Actions

Work Header

Я не пытаюсь описать будущее. Я пытаюсь его предотвратить. (с)

Chapter Text

Глава 1.

С шумом, хрустом сломанных веток, свистящим, загнанным дыханием и невнятным бурчанием на поляну буквально вывалились три фигуры. Тяжело хромая, одна из них подошла к огромному пню, возвышающемуся среди абсолютно ровной поляны, и с громким стоном повалилась на землю, прислоняясь спиной к шершавому боку. Спустя минуту к ней присоединились и спутники, причем один из них практически тащил на себе второго. Замерев на несколько секунд, тот, кто тащил на себе почти бесчувственное тело, прислушался к едва слышным пока звукам погони: стрекоту вертолетов и лаю собак. Несколько раз сипло вздохнув, он заговорил.

- У нас не больше десяти минут. Учитывая, чем нас подстрелили – и того меньше, так что, Стайлз, хватит рассиживаться, тебе еще нас убивать.

Будто в подтверждение его слов, третий беглец еле слышно заскулил и тут же закашлялся. Вытереть выступившую на губах черную пену он не смог.

Под ровным слоем грязи, пота, пыли и крови было не разглядеть, сколько лет всем троим, но вот яркий блеск удивительных, прозрачно-медовых глаз и не менее яркая, сумасшедшая белозубая улыбка выдавали, что хотя бы один из них еще не разменял третий десяток. Опираясь на спил дерева, он выпрямился и все же рассмеялся:

- Кто бы мог подумать, что сам Питер Хейл так рвется умереть от моей руки во второй раз! И ради чего? Ради всего человечества! Прямо-таки горит самопожертвованием!

- Стайлз, ирония событий не ускользнула и от меня, но Айзек вот-вот отправится на Поля Охоты, и тогда все будет напрасно.

- Да рисую я, рисую…

Вспышка веселья прошла так же быстро, как и началась. Стараясь не опираться на раненую ногу, Стайлз настолько быстро, насколько мог, вычерчивал на поверхности Неметона, который до сих пор, вопреки всем событиям, оставался цел, цепочку рунных знаков, едва ли не выжженных в его мозгу. Древний ритуал, найденный и переработанный Лидией, который она, пожертвовав собой и Джексоном, смогла передать Стайлзу.

Дорого, ох, дорого обошлось миру безумие Кейт Арджент и ее отца. Ее жажда крови ввергла мир в беспощадную войну на выживание всего человечества. Спалив в огне целую семью оборотней, она качнула чашу весов в противоположную сторону. Качнула резко и бесповоротно. Равновесие было нарушено и цепная реакция, хоть пока и незаметно, начала расходиться по миру. Спятивший Питер Хейл, условно «выживший» в том пожаре и трупы, трупы, трупы. Следом - стая альф и дарак, темный друид; Ногицунэ - тысячелетний темный дух, вселившийся в Стайлза и еще больше трупов. Выжившая Кейт Арджент, ставшая оборотнем и опять трупы… Невозможно спрятать такие события совершенно без следа и люди заговорили. А потом стали и замечать то, что века и века пряталось рядом с ними. Не прошло и трех лет, как на оборотней открыли абсолютно легальную охоту. Убивали всех даже за малейшее подозрение. Реки крови, боль и ужас тех, кто ни в чем не был виноват, открыли врата существам и созданиям, что столетиями ждали своего шанса и дождались. Робкие голоса понимающих, что в своей слепой ненависти к тем, кто отличается от них, люди не видят, что уничтожают свой единственный шанс на выживание, очень быстро замолчали. Или их заставили замолчать.

Первой потерей их маленькой стаи стал Скотт. Истинный альфа, погибший из-за собственной упрямой веры в то, что спасти можно всех, потянул за собой шерифа Стилински. Почти следом погибла миссис Маккол, убитая всего лишь за то, что была матерью чудовища. Питер, чуявший неприятности задолго до того, как они начинали кусать его за облезлый хвост, залег на дно, спрятав не вовремя вернувшегося из Парижа Айзека и Кору. Упрямый Дерек предсказуемо не внял дядюшкиным доводам, пытаясь спасти остатки стаи. Лиам оказался слишком привязан к родителям и пропал в недрах военных лабораторий. Кира с семьей попытались вырваться на родину, в Японию, но самолет был сбит над океаном. Лидия ушла из города сама и увела с собой Джексона. Последний раз Стайлз слышал о ней, когда она передала ему шифрованную рукопись откуда-то из России, оказавшейся самой предусмотрительной из стран: оборотням и прочим предложили альтернативу – или они подлежат уничтожению, или становятся собственностью армии государства. После очевидного выбора страна закрыла свои границы и на этом связь с остальными была прервана.

Где-то среди всего этого бардака, еще до того, как мир скатился в пучину безумия, Дерек признал то, что давно уже знал не только Стайлз, но и все остальные. Кроме, разве что, Скотта, которому такая мысль даже в страшном сне присниться не могла. Дерек и Стайлз были Парой. Не в том смысле, что кино, поп-корн и поцелуи на крылечке, хотя это тоже включалось, а в том самом «пока смерть не разлучит...».

Больше всего Стайлз ненавидел Кору, ставшую альфой только потому, что это был единственный способ спасти ей жизнь и возомнившей себя самой умной и сильной. Соплячка не обращала внимания на доводы, которые пытался миллионом слов вбить в ее голову он и даже Дерек. Хрен с ней, пусть бы дохла сама, но из-за ее глупости погиб и брат. Стилински сразу понял, когда Хмуроволка не стало – было ощущение, что его разорвали пополам. Стайлз знал - эта боль не прекратиться до тех пор, пока он не присоединится к Дереку на Полях Вечной Охоты.

Невзирая на собственное, все ближе подкрадывающееся безумие, Стайлз раз за разом уходил от охотников, разыскивая последних членов стаи. Это удалось ему только спустя пять лет поисков, а вот на уговоры времени не потребовалось совсем. И Питер, и Айзек прекрасно отдавали себе отчет, что мир уже никогда не станет прежним, и времени у них только до тех пор, пока на них не обратят внимание. А то, что предложил Стайлз, было шансом. Призрачным, но шансом исправить все. Поэтому они с полумертвым Айзеком ждали, когда Стилински закончит разукрашивать собственной кровью Неметон и прислушивались к звукам погони, которую начал слышать уже и сам Стайлз.

- Готово, - тихий шепот прозвучал неожиданно.

Беззвучно выдохнув, Питер рывком поднялся сам и с трудом поднял Лейхи, который обвис в его руках поломанной куклой. Выпустив когти, он одним движением вспорол на Айзеке одежду, искоса глянув на Стайлза, который подковылял к ним.

- Хватит, - мотнул тот головой, когда Питер опустил руку к штанам Лейхи. – Укладывай его сюда.

Питер очень аккуратно и бережно уложил Айзека так, как сказал Стайлз и начал быстро скидывать свою одежду. Когда он сам лег на пень, получилась незамкнутая буква V, острый угол которой образовывали их головы.

- Айзек. Айзек, очнись, - похлопал по щекам второго оборотня Стайлз. – Давай, друг, открой свои щенячьи глазки. Без тебя все будет бесполезно, ты должен все сделать сам. Давай же, Айзек! – видимо, последний удар был не простым похлопыванием, так как Лейхи открыл мутные от боли глаза. Черная паутина отравленной крови ветвилась уже по груди, подбираясь к сердцу.

- Айзек, ты все помнишь? – озабоченно спросил Стайлз, стремительно вырисовывая на теле оборотня знаки уже его кровью.

- Давай… быстрей… - эти слова Айзек едва смог выдавить из себя. Его так манила тьма, в которой нет боли и страха, где были его друзья и свобода.

- Ага… - высунув кончик языка, Стайлз старательно разрисовывал уже Питера, дергаясь от каждого звука. Погоня вот-вот должна была подойти к поляне, но время на завершение еще было.

- Все.

- Стайлз, - Питер перехватил занесенную над ним руку с серебряным кинжалом. Именно из-за его добычи на их след встали охотники, но без него завершение было невозможно: оборотни, рожденный и укушенный, готовые лечь на алтарь добровольно, имелись. Друид, пусть и недоучка, также готовый отдать жизнь – был. А вот ритуального кинжала – не было. Но оно того стоило. – Не допусти. Исправь все. Если потребуется убить первым – убей. Даже если это будет Дерек. Кто угодно. Не допусти того, что творится сейчас.

Глядя в безумные голубые глаза, Стайлз серьезно кивнул и резанул по живому телу, соединяя знаки в кровавый узор. И тут же повернулся к Айзеку, повторяя движение. Зачастив речитатив, он сам лег на пень, но с другой стороны, так, что его шея оказалась прямо возле рук оборотней. Стоило только ему замолкнуть, как когти рванули горло, выпуская фонтан крови.

Когда погоня вырвалась на поляну, кровь еще растекалась по поверхности пня, скрывая под собой свидетельства произошедшего, но пульса не было ни у одного из трех тел. Сплюнув на землю, которую не было видно под тонким слоем тумана, один из охотников заметил, «что им без разницы, живой или мертвый, за голову платят все равно». Но пока достали мешки, пока примерились, тонкая пелена тумана внезапно взвилась вверх, глуша все звуки и укутывая все непроницаемой пеленой…