Actions

Work Header

Когнитивная рекалибровка

Chapter Text

В первый раз, когда Габи видит Баки Барнса, он сидит на полу пустой комнаты в башне Старка, слушает тихо говорящего Капитана Америку, также известного как капитан Стивен Роджерс. У него напряжённое выражение лица. Левый рукав его хлопковой футболки висит пустым.
Это выглядит неплохим началом работы. Обычно её зовут в случаях, включающих в себя крики и удерживающие ремни.
Капитан Роджерс сидит сбоку от него. Их позы зеркалят друг друга. Габи интересно, кто сел первым, а кто повторил движение, но без запроса видеозаписи у мистера Старка она не может сказать с уверенностью. Есть и другие способы получить эту информацию.
Она делает несколько шагов по комнате и останавливается. Держит руки опущенными по бокам, с едва развёрнутыми ладонями.
— Здравствуйте. Я Габриэлла Йошимото.
Конечно, они это знают. Она успела пересечься с мисс Хилл и мистером Старком, которые сообщили ей, что все предупреждены. Всё прекрасно организованно и очень цивилизованно. Она хочет рассмеяться над ними.
Она не делает этого. Она ловит взгляд капитана Роджерса и медленно отступает назад, показывая лёгким движением бёдер, куда ему следует уйти.
— Капитан, если позволите.
Он нехотя поднимается, на мгновение остановившись и что-то тихо сказав сидящему на полу мужчине. Она не может разобрать слов, но ей они и не нужны; всё, что ей надо знать, она читает по языку тела капитана Роджерса. Он защитник, опекун.
Он — линия жизни, которую ей предстоит перерезать, чтобы достичь успеха в стоящей перед ней задаче.
Габи ждёт, пока за ним не закроется дверь, и залезает в сумочку. Баки Барнс следит за предметом в её руках, пока она его разворачивает, закрепляет пластиковые опоры, пристраивает подушку, получив в результате скамеечку для медитации.
Баки Барнс смотрит, не двигаясь. Он не удерживает надолго зрительный контакт. Хорошо.
Набрав воздуха, Габи говорит:
— Я знаю, что вы слышали это раньше, но всё равно хочу начать, сказав, что

 

 

                никогда не буду тебе врать.
Марта наклоняет голову, когда стоящий перед ней на коленях американец выкашливает смешок. Он звучит булькающе. Они сказали, что он проткнул лёгкое, когда упал с поезда.
— Ты мне не веришь?
Американец плотно сжимает рот. Он дрожит, от холода или от шока. Этим утром с него сняли бинты и он увидел обрубок плоти, оставшийся от его левой руки. Ему предстоят новые операции, отрезать придётся ещё больше. Врачи хотят дождаться, когда залечатся его лёгкие. Учёные становятся нетерпеливыми. Чтобы ни сохранило американцу жизнь, они хотят знать, как это работает.
Марта — это компромисс. Пока его тело исцеляется, она будет ломать его мозг.
— Сержант Джеймс Бьюкенен Барнс, — произносит американец через некоторое время, разрывая повисшую между ними тишину.— 3-2-5... 7...
Он замолкает, хмурится, глаза бегают по сторонам в поисках чего-то.
— У тебя проблемы с памятью? — спрашивает Марта.
Он поднимает на неё взгляд, полный неприкрытого ужаса.