехнулся Гейл, ошарашивая Алвина еще сильнее. — И раз ты бета, то узла у тебя нет, и я могу быть спокоен за свою пятую точку.

— Что?

Гейл вместо объяснений поцеловал Джетта, а потом потянулся к Алвину. Бете захотелось его оттолкнуть, снова треснуть между глаз, а потом в голове застучала новая безумная мысль – Алвин понимал, что хочет переспать с этим альфой, может, не из большой любви, а просто чтобы нагнуть. А может, потому что у него появилась возможность быть с Джеттом вместе. А может, и вправду, друг его, такой по-альфьи наглый и по-омежьи красивый, привлекал его чем-то. Причина была не особа важна – главное, результат.

Поцелуй вышел немного смазанный. Чувствовалось, что Гейл действительно хочет, в нем была страсть, а вот Алвин пока не был уверен, что ему сейчас делать.

— Это правда, что ты сказал про свою первую любовь? — наконец отпустил его альфа.

— Да. Правда. Я собственник и ненавижу, когда у меня отбирают то, что мне дорого.

— Обидишь Джетта, и я тебя убью, — с холодными нотками настоящего альфы произнес Гейл. Алвин только хмыкнул. То же он хотел бы сказать и Гейлу.

— Ну что теперь? Если я тебя трахну, ты мне дашь пользоваться своим омегой?

— Алвин, — Джетт обиженно шлепнул его ладошкой по плечу, — ты нравишься нам обоим. Разве ты не видишь, мы просто хотим, чтобы ты был с нами.

— Запасным? Третьим лишним? – Алвин перевел взгляд на Джетта, и тот, заметив холодный и сердитый взгляд беты, стушевался.

— Нет… — омега опустил голову. — Мы ведь можем быть вместе, втроем? Я бы этого хотел. А ты?

Алвин выдохнул. Заставил себя расслабиться и поверить, что Джетт не юлит и не выдумывает. Что счастье возможно и для такого, как он – для беты. Пусть даже ненадолго, когда предлагают – грех отказываться.

Подняв голову Джетта за подбородок, Алвин нежно коснулся его губ. Потом бросил взгляд на Гейла, словно спрашивая, можно ли.

— Целуйтесь, — дал отмашку Гейл, — а я пойду напьюсь. Очень надеюсь, что лишусь сегодня девственности. — Альфа подмигнул Алвину. — Ты ведь не останавливаешься на полпути?

Алвин больше на него и не смотрел, он безумно хотел прижать к себе Джетта, целовать его, ласкать, чувствовать.

— Вот еще одна деталька, — Гейл внезапно влез в их пару и оттолкнул Алвина от омеги. — Надо должок вернуть.

Альфа ударил не сильно, но очень болезненно. Алвин зашипел, сжимая переносицу, а Джетт так же, как и прежде на Алвина, накричал на Гейла. Бета спокойно выпрямился и, усмехнувшись, пожал протянутую в знак примирения руку. Понимал, что альфа просто не мог оставить обидчика безнаказанным, и был рад, что Гейл не стал заминать этот удар.

— И не вздумай говорить о том, что я даю тебе Джеттом пользоваться, — Гейл вцепился в предложенную ему ладонь и прошептал это сквозь зубы. — Джетт сам тебя выбрал, а я лишь поддержал его, потому что ты, сука, охуенно сексуальный!

— Значит, будешь контролировать, пока я его ебу? — Алвин ответил так же, сквозь зубы и с раздражением.

— Вот еще! Джетт сказал "секс втроем", и никак иначе!

Алвин удивленно посмотрел на ангелочка, стараясь успокоить миллион пошлых мыслей, что складывались в невероятные картинки, от которых стазу стало жарко, захотелось раздеться и завалить Джетта на кровать. Нет, не только Джетта, хотелось туда и Гейла, и чтобы они оба были его.

— Короче, жду вас в спальне и не задерживайтесь, — альфа показательно медленно направился сначала за вином, а потом к кровати.

Алвин держался за Джетта, словно все еще не веря в свое счастье. Волосы омеги, легкие и воздушные, легко скользили между пальцами, кожа на шее пахла чем-то цветочным и мылом для душа. От прикосновений к ней деревенели руки и по всему телу пробегали маленькие разряды.

— Ты, правда, думаешь, мы сможем быть втроем?

Джетт доверчиво поднял взгляд, все же немного наивный и слишком добрый. И кивнул, не скрывая ни своих чувств, ни желаний.

— Я хочу быть с тобой. И я люблю вас обоих.

— Брехня!

— Гейл мне поверил. Ты ведь тоже это чувствуешь, я знаю.

Алвин заставил его замолчать – поцеловал, немного грубо, требовательно и жадно, но от Джетта все внутри становилось мягким. И вскоре Алвин, сам себя не понимая, трепетно и ласково покрывал его лицо поцелуями, задерживался на губах, поглаживая их, ловя юркий, сладкий язычок омеги, и снова возвращался к теплым щекам, на которых загорелся румянец.

— Ты такой красивый, восхитительный, — хотелось рассказать ему так много, — хочу тебя очень сильно.

— Я тоже, — Джетт взял Алвина за руку и как ребенка повел в спальню, — все получится, я тебе доверяю.

— Не стоит. Я – плохой парень, и то, что я сделал с тем омегой…

— Пожалуйста, не надо. Ты раскаялся, я верю, — Джетт снова бросил на него свой наивный и доверчивый взгляд, и Алвин просто кивнул, соглашаясь. Сам он в свое раскаяние не верил.

Гейл их дожидался, действительно пил, нервничал. Алвин кивнул ему, давая понять, что сегодня будет играть по их правилам. А потом уж как жизнь сложится. Альфа после его кивка немного расслабился, подошел к ним ближе и, став напротив, стал раздеваться. Джетт последовал его примеру, но Алвин перехватил руки омеге и сам стал снимать с него одежду. Это заводило до дрожи, обнажать прекрасного омегу было его давней мечтой, и он делал все медленно. Гейл уже разделся, стоял нагой, и вид его возбужденного достоинства действовал одурманивающе – Алвин чувствовал, что заводится все сильнее, и ему хотелось теперь не только Джетта, но и Гейла тоже.

Потом они в четыре руки раздевали уже Алвина.

— Бля, а ты говорил, у него небольшой, — слишком громко высказался Гейл, бесстыже поглаживая член Алвину.

— У меня течка была, и я не видел вообще, — покраснел с ног до головы Джетт.

А до Алвина вдруг дошло, что Гейл прекрасно знал о той ночи, и его все устраивало. Но сейчас бету это не особо волновало, потому что рядом был обнаженный Джетт и потому что позволял прикасаться к себе и отвечал тем же. И его уже не волновали руки Гейла, которые ощупывали Алвина со всех сторон и подталкивали к Джетту. Не волновало, что, прерывая поцелуи с ним, Джетт тянулся к альфе, и не тревожило, что Гейл потом целовался и с Алвином. Потому что хотелось большего…

Утром Алвин проснулся первым. Рядом, прижавшись к нему спиной, спал его ангелочек, и при взгляде на него у беты растянулась на губах счастливая улыбка. Он пытался повернуться и подвинуться к Джетту поближе, но чья-то сильная рука перехватила его и утянула в другую сторону.

— Доброе утро, — Гейл ласково шепнул ему это на ухо и лизнул в шею.

— Фу, бля, что за нежности, — Алвин попытался оттолкнуть от себя альфу, но тот хихикнул и нагло навалился сверху.

— Ночью тебя все устраивало.

— Ночью между нами был Джетт, а сейчас слезь с меня!

— Ну, Джетт был не только между, — Гейл снова хихикнул и попытался Алвина поцеловать, но тот отвернулся и фыркнул что-то про нечищенные зубы и алкогольные пары, — ну ты и гаденыш! — Гейл сполз в сторону, но продолжал обниматься. — Ну и как тебе лишение альфы невинности?

— Вообще-то ты у меня не первый. Подростком я нагнул пару альф, правда, они были в не очень сознательном состоянии.

— Что? Да я как послушаю, ты вообще больной!

— Что ты еще хочешь узнать о моей бурной юности?

— Как тебя после всего этого не кокнули.

— Пытались, — Алвин усмехнулся. — Но кишка тонка.

— Кажется, мы еще пожалеем, что связались с тобой.

— Несомненно, пожалеете. Потому что я вас больше никуда не отпущу, — Алвин улыбнулся альфе и поцеловал его в губы, — хочу от вас всё. И даже больше...