Actions

Work Header

Здесь и сейчас

Chapter Text

Возвращение домой каждый раз сопровождалось серьезным испытанием.
Моя мама по жизни обожала детей, подкармливала бродячих животных и любила готовить. Когда я возвращался из очередного тура, похудевший и вымотанный, три ее любимых занятия сливались в одну, но пламенную страсть. В сочетании с природным упрямством это означало: накормить единственного изголодавшегося ребенка любой ценой. В считанные часы действо набирало обороты и разрасталось до катастрофических масштабов. Качество ее еды было отменным, количество превышало все разумные пределы. Убедить маму, что я не настолько голоден, чтобы есть за целый взвод, было нереально. Как и объяснить, что я не верблюд, чтобы запасаться впрок на следующие полгода.
Я чувствовал себя теленком, откармливаемым на убой. Но ее пирожки благоухали так, что забивали пары бензина, когда я спасался в гараже, пытаясь заняться Ямахой. И как только проходило чувство сытости по уши, я снова обреченно появлялся на кухне, а лицо мамы озаряла победная улыбка.

И еще был Нейт. Я начал думать о нем, как только вышел из гостиницы. И чем бы ни занимался весь день – подписывал увольнительную, разговаривал с ребятами, боролся с мамой и ее пирожками, перебирал двигатель мотоцикла, - я все равно думал о том, что хочу ему позвонить, увидеть его и затрахать до потери пульса, все равно чьего.
Тем не менее, я прекрасно понимал, что на сегодня у него хватит дел и без меня - даже если он не будет занят на базе, остаются родители и, возможно, друзья, с которыми он захочет встретиться по возвращении. Нейт представлялся мне вполне коммуникабельным парнем, который общается не только со своим мотоциклом и бывшим лучшим другом, женившимся на бывшей подруге.
До вечера мне было чем заняться, и я решил, что позвоню ему только утром. Но часам к девяти я разобрался с обеими моими проблемами – пирожками и Ямахой – и кроме как думать о Нейте, больше ничего не оставалось.
Я продержался до одиннадцати часов, а потом все-таки сорвался и набрал его номер.
- Как все прошло с утра? – спросил я после того, как мы обменялись коротким «привет».
- Ты не поверишь, если я расскажу, - пустил в ход свою любимую отмазку Нейт.
Вообще-то, я не сомневался, что он ничего не расскажет, но попытаться стоило.
- А планы прояснились?
- Завтра я совершенно свободен.
Было что-то странное в том, как он говорил – медленнее, чем обычно, но слова не звучали четче, и меня не покидало ощущение, что он говорит вполголоса, как будто не хочет, чтобы его услышал кто-то, кто находится рядом. И тут я подумал, что Нейт-то выяснил, что меня никто, кроме Ямахи, не ждет, а вот я представления не имел, что его окружает вне базы.
- Приезжай ко мне утром.
- Нейт, у тебя все в порядке?
- В полном, - твердо ответил он, а меня вдруг осенило: да он просто набрался!
Судя по голосу, не сильно, но явно больше одной бутылки пива – единственная стадия опьянения, в которой я до сих пор его видел. Значит, все-таки был повод? Или, может быть, я ошибаюсь насчет его состояния?
- Нейт, ты пьян?- осторожно поинтересовался я.
- Кажется, да, - беспечно ответил он, - но не сильно. Разговор с другом под бутылку вина, что может быть лучше?
Меня немного отпустило. Значит, я правильно оценил уровень его общительности, а утром действительно ничего страшного не произошло. Уже хорошо.
- Могу сходу назвать одно занятие получше.
Он тихо засмеялся.
- Пожалуй, я с тобой соглашусь.
- Уверен, что хочешь видеть меня только завтра?
- Совсем не уверен, - после паузы ответил он, - но так будет лучше для всех, Брэд. До встречи, - и отключился.
Я задумался. Что значит «лучше для всех»? Нейт не уверен, что мне надо приехать только завтра. Я однозначно хотел видеть его прямо сейчас. Кто же эти все? Не уехали родители? Вряд ли, он бы так и сказал. Тогда, черт побери, что происходит?
Чем больше я думал, тем больше понимал, что не намерен ждать до завтра, чтобы все выяснить.

Оставалось только договориться с мамой. Она всегда обижалась, когда я сбегал от нее в первые же дни увольнительной.
- Мам, мне надо ехать, - сказал я, нарисовавшись в дверях гостиной в полной экипировке: кожаная куртка и штаны, шлем в руках и сумка с джинсами и запасной футболкой за спиной. Сбегая надо сразу быть во всеоружии.
Она подняла глаза от книги и посмотрела на меня поверх очков.
- Кстати, Джулия о тебе спрашивала.
По моему мнению, это было совсем не кстати, но у моей мамы всегда были свои соображения насчет своевременности того или иного разговора.
- Мам, давай ты мне потом расскажешь, а? Я заеду на днях.
Что-то она сегодня была не в форме. Обычно, в это время уже шел монолог о ее несбывшихся надеждах на мое семейное счастье, нерожденных внуках и прочей нестабильности моей жизни. Если она наконец-то слезла с этой темы, это означало только то, что она нашла другую. Что вряд ли будет лучше. Но пока она молчала, этим надо было воспользоваться.
- Так я поеду?
Она все так же изучала меня поверх очков.
- Потом расскажешь мне, кто она? – подмигнула мама.
Я опешил, но быстро справился с собой.
- Непременно, - пообещал я и отправился в гараж.

Навигатор сообщал, что от Сан-Диего, где жила мама, до дома Нейта я доберусь за сорок пять минут. Я не сомневался, что справлюсь максимум за полчаса.
По дороге я думал о том, что между нашими домами в Оушенсайд около четырех километров по прямой. Завести двигатель и сразу же заглушить, даже не разогнаться. Хотя у меня не было надобности проезжать мимо его дома. По дороге на базу я сворачивал раньше, проезжая часть пути по скоростному шоссе. Но почему мы не встретились на побережье? Я часто бегал там перед завтраком, любил выпить кофе на веранде; Нейт, наверняка, не пропустил ни одной утренней пробежки и вряд ли предпочитал загазованную улицу океанскому побережью. Как же так получилось, что мы ни разу не столкнулись вне базы? Поук наверняка подвел бы под этот факт одну из своих теорий о вере в предопределенность событий, мне же никакие знаки судьбы не мерещились, но это не мешало задавать себе этот вопрос снова и снова.
Было около полуночи, когда я заглушил мотор перед его домом и огляделся.
Справа – широкий гаражный бокс с бетонированной площадкой, слева – небольшое пятно газона за декоративным забором, узкая дорожка к трехступенчатой лестнице на небольшую дощатую веранду, стеклянная стена с дверью в гостиную. На втором этаже - два широких окна с узким общим балконом во всю ширину фасада. Слишком большой съемный дом для одного.
Не знаю, что бы я сделал, если бы дом был погружен в темноту, возможно, развернулся бы и уехал, но в одном из окон второго этажа горел приглушенный свет, и я снова набрал номер Нейта. Судя по тому, что он ответил сразу, он действительно еще не спал.
- Знаешь, я решил не ждать до утра.
- Ты где?
- Перед твоим домом.
- Сумасшедший, - констатировал Нейт и отключился.
Через пару минут на веранде зажегся свет, и он выскользнул на улицу, осторожно закрывая за собой дверь. Он опять был в пижамных штанах и босиком, но на сей раз еще и в майке. И насколько я мог видеть даже за несколько метров – она ничего не скрывала, а только подчеркивала. Если он собирался расхаживать в таком виде рядом со мной, то я только и буду, что раздевать его со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Нейт пошел через веранду, и я даже присвистнул – вело его конкретно. Но он, ни разу не запутавшись в ногах, как настоящий морпех, с честью справился с тремя невысокими ступеньками. На ровной поверхности у него получилось лучше, но не намного. Держа азимут на меня, он ткнул пультом в сторону гаража, и ворота с легким скрежетом поползли вверх.
- Эй, ты как? – меня разбирал смех, но глядя в его немного смущенное лицо, я всеми силами старался выглядеть серьезным.
- Поверь мне, все не так плохо, как кажется, Брэд.
Говорил он действительно лучше, чем держался на ногах.
- Уверен, что это была всего одна бутылка?
Нейт задумался.
- Кажется, их было четыре, но на двоих, - уточнил он, а дальше его понесло на одном дыхании: - Обычно я столько не пью. У меня начинает заплетаться язык и нарушается координация гораздо раньше, чем отключаются мозги. Но столько я вообще не пью. Но когда я перебираю, то все равно много болтаю и плохо себя контролирую.
На последних словах он совсем выдохся, сделал глубокий вздох, потом до него, видимо, дошло, что вот сейчас он как раз много болтает.
- Это раздражает, - буркнул он и захлопнул рот.
Я беззвучно смеялся, но когда он посмотрел на меня, попытался спрятать улыбку. Не успел. Нейт заметил, закатил глаза и поджал губы. Я засмеялся в голос. Он делал вид, что сердится, но я видел, что он улыбнулся, опуская голову.
- Ладно, заводи своего зверя в гараж. Только не шуми, - предупредил он. - Давай я заберу твой шлем.
- Удержишь? – подколол я.
- Хватит надо мной ржать, - пробормотал Нейт, принимая шлем из моих рук, и направился в гараж.
Я послушался и покатил мотоцикл следом за ним, начиная осознавать, что, возможно, я все-таки зря поддался спонтанному порыву и рванул к нему ночью без приглашения. Вместе с тем, теперь мне точно надо было выяснить, что происходит и почему в гараже стоят две машины.
Пока я пристраивал между ними Ямаху, Нейт умудрился положить мой шлем на полку и снова щелкнул пультом, закрывая ворота. Когда я поставил мотоцикл на подножку и повернулся к нему, он уже привалился спиной к стене и, скрестив руки на груди, наблюдал за мной.
- Вообще-то я живу не один, - начал он, не дожидаясь пока я задам ему прямой вопрос, - а с бывшим сокурсником. В Квантико мы жили в одной комнате, и когда нас вместе перевели в «Кэмп-Пендлтон», мы подумали, что будет проще и дешевле, если мы снимем дом на двоих.
Я чувствовал себя идиотом.
- Извини, такой вариант мне в голову не приходил.
Нейт усмехнулся.
- Даже не хочу знать, какие варианты приходили тебе в голову, Брэд, - он подкрепил свои слова взглядом, который даже в его нынешнем состоянии получился выразительным. Правда не надолго. Потом Нейт моргнул и снова погрустнел. - Я сам виноват. Мне надо было прямо сказать тебе, что я живу не один, и что сегодня мой сосед дома. И уж точно не следовало говорить, что я в чем-то не уверен. Я должен был понять, что ты рванешь сюда, как только услышишь про мои сомнения.
Черт, я бы отвез его к себе, если бы не был уверен, что на мотоцикле он не удержится. А перед этим ему еще надо будет подняться в свою комнату, переодеться и спуститься обратно в гараж. На столько героических подвигов подряд мой командир сейчас явно не был способен. Черт, это было так смешно, но совсем не вовремя.
Я вздохнул.
- Мне уехать?
Вздох Нейта прозвучал еще горше.
- Так было бы правильнее, Брэд.
Ну да, и лучше для всех. Мне не надо было объяснять, что свидетели, к тому же из числа офицеров нашей базы, нам не нужны.
Я стал застегивать куртку, но конец чертовой молнии никак не хотел попадать в бегунок под нужным углом. Я провозился несколько секунд, начиная злиться, пока наконец слайдер не пошел вверх, застегивая мою «броню».

Я застегнулся почти до середины, когда снова посмотрел на Нейта, и замер.
Он по-прежнему стоял, привалившись к стене, только теперь откинув голову назад, видимо, обретя затылком дополнительную точку опоры. На шее «светился» мой утренний засос. Руки немного опустились, больше не закрывая грудную клетку. Чертова белая майка обтягивала мышцы, как перчатка, а тонкие пижамные штаны отчетливо топорщились в одном конкретном месте, исключая всякую двусмысленность. Он смотрел на меня из-под полуприкрытых век, закусив губу. Кажется, даже дышал через раз, пытаясь справиться с собой.
Он был так явно возбужден, что я перестал думать о том, что правильно. Я шагнул к нему. Нейт распахнул глаза, оттолкнулся от стены и пошел ко мне навстречу, остановившись так близко, что я чувствовал его горячее дыхание на шее.
От него пахло вином и мятной зубной пастой. Наверное, на вкус это был дьявольский коктейль, и я стиснул зубы, чтобы не сделать попытки попробовать его. Я смотрел на его висок – чуть ниже моих глаз, чуть выше моих губ, - короткие, светлые волоски, чуть влажные, то ли от пота, то ли от недавно принятого душа. Но я был уверен, что душ тут не при чем, и мне до одури хотелось это проверить.
- Я все еще помню, что тебе надо уехать, - тихо сказал Нейт.
Я промолчал, только втянул носом воздух, ощущая пробившийся через мяту запах его возбуждения и, чуть наклонив голову, коснулся губами его виска. Нейт вздрогнул.
- Брэд, это неправильно. Не потакай мне. Я не смогу остановиться.
- На хрен, Нейт.
Он вдруг засмеялся и вскинул голову, наискось полоснув виском по моим губам.
- Ты понимаешь, как непристойно это звучит?
Твою ж мать…
Я был прав – терпкая мятная сладость в его рту была адской смесью, но меня это мало волновало. Вообще-то еще несколько секунд я понимал, что меня должно волновать очень многое – раз уж из нас двоих трезв был именно я, а Нейт как раз пребывал на той стадии, когда выпито не так много, чтобы упасть бревном, но и не так мало, чтобы еще держать себя в руках. Я бы сказал, что его неудержимо тянуло на подвиги, вернее, на один подвиг - секс в гараже.
Когда он застонал – громко, не сдерживаясь, – как только я коснулся его губ, я еще подумал, что пьяный Нейт обещает быть намного громче себя трезвого, и что сейчас это совсем некстати. Но если я мог хоть как-то держать себя в руках на расстоянии, то в данной ситуации это было выше моих сил. Когда он щедро делился со мной пьяной мятой, когда его пальцы на удивление ловко, наощупь, расстегнули мою куртку, когда его руки скользнули по телу, обнимая меня, когда он вжался в меня, и его стояк впечатался в мое бедро.
Я бы не стал его останавливать, даже если бы мог.

Я поддерживал его голову и обнимал за поясницу. Теперь мы шатались вместе, то наталкиваясь на полки, то пытаясь вытереть друг другом ближайшую машину. Когда мы чуть не опрокинули Ямаху, припаркованную рядом, до меня дошло, что надо срочно что-то делать, пока мы не учинили тут настоящий ночной погром. Нейт же самозабвенно трахал мой рот языком и пытался проделать то же самое с моим бедром другой частью своего тела, и ни на что вокруг не реагировал. Я бы с удовольствием последовал его примеру, но, во-вторых, пижамные штаны - не жесткие кожаные брюки, Нейт-то уже урчал от удовольствия, а я думал о том, что если сейчас хотя бы не расстегну эти тиски, то лишусь самого дорогого, а, во-первых, это был не его мотоцикл.
Со всем этим определенно надо было что-то делать. Трудный выбор, но начать я решил с безопасности Ямахи.
Нейт всхлипнул, когда я развернул его и прижал к капоту ближайшей машины. Он откинул голову и уперся об капот руками, я подсадил его и вклинился между его расставленных коленок. Нейт подался ко мне, проехавшись задницей по капоту.
- Надеюсь, это твоя машина? – пробормотал я.
- Насрать, - выдохнул Нейт.
Я засмеялся, задирая его майку. Его живот дрожал под моей ладонью всеми своими накачанными кубиками. Его руки стягивали с моих плеч куртку, мне было жарко, но я не хотел отпускать его. Нейт не сдавался, твердо решив не отступать от своего плана, пока я не взмолился:
- Нейт, еще несколько секунд и у меня не будет больше яиц!
- Тогда не мешай мне, и я справлюсь и с этим.
Я перестал с ним спорить - без куртки правда стало легче. Пока он возился с молнией, я запустил руку ему в штаны, чем еще больше застопорил его и так не слишком ловкое продвижение, но я не сомневался, что в конце концов он сделает то, что обещал.
Я впивался в его рот, вторя языком тому ритму, что задавала моя рука на его члене. Нейт толкался в мой кулак, одной рукой обнимая меня за плечи, другой – поглаживая мой член через трусы, и хрипло стонал. У меня начинало плыть перед глазами, Нейт дышал так, как будто ему не хватало кислорода, и нам обоим уже на все было глубоко наплевать.

Мы пропустили тот момент, когда распахнулась внутренняя дверь в гараж, и только, когда раздался чужой голос: «Нейт, я услышал шум…», мы замерли и медленно оторвались друг от друга.
Сосед Нейта, смуглый темноволосый парень, застыл на пороге и смотрел на нас выпученными глазами, приоткрыв рот.
Нейт залился краской до самых кончиков ушей и стал осторожно сползать с капота. Во время этого маневра я постарался как можно незаметнее вытащить руку у него из штанов. Нейт принял вертикальное положение и вцепился в меня мертвой хваткой, удерживая равновесие и пряча от своего соседа мои расстегнутые штаны и свой стояк.
- Я думал, ты склеил какую-нибудь цыпочку в коже, - попытался пошутить все еще ошарашенный парень.
- Не получилось, склеился только Брэд, - серьезно отозвался Нейт, - кстати, Ви Джей - это Брэд, Брэд – это Ви Джей.
После такого краткого гражданского приветствия я бы мог спокойно помахать соседу Нейта рукой и сделать вид, что Морская пехота вообще не имеет ко мне никакого отношения. Отличная идея, но, к сожалению, мы, хотя и шапочно, были знакомы еще по Афганистану.
Я попытался немного выпрямиться – вытянуться «во фрунт» с Нейтом на шее все равно бы не получилось.
- Лейтенант Джордж, сэр.
- Сержант Колберт.
- Просто заебись, - со вздохом закончил официальную часть встречи Нейт.
После этого Ви Джей очнулся и перешел в наступление. Нейт мгновенно окопался и начал отстреливаться. Мне оставалось только прикрывать его тыл и подавать патроны.
- Нейт, ты пьян… - осторожно начал лейтенант номер два.
- К моему нынешнему местоположению это отношения не имеет, - отрезал номер один.
- Ладно, я скажу по-другому. Какого черта тут происходит? – повысил голос второй.
- Извини, я не предупредил, что у меня сегодня свидание, - елейным голосом выбил у него почву из-под ног первый.
- У тебя что?! – опешил второй.
Этот момент я счел благоприятным для выстрела, потому что не мог позволить Нейту опять отвечать за все одному.
- При всем моем уважении, сэр, вы же не думаете, что лейтенант Фик вышел на улицу и тормознул первый попавшийся мотоцикл?
- Я пока слабо себе представляю, что мне обо всем этом думать, сержант, - огрызнулся Ви Джей.
И снова я успел подать реплику раньше Нейта, который в этот момент решил передохнуть, уткнувшись лбом мне в ключицу, и я надеялся, что алеющие кончики его ушей свидетельствовали о том, что он не отключился, а готовится к новой атаке.
- Сэр, мне кажется, что сейчас не очень удачное время для объяснений.
- Сержант, мне кажется, что я имею право знать, что происходит в моем гараже и чему я стал свидетелем!
- Брэйк, господа, - снова поднял голову Нейт. - Брэд, я сам разберусь. Ви Джей, поговорим завтра утром, хорошо?
Я промолчал не только потому, что так хотел Нейт. Я видел, что мы действительно выбили Ви Джея из колеи своей демонстрацией. Насколько я помнил, он не страдал таким восторженным идеализмом, как Нейт, но тоже был из когорты тех юных офицеров, которые считали, что морская пехота – сплошная гордость, оружие – их меч, а ДАДТ – их щит, и дрочить в командном хамви непристойно. Если бы он попал в Ирак, то быстро бы избавился от розовых очков, но, к сожалению, лейтенант Джордж во время этой военной компании отбывал свою службу в «Кэмп-Пендлтоне», поэтому багаж его знаний так и не пополнился со времен Афганистана.
- Нейт, черт побери, мы целый вечер пили и болтали об всем, что случилось за последние месяцы, от Кувейта до твоего увольнения, ты отшучивался по поводу засоса на шее, и ни словом не обмолвился, что ты… что у тебя…
- Поговорим завтра утром, хорошо? – мягко повторил Нейт и без перехода жестко припечатал: - А сегодня я хочу, чтобы он остался.
Ви Джей открыл рот, закрыл его, выдохнул и выбросил белый флаг.
- Делай, что хочешь, Нейт. Я тебе еще должен за Эмму, - сказал он. - Надеюсь, что утром окажется, что все это мне только приснилось, - и закрыл дверь.
Мы молча слушали его удаляющиеся шаги, потом я прошептал:
- А твой сосед – веселый парень, если ему снятся такие сны…
Нейт тихонько прыснул. Я чувствовал его дыхание где-то на скуле, горячее, но уже не обжигающее. И пока мы оба немного остыли, следовало убраться из гаража. Но по программе Нейта следом за боем следовал разбор полетов.
- С одной стороны, все хреново. Мы умудрились вляпаться в первый же вечер возвращения домой, и Ви Джей тебя знает, - сказал он тем же самым тоном, каким объяснял после тренировочного боя около «Матильды» наши плюсы и минусы.
- Нейт? – осторожно перебил его я.
- Да?
- Это что, анализ столкновения с твоим соседом?
- Ну да, - невозмутимо подтвердил он и продолжил: - С другой стороны – если бы он тебя не знал, и вы бы столкнулись нос к носу на базе, еще неизвестно, чем бы все это обернулось.
Я решил, что лучше переключить его на другую тему.
- Что вы сделали с Эммой?
- Что с ней делал Ви Джей, думаю, и так понятно, а я почти месяц кочевал с базы по разным гостиницам, пока они тут крутили свой бурный роман. Мы, как в колледже, стараемся предупреждать о свиданиях и предоставлять друг другу полную свободу. Я уже совсем было решил подыскивать себе другое жилье, но они вдруг вдрызг разругались, и я еще долго помогал Ви Джею зализывать раны.
Мне стало интересно, сколько раз пользовался этой свободой Нейт, но спросить я не успел.
- Пойдем наверх.
- Ты уверен?
- Абсолютно. Теперь он мне должен еще больше. Я же чуть не отполировал задницей капот его машины, - усмехнулся Нейт и, едва я успел подхватить с пола куртку, потащил меня к лестнице, ведущей к двери в дом. - Только не шуми, - предупредил он и споткнулся на первой же ступеньке.
- Давай-ка я тебя поддержу, - предложил я, обхватывая его за поясницу.
- Я сам дойду! – воспротивился Нейт и снова споткнулся, чуть не уложив на ступеньки нас обоих. – Вот дерьмо, - пробормотал он и закинул руку мне на шею.
Сразу за дверью мы свернули направо и стали взбираться по лестнице на второй этаж. Ви Джей заботливо выключил свет на веранде, поэтому в доме вообще с трудом что-то можно было разглядеть на расстоянии вытянутой руки. К чести Нейта, у него не было проблем с ориентацией в пространстве, а шаткое равновесие я умудрялся поддерживать за двоих.
- Гребаные лестницы, - пробормотал Нейт, когда мы в самом конце восхождения опять чуть не разбросали кости по ступенькам.
- Пить надо меньше.
Нейт тихо засмеялся и в очередной раз подставил мне подножку. Чтобы избежать падения, я довольно сильно припечатал его к стенке. Нейт охнул, выпуская из легких последний воздух, я немного отстранился.
Было так темно, что я вообще не видел Нейта. Я только чувствовал, как стучит его сердце, отдаваясь мне в ребра, как собирается тепло под его пальцами, пока его ладонь скользит по моей руке вверх, обжигающим отпечатком останавливаясь на шее сзади, я чувствовал его дыхание на лице и то, как он облизнул губы, прежде чем раскрыть их мне в ответ.
Я думал, что знаю все о том, что можно чувствовать, когда кого-то целуешь. Я ошибался. Это было как плавание без фонарика в темной воде. Только намного круче. Когда все наощупь, а вокруг – только непроницаемая бездна. Когда от избытка кислорода чуть кружится голова, но ты не боишься захлебнуться, потому что воздух из баллона так и должен поступать маленькими, дозированными глотками. Когда знаешь, что вокруг мертвая тишина, но чем глубже опускаешься, тем сильнее нарастает грохот собственной крови в ушах. Когда всем телом чувствуешь малейшее колебание мертвой воды, и каждое течение может оказаться смертельно опасным. Это рискованно, но именно это и заводит…
Где-то на улице взвизгнули тормоза, и мы вынырнули, касаясь друг друга лбами и тяжело дыша.
- В комнату. Живо, - выдохнул Нейт.
- Как будто я сопротивляюсь, - пробормотал я, - сэр…

В его комнате горел ночник, освещая широкую постель с откинутым одеялом. Дальше я рассматривать не стал – это было то самое место, на которое я должен был - и хотел - уложить Нейта.
Он тоже не возражал – дойдя до горизонтальной поверхности, он отпустил меня и растянулся на матрасе, улегшись на спину и закинув руки за голову. Глядя на его лицо с блядскими губами и прикрытыми глазами, я подумал, что было бы крайне несправедливо, если бы он отключился прямо сейчас. Но Нейт вдруг посмотрел на меня совершенно трезвым взглядом и по-прежнему слегка заплетающимся языком произнес:
- Мне кажется, что на тебе все еще слишком много одежды.
Ни один человек до сих пор не заставлял меня раздеваться с такой скоростью. К тому времени, когда на мне не осталось ничего, он успел сесть и стянуть майку. И все это время, Нейт смотрел на меня так, что если бы он сейчас послал меня в одиночку безоружным на тот гребаный мост, я бы передушил тех сирийцев голыми руками. И когда он, подтянув под себя ноги, сел на колени и притянул меня к себе, я был готов убить любого, кто посмеет нам помешать. Хорошо, что я не постиг этот дзен еще в гараже, а то черт знает, чем бы все это обернулось.
Нейт ткнулся губами куда-то мне в солнечное сплетение и впился пальцами в бедра, не давая отойти. Я и не хотел, но коленки опять подгибались, потому что его губы и чертов язык опускались все ниже. Медленно, но настырно, заставляя меня вздрагивать от нетерпения. Гребаный Иисусе, как же я хотел, чтобы он продолжал, чтобы он не останавливался!
А Нейт, как нарочно, поднял голову и усмехнулся:
- Не боишься? – спросил этот изверг. - У меня же проблемы с координацией.
- У меня инстинкт самосохранения на нуле, - признался я, кладя руку ему на затылок.
По-прежнему глядя мне в глаза, он подхватил в ладонь мои яички и обхватил губами головку, и вибрация его смешка током прошлась по венам, растеклась волной от точки касания до кончиков моих пальцев. Я оперся на его плечо, сосредоточившись на том, чтобы удержаться на ногах.
Я смотрел, как двигается плоть через плотное кольцо губ – самое горячее шоу, что я видел в жизни. Мне столько раз снился этот сон – его взгляд снизу вверх на уровне моего живота, его пальцы, впивающиеся в мои бедра, его рот вокруг моего члена. Мне снилось это короткими минутами забытья на марше, длинными ночами в лагере в Дивании, доводя меня до исступления. Но реальность была еще жарче. Я смотрел, как он прикрывает глаза, продолжая жадно высасывать, почти выпускать и снова заглатывать, я чувствовал, как его пальцы скользят по промежности, то легкими касаниями, то надавливая, делая удовольствие невыносимым. И мне так и не удалось понять, в какой момент я окончательно потерял над собой контроль, но рот Нейта был занят, поэтому гортанные стоны, раздававшиеся в комнате, когда я рывками освобождался в его горло, должны были быть моими.
Я осел на пол, где стоял, откинувшись спиной на тумбочку. Нейт свернулся на постели, подложив руки под подбородок, и смотрел на меня, улыбаясь припухшими губами. И я потянулся к нему, притягивая за шею, сминая улыбку, перехватывая обрывки слов. Мой вкус в его рту сводил с ума, его стон то затихал в моем горле, то снова вибрировал на языке. Я словно обезумел, переворачивая его на спину и целуя его губы, скулы, шею, прикусывая острую косточку ключицы. Я впитывал его вкус, прокладывая губами маршрут по солоноватой коже, исчерчивая языком линии мускулов, прикусывая твердый бугорок соска. Я слушал каждый его вздох и стук его сердца под моей ладонью.
Дойдя до середины его живота, я столкнулся с преградой, но стащить с него штаны было делом нескольких секунд, а потом я продолжил целовать и облизывать, дразнить и возбуждать, хотя в последнем он явно уже не нуждался. Его член был настолько тверд, что я подумал, что он кончит, даже если я не прикоснусь к нему. Но это не входило в мои планы.
Мне никогда не снилось, что я смотрю на него снизу вверх, устроившись между его раздвинутых коленей, его рука лежит на моем затылке, пресекая пути к отступлению, а от его взгляда, тягучего и прозрачного, как горячая патока, по всему телу растекается жгучая жажда. И что я наклонюсь над его животом, проводя языком по всей длине напряженного члена, а он в ответ вздрогнет и с шумом втянет воздух.
Мне никогда не снилось, как он выгибается и снова падает на постель, когда я беру его член в рот так глубоко, как только могу, и держу его толкающиеся бедра, чтобы он не протаранил мне глотку. И что он захрипит, то ли протестуя, то ли прося, что в принципе совсем не важно, потому что меня не нужно подгонять. Я и так готов сделать для него все, что смогу.
Мне никогда не снилось, как дрожат его губы, хватая воздух, пока я отсасываю ему со всей фантазией, на какую только способен, и жалею о том, что не могу впиться в его рот прямо сейчас. И что он забьется под моими руками, комкая простыню и почти крича, когда в мой рот выплеснется первый сгусток его спермы.
Наверно, это был не самый удачный момент для размышлений о том, как, черт побери, так получилось, что я отсасываю парню и получаю от этого удовольствие. Но это был не просто какой-то парень, а Нейт. И это в корне меняло дело. Я давно хотел его, и с того момента, как увидел, что он больше ко мне не равнодушен, я не сомневался в том, чем все закончится: я его трахну. И в тот день, когда я зашел в его палатку в Дивании, у меня не было ни тени сомнений в том, кто выиграет пари, хотя я действительно не ставил. Все изменилось, когда его губы коснулись моих губ, когда мы раздевались, путаясь в руках и мешая друг другу, когда он лежал на одеяле и смотрел на меня так, как будто вручал в мои руки свою жизнь. Все изменилось, но я не хотел думать, почему и насколько.
Я высасывал, облизывал и глотал, ощущая, как затихает дрожь его тела и становится ровнее дыхание. Выпустив его член изо рта, я стал целовать живот, намереваясь продолжить наше свидание, и в этот момент подумал, что Нейт какой-то подозрительно тихий. Я поднял голову и обнаружил, что он… спит.
- Нейт? – тихо позвал я, все еще не веря своим глазам, он мурлыкнул что-то типа «Брэд» и попытался повернуться на бок.
Я сполз с него и завалился рядом, подперев голову рукой. Нейт повернулся полубоком, вытянув одну ногу и согнув в коленке другую, провокационно выставив задницу, обнял подушку и, уткнувшись в нее носом, тихонько засопел. Я стал вытягивать из-под него одеяло, чтобы укрыть нас обоих, Нейт недовольно заворчал, но так и не проснулся. Но когда я, выключив свет, устроился рядом, он подтянулся и прижался к моему боку, как сделал это вчера – уткнувшись носом мне в шею, закинув руку поперек груди и вклинившись коленкой между моих ног.
Засыпая, я улыбался, представляя себе его лицо, когда он проснется утром и вспомнит, что вырубился во время секса. Конечно, если вспомнит, но в этом случае я собирался освежить его память.

Когда я проснулся, было около десяти, и через жалюзи уже вовсю пробивалось солнце. Нейта рядом не было, и во всем доме царила тишина. Я еще немного повалялся, разглядывая почти спартанскую обстановку его комнаты: тумбочка с томиком Кипплинга, письменный стол с лаптопом, полка с ровно расставленными книгами, двери в стенной шкаф и ванную. Все строго и функционально, самыми комфортными были кровать и компьютерное кресло, и чисто – насколько я видел – ни пылинки. То ли Нейт с Ви Джеем тратили все сэкономленные на совместном проживании деньги на ежедневно приходящую уборщицу, то ли на офицерских курсах в морской пехоте вдруг стали готовить еще и отличных домработниц. Сброшенная мной накануне на пол одежда оказалась аккуратно сложенной на стуле, куртка – на спинке, и я совсем не удивился, обнаружив в ванной свежее полотенце и зубную щетку в упаковке.

Приняв душ и натянув боксеры, я вышел из комнаты и сразу почувствовал аромат свежесваренного кофе и какой-то выпечки. Желудок заурчал, напоминая о насущном. Я стал спускаться по лестнице.
При свете дня на первом этаже обнаружилась гостиная с парой диванов вокруг длинного кофейного стола и кухонный угол, отгороженный столом. Нейт сидел на стуле в джинсах и футболке, вытянув скрещенные в щиколотках ноги, читая газету и прикладываясь к кружке.
- Ну, ты и соня, - приветствовал меня Нейт, отрываясь от газеты.
- Кто бы говорил, - весело откликнулся я. – Я-то никогда не отрубался, пока мне отсасывали.
Нейт явно смутился, но командных позиций не сдал.
- Во время? А я помню, что мы уже закончили.
Я продолжал смотреть на него, спускаясь вниз и усаживаясь на соседний стул.
- Ладно, будем считать, что почти закончили, - согласился Нейт. – Прости.
- Принято.
И вместо всякой благодарности, он смерил меня взглядом с головы до ног и выдал:
– Ты как-то не сильно одет.
- Тебе не угодишь: вчера – на мне слишком много одежды, сегодня – слишком мало, - усмехнулся я.
- Хорошо, что ты не последовал моим вчерашним директивам. Хотя мы все равно здесь одни. Кофе?
- Я бы и от завтрака не отказался.
- Будешь хлопья с молоком или приготовить тебе что-нибудь? Омлет с беконом? Горячий бутерброд? А то блинчиков осталось совсем немного, - сказал Нейт, вставая.
- Ничего себе. В честь чего такой пир?
- Ви Джей перед моим приездом организовал генеральную уборку и забил холодильник всякой всячиной. Теряюсь в догадках, что тут происходило, пока меня не было, раз он так заметает следы, - улыбнулся Нейт. – Теперь мы пируем, потому что надо все это съесть. А обычно я завтракаю по дороге на базу или делаю блинчики.
- Блинчики? – недоверчиво переспросил я.
Нейт недоуменно уставился на меня, так и не донеся сковородку до плиты.
- Ну да. Моя мама делает обалденные блинчики, мне их очень не хватало, когда я учился в Дартмуте, поэтому пришлось научиться делать их самому.
Я молча смотрел на него. Признание, что ему не хватало в колледже Лиги Плюща маминых блинчиков, звучало примерно так же, как если бы я признался, что в морской пехоте скучаю по маминым пирожкам. Я бы ни за что не сказал такое вслух, но Нейта, похоже, это нисколько не волновало.
- Я люблю блинчики на завтрак, - повторил он таким тоном, как будто это все оправдывало. - Ну, не тостами же питаться.
Я опять счел за лучшее промолчать: хлопья я не переваривал органически – они слишком напоминали ту сухую смесь из пайков, чтобы есть ее еще и дома, даже заливая молоком. Так что если у меня с вечера не оставалось пиццы или чего-нибудь еще от ужина, приходилось довольствоваться именно тостами, а если не было и их, то – завтраком в ближайшей кафешке или, что было намного хуже, в столовке на базе.
- Как самочувствие?
- Я в порядке, Брэд. Я же сказал тебе, что все выглядит хуже, чем есть на самом деле. Несколько часов сна, и я в норме.
- И давно ты встал?
- Около семи. Ви Джею надо было быть на базе в девять, а я должен был с ним до этого поговорить.
Разумеется, на этом он остановился.
- Как все прошло? – задал я наводящий вопрос.
- Позитивно. Ви Джей оценил мою деликатность в отношении его машины и согласился считать мое, как он выразился, помутнение рассудка бурным романом. И, разумеется, он будет молчать обо всем, что увидел и что, вероятнее всего, еще увидит.
Я сомневался, что переговоры прошли так гладко и дались Нейту легко, но все-таки было не похоже, что пришлось прибегнуть к грубой силе.
- Что? Я не прячу его труп в холодильнике, там только продукты, - откликнулся на мои мысли Нейт, ставя передо мной тарелку с безумно вкусно пахнущим омлетом. – Можешь проверить.
- Здесь нет следов погрома, и я бы точно проснулся от шума.
Нейт улыбнулся, потом немного смутился и добавил:
- А еще он сказал, что мы полночи орали, как маралы в брачный сезон, и попросил в следующий раз предупреждать его о моих свиданиях заранее, чтобы он мог свалить из дома на хрен.
- Теперь я думаю, что ты его точно расчленил, и уже избавился от трупа.
В этот момент мой желудок снова заурчал, и мы оба засмеялись.

Развалившись на стуле и потягивая кофе, я наблюдал за Нейтом, и тут меня вдруг посетила мысль, которой я не замедлил с ним поделиться.
- Давай съездим поплавать?
Он прервал процесс закладывания тарелок в посудомойку и выпрямился.
- Зачем куда-то ехать, чтобы поплавать? Мы в двух шагах от океана.
Это он, конечно, хватил. Его дом стоял не на первой линии, хотя до пляжа было рукой подать. Но я не хотел просто плавать.
- Дайвинг. Доедем до гавани, возьмем снаряжение, лодку и выйдем в океан. Хочется в воду после нескольких месяцев песка.
Мне показалось, что на его лице промелькнуло какое-то странное выражение, но я не успел разобрать, что это было, а он в ответ согласно кивнул.
- Вот только надо найти второй шлем. Кажется, у меня в гараже где-то есть мой старый, можем заехать по дороге.
- Давай сначала посмотрим в моем гараже. У Ви Джея одно время был мотороллер, кажется, шлем остался.
Пока он заканчивал с посудой, я поднялся наверх и забрал одежду. Я решил не париться в защите, ради такого короткого мотопробега, а надеть джинсы я намеревался рядом с мотоциклом, чтобы не бегать туда-сюда с ключами от багажника. Нейта я обнаружил уже в гараже. Он как раз засек на одной из верхних полок темно-синий шлем, и теперь пытался его достать.
Он тянул руку к верхней полке, но чуть-чуть не доставал. Вообще-то я мог бы ему помочь, но моему взгляду открылась обтянутая джинсами задница, и задранная футболка болталась у его поясницы, то показывая полоску кожи над достаточно низким поясом, то снова скрывая. Нейт еще и привстал на цыпочки, усугубляя ситуацию.
- Ага, попался! – радостно воскликнул он, наконец зацепившись за шлем и снимая его с полки. – Перестань на меня пялиться, Брэд, шоу закончено.
- У тебя глаза на затылке? – удивился я. Вроде как я ничем не обозначил свое присутствие.
Он обернулся и закатил глаза.
- Брэд, ты так сопел, что тебя глухой бы услышал. А о том, куда ты пялился, совсем не трудно догадаться. Я бы сделал то же самое, - усмехнувшись, добавил он. - Одевайся. Мы оскар майк через пять минут.
- К чему такая спешка? – я перехватил его у лестницы, обняв со спины и притиснув к себе.
- Раз мы решили ехать, то надо ехать, - он не вырывался, напротив, расслабился, откинув голову мне на плечо, но в голосе звучала такая решительность, что по-другому и быть не могло. - Иначе мы вообще из дома никуда не выйдем.
В этом он, конечно, был прав.
- Что-то мне подсказывает, что гаражом мы еще воспользуемся, но не сейчас, Брэд.
И в этом тоже.
Поэтому когда он разомкнул мои руки, я не стал его удерживать, только спросил вдогонку:
- Придется снова основательно тебя подпоить?
- Без алкоголя не справишься? Печально, - удаляясь, съязвил Нейт.

Я ждал его на улице, оседлав Ямаху. Нейт дополнил свой прикид кроссовками и легкой кожаной курткой.
- Я захватил полотенца, бутылку воды и масло для загара, - сказал он, помахивая рюкзаком.
- Ничего себе, джентльменский набор, особенно масло, - высказался я, надевая шлем.
- Издевайся сколько хочешь, Брэд, - начал Нейт, наблюдая, как закрывается гаражная дверь, - но это тебе, калифорнийскому мальчику, по фигу на такое солнце, к тому же я не летал полуголым по иракской пустыне, - он одарил меня одним из своих фирменных взглядов и продолжил, надевая рюкзак и застегивая куртку: - Если я обгорю, то буду облезать и чесаться под формой, как шелудивая дворняга. Это не добавит мне уверенности перед командованием. К тому же ты сможешь помазать мне спинку, - с ухмылкой закончил он, надевая шлем и устраиваясь у меня за спиной.
- Бесспорный аргумент, - с этим действительно трудно было не согласиться. – Держись, - посоветовал я, хотя он и так достаточно крепко обхватил меня за поясницу и прижался к спине.
- Мы на марше, Брэд! – глухо прозвучал голос Нейта из-под шлема, и под рев мотора мы понеслись по Норс-Пасифик-Стрит в сторону гавани.