Actions

Work Header

Коэффициенты, дроби, проценты

Work Text:

Во всем виновата Стелла, от начала и до конца. Когда этот неприятный инцидент неизбежно приведет к граду пуль и орущему до хрипоты Дэнни где-то на фоне (потому что такова жизнь Стива, а значит, все и всегда ведет к крикам и перестрелкам), Стив всецело возложит вину на сестру Дэнни. В конце концов, именно она прислала письмо.

Технически, Стив мог бы обвинить еще и самого Дэнни. Ведь это Дэнни, яростно жестикулируя, с отчетливо пульсирующей веной на лбу, сообщил Стиву, что на этот раз ему придется самому разгребать за собой дерьмо, и что он, Дэнни, ни за какие деньги, даже под страхом смерти не станет заполнять отчеты по этому делу.

Так что Стив остался в штаб-квартире, предоставленный самому себе, наедине с бумагами, ожидавшими детального заполнения, и руководством по администрированию отдела, который, по словам Дэнни, такой же толстый, как череп Стива. Проблема заключалась в том, что там были коды. Определенные последовательности из цифр, которые требовалось вписать в определенные ячейки. Все номера были разными и отличались между собой в зависимости от места ячеек. Стив не бездельничал в военно-морской разведке, он умный, он знал, как обращаться с компьютером. Но цифры и ячейки? Они сбивали его с толку.

В общем, он сделал то, что сделал бы любой разумный человек, столкнувшись с безжалостной бюрократией. Он пробрался в офис своего напарника в поисках выхода из затруднительного положения, убежденный, что Дэнни, проработав с ним столько лет, составил что-то вроде шпаргалки. Скорее всего, Дэнни начал ее составлять уже в первую неделю после создания "Пять-0". Помнится, на третьем совместном расследовании он строго проинформировал Стива, что существует семь различных кодов, которые вольном толковании означают "неоправданная порча имущества", и он уже запомнил их все. Так что Стив знал с абсолютной уверенностью, что у Дэнни где-то были припрятаны аккуратно распечатанные заметки с самыми часто используемыми кодами и вариантами расшифровок.

Оставалось только найти их.

И молиться, чтобы там оказался код для "Мы вывезли осужденного преступника из тюрьмы в надежде получить от него ценную информацию по текущему расследованию, но он застал нас врасплох и теперь находится в бегах. Снова. В третий раз. Или в четвертый — можно подумать, кто-то считает".

Серьезно, ебаный Санг Мин. Наверное, Стив мог бы спихнуть вину и на него. И на перевозчика наркотиков, использовавшего иммигрантов без документов в качестве своих распространителей.

На самом деле, целый ряд случайностей — и за каждую из них непосредственную ответственность несли другие люди — привел к тому, что тем вечером Стив молча открыл ноутбук своего напарника и ввел в маленькую строку для пароля вес Грейси при рождении.

Стив не ожидал, что на экране появится открытая почта Дэнни, и честно собирался выйти из программы, проявив уважение к его личной жизни, как хороший друг. Но потом он увидел ответ, который Дэнни так и не успел отправить до начала очередного пиздеца из тех, что по обычаю происходили на Оаху в конце дня.

"Поверить не могу, что ты мне это прислала. О чем ты думала?"

И Стив — он беспокоился. Беспокоился о своем напарнике, о сестре своего напарника, и об отношениях своего напарника с его сестрой, учитывая, что тот явно пришел в ужас от содержимого письма. В общем, Стиву было очень беспокойно.

Еще немного любопытно, но в основном беспокойно.

Так что он прислушался на секунду, нет ли кого поблизости, украдкой бросил взгляд через жалюзи офиса, а затем пододвинул вперед кресло, сел в него и вернулся на станицу назад, к исходному письму.

Там была только ссылка.

Стив не был знаком со спецификой сайта Buzzfeed, но по реакции Дэнни решил, что это, должно быть, что-то очень серьезное, поэтому кликнул по ссылке.

Видит бог, лучше бы он этого не делал.


************


В результате тех событий прямо сейчас Стив сидит неподвижно в водительском кресле, а Дэнни рядом с ним разыгрывает целую симфонию, обвиняя в суицидальных наклонностях и заодно в попытке прихватить Дэнни с собой на тот свет, ударяясь рукой о солнцезащитный козырек и даже не замечая этого, и потихоньку синея оттого, что в легких медленно заканчивается кислород.

Стив что-то возражает, просто чтобы заставить Дэнни остановиться на секунду и вдохнуть, но даже под дулом пистолета не вспомнит свои слова, потому что в голове на повторе крутится только одна мысль: "Насколько процентов ты боттом?"

Это все, о чем Стим думал целыми днями с тех самых пор, как нажал на злосчастную ссылку, а потом ответил на все вопросы дебильного интернет-теста. Последнее не списать даже на озабоченность-тире-любопытство. Нет, он просто идиот — это Стив способен признать.

И если до сих пор он был, возможно, втайне немного без ума от Дэнни, то теперь совершенно потерял голову.

Потому что, когда Дэнни сгибается в каком-то безумном положении, чтобы достать одноразовый телефон из-под кровати на месте преступления, Стив может думать только: "Какая у тебя любимая поза?" Когда Дэнни непристойно водит языком по губам, слизывая крошки маласады, Стив может думать только: "Тебе нравится делать римминг?" Когда Дэнни выкручивает руки агрессивному вору драгоценностей на капоте патрульной машины, с энтузиазмом зачитывая ему права и демонстративно глядя на Стива, Стив может думать только: "Какое твое любимое место для секса?" И каждое, каждое утро, когда Дэнни заходит в штаб-квартиру важной походкой, теребя пальцами шелковый узел галстука на шее, Стив может думать только: "Тебе нравится, когда тебя связывают во время секса?"

— Эй, детка?

— Наверное, мне бы понравилось.

Воцаряется тишина. Стив приходит в себя во дворе своего дома, сжимающим руль до белизны в костяшеках, и двигатель все еще работает. Дэнни уже почти вышел из машины, а Стив даже не помнит, как доехал. В его голове полный кавардак из мыслей о связывании во время секса и "наверное, мне бы понравилось".

Черт.

— Тебе бы понравилось… заглушить двигатель и зайти в этот прекрасный дом прямо перед тобой? — медленно говорит Дэнни, подозрительно щуря глаза, будто пытается прочитать мысли Стива.

Стив кивает, не доверяя своему голосу, и выбирается из Камаро.

Он шагает внутрь, идет через дом прямиком на веранду, лишь ненадолго сделав остановку на кухне, чтобы достать из холодильника стейки. Он концентрируется на текущем моменте, на проверке гриля и переворачивании мяса, и задает Дэнни бестолковые вопросы о новом увлечении Грейс (сейчас это человеческая анатомия, и он молится, чтобы Грейси хватило здравого смысла не рассказывать своему отцу о том, что однажды Стив научил ее обездвиживать человека в два быстрых движения). Он потягивает пиво, смотрит на волны и делает вид, что не замечает, как Дэнни наблюдает за ним, не прерывая болтовню обо всем подряд.

Когда они занимают свои привычные места на пляже, Стиву кажется, он не вдыхал полной грудью ни разу за целый вечер. По бутылке стекают холодные капли и, просачиваясь сквозь пальцы, падают на темный песок под ногами. В конце концов у Дэнни заканчиваются слова. Он замолкает, как обычно бывает, когда он доволен, сыт и расслаблен.

Замолкает, как обычно бывает, когда он хочет усыпить бдительность Стива, создав ложное ощущение безопасности.

— Итак, что с тобой?

Слова звучат спокойно, почти безмятежно, и все же Стив слышит за ними требование.

— Что?

Он косит под дурачка. Это его лучшая защита — по словам Дэнни, по крайней мере, — и обычно Стив отрицает эти порочащие намеки, но сейчас собирается попробовать заставить их работать на себя.

— Ты всю неделю ведешь себя странно, даже по твоим меркам. И, знаешь, я старался не давить, дать тебе время разобраться со своим эмоциональным запором, ведь меня так воспитывали, да, я воспитанный человек, но мое терпение заканчивается…

— Терпение? Твое? Быть того не может.

— … потому что сегодня вечер пятницы, мы успешно закрыли дело, у меня в руке отличное холодное пиво и совершенно нет сил притворяться, будто ты не ведешь себя, как псих.

Стив снова начинает беспокоиться об уровне кислорода в его крови.

— Так что не мог бы ты просто объяснить, почему ведешь себя, как псих, чтобы я помог тебе справиться с этим психозом, и, как следствие, ты мог уйти спать, пройдя бесплатную двухчасовую терапию, а я мог уйти спать, не волнуясь, что твой психоз обернется огнем и кровью для всех нас.

Огонь. И кровь. Шакалы и гиены.

— Ты ходил на драмкружок в школе?

— Стивен.

— Что? Это закономерный вопрос.

— Это не закономерный вопрос, — Дэнни выпрямляется, втыкает бутылку пива в песок и поворачивается к Стиву. Черт. — Это техника отвлечения, диверсия, уловка, и я на нее не попадусь, — у него на лбу снова пульсирует вена. — Я не позволю заговорить себе зубы и помешать выяснить, с каким видом макгарреттнусти я тут столкнулся…

Голос Дэнни поднимается с каждым словом, громкость подпитывает его запал, а все, о чем Стив может думать: "Ты кричишь во время секса?"

— … Потому что у меня есть время, у меня есть ресурсы…

"У тебя есть дилдо, вибратор или анальная пробка?"

— … у меня есть сменная одежда в багажнике…

"У тебя есть джоксы?"

— … а всю нужную для выживания еду я могу заказать по телефону…

"Какого цвета твой айфон?"

— … и это означает, Стивен, что я могу остаться здесь надолго, хоть на все выходные, если только так смогу разобраться, насколько все запущено.

— На сколько процентов ты боттом?


************


По тому, как Дэнни начинает давиться воздухом, который как раз вдыхал, Стив понимает, что спросил это вслух.

Чистый, неподдельный ужас почти останавливает сердце в его груди.

— Что ты сказал?

Стив не может дышать, легкие сморщились, как изюм, и все нутро скрутило узлом. Он будто снова в Афганистане, молится, чтобы его грузовик доехал до базы, ни на чем не подорвавшись.

Дэнни смотрит неверящим взглядом — точно такой же был у него, когда Дэнни впервые услышал, что Рэйчел больше не увезет от него Грейс, — словно не может понять, что он сейчас услышал. Словно пытается расшифровать гавайский диалект.

Он прочищает горло.

— А ну-ка повтори.

— Я, это… Принести еще пива?

Дэнни выпячивает подбородок, поджав губы, и щурится.

— Не думаю, что это тот же вопрос.

Самое время для тактического отступления. Стив преследовал террористов по всему свету, он кое-что в этом понимает.

— Схожу за пивом.

Он выпрыгивает из кресла, но успевает сделать лишь два шага прежде, чем из-за спины раздается недовольный рык, что-то хватает его за лодыжку, и Стив падает лицом в песок. Затем следует какая-то возня, а в следующее мгновение Дэнни взбирается на него всем телом, усаживается прямо по центру спины и руками надавливает на плечи.

Выплюнув изо рта раздавленные лепестки плюмерии и осколки ракушек, Стив, наконец, в сердцах спрашивает:

— Какого хрена?

— Ты шарил в моем ноутбуке?

— Ты что, сидишь на мне?

— Ты читал мою личную переписку?

— Ты что, сделал мне подножку? Ты сейчас сделал мне подножку?

— Я подцепил тебя за лодыжку, это совершенно другой прием…

— Не суть, Дэнни, ты же…

— Стивен.

Низкий полушепот Дэнни раздается прямо над его ухом, и Стиву приходится проглотить свой хнычущий стон, чтобы сохранить достоинство.

Не то чтобы от него много осталось.

— Стивен, ты только что спросил меня, на сколько процентов я боттом?

— Нет.

Он чувствует, как Дэнни ерзает по нему, сползая ниже. Щеку вдруг обдает горячим дыханием, щетина Дэнни щекочет чувствительную кожу на мочке уха.

Стив сейчас умрет, точно умрет, его сердце бьется так сильно, что удивительно, как земля не дрожит от вибраций.

— Узнал, на сколько процентов ты боттом?

— … нет.

Руки Дэнни съезжают на песок рядом с головой Стива, мускулы в них напрягаются, приняв на себя больше веса. На запястьях видны песчинки, застрявшие между тонкими светлыми волосками.

— Стивен, — говорит Дэнни. Стив чувствует что-то горячее и влажное на щеке, легкое давление, а затем все исчезает — У тебя высокий процент?

Стив выплевывает песок и выдыхает:

— Нет.

Дэнни легонько кусает его за кончик уха и сжимает губами. Его голос звучит так близко, что кажется, будто он в голове Стива, или Стив видит сон наяву.

— Ты врешь мне?

— Да, — шепчет Стив.

Тепло на спине неожиданно полностью исчезает. Бешено стучащее сердце Стива, заклинившие легкие и скрутившийся в узел живот — все разом падает куда-то в пятки. Потом ему в плечо впиваются пальцы и переворачивают на спину, а через секунду, которая уходит у Стива на размышления, нужно ли ему заслонить лицо от возможного удара, Дэнни снова на него садится, на этот раз — оседлав бедра.

— Отвечая на твой вопрос, Стивен, в отличие от тебя я не увлекаюсь бесполезными тестами в интернете, так что, честно говоря, понятия не имею, на сколько процентов я боттом.

Затем его губы растягиваются в ехидной ухмылке, и он проезжается вперед и назад по промежности Стива, и… Ох.

— Но я готов выяснить.


************


Удивительно, принимая во внимание жизнь Стива, но это тяжелое испытание не заканчивается градом пуль. Хотя Дэнни все же срывает голос до хрипоты.