Actions

Work Header

Пошли мне сон

Work Text:

Формально, Шерлок мертв. Он обладает множеством талантов, но вот бессмертие в их список, увы, не входит, а путь с крыши Бартса до твердого тротуара ему предстоял долгий.

Он отбрасывает телефон, расправляет, словно крылья, руки и ныряет в вихрь колючего весеннего ветра. Он падает. Тротуар распахивает жесткие объятия, Шерлок сильно ударяется головой о бетонную плитку, но продолжает падать, так быстро и так долго, что зажмуривается. Он открывает глаза, когда глухо приземляется на спину под звук хрустнувшего позвоночника.

Шерлок болезненно выдыхает и с облегчением понимает, что может сесть.

Место, в котором он оказался, залито ровным сиянием низкой бледно-зеленой луны, которая мрачно взирает на него, нахмурив лунные брови и недовольно скривив лунный рот.

Шерлок недоуменно моргает и касается ладонями земли. Та поддается, и Шерлок захватывает горсть и пропускает сквозь пальцы. Песок. Песок бесконечного множества оттенков, сотни цветов, тысячи, может, даже сотни тысяч. Песок переливается и мерцает, утекая сквозь пальцы.

Шерлок не знает, что и думать.

Гулкий свист приходит из темноты, со скатов и троп, впадин и пустот, образованных песком. Психоделическая мелодия звучит немного по-детски и в то же время зловеще, ее темп нетороплив и неспешен. Свист усиливается, становится громче, ему вторит звон тысячи пустых стеклянных сосудов. Из темноты появляется мужчина. Ссутулившись, он крадется вперед. На плече у него висит с десяток стеклянных банок с прикрепленными к крышкам веревочками. В каждой банке песок разного цвета.

Шерлок с трудом поднимается на ноги, пытаясь стоять прямо, стараясь казаться как можно выше.

Кожа мужчины бледна, словно лунный свет, что обволакивает их обоих. Она сияет, как звездная пыль из сказок, что Майкрофт рассказывал в детстве. На мужчине залатанная, но сшитая явно по фигуре одежда, шляпа с перьями и пришитыми к полям пуговицами.

— Кто ты? — спрашивает Шерлок.

Но мужчина не обращает на него никакого внимания. Он поворачивается, чтобы водрузить принесенные банки на полку, вчитывается в прикрепленные к ней аккуратно напечатанные этикетки.

— Где я? — Шерлока трясет. Он хватается за раскалывающуюся от боли голову и закрывает глаза.

Мужчина насвистывает. Зеленая луна улыбается с неба. Мужчина неспешно направляется к Шерлоку по ступенькам из плотного песка. Его броские лиловые ботинки не оставляют следов, замечает Шерлок.

— Почему я здесь? — Шерлок отступает назад. Мужчина подходит ближе и опускается на холм из зеленого песка. — Кто ты? — снова спрашивает Шерлок.

Мужчина улыбается.

— Тебе надо знать всего четыре вещи, — тихо и хрипло говорит он, почти шепчет. — Пустые банки вон там, — он указывает на гигантский стеллаж, доверху заполненный банками всевозможных форм и размеров. — Лестницы Наверх через ту арку. Не смешивай желтый песок с травянисто-зеленым и… — мужчина встает и подходит совсем близко.

— И четвертое, — шепчет он. — Это всего лишь фокус.

Шерлок непонимающе моргает и пытается стряхнуть с себя оцепенение.

— Что? — переспрашивает он, сбитый с толку словами, сказанными им же Джону минут десять назад. — Что?

Мужчина запускает ладонь в одну из своих банок и бросает горсть песка в лицо Шерлоку, попадая в глаза. Последнее, что запоминает Шерлок, прежде чем во второй раз за день упасть на землю, — как мужчина приподнимает шляпу и снова растворяется в темноте.

***

Песочный человек, я так одинок,
У меня нет никого,
Зажги же свой волшебный фонарь,
Песочный человек, пошли мне сон.

***

Когда Шерлок просыпается, луны больше нет, а с высокого потолка свисают лампочки. Шерлок садится и долго моргает. Он трет глаза и хмурится, замечая на пальцах белый песок. Он осматривается. Вокруг него с десяток мужчин и женщин неспешно перемещаются по огромной комнате, берут с полок банки и наполняют их песком.

Шерлок поднимается на колени. Он раздумывает, не позвать ли кого-нибудь, но ему отчего-то кажется, что расспросы здесь не приветствуются. В конце концов, он же детектив. Шерлок с трудом встает на ноги. Голова еще немного кружится, тяжелая ото сна, но ему ничего не снилось. Он отряхивается и идет следом за двумя женщинами, у каждой из них на руке висят банки. Банки подписаны. «Энни» гласит одна, «Элси» написано на другой, на третьей наклеено «Джек». Шерлок крадется за женщинами, пока они не проходят через коридор и не оказываются в комнате, залитой светом сотен стеклянных фонарей, свисающих с лестниц, что взмывают вверх, и выше, и еще выше.

Шерлок вытягивает шею и запрокидывает голову, но все, что он видит — это темнота. Он хмурится.

Лестницы, как и банки, подписаны.

Фазакерли — Мерсисайд
Вулвергемптон — Западный Мидленд
Паддингтон — Лондон

Шерлок не колеблется. Он хватает один из фонарей, вешает его за кольцо себе на руку и начинает стремительно взбираться по лестнице с надписью «Паддингтон». Через минуту он достигает верха, пролазит через дыру и оказывается на до боли знакомой улице.

Он слышит, как крякают утки в Риджентс-парке. Фонарь бешено вращается, заливая улицу неземным светом. Шерлок бежит по тротуару, в три прыжка пересекает дорогу, даже не посмотрев по сторонам. Через пару минут он, запыхавшись, добегает до дома 221 и бросается к двери.

Сон. Просто сон. Этого не может быть…

Он шарит в кармане в поисках ключа, лихорадочно вставляет его в замочную скважину и проворачивает. Дверь с грохотом врезается в стену, Шерлок взлетает по ступеням, его шаги тяжелым гулом отражаются от половиц. Он толкает дверь 221B и не может сдержать удивленного, громкого смешка, когда видит спящего в кресле Джона.

На часах четыре утра.

— Джон, — зовет Шерлок. Он подходит к креслу и опускается на колени. — Джон, Джон. Я здесь, — говорит он и трясет Джона за плечо, трогает его лицо.

Джон не просыпается.

— Я здесь, все было не по-настоящему, — Джон не реагирует, и Шерлок хмурится. — Джон. Джон! — повторяет он более настойчиво. Он толкает Джона в больное плечо. Ничего. Он толкает снова, со всей силы, потом встает и кричит. — Джон!!!

— Он не слышит тебя, Песочный человек.

Шерлок резко разворачивается. Незнакомая женщина опирается на дверной косяк и мягко улыбается. У нее хриплый и скрипучий голос. На ней белая рубашка, темно-синие джинсы и тяжелые черные ботинки. В левой руке она сжимает гроздь наполненных песком банок, в правой — такой же, как и у Шерлока, фонарь.

— Что? — не понимает Шерлок.

Женщина вновь улыбается, на ее левой щеке появляется ямочка.

— Он не слышит тебя, — повторяет она и заходит в комнату.

Шерлок делает шаг назад и не сводит с нее глаз.

— Не тронь его, — зло говорит он.

Она качает головой.

— Нет, он не мой, — она берет одну из своих банок со смесью небесно голубого и розового песка. — Смотри, — она протягивает банку Шерлоку, — я смешала его сегодня днем. В принципе ничего особенного, но он легкий и может помочь.

— Что это? — Шерлок неуверенно берет банку и крутит в руках. На ней нет этикетки.

— Сон, — женщина снова улыбается и наклоняется, чтобы взглянуть на Джона. Темная прядь волос падает ей на глаза. — Ну же. Просто насыпь песок ему в глаза. Чем больше песка, тем крепче сон.

— Откуда мне знать, что я могу тебе доверять?

— Ниоткуда. Но решать тебе.

Шерлок открывает банку и подносит к уху. Песок внутри нежно шепчет, и Шерлок запускает в него руку. В нем нет ничего дурного ни на вид, ни на ощупь, ни на звук, как и в появившейся на пороге женщине.

— Он ему не навредит, — тихо говорит она.

Шерлок кивает и, повернувшись к Джону, позволяет песку тонкой струйкой сыпаться тому в глаза из кулака Шерлока. Затем он осторожно втирает песок в уголки глаз и, затаив дыхание, отступает.

Лицо Джона разглаживается, напряжение уходит из его тела и он расслабляется в кресле. Лоб больше не испещрен морщинами, дыхание становится легким.

— Пойдем, Песочный человек, — шепчет женщина и протягивает ему руку.

— Я… Вот кто я теперь? Как и все вы?

Женщина кивает и манит его за собой. Шерлок вздыхает, бросает взгляд на Джона, на квартиру, ничуть не изменившуюся со вчерашнего дня, и позволяет увести себя вниз по семнадцати ступенькам.

— Ключ, — говорит она, и Шерлок, кивнув, закрывает входную дверь и кладет ключ в карман. Женщина отпускает его запястье.

— Мы сейчас Наверху, — говорит она своим хриплым, ломким голосом, пока они идут вдоль по улице. Шерлок не может перестать оглядываться на дом 221. — Ты быстро освоишься, — в тишине они доходят до лестницы. Женщина кивает на нее. — Вперед.

Шерлок спускается на несколько ступеней, но затем задирает голову.

— Я… Я мертв? — бормочет он.

Женщина улыбается и качает головой. Она наклоняется к нему и касается кончиками пальцев того самого места на голове, которым он ударился, или ему казалось, что ударился, о тротуар.

— Это всего лишь фокус, — шепчет она.

— Но что это значит? — Шерлок с силой, до побелевших костяшек пальцев, сжимает деревянную перекладину. — Что это значит?

— А в этом, Песочный человек, тебе предстоит разобраться самому, — она выпрямляется, разворачивается на каблуках и, насвистывая, исчезает.

***

Наука создания сновидений оказывается совсем не сложной. Это ново и, по крайней мере, вовсе не скучно. Вскоре Шерлок обнаруживает, что из основной пещеры, в которую он упал, ведут несколько комнаток, где хранятся таблицы и графики, объясняющие, как лучше всего смешивать песок, чтобы создать определенный сон. Некоторые из плакатов, справочников, учебников и сборников упражнений написаны вручную, другие же напечатаны и прошиты. В комнатах множество рабочих столов и огромное количество шкафов, забитых рецептами. То здесь, то там стоят позабытые сны, смешанные, надписанные и оставленные другими Песочными человечками, в ожидании того, кто сможет открыть их и начать снова.

Шерлок всегда все схватывал на лету, и он с легкостью осваивает создание снов. Он работает в самой дальней комнате вниз по главному коридору. Стряхнув пыль и ржавчину, Шерлок устраивается на заляпанном деревянном столе.

Еще есть комната — насосная — заполненная трубками, клапанами и решетками, над которыми возвышается сложный прибор для сортировки песка. Прибор этот больше походит на автомат со сладостями, если не обращать внимания на прозрачные трубки, соединяющие отсеки с песком. Трубки ведут к большой оловянной чаше, в которую после нажатия на переключатель слева высыпается отсортированный песок. Цвета в трубках расположены в зависимости от редкости и места на спектре и аккуратно подписаны.

Синий
Алый
Индиго

И так далее, все сотни тысяч оттенков, что существуют здесь, Внизу. Редкие цвета приходится искать самому, просеивать их из огромной комнаты с луной: перванш, гороховый и тому подобные пользуются большой популярностью, Песочные люди выменивают их друг у друга.

Там есть книги, которые учат сновидениям и тому, как вплести себя в канву сна для своих людей Наверху. Шерлок жадно набрасывается на них. Сначала получается не очень, но со временем ему вроде бы удается. Он не уверен, сможет ли видеть этот сон — ведь он сам будет в нем. Шерлок пытается спросить у других Песочных людей, но те отвечают путано и неохотно. Они вообще редко разговаривают.

***

«А теперь прогноз для судоходства от агентства морской безопасности и береговой охраны на сегодня, 00:15 понедельника, седьмого марта. В Викинге, Форстис, Кромарти и на Севере и Юге Утсиры возможен шторм…»

Шерлок открывает окно спальни Джона и бесшумно спрыгивает на ковер. Тихий, спокойный голос диктора размеренно начитывает в темноту прогноз для судоходства.

Шерлок медленно опускается на край кровати и осторожно касается плеча Джона.

— Ты в порядке? — шепчет он.

Ответа не следует, Джон лишь сонно вздыхает и хмурится.

— Я найду способ вернуться, — обещает Шерлок не столько Джону, сколько себе самому. Он запускает руку в банку, набирает в ладонь багряного песка и засыпает его в глаза Джону.

***

Джону снятся его красная рубашка и лондонские автобусы, халат Шерлока в шотландскую клетку и помада Молли на Рождество.

Проснувшись, он пусть и на крохотное мгновение, но все же не помнит крыши Бартса.

***

Следующей ночью ему снова снится халат Шерлока — теперь синий, огонек включенного чайника, цветастые сигареты, которые Шерлок привез из Парижа и курил летом, высунувшись из окна гостиной. Закатное солнце освещало его лицо, а ветер ерошил волосы.

***

Каждую ночь Шерлок остается все дольше. Он сидит в ногах Джона, пока тот спит, и держит его ступни, гладит выступающую косточку на щиколотке. Веки Джона подрагивают в фазе быстрого сна, он что-то бормочет себе под нос.

— Я… Я скучаю по тебе, — шепчет Шерлок и сжимает зубы. Он запускает пальцы в волосы Джона и вдыхает его запах, прежде чем с рассветом выбраться из окна.

***

Науку осязаемых снов Шерлоку еще только предстоит освоить. Некоторые виды песка, смешиваясь в банке, порождают сны с запахами и видениями. Сначала Шерлок думает о том, как связать запахи и сны, но потом ему в голову приходит идея создать сон из одного лишь запаха. Он начинает готовиться к следующей вылазке Наверх.

Джон выглядит отрешенным. Похорон еще не было, и Джон почти не спит, тем самым сокращая те часы, когда Шерлок может прийти к нему, коснуться, стать по-настоящему ближе — так, как Шерлоку всегда хотелось, но как он не мог до своего падения. Он может выбираться Наверх в любое время, но когда он видит Джона таким — уставшим и измученным, снова хромающим, но из гордости не берущим трость — его сердце наполняется бескрайней грустью.

А еще дело в том, что Шерлок постепенно отвыкает от дневного света, его глаза и кожа болят, когда он возвращается Вниз, под сияние зеленой луны к таким же, как и он, Песочным людям.

***

Шерлок взбирается на подоконник спальни Джона. Он поплотнее запахивает пальто и, открыв окно, спрыгивает на пол. Царит теплая весенняя ночь, и Джон спит под одной лишь простыней, запрокинув голову и обнажив горло. Шерлок опускает ладонь в банку с надписью «Джон» и бесшумно подходит ближе, невидимый, неосязаемый. Песок течет сквозь пальцы в глаза Джону, Шерлок склоняется к его щеке и утыкается в нее носом. Он обволакивает дыханием колючий подбородок Джона, легко касается губами кожи.

— Сладких снов, солдат, — шепчет он и откидывает волосы со лба Джона.

Джон вздыхает во сне, и Шерлок проводит пальцами по его векам, глубже втирая песок в уголки глаз.

— Я скучаю по тебе, — шепчет Шерлок, затем выпрямляется, снова запахивается в пальто и выпрыгивает из окна, чтобы вернуться Вниз.

***

Иногда Джону снится Афганистан. Но чаще все же Лондон. Ему снятся такси, спертый воздух подземки, запах уток в Риджентс-парке и промышленный дезинфектант, который они использовали в Бартсе и Скотланд-ярде.

***

Но в основном Джону снится Шерлок. Ему снятся холодные лондонские вечера, азарт погони, запах оружейного масла и сигарет. Ему снится аромат еды в ресторанчике Анджело и ветер на крыше дома 221. Ему снятся медовые тосты и непонятные химикаты в кухонной посуде.

Ему снится сандаловое дерево, еловый запах канифоли и дыхание с ароматом танина, щекочущее ухо.

В основном ему снится Шерлок.

Но никогда — алая кровь на белоснежных скулах, влажные, липкие волосы, безуспешная попытка нащупать пульс на тонких запястьях.

Никогда.

***

Внизу Шерлок уже набил в запахах руку. Ведь, в конце концов, именно запах ближе всего связан с памятью, и раз Шерлок освоил его создание, то он сможет дарить Джону чуть более приятные сны, чем те, что о крови, песке и выстрелах.

***

Однажды, лишь однажды Джону снятся переплетенные ноги и руки, отчаянные поцелуи и сдавленные стоны. Ему снится бледная кожа и темные волосы на фоне белой простыни, выгнутая дугой спина. И запах — везде этот запах — сандалового дерева, Лондона, дома.

***

За этот сон Шерлоку было немного стыдно. Но лишь немного. Внизу очень одиноко (всегда, постоянно) и очень, очень тихо. Ни привычного лондонского шума и гама, который так подстегивал мысли Шерлока, ничего, лишь тишина и покой мертвого царства сна, в котором Шерлок оказался заточен. Голоса других Песочных людей звучат, как пыль, как затертые старые пленки. Шерлок говорит сам с собой, чтобы его голос не стал таким, когда (если-если-если) он выберется отсюда.

***

Это один из тех мрачных весенних дней, когда серое небо затягивают низкие дождевые тучи.

День его похорон.

Шерлок не идет на официальную часть, но выбирается Наверх, чтобы посидеть на скамейке, пока миссис Хадсон и Джон переминаются у могилы в которой, как представляется Шерлоку, под двумя метрами свежей грязи, мелкого булыжника и червей лежит его тело.

Он не понимает.

«Это всего лишь фокус».

Он смотрит на свои руки и хмурится. Затем щипает себя. Больно.

Он засовывает руки в карманы, набирает в горсть песка, который он стал теперь носить с собой. Он растирает песчинки между пальцами и слышит шепот хранимой в них магии.

Миссис Хадсон отходит в сторону, и Джон остается в одиночку стоять у могильного камня с надписью «Шерлок Холмс».

«Это всего лишь фокус».

Он не понимает.

***

— Мне снится Шерлок, — говорит Джон Элле. — Постоянно, — он глубоко вдыхает, трет указательным пальцем губы. — Я… Я постоянно вижу его во сне.

Элла кивает.

— Это совершенно нормально, Джон.

— Но это не… — он снова делает вдох, ерзает на стуле, сгибает и разгибает пальцы. — Он никогда не лежит на… он не…

Элла ждет.

— Он всегда жив.

— А почему это вас волнует? — говорит Элла своим мягким голосом психотерапевта и закидывает ногу на ногу.

— Это не похоже на те сны, что я видел после... после Афганистана — Джон сглатывает и смотрит в окно. — Совсем не похоже.

***

— Ты хорошо спишь? — спрашивает Лейстрейд, поглядывая на Джона и отпивая пиво из бокала.

— Лучше, чем когда-либо, — Джон невесело смеется и качает головой.

— Серьезно?

— Ага. Забавно, правда?

— Наверное, ты счастлив, наконец, оказаться в тишине…

Джон вскидывает голову и хмурится.

— Прости, — бормочет Лейстрейд и смущенно опускает глаза. — Прости, это была ужасная шутка, извини, я…

— Ты знаешь, раньше, когда он был… ну, когда на него находило, я думал, что буду рад, когда меня наконец-таки оставят в покое, — Джон со смешком отпивает из бокала. — Я и подумать не мог, что буду сходить без него с ума.

Повисает долгая тишина, заполненная обычными звуками паба в обеденное время: стук вилок и ножей о тарелки, оживленные разговоры, шепот наполняемых пивом бокалов.

— Я тоже по нему скучаю, — Лейстрейд постукивает подставкой для бокала о стол. — Я тоже.

***

Шерлок наведывается к Лейстрейду на место преступления. Он с разбегу налетает на Андресона, толкает Лейстрейда в сторону залитого светом тела на дороге, трясет Салли за плечи.

Ничего не происходит. Он раздраженно рычит и бросается по лестнице Вниз, и пальто развевается за его спиной, когда он исчезает в одной из лабораторий.

***

Шерлок дожидается рассвета и идет к тому месту на тротуаре возле Бартса, где он каким-то образом пролетел Вниз. Сейчас там лестница. Прямо там, где голова Шерлока ударилась об асфальт, лестница Вниз. Он бьет по стене кулаком и скачет на треснувших камнях мостовой, на которых несколько недель назад лежало его тело.

Такое чувство, что прошли годы.

Он запрокидывает голову и смотрит на крышу.

«Это всего лишь фокус», — сказал он тогда Джону.

Он закрывает глаза.

— Это всего лишь фокус, — шепчет он. — Всего лишь фокус.

***

Один раз он навещает Молли. У нее все в порядке.

***

В библиотеке Британского музея есть пыльная книга о фокусах. Прямо перед закрытием Шерлок выскальзывает из внушительного неоклассического здания с книгой в руках. Он берет ключ и отправляется в дом 221B, где приглушенный свет гостиной не будет ранить его глаза и кожу.

Джон дома. Он упаковывает вещи в коробки, и от одного вида этого Шерлоку больно.

Он открывает книгу и зачитывает вслух.

— Каждый фокус состоит из трех частей, — читает он, по пятам следуя за Джоном по квартире. — Часть первая, наживка. Показывается обычный предмет — колода карт, птица или человек. Человек стоит на крыше, разведя руки в стороны руки, ему нечего прятать. Вторая часть, превращение. С самым обычным предметом происходит что-то необычное, — Шерлок поднимает брови. — Например, превращение в Песочного человека, — бормочет он себе под нос. — Часть третья, престиж. Просто заставить предмет исчезнуть недостаточно, нужно его вернуть. Третья часть фокуса — это самая сложная часть, которую мы называем престиж.

— Самая сложная часть, — шепчет Шерлок. — Ну конечно она сложная, она просто обязана быть сложной, ничего ценного не дается легко, так ведь? — он падает в кресло и устраивается в нем, подобрав под себя ноги. На нем та одежда, что он носит с момента падения, пальто перекрутилось, воротник поднят. Он небрежно отбрасывает пыльную книгу в сторону и начинает думать.

***

Основная проблема, как решает Шерлок, состоит в том, что, хотя его душа более чем жива, он понятия не имеет, что случилось с его физической оболочкой. Она в каком-то смысле еще при нем, раз он может ходить, трогать и ощущать предметы Наверху, и ему больно, когда он щипает себя.

Шерлок отправляется Вниз, вырывает у себя волос и тщательно перетирает его в темно-коричневую пыль. Он смешивает волос с песком, пересыпает все это в банку, взбирается Наверх и втирает смесь в глаза Джону. Затем ложится рядом с ним и принимается ждать.

***

Посреди ночи Джон внезапно протягивает руку и сжимает бедро Шерлока. Тот изумленно распахивает глаза и касается подбородка Джона. Джон подается на прикосновение.

Но утром, когда Джон просыпается, он не видит Шерлока, не чувствует робких прикосновений пальцев к своей коже.

***

Все сработало. Но… Джон смог почувствовать Шерлока только пока был во власти созданного им сновидения, но не утром, после пробуждения.

***

Следующей ночью Шерлок толчет два волоса, ложится в объятия Джона и крепко держится за него, пока первые лучи не пробираются в комнату через неплотно задернутые шторы. Солнце подает на кожу Шерлока, и та начинает слабо мерцать, словно осыпанная звездной пылью.

Он должен вернуться. Должен.

***

После почти что успешного опыта с волосами, Шерлок решает положить в основу своего возвращения, своего престижа, пять чувств. Воспоминания Джона о Шерлоке, которые проявляются во снах, означают, что зрение уже задействовано. Как и обоняние, и теперь запах Шерлока — сандаловое дерево, сигареты, химикаты, танин — преследовал Джона и днем и ночью, почти как сам Шерлок.

Что касается осязания, то Шерлок отрезает и толчет целую прядь своих волос. Он добавляет пыль цвета жженой умбры в песок со снами, воссоздающими лучшие воспоминания Шерлока о Джоне — больничный запах лаборатории Бартса, синева пальто, развевающегося за спиной Шерлока во время расследований, рождественская гирлянда и надежная, уверенная поступь Джона по лондонским улицам.

Листья чая, сухое молоко, крошки от тостов и самая малость меда. Шерлок толчет кусочек сахара и тоже добавляет в смесь.

Теперь у него есть все, кроме звука.

Шерлок сидит и пристально смотрит на банку песка на столе, его ладони соединены, он опирается на них подбородком и думает дальше. Как можно сохранить звук? Он зажмуривается, вылавливая из запутанных лабиринтов своей памяти обрывки разговоров.

— Миссис Хадсон! Доктор Ватсон займет комнату наверху!
— Кто сказал?
— Человек за дверью.

— Ты в курсе, что произносишь это вслух?
— Все, умолкаю.
— Да нет, я не против.

— Ты что, продолжаешь разговаривать со мной, когда меня нет?
— Не знаю, а как часто тебя нет?

— Мы расследуем преступления, я пишу об этом в блоге, а он забывает надеть трусы. Я бы особо не надеялся.

Шерлок неожиданно для самого себя смеется. Он вскакивает, наклоняется к пишущей машинке цвета морской волны и печатает:

«Джон и Шерлок».

Затем он достает бумагу из машинки, вырезает часть с именами и, окунув кисточку в горшочек с клеем, приклеивает бирку к банке. Он смотрит на часы. Через полчаса лестница в Паддингтон вновь откроется. Времени достаточно.

Он отвинчивает крышку и прижимается ухом к горлышку банки. Темно-синий и темно-красный песок внутри шепчет и танцует.

— Слушай, — говорит Шерлок и песок замирает. — Слушай.

***

— Давным-давно, — говорит Шерлок, бережно сжимая стекло в ладонях. Он старательно отгоняет на задворки сознания воспоминания о том, когда в последний раз слышал подобное начало сказки — тогда, на заднем сидении кэба. — Давным-давно жил-был хороший солдат по имени Джон Ватсон. Он был очень смелым, одним из самых смелых солдат в армии Ее Величества. Настолько смелым, что отправился в одно очень жаркое место далеко-далеко отсюда, чтобы присматривать и штопать всех сломанных солдат.

— Но, к сожалению, наш старина Джон Ватсон стал капельку слишком смел, зазнался и сломался сам. Он вернулся в Лондон и встретил здесь одинокого и немного заносчивого консультирующего детектива по имени Шерлок Холмс.

— Джон спас жизнь Шерлоку, хотя не знал его еще и дня. Они съехались и стали вместе расследовать преступления, — Шерлок улыбается. — Джон писал об этом, а Шерлок… — он тихо смеется. — Шерлок забывал надеть трусы.

— А еще там был человек — очень злой человек по имени Джеймс Мориарти, и он заметил, каким счастливым Джон делает Шерлока. Он позавидовал им. Он сказал Шерлоку, что хочет сыграть в игру, а Шерлок, глупый Шерлок, который так любит демонстрировать людям, какой он умный, согласился сыграть.

— Джеймс Мориарти был преступником, и на некоторое время он увлек Шерлока своими выдумками. Джеймс был одинок и печален, как и Шерлок. Но Джеймс завидовал тому, что у Шерлока есть Джон, и он делал все, чтобы разлучить смелого солдата и консультирующего детектива. Его план сработал, и Шерлоку пришлось спрыгнуть с крыши очень высокого здания, чтобы спасти Джона и тех людей, что делали Шерлока счастливым.

— Шерлок прыгнул, упал и оказался здесь. Без Джона он так одинок и так печален, как даже и не знал, что возможно. И он очень скучает по бравому старине Джону. Поэтому он пытается вернуться Наверх, там, где ему и место, назад в свою квартиру, к экспериментам, расследованиям и Джону. К своему… — Шерлок глубоко вздыхает и закрывает глаза. — К своему лучшему другу. Так что… если все получится, если Джон сможет уловить запах Шерлока, коснуться его волос, его кожи, почувствовать вкус его любимой еды, вспомнить, как выглядит Шерлок, услышать его голос, то… То, возможно, Шерлок сумеет возвратиться домой.

Шерлок ставит банку на стол.

— Мне не место здесь, Внизу, — говорит он песку. — Это всего лишь фокус, — произносит он и завинчивает крышку. — Всего лишь фокус. — Он проводит пальцем по наклейке.

«Джон и Шерлок».

— Это всего лишь фокус.

***

Пробираясь через темные комнаты и узкие коридоры, он замечает странный пугающий силуэт. Но Шерлок как обычно не обращает на других Песочных людей никакого внимания и, как он надеется, в последний раз взбирается по паддингтонской лестнице, крепко прижимая к себе банку. Выбравшись наружу, он ставит ее на землю и трет ладони, окунувшись в ночную прохладу. Он быстро добирается до дома 221 и через окно забирается в спальню Джона.

Джон как раз собирается ложиться спать. Вообще-то еще рановато, но Шерлок даже рад, что не придется долго ждать. Он садится на кровать и ждет, пока дыхание Джона не выравнивается. Затем Шерлок касается высунувшейся из-под одеяла лодыжки, ведет ладонью вверх по телу Джона и запускает пальцы в его волосы..

— Песочный человек, — неспешно напевает Шерлок. — Как было бы прекрасно найти кого-то прежде, чем я состарюсь... — Шерлок касается подушечкой указательного пальца потрескавшихся губ Джона. Напевая себе под нос, он открывает банку, берет побольше песка и засыпает его Джону в глаза.

— Джон, сделай так, чтобы все получилось, — шепчет он. — Верни меня, — он втирает песок в уголки глаз Джона и сворачивается вокруг него, поверх одеяла, прямо в костюме, пальто и туфлях. Он замирает, а затем делает глубокий вдох и целует Джона в затылок, — Верни меня из сна, — говорит он. — Пожалуйста, Джон. Пожалуйста.

Банка с песком покоится на подушке у головы Джона. Она опрокидывается, когда Джон перекатывается во сне, повернувшись лицом к Шерлоку, и песок попадает тому на лицо, и, закрыв глаза, он отправляется в мир сновидений вместе с Джоном.

***

Шерлок просыпается от мягкого прикосновения чужих губ к своим губам. Изумленно выдохнув, он пытается отстраниться, но рука Джона на затылке удерживает его на месте. Джон прижимается к нему всем телом. Шерлок не собирался спать, но все-таки заснул, и теперь солнечный свет льется в комнату через неплотно задернутые шторы. Шерлок подставляет руку под лучи и внимательно смотрит на свою ладонь, пока Джон его целует. Кожа такая же бледная, как и обычно, но не блестит, не сияет и не болит от солнечного света.

— Шерлок, — шепчет Джон и сжимает в кулаке его волосы.

Шерлок распахивает глаза в приятном удивлении и отвечает на поцелуй, пытаясь пальцами поднять Джону веки.

— Ты не спишь? — он почти кричит в рот Джону и снова целует, потому что он так сильно, так давно этого хотел…

— Это не сон? — неразборчиво бормочет Джон в поцелуй и отбрасывает ладони Шерлока, чтобы самому открыть глаза.

— Кажется, нет, — выдыхает Шерлок и поворачивает ладонь в лучах солнца, восхищаясь тем, что она больше не болит и не сияет. Он сильно дергает Джона за ухо.

— Ай! — Джон хватается за ухо, а Шерлок смеется и смеется.

— Что смешного? — требовательно спрашивает Джон, и от всей души пихает Шерлока в грудь. — Это совершенно, ни капли не смешно, ты… ты же… ты был мертв! Нет, я…

— О Джон Ватсон, — вздыхает Шерлок. — У меня есть для тебя история.

***

Там, Внизу луна, улыбаясь, кивает. Все лестницы теперь закрыты для Шерлока Холмса, консультирующего детектива и бывшего Песочного человека.

Здесь, Наверху Шерлок сидит за столом в гостиной и смотрит, как улыбающийся Джон медленно печатает двумя пальцами. В руке у Шерлока — кружка чая, рядом стоит тарелка с медовыми тостами. Они расследуют преступления, Джон пишет об этом, а Шерлок все еще забывает надеть трусы. Теперь они делят друг с другом еще и постель, и свои тела, и никто на земле не был счастливее их.

В карманах пальто Шерлока остался песок. Иногда — но лишь иногда — Шерлок запускает руку в карман и пропускает песчинки сквозь пальцы, вслушиваясь в их шепот, чувствуя заточенную в них магию.

Конец