Actions

Work Header

Мeньше одного процента

Chapter Text

За дверью раздавались голоса и шорохи. Таил поправил накопители на запястьях и запустил таймер на часах. Активировав заклятье невидимости, нажал на ручку и скользнул в помещение. Сколько у него? Двадцать секунд, отыскать Крин-тога или пойти на ужин толпе оборотней-наркоторговцев. В такие моменты мысли становились вязкими, словно застревали между извилин, продумано все было «до». Теперь уже поздно, и в голове глупыми картинками вертелись воспоминания о беззаботном утре, чашке горячего и очень крепкого капучино и забитой пепельнице на балконе. Утро зарождалось в серой дымке усталого ленивого солнца. Утро всегда было серым, если рядом не было Серджа. Но Таил уже привык. Заставлял себя думать, что привык.

Помещение совершенно не соответствовало показанным в агентстве схемам. Хотелось чертыхаться и плевать ядом, но Таил не желал быть обнаруженным, да и ядовитые капсулы нужно было беречь для незапланированных ситуаций. В комнате, где должен был сидеть глава этой доморощенной группировки, стояли два охранника и какой-то замызганный торгаш. Скорее всего, обычный человек. Человек на побегушках у оборотней. Без способностей и дохнущий от любого прикосновения, но стволы на его поясе могли принести много неприятностей.

Таил медленно вернулся в прихожую, осмотрел длинный ряд закрытых дверей и снова чертыхнулся. «Почему отдел подготовки ничего не может сделать, как следует?» Мелькнула мысль развернуться и свалить из этого гадюшника, пока голова на месте. Но тут же эта мысль была отброшена: Таил знал, что если сейчас вернется ни с чем, то его пошлют сюда снова, и снова. И до тех пор, пока задание не будет выполнено. В «Агентстве короля Георга» – межпланетной организации по борьбе с организованной преступностью – он был единственным боевым магом, и Георг умел держать своих подопечных за яйца.

Как раз в тот момент, когда заклинание невидимости начало терять силу, злополучный Крин-тог появился из одной из комнат и, почесывая волосатое пузо, направился в сортир. Таил скользнул следом, выхватывая из-за пояса нож и бросая на него простейшее заклинание подчинения. Один неглубокий порез, и Крин пойдет сдаваться с поличным. Главное после удара успеть сделать ноги, чтобы остальные оборотни не устроили ему геноцид.

Крин взвыл, когда Таил прыгнул ему на спину и воткнул нож между лопатками. По оборотню пробежала волна, и тело стало изменяться, расширяться в небольшом проходе, намереваясь смять мага. Оставив доказательство выполненной миссии в спине огромной тушки, Таил прыгнул в пока еще пустой коридор и залил пространство между собой и оборотнем льдом. Сплел еще пару заклинаний, чтобы сделать его плотнее, рассчитывая, что это подарит ему несколько спасительных минут.

Пока закреплял глыбу последними словами, над головой засвистели пули, и на плечи посыпалась мелкая ледяная крошка. Несколько снарядов попало в магический щит, и на запястье запиликал предупреждающий сигнал: защита истончилась и требовала обновления. Только времени на это не было.

Таил заскочил в одну из ближайших комнат, прикрываясь тонкой дверью от хлопающих выстрелов. За ним бросились двое, а может трое пока еще не слишком волосатых тварей. Между пальцами затрещала рождающаяся молния, но, чтобы ее бросить, нужно было высунуть голову из-за ненадежного прикрытия.

Теперь в помещении было слишком шумно. Тонкий, настроенный на любой звук, слух мешал сосредоточиться. Нужно было скинуть заклятье, натянуть на себя новый щит, но Таил хотел просто быстро выбраться, свалить из этого района и засадить всех этих тварей в межгалактическую тюрьму.

Над головой грохнуло так, что в ушах зазвенело, и Таил все же отключил обостренный слух. Высунулся в пробитую дробовиком щель и скинул разряд. Не тратя время на перезарядку, послал за ним еще пару огненных шаров. Обожженные твари взвизгнули и замерли на полу кривыми фигурками обгорелых собак. Таил чертыхнулся – убивать не было в его планах, но он опять не рассчитал силы. В дверь новой очередью забарабанили пули. Нужно было двигаться куда-то в более безопасное место, а лучше всего сваливать, но до спасительного выхода было метров шесть, и перед ним толпились уже полностью преобратившиеся волколюды.

Скрутив еще одну молнию, чтобы оглушить противника, Таил распахнул двери и несколькими точечными ударами обезвредил пару тварей. Остальные побросали оружие (огромные пальцы не доставали до спускового крючка) и бросились в рукопашку.

Еще пара молний и несколько ледяных мечей раскидали волосатиков по углам. Таил в два прыжка добрался до выхода, хлопнул дверью за своей спиной. В последний момент что-то сильно обожгло плечо, но он не обратил на это внимания и помчался вниз по лестнице. На запястье вновь запиликал датчик: накопители были пусты. Снова слишком много энергии растрачено впустую.

— Надо больше есть, заметила бы Анна, — пробормотал Таил, стуча пальцем по накопителям и стараясь сосредоточиться на положительных мыслях. Нужен был небольшой заряд, чтобы взбодрить себя. — Нужно больше трахаться, заметил бы я.

Маг осел перед своим флаером, боль от плеча расходилась дорожками по всей спине. Видимо, кто-то из оборотней успел задеть его когтями, сдобренными волчьими дарами, — теперь регенерация не работала, а яд метался по телу, стремясь добраться к сердцу.

— Вот так всегда, — Таилу не хватало сил, чтобы просто вползти во флаер, а за спиной уже гудели вываливающиеся из дома оборотни, — вечно мне не хватает последнего шага... Сердж меня убьет, — добавил он в полубреду и, совсем обессилев, втащил себя в кабину одной силой воли, хлопнул ладонью по автопилоту и отключился, надеясь, что в агентстве будет зашит до того, как муж явится по его голову.

***

Свет в палате был до отвращения яркий. Таил поморщился, часто заморгал, пытаясь спрятаться от огней, и встретился взглядом с длинноухой, тонкокостной эльфийкой.

— Анна, — попытался улыбнуться маг, — скажи мне, что я в раю, и ты тоже сдохла.

— Показатели в норме, — сказал девушка, обращаясь к кому-то за спиной. — Через девятнадцать секунд будет восстановлена регенерация. Через десять. Сейчас.

Таил облегченно выдохнул, чувствуя, как тепло полилось по всему телу; быть магом, безусловно, было лучше, чем обычным смертным. Правда, смертные не принимались в агентство и не сражались против межгалактической преступности, зато жили и умирали спокойно, как обычные разумные твари. Таил не умирал уже, наверно, слишком давно, потому забыл, как это делается. Магия поддерживала его тело, временами не слишком успешно, но со своего двадцатилетия он не постарел ни на день.

— Его величество Георг желает вас видеть, — в проходе стоял земляной тролль Том — уже давно не серо-зеленый, а черный — престарелый агент, которого не выпускали в поле, но держали при агентстве, чтобы лишнего не болтал. Тролли же не способны держать язык за зубами.

— Пожрать бы сперва, — потянулся Таил, наслаждаясь целостностью организма.

— Крин-тог написал заявление и сдал всех своих подручных. Только после твоей выходки осталось три трупа. Ты не мог бы работать аккуратно? — проворчала Анна, протягивая магу тарелку с какой-то зеленой массой. — Волки крайне щепетильны к своему поголовью, и смерть троих может вызвать их гнев...

— Тогда найдите другого мага, чтобы охотиться на волосатиков. Что, нет другого? — Таил с сарказмом усмехнулся. — Вот и довольствуйтесь тем, что имеете.

— Иди, — строже заметил Том, дав Таилу проглотить лишь пару ложек. — Король не любит ждать.

На встречу с Георгом Таил всегда шел, как на плаху. Древний эльф не любил промахи, и, хотя монархическая система на его планете давно была упразднена, Георг все еще носил титул короля и вел себя так же. Благо, агентство смогло найти ему подходящую должность, где древнее существо могло выплескивать свои тиранические наклонности.

Георг не шумел и не ворчал, как Анна, не пытался давить на совесть, как любил делать Том. Он просто строго и безэмоционально отчитал, как ребенка, и Таил чувствовал себя двухсотлетним младенцем, которому надавали ладошкой по заду. Выбирался он из кабинета короля красный и злой. Злой на самого себя, потому что вечно в спешке путал заклятья и убивал нарушителей.

— Что такой смурной? — раздалось над ухом. Таил дернулся от этого голоса, от интонации, заставляющей сердце биться в два раза быстрее.

— Сердж! — он бросился на шею мужа. — Приехал из-за моего ранения? — смущенно спросил Таил.

— Если бы я ездил к тебе из-за каждой твоей царапины, меня давно бы уволили, — Сердж мягко обнял его. — У меня пара дней отпуска. Дело, с которым я возился последний год, закончено, могу побыть дома.

— Из твоих уст слово «дом» звучит так сладко, Сердж, — Таил не хотел отпускать мужа и вис на нем совсем как влюбленный подросток.

— Пойдем, я не хочу терять ни минуты.

Подхватив Таила под руку, Сердж вывел его из здания агентства и усадил в собственный флаер с тонированными стеклами и торчащими напоказ навороченными движками. Сердж любил дешевые понты. Потому их общий дом располагался на берегу океана, на личном маленьком острове. На личном маленьком острове в ледяном океане, где температура летом не поднималась выше десяти градусов – вампир не любил жару.

Таил влетел в дом, прыгая на озябших ногах, и сразу бросился к радиатору. Крутя и настраивая обогрев, он ругался, проклиная холодные планетки и хладнокровного мужа. Сердж с усмешкой прошел к камину, бросил связку дров в дровешницу и включил авторозжиг. Вскоре маленькие огоньки забегали по оставленным в камине бревнам, даря помещению уют и тепло.

— Не сиди у огня, — испуганно оттолкнул мужа Таил, — любая искра оставит в тебе дыру!

— Маленькую такую дыру в палец, — рассмеялся Сердж и уселся на диван, притягивая к себе Таила. — Мне нравится, что ты обо мне печешься.

Ледяные руки забрались под одежду, и Таил мелко задрожал. От пальцев Серджа всегда было холодно снаружи и горячо внутри. И эти пальцы хотелось целовать, прижимать к себе и чувствовать где-то рядом с сердцем. Ладонь замерла у левой груди.

— Ты читаешь мои мысли? — попытался возмутиться Таил.

— Я знаю все твои желания наперед.

Сердж стал стягивать с Таила одежду. Тот попытался сопротивляться (дом еще не прогрелся), но сил справиться с бессмертным ему не хватало. Вскоре вся одежда валялась на полу, а обнаженный маг был прижат к груди вампира. Сердж неспешно гладил его по спине, ощупывал каждый сантиметр, вспоминая любимое тело. Слишком давно они не были рядом, и Сердж чувствовал нетерпение мужа, слышал трепет в груди от любого движения, но не хотел спешить. Не сейчас...

— Я так скучал, думал о тебе...

— Помолчи, не люблю эти слезливые глупости, — Сердж обхватил мужа за шею и притянул к своим губам. Целовался Таил лучше, чем говорил. А вампир не любил слова, они только все портили, делали их зыбкое счастье нереальным, напоминали, что времени у них в обрез, и завтра их опять отправят в разные концы галактики... а Таил будет ждать и скучать. Снова.

Сердж толкнул Таила на диван, прошелся холодным языком по его груди, наслаждаясь запахом кожи с легким привкусом больничных простыней и духов Анны. Зачем эта сучка стоит всегда так близко? Сердж недовольно фыркнул, стараясь отогнать неприятные мысли. Лизнул затвердевшие соски, прижал к мягкой поверхности кисти. Таил понял его намерения и легко вырвался из захвата. Он отлично пользовался своими заклятьями, и Серджа это только раззадорило.

— Сегодня я буду сверху! — победоносно заметил голый маг, восседая на вампире.

— Уверен? — Сердж сверкнул клыками и легко поменял позиции.

Таил снова вывернулся, попутно вытягивая мужа из одежды. Несколько простых заклятий стянули с Серджа рубашку и противоударный защитный жилет. Следующее заклинание стянуло с него штаны, и, когда те повисли у него между колен, Сердж на мгновение запутался в ногах.

Игра за первенство продолжалась недолго. Сердж не хотел применять силу, боялся навредить партнеру, и Таил этим пользовался без зазрения совести, но, когда маг оплел вампира созданной веревкой и, как кокон, оттащил на широкую постель, чтобы предаться восторженному созерцанию обожаемого супруга, у Серджа сдали нервы. Одним легким движением он избавился от веревок и закинул Таила на свое место. Тот попытался что-то возразить, снова стал бросаться заклятьями, но Сердж вывернул ему руки, оплел оставленными веревками ладони, сложив их вместе, и привязал к изголовью кровати.

— Так-то лучше, — довольно проговорил он, лишая мужа способности плести заклинания, — а вздумаешь устную магию применить, я тебе рот заклею!

Таил открыл было рот, чтобы возразить или чтобы метнуть в супруга что-то несносное и подлое, но вовремя передумал. Сердж устроился у него между ног и снова огладил его тело. После небольших игр Таил отогрелся. Но лишь одно прикосновение вампира, и кожа снова стала казаться ледяной, по рукам побежали мурашки, волосы на спине встали дыбом, а Сердж вдобавок холодно выдохнул мужу в шею, заставляя того дрожать.

Метаболизм у этих тварей был настолько медленным, что тело не согревалось даже до комнатной температуры. Зато если отрезать вампиру голову, то у него будет еще пара дней в запасе, прежде чем нервные окончания умрут, и тело погибнет. Вампиры могли бы считаться неуязвимыми, но огонь в мгновение превращал их тела в пепел. Неспешный ток жизни не мешал этим существам быть самыми сильным и быстрыми тварями во вселенной. Холодное дыхание и ледяная кровь помогали выжить в любых условиях, делая их организм не восприимчивым к течению времени. А та небольшая часть, что хоть немного реагировала на внешние раздражители, сейчас торчала твердым стояком, показывая влечение Серджа к связанному мужчине.

— Ты чертовски привлекателен, когда связан и молчишь! — заметил он.

— Тоже самое могу сказать и о тебе, — парировал Таил, — жаль не успел сделать фото. Все в отделе поумирали бы от смеха.

— Ха-ха, шутник, — недовольно рыкнул Сердж, хоть и понимал, что Таил никогда бы не опозорил его подобным образом. Только своему мужу Сердж позволял брать верх, и то лишь иногда.

Оставив еще несколько ледяных поцелуев на коже, Сердж перешел к сладкому. У Таила член уже стоял в предвкушении. Когда Сердж погладил естество мужа ледяными руками, тот выгнулся навстречу ласке и тяжело задышал, желая большего. Руки Серджа скользнули к ягодицам Таила, небрежно помяли мягкие половинки и силой раздвинули ноги. Таил возбужденно сопел, нетерпеливо крутил задницей и, усмехнувшись, Сердж приставил к его анусу свой возбужденный член.

— Подожди, — задергался Таил, — а подготовка... полгода же ничего не было...

— Да неужели? — усмехнулся его муж и грубо толкнулся вовнутрь. Таил выгнулся, попытался отодвинуть от себя ледяное тело, но Сердж лишь сильнее сжал его ноги, потянул на себя, заставляя принимать член все глубже. Таил прерывисто задышал, стараясь свыкнуться с болью, унять жжение и расслабиться. Серджу явно были по душе его дискомфорт смешанный с желанием, и он намеренно не дал супругу передышки.

Несколько сильных толчков, и Сердж полностью вошел, нисколько не страдая от узости и сухости. Временами Таилу казалось, что член у вампира железный, как и все тело. Такой же неразрушимый и холодный. И сейчас этот холод обжигал изнутри и распирал так, что дышать было больно. А Сердж, как ни в чем не бывало, стал двигаться, пропуская по телу мужа разряды боли и желания. Таил тихо взвыл, закусывая губу, чтобы не сорваться на глупый лепет о том, как ему этого не хватало, как мало в его жизни Серджа, и как сильно он хочет его. Любого. Пусть немного грубого и наглого, но лишь бы был рядом.

Сердж перешел на размеренный ритм и, чуть придавив мужа своим телом, стал каждым движением задевать чувствительную точку. От каждого толчка Таилу хотелось кричать от счастья, хотелось обнять его, касаться безупречного, сильного тела. Но любые попытки обхватить его хотя бы ногами Сердж пресекал: удерживал Таила на месте и не позволял ни шевелиться, ни касаться себя. Ему нравилось контролировать, подчинять себе мужа, и Таил был готов подчиниться. Но только ему.

Очень быстро боль потерялась за наслаждением, тело регенерировало, а член вампира согрелся, лишая Таила ощущения инородного предмета в заднице. Таил стал подмахивать, но мужу это явно не пришлось по душе. Он перевернул Таила на живот, веревка скользнула где-то у груди и бедер. Таил тихо выругался, когда Сердж стянул узлы, лишая его всякой подвижности. Двигаться Сердж стал резче и грубее, намеренно показывая свое превосходство. Таил не возражал: не было ни сил, ни желания. Для Серджа он готов быть покорным.

Сладкая пытка могла бы растянуться на несколько ночей, но у них просто не было столько времени. Сердж снова сменил угол, ускорил темп, и Таил задергался под ним в предоргазменой горячке. Серджу хотелось бы его остановить, еще немного помучить, прежде чем позволить кончить, но, вместо этого, он дождался, когда Таил изольется под ним, и лег сверху, наслаждаясь горячим телом, сбитым дыханием и чуть слышным ласковым шепотом, к которому он совсем не хотел прислушиваться.

Отпускать Таила так быстро Сердж не собирался, слишком соскучился по их разрушенной связи. Распустив путы, Сердж усадил мужа сверху и позволил тому вновь получить удовольствие. Смотреть, как обезумевший от страсти Таил скачет на его члене, было сладко. В груди что-то нежно постанывало, и Сердж расслабленно улыбался, ловя искры его желания. Когда Таил снова кончил, теперь уже более трезво соображая и зная, что нужно мужу, он быстро сполз к ногам Серджа. Член щекотнуло очищающее заклинание, и горячий рот обхватил чуть теплый пенис вампира.

Таил всегда делал это с таким горящим взглядом, что Сердж поскорее убрал руки за спину, чтобы в случайном порыве страсти не навредить мужу. Так перед оргазмом можно и не рассчитать силы, ведь Таил вытворял такое, что мозги отключались. Может, причина - в их весьма продолжительных отношениях, а может, Таил вкладывал в свое действо чувства, без которых Серджу ничего из этих примитивных животных инстинктов уже давно было не нужно.

***

— Ты сосешь получше, чем натренированные королевские шлюхи в Альтмире, — расслабленно развалился на кровати Сердж после того, как немного отошел от оргазма.

— Да ладно, — фыркнул Таил, — врешь ты все. Не дали бы тебе шлюхи в Альтмире!

Сердж рассмеялся, ловя Таила за волосы и притягивая к своим губам.

— Признаюсь. Это были не королевские, а обычные шлюхи.

Таил снова фыркнул и поцеловал, теперь уже сам. Горячо и нежно, как получалось только у него, и лишь только с ним Сердж был готов целоваться.

Вампир лег на бок, положил мужа рядом и несколько раз коснулся клыками его шеи. Хотелось, но было страшно.

— Позволишь себя укусить?

Таил поднял взгляд, и Сердж услышал, как быстро застучало его сердце, забилось испуганной птицей в таком же недоверии, как и его собственные. После сорока лет брака разве можно было не доверять друг другу? Их скрепляли не только семейные узы, но и долгие годы борьбы за право быть вместе и любить. И все же всегда оставался страх. Любовь несовершенна: портится от глупых слухов и мыслей, гниет от неверных действий и желаний, становится липкой и черной от измен, от брошенных случайных слов или, напротив, от молчания. Пара глотков крови могла бы смыть все недоверие и стереть непонимание. Вампиры могли пить лишь из тех смертных, кого любили, и кто любил их.

Каннибализм среди вампиров был нормой. Кровь своих собратьев они потребляли как великий деликатес. Наслаждение айма[1] было не сравнимо ни с одним другим удовольствием и, не заметив того, вампиры истребили сами себя. Сейчас лишь пара сотен смертоносных бессмертных блуждала по галактике в поисках тех, кто мог бы составить им компанию в их вечном существовании. И подарить кровь. Потому что кровь любимого давала не только наслаждение, но и великую силу. Только редко попадались во вселенной экземпляры, которых вампиры могли бы полюбить...

Когда-то Сердж и Таил были напарниками, работали в одной связке. Временами Таилу казалось, что он ненавидит эту холодную тварь с тремя сердцами и без единой эмоции. А потом все внезапно изменилось. Почему? Зачем? Таил не знал и старался не задумываться. Мир перевернулся, перетек из одной плоскости в другую, перестал быть серым продолжением однообразных дней и взорвался непередаваемыми красками. Таил понимал, что для него любовь – это дар, в то время как для Серджа – искупление.

Агентство, узнав об их отношениях, быстро разбило парочку. Теперь Сердж работал где-то в другой галактике. А Таил приходил домой после очередной стычки с правонарушителями, запирался в ледяной квартире на ледяном острове и мечтал, чтобы Сердж бросил все, примчался за миллион световых лет, чтобы просто пожелать ему спокойной ночи.

— Да, — с замиранием сердца ответил Таил.

Холодные, длинные, как кинжалы, клыки проткнули его шею. Кровь алыми каплями окропила белые простыни, окрасила в ярко-красный рот Серджа. Вампир со сдавленным стоном обхватил мужа, крепче прижимая его к себе. Больше не осталось сомнений. Только наслаждение. И любовь...

— Позволю тебе быть сегодня сверху.

Сердж лежал на окровавленных простынях, а Таил чуть заметными прикосновениями изучал его тело. После глотка крови мышцы бессмертного налились силой, серый оттенок кожи сменился на бледно-розовый, а красные глаза потеплели и, кажется, в них появились прожилки зеленого, как у Таила, цвета. Кровь преобразила его, сделала сильнее не только внешне. Таил знал, что хватит этого всего на пару месяцев, а потом Сердж снова начнет сходить с ума от голода, своего внутреннего одиночества и сдавленной любви.

— Сдашься без боя? — удивился маг. Нечасто вампир подставлял тылы.

— У тебя скоро день рождения. Это небольшой подарок.

— Точно, — ухмыльнулся Таил, — через неделю я стану всего лишь в десять раз тебя младше. А потом разница в нашем возрасте будет только уменьшаться.

Сердж удивленно взглянул на мужа, и рассмеялся, понимая, что он имел в виду в последней нелепой фразе. Разница в их возрасте никогда не изменится: всегда будет пугать вампира и давить пониманием, что рано или поздно век мага закончится, а он так и продолжит свое существование в вечном холоде и пустоте, в которой не бывает ни чувств, ни будущего...

***

Таил вышел на покрытый тонким слоем снега балкон и выхватил из щели припрятанную между половицами пачку сигарет. Сердж не любил запах дыма, и ему был неприятен огонек на конце сигареты. Но курить хотелось. Выудив одну, Таил сунул пачку обратно под половицу.

— Скоро рассвет, — заметил Сердж, выбираясь следом, и Таил спрятал сигарету в кулаке. — Кури, чего уж теперь.

— Солнце тут всегда тусклое и безжизненное. Серое, — чиркнув спичкой, Таил тщательно затушил ее пальцами и лишь потом бросил в пепельницу.

— Ты просто не умеешь различать настоящие цвета, — улыбнулся вампир, тяжело вдыхая горький дым. – С годами мир перестает спешить, замирает как порезанная на кусочки старая видеопленка. Каждое мгновение длится годами, и смотреть на небо, разглядывать сияние далеких звезд или просто наслаждаться поднимающимся солнцем кажется нормальным, обыденным процессом. Когда тебе исполнится тысяча, миллионы маленьких мелочей, что сейчас крайне редко привлекают твое внимание, будут вызывать толику восторга. Когда тебе исполнится две, созерцание бытия, отстраненно, подобно богу, поможет понять вселенную и смысл ее существования…

Таил горько улыбнулся. Две тысячи — недостижимый для мага срок. Трель телефона заставила его дернуться и чертыхнуться. Вытащив из заднего кармана аппарат, Таил снова выругался. Его срочно вызывали на работу, кажется, у агентства были очередные проблемы с оборотнями.

— Когда-нибудь эти лохматые твари меня прикончат, — раздраженно вздохнул он.

Хотелось кричать от беспомощности, бить руками об стену и так же бессильно понимать, что это ничего не изменит. Работа будет разделять их, раскидывать по разным уголкам вселенной, потому что агентство боится сил, что дарит вампиру его любовь. И боится самого Серджа. Возможно, Георг боится даже Таила, понимая, что Сердж с ними сделает, если маг погибнет... Но пока Таил любит свою работу и, время от времени, пересекается с вампиром, эльфийский король может спать спокойно.

Сердж медленно приблизился к расстроенному супругу и обнял, не обращая внимания на тлеющий уголек в его руках.

— Если это случится, я выкурю всю твою пачку до последней сигареты.

— Думаешь, никотин поднимет тебе настроение?

— Нет. Просто тогда после нас обоих останется один лишь пепел...

 

[1]Кровь на др.греческом