Actions

Work Header

люблю тя, отп <3

Chapter Text

Ойкава открыл глаза и увидел, как на потолке играют слабые солнечные блики. Солнце лениво вливалось в окно: лучи подползли сначала к футону, а затем, скользнув по одеялу, словно волна ударились о стену позади.
Ойкава зевнул, потянувшись. Иваизуми лежал рядом, спиной к нему. Его часть одеяла сползла к бедрам - он часто ворочался во сне и раздевался. Ойкава подтянулся и провел носом по теплой коже между лопатками. Иваизуми вздрогнул, но не проснулся. Осмелев, Ойкава закинул руку ему на поясницу и прижался чуть теснее.
Иваизуми терпеть не мог жару. Это было их первое лето в новой квартире, и для Ойкавы категорический отказ Иваизуми спать вместе оказался не самым приятным сюрпризом.
- Я не буду сильно прижиматься, Ива-чан, - сказал Ойкава рассерженно в тот день, когда это всплыло. Что за глупости: ну и что, что жарко и нет кондиционера? Ойкава готов был потерпеть. Во время секса они же как-то уживались с жаром, исходящим от тел друг друга.
Иваизуми не сдавался. Четыре ночи он провел на диване: гордость больше не позволяла Ойкаве упрашивать, и так получилось, что глупый конфликт затянулся. Эти четыре дня они даже днем почти не разговаривали. А потом Иваизуми пришел посреди ночи: лег с самого края, как будто случайно потрогал его коленом и глубоко вздохнул. Ойкава почувствовал, как на голое плечо легла ладонь.
- Ты горячий и потный, - сказал Иваизуми. - Я тоже. Это ужасно.
Ойкава лягнул его пяткой. Он тоже соскучился и был рад, что Иваизуми пришел первым.
Теперь уже была середина сентября, но температура по-прежнему дне желала ползти вниз. И хотя Иваизуми упрямо отодвигался подальше, когда они только засыпали, по утрам было намного прохладнее и Ойкава позволял себе больше.
Он перехватил Иваизуми покрепче и поцеловал слегка солоноватую кожу. От Иваизуми так приятно пахло: без примесей чего-то лишнего, это был его запах - иногда казалось, что он со всем не изменился с тех пор, когда они были детьми. Но тогда Ойкава не чувствовал такую тяжесть внизу живота, когда вдыхал его полной грудью.
Ойкава потерся щекой о выступающие позвонки, улыбнулся, услышав недовольное мычание, - и вдруг увидел родинку. Она была чуть ниже и левее, у бедра и почти на боку. Ойкава готов был поклясться, что раньше ее не видел - у Иваизуми была россыпь родинок справа, и Ойкава любил обводить их языком, как будто соединяя узор по точкам. А это небольшое, но заметное темно-коричневое пятнышко он видел впервые.
Так странно. Они столько раз видели друг друга раздетыми - в детстве приглядывались друг к другу, сравнивали, хвастались, а потом, повзрослев, прекратили. И только последние полгода они вернулись к тому, с чего начали: и Ойкава начал изучать это тело с новооткрытым энтузиазмом. Но эту родинку каким-то чудом пропустил.
Ойкава коснулся ее пальцем, обвел вокруг, и Иваизуми окончательно проснулся.
- Ойкава, слезь, - прохрипел недовольно.
- Ива-чан, а ты знал, что у тебя здесь родимое пятно? - Ойкава надавил на кожу, и пальцы Иваизуми нащупали его руку и отвели в сторону. Ойкава вырвался и снова потрогал там же. - Вот тут.
- Отстань, дай поспать.
И, несмотря на слова, Иваизуми поерзал, устраиваясь в объятиях Ойкавы поудобнее. Ойкава улыбнулся, приподнял голову - и вдохнул запах еще раз, уткнувшись носом в волосы на макушке.
Он подумал о том, сколько еще им предстоит друг о друге узнать, скольким привычкам удивиться, сколько еще потаенных мест скрыто на их телах, казалось бы, таких знакомых. А этим утром Ойкаве, который целую ночь одиноко провел на своем краю футона, как никогда хотелось, чтобы скорее наступила осень - тоже их первая. Он прижался всем телом, стиснул изо всех сил и сказал:
- Я соскучился.