Actions

Work Header

Цвет обмана

Work Text:

- Я же сказал: моя фамилия Ито, а не Кудо. Я не тот, кто вам…
- Именно тот, белый котенок, - насмешливо перебил незнакомец. - К тому же последний из выводка.
Рё понятия не имел, что означает это замечание, но от мысли, что он последний, почему-то стало грустно.
- Расстроился? Вот видишь: как бы ни упирался, в глубине души ты осознаешь, что…
- Я беспокоюсь о своей жене, - перебил Рё, досадуя, что не может обратиться к незнакомцу по имени. - Слушайте, я сижу тут уже столько времени, а…
- Ты никуда не пойдешь. Твоя жена - Эсцет.
Это ему тоже ни о чем не говорило. Рё не знал, как реагировать, что сказать, чтобы его, наконец, отпустили.
Из ноздри незнакомца побежала тонкая струйка крови, стекая на губы.
- Вы что-то приняли? - испуганно спросил Рё. Если парень - чокнутый наркоман, бесполезно пытаться убедить его разумными доводами.
- Ага. Забористая штука: сто процентов эффективности, мгновенное привыкание. Торкнет будь здоров. А уж отходняк какой… Надеюсь, ты этого стоишь.
Рё решил, что с него хватит, и попытался встать. Незнакомец рванулся к нему и, толкнув, заставил опуститься обратно. Двигался он нечеловечески быстро.
- Удивлен? Разве твоя “Аска” не была такой стремительной? Может, ты правда чего-то не знаешь о том, кем она была и на кого работала?
- “Была”? - Рё сглотнул пересохшим ртом. - Что с ней?
- Она ничего тебе не рассказала? Даже если рассказывала… А, тебе дали что-то, чтобы ослабить память. Это случилось до того, как ты женился на ней, или позже?
- Отвечайте! Что с моей женой?! - Конечно, он повысил голос, но не настолько, чтобы было отчего вздрагивать и кривиться. Возможно, незнакомец страдал похмельем - это объясняло, зачем ему темные очки в помещении.
- Сидеть! - рявкнул тот, новым толчком усаживая Рё на место. - Твоя жена - агент Эсцет, работающий на свержение мировых правительств.
Рё уставился на него, борясь с желанием истерически расхохотаться.
- По чистой случайности ты встретил женщину, похожую на твою первую любовь и даже носящую то же имя. Это не навело тебя на подозрения?
Рё показалось, будто что-то вползает ему прямо в мозг. Он дернулся, пытаясь стряхнуть это чувство.
- Кончай сопротивляться, Кудо. Мне и так нелегко.
- Меня зовут… - Он осекся: перед мысленным взором возникла жена - молодая, гораздо моложе, чем в тот день, когда они познакомились. Улыбаясь, она звала его тем же именем. - Я не… - Раздался выстрел. Вскрикнув, Аска упала. - Что вы…
- Кажется, я не ошибся, - сдавленным от нетерпения голосом пробормотал незнакомец. - Но давай-ка убедимся наверняка.
Дальнейших его слов Рё не слышал, потому что Аска, одетая в костюм, которого у нее определенно не было, вдруг усмехнулась и пнула его в голову.
- Я не…
Серебристые точки перед глазами, стук крови в ушах, боль в груди, от которой не вдохнуть.
- Не смей уходить, Кудо!
- Я же сказал, я не… - просипел он, слепо пытаясь вывернуться из чужой хватки.
Боль и темнота заслонили всё.
Он очнулся в чьих-то объятиях. Кто-то гладил его по волосам.
- Живой?
Подняв голову, Рё обнаружил, что его не просто обнимают: он сидит на коленях у своего похитителя. Голый.
- У меня нет времени нежничать, - почти извиняющимся тоном проговорил тот. - Постарайся не сопротивляться, а я постараюсь больше не плевать тебе в душу.

***
- Я должен был предвидеть, - сказал Наги. - После бунта в тюрьме, после того донесения из Нью-Йорка… Конечно, ты следующий в очереди. Я должен был…
- Я в порядке. - Мамору натянуто улыбнулся и поплотнее прижал к виску пакет со льдом, стараясь держать себя в руках. Нервы гудели. Убийце удалось подобраться так близко… - Знаешь, я и сам могу за себя постоять.
Наги фыркнул, с грохотом захлопнув дверь офиса:
- У тебя не было выбора, как только убить нападавшего. А я мог обезоружить его и передать для допроса. Тогда бы мы знали, кто за этим стоит.
Мамору досадливо скривился: возразить было нечего.
- Кстати о предвидении, - небрежно заметил он. - Тебе не кажется странным, что всё это случилось сразу после отъезда вашего Кроуфорда? Не нравятся мне такие совпадения.
- Думаешь, его рук дело? - ошеломленно спросил Наги, опускаясь на стул. - Признаться, непохоже на него.
Противостояние Эсцет и их “Эпитафии” сильно потрепало Вайсс и едва не стоило жизни Кроуфорду. После уничтожения Академии Коа он полгода находился в критическом состоянии и еще несколько месяцев провел под капельницами. Всё это время Шульдих заботился о нем. Только недавно Кроуфорд выписался из больницы, чтобы поселиться в номере Шульдиха в гостинице “Четыре сезона”.
Мамору догадывался о характере их связи - и подозрение только укрепилось, когда Наги рассказал, что Шульдих хандрит, потому что Кроуфорд, ублюдок неблагодарный, укатил в Европу без него. Сам Мамору придерживался мнения, что эта парочка друг друга заслуживает, но счел за лучшее промолчать. Наги был почему-то искренне привязан к Шульдиху, и внезапный отъезд Кроуфорда расстроил его почти так же сильно.
- Это наша единственная зацепка. Кто, если не он? - Мамору в очередной раз мысленно выругал себя, что не сохранил нападавшему жизнь. Кто бы ни стоял за покушением, он достаточно хорошо знал Кена и Аю, чтобы суметь добраться до них.
Где-то в глубине души малыш Оми хотел забиться в угол и поплакать, но взрослый Мамору понимал: не время предаваться горю. Слишком много еще предстоит сделать.
Надо дождаться подтверждения от главы отдела в Нью-Йорке, прежде чем сообщить печальную новость Ае-тян. Да и тело Кена нельзя вечно держать в тюремном морге - кто-то должен сходить на опознание.
Он отправил бы Рекс, не пропади она тоже при загадочных обстоятельствах. Как и еще несколько сотрудников Критикер.
- Эсцет, - сказал Наги.
Мамору недоверчиво глянул на него. Это что, шутка?
- Я понимаю, что для вас, Шварц, они - олицетворение мирового зла, но разве…
- Я больше не Шварц, - сдержанно напомнил Наги. - Ты и Сибиряк с Абиссинцем - не единственные жертвы покушения. На днях случился взрыв в одном из жилых кварталов ближнего пригорода.
- Утечка бытового газа? - Мамору смутно припомнил что-то такое в недавних новостях. Пару дней назад ему уже было не до того.
- У меня возникли подозрения, и я провел расследование, - сказал Наги. - Это была не утечка. Есть погибшие и раненые. Несколько человек пропало без вести, в том числе мужчина по имени Ито Рё и…
- Я по-прежнему не понимаю, какое отношение…
- ...его жена, Ито Аска.
Может, оттого, что недавние события слишком живо напомнили о пребывании в Вайсс, имя “Аска” заставило Мамору вздрогнуть. Он крепче вцепился в пакет со льдом, глядя на Наги из-под прикрытых век:
- Каким образом это касается Эсцет? Или меня?
- Ито Рё в точности похож на Балинеза. Разве что волосы другие - темно-каштановые.
- Вот, значит, какой у него был настоящий цвет, - безотчетно пробормотал Мамору.
Конечно, он догадывался, что Йоджи не натуральный блондин - но точно узнал только с наступлением азиатского финансового кризиса, разорившего производителя краски.
Он сам тогда ходил к Йоджи советоваться, чем теперь красить волосы. Потом, правда, решил и вовсе перестать - когда принял предложение дедушки. А Йоджи сменил имидж, выбрав оттенок с не сулящим добра названием “Самоубийственный блонд”.
Ая тоже отказался от ярко-красного в пользу более сдержанного бургунди. Когда он предстал перед ними в новом облике, Мамору переглянулся с Йоджи, и оба едва удержались от смеха.
- “Пропал без вести”, ты сказал? Он, что…
- У меня имеются веские основания подозревать, что Ито Аска - агент Эсцет. Я только не… Есть вероятность, что и Балинез - тоже.
Мамору машинально открыл рот, чтобы возразить, но Наги перебил его:
- Прошло больше года. Если бы он хотел связаться с тобой - давно сделал бы это. Ты не отшельник и не затворник. Почему он до сих пор не попытался? Что он скрывает?
- Я хочу убедиться наверняка. Где он?
- Шульдих работает с ним. Скоро мы всё выясним.
- Шульдих?! Кто дал тебе полномочия...
- Я твой телохранитель, - непререкаемым тоном возразил Наги. - Я уполномочен защищать тебя - в том числе, от тебя самого. Ты увидишься с ним, когда я буду уверен, что он не представляет угрозы. Даже если ему ничего не известно о связи его жены с Эсцет, ваша встреча может привлечь их внимание…
- И не говори, - весело согласился Мамору. - Мы же совсем не хотим, чтобы Эсцет обратили на меня внимание. А вдруг они попытаются меня убить?!
У Наги хватило совести немного смутиться.
- Ладно. Надолго это?
- Пары часов должно было хватить. Однако возникли… затруднения.
Мамору недоуменно уставился на него. “Затруднения?” Наги знает, что его не так-то легко шокировать подробностями, чего же он мнется?
- Ему стерли память. Он искренне считает себя Ито Рё, преданным мужем Ито Аски.
- Он меня не помнит?
- Шульдих пытается выяснить, когда именно он забыл: до или после встречи с ней.
- Как она выглядит? - спросил Мамору.
У Эсцет есть доступ к технологиям клонирования. Что, если они предложили Йоджи “Аску”, от которой он просто не смог отказаться?
- Я не знаю.
- Узнай, будь добр. Хотя бы о том, соответствует ли она описанию Ной. - Мамору понятия не имел, как выглядела настоящая Аска, но Йоджи не попался бы на удочку Ной, не будь она очень, очень похожа…
Наги поджал губы при упоминании Шрайент, но кивнул:
- Я попрошу Шульдиха проверить.
Мамору со вздохом опустил пакет со льдом на стол, едва шевеля онемевшими пальцами:
- Спасибо, Наги-кун. Что-нибудь еще?
Пакет мягко стукнул его по лбу и снова вернулся на висок. Мамору вздрогнул, но тут же расслабился, сообразив, что Наги воспользовался телекинезом.
- Работай, я подержу. - Наги выпрямился на стуле и настороженно замер. - Я знаю, как обращаться с важными шишками.

***
- Прекрати. Мне. Врать. Врешь мне - значит, и себе врешь. Осложняешь жизнь мне - я буду осложнять ее тебе.
- Я не… - Йоджи осекается, вскрикнув от хлесткого обжигающего удара по голым ягодицам.
- Ты врешь даже насчет своего вранья. - Голос Шульдиха звучит гневно. Йоджи не уверен, что выдержит сегодня еще один припадок его гнева.
Хлыст - или чем там Шульдих охаживает его - скользит снизу вверх, задевая внутреннюю сторону бедра, и упирается кончиком в промежность.
- Скажи мне, что ты чувствуешь.
Йоджи делает глубокий вдох, стараясь успокоиться. Он понятия не имеет, что Шульдих хочет услышать.
- И не вздумай обманывать. Я всё равно узнаю.
- Мне холодно, - собравшись с духом, выпаливает Йоджи. - И страшно.
Он стоит голый на четвереньках, уткнувшись лицом в пол и выставив задницу.
- Чего ты боишься?
- Я не зн… - Хлыст с силой впивается в промежность. Йоджи кусает губы, чтобы не закричать.
Черт, как больно! Там же и размахнуться-то негде, расстояние от пола - всего ничего…
- Так чего ты боишься? - невозмутимо переспрашивает Шульдих.
- Тебя. - Йоджи смаргивает набежавшие слезы. Хочется поджать ноги. - Ты делаешь мне больно.
- Мне бы не пришлось, если бы ты перестал врать.
- Прости, - шепчет Йоджи, пряча лицо. - Я не понимаю, что тебе нужно.
- Ответы, Кудо. Может, ты и сам их не знаешь - но, тем не менее, они у тебя есть.
Он говорит это уже в который раз. Почти каждый раз, когда приходит.
- Откуда ты знаешь, что они у меня есть?
- Мне много чего известно о тебе.
Внезапно, без всяких упреждающих звуков, кожу окатывает ледяным холодом.
- Так лучше?
Нет. Йоджи ненавидит, когда Шульдих касается его интимных мест. Или вообще трогает его.
- Отвечай. - Шульдих гладит его влажными пальцами, смягчая боль от ударов.
- Мне не нравится, когда ты трогаешь меня.
Йоджи ждет расплаты, но, к своему удивлению, слышит смех.
- Ты прелесть, Кудо.
Пальцы ныряют ему между ног, порхают вокруг беззащитного ануса, легонько нажимая, но не проникая. Йоджи пробует свести ноги, но Шульдих снова раздвигает их, будто забавляясь.
- Скажи мне, о чем ты думаешь, - велит он на ухо, задевая губами ушную раковину.
- Ты обещал наказывать меня, только если я буду врать. - Йоджи пытается вывернуться, но у Шульдиха - железная хватка.
Он улыбается - Йоджи чувствует кожей - а потом толкается двумя пальцами внутрь и разводит их в стороны.
- По-твоему, это - наказание? Похоже, до сих пор я был слишком мягок с тобой.

***
- Что ты ему устроил - остановку сердца?
- Я же не специально, - с досадой отозвался Шульдих.
- Сила есть - умения не надо. - Наги снял закипевшее молоко с плиты.
“Да умею я”, - обиделся Шульдих.
Наги не ответил, но слышно было, как он подумал: “Нет, не умеешь. Ты ему крышу сорвал. Что я скажу Мамору?”
- Если ты такой умелец, зачем пользуешься руками, когда можно...
Молочная струя взметнулась из ковшика и, поделившись надвое, разлилась в заранее подставленные стаканы. Наги убрал ковшик. Плитка темного шоколада подпрыгнула со стола и, раскрошившись, смешалась с молоком.
- Из стакана будешь, или тебе прямо в глотку залить? - поинтересовался Наги.
Прежде чем Шульдих успел ответить, горячий вихрь выплеснулся ему в лицо. Стремительно подскочив, стакан поймал его на подлете.
- Так что там с Кудо?
- Нормально с ним всё, - сказал Шульдих, подхватив стакан.
- Можно, я посмотрю?
- Он спит.
- А долго еще…
- Прошло всего три дня. На данный момент я выяснил, что это и вправду он. И что “Аска Ито” выглядит, как сестра-близнец Ной.
- И всё? - спросил Наги, не пытаясь скрыть разочарования.
- Остальное - сплошная каша. Не могу разобраться. Надо, чтобы он помог мне.
- Но ты убедился, что он не связан с Эсцет?
- Последние несколько месяцев не связан. Но он был по уши увлечен Маюми Цудзи, а до того имел интрижку с главой одной из групп Эсцет в Европе.
- По работе или…
- Трудно сказать. Он и сам толком не уверен.
Поначалу блуждание в лабиринтах Йоджиного разума не приносило ничего, кроме головной боли. Потом стало полегче - временами он даже не сопротивлялся - но Кудо и сам знал недостаточно, чтобы помочь Шульдиху расставить всё по местам.
- Я не могу сделать это без него. Значит, надо поднажать и…
- Шу, дольше пяти дней нельзя.
А то он не знает! Будь у него больше времени, он сумел бы завоевать доверие Кудо, вместо того чтобы вколачивать в него послушание.
- Я в курсе, мелкий, тебе не обязательно…
- Шульдих, я серьезно. Это не повод тянуть с меня таблетки. Пять дней - и ни минутой дольше. Только попробуй опять подсесть.
- Да, босс, - кисло отозвался Шульдих.
Наги подошел и уселся на диван рядом с ним.
- Я беспокоюсь о тебе.
- У меня всё отлично.
- Если бы. Ты скучаешь по Кроуфорду, - ровно сказал Наги, отставив на пол нетронутый стакан. - Даром что он бессердечный жлоб, который драл с нас три шкуры и чуть не искалечил до…
- Мы же не знаем, какой был выбор, - перебил Шульдих. - После падения Башни…
- Мы начали выгорать еще до падения, - в свою очередь, оборвал Наги. - Нас даже Вайсс чуть не разбили, но он только требовал: сильнее, быстрее - а теперь…
- Мы не знаем, какой был выбор, - повторил Шульдих. - Может, только так мы могли победить.
Что скрывать, он хотел снова увидеть Брэда. Или хотя бы перестать тосковать по нему.
- Прекрати защищать его, - сказал Наги. - А то мне становится трудно его ненавидеть.
- Не так уж сильно ты его ненавидишь.
- А зря.
- Да? Ну, значит, мне должно быть лучше без него. Чем же ты опять недоволен?
- Это тебе надо было уйти. Последние пару месяцев он загребал жар твоими руками, а потом ты стал ему не нужен, и он свалил, как только оправился.
- Спасибо, что напомнил. Если ты закончил с утешениями, то можешь идти.
- Шу… - неловко пробормотал Наги, придвигаясь поближе.
- Как долго ты восстанавливался? - спросил Шульдих.
- Три месяца. Но…
- А я - десять. - Шульдих глубоко вдохнул, пытаясь скрыть нахлынувшую горечь и отчаяние - но Наги все равно почувствовал, прижался теснее. - Мой дар пропал и не хочет возвращаться без таблеток.
- Я моложе. - Наги положил голову ему на плечо. - К тому же я бросил разом и с тех пор не принял ни одной, в отличие от тебя. Есть разница.
- Мне пришлось, - сказал Шульдих.
Кроуфорд был плох после столкновения с Бергером, и общаться с ним Шварц могли только посредством телепатии.
Наги фыркнул, откровенно намекая: не стоило тратить время и силы на то, чтобы поддержать Кроуфорда.
- Тебе тоже пора слезать. Может, не сразу получится - но потом станет гораздо лучше. Сможешь читать мысли на большем расстоянии…
- Да у меня от них мозги вскипят!
- ...и щиты свои приведешь в порядок, - закончил Наги. - Тебе больше не надо работать на износ.
Сказать или нет?
- Угу. Я… разговаривал с Брэдом.
- Где он?
Шульдих проигнорировал вопрос.
- Предупредил его. Эсцет могут… Он должен знать.
- Всё надеешься, что он вернется возглавить борьбу с ними?
- Не ради меня же ему возвращаться. - Шульдих помолчал. - Я начал принимать таблетки, чтобы продержаться против Старейшин. Не дать им выяснить, что мы замышляем. Иначе мы бы не справились.
За неделю до церемонии он чуть не сдох. Был в таком тумане, что спутал коматозную Аю с Сакурой, которая только притворялась спящей.
- Я их пил по той же причине, - сказал Наги. - Они усиливали телекинез, в ущерб остальным способностям - потому что только эту Кроуфорд считал полезной. Ему нужна была грубая сила. Но после отказа от наркотиков я развился как эмпат и элементаль воды.
Шульдих всё еще сомневался в практической пользе эмпатии, но шторм, который Наги обрушил на Академию Коа, определенно пришелся кстати.
- Брэд знал, что делал. Он терпел меня, пока я был полезен Шварц и ему лично. Теперь Шварц нет, да и я уже не телепат - и это окончательно. Потому что, - добавил Шульдих, не давая Наги времени возразить, - иначе он не оставил бы меня.
- Ты слишком веришь в безошибочность его предвиденья. - Наги встал, явно намереваясь уходить.
- Ступай, мелкий, - вздохнул Шульдих. - Скажи Такатори, что он получит своего Балинеза через несколько дней. Больше-то мне всё равно никто не даст, верно? - Хохотнув, он тоже поднялся с дивана.
Черт. В ближайшие дни он должен не только вытащить из Кудо все недостающие сведения, но и привести его в состояние, хотя бы отдаленно напоминающее знакомого им человека, а не красивую сломанную куклу.
Шульдих наклонился чмокнуть Наги в щеку на прощанье, но вместо этого угодил в крепкие объятия.
- Пей свой шоколад, - сказал Наги. - Полегчает.

***
Куда бы он ни смотрел, дверь всегда открывается за спиной и захлопывается раньше, чем Йоджи успевает обернуться.
- О чем думал, Кудо?
- О тебе. - Он усвоил, что лучше давать простые ответы.
- Я тоже думал о тебе. Ты голоден?
До сих пор он не чувствовал голода, но после вопроса ощутил, что и вправду проголодался.
- Да.
- Иди сюда.
Он мог бы встать, но Шульдиху, похоже, нравится смотреть, как он ползает на четвереньках.
- Смотри, что я принес тебе.
Стакан… горячего шоколада? Пахнет так сильно - странно, что он только сейчас почувствовал запах.
- Что ты дашь мне за это?
Йоджи выпрямляется, стоя на коленях, трется щекой о член. Шульдих вплетает пальцы ему в волосы.
Воспоминание смутно, как сон: он крепко сжимает не то проволоку, не то веревку, захлестнутую петлей на шее у Шульдиха.
- Представлял, как убиваешь меня? - Голос звучит так тихо, что Йоджи едва не пропускает вопрос.
- Я не нарочно, - искренне говорит он.
Это же просто сны. Однажды ему приснилось, как оба они падают вниз, вниз, в глубокую темную воду, и неважно, если сам он никогда больше не увидит солнца - лишь бы Шульдих тоже не выплыл…
- Уже намного лучше, - с какой-то гордостью говорит Шульдих, отстраняя его от своего паха.
Йоджи вдруг понимает: его хвалят за честный ответ, а не за умение сделать приятно.
- Мне приятно, когда ты говоришь правду.
Были и другие сны: воспоминания о них роятся, как бабочки, когда Шульдих доволен его поведением - но ускользают, не даются. Сны о стройной, коротко стриженой девушке и трех ее смертях.
- Но иногда мне нравится, как ты врешь: тебе чертовски идет быть наказанным.
Цветы водопадом сыплются из кузова фургона; темноволосый парень ворчит, подхватывая их. Рядом волнуется, всплескивая руками, белокурый мальчик, и кто-то смеется - Йоджи уже слышал этот смех, это же… он сам?
- О чем думаешь, Кудо? - Шульдих берет его за подбородок, приподнимая лицо, треплет по волосам.
- Иногда мне нравится, как ты меня наказываешь, - говорит Йоджи - и забывает дышать.
- Врунишка, - упрекает Шульдих.
Но он не сердится.

***
Наги был прав: за исключением цвета волос, Йоджи почти не изменился - всё та же теплая улыбка, ленивая грация движений… подумать только, это действительно он.
- Я так рад, что ты вернулся, Йоджи-кун. Как ты себя чувствуешь? Скажи, если устанешь.
Мамору предпочел добраться до Белой Виллы вертолетом, а не машиной, чтобы не брать с собой охрану. Хотелось побыть с Йоджи наедине - неизвестно, когда еще представится такая возможность. Он слишком многих потерял, чтобы разбрасываться возможностями.
- Не беспокойся. - Йоджи весело усмехнулся, хоть и выглядел измотанным. - Я тоже рад, что ты… вернул меня.
- Правда?
- Оми, ты опять ревешь?
Он вечно так говорил. Почти тем же тоном.
- Ты опять меня доводишь!
Глаза заволокло слезами, но и сквозь них Мамору увидел, как Йоджи шагнул к нему, раскрыв объятия.
- Совсем как раньше, да? Прости, я не подумал…
- Тебя разыскивали повсюду. Ая сам перерыл все развалины, и я тоже искал… - Он снова увидел, будто наяву: Йоджи под обломками, велит им уходить…
Если бы только Наги не был так занят спасением истекающего кровью Кроуфорда…
Мамору хотел спросить про Эсцет, но не успел - Йоджи заговорил первым:
- Это правда - про Кена и Аю?
Мамору всхлипнул. Йоджи крепче прижал его к себе:
- Как же ты теперь?
- Я в порядке, Йоджи-кун. У меня семья, работа.
Едва ли он мог бы выбрать между товарищами по команде - все они были одинаково дороги ему. Но возвращение Йоджи почти утешило его после гибели остальных. Тем более что тот, кажется, действительно рад встрече - в то время как Ая с Кеном и слышать больше не хотели ни о Вайсс, ни о Мамору.
- Знаешь, каким было мое первое воспоминание? - ухмыльнулся Йоджи. - Я вспомнил, как Ая переставил расписание смен, и Кен два дня подряд не мог улизнуть на тренировку.
- А потом он приготовил ужин только из тех продуктов, которые Ая не ел? - Мамору тоже расплылся в улыбке.
Йоджи рассмеялся:
- Ае пришлось извиниться! - Ужин всё равно оказался хорош. В конце концов и для Аи кое-что нашлось.
- Кен был хорошим другом, - вздохнул Мамору.
Рано или поздно придется рассказать Йоджи, как он погиб. И где.
- Они оба были славными. - Йоджи сочувственно похлопал его по спине. - Надо бы… помянуть их как-то.
- Так мы и поминаем. Или ты про церемонию? - Мамору столько раз доводилось организовывать поминальные службы, что он мог бы делать это, не просыпаясь. - Можно вдвоем провести, только ты и я… - Он виновато припомнил, что до сих пор не сообщил о случившемся Ае-тян.
- Шварц тоже позови, раз уж они теперь работают на тебя. Они их тоже знали.
- Шварц больше нет, Йоджи-кун, - машинально повторил Мамору неоднократно слышанное от Наги. - Сначала ушел Фарфарелло - где-то в Европе, потом - Наги-кун… Кроуфорд бросил Шульдиха несколько недель назад. Но Шульдиха и Наги можем позвать, если хочешь.
- Нет, я… Тебе решать, - сказал Йоджи. - Значит, их осталось только двое, как и нас?
- Это не то же самое. - Мамору опустил голову ему на плечо, пока Йоджи продолжал гладить его по спине. - Когда люди уходят - они, по крайней мере, живы.
- Ага. Только иногда отказываются возвращаться.
Мамору озабоченно нахмурился. Не думает ли Йоджи о своей жене? Ее ведь так и не сумели разыскать.
- Ты чего? - спросил Йоджи, заглянув ему в лицо. Глаза под темной челкой казались невозможно зелеными.
- Жаль, мы не успели найти тебя первыми, - сказал Мамору. - Но хорошо, что Шульдих смог тебе помочь.
Он по-прежнему не испытывал симпатий к Шульдиху, но тот и вправду вернул Йоджи память. Да и Наги ему доверяет…
- Ты знал, что они с Кроуфордом были любовниками?
Йоджи удивленно моргнул:
- Кто тебе сказал?
- Сам догадался. - Мамору показал ему язык. Рядом с Йоджи он снова чувствовал себя подростком.
- В камеры слежения подглядывал? - с непристойной ухмылкой поинтересовался Йоджи.
- Йоджи-кун!
- Я сколько раз говорил: маленький ты еще смотреть по ночам…
- Да не смотрю я ничего! - Мамору отвесил ему подзатыльник. - Вечно выдумываешь обо мне, хуже любых папарацци.
Завтра надо будет подыскать ему жилье и работу. А главное, позаботиться, чтобы Ито Аска больше не появлялась на его горизонте.
Йоджи - последний из Вайсс - вернулся. Мамору твердо решил, что больше не потеряет его.
Как же он скучал по ним...

***
(Раньше)

Его перевели в другое помещение: теперь Йоджи видит дверь. А еще здесь есть окно и лампочка. И он даже нашел выключатель.
Шульдих больше не возникает откуда ни возьмись - звук шагов предупреждает о его появлении.
- О чем думаешь, Кудо?
- Ты плохо выглядишь.
- Я и чувствую себя не лучше. - Его вечная ухмылка кажется вымученной. - Пришел конец нашему совместному времяпрепровождению.
Йоджи испуганно вскидывается, и в ту же секунду Шульдих оказывается рядом:
- Расслабься. С тобой не случится ничего плохого.
- Куда ты уходишь?
- Я? Никуда. Это ты уходишь.
Куда? Кто будет заботиться о нем? Почему Шульдих отсылает его?
- Тебе нужно о чем-то спросить?
- Смогу я еще увидеть тебя?
Шульдих как будто удивлен.
- Если захочешь.
- Я не хочу уходить.
- Ты передумаешь. - Звучит почти как обещание.
Шульдих стоит так близко, что нет ничего проще обнять и поцеловать его.
“Тебе кажется, что ты будешь скучать по мне?” - Голос принадлежит Шульдиху, но звучит он прямо у Йоджи в голове.
Йоджи не хочет обрывать поцелуй, поэтому отвечает делом, стягивая с него рубашку.
“Так хорошо... Но это не то, чего ты хочешь. Совсем не то, что ты стал бы делать по собственной воле”.
Йоджи толкает его к кровати - в этой комнате есть кровать, но он еще не успел ее опробовать. Вот и удобный случай.
“Не выйдет… Мне недолго осталось”.
Звучит так, будто ему недолго осталось жить.
Йоджи застывает.
- Неужели ты… - начинает он, хотя никто больше не спрашивает, о чем он думает.
“А тебе не всё равно?”
У Йоджи не хватает слов выразить, насколько ему не всё равно - но ничего: оказывается, Шульдих понимает и без слов.
“Ты… любишь меня?”
- Разве не знаешь?
Шульдих касается ладонью его лица - и что-то взрывается в голове, ослепляя белой вспышкой.

***
Когда в дверь постучали, Шульдих удивился: у Наги же есть ключ. На секунду он подумал, что это Брэд - приехал выяснить подробности насчет Эсцет.
Ничего он не скажет. Отъебись, Брэд.
Пока дар еще действовал, Шульдих мог слышать, как Кроуфорд раздумывает: возвращаться или нет. Но теперь от дара совсем ничего не осталось.
За дверью оказался Кудо.
- Что ты здесь делаешь?
- Я же обещал навестить тебя. К тому же Наоэ сегодня не сможет. - Кудо прошел в комнату, не дожидаясь приглашения.
Минула неделя с тех пор, как его доставили к Такатори. Шульдих провел это время в одиночестве - разве что Наги заглядывал проверить, как он отходит от наркотика.
- Я говорил с ним, - сказал Кудо. - Он объяснил кое-что, пока я умом не тронулся.
- Например?
- Всё это было не по-настоящему, так? Ты ебал мне мозги. Вот почему мне месяцами не приходилось мыться, бриться и облегчаться. Я вообще просыпался хоть иногда?
- Всё было настоящим. Достаточно, чтобы заставить тебя впустить меня. Мне надо было разобраться у тебя в голове.
- И побыстрее, - кивнул Кудо.
- Здесь всё гораздо быстрее. - Шульдих постучал себя пальцем по лбу. - Вот как несколько дней превратились в месяцы.
- Надо было спешить, пока не кончилось действие наркотика.
- Это тебе тоже Наги рассказал?
- Нет. Мамору. - Кудо повел плечами, глядя в сторону, потом снова обернулся к нему. - Казалось, что прошло столько времени, но…
- Я бы не стал так гнать, если бы знал, что тебе ничего не известно о связи твоей жены с Эсцет.
- Как бы там ни было, ты справился. Насколько я могу судить.
У Шульдиха возникла нелепая мысль: не пытается ли Кудо поблагодарить его?
- Но в последний раз, - продолжил тот, явно не желая отступать от темы, - это было на самом деле.
Шульдих не нашел ничего лучше, как утвердительно хмыкнуть. Он еще слишком живо помнил, как Кудо прижимался к нему всем своим стройным голым телом. Помнил чувства, которые исходили от него.
- Кхм, - пробормотал Кудо. - Как… неловко.
- Тебя только это смущает? - холодно поинтересовался Шульдих. Конечно, он и не рассчитывал, что Кудо захочет ответить за свои слова - но всё равно было обидно. - А ничего, что я порол тебя хлыстом? Заставлял тебя слизывать горячий шоколад с пола?
- Это было не по-настоящему!
- Говорю тебе, всё было настоящим!
- Я не контролировал себя, кроме последнего раза. Ты принуждал меня.
- Знаешь, откуда я взял сценарий, ты, извращенец? Прямиком из твоего подсознания. Абсолютно всё, что я делал, соответствовало твоим ожиданиям - и в этом списке осталось немало пунктов, до которых я просто не успел добраться.
Смуглое лицо Кудо залилось густой пунцовой краской.
- Чушь собачья, - буркнул он.
- Из твоего подсознания, - повторил Шульдих.
- Это было не по-настоящему.
Отчасти ему хотелось настоять на своем, но, если Кудо так легче…
- Нет, - согласился он.
Кудо удовлетворенно кивнул.
- Слушай, я пришел не за тем, чтобы требовать извинений или…
- Извинений?!
- Но Наое занят, поэтому… Кому-то же надо следить, как ты тут.
Ох, Кудо, шел бы ты…
- Твое влечение ко мне - обман чувств, - сдержанно объяснил Шульдих. - Ты еще не очухался от…
- Да брось, - спокойно перебил Кудо. - Твое влечение ко мне - тоже обман.
- Нет.
- Хочешь сказать, у этой безвольной куклы, над которой ты неделю измывался, было со мной что-нибудь общее, кроме внешности?
- Обижаешь. Я отсмотрел мыльную оперу твоей жизни с первой до последней серии. - Шульдих шагнул ближе и слегка подался вперед: если Кудо сделает шаг навстречу - они окажутся на расстоянии поцелуя. - То, что я чувствую к тебе… реальней некуда.
- Мыльную оперу моей жизни?
- Прости. Не за то, как я выразился - это от души - но… я все-таки сломал тебя. - Он заметил, как дернулся Кудо, и поспешно добавил: - Я могу починить. Если поможешь.
- Тебе нельзя больше пить таблетки. Наое запретил настрого.
Странно, что он просто не сказал “нет”.
- Ага, - согласился Шульдих. - Обычно-то я плевал на его запреты, но он теперь платит мне зарплату. Я имел в виду… можно здесь. По-настоящему.
- Это же будет дольше? - с сомнением уточнил Кудо. Но он как-то расслабился и не выглядел больше таким усталым.
- Ага, - опять сказал Шульдих. - Но я не против.
Кудо очевидно не собирался делать шаг навстречу, и Шульдих не хотел больше теснить его. Но когда он отступил, Кудо вдруг улыбнулся и едва заметно потянулся к нему:
- Хорошо бы я тоже оказался не против.

Конец