Actions

Work Header

Resolution

Chapter Text

Скажи мне,

Мне надо знать,

Куда ты собираешься.

Потому что если ты устала,

Я сбавлю темп,

Заставив тебя потерять самообладание.

The xx

 


 

После разделенной на двоих истории стало тихо. Санджи подумал было налить себе еще вина, но в итоге отказался от этой идеи. На нем уже начинал сказываться эффект от девятичасовой рабочей смены, как и эмоциональная встряска из-за ночных событий. Санджи потянулся за телефоном и проверил время: почти половина пятого. Он положил телефон обратно на стол и перевел взгляд на Зоро. Тот наблюдал за ним, не скрываясь, но лицо у него оставалось старательно лишенным выражения.

Санджи кивнул на телефон:

 – Хотел узнать, насколько сейчас поздно… или рано, – он улыбнулся Зоро, но улыбка превратилась в зевок. – О, прошу прощения. Уже половина пятого, а я почти сутки на ногах.

 – Пора бы мне собираться, пожалуй, – тут же ровным голосом ответил Зоро.

У Санджи что-то неприятно дернулось в животе.

 – Если хочешь, можешь переночевать здесь. Мне сегодня никуда не надо, – он поморщился. – А может, и не только сегодня, если управляющая “Жадины” позвонит в агентство, которое обычно предлагает мне работу.

– Уверен?

– Да, без проблем, – Санджи едва удержался, чтобы не добавить: “Я хочу, чтобы ты остался”.

– Было бы здорово. Чувствую, я сейчас не особо в состоянии добираться до дома на такси, – Зоро душераздирающе зевнул.

– Хорошо, – Санджи покрутил в руках ножку своего бокала, а потом оставил его в покое, решив более не избегать нависший вопрос. – Тогда оставайся, – он метнул взгляд на Зоро. – Наверное, я должен бы произнести это с легкостью, учитывая сколько мы сегодня друг другу уже рассказали, но на деле оказывается, что нелегко, поэтому я просто скажу. Как ты, надеюсь, понял, под предложением “переночевать здесь” я не подразумевал, что тебе придется спать на диване. Разве что ты хочешь именно этого.

На секунду повисло молчание. У Санджи сердце колотилось о ребра, и он отчаянно старался не выдать свои чувства. Однако прошло лишь несколько мгновений, и на лице Зоро медленно появилась улыбка.

– Я очень надеялся, что ты скажешь что-то подобное.

У Санджи груди будто взорвался новогодний фейерверк, и он улыбнулся в ответ:

– Хорошо.

Зоро больше ничего не сказал, а Санджи ясно осознал, что больше ничего и не требовалось говорить. Он поднялся с пола и перебрался на диван, чтобы сесть поближе к Зоро. Не отводя взгляда от его темных глаз, Санджи подался вперед, пока между их лицами не осталась только несколько сантиметров. Ему хотелось закончить начатое, сократить расстояние до нуля, но почему-то он прошептал:

– Можно?

Вместо ответа Зоро тоже качнулся вперед и своими губами нашел рот Санджи; а потом они целовались. Санджи различил привкус виски и нечто незнакомое, с трудом определяемое – как всегда бывает при первом поцелуе, в тот момент “Ого” и “М-м-м”.

Внезапно голова так закружилась, что пришлось сжать руки в кулаки, чтобы удержаться на месте. А потом он втянулся в поцелуй, подстроился под него, почувствовал губы, язык, зубы, как менялось нажатие, то уступая, то усиливаясь, пока они чуть не отстранились друг от друга, и Санджи перевел дух, потому что – хоть признать ему не позволяла гордость – он задыхался. Он отодвинулся так, чтобы хорошо видеть Зоро, и, как оказалось, тот смотрел в ответ с жаждой ровно такой же, как у самого Санджи. 

Они пару секунд вглядывались друг в друга, проверяя, все ли в порядке. И снова подались друг к другу, стали целоваться; рука Зоро скользнула Санджи на бок, где и осталась, прямо под ребрами. Привлекая его ближе, совсем чуть-чуть. Санджи не стал сопротивляться руке, углубляя поцелуй, но воспользовался этим движением, чтобы сильнее прижаться губами к чужому рту. Рука Зоро сдвинулась ниже, еще крепче притискивая их друг к другу.

Вот так, да.

Санджи поднял руку, дотронулся до плеча Зоро, медленно провел ладонью по изгибу его шеи. А затем обхватил его за затылок, прижимаясь в ответ, и целовал, целовал снова и снова, потому что к тому моменту фейерверки превратились практически в сверхновую звезду. Он удерживал рот Зоро своим и все пытался проверить, насколько далеко сможет в него пробраться, язык терся об язык, а губы вжимались сильно, почти до боли. И тут Зоро отстранился.

Что за…

Обнимающая его рука напряглась, подтягивая ближе. Санджи, не разрывая поцелуя, потянулся вверх, перекинул ногу через бедра Зоро и оседлал их. Свободной рукой он вцепился в другое его плечо, подался вперед, а потом оторвался от Зоро и отстранился; они вновь посмотрели друг другу в глаза.

Зоро откинул голову на спинку дивана, слегка приоткрыв губы. Он не отводил взгляда от Санджи, и уголки рта у него медленно изогнулись в улыбке.

Вызов принят.

Санджи отзеркалил улыбку, а потом наклонил голову и нашел губами чужую шею. Прижался к ямочке между ключицами и языком стал прокладывать себе путь наверх. Он почувствовал, как Зоро отреагировал, и, широко улыбнувшись, нежно сжал зубы на коже. Низкий звук, что-то среднее между выдохом и стоном, намекнул, что надо продолжать. Поднимаясь по горлу выше, Санджи обнаружил свисающие из уха золотые сережки и, смягчив прикосновение, осторожно провел по ним языком, добравшись до мочки.

Раздался еще одни почти беззвучный стон, и руки Зоро крепче сжались у Санджи на бедрах. А через секунду Зоро повернул голову и губами нашел его губы, вовлекая их в очередной голодный поцелуй. Санджи дернули за талию, подтягивая, и он подчинился, Зоро под ним вскидывал бедра, и они каждый раз вжимались друг в друга расплавляющим внутренности движением, постанывая друг другу в рот. От удовольствия Санджи на минуту выпал из реальности, а когда пришел в себя, то Зоро уже трудился над его шеей, впившись в то место, где горло переходило в плечо, и целовал до тех пор, пока Санджи не почувствовал, как кожу закололо.

– М-м-м, – Санджи дернулся, и Зоро тут же повернулся к нему – убедиться, что все в порядке.

– Чересчур?

– Нет, нет, – Санджи широко улыбнулся и слегка наклонился, подставляя шею. Предлагая Зоро продолжить начатое. И через мгновение рот Зоро вновь впился в его горло, губы исследовали, язык надавливал, внутри Санджи пробежала горячая дрожь, усилив тот жар, что уже скопился внизу живота.

Зоро опять слегка вскинул бедра, и Санджи не стал сопротивляться рукам, которые, подхватив его под спину, нетерпеливо протащили его по чужим коленям. Пах обдало огнем, Санджи бесстыдно вжался в лежащего под ним Зоро своим все увеличивающимся стояком. Он вцепился в плечи Зоро, впился пальцами в мускулы под темно серой футболкой. Склонил голову и снова нашел рот Зоро своими губами, хотел еще раз его попробовать на вкус. Чужие губы с готовностью раскрылись, и снова случился тот пьянящий кайф от новизны и того, что можно желать, исследовать, вновь находить тот слабый характерный привкус виски, на секунду задаваться мыслью: а чувствует ли Зоро запах сигарет, но не сильно об этом беспокоиться.

Санджи дернули за рубашку. А через секунду его словно ударило током от ощущения пальцев на коже: руки Зоро пробрались под ткань и скользнули по бокам, обхватив под ребрами. Не сказать, что пальцы у Зоро были холодные, наоборот, от него исходил жар, но Санджи слегка потряхивало от прикосновений. Он открыл глаза и перехватил его взгляд. Ладонь Зоро под рубашкой неторопливо поднималась все выше и выше, кончики пальцев легко и небрежно касались кожи. А потом Зоро скользнул ими вбок, его большой палец задел сосок, и Санджи вздрогнул. Губами он почувствовал улыбку Зоро, и уже через секунду тот легонько ущипнул его за сосок.

– М-м-м, – Санджи не сумел подавить стон, к щекам прилила кровь.

Зоро только улыбнулся еще шире:

– Тебе нравится так? – и снова медленно сжал пальцы.

Санджи с силой выдохнул, слегка повернул голову и снова встретился взглядом с Зоро. Темные глаза, серые или карие: в полумраке даже с такого близкого расстояния он бы не назвал их цвет. Спокойные и внимательные, а еще – та самая улыбка, губы слегка приоткрыты. Линия ключиц, исчезающая под воротником футболки. Неясный темный ореол синяка на скуле.

Санджи внезапно нагнулся и прикусил нижнюю губу Зоро. Потянул за нее, потом выпустил и прошелся губами по линии челюсти, пощипывая кожу. Зоро под ним резко вдохнул. Добравшись до уха, Санджи сомкнул зубы на том месте, где три золотые серьги крепились к мочке. На несколько секунд сжал их, выпустил, и тихо, не отстраняясь, прошептал.

– Ты что-то сказал? – он постарался сопроводить слова выдохом и заметил, как Зоро слегка вздрогнул.

Рука, которая лежала у него на груди, под рубашкой, резко сжалась. Санджи не противился. Одной рукой по-прежнему держась за плечо Зоро, другую он неторопливо направился вниз, провел по груди и животу. Туда, где они вжимались друг в друга. Скользнул ладонью между телами, обхватил то, что там вздымалось, и сжал в горсти.

На этот раз пришла очередь Зоро издавать невнятные звуки. Санджи нарочито медленно провел языком по всем изгибам его уха, а потом прикоснулся губами и спросил снова:

– Нравится?

Зоро еще раз издал хриплый грудной стон и коротко отозвался:

– Да.

Теперь настал черед Санджи улыбаться. Мазнув губами по коже прямо под ухом Зоро, он медленно вернулся к его губам, одарив напоследок тягучим поцелуем, после чего слегка откинулся назад и посмотрел сверху вниз. Зоро, чья голова по-прежнему лежала на спинке дивана, поднял глаза в ответ. Санджи почувствовал, как чужая рука немного сдвинулась в сторону и оказалась на ребрах, слегка поглаживая.

– Как бы мне ни нравилось целоваться на диване, – негромко сказал Санджи, – как тебе идея перенести этот процесс в спальню?

И снова на лице Зоро появилась та самая улыбка.

– Замечательная идея.

Санджи кивнул. Он соскользнул с колен Зоро, встал на ноги и, подхватив со стола телефон, выключил его. Зоро тоже поднялся с дивана и, когда Санджи направился из комнаты, пошел следом за ним - так близко, что они почти натыкались друг на друга в коридоре.

Санджи толкнул дверь в спальню и сразу шагнул к лампе на прикроватной тумбочке, щелкнул выключателем, и комнату затопил мягкий желтый свет. Он обернулся: Зоро стоял в дверях, пристально осматривая комнату. Та самая манера быстро проверить территорию, которую Санджи уже заметил у него, когда они только пришли в квартиру. Санджи, неторопливо приближаясь к Зоро, обвел комнату широким жестом:

– Теперь ты видел всю квартиру. Маловата, но я ее люблю.

Зоро переключил свое внимание на Санджи:

– Мне нравится. Не слишком... много вещей.

Санджи весело фыркнул.

– Да уж… я не привык накапливать ненужное барахло. Могу позволить себе тратить деньги только на профессиональные инструменты.

Зоро кивнул; теперь он, не отрываясь, смотрел на Санджи. Тот сделал несколько шагов к двери и мягко ее толкнул, закрывая. Когда он повернулся обратно, Зоро внезапно оказался очень близко и поймал губы Санджи своими, прижался к нему так, чтобы Санджи пришлось пятиться назад, покуда он не уперся спиной в дверь. Санджи неопределенно хмыкнул, но не протестовал, руками схватил Зоро за бедра. Тот подался вперед, углубляя поцелуй, и быстро укрепил свою позицию: одной рукой удерживая Санджи за плечо, другую сунул ему под рубашку и повел вверх. Санджи, пришпиленный к двери, стиснул кулаки и попробовал удержать хоть какую-то трезвость сознания. Без особого успеха, потому что поцелуи Зоро порождали у него в мозгу что-то вроде короткого замыкания, и в итоге его хватало только стоять прямо и не сползать под тяжестью Зоро вниз по двери.

Его рванули за рубашку, что удержало его в реальности, но ненадолго. Ладонь Зоро продолжала пробираться выше, пальцы оглаживали кожу, но у Санджи, с силой прижатого спиной к двери, создавалось ощущение, что его поймали в ловушку, потому что ткань рубашки слишком натянулась. Санджи повернул голову, разорвав поцелуй, и проворчал:

– Эй... Осторожнее, ты так порвешь мне рубашку.

Зоро заглянул ему в глаза и приподнял краешек рта:

– Хочу сорвать ее с тебя.

– Ну уж нет, голова-трава! – Санджи схватил Зоро за руку и резко потянул вниз, стараясь сбить ее с намеченного курса. Бесполезно, все равно, что пытаться сдвинуть гору с места. Зоро ухмыльнулся, и Санджи решил прекратить валять дурака. Он быстро обхватил ступней лодыжку Зоро, одновременно оперся локтем, как рычагом, на дверь у себя за спиной и оттолкнул их обоих.

Его движение застало Зоро врасплох, и он оступился, отчего они вдвоем, шатаясь, сделали несколько шагов вглубь комнаты. Санджи воспользовался преимуществом обретенной свободы, вклинился коленом между их телами и, уперевшись ногой, заставил их разделиться. Зоро отпустил руки, выпрямился и вопросительно посмотрел на Санджи.

Санджи в ответ ему улыбнулся с предостережением:

– Повторяю, повнимательнее с рубашкой.

Зоро чуть приподнял брови:

– Я бы лучше повнимательнее ознакомился с тем, что под ней.

– Я обеими руками “за”, – ухмыльнулся Санджи. – Но. знаешь, существует такое замечательное изобретение, которым в наши дни люди пользуются, чтобы снять одежду. Называется “пуговицы”. Я уверен, что если буду объяснять тебе медленно и по слогам, то даже ты разберешься, как оно работает, – он направился к кровати.

Зоро шагнул за ним, снова сокращая расстояние.

– Мне не нужны инструкции.

– Это хорошо, – Санджи не стал ждать, пока Зоро до него дойдет, а предвосхитил события: вскинул руки и обвил широкие плечи, притянул голову Зоро вниз, чтобы поцеловать. По груди Санджи пробежали пальцы, легко дергали и тянули, медленно расстегивая на нем рубашку. Демонстративно медленно. Если б можно было с сарказмом расстегивать рубашку, то именно этим бы Зоро сейчас и занимался.

Санджи ему не мешал; он почувствовал, как последняя пуговица выскользнула на свободу, руки Зоро распахнули рубашку и стянули ее с плеч… И вот тогда он толкнул Зоро назад: они стояли к кровати достаточно близко, и потому Зоро, стукнувшись пятками об нее, потерял равновесие, удивленно вскрикнул и развалился на кровати.

Санджи ухмыльнулся, глядя на него сверху вниз:

– Устраивайся поудобнее.

Зоро нахмурился было… Но недовольная гримаса быстро превратилась в опасную улыбку.

– На то и рассчитываю, – он вскинул руку настолько быстро, что Санджи даже не ожидал: его обхватили за запястье и потянули на себя так, что устоять не представилось никакой возможности. Санджи дернуло вперед, и он распластался на Зоро; все случилось так неожиданно, что он даже вскрикнул. Он попробовал упереться руками в кровать и оттолкнуться, но ничего не вышло; Зоро крепко обхватил его двумя руками и перекатил их обоих, так что Санджи, в итоге, оказался на спине и вскинул глаза на Зоро. Который торжествовал с откровенно самодовольным выражением на лице:

– Ну вот, мне удобно. А тебе?

Санджи слегка повозился под весом чужого тела, параллельно обдумывая, как взять реванш.

– Великолепно, спасибо.

Улыбка у Зоро стала шире… А потом он нагнулся к Санджи, чтобы найти его губы. Тот не противился, рассчитывая таким образом выиграть время. А потом и вовсе забыл обо всем.

Охренеть.

Санджи всегда любил целоваться, а Зоро, видит бог, умел целовать. Рот Санджи заполнило теплом, оно расцвело и стекло вниз по горлу, через все тело до кончиков пальцев на ногах. По пути заглянув в прочие… важные места.

Рука прошлась по ребрам, пальцы поднялись выше. Снова нашли его сосок и подразнили, так же, как язык Зоро дразнил его рот. Санджи по сути ерзал на кровати, нечленораздельно стонал и снова ерзал, уже от смущения. Зоро снова ущипнул его, и Санджи шумно втянул воздух, а потом, с трудом высвободив рот, выдохнул:

– Ты… имеешь слабость к соскам, что ли?

Зоро, глядя на него сверху вниз, слегка ослабил нажим.

– Хм-м… а ты – нет? – и снова медленно улыбнулся. Грубоватая подушечка его пальца, задевая ставшую чувствительной кожу, заставляла Санджи дергаться.

– М-м-м… – Санджи снова выдохнул, запрокинул голову, на секунду смежил веки. Когда он снова открыл глаза, Зоро, не отрываясь, смотрел на него с каким-то изумленным выражением лица. Санджи приподнял бровь:

– У тебя все нормально?

Зоро моргнул. Краска бросилась ему в лицо. Он глубоко вдохнул, а потом склонил голову и снова жадно поцеловал Санджи.

– Да.

Санджи по голосу услышал, что на одном-единственном слове Зоро споткнулся, но не в плохом смысле. И все ему вдруг осветилось ярким теплым сиянием. То самое чувство, когда ты знаешь, что срываешься в пропасть, но кто-то падает туда вместе с тобой.

Он вернул Зоро поцелуй, а потом – ему хотелось, ему надо было почувствовать больше прикосновений, больше кожи к коже – он потянулся вверх и нашел воротник рубашки Зоро. Начал быстро расстегивать пуговицы, сверху вниз. Он уже был на половине пути, но тут Зоро откинулся назад, выпрямился и сел на колени, схватился за низ рубашки и, стащив ее через голову, зашвырнул куда-то за кровать.

Когда Зоро, отстранившись, сел на колени, Санджи приподнялся на локтях. Он оглядел голые плечи Зоро – о да, – и загорелые руки и опустил глаза ниже. И его взгляд остановился там, наткнулся и замер; тревога прорвалась через поднимавшуюся волну тепла, которая накрывала их с головой.

Весь торс Зоро по диагонали пересекал длинный шрам, который сбегал практически от левого плеча к правому бедру. Ему, очевидно, было уже несколько лет, а выглядел он так, словно швы накладывали с закрытыми глазами. Нож или мачете, или еще какая-то хрень; Зоро, должно быть, страшно повезло, что он оставался жив.

"Я сам вырос в одном из таких вот неблагополучных районов. Я чуть не впутался в одну очень неприятную историю."

Санджи не осознавал, что пялится, пока не заметил повисшую между ними тишину. Он почувствовал, как напряглось тело сидящего над ним человека; Санджи быстро вскинул глаза и увидел, что Зоро смотрит на него сверху вниз, и лицо у него ровное. Ничего не выражающее. Он ждал реакции Санджи, шока. Или отвращения.

Как только Санджи это понял, он оперся на кровать и сел прямо. Одной рукой обвил Зоро за плечи, а второй обхватил его затылок и притянул в поцелуй. Несколько секунд Зоро еще оставался в напряжении, но потом расслабился и ответил на прикосновение.

Поцелуй кончился, но Санджи не торопился отпускать Зоро, медленно терся щекой о щеку, вдыхая запах его кожи. Руками медленно поглаживал его поясницу.

Наконец они оторвались друг от друга. Зоро заглянул Санджи в глаза, и в его взгляде по-прежнему оставалась настороженность.

– Если хочешь пошутить насчет Франкенштейна, то сейчас самое время.

Санджи поджал губы так, словно действительно раздумывал над его предложением. Потом мотнул головой:

– Не, это слишком банально.

У Зоро дрогнули губы:

– Что обычно никого не останавливает.

И тут Санджи действительно разозлился. Не на Зоро, а на того, кто когда-то однажды оказался достаточно глуп и бестактен, чтобы посмеяться над этим шрамом.

– Ты, не в обиду будет сказано, обычно тусуешься с какими-то уродами, видимо.

– Ну, пожалуй… – Зоро, слегка пожав плечами, частично признал его правоту. – Обычно это захватывает людей врасплох.

– Мгм, – промычал Санджи, показывая, что понимает. – Полагаю, что такое не ввернешь в разговоре как бы между делом.

– Как-то так, – согласился Зоро. Он все так же заглядывал Санджи в глаза, видимо, пытаясь понять, что там видит. – Я все еще могу пойти спать на диван, если хочешь, – попытка улыбнуться искривила уголки его рта.

– Только попробуй, – предостерег Санджи, за поясницу притягивая Зоро к себе поближе. После секундного колебания Зоро уступил и подался вперед, пока они не обвились вокруг друг друга. Санджи опустил подбородок на чужое плечо, прижал губы к уху. И тихо сказал: – Если честно, ты настолько привлекателен, что я с трудом могу сосредоточиться. Просто, чтобы ты знал.

Он услышал, как Зоро мягко недоверчиво фыркнул, словно сомневался в искренности его слов. В ответ Санджи нахмурился; дотянулся до ребер Зоро большим пальцем и указательным и больно ущипнул кожу.

– Эй! – Зоро подпрыгнул. – Черт тебя подери, кок, за что?

– За то, что ведешь себя как придурок, – Санджи откинулся назад, чтобы посмотреть Зоро в глаза и не дать отвести взгляд. – И за невежливость. Я сделал тебе комплимент, тупица. Прими его с достоинством.

Зоро немного нахмурился.

– Я думал, ты шутил.

– Нет, мох-вместо-мозгов. Я проявлял галантность. Цени это, такое случается не так уж часто.

Несколько мгновений спустя Зоро едва заметно кивнул головой. Он пристально посмотрел на Санджи… А потом нашел своей рукой его ладонь и переплел пальцы.

– Ладно.

Какое-то время стояло безмолвие. Санджи сидел смирно, ноги – по обе стороны от бедер Зоро, рука – по-прежнему на его пояснице. Он чувствовал тепло от кожи Зоро, изгиб его спины, твердость мускулов под пальцами. Неловкость, казалось, ушла, но Санджи осознавал, что надо двигаться вперед медленно. Бережно. Он хотел смотреть на Зоро, разглядывать это тело, от которого рот наполняется слюной, смаковать его. Даже шрам, хотя он понимал, блин, что это неправильно, что у него появляется какой-то ненормальный фетиш, и это даже хуже, чем отпускать тупые шуточки…

Адреналин и усталость закрутили в груди в маленький крепкий циклон тревоги, и Санджи с усилием оборвал эту мысль.

Все, хватит.

Всего лишь прилив недружественных химических процессов в организме выкинул два своих обычных фокуса: разогнал пульс до того, что он стал бить в ушах, и пустил волну жара, отчего кожа покрылась капельками пота.

Просто прекрасно.

Расстроившись из-за неприятных особенностей своей нервной системы, Санджи закрыл глаза и сосредоточился на дыхании. Медленно вдохнуть. Выдохнуть. Ровно и легко.

Неожиданное прикосновение ко рту заставило его невольно снова открыть глаза: Зоро его целовал. Бережно и с интересом исследователя, совсем не так, как он целовался раньше. Когда поцелуй кончился, Зоро немного отодвинулся и вопросительно заглянул Санджи в глаза. И тот понял, что успел вцепиться рукой в ладонь Зоро, крепко зажав ее в хватке. Он тут же отпустил руку.

– Ты еще со мной? – тихо спросил Зоро, не отводя взгляда от лица Санджи.

– М-м-м… Да, – Санджи быстро провел внутреннюю проверку, все системы вернулись в норму. Он попробовал изобразить беззаботную улыбку. – Почему ты спрашиваешь?

Как выяснилось, Зоро оказался в должной мере наблюдателен, чтобы не попасться на удочку.

– Потому что на минуту мне показалось, что ты где-то в другом месте.

Санджи глубоко, медленно вдохнул и выдохнул.

– Ушел в астрал на секунду. Я совершенно точно здесь.

Зоро большим пальцем поглаживал его по тыльной стороне ладони.

– Я знаю, выглядит очень неприятно. Но если ты думаешь, что меня так порезали в переделке между бандами якудза…

– Я ничего такого не думал, – Санджи мысленно стер из своей памяти мимолетный момент, когда он примеривался именно к такой мысли. – И тебе не обязательно что-то мне объяснять, – он знал, что за шрамом скрывалась какая-то история, и знал, что прямо сейчас не хочет ее слушать. Не хочет, чтобы Зоро пришлось снова отказываться от хоть одной части себя. Не хочет, чтобы Зоро думал о чем-то, кроме них двоих. Здесь и сейчас.

Санджи наклонил голову и прижался губами к ямочке между его ключицами. Приласкал языком кожу, медленно выписывая круги. Прошелся вдоль ложбинки вокруг шеи, поднялся к уху.

У Зоро дрогнули руки, он потянулся к Санджи и крепко схватил его за бедра. Дернул вверх, плотнее усаживая у себя на коленях, цепко сжал талию, удерживая на месте.

Санджи скользнул руками вверх и обеими ладонями обхватил голову Зоро, наклонил ее назад так, чтобы впиться в чужой рот. Не противился рукам, которые притянули его еще ближе, и, двинув бедрами, толкнулся туда, где они прижимались друг к другу. У Зоро где-то в горле родился низкий рокот, который скорее чувствовался, чем слышался. Санджи снова напряг бедра и почувствовал, как по телу прокатилась сладкая дрожь. Почувствовал, как руки Зоро скользнули по талии, втиснулись между ними, пальцы дернули ремень.

О да.

И тогда Санджи тоже потянулся рукой к брюкам Зоро, они оба расстегивали пуговицы, дергали вниз язычки молний, скользили пальцами внутрь, чтобы крепко обхватить горячее и твердое в оболочке из нежного, вжаться и…

О боже да.

Санджи вскинул бедра одновременно с движением ладони Зоро, одновременно со своей собственной ладонью. Не сдерживал себя, оставшись неподвижным только там, где касался чужого тела, где касались его. Закрыл глаза, пока перемены в окружающем мире не заставили их открыть. Санджи откинулся назад, чужая рука по-прежнему лежала у него на пояснице. Поднял взгляд, и потемневшие глаза Зоро не дали ему отвернуться, когда тот пришел в движение, укладывая их обоих на кровать. Санджи ощутил рывок в районе талии, когда чужие пальцы скользнули под ремень штанов. Он молча прогнулся в спине, приподнял бедра, отчего брюки сползли вниз, собрались на лодыжках, упали со ступней. Зоро приподнялся на секунду, только чтобы двумя движениями быстро содрать с себя одежду, и снова растянулся рядом с Санджи на кровати, выдохнул с облегчением так, словно вернулся домой.

Санджи поцеловал рот, который искал его губы, переплел их ноги. Прямо напротив оказался твердый пресс, и Санджи вжался в него бедрами, и тут же запустил пальцы в волосы Зоро, оттянул его голову.

На какое-то время этого хватило. Тереться друг о друга, скользить ладонями, крепко сжимать пальцами, ласкать. Пробовать на вкус языки, губы, кожу. Перекатиться по постели так, чтобы один оказался сверху, а другой – снизу. На практике выяснять, как трогать правильно, проверять ответную реакцию. Раздвигать границы. Рисовать на теле карту новых мест.

Спустя какое-то время наступила передышка, и они разомкнули губы. Санджи вытянулся рядом с Зоро, медленно поглаживая по груди.

Зоро глухо прошептал Санджи куда-то в шею:

– У тебя есть... предпочтения?

– То есть сверху или снизу?

– Угу.

Санджи повернул голову и нашел губы Зоро, поцеловал его.

– Мне нравится и так, и так, – и снова поцелуй. – А тебе?

– Аналогично, – по немногословности Зоро вкупе с некоторым напряжением, скользнувшим в его голосе, Санджи догадался, что Зоро колеблется о чем-то спросить.

Почему взрослые ответственные люди в такой ситуации превращается в восьмилеток, криво усмехнулся про себя Санджи. Словно говорить про секс сложнее, чем им заниматься.

– Я предохраняюсь, – Санджи не представлял, о чем Зоро собирается спросить, но решил предупредить вопрос. – Я ничем не болею. Но не занимаюсь… чем-то небезопасным.

– Хорошо, – на секунду создалось впечатление, что этим Зоро и ограничится, однако пару секунд спустя он добавил: – Я тоже ничем не болею. Проверялся в прошлом году.

Стоит ли спросить? Санджи решил рискнуть:

– Были на то причины?

На мгновение повисла тишина. Санджи поднял голову и заглянул Зоро в глаза. Тот встретился с ним взглядом: темным, уверенным. Скользнув ладонью по руке Зоро до плеча, Санджи быстро сказал:

– Всем надо проверяться. Я сдавал анализы пару лет назад… Пока ждал результат, пережил худшую неделю в своей жизни. Не то что бы у меня были веские основания полагать, что я мог чем-то заразиться, но… ты понимаешь, психовал. Просто надо было сделать.

Зоро едва заметно кивнул головой.

– Когда я… страдал херней, слишком много пил, принимал всякое… Я не всегда хорошо обдумывал свои решения, – он хмуро свел брови. – Не стану вдаваться в детали, но… я понимал, что однажды мне придется сдать анализы, – он сжал рот в тонкую линию, отвел глаза.

Санджи, обладая в этом вопросе многолетней экспертизой, приобретенной на практике, легко мог распознать ненависть к себе. Тень на лице Зоро задела внутри какую-то болезненную струну.

Санджи осторожно провел большим пальцем по шее Зоро к его щеке. Тот снова посмотрел ему в глаза, и Санджи мягко произнес:

– Все совершают ошибки. Именно так мы понимаем, что надо сделать иначе в следующий раз.

Зоро, признавая его правоту, почти неразличимо кивнул.

– Я наделал столько ошибок, что мне хватит до конца жизни.

– Плохо, если бы ты на них не научился, – Санджи зажал серьги Зоро между пальцев и слегка потянул за них. – И я искренне надеюсь, что эту ночь ты не засчитаешь как одну из них.

В ответ Зоро улыбнулся:

– В смысле, когда меня выгнали из клуба за избиение гостей?

Санджи с облегчением увидел, что с лица Зоро уходит тень.

– Нет же, идиот. Не то. Хотя да, это можно расценить по меньшей мере как неразумное поведение.

– Эти придурки сами напросились… – буркнул Зоро, но он по-прежнему улыбался.

– Безусловно. Но, пожалуй, не при свидетелях. Тебе повезло, что они не вызвали полицию.

– Тот козел у бара первый меня ударил, – напомнил Зоро.

– Верно, но сказать, что ты в ответ только защищался, не применяя лишней силы, значит слегка погрешить против истины. Особенно, когда у тебя был вид, словно ты получаешь от происходящего море удовольствия.

– Не я один, – улыбка Зоро вдруг слегка напомнила акулью. – Ты, кажется, тоже прекрасно проводил время.

То была настолько неопровержимая истина, что Санджи не нашел, что ответить. Он решил сменить тему:

– Не настолько хорошо, как сейчас, – он сказал как минимум правду.

Зоро приподнял голову, обвел губы Санджи своим языком и уронил голову обратно на подушку.

– Будет еще лучше.

И Санджи всем своим нутром, где разрасталась теплая дрожь, почувствовал, что действительно так и будет. Он медленно и осторожно выдохнул, совершенно счастливый.

– Хорошо, – он поднял одну руку с бока Зоро и коротко ткнул в сторону от кровати. – В общем… чисто чтобы потом не тратить время на вопросы, смазка и презервативы там в тумбочке…

– Отлично, – Зоро протянул руку и обхватил Санджи за голову, вовлекая его в еще один поцелуй, который снял необходимость в каких-либо дальнейших разговорах.

Санджи потребовалось некоторое время, чтобы восстановить хоть какое-то подобие связного мыслительного процесса. Большей частью из-за того, что необходимость думать излишне отвлекала от исследования каждого сантиметра кожи Зоро: руками, ртом, языком. Поиска на теле тех мест, из-за которых из горла Зоро вырывается этот звук, это вкусное низкое урчание, темные глаза зажмурены, голова откинута назад.

И тогда Санджи сам начал постанывать, он прикладывал все усилия, чтобы сдержаться, закусил нижнюю губу, но без особого успеха. Язык Зоро проделал путь от одного его соска к другому, оставив за собой влажный след, а потом по смоченной слюной коже внезапно пронесся холодок от дыхания. После чего зубы чувствительно прикусили кожу.

– М-м-м, – Санджи заерзал на кровати. Он так и не открыл глаза, потому что и без того сильно смущался, хотя тщательно это скрывал, не хватало еще видеть, как Зоро, с этой своей ленивой улыбкой, смотрит на него сверху вниз.

Теперь язык Зоро направился вниз, по ребрам к животу. Через мышцы пресса. Вжимаясь в чувствительное место на внутренней стороне бедра. Пока пальцы Зоро бродили на противоположной стороне, в точности отражая действия языка, прикасались невыносимо легкими нажатиями, отчего пел каждый нерв на их пути, а Санджи хотелось вцепиться в простыни.

О. Боже. Только. Не останавливайся.

Ему хотелось, чтобы действия переместились туда, где это было действительно нужно. Он уже воображал себе это. У него дрогнули бедра, невольно призывая к тому, о чем он страстно мечтал. Но вместо этого рот Зоро скользнул к изгибу бедра, и начал двигаться вниз. Облизывая, пробуя на вкус, не останавливаясь ни на секунду.

Это было почти невыносимо. Санджи открыл глаза и посмотрел вниз, считая вдохи и выдохи. Зоро лежал между его ног, одной рукой обхватив его бедро. С нарочитой тщательностью целовал внутреннюю сторону колена, пошире раздвинув ноги Санджи. И затем поднял темные глаза на него.

Я хочу твой рот.

Желание Санджи легко читалось в полумраке. А Зоро уже двинулся наверх, прижимая к кровати всем весом, Санджи почувствовал теплое дыхание, а следом за ним – язык, и откинул голову с мягким стоном, когда мечты стали реальностью. От мягкого влажного жара вокруг его члена мир исчез. Легкое скользящее давление, а потом и крепко обхватившие пальцы, медленное неумолимое движение вверх и вниз в сочетании с гибким языком, который то обвивался вокруг головки, то облизывал по всей длине.

Санджи сумел поднять голову, посмотрел вниз. И содрогнулся всем телом: если что и могло довести его до оргазма быстрее, чем ощущение, как Зоро ему отсасывает, так это только наблюдение за тем, как он это делает. Член скользил во рту Зоро. Его пальцы двигались умело и неспешно, сохраняя ровный ритм, съезжали вниз, чтобы сжаться вокруг основания члена, ласково касались ниже.

Чтобы кончить, этого Санджи хватило бы через край. Но он не хотел, не так быстро; не то что бы у него был особый выбор, потому что каждый мускул растаял и превратился в неподдающееся управление желе. Санджи и хотел, и не хотел попросить Зоро остановиться: он плавал в огромном теплом облаке удовольствия и чувствовал накапливающееся напряжение, словно электричество в грозовой туче. И в этот момент ощутил, что Зоро выпустил его член изо рта и вернулся на кровать. Ощутил тяжесть его теплого тела, губы на своих губах. И сумел снова открыть глаза.

Зоро смотрел на него сверху вниз:

– Ты как?

Онемевшие губы Санджи сложились во что-то типа улыбки: максимум из того, на что он был способен.

– М-м… Серьезно… Тебе обязательно спрашивать?

В ответ Зоро тоже улыбнулся, а потом склонил голову и снова поцеловал. Прижался теснее; в живот Санджи уперлось твердое. Зоро провел губами по его челюсти и, приблизившись к уху, прошептал:

– Ты издаешь очень приятные звуки.

У Санджи вспыхнуло лицо.

– Так… Не говори мне такого!

– Почему? – щипок за мочку. – Мне нравится делать так, чтобы ты издавал разные интересные звуки.

– Потому что меня это адски смущает, вот почему, – Санджи попытался сосредоточиться на разговоре, но без особого успеха.

– Могу поспорить, ты любитель покричать, – с уверенностью предположил Зоро, тихо хмыкнув.

– Ты и сам не так давно издавал разные интересные звуки, – напомнил Санджи.

– Угу, – согласился Зоро, судя по всему, ни мало этого не стыдясь. Языком он обвел изгиб ушной раковины Санджи… и скользнул внутрь. Санджи глубоко вдохнул и вздрогнул всем телом, когда влажное тепло языка сменил холодок вздоха. А несколько секунд спустя снова раздался хрипловатый голос Зоро:

– Если честно, ты мне крышу сносишь этими своими стонами, и я бы с радостью тебя сейчас трахнул.

Санджи постарался удержать смешок, вызванный этим крайне нероматичным заявлением, но потерпел неудачу.

– Это ты так соблазняешь?

– Нет, это я так говорю прямо, – огрызнулся Зоро.

– Да неужели, – Санджи с трудом, но справился с неуместным весельем. Повернув голову так, чтобы смотреть Зоро прямо в глаза, он заметил, что на щеках у того появился румянец. – Так значит, ты хочешь получить прямой ответ?

– Если тебе не очень сложно, – Зоро с вызовом встретился с ним взглядом.

– Ну в таком случае… – Санджи на несколько секунд притворился, что всерьез задумался, а потом ухмыльнулся. – Я полностью поддерживаю твою идею. Приступай.

Зоро резко выдохнул… А затем наклонился и засунул язык Санджи в рот так глубоко, что добрых полминуты они скорее не целовались, а боролись. Потом Зоро одним ловким движением поднялся на локте и перекатился к краю кровати. Он протянул руку к тумбочке, вытянул ящик, несколько секунд шарил там, а потом перекатился обратно и шлепнул презерватив на кровать между ними. В другой руке он уже держал бутылочку смазки. Прервавшись на секунду, чтобы проложить дорожку поцелуев от ребер Санджи и вниз, Зоро откупорил смазку и растер ее между пальцев, другой рукой водя по бедру Санджи и с благодарностью поглаживая большим пальцем по напряженным мускулам.

Для Санджи прикосновения кончиков пальцев Зоро на ноге ощущались сродни маленьким разрядам электричества, сильным импульсам восприятия, от которых сжимались мышцы в паху. Он уже был готов, даже больше, чем готов, но в животе по-прежнему оставалось острое напряжение. Рука на его ноге пришла в движение и направилась к члену, а через секунду рот Зоро приблизился к нему и накрыл сверху. Санджи издал отчетливый звук, один из тех, которые Зоро бы, несомненно, назвал “сексуальными стонами”, он выдыхал через раз, непроизвольно вскидывая бедра в ответ на каждое движение Зоро сверху вниз.

Твою мать, господи.

Он словно попал в рай. Рот Зоро на нем, вбирает его внутрь. Санджи снова толкнулся бедрами вверх, и Зоро позволил, рукой скользнул по бедру Санджи, словно направляя. А потом палец, скользкий от смазки, обвел пару раз по кольцу мышц, поддразнивая, и с осторожностью толкнулся внутрь.

– Уф-ф-ф, – Санджи, закусив губу, медленно выдохнул. Постарался расслабиться. Язык Зоро кружил вокруг головки. Санджи открыл глаза, посмотрел вниз на то, как чужой рот вбирает его член. Это заводило. Зоро вскинул на него глаза, проверяя, все ли с ним в порядке. Палец у Санджи внутри стал двигаться, скользить в том же ритме, в каком Санджи слегка дергал бедрами. Он трахал рот Зоро, а его трахали пальцем. В животе и паху разлился жар.

Санджи почувствовал, как в него втиснулся второй палец. Зоро, подстраиваясь под него, подождал, пока Санджи расслабится, и все тем же осторожным движением провел скользкими пальцами по растянутому кольцу мышц. Жжение переродилось в удовольствие, когда кончики пальцев ввинтились внутрь, задевая все нужные места. И даже от того, как медленно Зоро разводил пальцы, растягивая его, становилось приятно. Все происходило неторопливо, тщательно, и время тоже тянулось, словно повернулось вспять.

Теперь Санджи дышал часто и тяжело, потому что в нем находились уже три пальца, более чем достаточно, и внезапно он понял, что должен заткнуть себе рот хоть чем-то, так что он протянул руку вниз и дернул Зоро за волосы, чтобы подтянуть его к себе. Поцеловал жадно и вздрогнул, почувствовав собственный вкус на влажных губах Зоро.

Пиздец.

Зоро дышал неровно; он потянулся в сторону, туда, где на кровати лежал презерватив. Но Санджи его опередил, перекатился на бок и схватил маленький квадратик фольги. Толкнув Зоро на спину, он рванул упаковку. Склонился над Зоро и, одной рукой придерживая член, ртом раскатал по нему презерватив. Он уже какое-то время подумывал так сделать, но его ожидания и близко не стояли рядом с реальными ощущениями. Санджи вобрал член в рот, у Зоро напряглись мышцы на животе, а ладонь проехалась к затылку Санджи, притягивая ближе.

В последний раз мазнув языком, Санджи медленно отстранился и взял смазку. Он повторил предыдущие действия Зоро: растер ее пальцами, чтобы согреть, потом обхватил ладонью член Зоро и провел рукой вверх и вниз. Закончив, он воспользовался представившейся возможностью: наклонился и пробежал языком по этим упоительным кубикам пресса, отчего у Зоро вырвался полустон, и опустился на кровать.

Зоро повернулся на бок, вытянувшись у Санджи за спиной. Провел рукой по его боку, скользнул на талию, очертил бедро. Ладонь сползла ниже, сжала колено Санджи и отвела его ногу в сторону. Потом исчезла, и Санджи почувствовал, как к нему прижимается чужой член. И тогда Зоро рукой обхватил изгиб колена Санджи, всем телом растекся по нему и медленно, осторожно вставил до упора.

Как только Зоро полностью вошел, Санджи закинул руку ему на плечо, плотнее прижимая к своей спине. Выдохнул, закрыв глаза, сосредоточился на томном чувстве принадлежности. На жаре тела Зоро там, где они прижимались друг к другу: ноги, бедра, руки, крепко обвивавшие плечи. А потом Зоро нашел его губы своими, скользнул языком внутрь, и стало хорошо. Санджи стало так хорошо. От того, как Зоро сжимал его колено. Как пальцами водил по спине. Как они вместе двигались, их покачивание началось легко и неторопливо, а потом Зоро вдруг двинулся по-особенному, и Санджи запрокинул голову, словно марионетка, которой обрезали все веревочки. Должно быть, он застонал, потому что Зоро снова стал целовать его в губы и прошептал что-то, судя по тону –одобрительное, или уговаривающее, или непристойное, или ласковое, Санджи было без разницы, потому что он взлетал все выше и выше и единственное, чего хотел – чтобы это продолжалось.

Поцелуй в изгиб шеи оказался достаточно грубым, чтобы остался засос. Потом Зоро отстранился, но вскоре вернулся, зажал сосок Санджи, языком ткнулся в напрягшуюся плоть. Санджи, сжав зубы, застонал; и застонал снова в ответ на очередной толчок бедер Зоро.

"Могу поспорить, ты любитель покричать."

Рука Зоро сменила положение, ладонь опустилась вниз, обхватила член Санджи и начала двигаться в одном с толчками ритме. Санджи показалось, что его мозги растворились, свободная рука вцепилась в простыни.

– Аа-а-ах...

Зоро неуловимо сменил темп. Добавил настойчивости. И с ней в его дыхание пришла хрипотца, неровность, которая показала, что он тоже терял контроль над всем, кроме грани, к которой они приближались. Но он сохранял направление, продолжая толкаться под правильным углом в место, которое плавило Санджи изнутри, наполняло его огнем, пальцы ласкали его член, он оказался в раю, он видел, как его накрывает волной удовольствия, он поднимался в ней, рушился и кричал.

О да.

Кончая, он выкрикнул имя Зоро. И этого хватило, чтобы Зоро дернуло за грань следом, они дрожали, и продолжали двигаться, и Санджи чувствовал на своих губах губы Зоро, слышал как теряются друг в друге их голоса..

А потом осталось только дыхание, теплое и близкое, в легких посторгазменных судорогах и влажных объятиях.

Спустя несколько долгих мгновений Зоро поменял позу и прижался поцелуем к шее Санджи. Прежде чем отлепиться друг от друга, они еще какое-то время лежали, оба на боку, Зоро у Санджи за спиной. На коже остывал пот. Нервные окончания все еще гудели.

Санджи, полуприкрыв глаза, взглянул на свою руку, лежащую на кровати. На текстуру ткани и полутона кожи. На рождающиеся в полумраке тени.

Здесь и сейчас.

Ладонь Зоро – теплая тяжесть обхватывающих пальцев – лежала у него на бедре. Дыхание блуждало у Санджи между лопаток.

Санджи осторожно приподнялся на руках и развернулся, чтобы запечатлеть поцелуй у Зоро на губах. Тот принял поцелуй благодушно, улыбнулся. Санджи улыбнулся в ответ:

– Все хорошо?

Зоро качнул головой, соглашаясь:

– Все просто отлично, – он поднял руку и провел пальцем Санджи по щеке, а потом уронил ладонь на кровать. – А у тебя?

– Аналогично, – ответил Санджи. Он нагнулся, чтобы снова поцеловать, а потом рывком принял сидячее положение. – М-м-м… Не против, если я первый пойду в ванную?

– Без проблем.

Когда они оба вернулись в кровать, Санджи дождался, пока Зоро уляжется, а потом погасил лампу. Он вытянулся рядом с Зоро и почувствовал, что тот рукой обнял его за плечи; они устроились вдвоем поудобнее.

Теперь, когда Санджи выключил лампу, сквозь занавески на окнах стал пробиваться слабый свет. Фонарь или даже занимающаяся заря: Санджи понятия не имел сколько времени. На самом деле, ему было все равно. Расслабленность, тяжелая и уютная, затекла в него, словно теплое жидкое масло. Ладонь Зоро лежала рядом с его рукой; пальцами он выписывал маленькие круги на коже Санджи. Прикосновение едва ощутимое… но обнадеживающее.

Санджи, прежде чем его совсем сморило, прошептал хрипло:

– Мне ставить нам будильник?

– М-м-м… Мне не надо, – судя по голосу, Зоро уже почти спал. – Мне никуда не надо… Новый год… выходной… – его бормотание затихло, сменившись звуком ровного сонного дыхания. Пальцы так и остались лежать на руке Санджи.
Санджи почувствовал, что улыбается в темноту. Он так устал, что его мозг чувствовал лишь блаженное отупение. Ему было тепло и удобно рядом с уютной надежностью Зоро. И ему было хорошо, так хорошо, как он уже почти позабыл, как оно бывает.