Actions

Work Header

Фамилиар

Work Text:

— А ты мне снился, — сказал Стайлз.

Волк навострил уши, но, как всегда, даже не поднял голову. Иногда у Стайлза создавалось впечатление, что он специально его игнорирует. Будто это Стайлз был его фамилиаром, а не наоборот.

Фамилиаром он решил обзавестись после того, как очередной бравый родитель спрятал от него ребенка, увидев его в традиционном костюме и раскраске шамана. Стайлз привык, что в деревне его боялись, и даже успел смириться с этим, но менее одиноко от этого ему не становилось. Он хотел, чтобы рядом была живая душа, которой не все равно, что станется с ним завтра.

Жену завести было проблемно: какая девушка предпочтет, чтобы ее муж был больше сосредоточен на травках, чем на ней? Тем более что в деревне молодых девок от него прятали, будто он мог навести на них порчу. Что за чушь, конечно же нет. Но что возьмешь с простых земледелов, с магией не знакомых?

Поэтому фамилиар был отличным выходом. Стайлз, правда, надеялся, что после обряда к нему придет какой-нибудь говорливый лис, но вместо этого из леса вышел черный волк, который еще и обрычал его, стоило Стайлзу попытаться погладить его по голове. Недотрога, Луна его возьми. Хорош, нечего сказать.

Но он, тем не менее, пошел за Стайлзом, когда тот окончил обряд, и даже спал рядом с ним, грея теплым боком в холодные ночи. Стайлза такое соседство вполне устраивало — ему приятно было о ком-то заботиться, даже если этот «кто-то» повелительно порыкивал на него время от времени. Серьезно, у этого волка было слишком большое самомнение.

Стайлз до сих пор не мог придумать ему имени, поэтому называл его «Волк», или еще проще — «ты». Волк на это не обижался — он просто царственно игнорировал все слова, обращенные к нему.

А еще вместе с фамилиаром пришли сны. Во снах волк обращался в человека, который совсем не игнорировал Стайлза — наоборот, оказывал ему такое внимание, что у Стайлза по утрам краснели щеки от воспоминаний. Он помнил и долгие, тягучие поцелуи, и то, как Волк его растягивал, готовя под себя, и как он трахал Стайлза, выбивая из него дыхание и стоны. Сны были сладкими и до ужаса реалистичными, но каждый раз, когда Стайлз просыпался, он неизменно находил у себя под боком волка, а не человека.

Это немного расстраивало, но Стайлз не привык печалиться зря. Сны явно были волшебными, потому что после них он чувствовал себя так, будто его действительно имели, и это было уже что-то — по крайней мере, у него не было недотраха, от которого страдало большинство шаманов.

***

Утро началось с чего-то мокрого.

Стайлз еще не до конца проснулся, но уже почувствовал, как на нем лежит что-то теплое и большое. И лижет ему лицо.

— Эй, ну, хватит, — пробормотал он, отпихивая морду Волка. Тот рыкнул на него, лязгнул зубами возле руки — Стайлз опасливо ее отдернул — и продолжил лизаться, как ни в чем не бывало. — Ну серьезно, перестань уже. Чего тебе?

Волк мотнул головой в сторону двери и снова лизнул его щеку. Что ж, это был отличный способ проснуться.

Стайлз вытер лицо одеялом, спихнул Волка с себя и поднялся с кровати. И только потом сообразил, что кто-то стучится в дверь.

Кого это принесло в такую рань? Кто не побоялся идти к «опасному страшному шаману»?

— Место, — строго сказал Стайлз. Волк фыркнул и подошел к двери, после чего обернулся на Стайлза — мол, идешь ты или нет?

Вот вечно он не слушался. Стайлзу достался какой-то бракованный фамилиар, иначе это не объяснить.

— Уйди, — он пихнул Волка ногой и открыл дверь. На пороге стояла одна из деревенских баб — Стайлз честно не запоминал их по именам, хватало и того, что он знал, что они из его деревни.

— Чего? — спросил он.

— А-алиша л-лихорадит, — заикаясь, произнесла деревенская. — Мы все перепробовали, жар не снимается. Подмогни, ежели можешь.

— Могу, — вздохнул Стайлз. — Только дай хоть одеться.

Баба кивнула, и Стайлз захлопнул дверь. Быстро одел шаманский наряд и поспешно извозюкал себе лицо красками. Это напоминало не защитный раскрас шамана, а какое-то детское творчество, но дело не терпело отлагательств.

— Будешь сторожить дом, — строго сказал Стайлз Волку. — Тебя с собой не возьму, ты невоспитанный. Еще начнешь гонять скотину, как я людям потом в глаза смотреть буду?

Волк посмотрел на него оскорбленно, как будто Стайлз сказал несусветную глупость, и заскреб лапой по двери.

— Нет, — твердо сказал Стайлз. — Ты сидишь дома. Хищнику в деревне не место.

Волк фыркнул, но от двери не отошел. Стайлз решил не обращать на него внимания и начал крепить мешочки с травами к поясу. Сушеная малина, мать-и-мачеха, мелисса, липовый цвет, немного шалфея… вот и все, кажется.

Отпихнув Волка с дороги, Стайлз вышел из дома и как можно скорее закрыл дверь. Волк за ней зарычал, но Стайлзу не было никакого дела до его оскорбленного достоинства — местные и так его боялись, что же будет, если он приведет с собой опасное животное?

— Пошли, — сказал он деревенской бабе.

***

Вернулся Стайлз только поздно вечером, весь пропахший травами и уставший. Сбивать жар, который длился столько времени, оказалось нелегко — пришлось заваривать настои из трав и проводить лечебный обряд, который отнимал много сил.

Первым делом Стайлз смыл краску с лица, потом скинул мешочки с травами на стол, разделся и завалился в кровать. Волк тут же залез под одеяло теплой грелкой, и Стайлз обнял его, зарываясь пальцами в шерсть.

Волк — похоже, в виде исключения — за это на него даже не нарычал. Видимо, соскучился за весь день. Стайлза это вполне устраивало, потому что он слишком устал, чтобы препираться с собственным фамилиаром.

Уткнувшись носом в шерсть, он заснул.

…Во сне Волк опять превратился в человека. Только в этот раз он коснулся губами лба Стайлза и нахмурился.

— Ты весь горишь, — хриплым голосом произнес он.

И, вау, это был первый раз, когда Волк заговорил. Стайлз даже открыл рот от удивления и недоверчиво спросил:

— Ты умеешь разговаривать?

— Конечно, — немного раздраженно ответил Волк, и да, так он был больше похож сам на себя. — У тебя жар.

Это был всего лишь сон, но Стайлз действительно чувствовал себя неважно. Видимо, защитный раскрас не сработал — оно и неудивительно, учитывая, в какой спешке он его наводил. Надо было проснуться и заварить себе трав, но голову придавливало к подушке.

— Если бы это не было сном, — сказал Стайлз, — я бы попросил тебя заварить мне малину, мать-и-мачеху и душицу. Но ты мне снишься, поэтому смысла в этом нет. Лучше иди сюда.

Волк посмотрел на него обеспокоенно и отошел к столу.

— Ну куда ты, — заныл Стайлз. — Сказано же тебе, иди ко мне, непослушное животное.

— Молчи, — ответил на это Волк, пересыпая содержимое мешочков в котелок. Стайлз приподнялся на кровати и наблюдал, как он разжигает огонь, заливает воду в котелок и ставит его кипятиться.

— Хороший сон, — пробормотал Стайлз. О нем давненько никто не беспокоился, и такая забота была приятной. — Волчара, раз уж ты заговорил, может, придумаешь себе имя?

— Меня зовут Дерек, — ответил Волк, доставая плошку. Травы уже кипели, издавая пряный аромат, и Стайлз втянул его носом. Судя по запаху, Дерек все смешал в правильных пропорциях. Не удивительно — во-первых, это был сон, а во-вторых, часть знаний Стайлза должна была передаться фамилиару во время обряда.

Дерек аккуратно отцедил и перелил часть отвара в плошку и принес ее Стайлзу.

— Пей, — велел он.

Стайлз взял плошку в руки и осторожно подул на нее. Дерек смотрел на него сверху вниз, скрестив руки на груди, и ждал.

— Не стой над душой, — попросил Стайлз, подняв на него взгляд. Дерек вздохнул и сел рядом, обнимая его за плечи.

Стайлз пил отвар мелкими глотками, жалея про себя, что это был сон и на самом деле ему придется самому заваривать себе травы — если он, конечно, будет в состоянии. Эх, если бы Дерек мог на самом деле превращаться в человека, было бы куда проще.

— А теперь спи, — сказал тот, когда Стайлз допил отвар, — и набирайся сил.

— Я и так сплю, — возразил Стайлз.

— Ну да, конечно, — хмыкнул Дерек и потянул его назад, на подушку. Стайлз лег, и его укутали в одеяло по самый подбородок.

Стайлз прикрыл глаза и провалился в сон-без-снов.

***

Утром он проснулся от того, что Дерек тыкался холодным носом ему в лицо.

— Ну что такое? — пробормотал Стайлз, отталкивая его морду. — Опять кто-то пришел?

Он весь пропотел под одеялом — значит, у него и правда был жар. Но сейчас он чувствовал себя нормально, будто исцелился за ночь. Словно Дерек и правда поил его отваром из трав и следил за тем, чтобы он не выпутывался из-под одеяла.

Стайлз протер глаза и кинул взгляд на столик рядом с кроватью. На нем стояла плошка и котелок с остатками отвара.

Так.

Значит, это ему не снилось?

Он посмотрел на Дерека. Тот прошивал его внимательным умным взглядом — слишком умным для обычного фамилиара.

— Давай превращайся, — велел Стайлз, садясь на кровати.

Дерек фыркнул, наступил передними лапами ему на колени и лизнул лицо.

— Я же видел тебя человеком, не отнекивайся, — сказал Стайлз. — О боги, вот мне повезло приманить в фамилиары оборотня. Давай, я хочу посмотреть на тебя при дневном свете.

Дерек снова лизнул его лицо и спрыгнул с кровати. Стайлз закрыл глаза — он от учителя знал, что превращение оборотней выглядит неприятно, и уж точно не хотел вывалить на кровать содержимое своего желудка.

— Ну смотри, — услышал он насмешливый знакомый голос через минуту.

Стайлз открыл глаза — и да, перед ним стоял его Дерек из снов, тот самый, о наличии которого в реальной жизни он мечтал.

— Ох, — сказал Стайлз, разглядывая его с ног до головы, — ты еще красивее, чем мне казалось.

— Спасибо, — ответил на это Дерек. — А ты днем говорливее, чем ночью.

— Ночью мне обычно не до разговоров, — фыркнул Стайлз.

— Ну да, — в тон ему проговорил Дерек, — только и можешь, что стонать.

Стайлз залился краской и похлопал по кровати рядом с собой.

— Иди сюда, похотливый волчара, — сказал он. — Посмотрим, как ты сможешь заставить меня заткнуться при дневном свете.

Когда Дерек сел рядом и поцеловал Стайлза, тот почувствовал, как у него на душе становится теплее.

Больше он не будет одинок.