Actions

Work Header

Среди акул

Chapter Text

— Разумеется, — подтвердил лорд Витинари. — Мои мотивы,
как всегда, абсолютно прозрачны.
Гьюнон подумал, что «абсолютно прозрачны» может означать
одно из двух: либо эти самые мотивы видны насквозь, либо
их просто нельзя увидеть.
Терри Пратчетт, «Правда».

 

1.

Телефонные звонки с утра — это то, что больше всего ненавидел Артур Пендрагон. Есть всегда в них что-то затаённо мерзкое, потому что с хорошими новостями звонить на рассвете тебе не будут. Хорошие новости, за исключением прибавления в чей-нибудь семье, когда счастливому родителю абсолютно всё равно, какой сейчас час, — это удел времени после полудня. Заспанный народ уже успел добраться до работы или друзей и узнать, что именно происходит вокруг.

Поэтому на звонящих с утра Артур никогда не кричал и не ругался. Он просто изначально знал, что набирать его номер до обеда ни один человек в здравом уме добровольно не будет.

В любом правиле, конечно же, есть исключение.

— Включи новости, — невозмутимо заявила Моргана, стоило только Артуру поднести телефон к уху, — Те, где твоя любимая София. Через пять минут там начнётся кое-что очень любопытное.

— Что именно?

— Включи, — настойчиво повторила Моргана. — А потом, когда выпьешь успокоительного, перезвони мне. Обсудим.

Артур обвел сонным взглядом комнату. Обычно сводная сестра звонила ему редко и либо после изрядной дозы алкоголя, либо в надежде что-то от него получить. А такое вступление с многообещающим «обсудим» могло означать только что-то действительно стоящее. Типа начала третьей мировой войны, которое Артур проспал.

Поэтому он потянулся к пульту и, не глядя, щёлкнул кнопкой в сторону телевизора.

На экране знакомая девушка со светлыми, собранными в хвост волосами серьёзно что-то вещала. Ведущая утренних новостей София Синшин была неизменной компаньонкой артуровских завтраков. Но сейчас, впервые со времени вести о мировом финансовом кризисе, Пендрагон-младший не обратил никакого внимания на саму девушку.

— И напоследок, — сказала София с сияющей улыбкой, — наша телекомпания от всей души поздравляет Утера Пендрагона, который во вчерашнем официальном заявлении рассказал о своей скорой свадьбе. Избранником вышедшего в прошлом месяце в отставку премьер-министра стал студент медицинского факультета Мерлин Эмрис.

Артур окончательно проснулся. На экране вместо немного смущённой ведущей появились фотографии его отца и незнакомого долговязого черноволосого парня. Выгляди тот хоть немного моложе, и Утера можно было бы не поздравлять, а обвинять в педофилии.

— Напомним, что всего неделю назад, двадцать восьмого марта, в здании британского парламента состоялась первая гей-свадьба. Гражданский союз заключили британский министр по европейским делам Крис Брайант и его коллега по лейбористской партии Джаред Крэнни. Но на вопрос журналистов, собираются ли они подавать заявку на проведение церемонии в Вестминстерском дворце, мистер Пендрагон и мистер Эмрис отказались от комментариев. А теперь я с удовольствием передаю слово нашему спортивному комментатору…

Артур выключил звук и на автомате набрал номер Морганы.

— Что за хрень?

— У нас будет новая мамочка, — пропела Моргана в ответ.

— А почему она парень?

— Потому что оказалось, что наш папочка — пидарас. Пикантно, не правда ли?

Артур практически чувствовал, как его мир становится верх тормашками. Все эти годы Утер Пендрагон был идеальным политиком, репутация которого могла пережить атомный взрыв. Он всего себя посветил благу Британии, лишь изредка вспоминая о своих детях, но совсем недавно неожиданно для всех ушёл в отставку без объяснения причин такого поступка.

Артур и Моргана, оказавшиеся в мире политики в попытке привлечь внимание отца, были шокированы и обижены.

Но происходящее сейчас заставило Артура несколько пересмотреть свои взгляды.

— Он ушёл в отставку из-за… вот этого? — прохрипел он в трубку.

— Понятия не имею. Возможно. Ты, к слову, проверь почту. Папочка прислал приглашение на семейный ужин, где он хочет познакомить нас с… вот этим.

— Охренеть, — высказался Артур, вставая с кровати.

— Я об этом читала. Это называется кризис среднего возраста, — поделилась Моргана. — Его потянуло на молоденьких, а потом он схлопочет инфаркт в постели от огромной дозы виагры и безутешная жёнушка оттяпает наше наследство.

— Господи, Моргана, у меня сейчас кровь из ушей пойдёт, — Артур споткнулся и ударился об косяк, заслушавшись изложенной сводной сестрой последовательностью гипотетических событий.

— Это всего лишь правда, братец, которую мы скоро увидим в реальности. Так что готовь свадебный фрак и похоронный костюм. И пару юристов получше.

Артур застыл посреди коридора, сжимая в руках конверт со знакомым теснением.

— Ты примешь приглашение? — спросил он.

— Конечно. Хочу посмотреть на этого мальчика. И тебе советую. Нужно заранее узнать, с чем придётся иметь дело.

— Ты правда думаешь, что он… охотник за состояниями?

— Нет, Артур, что ты, — ядовито фыркнула Моргана. — Это на самом деле большая и чистая любовь.

Договорившись заехать за сестрой завтра в шесть и попрощавшись, Артур приготовил завтрак, открыл конверт и вдумчиво изучил приглашение. Его приятелей по колледжу всегда поражала до глубины души система, по которой строились взаимоотношения в семействе Пендрагонов. Они снова и снова читали приглашения, присылаемые Артуру, и каждый раз допытывались, не легче ли просто позвонить, чтобы пригласить сына на ужин.

Артур каждый раз говорил, что не легче, и принимался доставать из шкафа лучший костюм.

Сегодня в приглашении проскальзывали незнакомые сентиментальные нотки, а на словосочетании «человек, которого я искренне полюбил» Артур и вовсе подавился тостом и закашлялся.

За многие годы у Утера, конечно, были романы, был даже один брак длинною в несколько недель, но ни разу он не знакомил ни одну свою пассию с детьми. И уж точно не заявлял, что собирается связать жениться и осесть в пригороде Лондона, выращивая цветочки и выгуливая пару собачонок.

Поэтому Артур сделал самую естественную вещь на свете. Он просто набрал номер своего частного детектива.

— Прости, я занят, — невнятно буркнул тот в трубку. Артур закатил глаза, в сотый раз спрашивая себя, почему он всё ещё обращается именно к этому человеку, и нажал на повторный звонок.

— Гавейн, плачу по двойному тарифу.

— Заставляешь меня чувствовать себя девушкой по вызову, босс, — весело отозвался детектив. — Что я могу для тебя сделать?

— Мерлин Эмрис. Узнай о нём всё, что только сможешь.

— Это который твоя будущая мачеха? — заржал Гавейн.

Артур заскрипел зубами и нажал на сброс.

Гавейн большую часть времени был жутким придурком с альтернативным для нормальных людей чувством юмора, но дело своё знал. Поэтому Артур не сомневался, что уже через пару часов на его столе появится увесистая папка со всеми прегрешениями Мерлина Эмриса, включая подложенную на стул учительницы кнопку в начальной школе.

Так что Артур на время выкинул из головы все мысли о критическом и кризисном возрасте отца, который принёс с собой охочую до денег малолетку. Он закончил завтрак, проигнорировав тринадцать звонков от знакомых журналистов, которые явно горели желанием узнать его мнение о надвигающейся свадьбе, и ещё пять от Софии лично, не спеша оделся и поехал на работу.

Необходимо было наконец-то договориться о посещении больницы, чтобы официально передать главному врачу новое оборудование, закупленное парламентом для родильного отделения, а так же встретиться с послом Гондураса. В перерывах между событиями пришлось выдерживать любопытные взгляды коллег.

Гавейн, к удивлению Артура, через два часа не объявился. Лишь вечером, уже вернувшись домой, Пендрагон обнаружил детектива у себя на пороге.

— Ну ты и задал мне задачку, босс, — без лишних приветствий начал Гавейн. — Над макушкой этого паренька на днях засияет нимб, не иначе.

Артур удивлённо приподнял брови.

— Совсем ничего?

— Чище стёклышка, — отрапортовал Гавейн.

— Рассказывай, что накопал, — приказал Артур, отпирая дверь и впуская детектива в дом.

— Мерлин Эмрис, двадцать лет, день рождения первого января. Студент второго курса лондонского университета. Собирается стать врачом, написал в анкете в старшей школе, что хочет присоединиться к организации «Врачи без границ».

— Прекрасно, благородство так и прёт, — хмыкнул Артур, ставя на конфорку турку с кофе.

Гавейн согласно кивнул.

— Сирота, — Артур удивлённо поднял глаза на детектива. — Отец, Балинор Эмрис, был убит шестого мая девяносто седьмого года. Пытался остановить грабителя в магазине. Мать, Гунит Эмрис, умерла полгода назад. Диагноз — лейкемия. Воспитывает брата. Мордред Эмрис, одиннадцать лет, в этом году пошёл в среднюю государственную школу.

— Работает где-то?

— Санитаром в госпитале Святой Марии.

— Н-да.

— Ты уже видишь нимб и крылья?

— Практически.

— Единственный его более-менее весомый проступок за последний год — это тотальный прогул лекций, из-за чего он под угрозой отчисления. Но парня можно понять, ему нужно кормить ребёнка.

Гавейн по-доброму усмехнулся.

Артур же задумался, пытаясь переварить новости. Парнишка явно нуждался в деньгах, но на обычного мелкого хищника с мечтой подцепить богатого старого дурака похож не был. Вот только непонятно было, как он умудрился познакомиться с его отцом, «влюбиться» и уговорить того на свадьбу.

О том, что Утера, возможно, и уговаривать не пришлось, Артур очень старался не думать.

— Романы? — с надеждой спросил он.

— Одна-единственная девушка на первом курсе — Гвен Энжелс. Расстались почти сразу после прошлого нового года, но, судя по переписочке в фэйсбуке, остались хорошими друзьями. В общем, на редкость скучный клиент. Раньше ты мне таких не подсовывал, Артур.

— Ну, прости уж.

Артур передёрнул плечами. На такое он не рассчитывал. С утра ему показалось, что разобраться с безумием отца будет очень просто, но оказалось, что без союза с Морганой не обойтись.

Поэтому Артур напоил Гавейна кофе, отдал ему в руки чек и попросил посмотреть более пристально. Тот пообещал сделать всё, что в его силах, и удалился, насвистывая какую-то странно знакомую, но чудовищно искажённую мелодию.

После его ухода Артур позвонил сводной сестре.

— Компромата ноль, — тяжело вздохнула та.

— У меня то же самое, — отозвался Артур.

— Если бы он не собирался выходить замуж за Утера, я бы уже просила его сниматься для нашего предвыборного ролика, — поделилась Моргана. Артур против воли восхитился. Из её уст это звучало самым большим комплиментом.

— Аналогично.

— А может всё равно позвать? — неожиданно задумалась Моргана.

— С ума сошла? — удивился Артур.

— А что, быть геем сейчас модно.

— Моргана, мне кажется, что ты забыла наш план.

— Да потому что пока у нас нет никакого плана, — фыркнула Моргана. — Вот посмотрим на него вблизи и подумаем. Слабости есть у всех.

Артур нахмурился и честно признался:

— Я тебя порой боюсь.

Моргана довольно рассмеялась в ответ.

2.

В жизни Мерлин Эмрис выглядел ещё младше, чем на фотографиях. Артур окинул его взглядом, отметив долговязую фигуру, почти болезненную худобу, общую бледность, торчащие уши, ярко-синие глаза и полные губы, и вопросительно уставился на неприлично довольного отца.

— Мерлин, знакомься, мои дети — Артур и Моргана.

Моргана улыбнулась юноше до того приторной ухмылочкой, что даже Артур на его месте почувствовал бы себя неуютно. Но Эмрис лишь светло улыбнулся в ответ, продемонстрировав недюжинную выдержку.

— Очень приятно.

— А уж как нам… приятно, — протянул ему руку Артур. Пальцы у Эмриса оказались ожидаемо тонкие и длинные, на зависть любому пианисту.

Мерлин выдержал пристальный взгляд Артура без тени смущения или опасения.

— Ужин уже готов, — Утер предложил Моргане руку. — Надеюсь, что вы останетесь на выходные?

— Конечно, — отозвался Артур всё ещё смотря Мерлину прямо в глаза.

— Мы так давно уже не собирались всей семьёй, — с готовностью подхватила Моргана. — Уже и новости узнаём по телевизору. Нехорошо.

— Совершенно с тобой согласен, дорогая.

Утер и Моргана уже зашли в столовую, когда Мерлин чуть вздрогнул, словно отмерев.

— Нам лучше тоже пойти за ними, — улыбнулся он.

— Вероятно.

Артур совершенно не понимал, что его отец мог найти в этом нескладном мальчишке. В нём не было ничего впечатляющего. Ни внешности, ни ума. Даже обычной координации движений, и той не было — по дороге в столовую Мерлин немного не вписался в поворот, ударился о стоящий в коридоре комод и тихо зашипел.

Артур постарался сдержать смешок, пока шёл к столу.

— Итак, — сказала Моргана, едва они успели присесть, — мы с Артуром умираем, так хотим узнать, как же вы познакомились.

Мерлин кинул быстрый взгляд на Утера. Артуру даже показалось, что на лице юноши мелькнул испуг.

— В больнице, — всё-таки сказал он.

— В больнице? — удивилась Моргана.

Мерлин снова посмотрел на Утера. Тот улыбнулся и помахал рукой.

— Можешь говорить. Я не собирался скрывать это от своих детей.

— Ты болен? — Артур напрягся.

— В моём возрасте неприлично быть здоровым, — рассмеялся Утер. — Но нет. Просто попал в небольшую аварию.

— Нам никто не сказал, — растерянно уставился на отца Артур.

— Там не о чем было рассказывать, — отмахнулся тот.

Артур посмотрел на Эмриса. Тот выглядел очень виновато. Словно бы лгал. Артур решил, что стоит попросить Гавейна проверить, так ли несерьёзна была эта «небольшая авария».

— Мерлин замазал тебе царапину зелёнкой, и ты понял, что это любовь? — с изрядной долей ехидства поинтересовалась Моргана.

— Что-то в духе, — невозмутимо отозвался Утер.

— Понятно.

Моргана с энтузиазмом воткнула вилку в курицу. Мерлин даже сглотнул и немного отодвинулся от девушки, заставив Артура усмехнуться.

— А ты, Мерлин, — обратился он, — что ты нашёл в нашем отце?

Эмрис тихо вздохнул и мужественно встретил его насмешливый взгляд.

— Утер умный, великодушный и интересный мужчина. Это очевидно любому человеку.

— Но в твоём возрасте интереснее с ровесниками, разве не так?

— Не все люди попадают под твои стереотипы, Артур, — серьёзно ответил Мерлин. — И что не так с моим возрастом?

Артур громко фыркнул.

— Думаешь, кто-нибудь в этом мире поверит, что в двадцать лет нормальный человек думает о духовных качествах своего избранника?

Мерлин вскинулся и нахмурился.

— Я же сказал — не все соответствуют твоим стереотипам. Если ты смотришь только на внешность, не значит, что весь мир поступает так же.

— Почему же только на внешность, — совершенно развязано ухмыльнулся Артур. — Я ещё смотрю на их умение тра…

— Артур! — одёрнул его отец. — Не думал, что в твои годы тебе нужно будет напоминать о поведении.

— Прошу прощения, — выдавил из себя Артур, опустив глаза в тарелку. Ему двадцать пять, а он всё ещё чувствует себя расшалившимся ребёнком, стоит только отцу посмотреть на него с осуждением.

Моргана невозмутимо доела курицу и взглянула на Мерлина.

— Не ешь мяса?

Эмрис замялся. Его тарелка вообще была на удивление полной.

— Да, — кивнул он.

— Ты прямо как из рекламы, — хмыкнула Моргана.

— Прости? — удивлённо уставился на неё Мерлин.

— Сплошной идеал.

Эмрис смутился и замотал головой. Но возразить ему Утер не дал.

— Теперь-то ты понимаешь, дорогая, какое сокровище мне досталось.

Артура затошнило от столь очевидной любви и нежности во взгляде отца.

— Понимаю, — задумчиво кивнула Моргана, предупреждающе отдавив брату ногу под столом.

Артур скривился от боли, но промолчал.

Остаток ужина прошёл за обсуждением Морганой и Утером ситуации в Ливане. Мерлин почти всё время, не поднимая глаз, ковырялся в своей тарелке и лишь изредка мечтательно улыбался своему любовнику. Артур при этом скрипел зубами от отвращения и давил в себе порывы сказать что-то резкое.

Ужин плавно перешёл в посиделки в гостиной за просмотром последних новостей (Артур был поклясться готов, что Мерлин на мгновение удивлённо вскинул брови и посмотрел на них, как на идиотов) и комментирования последних поправок, которые предложил министр образования. Эмрис явно не вслушивался в разговор, невидящим взглядом пялился в экран и давил зевки. Когда Утер отошёл за сигарой, Моргана притянула Артура к себе и на ухо сообщила, что так таращиться на другого человека неприлично.

И Артуру пришлось демонстративно на Эмриса не смотреть весь остаток вечера.

Вот только когда пришло время отправляться спать, и Утер галантно пропустил Мерлина перед собой в спальню, у Артура возникло совсем уж неприличное желание вытащить оттуда мальчишку за шкирку.

Эмоции он обуздал, но вот уснуть смог только под утро, полночи испуганно ожидая услышать непотребные звуки из спальни отца, который подтвердили бы, что он с этим пареньком не просто обнимается.

В душе Артура сплетались в комок отвращение, злость и ревность.

3.

На следующий день расположения к будущему члену семьи у Артура не прибавилось. Он не спал и трёх часов, а на завтрак к тому же подали какой-то жуткий набор продуктов, который его отец охарактеризовал как «мы с Мерлином за здоровое питание». Сам Эмрис после этого заметно стушевался, окинув всех быстрым взглядом.

Поэтому к обеду Артур был ещё и голоден как волк. И был так же готов проглотить глупую овечку в один присест.

Но отобедать толком не удалось.

Стоило им только усесться за стол, как Эмрису позвонили. Он извинился, отошёл, и до Артура долетели только отдельные слова: «опять?!», «издеваешься» и «приеду». Вернувшись, Мерлин смущённо пролепетал что-то о срочных делах, неловко поцеловал Утера в щёку, видимо, пожалев нервы Морганы и Артура, и практически выбежал из дома.

Артур практически не глядя отправил Гавейну сообщение «Эмрис. Ушёл. Следить», проглотил еду, не пережевывая, и сделал вид, что неожиданно вспомнил о крайне важной встрече. Моргана ехидно приподняла бровь, всем своим видом намекая, что худшую ложь она в жизни не слышала, но отец, кажется, ничего не заметил.

Именно так Артур и оказался напротив неприметного домика в одном из худших районов Лондона. По словам Гавейна, Эмрис приехал сюда на метро (мимоходом уступил место пожилой даме, помог юной миссис с коляской спуститься по лестнице и объяснил туристам из Германии дорогу с помощью жестов). Дверь ему открыл парень лет двадцати пяти — тридцати с тёмными волосами, который точно не являлся ни его однокурсником, ни коллегой по работе.

Артур не мог поверить в свою удачу. Компромат буквально сам плыл ему в руки.

Дожидаться, пока Эмрис соберётся выходить, Пендрагон-младший не стал, решив ловить птичек на горячем. Поэтому он подошёл к двери и решительно нажал на звонок, ожидая увидеть полуодетых и растерянных парней и уже подготовив мини-речь, которую решил начать с прекрасной фразы: «Я сразу почувствовал, что ты лжёшь, Мерлин Эмрис».

Дверь открылась практически сразу, на пороге стоял описанный Гавейном парень в застёгнутой до последней пуговки рубашке.

— Могу вам чем-то помочь? — немного удивлённо спросил он.

Артур неожиданно почувствовал себя неловко. Парень изучал его внимательными глазами, явно пытаясь понять, что он, облачённый в явно дорогую одежду, забыл на этой улице.

— Э… — глубокомысленно сообщил Артур.

— Машина сломалась? — предположил парень.

Артур отрицательно качнул головой, и почти в это же время за спиной парня появился деловитый Эмрис.

— Нужна мазь от ожогов, Ланс. Ой. Артур? — шокировано моргнул он. — Ты как тут оказался?

— Проезжал мимо? — неуверенно ответил Артур.

Мерлин нахмурился.

— Ну да…

— Вы знакомы? — парень, которого звали Ланс, переводил подозрительный взгляд с Артура на Мерлина.

— Он сын Утера, — кратко пояснил Эмрис, —очевидно, пытался за мной следить.

— Я не следил за тобой, — решительно опроверг Артур.

— Ты кого-то нанял, — фыркнул Мерлин. — Твой отец целую лекцию мне прочитал на тему «чего стоит ожидать от моих детей и куда звонить, если чувствуешь паранойю».

— И куда? — против воли заинтересовался Артур.

— Ему, конечно. Ну а теперь, раз уж ты убедился, что мы с Лансом не трахаемся, не мог бы ты свалить по своим делам?

— Кто сказал, что я убедился? — упрямо вскинулся Артур.

Эмрис закатил глаза, а Ланс тихо фыркнул.

— Мы с Мерлином друзья, — сказал он. — Можешь быть спокоен.

— Он скорее поэтому и волнуется, — объяснил Эмрис. — Утер говорил, что его дети будут пытаться раскрыть ему глаза на мою мерзкую сущность. Вот только у них ничего не получится.

— Самоуверенно.

Мерлин посмотрел Артуру прямо в глаза, уверенно и спокойно.

— У меня нет привычки предавать людей, которых я люблю.

Артур с сомнением хмыкнул. Кому, как не ему, было известно, что люди с подобным образом мышления вымерли вместе с мамонтами.

— Зато есть привычка жутко тормозить, — кто-то слабо, но очень осуждающе пробормотал у Мерлина за спиной. — У меня вообще-то всё болит, а вы тут выясняете отношения.

Эмрис тут же обернулся и Артур увидел, что возле лестницы на второй этаж стоял болезненного вида мальчишка, не старше десяти лет на вид, с замотанными бинтами руками.

— Прости, — искренне извинился Мерлин. — Я сейчас сбегаю в аптеку.

— Я схожу, — вызвался Ланс. — Тебе есть, с кем ещё разобраться.

Он проскользнул мимо хмурого Артура, схватив куртку с вешалки.

— Это кто? — спросил мальчишка, до неприличия пристально разглядывая незваного гостя с головы до пят.

Мерлин тяжело вздохнул.

— Мордред, это Артур — сын Утера. Артур, это Мордред, мой младший брат. А теперь, Мордред, ты ложишься обратно в кровать, я сейчас поднимусь. А ты, Артур, отправляешься… домой.

Артур готов был поклясться, что мысленно его послали намного дальше. И это даже в какой-то мере радовало — ругаться мистер Идеальность века всё-таки умел. Просто не хотел при брате.

Тот же, сделав вид, что ничего не слышал, продолжил как-то странно пялиться на Артура. А потом и вовсе скривился.

— Я разочарован, — наконец резюмировал Мордред, переведя взгляд на брата.

Уголки губ Эмриса-старшего дёрнулись, словно он изо всех сил пытался сдержать улыбку.

— Иди наверх, Мордред, — попросил он.

И только после этого мальчик кивнул и начал подниматься. Артур проводил его непонимающим взглядом.

— С ним что-то случилось?

Мерлин громко выдохнул.

— Несчастный случай на уроке химии. Снова взорвал класс.

— Снова?

Мерлин с готовностью кивнул, но тут же вступился за честь младшего брата:

— Он очень умный, просто любопытный. Ему нравится видеть всё на опытном примере. — Эмрис поджал губы и честно продолжил: — Правда, если он так никогда и не получит Нобелевскую премию, наши с его учителями мучения будут напрасны.

Артур покачал головой. Он был немного удивлён. Ещё минуту назад Мерлин прямым текстом велел ему убираться из дома, а сейчас почему-то болтал с ним, как со старым приятелем.

И тут всё как будто вернулось в нужную колею. Мерлин неожиданно нахмурился и вскинул подбородок.

— Теперь ты убедился? — ехидно приподнял он бровь и с намёком кивнул в сторону лестницы.

Артур машинально кивнул.

— Тогда топай домой.

Мерлин сделал шаг вперёд, положил ладонь на грудь Артура и легонько толкнул его, так что тот отшатнулся, оказавшись на пороге. Дверь захлопнулась прямо перед его носом.

Артур ещё несколько минут стоял на месте, пытаясь осознать, что именно сейчас произошло. Мимо него прошёл вернувшийся из аптеки Ланс с маленьким пакетом.

— Почему они в твоём доме? — спросил Артур, когда тот вставил ключ в скважину.

— Мерлин попросил присмотреть за Мордредом на выходных.

— Как он взорвал школу в выходные?

Ланс обернулся и посмотрел на него, чуть наклонив голову.

— Дополнительные занятия, — пояснил он. — В государственных школах слишком мало часов, а мне кажется, что таким одарённым детям, как Мордред, нужно особенное внимание. Поэтому я занимаюсь со всеми желающими на выходных.

— Ты учитель? — удивился Артур.

— Мне нужно отнести им мазь, — улыбнулся Ланс, отворачиваясь от него и заходя в дом.

Артур почти чувствовал, как его мозг молит о помощи. Он не привык иметь дело с такими людьми, и сейчас пытался связать в единое целое кусочки образа Мерлина Эмриса. Примерного брата, студента, работника и друга, который одновременно, без всяких сомнений, был расчётливым малым, охотящимся за деньгами.

С одной стороны, Артур почти сочувствовал ему — парню явно приходилось несладко. Но с другой… пусть найдёт себе другого старого идиота. Артур даже по доброте душевной подскажет ему адреса и места частого обитания парочки бизнесменов, сидящих у него поперёк горла не первый год.

Пусть только оставит его отца в покое.

Артур сел в машину и позвонил Гавейну.

— Узнай всё об учителе химии в школе Мордреда. Зовут Ланс.

Гавейн недоверчиво хмыкнул в ответ.

— Босс, ты эдак до мальчика, приносящего Эмрису газеты, дойдёшь.

— Я плачу не за рассуждения, — отрезал разозлённый Артур.

Гавейн душераздирающе вздохнул, заставляя клиента почувствовать себя гнусным рабовладельцем.

— Хорошо-хорошо. Всё узнаю и доложу.

— Другое дело.

Артур небрежно кинул телефон на соседнее сиденье и прикрыл глаза, прежде чем завести машину.

4.

Вечером воскресения к Артуру заявилась Моргана с поразившей бы до глубины души любого, кто её знал, коробкой пиццы. Он пересказал ей всё, что случилось в доме учителя брата Мерлина, и она задумчиво закрутила кусочек теста руках.

— Тебе нужно узнать его получше.

— Чего? — уставился на неё Артур.

— Держи друзей близко, а врагов ещё ближе, — наставительно произнесла Моргана. — Если наши детективы ничего не могут найти, значит, мы должны сами что-то предпринять.

— Почему бы тебе самой с ним не подружиться? — скрестил руки на груди Артур, возмущённо разглядывая сестру. — Скажешь, что хочешь стать вегетарианкой, попросишь совета, с какой травы начать, и — вуаля! — вы уже вместе проводите выходные.

— Потому что я понятия не имею о травме его брата, — Моргана снисходительно усмехнулась. — А вот ты — другое дело.

— Я не понимаю.

— Ох, Артур, — она закатила глаза. — Благодарность — великое чувство. И именно его наш милый мистер Эмрис к тебе испытает, когда ты завтра с утра явишься к нему, благоухая «Хьюго Босс» и держа в руках самую лучшую мазь от ожогов в мире.

— Я никогда не благоухаю… этим.

— О, то есть остальной план у тебя возражений не вызвал? — обрадовалась Моргана и похлопала его по плечу. Артур скривился, изучая жирное пятно на белоснежной рубашке. Но всё-таки согласно кивнул.

И именно это было причиной того, что в семь утра в понедельник (Мерлин Эмрис уходит на работу в десять минут восьмого) Артур стоял возле не менее обшарпанного дома, где снимал квартиру любовник его отца и недоумевал. По его представлениям, обладай Эмрис той хваткой, которую они в нём подозревали, он должен был уже нежиться в собственном джакузи в роскошных апартаментах в центре Лондона.

А не собираться на дежурство в больницу в такую несусветную рань.

Артур мужественно подавил зевок и нажал на звонок.

Эмрис открыл дверь минут через десять и удивлённо заморгал. Артур едва сдержал улыбку, глядя на совершенно заспанное лицо со следом подушки на щеке в обрамлении почти стоящих дыбом волос.

— Ты не мог бы следить за мной днём? — зевнул Мерлин.

— Тебе разве не нужно на работу? — нахмурился Артур, обещая себе надавать Гавейну по шее за ложные сведения.

Но тут Эмрис осоловело потряс головой и уставился на него круглыми как у совы глазами.

— А который сейчас час?

Артур бросил взгляд на наручные часы.

— Двенадцать минут восьмого.

— Бля-я-ять, — простонал Эмрис, схватившись за голову, и хлопнул дверью прямо перед его носом.

Артур обалдело уставился в пространство перед собой. Так с ним ещё никто не обращался. За последние сутки Мерлин Эмрис два раза поставил его в такое идиотское положение перед самим собой.

Артур раздражённо передёрнул плечами и облокотился на стену, решив не отвлекать ушастого придурка от лихорадчатых сборов. Сам Пендрагон в жизни никуда не опаздывал и не понимал, как так вообще можно жить.

Мерлин выскочил из квартиры минут через пятнадцать, на ходу пытаясь застегнуть одновременно куртку и рубашку.

Разговора, впрочем, всё равно не получилось. Эмрис промчался мимо на такой скорости, что Артур даже рта раскрыть не успел. План Морганы начинал лететь к чертям, но тут на пороге показался Мордред.

— Тебе чего? — нахмурился он.

Артур посмотрел на парнишку и вздохнул. Ну не вылавливать же ему Эмриса по всему госпиталю среди бела дня, право слово.

— Мазь привёз, — буркнул он, делая шаг в квартиру и аккуратно кладя свёрток на полку. — Постарайся больше ничего не взрывать.

— С чего такая щедрость? — сощурился Мордред.

— Ты всегда такой подозрительный? — приподнял бровь Артур.

— Я за двоих.

Артур фыркнул, приглядевшись к мальчику повнимательнее. Он был одновременно похож и не похож на Мерлина. Такие же тёмные волосы, но светлые голубые глаза. Такая же бледная кожа, но тонкие губы. Такая же улыбка, но цепкий взгляд, видящий насквозь. Артуру даже захотелось узнать, что из него получится, когда он подрастёт.

— Твой брат показался мне… рассудительным, — сказал он.

Мордред поджал губы.

— Недостаточно.

Артур склонил голову.

— Что ты имеешь в виду?

— Ничего, — Мордред пожал плечами и широко, по-мерлиновски, улыбнулся. — Спасибо за мазь, сэр.

— Артур.

— До свидания, сэр, — качнул головой Мордред, закрывая дверь.

— Это у них генетически заложено — хлопать дверью перед моим носом? — хмыкнул Артур, спускаясь по лестнице на первый этаж.

Артур прибыл на работу первым, за что удостоился поражённого взгляда от уборщицы и подозрительного от охранника.

А к обеду подъехал взбудораженный Гавейн.

— У Эмриса нимб только на подходе, а вот у этого Ланса, кажется, уже того… сияет вместо фонаря. В первый раз таких людей вижу.

— Не ты один, — проворчал Артур, всё ещё взвинченный после разговора с владельцем небольшого, но очень загрязняющего озеро завода.

— Ланс Элот, двадцать шесть лет, закончил университет лучшим на своём курсе, сказал напутственную речь на выпускном и сразу же после этого устроился учителем химии в государственную школу. Район бедный, дети буйные, но парень не теряет надежду. Гринписовец по призванию, настоящий рыцарь, по утверждениям девочек из школы. Один из создателей того сайта с подписью петиций. Встречается с Гвен Энжелс.

— Подожди, — оборвал его Артур. — Знакомое имя, это же…

— Бывшая девушка Эмриса, да, — кивнул Гавейн. — Элот её не уводил, они встречаются всего пару месяцев, но он уже сделал ей предложение.

— Да ладно.

— Угу, свадьба в июле.

— Компромата опять ноль? — устало прикрыл глаза Артур.

— Есть пара задержаний. Но первое связано с акцией протеста против повышения стоимости обучения, а второе — с акцией в защиту лесов Амазонки. В общем, скучнее не бывает. У тебя нет случайно на примете какого-нибудь чувака с тройным дном, босс? — Гавейн вздохнул. — А то мне как-то неловко, что я потребляю воздух, предназначенный для подобных людей. Хочу снова убедиться, что мир — дерьмо, а люди — сволочи.

Артур потёр виски.

— Про Эмриса больше ничего не узнал?

— У него аллергия на цветочную пыльцу, — гордо сказал Гавейн. — И на арахис.

— Предлагаешь мне послать ему цветы и банку орехов с намёком и карточкой «сдохни, гад»? — пробурчал Артур.

Гавейн рассмеялся, откинув голову назад.

— Ну, это ты уже сам смотри. Какие-нибудь ещё поручения будут?

Артур пожал плечами.

— Продолжай копать. Может быть, разроешь какое-нибудь полезное захоронение.

— Понял, босс.

Гавейн встал, пожал Артуру руку и удалился. Пендрагон же снова с ожесточением потёр виски. Его невероятно бесило происходящее и то, что Мерлин Эмрис ни в какую не желал соответствовать его ожиданиям.

5.

Передача оборудования госпиталю прошло по давно прокатанному сценарию — счастливый главный врач, улыбающийся политик, их торжественное признание в вечной дружбе и взаимопомощи, вспышки фотокамер, большеглазая девочка с микрофоном в руке и набивший оскомину вопрос «Что вы можете об этом сказать?».

Но в этот раз появилось кое-что новенькое.

Во-первых, только когда среди толпившегося в коридоре персонала Артур различил долговязый силуэт и знакомо выпирающие уши, он соотнёс название госпиталя и место работы Эмриса. А, во-вторых, когда Мерлин окликнул его на крыльце, стало ясно, что Моргана — невероятно мудрая женщина.

Эмрис смущённо потоптался перед Артуром, а потом поднял на него сияющие глаза.

— Я просто хотел поблагодарить тебя. Мазь прекрасная.

Артур небрежно пожал плечами, против воли отмечая, что в форме Мерлин не выглядит таким уж придурком. Она ему практически шла, что было странно, потому что этот кошмар не мог украсить вообще никого на планете.

— Пустяки, — сказал он. — Обращайся, когда закончится.

Эмрис прикусил губу и кивнул.

— Для меня это не пустяки.

Артур хотел спросить его, всегда ли он такой многозначительный, но тут к ним подскочила явно узнавшая их обоих девочка-журналистка.

— Мистер Пендрагон, — она стрельнула глазками в Артура, — вы уже подружились с мистером Эмрисом? Как вы относитесь к тому, что супруг вашего отца на пять лет младше вас? А ещё…

— Без комментариев, — оборвал её Артур, машинально хватая дёрнувшегося от такого напора Эмриса за локоть. — Твоё дежурство закончилось?

Мерлин растерянно кивнул.

— Тогда пошли, я довезу тебя до универа, — Артур потянул его в сторону машины.

— Ты что, правда выучил моё расписание? — ошеломлённо спросил Мерлин, когда его не особо осторожно пихнули на пассажирское сидение.

— Я не прилагал для этого никаких дополнительных усилий, — передёрнул плечами Артур.

Мерлин почти с ужасом покосился на него. А потом сморщился:

— Ты не дал мне забрать вещи. Придурок.

Артур, который уже выехал из ворот госпиталя, хмыкнул.

— Можешь выйти и пообщаться с этой юной акулой пера. Расскажешь историю своей жизни и любви, Золушка. Или ваша сказка называется «Красавица и Чудовище»?

— Или «Дегенерат-пасынок», — в тон ему отозвался Мерлин.

— Никогда не используй это слово по отношению ко мне, — серьёзно сказал Артур. — Или я перееду тебя на машине. Два раза.

Эмрис скептически хмыкнул.

— У тебя с первого раза вообще ничего не получается?

Артур кинул быстрый взгляд на Мерлина и фыркнул. К вящему удивлению, ему почти нравилась эта беззлобная перепалка. Эмрис неожиданно перестал быть оплотом правильности этого мира. И сейчас, видя его таким возмущённым, раскрасневшимся и взбудораженным, Артур даже практически понимал, что отец мог в нём найти.

И даже почти допустил мысль, что с Мерлином не так уж и скучно, как ему показалось в начале.

— Я лучший во всём, — самодовольно сообщил Артур, поворачивая на светофоре.

— Но не в скромности.

Артур еле сдержал вырывающийся смешок.

— Оставлю этот пункт тебе.

— О, спасибо, — закатил глаза Мерлин. — Сейчас направо.

— В курсе.

Артур притормозил, пропуская группу школьников. Мерлин отбивал какую-то мелодию пальцами на приборной панели.

— Почему вы не живёте вместе? — спросил Артур.

— Что?

— Ты и мой отец. Вы собираетесь… пожениться, но не живёте вместе. Это странно.

Мерлин передёрнул плечами.

— Это было бы слишком смущающе. Для моего брата.

— После свадьбы смущение куда-то девается? — хмыкнул Артур.

— Нет, но… свадьба — это официально, а до неё… это неправильно.

— Рассуждаешь как средневековая девица.

— В этом нет ничего плохого, — улыбнулся Мерлин.

— Ну да.

Артур остановился возле университета и повернул голову к Эмрису, который смущённо заёрзал на сидении.

— Спасибо, что подвёз.

— Моему отцу стоило позаботиться о том, чтобы у тебя была своя машина.

— Бесполезно, я всё равно не умею водить, — Мерлин отстегнул ремень безопасности и открыл дверцу.

— Некоторые автомобили для определённых людей типа моего отца выпускаются вместе с водителем, — фыркнул Артур.

— Я учту, — серьёзно кивнул Эмрис. — До встречи.

Артур проследил, как Мерлин поднимается по лестнице, перепрыгивая через ступеньки и кивая встречным, и почесал макушку.

Эмрис был то хамоватым, то преувеличенно скромным, то умным, а то и полным идиотом. И все это только за те несколько встреч, что у них были. Артур привык к тому, что люди ведут себя с ним мило, потому что хотят от него что-то получить, или нагло, потому что думают, что получат это что-то в любом случае.

Мерлин не подходил ни под одну категорию, потому что вёл себя так, словно у него всё есть. Но Артур знал, что это было не так.

Он качнул головой и завёл двигатель.

Ему срочно нужно было встретиться с Морганой, поэтому он, недолго думая, отправился прямо к ней, подзабыв, что порой к сестре прилагается одна гнусная баба.

— Здравствуй, Моргауза, — обезоруживающе улыбнулся Артур, скорчив то жуткое выражение лица, которое подходило под категорию «избиратель, верь мне, я хороший».

— Шпионишь? — сощурилась та.

— Хочу пригласить сестру на обед.

— С чего это?

— Почему в последнее время все перестали верить в мои светлые и искренние порывы? — ужаснулся Артур.

— Это называется здравый смысл, Пендрагон, — упёрла руки в боки Моргауза.

— Какая жалость.

— Я вот думаю, — Моргана процокала на огромных шпильках мимо Артура в комнату и села за стол, небрежно откинул за спину длинный локон, — что однажды мне стоит просто не влезать в вашу перебранку. Всегда хотела посмотреть на кошачью драку двух блондинок.

— Женщин не бью, — отозвался Артур.

— Это была моя фраза, — ехидно взглянула на него Моргауза.

А Моргана демонстративно закатила глаза к потолку.

— Ты что-то говорил про ужин, Артур?

— Да, — он на мгновение перестал буравить противницу мрачным взглядом и повернулся к сестре. — Нам есть, что обсудить.

— Что именно? — напряглась Моргауза.

— Семейные дела, с работой не связано, — вздохнула Моргана. — Мы идём в итальянский ресторан, и платишь ты.

— Договорились.

Артур галантно помог Моргане встать и не смог удержаться того, чтобы не показать Моргаузе напоследок язык. Та в ответ обожгла его взглядом, но ничего не сказала.

— Понять не могу, какого ты работаешь с этой безумной тёткой.

— Я разделяю её идеологию, — прохладно сообщила Моргана.

— А, ну да, как я мог забыть.

— Так о чём ты хотел поговорить?

— Скорее, о ком, — скривился Артур. — Встретился сегодня с Мерлином Эмрисом в госпитале, подвёз до места учёбы, не придушил. Он поблагодарил меня за мазь.

— Я же говорила, — просияла Моргана. — Что ещё сказал?

Артур задумчиво нахмурился.

— Да ничего особенного. Но он как-то очень подозрительно себя ведёт. Есть в нём что-то такое… что я никак не могу понять.

— И тебя это бесит, — усмехнулась Моргана.

— Невероятно.

— Ожидаемо, о великий Артур, — запаясничала она. — Я тоже думала об Эмрисе полночи. Впервые в жизни столько времени думала о мужчине, а он выходит замуж за моего отца. Нездоровая ситуация, ты так не считаешь?

Артур нетерпеливо мотнул головой.

— И что надумала?

— Что если мы не можем найти грешки Мерлина Эмриса, то нам нужно всего лишь самим их создать.

— Что ты имеешь в виду? — Артур непонимающе уставился на сестру.

— Ты его соблазнишь, — просто сказала та.

И у Артура нефигурально отпала челюсть. От охватившего его ступора он едва не въехал в едущий впереди автомобиль.

— Осторожнее! — воскликнула Моргана.

— Я должен его что?! — взревел Артур.

— Соблазнить. Я не прошу тебя с ним трахаться. Просто уложи его в койку в нужный момент, а потом техника сделает всё остальное. Мы покажем папочке фотографии, он выкинет мальчишку на улицу, где ему и место, и будем мы жить долго, счастливо и обеспеченно.

— Моргана, ты сама понимаешь, что говоришь? — шипящим шёпотом поинтересовался взбешённый Артур.

— Вполне, — безмятежно улыбнулась она.

— Ты сумасшедшая.

— Ничего подобного. Я гений.

— Некоторые считают, что эти понятия равнозначны, — Артур практически сдался. Он понимал, что Моргана всё равно сумеет его уговорить. — Может, лучше нанять кого-нибудь? Есть же люди, которые выполнят подобную, кхм, работу с большим удовольствием.

Моргана посмотрела наверх с таким видом, словно там разверзлись скрижали мудрости.

— Папочка догадается.

— А так, по-твоему, нет? — мрачно поинтересовался Артур.

— А так это будет чистой и светлой любовью, — Моргана ответила ему коварной усмешкой. — Ты просто не сможешь совладать с собой.

— Большего идиотизма я в жизни не слышал, — честно сказал Артур.

6.

На следующий день Артур стоял возле госпиталя всё с тем же ощущением полного идиотизма происходящего. Ему не нравился план Морганы, а ещё больше ему не нравилось, что именно ему была уготована в нём главная роль. Артур не желал иметь с Эмрисом ничего общего, и уж тем более его не радовала перспектива изображать сначала симпатию, а потом и любовь.

Через несколько минут показался сам Мерлин — капюшон ветровки накинут, руки в карманах, в ушах наушники, за спиной рюкзак. Артур сморщился, изучив сгорбленную спину протопавшего мимо парня, и двинулся следом, положив ладонь тому на плечо.

Эмрис испуганно дёрнулся и обернулся, неловким движением сдёргивая сразу наушники и капюшон.

— Блин, — выругался он. — Тебя в детстве не учили, что так людей пугать нельзя?

— А тебе не говорили, что вокруг тебя существует реальность? — фыркнул Артур в ответ.

— Нет, — Мерлин взглянул на него из-под пушистых ресниц, и Артур почему-то смутился, не решаясь начать их с Морганой план.

Но потом всё же взял себя в руки, выпрямился и сказал:

— Я решил, что раз уж так получилось, было бы неплохо узнать человека, которого… любит мой отец.

Мерлин недоверчиво склонил голову на бок.

— Утер говорил, что ваша семья последние пару лет встречается только на официальных праздниках. Ты меня можешь не видеть годами, так зачем тебе нужно… узнавать меня?

Артур кашлянул, прокляв про себя Моргану с её планами.

— Возможно, мне хотелось бы исправить эту ситуацию? — спросил он.

Мерлин явно задумался. По крайней мере, некая работа мысли на его лицо явно отразилась.

— Давай же, — ободряюще подмигнул ему Артур. — Я же тебя не съем.

Эмрис громко вздохнул и наконец-то кивнул.

— Хорошо. Я согласен. Ради Утера.

Артур растянул губы в радостной улыбке.

— Тогда предлагаю пойти куда-нибудь поужинать. Согласен?

— Мне нужно домой, Мордред ждёт, — виновато сказал Мерлин. И тут же предложил: — Но ты можешь поужинать с нами.

Артур замер, не зная, стоит ли соглашаться. Перспектива «соблазнять» Мерлина под насмешливым взглядом его малолетнего брата не прельщала. Но, с другой стороны, именно с этого (не с соблазнения, а с ужина всем вместе) и можно было начать доказывать, что он не желает Эмрису ничего плохого.

— Я с удовольствием к вам присоединюсь, — улыбнулся Артур и кивнул в сторону машины. — Поехали.

Мерлин явно всё ещё колебался, но потом кивнул сам себе и сделал шаг к нему навстречу. И Артур едва сдержал усмешку, его накрыло с головой предвкушение большой игры, как бывало перед судьбоносными решениями раньше.

По дороге к Эмрисам Артур спросил Мерлина о работе. И тот пустился в путаное объяснение, что именно сегодня сказала некая миссис Эндрюс, когда он перепутал и принёс ей не апельсиновый джем, а персиковый.

Артур не успевал вставить и слова, да через несколько минут и перестал предпринимать попытки, просто вёл машину и едва заметно улыбался, почти не вслушиваясь в трёп Мерлина.

А в квартире Эмрисов их встретил подозрительно щурящийся Мордред, чей грозный образ был подпорчен фартуком в ярко-синие цветочки на жёлтом фоне.

— Решил принять плату за мазь натурой? — спросил Мордред и Артур смущённо кашлянул, а Мерлин жарко покраснел и отвесил брату лёгкий подзатыльник.

— Ты откуда такого набрался? — ужаснулся он.

— Вообще-то я имел в виду ужин, — ехидно уведомил Мордред. — Но если ты настаиваешь, то я вполне могу набраться подобного в школе. Или по телевиденью.

Мерлин закатил глаза и потёр пальцами лоб.

— Прости, — сказал он Артуру. — Он не всегда меня слушается.

— Тебя вообще никто не слушается, даже кот, — невозмутимо отозвался Мордред с кухни.

Артур всё-таки не выдержал и рассмеялся, прислонившись к стене. Смущённый Мерлин покосился на него и улизнул к брату помогать с ужином.

Артур же стянул пальто, подозрительно изучил держащуюся исключительно на честном слове вешалку и аккуратно повесил его на спинку стула, который стоял тут же, в коридоре, и был завален корреспонденцией.

Он собрался было уже пройти на кухню к Эмрисам, но тут из комнаты показался невиданных размеров кот, который уселся перед Артуром и принялся буравить его взглядом.

— Ты отбираешь еду у хозяев и поэтому они такие тощие? — хмыкнул Артур, присаживаясь на корточки возле него.

Кот моргнул огромными жёлтыми глазами и подставился под глядящую руку.

— Забыл сказать, чтобы ты не пытался погладить кота… Вау. — Из кухни вышел поражённый Мерлин. — Ну надо же.

Кот громко замурчал под ласкающей ладонью и боднул её мордой.

— Что не так с котом? — поднял глаза на хозяина животного Артур.

— Экс просто ненавидит человечество, — искренне пожаловался Мерлин. — Он не даётся в руки вообще никому, кроме меня. Последнюю попытку приласкать его предприняла Гвен год назад и… в общем, шрамы от царапин видны до сих пор.

— Видимо, я ему просто понравился, — Артур улыбнулся, когда кот лизнул ему пальцы.

Мерлин всё ещё обалдело пялился на них.

— Что за кличка такая странная — Экс? — спросил Артур.

— Сокращение от «Экскалибур», — признался Мерлин. — У мамы было забавное чувство юмора, она так назвала его после того, как я выловил Экса из озера.

— Забавно, — фыркнул Артур, поднимая разомлевшего кота на руки.

Мерлин радостно рассмеялся. И на его смех из кухни высунулся Мордред. Мальчик посмотрел на Артура и Экса, который счастливо тыкался холодным носом ему в лицо, и громко сообщил:

— Обалдеть.

— Ага, — согласно кивнул Мерлин. — Никогда не думал, что увижу подобное.

Артур довольно улыбнулся и благодарно почесал кота за ухом. Животное неожиданно сделало ему большое одолжение. Теперь Эмрис-старший смотрел на него с восхищением, а младший даже позабыл о сарказме.

— И часто ты вылавливаешь из озёр котов? — спросил Артур, когда они уселись за стол. Экс оккупировал его колени и довольно мурлыкал.

Мерлин прикусил губу и кинул быстрый взгляд на брата. Мордред закатил глаза к потолку.

— Часто, — всё-таки признался Мерлин. — И не только котов.

— Эксу просто повезло, он был первым, поэтому его разрешили оставить, — поделился Мордред.

Артур рассмеялся и обратился к младшему Эмрису.

— Я так понимаю, что теперь разрешения выдаёшь ты?

Мордред хмыкнул и кивнул, а Мерлин заметно смутился, недовольно взглянув на брата.

— Ничего, у отца большой дом, сможешь устроить целый приют для бродячих животных, — утешил его Артур, стараясь, чтобы его слова не звучали издевательски.

Мерлин скривился, но промолчал.

— Твой отец не похож на большого любителя животных, — сказал Мордред, косясь на брата.

— Любовь меняет людей, — философски сообщил Артур, отпивая сок из кружки. И мимоходом отмечая, что как-нибудь нужно будет подарить Эмрису нормальную посуду. А то это какое-то издевательство над приличными людьми.

— Ну да, — скептично хмыкнул Мордред, обменявшись странными взглядами с Мерлином.

— У тебя будет возможность это проверить.

Мордред сморщился, словно ему совершенно не понравилось это высказывание, но тут Мерлин тронул его за рукав, будто прося помолчать.

И Мордред просто кивнул и уткнулся в тарелку. Содержимое которой, к слову, Артуру тоже не понравилось. В этом доме, кажется, более-менее нормально питался только кот.

Мерлин же с аппетитом уплетал свой скудный ужин, поэтому и Пендрагону пришлось, скрывая отвращение, подцепить вилкой нечто неопознанное и засунуть в рот.

— Очень вкусно, — похвалил он, подавляя рвотный рефлекс.

Мерлин и Мордред одинаково одобрительно посмотрели на него.

И вечер, если исключить впечатление от еды, Артуру вполне понравился. С обоими Эмрисами было на удивление легко, стоило только привыкнуть к принятому в их семье чувству юмора.

Поэтому Артур слушал братскую перебранку, смеялся над попытками Мерлина дать Мордреду наставление в духе мудрого родителя, перебирал мягкую шерсть растянувшегося на нём Экса и чувствовал себя на удивление хорошо.

А когда пришло время прощаться и ехать домой, Артур неожиданно для самого себя сказал им обоим:

— Мы в детстве на Белтейн всегда ездили в загородное поместье. А в этом году собирались с Морганой вспомнить об этой традиции, и мне хотелось бы пригласить вас обоих.

Мерлин нахмурился и Артур поспешно добавил:

— Отец точно поедет. Так что… будет практически первая семейная поездка в полном составе. Ну как?

— Я… я не знаю, — замялся Мерлин, косясь на отрешенного Мордреда. — Я не думаю, что это хорошая идея.

— Это шикарная идея, — запротестовал Артур. — Ну давай же, Мерлин, соглашайся. А я поклянусь, что не стану выдвигать твою кандидатуру на пост Майской Королевы.

Мерлин прыснул от смеха, видимо, представив себя в подобной роли.

— Хорошо, Артур. Мы приедем.

— Вот и прекрасно, — улыбнулся Артур в ответ.

Выходил он из дома Эмрисов со странным чувством, которое никак не мог правильно расшифровать. Поэтому Артур просто не стал пытаться, а вместо этого позвонил Моргане, чтобы рассказать о случившемся и предупредить о том, что они собирались поехать в загородное поместье на Белтейн.

Моргана предсказуемо не удивилась.

7.

Недели до Белтейна пролетели незаметно. Моргана коварно спихнула на Артура подготовку дома к их приезду, поэтому именно ему пришлось контролировать, чтобы заброшенное в последние несколько лет жилище приобрело вид, удовлетворяющий вкусам Утера Пендрагона. Глядя на Эмриса, Артур, конечно, начинал во вкусах отца сомневаться, но всё-таки решил не проверять, так же ли терпимо он отнесётся к промёрзшему и грязному дому.

С Мерлином и Мордредом он тоже виделся. На выходных к ним присоединялся Утер, и Артур старался скрыть все свои эмоции, видя как он и Мерлин флиртуют друг с другом.

Среди недели они с Эмрисами порой ужинали у них дома (после этого Артур жаловался Моргане, что они точно пытаются отравить его), а в прошлую пятницу даже смотрели игру вместе с присоединившимся к ним Лансом. Тот, как и сам Артур, был болельщиком на грани фанатизма, поэтому все два часа матча они на пару объясняли скептично настроенному Мордреду смысл происходящего и не менее дружно ругались на тихо хихикающего над ними Мерлина.

Смеяться старший Эмрис перестал только после того, как разозлённый тряской своего спального места в лице хозяина Экс куснул его за палец.

И остаток вечера рассказывал всем, что Артур дурно влияет на его любимого котика, прерываясь лишь на то, чтобы сообщить животному о его предательской натуре.

Впрочем, никто традиционно не воспринял ворчание Мерлина всерьёз, и домой к себе Артур приехал уставшим, но довольным, и тут же завалился спать.

Кроме забот, встреч и работы приходилось ещё и терпеть мудрые советы Морганы, которая неожиданно для брата возомнила себя специалистом в отношениях геев и теперь напоминала прохудившийся мешок с зерном — захочешь, не заткнёшь. Поэтому Артур был вынужден слушать, и к тому же говорить, что он сам об этом думает.

Так что поездку он ждал с нетерпением, какое в последний раз наблюдал у себя перед этим праздником лет двенадцать назад.

И когда до Белтейна оставалась три дня, Артур уехал в поместье первым. Он проверил дом, провёл ночь возле зажжённого камина и упивался долгожданной тишиной. А утром двадцать девятого Артур встречал на вокзале Эмрисов, которые почему-то решили ехать сами и на поезде.

Под мышкой у Мерлина была зажата зловеще шипящая корзинка.

— Взяли с собой Экса? — удивился Артур, возникая справа от Эмриса. Тот дёрнулся в сторону и едва не свалился с платформы.

— Мы просто подумали, что Ланс ничего плохого никому в жизни не сделал, — взглянул на него Мерлин, когда Артур помог ему удержать равновесие.

Корзинка возмущённо дёрнулась, и Пендрагон скрыл усмешку, вспоминая биографию Ланса, которую предоставил ему Гавейн. И которая наглядно доказывала правильность утверждения Эмриса.

— Действительно, — серьёзно кивнул он, — поэтому вы решили, что раз уж в моей семье все политики, мы точно что-то дурное кому-нибудь да сделали.

Мерлин покраснел, а Мордред залился смехом.

— Он никого не тронет, — горячо пообещал Мерлин, но Артур просто отмахнулся и машинально отобрал у них сумки.

— Скорее, он никого не тронет до летального исхода, — уточнил Мордред.

— Это радует, не хотелось бы прятать тело в праздничные дни.

Мерлин фыркнул от смеха.

— Так вот как наши политики проворачивают свои дела!

— А ты думал, — подмигнул Артур. — Вот только теперь вы участвуете в заговоре, так что если расскажите кому-нибудь, придётся вас убить.

— Я буду нем как рыба, сир, — подыграл Мерлин, по-заговорщески подёргивая бровями.

Мордред закатил глаза и пошёл вперёд, громко перед этим спросив:

— Кому из нас одиннадцать?

— У кого из нас нет чувства юмора? — отозвался Мерлин, подхватываясь вслед за братом.

Артур не мог не рассмеяться.

— Мордред не в настроении? — спросил он у Мерлина, приноравливаясь к его шагу. Младший брат Эмриса уже вполне целеустремлённо шёл к выходу со станции.

— Он погуглил этот праздник и теперь считает, что нас ожидает самое скучное действо на свете.

Артур удивился.

— Почему?

— Ему одиннадцать, перспектива бродить с девчонками вокруг столба с лентами его не прельщает, — рассмеялся Мерлин.

— Точно, — фыркнул Артур. — Я подзабыл.

— Кто-то ещё будет, кроме нас?

— Должен подъехать дядя Тристан. Но ты можешь его и не увидеть. У них с отцом холодная война последние двадцать пять лет.

— Почему? — вопросительно взглянул на него Мерлин.

И Артур задумался, стоит ли рассказывать.

— Неважно, — наконец сказал он. — Старые счёты.

— А ещё кто-нибудь?

— Может быть, приедет София. Если сумеет открутиться от эфира.

— Софи-и-ия, — протянул Мерлин с понимающей ухмылочкой. И Артур внезапно осознал, что сделает с ним Моргана, если он сейчас начнёт рассказывать о своей великой любви человеку, которого, по её плану, должен соблазнить.

— Подружка сестры, — невозмутимо передёрнул он плечами. — Они тайно ненавидят друг друга, но почему-то дружат.

— Женщины, — вздохнул в ответ Мерлин. — Кто может их понять?

Артур согласно кивнул и продолжил:

— Ещё мой друг из колледжа, Лион. И всё, так что будет очень тесный семейный круг.

— Звучит пугающе, — Мерлин поёжился.

— Ну, у тебя есть защитник, — рассмеялся Артур, похлопав по корзине с Эксом. В ответ раздалось ободрительное мяуканье.

Мерлин покачал головой и закатил глаза:

— Мне стоит подарить его тебе, раз вы так сдружились.

— Я не могу пока принять такую честь — владеть этим… великолепным созданием, — поспешил откреститься Артур.

— Это «пока» звучит райскими трубами, — вздохнул ждущий их возле машины Артура Мордред, продемонстрировав им набухшую царапину на предплечье.

Артур и Мерлин переглянулись и прыснули от смеха. Мордред укоризненно поджал губы, всем своим видом демонстрируя, как разочарован он во всём мире взрослых в их лице.

8.

Вечер обещал был быть тихим и мирным, потому что Моргана ещё не приехала, а их сугубо мужская компания лениво развалилась в гостиной. Точнее, развалились все, кто был младше двадцати пяти. Утер подчёркнуто вдумчиво перечитывал что-то из классики, периодически кидая вызывающие у его сына рвотные порывы взгляды на Мерлина. Самому Артуру названивали с работы люди, которые были не в силах осознать слово «отпуск».

Поэтому он порой отрывался от игры в карты с Эмрисами, требовал у них не жульничать и выходил из комнаты.

Но, в общем, вечер можно было бы назвать приятным. Если бы дядя Тристан не решил нанести совсем не вежливый визит.

Дверь ему открыл Артур, который как раз требовал у секретарши прислать ему всю информацию на электронную почту.

— Ты что тут делаешь?

— И тебе добрый вечер, дорогой племянник, — прохладно поздоровался Тристан.

— Здравствуй. Но я всё-таки не ожидал, что ты покажешься.

— Мой… старый друг и племянник в кои-то веки приехали в наши края. Как я мог пропустить такое зрелище?

— Что именно ты называешь «зрелищем»? — хмыкнул Артур.

— Новую придурь Утера, конечно же, — Тристан отодвинул Артура со своего пути и прошёл в комнату.

Артур скривился, предвкушая скандал.

— Он… не так уж и плох, — бросил он вслед дяде почти честно.

Мерлин, как бы ни хотелось им с Морганой сказать обратное, действительно был хорошим. Отвратительно хорошим, как сказал бы Гавейн. Поэтому Артуру почему-то не хотелось, чтобы сейчас дядя Тристан вошёл в комнату и со столь привычным ему холодным отчуждением смешал старшего Эмриса с грязью в нескольких отрывистых фразах.

Пару недель назад он с радостью посмотрел бы на такое развитие событий, но не теперь. Не сейчас.

А дядя уже прошёл в малую гостиную. И, уже не размениваясь на приветствия, с порога начал:

— Утер, ты позоришь память моей сестры!

— Чем же? — без особой заинтересованности поинтересовался отец. Артур перевёл взгляд на Мерлина, который настороженно нахохлился, видимо вспомнив разговор про гостей.

— Ты связался с этим отрепьем и думаешь, что можешь теперь просто сидеть тут с довольной улыбкой? Моя сестра умерла из-за тебя!

Утер приподнялся, теряя последние остатки напускной вежливости. Артур тяжело вздохнул. Подобные сцены происходили в их семье довольно редко, но запоминались надолго. По крайней мере, первая подобная ссора между отцом и дядей лет до двадцати снилась Артуру в кошмарах. Ему не было и пяти, когда она случилась, но он даже сейчас мой повторить все реплики в хронологическом порядке.

Сложно забыть, когда тебя обвиняют в смерти твоей собственной матери.

— Не смей нести эту чушь, — сказал Утер, пытаясь сохранять спокойствие.

Артур краем глаза заметил, что Мерлин поднялся с пола и дёрнул за собой любопытно таращившегося на них Мордреда.

— Это я несу чушь?! — распалился Тристан. — Когда эта правда стала чушью?

Мерлин нахмурился и не удержался:

— Что вы имеете в виду?

— Не лезь, Мерлин. — Артур шагнул к нему и схватил за предплечье.

— Но я…

— Молчи.

— Действительно, — хмыкнул Тристан, — мальчик же не знает, на что ты способен, Утер. Почему бы мне его не просветить? Может быть, и любовь сразу же пройдёт.

Мерлин нахмурился и выпрямился, твёрдо смотря своему собеседнику прямо в глаза. Артур уже видел однажды такой взгляд. В их самую первую встречу, когда Эмрис говорил с ним самим.

— Вы просто его не знаете, — прищурился Мордред. — Ничьи слова не могут изменить мнение Мерлина.

— Вот как? — саркастично отозвался Тристан.

— Может быть, мы и проверять не будем? — шагнул между ними Артур. — Кхм. Останешься на ужин, дядя? Нет? Какая жалость.

Артур принялся практически выпихивать изумлённого родственника под взглядами всех присутствующих.

— Артур, ты что…

— Уже поздно, — невозмутимо продолжил Артур, — пора нам всем спать ложиться. Завтра будет длинный день, да ещё и Моргана приедет. Заходи как-нибудь потом, поболтаем.

Он готов был поклясться, что у Мерлина вырвался смешок.

— Артур? — Позвал его Утер, но тот решил проигнорировать абсолютно всех.

Но, к сожалению, не учёл один существенный момент. Под ногами дяди крайне неудачно оказался пушистых хвост Экса, на который он, не глядя, и наступил всем своим немаленьким весом. И тот возмущённо взревел, немного напугав Артура, никогда не слышавшего такого воинственного вопля у представителя семейства кошачьих, а потом и атаковал гнусного обидчика.

И после этого дяде Тристану стало не до великих разоблачений.

Когда Мерлину удалось отодрать шипящего Экса от него, на щеке Тристана красовались три глубокие царапины.

— Господи, простите, пожалуйста, — тут же засуетился перепуганный Эмрис. — Я сейчас их обработаю. Подождите минуту!

Артур и глазом моргнуть не успел, как Мерлина на всех порах вынесло из комнаты.

— Вы не переживайте, — сказал Мордред. — Может быть, они даже будут незаметны.

— Ты умеешь утешать, — фыркнул Артур, предлагая дяде прохладную бутылку, чтобы тот приложил её к щеке. Всё ещё шокированный Тристан открутил крышечку и сделал внушительный глоток. Утер на глазах Артура широко усмехнулся и опустил к полу руку с зажатым в ней кусочком сыра.

— Я реалист, — пожал плечами Мордред.

— Простите ещё раз, пожалуйста, — снова выпалил запыхавшийся Мерлин, который при входе в комнату второпях споткнулся о ковёр и едва не пропахал его носом. — Вы просто на него наступили, а у него инстинкт… простите.

Артур хмыкнул и отстранился, давая Мерлину подойти и осмотреть своего неожиданного пациента.

Всё ещё пришибленно молчащий дядя Тристан ушёл из их дома минут через пятнадцать с боевыми ранениями, которые Мерлин заботливо заклеил пластырем. Артур искренне понадеялся, что дядя после этого отправится сразу домой, а не к кому-нибудь ещё в гости. Потому что пластырь у Эмриса был специфический — детский, с картинками. И, несмотря на изображённого там рыцаря в тёмных доспехах, это было причиной того, что брутальность дяди Тристана заметно пострадала.

Артур, старательно пытаясь не усмехаться слишком сильно, проводил дядю до двери, и расхохотался только после того, как тот сел в машину и тронулся.

Виновато ковыряющий носком кеда плитку пола Мерлин топтался рядом с ним.

— Скажи, — обратился к нему Артур, — это ты нарочно?

Мерлин едва уловимо покраснел. И кинул на Артура быстрый, но крайне выразительный взгляд. А потом серьёзно покачал головой.

— Что ты, разве мог я так поступить.

Артура снова согнуло в приступе смеха.

— Какой ты, оказывается, мстительный.

Мерлин широко ему улыбнулся, изображая из себя самого честного человека на свете. И Артур сейчас точно знал, что в школе этому засранцу всё сходило с рук, потому что кто мог ему вот такому вот не поверить.

Поэтому он улыбнулся в ответ и одобрительно похлопал Мерлина по плечу.

9.

Утром, когда весь дом ещё мирно дремал в предрассветных сумерках, Артур потряс Мерлина за плечо, второй рукой готовясь, если что, зажать ему рот. Эмрис вздрогнул всем телом и уставился на него испуганными полураскрытыми глазами.

— Ты чего, Артур?

— Мне нужна твоя помощь, — шёпотом сообщил Пендрагон, стаскивая с него одеяло.

— Ты хочешь есть, но не умеешь готовить? — предположил Мерлин, и Артур нетерпеливо закатил глаза.

— Одевайся теплее и спускайся. Я буду ждать тебя у выхода.

— Что? Артур!

Но он уже вышел из комнаты, не желая слушать никаких возражений, и резво спустился по лестнице. Стоило захватить что-нибудь из еды и термос, чтобы, по крайней мере, в том, что он морит людей голодом, его обвинить потом не могли.

Сонно моргающий и встрёпанный Мерлин спустился минут через пятнадцать и вопросительно уставился на Артура, мужественно сдержав зевок.

— Я спрыгну в озеро, а ты снимешь это на камеру, — быстро сказал ему Артур. И Мерлин тряхнул головой, окончательно просыпаясь.

— Ты что сделаешь?

— Спрыгну в озеро.

— Господи, зачем? — Мерлин уставился на него почти идеально круглыми глазами.

— Надо, — крепко сжал зубы Артур.

Эмрис смотрел на него профессионально добрым взглядом, так что он практически слышал свой диагноз и обещание непременно его вылечить.

— Сейчас апрель, — напомнил Мерлин.

— А завтра — май, — хмыкнул Артур. — Пошли.

Он вышел из дома, не допуская и мысли о том, что Эмрис может не последовать за ним, а остаться в тёплом доме, отказавшись принимать участие в таком сомнительном мероприятии.

Мерлин позади тяжело вздохнул. И потом Артур услышал укоризненное сопение за правым плечом.

— Так зачем тебе это надо, да ещё и в восемь утра? Восемь утра, Артур! Какой нормальный человек в такую рань может думать о том, что ему срочно надо спрыгнуть в озеро?

— Ты в деревне, — с ухмылкой напомнил Артур. — Тут все встают рано.

— Только не я, — простонал Мерлин. — И ты не ответил на вопрос. Поспорил с кем-то, что ли?

— Что-то вроде, — уклончиво отозвался Артур.

С Софией он не то чтобы поспорил. Просто вчера вечером она с придыханием рассказывала, что брала интервью у профессионалов экстремального спора, и раздосадованный Артур буркнул в ответ, что на это большого ума не надо. Они долго пререкались, практически поругались, а потом выведенная из себя девушка сообщила ему, что отказывается с ним разговаривать, пока не увидит наглядное доказательство его смелости.

Артур, не особо задумываясь, ляпнул, что завтра же пришлёт ей видео соответствующего содержания.

На том они и распрощались, крайне недовольные друг другом.

Полночи Артур проворочался в кровати, пытаясь придумать в меру экстремальный поступок. А потом вспомнил, как испуганно выглядели София и Моргана, когда они все вместе были на скалах, зловеще нависающих над озером, и как они просили уйти оттуда, и понял, что лучшего и искать не стоит.

Ему всего лишь нужно сигануть в озеро со скалы, а потом с улыбкой победителя показать ролик Софии.

Вот только на роль подельника-оператора вариантов было немного. Артур мог в красках представить, что именно ему скажет на подобное предложение отец. И даже не рассматривал в данном контексте Мордреда, понимая, что за брата Мерлин открутит ему яйца, несмотря на весь свой пацифизм.

Поэтому оставался только старший Эмрис собственной персоной.

— Если это ради девушки, — проницательно сказал Мерлин, оценив пейзаж, — то советую тебе прямо сейчас подумать головой, если в ней осталась хоть капля мозгов.

Артур хмыкнул и закатил глаза.

— Держи мой телефон, нажимаешь на кнопку, когда я поднимусь на скалу, снимаешь прыжок, не забываешь сохранить. Ничего сложного, справишься даже ты.

Мерлин надулся. Но потом всё же взволнованно посмотрел на Артура.

— Мне кажется, что это плохая идея. Может быть, ты найдёшь более… умный способ произвести впечатление?

— Снимаешь молча, — уточнил Артур, отворачиваясь и стягивая куртку.

— Если ты свернёшь себе шею, я не буду тебя спасать, — громко сообщил Мерлин ему вслед.

Но Артур уже начал подниматься наверх.

Несмотря на почти май, с утра была довольно морозно, и воздух холодил кожу, заставляя зябко ёжиться. С высоты Мерлин на берегу казался тенью. Артур видел по напряжённо замершему телу, что Эмрис действительно за него переживает. Это было новое и необычное ощущение. Обычно все приятели Артура с радостью поддерживали самые его безумные начинания, потому что никто и никогда не хотел быть выкинутым из компании Артура Пендрагона.

Ему ни разу не говорили, что его план безумен, а сам он — идиот.

Никто, кроме Мерлина, которого он знал чуть больше месяца и собирался оклеветать и выбросить из жизни их семьи. И который вёл себя как лучший друг.

Это было… странно.

Артур стянул с себя обувь и одежду, оставшись в одном нижнем белье, подошёл к самому обрыву и посмотрел вниз на воду.

Страшно ему не было, всё-таки он почти все школьные годы занимался плаваньем и не раз прыгал с вышки. Пусть тут и было чуть выше, принцип был один.

Поэтому Артур глубоко вздохнул и прикрыл глаза на мгновение перед прыжком. А потом мир перед его глазами чуть смазался и вся зелень деревьев, пологий берег и замерший на нём Мерлин остались где-то позади. Артура захлестнуло восхищение, к которому примешивался привычный, едва ощутимый страх.

А потом он ударился о воду, и осталось только одно чувство — боль. Но и она почти сразу же исчезла, потому что исчез и весь остальной мир.

10.

Артур очнулся от ощущения, что он замёрз, и открыл глаза, чтобы встать и посмотреть, распахнуто ли окно. Над ним склонился Мерлин с облегчённой улыбкой. С Мерлина ручейками стекала вода.

— Слава Богу, — вздохнул он. — Я уже собирался тащить тебя в дом волоком.

Артур сел и огляделся.

Они всё ещё были на берегу озера. И, если судить по состоянию Мерлина, с прыжком Артура как-то не сложилось.

— Что произошло? — спросил он.

— Ты решил, что всплывать — это для слабаков, — со слабой усмешкой сообщил ему Мерлин. — Чем напугал меня до смерти.

Артур закашлялся и взглянул на ленивую гладь озера.

— Прыжок хоть снял? — поинтересовался он у Мерлина, который шумно выдохнул, пытаясь согреть ладони.

Эмрис на мгновение задумался, потом отвёл глаза, а напоследок ещё и тихо застонал. Артур настороженно смотрел на то, как он встал, сделал шаг к озеру, опустил в воду ладонь и достал оттуда телефон.

— Прости? — смущённо посмотрел Мерлин на него. И затараторил, пытаясь объяснить: — Я просто стоял, снимал, а ты упал и… не показывался на поверхности. Я сначала думал, что так и было задумано, но потом понял, что что-то пошло не так, и кинулся к тебе… В общем, я даже не понял, куда именно его отбросил.

Эмрис протянул ему телефон, который сейчас представлял собой наглядную картину победы природы над техникой.

Артур раздосадовано выхватил его из рук Мерлина и запустил в сторону озера. Телефон ушёл под воду пластмассовой рыбкой практически без всплеска.

— Ну, спасибо, — буркнул Пендрагон, поднимаясь на ноги.

Мерлин поджал губы и нахмурился.

— Ну, спасибо? — повторил он с непередаваемой издёвкой. — И это всё, что ты можешь мне сказать?

— Ты рассчитывал на что-то другое?

— На спасибо без «ну», — Мерлин мрачно смерил его взглядом.

— Из-за тебя мне придётся либо прыгать снова, либо придумывать что-то другое! — возмутился Артур.

— Ах, прости, — всплеснул Мерлин руками. — Так давай, поднимайся, я обещаю, что сниму всё до последнего момента, в котором всплывёт твой труп!

Последнее слово Эмрис практически прошипел, и выглядел при этом так воинственно, словно без шуток собирался съездить Артуру по морде в отместку за испытанные переживания. А потом зло хватанул ртом воздух, махнул на него рукой, отвернулся и ушёл, не сказав больше ничего.

Артур остался стоять на берегу, поминутно ёжась от холодного, пронизывающего насквозь ветра, и совершенно забыв, что в лежащем у его ног рюкзаке есть полотенце и запасная одежда и обувь. Он следил за напряжённо выпрямленной спиной Мерлина до тех пор, пока тот не скрылся за деревьями. И только потом понял, что Эмрис тоже промок до нитки.

Чуть позже пришло осознание, что Мерлин только что совершенно по-киношному спас ему жизнь. А сам Артур после этого нахамил ему из-за телефона и дурацкой съёмки.
Он провёл по мокрым волосам рукой, отчётливо понимая, что через пару часов приедет Моргана, посмотрит на шарахающегося от него Эмриса (шарахающегося в те моменты, когда он не будет бросать на него прожигающие взгляды, конечно же) и припрёт к стенке. А потом будет долго и с применением запрещённых Женевской Конвенцией способов выпытывать, что именно он сделал. А рассказывать ему не хотелось, потому что при имени «София» Моргана начинала до того мерзко ухмыляться, что Артур ощущал себя самым большим идиотом на свете.

Он скривился и присел возле рюкзака, доставая одежду. Хватит и того, что кто-нибудь может увидеть мокрого Мерлина. Совершенно не обязательно создавать такое впечатление, будто они долго пытались друг друга утопить.

Уже подходя к дому Артур услышал шум приближающейся машины. Он запихнул рюкзак за впервые принёсшую пользу кадку с давно завядшим цветком, которая стояла на крыльце со времён большой влюблённости Утера в Катрину. А потом спустился на дорожку и постарался улыбнуться как можно радостнее.

В конце-то концов, несчастный Лион, которому выпала горькая участь привезти Моргану, заслуживал тёплой встречи, пары литров тёмного пива и похода на футбол по возвращению в Лондон.

Моргана милостиво подала Артуру руку, разрешая помочь ей выбраться из машины, лёгким кивком отблагодарила Лиона и по-королевски поморщилась, посмотрев на дом.

А потом тихо спросила Артуру на ухо:

— Как идёт наш план?

— Всё в полном порядке, — соврал Артур.

Моргана прищурилась и вцепилась ему в предплечье ногтями.

— Только не говори, что ты всё испортил.

— Ничего я не испортил, — возразил Артур. — Есть небольшие проблемы, но они прекрасно разрешатся и без твоего участия.

Моргана фыркнула и смерила его подозрительным взглядом. Не заметила ни малейшего признака неуверенности и повернулась к замершему с её сумками Лиону.

— Будь добр, отнеси к моей комнате.

Лион машинально кивнул, и Артур не мог не восхититься сестрой. Которая тем временем стрельнула в сторону замершего приятеля глазками и скрылась в доме.

Артур хмыкнул и протянул Лиону руку.

— Тяжело пришлось? — сочувственно поинтересовался он.

Лион прикусил губу и скривился. А потом произнёс свою практически коронную фразу, которую он использовал все годы знакомства с Морганой.

— Никак не могу понять: она правда такая или ей просто нравится издеваться над людьми?

Артур рассмеялся и похлопал его по плечу.

— Это просто Моргана, — сказал он так, как будто это объясняло вообще всё существующее в этой вселенной. И в какой-то мере это действительно было так.

Забрав у Лиона одну из сумок, Артур проводил его до комнаты сестры, где они и сгрузили багаж. А после спустились на кухню, собираясь выпить кофе. Там уже сидели все остальные. Артур бросил быстрый взгляд на отстранённого Мерлина, который показательно не обратил на него никакого внимания, заметил его всё ещё влажные волосы и тихо вздохнул.

— О, Артур, — обрадовался его отец, — а Мерлин сказал, что видел, как ты пошёл на прогулку.

— Я был у озера, — ответил он, благодарно улыбнувшись старшему Эмрису. Тот ехидно оскалился в ответ.

— Так надо было взять с собой наших гостей, — укоризненно попенял ему отец.

— Я после им всё покажу.

— Вот и хорошо. Здравствуй, Лион, как твои дела? — Утер перевёл взгляд на новое действующее лицо, начав допрашивать его обо всём на свете.

— Вы поругались, — констатировала Моргана готовящему кофе Артуру на ухо. — Ты совсем идиот?

— Не лезь, — прошептал тот. — Я справлюсь без тебя.

Моргана хмыкнула и отстранилась, напоследок протянув:

— Ну-ну.

Артур разливал кофе по чашкам и вслушивался в беседы за столом. Моргана спросила Мордреда, что тот думает о перспективах использования графена, и мальчишка вдохновенно что-то ей объяснял. Утер уже расспрашивал Лиона о том, как поживает его отец и будет ли он присутствовать на дне рождении королевы.

Молчал только Мерлин.

Артур встретился с ним глазами и одними губами прошептал «спасибо».

11.

Приготовления к празднику в деревне начались с самого утра, но Артур прекрасно знал, что часов до пяти вечера там было нечего делать. Однако Мерлин изъявил желание помочь жителям прямо в лицо заглянувшему к ним в обед парню из администрации, и именно так Артур и оказался один на один с кучей хвороста, которую надлежало связать и аккуратно расставить по нескольким площадкам, специально выделенным под кострища.

Утешало только то, что самому зачинщику повезло куда меньше. Какой-то слегка повёрнутой на творчестве профессора Толкиена даме показалось, будто бы Эмрис имеет некое сходство с эльфами, поэтому его тут же схватили и куда-то уволокли. А когда он предстал перед народом, Артур не смог удержаться от громкого смеха.

Мерлин же надулся, поправил сползающие накладные уши и удалился развлекать малышню. Сдерживающий исключительно из братских чувств улыбку Мордред последовал за ним.

Лучше всех, как всегда, устроилась Моргана, тут же затмив собой всех деревенских девушек и вызвав всю их ненависть на себя, отобрав роль Майской Королевы. Артур вслух понадеялся, что к концу вечера её не придушит никто из несправедливо обиженных. И получил в ответ честное мнение о своём интеллекте.

Так и получилось, что до самого вечера он больше никого не видел, кроме стайки тех самых обиженных, которые так и норовили пройти прямо перед его носом.

Поэтому он просто удрал и прятался на лавочке за сценой. Там на него и наткнулся Мерлин.

— Если не сложится с медициной, — сказал он, плюхаясь рядом с Артуром, — то я перееду сюда и стану воспитателем в местном детском саду. По крайней мере, место мне уже пообещали.

Артур фыркнул.

— Рад и спокоен за твоё будущее. Пива?

— А где ты его взял? — насторожился Мерлин.

— Стащил со стола, — честно признался Артур.

— Боже, моё будущее ни в какое сравнение не идёт с будущим нашей страны в твоём лице.

— А что, оно тоже неплохое, — Артур отсалютовал ему банкой.

Мерлин закатил глаза и рассмеялся, протянув ладонь и отобрав у него напиток.

— Что будет вечером?

— Явно не то, что нагуглил твой брат, — хмыкнул Артур. — Будет концерт в исполнении каких-то местных групп и школьного хора, потом унылая речь о перспективах сельскохозяйственных угодий, потом фейерверк, костры, много музыки и выпивки. А, ну ещё Моргана, одетая в жуткое зелёное платье, выберет одного мужика и продефилирует с ним на холм под пошлые шуточки толпы. Хотя, насколько я знаю Моргану, она, скорее всего, заставит беднягу её туда дотащить. Всё как всегда, в общем.

— Я не знаю, как всегда. Это мой первый Белтейн.

— Многого не жди, — посоветовал Артур. Он покосился на довольно подставляющего лицо солнечным лучам Мерлина (явно не впрок — всё одно бледный как поганка) и всё-таки решился спросить: — Ты на меня уже не злишься?

Эмрис взглянул на него и поджал губы.

— Я отходчивый. И потом, ты даже практически сказал спасибо. Я это ценю.

— Я сказал!

— Это был даже не шёпот, Артур, а отсутствие звука.

— Но сказал же!

Мерлин закатил глаза.

— Может и правда в детский сад работать пойти? — хмыкнул он. — Терплю же я сейчас то, что ты ведёшь себя, как пятилетний.

Артур смерил его возмущенным взглядом.

Мерлин ответил лукавой усмешкой, которая явно говорила, что если Пендрагон продолжит спорить, то его психологический возраст будет убавлен ещё сильнее.

— Хорошо, тогда я скажу сейчас. Спасибо, что спас мне жизнь, Мерлин. Доволен?

— Вполне. Пара раз и научишься благодарить профессионально. Пожалуйста, Артур.

— Рассчитываешь геройствовать каждый выходные? — рассмеялся он.

— Геройствовать - это по твоей части, как я понял. Я просто сделал то, что должен был сделать, — улыбнулся ему Мерлин.

Артур давно уже заметил, какой заразительной была улыбка у Эмриса. Светлая, согревающая; такая, что хотелось тут же растянуть собственные губы в ответной. Он сглотнул, осознав, что уже неприлично долго пялится на рот Мерлина. Так что сам его обладатель уже начал подозрительно хмуриться.

Артур моргнул и отодвинулся.

Он понятия не имел, что на него нашло. Одно дело — играть в большой план Морганы. И совершенно другое — испытывать непреодолимое желание целовать Мерлина Эмриса до тех пор, пока он не пообещает, что принадлежит только Артуру.

Пендрагон кашлянул и нервно покосился на показавшихся из-за сцены толпу школьников.

— Уверен, что с таким подходом ты станешь прекрасным врачом, — неловко сообщил он.
Мерлин широко улыбнулся, словно ему сказали самый потрясающий комплимент в жизни. Но потом почему-то помрачнел.

— Если меня не выгонят в ближайшее время.

— Не выгонят, — уверенно отозвался Артур. — Никто не посмеет.

— Почему? — удивился Мерлин.

Артур недоверчиво на него посмотрел. Неужели он, правда, сейчас не понял большого намёка? То ли он идиот, не умеющий анализировать, то ли правда святой, раз считает, что после того, как он связался с самим Утером Пендрагоном, все всё равно будут судить его только по его собственным заслугам.

— По объективным причинам, — сказал Артур, решая не углубляться в объяснения.

Мерлин наклонил голову и уставился на него, чуть приподняв и сдвинув брови. Будто бы действительно не мог понять, что он имеет в виду.

— Не бери голову, — сжалился над ним Артур. — Просто поверь: никто тебя не выгонит.

Школьники что-то сбили, на грохот явились распорядитель мероприятия и их учитель и на пару принялись стыдить расшалившуюся молодёжь. Мерлин чуть улыбнулся и тихо вздохнул. И, видимо решив сменить тему, сказал:

— Ты когда-нибудь участвовал в этих концертах?

Артур отрицательно качнул головой:

— Я не любитель самодеятельности.

— Странно.

— Что именно?

— Просто ты кажешься таким… любителем всеобщего внимания.

— Ты видно спутал меня с Морганой, — со смешком сообщил Артур.

— Это у вас семейное, — каким-то странным тоном произнёс Мерлин.

И тут из-за сцены вышла сама Моргана. Прошествовала до них на внушающих уважение шпильках, смерила крайне укоризненным взглядом и вкрадчиво поинтересовалась:

— Отлыниваем?

Мерлин испуганно съёжился, а Артур ухмыльнулся и от всей души предложил:

— Пива?

Моргана мигом потеряла очаровывавший окружающих её идиотов пафос и влезла между Артуром и Мерлином, едва не свалив тех в процессе.

— Если что, — сказала она, подмигнув Эмрису, — мы все друг друга не видели. Давай сюда банку, Артур.

Мерлин неверяще фыркнул. И Артур, галантно открывающий пиво для Морганы, вполне мог его понять. Глядя на его сестру, сложно даже допустить мысль, что она человек.

— Нас может сдать народ, — он кивнул в сторону школьников.

— Пусть только попробуют, — Моргана погрозила детям красивым пальчиком. — Ой, Мерлин, я хотела сказать, что твой братик само очарование. Ко мне пристал какой-то молодой человек, у которого праздник, судя по запаху, начался с самого утра, и Мордред подставил ему такую шикарную подножку, что я едва удержалась от аплодисментов.

— Почему же удержалась? — спросил Артур.

— Потому что нам пришлось быстро скрыться с места происшествия, — мелодично рассмеялась Моргана.

Мерлин с улыбкой покачал головой и обменялся с Артуром понимающими взглядами.

12.

Мерлин смотрел на не очень, в общем-то, хорошо организованный праздник с таким детским восторгом, будто бы не видел до этого вообще ничего. Артур чувствовал себя прожжённым и опытным человеком, показывая Эмрисам округу.

Мерлину нравилось совершенно всё — он радостно аплодировал возле сцены, с удовольствием пробовал предложенное угощение, сделал комплимент платью Морганы и махал вертящейся под ногами малышне. И выглядел при этом абсолютно счастливым.
Артур представил его живущим несколько веков назад, когда этот праздник был ритуалом, и подумал, что Эмрис прекрасно бы вписался в обстановку и там. Ему бы пошло.

Потом их троица наткнулась на разговаривающего с местной библиотекаршей Утера, и желание Артура схватить Мерлина за руку и увести куда-нибудь подальше отсюда, не дав этим двоим встретиться, немного напугало его самого.

— Можно мне туда? — прерывая его размышления, указал Мордред на палатку с какими-то конкурсами. Мерлин кивнул и попросил не делать ничего опрометчивого.

Мордред ушёл, проворчав что-то невнятное напоследок.

И они остались одни, с Утером в нескольких метрах, и Мерлин улыбнулся, посмотрев тому в глаза, и Артуру на мгновение показалось, что эта просьба была адресована ему, а не Мордреду.

Считается ли поцелуй с женихом собственного отца на глазах у всех жителей отдельно взятой деревушки опрометчивым поступком?

Артур кашлянул, привлекая внимание Мерлина, и предложил:

— Хочешь, покажу моё секретное место, откуда самый шикарный вид на фейерверки?
Мерлин с любопытством покосился на него.

— Ты понимаешь, что это предложение звучит как-то… странно?

— А что в нём странного? — Артур пожал плечами. — Я всего лишь стараюсь быть гостеприимным.

Мерлин прикусил нижнюю губу, отчего Артур покрепче сцепил ладони за спиной, и покосился на Утера.

— Или ты меня боишься? — насмешливо спросил Пендрагон-младший. — Можем взять моего отца с собой при таком раскладе.

Мерлин оскорблёно вскинул голову.

— Слишком много чести тебя бояться.

— Тогда пошли. А то нас поймают и заставят болтать с унылой миссис Флинт. А от этой женщины так просто не сбежишь.

— Печальный опыт? — уточнил Мерлин, немного испуганно смерив взглядом уже оценивающе присматривающуюся к ним женщину.

— Ты даже представить себе не можешь, — с чувством отозвался Артур.

— А я-то думал, что у тебя было счастливое детство, — Мерлин с улыбкой начал медленно отступать.

Артур просто рассмеялся в ответ. А потом схватил Эмриса за рукав и потянул в сторону, напоследок махнув удивлённо уставившемуся на них Утеру. Миссис Флинт что-то у него спросила, и он развёл руками и по движению губ Артур практически услышал сказанное с насмешкой «мальчишки». Но окликнуть их он уже не успел.

Отдышались Артур и Мерлин только вдали от толпы. Эмрис, собственно, вообще рухнул в траву как подкошённый и уставился на потемневшее уже небо.

— Ненавижу физкультуру, — простонал он.

— По тебе видно, — Артур легонько пнул его по ноге. — Вставай давай, надо ещё успеть подняться наверх.

— Смерти моей хочешь? Далеко ещё?

— Туда, где мы были утром.

Мерлин резко сел, и Артур замахал руками перед собой.

— Не бойся, я не собираюсь никуда прыгать.

— Очень на это надеюсь, — ворчливо сообщил Мерлин, поднимаясь, — в темноте спасателям будет сложно искать труп.

— Столько веры в мои силы прозвучало в этой фразе, — Артур восхищённо закатил глаза. — И я думал, что раз я сказал «спасибо», то ты больше не будешь меня этим попрекать.

— Ну уж нет, — Мерлин усмехнулся, — в моей семье принято припоминать проколы до самой смерти.

— Твоё детство тоже было не из лёгких, — признал Артур.

— Лучшего и пожелать нельзя, — искренне отозвался Мерлин. — Наша мама была… самой замечательной на свете.

Он сглотнул и уголки его губ скорбно опустились. Артур неожиданно для самого себя опустил ладонь ему на плечо, чувствуя сквозь слои ткани жар кожи. Мерлин тяжело вздохнул и неуклюже пошутил:

— Видела бы она, что я творю, точно бы выпорола. Впервые в жизни.

— Твоей матери не понравился бы мой отец? — усмехнулся Артур, указывая сторону, в которую им нужно идти.

Мерлин, к удивлению его, закашлялся, подавившись смешком и воздухом.

— О, я уверен, что он бы вызвал у неё много эмоций, — наконец еле выдавил он.

— И она бы одобрила? — Артур с любопытством взглянул на очень подозрительно себя ведущего Эмриса. Тот рассмеялся.

— Она бы точно очень удивилась.

— Из-за того, что он старше, или из-за того, что ты внезапно гей? — уточнил Артур.

— Скорее из-за того, что он Утер, — беспечно отозвался Мерлин. И тут же споткнулся на ровном месте.

Артур закатил глаза и помог ему подняться с земли. Способность Эмриса так удачно падать не могла не вызывать зависть. Он спотыкался, путался в конечностях и просто падал без видимых причин. Но ни разу ещё не получил никакой травмы, серьёзней едва заметного синяка.

— Я понимаю, почему ты ненавидишь спорт, — проворчал Артур, отряхивая с Мерлина налипшую грязь.

— Ага, — покорно повернулся тот, — команда со мной обычно проигрывала.

— Я уже догадался.

— А с тобой наоборот, да?

— Да, — коротко ответил Артур. Он действительно всегда и во всём побеждал.

И даже в этой игре собирался выиграть.

Артур поднял глаза, задержав взгляд на растянутых в широкой улыбке губах Мерлина, и глубоко вздохнул. Чувства были точно такими же, как с утра, когда он стоял на краю пропасти и страстно желал сделать в неё шаг.

Так же и сейчас, глядя на нелепого, странного и притягивающего Мерлина, ему хотелось шагнуть вперёд, прижав его спиной к дереву, и целовать. Так, чтобы в ушах отдавался стук собственного сердца, а под ладонью ощущалось ещё одно, бьющееся пленённой птицей о прутья клетки. Чтобы Мерлин подчинился ему и поддался, позволяя и разрешая.

Чтобы забыл обо всём на свете.

— У меня что-то на лице? — пробормотал Мерлин, глупо хлопая своими длинными чернильно-черными ресницами. — Артур?

— Ты можешь потом попробовать меня ударить, — прошептал Артур, ладонями удерживая его лицо.

Мерлин дёрнулся, чтобы избежать прикосновения, но Артур уже сделал шаг вперёд, всем своим телом вжимая его в ствол дерева, не давая шевельнуться и вздохнуть, до невинного просто прижавшись губами к губам.

Где-то вдалеке в последний раз проверяли фейерверки, грелись у костра и уже начинали горланить пьяные песни. Где-то там, словно бы в другом мире, кривляющаяся Моргана торжественно выбрала самого достойного юношу из присутствовавших, указав на мрачного Мордреда, хихикающий Лион снимал на камеру удивлённые лица селян, а Утер грозил им всем пальцем. Там звучал смех, открывались бутылки и играла музыка.

А здесь, в наступающей со всех сторон темноте, Артур целовал Мерлина и отчаянно желал, чтобы время остановилось.

13.

Артур добрёл до дома под утро. Моргана, впрочем, ещё не спала, а наслаждалась компанией хорошего вина и фильма. Она так быстро нажала на «стоп», что Артур не успел понять, какое именно это было кино. Хотя по реакции было понятно, что смотрела она что-то считающееся в её системе координат постыдным.

— Эмрис пришёл?

— Самым первым. Примчался к дому ещё до фейерверков. Ты его покусал, что ли?

Моргана пьяно захихикала и отсалютовала ему почти пустым бокалом.

— Нет. — Артур с тяжёлым вздохом опустился на диван рядом с ней. — Поцеловал.

— Судя по его лицу, лучше б покусал, — Моргана зашлась смехом и едва не свалилась, в последнее мгновение удержав равновесие.

Артур хмыкнул, и устроился поудобнее, положив ноги на столик.

Этой ночью он пережил не самые приятные моменты в жизни. Первый, когда Мерлин шарахнулся от него с совершенно перепуганным видом, будто они только что не целовались, а дружно закапывали труп королевы, и просто сбежал, не сказав ни слова. Второй, когда, к ужасу Артура, побежал совершенно в другую сторону, в чащу, вдаль от дороги.

Третий, растянувшийся на несколько часов, в которые Артур бродил по лесу с карманным фонариком и матом в поисках этого идиота, боясь, что тот споткнётся о какой-нибудь корень, упадёт и свернёт себе шею.

Четвёртый момент наступил только что, когда выяснилось, что Эмрис давным-давно дрых в своей постели.

— Так почему ты его целовал, Артур? — Моргана наклонилась к нему, с непонятным восторгом заглядывая в глаза.

— По твоему плану, — устало отозвался он, отбирая у сестры пульт. Та слабо запротестовала, чуть было не навернулась снова, но проиграла и надула губы.

На экране Белоснежка старательно прибиралась в домике семи гномов. Артур выразительно посмотрел на Моргану и тут же получил диванной подушкой по голове.

— Ностальгия, — буркнула она, вздёрнув подбородок.

— На следующем этапе ты начнёшь пересматривать «Грязные танцы»? — рассмеялся Артур.

— Нет, — кровожадно отозвалась Моргана. — Я заставлю их пересматривать тебя. И, кстати, мой план тут ни при чём. Я говорила его соблазнить, а не пугать до смерти.

— Так я и пытался… соблазнить.

Артур помрачнел, вспоминая взгляд Мерлина. Удивлённый, испуганный и совершенно растерянный.

— Мда-а-а, — протянула Моргана. — Боюсь даже спрашивать… Братец, а каков процент людей был впечатлён твоей техникой соблазнения в положительном смысле? Не учитывая обмороки и вопли ужаса.

— Хватит язвить, — ворчливо заявил Артур, мстительно ткнув девушку в бок. Та засмеялась и отстранилась.

— Я выясняю подробности. В конце-то концов, тебе ещё нужно будет вымолить у Эмриса прощение за то, что ты не смог удержать руки и язык при себе.

Артур прикусил губу, задумчиво уставившись в одну точку перед собой.

— Моргана, тебе совсем не нравится Мерлин?

— О, Господи, только не говори, что ты, как и папочка, пал жертвой его очаровательных синих глаз, — она закатила глаза.

Артур покачал головой.

— Нет, просто… он не такой уж плохой. Кажется.

— Артур, — Моргана ласково коснулась его плеча, — Мерлин Эмрис наш враг. И если мы хотим победить, то мы должны действовать сообща. Или ты пригляделся к нему получше и теперь мечтаешь назвать своим отчимом?

Вот об этом Артур точно не мечтал.

Ему абсолютно точно не хотелось видеть Мерлина рядом со своим отцом. Но и предавать его тоже почему-то не хотелось. Артуру казалось, что они поступают неправильно. Вот только он впервые не мог объяснить, почему.

— Артур? — снова позвала Моргана, обеспокоенная его молчанием.

Артур моргнул и дёрнул головой, словно бы на нём снова был привычный костюм с душащим галстуком.

— Я в деле, Моргана, — уверенно сказал он. Мысль о том, что он может увидеть свадебное приглашение с мило перевитыми именами «Утер» и «Мерлин» придала соответствующую мотивацию. Он понятия не имел, где хочет видеть Эмриса, но точно знал, где он его видеть не хочет.

— Вот и прекрасно, — Моргана широко улыбнулась в ответ. — Я всегда говорила, что мой младший братик — самый лучший.

— А мне всегда казалось, что ты убеждала каждого готового слушать человека, что я наказание за грехи твоей прошлой жизни, — хмыкнул Артур.

— Это детали, — отмахнулась Моргана. — Так ты расскажешь мне подробнее, что такого страшного проделал с Эмрисом?

И Артур рассказал обо всём, что случилось, ни слова не упомянув о своих переживаниях.

А потом рассвело окончательно, и бледная в утреннем свете Моргана отправила его на кухню за ещё одной бутылкой вина, после которой они досмотрели мультфильм, посочувствовали неизвестному королю. Затем решили продолжить и посмотреть ещё и «Леди и Бродягу», правильно расставив на роли пёсиков знакомых, отчего история заиграла новыми красками.

И так в итоге и уснули — на диване и едва ли не в обнимку, свалив на пол мусор от добытых на кухне сладостей, что в последний раз случалось больше пятнадцати лет назад, когда их семья ещё хоть как-то напоминала семью.

И сквозь сон Артур увидел нескладный силуэт Мерлина, который шёпотом разговаривал с кем-то, а потом осторожно укрыл их пледом и ушёл.

Артур собирался уже проснуться и приказать ему вернуться и остаться, потому что никто не смеет так просто убегать от Пендрагонов. Но вместо этого он снова уснул, согревшись под окутавшей его теплотой.

14.

Артур прошёл на кухню, на ходу растирая шею, которая жутко мстила ему за неудобную ночёвку на диване. Там уже сидел Утер, размазывающий по тосту яблочный джем.

— Доброе утро, сын.

— Слишком громкое слово для описания моего утра, — Артур зевнул и присел за стол. — А где Эмрисы?

— Уехали три часа назад на самом раннем поезде.

Артур замер, приготовившись выслушивать укоры отца. Но тот выглядел совершенно расслабленным.

— Почему? — онемевшими губами поинтересовался Артур.

— Мерлин сказал, что его друг попросил помочь ему, — объяснил Утер, проникновенно глядя на сына. — Или есть другие причины?

Артур уставился на него самыми честными глазами, какие только мог изобразить.

— Он бы не стал тебе врать, ведь так?

— Не стал бы, — задумчиво повторил Утер, продолжая сверлить Артура подозрительным взглядом. — Разве что пытался кого-то выгородить.

— Вот уж точно не меня, — рассмеялся Артур.

— Да? А мне показалось, что вы подружились.

— Ещё более громкое слово, чем про утро, — Артур неловко улыбнулся и схватился за кружку, чтобы было чем занять руки.

— Мне бы хотелось, чтобы это слово стало реальностью, — Утер взглянул на него знакомым по школе взглядом, в котором явно читалось: «мне плевать, какие у вас отношения, с сегодняшнего дня вы лучшие друзья»

— Мы работаем над этим, — улыбнулся Артур.

— Рад слышать, — Утер кивнул. — Я хотел попросить кое о чём, сын.

— О чём именно?

Артур и не помнил уже, когда в последний раз отец о чём-нибудь его просил. В детстве он скорее требовал, в юности — требовал и запрещал. А потом их отношения незаметно перешли на новый, недоступный в обычных семьях уровень. Отражённый разве что в деловом этикете.

— Не откажешься ли ты быть моим шафером на свадьбе? — сказал его отец, и Артур не сразу даже понял, что именно он говорит. Слова отказывались складываться в единое целое.

— Прости? — переспросил он.

— Шафером, Артур, — повторил Утер, нетерпеливо закатывая глаза. — Неужели ты ещё не проснулся, раз не слышишь, о чём тебе говорят?

— Я просто… когда ты женился на Катрине, ты меня даже из школы не забрал. А тут — просишь быть твоим шафером. Это… обескураживает.

Утер поморщился, словно вспомнил что-то очень, очень плохое. И Артур даже знает, кто именно предстал перед его внутренним взором.

— Прошлое не имеет значение. Тем более такое, — сдержанно ответил Утер.

Артур фыркнул от смеха.

— Не скажи. Журналисты, которые засекли её в том клубе, когда она…

— Артур!

— Прости. Я больше не скажу ни слова.

Утер огорчённо посмотрел на него, поджимая губы.

— Ответь лучше на мой вопрос, — сказал он. — Мне важно, чтобы мой сын в такой момент был рядом со мной.

Артура затошнило. Они видел сияющее, отвратительно влюблённые лицо своего отца, и не мог не вспоминать, какими податливыми были губы Мерлина вчера вечером. И от мысли, что стоящий рядом с ним человек об этом знает не понаслышке и, более того, куда лучше него, хочется сделать что-нибудь разрушительное, чтобы выплеснуть все эмоции разом. Артуру очень старался не представлять себе, как Мерлина целует Утер.

— Конечно, — хрипло сказал он, сжимая под столом кулаки. — Это честь для меня, отец.

И Утер широко улыбается, как никогда не улыбался ему в детстве. А ведь тогда Артур так старался заслужить его одобрение, был лучшим всегда и во всём, трудился так упорно, что учителя не могли на него нахвалиться. А оказалось, что добиться от Утера похвалы можно всего лишь согласившись закрыть глаза на его безумие и приняв в их семью тощего мальчишку.

— А Моргану мы сделаем подружкой невесты? — не выдержав, хмыкнул он, поигрывая бровями. Утер тут же нахмурился.

— Артур, не нужно так…

— Я понял, — оборвал он начинавшуюся уже нотацию отца. — Я всего лишь пошутил.

— Хотелось бы надеяться.

Артур по-голливудски сияюще улыбнулся в ответ.

— На что надеяться? — ворчливо уточнила Моргана, возникая на кухне как по волшебству.

— Отец попросил меня быть его шафером, — радостно поделился с ней Артур.

Моргана сбилась с шага и вскинула на него глаза.

— Вот как, — протянула она. — Понятно.

— Правда, здорово? — подмигнул её Артур.

— Сейчас умру от зависти. Или от недостатка кофеина, — Моргана пожала плечами. — Это был намёк, Артур. Ты же не хочешь моей смерти?

— Кто сказал такую глупость? — искренне поразился Артур.

Утер рассмеялся и встал, чтобы сварить для дочери кофе.

— Засранец, — буркнула Моргана, потирая виски. — А где Мерлин и Мордред?

— Уехали.

— Вот как, — повторила она, демонстративно косясь на Артура. — Жаль. Я обещала Мордреду, что свожу его посмотреть на пещеру с приведениями.

— Он верит в приведения? — удивился Артур, игнорируя все направленные на него взгляды.

— Нет, — отозвался вместо Морганы Утер. — Он собирался оставить там какое-то своё изобретение, чтобы в приведения начали верить все туда попавшие.

Артур помолчал, пытаясь переварить новость, а потом неуверенно заметил:

— Занятный парнишка.

Моргана согласно закивала.

— Даже удивительно, что они с Мерлином родные братья.

Утер громко прочистил горло и поставил перед дочерью кружку с кофе.

— Они оба едят какую-то жуть. Поверь мне, они точно братья, — Артур поморщился, вспоминая предложенные Эмрисами угощения.

— Ты просто варвар, который жить не может без мяса, — Моргана закатила глаза.

— Я могу жить без мяса, — запротестовал Артур, — я не понимаю, как можно жить, питаясь воздухом и какими-то корешками.

— Мерлин говорит, что это полезно, — немного мечтательно улыбнулся Утер. Артур сцепил зубы, пытаясь не додумывать, что Мерлин ещё говорил. И делал.

О-о-о. Вот об этом точно лучше не думать. Никогда.

И, чтобы перевести тему на более безопасную, он схватился за лежащую на столе газету и мазнул взглядом по заголовкам.

— Ну и что вы думаете о нефтяном пятне?

15.

Мерлин как будто растворился в воздухе.

В доме Эмрисов Артура встречал Мордред, который вежливо, но с тонким оттенком оскорбления давал понять, что его тут не ждут. И он понятия не имел, знал ли мальчик о произошедшем, или Мерлин просто попросил братика поиздеваться от души. На работе и учёбе же Эмрис словно бы не появлялся, хотя его коллеги и сокурсники клялись, что видели его всего лишь минуту назад.

Только через неделю и с посильной помощью Гавейна Артур узнал, что из больницы Мерлин уходил через окно и забор, заметив его перед зданием. Пути отступления Эмриса из университета пока выявлены не были, но детектив очень старался. Артур готов был поспорить, что тот даже начал уважать парня за неуловимость. По крайней мере, Гавейн казался счастливым.

Но Артура спортивный интерес детектива интересовал мало.

Поэтому он походил возле больницы, чтобы его было видно из всех окон, а потом неспешным шагом направился к забору. Первым через него перелетел рюкзак Эмриса, а потом неуклюже вскарабкался и он сам. Неловко перевалился, увидел Артура, смешно вскрикнул и мешком рухнул на землю.

— Хорошо, что мы возле больницы, — мрачно проворчал Артур, поднимая его на ноги и ощупывая на предмет повреждений. — Ничего не сломал?

Мерлин уставился на него огромными перепуганными глазами.

— Ты что здесь делаешь?

Артур закатил глаза.

— Угадай.

— Хочешь извиниться за своё поведение? — неуверенно предположил Мерлин.

— Даже мысли не было.

Мерлин тяжело вздохнул.

— Я бы предпочёл, чтобы ты извинился, и мы забыли об этом… инциденте.

— А ты все поцелуи так называешь, или только мне так повезло? — улыбнулся Артур.

— Поцелую с тобой скорее подходит название «чрезвычайное происшествие», — Мерлин скрестил руки на груди и нахмурился.

Артур отметил, что Эмрис вообще выглядел крайне забавно. Виновато, смущённо и расстроено одновременно. А ещё немного испуганно. Словно…

— Ты словно подросток, который отрицает, что ему нравятся мальчики, — фыркнул Артур. — Но мы же оба знаем, что это не так.

Мерлин вздрогнул и повёл плечами. А потом наклонился, подобрал рюкзак с земли и попытался молча обойти Артура по широкой дуге.

— Прекрати вести себя как ребёнок и бежать от проблем, — бросил Артур, машинально схватив его за запястье и повернув к себе.

Эмрис вспыхнул и засверкал глазами.

— Это твоя проблема, а не моя. Я вообще не понимаю, что на тебя нашло. И не хочу понимать. Поэтому…

— Ты мне нравишься, — быстро сказал Артур, перебивая его.

Мерлин замер, ошарашено вытаращив на него глаза и беззвучно шевеля губами.

— Ч-чего? — наконец-то выдавил он.

— Нравишься, — повторил Артур, сдерживая усмешку - до того забавно выглядел Эмрис. Словно перед его глазами сейчас рушился весь его тщательно отстроенный мир.

— Это невозможно.

— Почему нет?

— Потому что! — Мерлин взмахнул руками, едва не заехав Артуру по носу. — Ты па… Ты сын Утера, и это всё неправильно.

— А если мне всё равно, что я его сын?

Мерлин замотал головой, отступая.

— Ты не должен так говорить. Никогда.

Артур внимательно посмотрел на него. И вздохнул, понимая, что прямо сейчас убедить Мерлина в своей чистой и светлой любви не получится. Таким людям, как он, нельзя просто сказать: «эй ты, я тебя хочу» и ждать, что он радостно побежит стелить постель.

Нет, тут действовал другой принцип. Артур должен был сделать так, чтобы Мерлин влюбился в него так сильно, что забыл обо всём на свете. Даже о своих принципах.

Заставить его поверить, что именно Артур его судьба, вторая половина, другая сторона монеты.

Артура затошнило от самого себя, но он всё-таки растянул губы в улыбке, протягивая Мерлину открытую ладонь.

— Я понял. Тогда нам действительно лучше забыть о том, что произошло.

Мерлин недоверчиво смотрел на него, не решаясь пожать руку. И Артуру почему-то нелогично захотелось, чтобы Эмрис послал его к чёрту и держался как можно дальше.

Но Мерлин крепко сжал его ладонь и улыбнулся в ответ.

— Спасибо, что понял.

Артур фыркнул.

— Никогда раньше такого не говорил, но… останемся друзьями, Мерлин?

Мерлин облегчённо кивнул. И выглядел при этом так, словно с его плеч упал огромный булыжник размером с Луну, не меньше.

— Ничего, у меня в этом большой опыт. Ну, в оставании друзьями.

Артур рассмеялся.

— Это хорошо, — сказал он. — Кто-то должен знать, что делать. И ещё, Мерлин, ты что-то рассказал Мордреду о случившемся?

Мерлин вытаращился на него.

— Ни слова не сказал. Просто попросил, чтобы он всегда говорил, что меня нет дома.

Артур кашлянул и попросил:

— В таком случае будь добр и скажи своему брату, что теперь можно перестать подвергать меня почти публичным унижениям.

— Почему почти? — уточнил Мерлин, удивлённо вскидывая брови.

— Пока — только перед Эксом. Но однажды соседка вышла выносить мусор и почти увидела, как я унижаюсь перед школьником. А ведь, между прочим, это могло стать самой позорной страницей в моей карьере.

Мерлин несколько секунд удивлённо смотрел на него, а потом рассмеялся.

— Хорошо, я ему передам. Что-то ещё?

Артур с застывшей улыбкой смотрел на него и думал, что комок в его горле сейчас стал неприлично большим. Никогда ещё ему не было так стыдно за несделанное.

— Да, — кивнул он. — Скоро игра, — Артур заметил, как недоумённо нахмурился Мерлин, и решил пояснить всё с самого начала. — В этом году в парламенте решили поддержать наш футбол и вообще страну в соревновании за право принимать следующий чемпионат мира, но не придумали ничего умнее, чем организовать дружеские матчи.

— И ты хочешь, чтобы я пришёл и посмотрел, как ты обыгрываешь заплывшим жиром стариканов? — фыркнул Мерлин.

Артур кивнул.

— Круто, — восхищённо протянул Мерлин. — Ни за что такое не пропущу.

— Круто, — в тон ему отозвался Артур.

Не нужно было быть особо наблюдательным, чтобы заметить, что Мерлин всё ещё напрягался в его присутствии. Словно бы в любую минуту ждал преступления против своей личности.

— Моргана попробует перетянуть тебя на свою сторону. Даже не думай поддаваться, потому что выиграем всё равно мы.

— Ах, — губы Мерлина растянулись в улыбке, — вы ещё и против девчонок играть будете?

Артур оскорблёно надулся и ткнул пальцем Эмрису в бок. Тот смешно взвизгнул и отшатнулся.

— За что?!

— За сарказм, Мерлин, — торжественно возвестил Артур.

— Буду болеть за Моргану, — угрожающе пообещал Мерлин. — Раз ты калечишь своих фанатов.

— Я не калечу, — отмахнулся Артур. — Я за ними слежу и оберегаю.

— Офигеть просто, — Мерлин поднял на него смеющиеся глаза.

Артур преувеличенно гордо надулся и покровительственно похлопал его по плечу.

Вот теперь всё было так, словно и не было того поцелуя.

16.

— Два месяца, Артур! — Моргана подняла два пальца вверх, сунув их ему под самый нос. — Два чёртовых месяца! Такими темпами ты его соблазнишь к их серебряной годовщине!

Артур пожал плечами, пытаясь написать приличную речь для завтрашнего выступления перед студентами. Предусмотреть нужно было абсолютно всё, ведь обязательно найдётся какой-нибудь умник, который задаст вопрос, формулировку которого сам не поймёт.

А падать в грязь лицом, краснея перед кучкой третьекурсников, Артуру Пендрагону никак нельзя.

— Артур! — Моргана захлопнула его нетбук. — Будь так добр, смотри на меня, когда я с тобой разговариваю.

Артур тяжело вздохнул и откинулся на стуле, скрестив руки.

— Моргана, что ты от меня хочешь?

— Чтобы ты взял себя в руки и наконец-то начал следовать нашему плану!

Артур потёр переносицу и поморщился, глядя на раздосадованную сестру.

— С Мерлином нельзя быстро.

— А вот у папочки почему-то это получилось, — припечатала Моргана. — Эмрис прилепил ему пластырь на царапину и уже через неделю согласился выйти за него замуж.

— На стороне отца богатый опыт, — буркнул Артур и попытался открыть нетбук.

Моргана положила на него ладонь с пугающими ярко-алыми ногтями и так гнусно заухмылялась, что Артур моментально понял, что ляпнул не самую умную вещь на свете.

— Я думала, что у тебя тоже опыт, Артур, — протянула она. — Неужели я ошибалась, и со всеми теми девочками и мальчиками ты просто играл в видеоигры?

— Очень смешно.

Артур смерил сестру взглядом, надеясь, что она испугается и отстанет от него хотя бы на ближайшие несколько дней.

— Просто обхохочешься, — мрачно согласилась Моргана. — Артур, тебе нужно собраться и довести наконец дело до конца.

— Я… Моргана, Мерлин не будет спать со мной, пока не будет любить меня. Всё просто.

— Так заставь его полюбить, чего ты медлишь? — Моргана закатила глаза, всем своим видом показывая, что он говорит совершенную ерунду.

— Мне порой кажется, что главу о чувствах в твоём образовании упустили, – Артур покачал головой.

— Это была бесполезная глава, так что я решила не заострять на ней внимания, — Моргана усмехнулась.

— А вот Мерлин Эмрис вызубрил наизусть.

— Господи Боже, кто же так поиздевался над мальчиком?

— Он доброволец.

Моргана недоверчиво приподняла бровь, и Артур решил: стоит прямо сейчас записать на будущее, что если у него когда-нибудь будет дочь, её ни при каких обстоятельствах нельзя отправлять в школу для девочек. Оттуда выпускаются исключительно стервозные беспринципные шлюшки. Исключения в лице Софии лишь подтверждают правило.

Но он вовсе не собирался рассказывать о своих выводах Моргане.

— Именно таких типчиков и нужно опасаться, — погрозила она пальцем.

— Я думаю, что он сказал бы то же самое, узнав о твоём великом плане.

— Нашем плане, братик, нашем. — Моргана потянулась как кошка и посмотрела на него томным взглядом. — И тебе пора уже вплотную заняться его осуществлением.

— Я и так стараюсь, как могу, — буркнул Артур.

— Недостаточно, — она нахмурилась.

— Может мне просто завалить его трахнуть? — Артур скривился.

— Ну, если сумеешь сделать так, что на фотках его лицо будет лучиться счастьем и желанием, то вперёд.

— Ты такая мерзкая.

— Неправда, — Моргана мило улыбнулась.

Артур хмыкнул.

— И что ты предлагаешь?

— Будь настойчивее, — Моргана махнула рукой. — Скажи, что ты его любишь, с тебя не убудет. Пообещай ему весь тот бред, что так любят обещать мужики. Звезду с неба, машину новую, плэйстейшен — в общем, что там ему нужно.

— Я буду очень стараться, — саркастично пообещал Артур.

Моргана смерила его недоверчивым взглядом.

— Позвони ему сейчас.

— Зачем? — удивился Артур, взглянув на часы. — Уже половина двенадцатого, Мордред спит.

— Скажи ему, что ты очень-очень болен и некому подать тебе стакан воды, — Моргана усмехнулась.

— Угу, — Артур мрачно покосился на неё. — Мерлин приедет, а тут я сижу очень даже здоровый. Да ещё и с безумной сестрой рядом. Ты правда думаешь, что подобная шуточка может уложить его ко мне в постель?

Моргана хмыкнула.

— Я могу попросить своего знакомого вживить тебе какой-нибудь миленький вирус, — обнадёжила она. — Хороший парень, почти такой же… увлечённый, как злой гений во всех фильмах про супергероев.

— Убить меня хочешь? — Артур подозрительно на неё посмотрел.

— Я хочу тебе только помочь, — широко заулыбалась Моргана. — Не хочешь вирус, воспользуйся традиционными способами — обожрись мороженого и иди гулять после душа с мокрыми волосами.

— Ты серьёзно? — Артур уставился на сестру. Та выглядела довольно уверенно, словно говорила что-то полезное, а не вспоминала школьные уловки по достижению желаемой болезни.

— Абсолютно.

— Твои планы с каждой неделей становятся всё… удивительнее.

— А что делать, если ты безнадёжен? — Моргана тяжело вздохнула. — А твой Мерлин жалостливый, точно прибежит тебя лечить. О, кстати, может, просто ногу тебе сломать?

Артур приподнял бровь, выразительно глядя на сияющую, как новогодняя гирлянда, Моргану.

— А может быть, мне просто сразу выброситься из окна? После перелома позвоночника Мерлин меня точно пожалеет.

— А вот отец засунет в психушку, — Моргана явно задумалась о перспективах такого развития событий. — Хотя…

— Я пошутил, — сказал Артур.

Моргана вздохнула.

— Я хотела сказать, что ради удовольствия посмотреть на твой прыжок из окна Моргауза вполне может предоставить нам свою квартиру. Она на втором этаже, так что максимум, что ты сломаешь — ногу, руку и пару рёбер.

— Ни за что не доставлю этой женщине такого удовольствия.

— Тогда давай вернёмся к старому и проверенному варианту с простудой. Или… ой, Артур, я просто гений. — Моргана захлопала в ладоши. — У моей подруги ребёнок болеет ветрянкой, а ты в детстве не болел. Почему бы тебе не посидеть с ним завтра и…

— Я не собираюсь заболевать ветрянкой, — твёрдо сказал Артур.

Моргана закатила глаза и попеняла ему:

— В тебе нет ни капли страсти к делу.

17.

Первое, что сделал Артур вернувшись домой из больницы, это позвонил Моргане, прослушал её прохладный голос, вежливо призывающий оставить сообщение и выпалил в трубку.

— Если это ты подстроила, то я тебя придушу.

Уже после он скинул ботинки, переоделся из покрытой кровью одежды в обычные джинсы и футболку, прошёл на кухню и разворотил один из ящиков в поисках обезболивающего. На него сегодня впервые в жизни напали грабители. И унесли с собой телефон, бумажник, ключи от машины и саму машину, сотню умерших нервных клеток и его кровь на ноже.

После больницы, четырёх швов и кучи наставлений, порезанная рука ныла и не поднималась, так что приходилось тщательно следить за любым своим движением. И ещё тщательнее — чтобы ничего не просочилось в прессу.

Артуру не улыбалось отвечать на сотни звонков в этот вечер.

Он вообще сейчас пытался вспомнить, какой именно эффект даёт смешивание обезболивающего и алкоголя. Так и не вспомнил, а позвонить Эмрису ради такого вопроса не захотел. Тот обязательно переполошиться и приедет. И тогда объяснить Моргане, почему Артур снова не воспользовался шансом, будет намного сложнее.

Впрочем, как и самому себе.

Ведь, если подумать, всё было вполне закономерно и не раз демонстрировалось в тупых американских комедиях. Вот только там всегда всё начиналось со спора.

Но Моргана не очень оценит, если Артур откроет ей постигшее его сакральное знания, объяснив, что чем больше времени он проводил с Мерлином Эмрисом, тем меньше ему хотелось осуществить их план и перестать с ним общаться уже навсегда.

Потому что Мерлин ему этого не простит.

Мерлин не захочет больше быть ему другом. Конечно, всегда оставался шанс, что он поведётся на деньги, если Моргана всё-таки права в своих предположениях о природе их отношений с Утером. Но за деньги — это совсем не то. Артур хотел бы, чтобы Мерлин лёг в его постель по доброй воле и взаимному желанию.

Но самое главное — Артур не хочет потерять его дружбу.

Поэтому Артур не собирается никому ничего рассказывать. Хватало и того, что знает Гаюс, лечащий всех в их семье с незапамятных времён.

Гаюс обещал молчать, поэтому Артур вертит в руках бутылку и виски и думает, не поискать ли ему последствия его предположительного коктейля в интернете.
И тут, в тот самый момент, когда он решает, что определённо переживёт любые последствия, раздаётся звонок в дверь.

Артур скривился и пошёл открывать, ожидая увидеть Моргану с очередной нотацией или даже Гавейна со сведениями о машине.

На пороге стоял взволнованный и тяжело дышащий Мерлин.

— Как ты тут оказался?

Мерлин ещё ни разу не был у него дома. До этого всегда приезжал сам Артур. Он даже не знал, в курсе ли парень, где он живёт.

Мерлин застыл, таращась на его прижатую к телу повязкой руку. А потом моргнул, словно прогоняя наваждение, и возмущённо выпалил:

— Я увидел твоё имя в списке сегодняшних пациентов. Почему ты не позвонил?!

Артуру очень захотелось себя пнуть.

Это же надо было напрочь забыть, что место работы Гаюса — это ещё и место работы Мерлина. Хорошо ещё, что они не столкнулись посреди коридора, пока Артур шёл к доктору в покрытой кровью рубашке, бывшей некогда белоснежной.

— Потому что это пустяк, — Артур устало прикрыл глаза и шагнул в сторону, давая Мерлину пройти. У него был шанс поехать домой.

— Пустяк?! — повысив голос, повторил за ним Мерлин. — Ножевые ранения — это не пустяки, Артур!

— Слушай, я с четырёх лет играю в футбол. Так что о травмах знаю не понаслышке. Поэтому перестань паниковать.

Артур поморщился. Ему вообще никогда особо не нравилось, когда его пытались пожалеть, пристыдить и окружить заботой. А Мерлин явно был намерен сделать всё вышеперечисленное скопом и в двойном объёме.

— В футбол играют не ножами! — Мерлин всплеснул руками.

— Это несущественный момент, — Артур улыбнулся.

— Ну да, как же.

Мерлин прикусил нижнюю губу и укоризненно смотрел на него. А ещё Артур заметил, что его ветровка была надета наизнанку, что явно показывало, как сильно он спешил и волновался.

— Спасибо, что приехал.

Артур сказал это неожиданно для самого себя. Слова просто скользнули с языка, словно это было самой естественной вещью в мире.

Мерлин покраснел, комкая в ладонях какую-то бумажку.

— Кстати, как ты узнал, где я живу? — поинтересовался Артур, разглядев на ней свой же адрес, выведенный неровным почерком.

— Моргане позвонил, — отозвался Мерлин, и Артуру захотелось организовать себе ещё и сотрясение мозга, хорошенько приложившись об стену. А ещё лучше — приложить об неё самого Мерлина.

— Вот как, — сказал он вместо этого.

Мерлин с готовностью улыбнулся, не отводя взгляда от руки Артура.

— Моргана почему-то так обрадовалась, когда я спросил, где ты живёшь, — признался он.

И в этом Артур не сомневался.

Не будь это тайным способом избавиться от Мерлина, Моргана ещё бы и лично проводила его к Артуру, на прощание сунув в ладонь презервативы и смазку. Просто по доброте душевной.

— Моргана всегда очень переживала, что у меня мало друзей, — хмыкнул Артур. — Видимо, до сих пор волнуется. Ты ей, надеюсь, ничего не рассказал?

Мерлин быстро завертел головой.

— Нет, я подумал, что ты разозлишься, если я что-то сделаю у тебя за спиной.

У Артура вырвался тяжёлый вздох.

— Правильно подумал. Спасибо.

— А ещё Гаюс… эм, в смысле, доктор Мидсэн сказал, что тебе нельзя напрягаться ближайшие несколько дней, поэтому я уже попросил Ланса присмотреть за Мордредом, пока меня не будет.

— Ты куда-то собираешься? — удивился Артур.

— Я собираюсь бдеть, чтобы ты следовал указаниям своего врача.

— Ты собираешься жить у меня? — Артур едва не сел мимо стула.

— Да. И это не обсуждается. Ты мне потом ещё спасибо скажешь.

Мерлин ярко улыбался, готовый сразиться с любыми доводами против и победить.

У Артура нервно дёрнулся уголок рта.

Он очень сомневался, что через несколько дней Мерлин захочет услышать от него хоть какое-нибудь слово.

18.

В первую же ночь с Мерлином под одной крышей Артуру приснился очень жаркий и неприличный сон. Так что он проснулся с громким стоном и успел только сесть на кровати, прежде чем в комнату вбежал сам Мерлин, сжимая в руках свой рюкзак.

— Тебе больно?! Принести лекарство, воду или…

— Неудачно повернулся, — соврал Артур.

Мерлин был рядом, почти на его кровати. Накатившее во сне возбуждение ещё не успело уйти и если сейчас протянуть руку и опрокинуть его на себя, то…

Нет.

Нетнетнет.

Вот сейчас самое время подумать о целующихся Утере и Мерлине. С некоторых пор это был лучший способ моментально избавиться от ненужного возбуждения.

Мерлин зажёг стоящую на тумбочке лампу, и сощурившийся Артур смог разглядеть, что он одет в жутко вытянутую футболку, открывающую ключицы, и какие-то тонкие штаны.

— Дай посмотрю руку.

Артур разрешил.

Он сидел на постели, а Мерлин склонился над его рукой, меняя повязку и заодно проверяя, не разошлись ли швы. А Артур практически утыкался носом во взъерошенные тёмные волосы и чувствовал всё: прикосновение тёплых пальцев, приятный запах, как прогнулся матрац, когда Мерлин присел рядом.

И изо всех сил старался удержать себя в рамках приличия и не испугать Мерлина.

— Вот и всё, — Мерлин поднял глаза и довольно улыбнулся. — Швы в порядке, перевязку я сделал, так что теперь постарайся спать спокойнее.

— Спасибо, — хриплым голосом отозвался Артур.

Мерлин нахмурился и слишком быстро одёрнул руку, которая до сих пор лежала на артуровском предплечье.

— Точно не больно? Какой-то ты напряжённый.

Артур не мог не согласиться с его выводом. В некоторых областях его тела напряжение действительно достигло своего предела.

— Я в полном порядке, — ровным голосом отозвался он, стараясь не выдать себя ни жестом, ни взглядом.

Мерлин встал, недоверчиво поглядывая на Артура и собирая все свои медицинские штучки.

— Если станет хуже, разбуди меня, — попросил он.

— Конечно, мамочка, я покричу, — ядовито отозвался Артур, неожиданно рассердившись за эту неуместную заботу.

Словно бы Мерлину было не всё равно.

Мерлин хмыкнул, закатывая глаза, и погасил свет.

— Спокойной ночи, Артур. Когда ты спишь, ты не такая задница, как когда бодрствуешь.

Артур прикрыл глаза, чтобы не видеть, как Мерлин уходит из его комнаты.

— Спокойной ночи, — едва слышно прошептал он.

Больше снов не было, но Артур всё равно проснулся с рассветом от боли. Рука ныла и готова была отвалиться прямо сейчас.

Мерлин ещё спал.

Артур заглянул в комнату для гостей, посверлил его взглядом, даже потрепал за плечо здоровой рукой. Но Мерлин лишь невнятно что-то пробормотал и перевернулся на другой бок, поглубже зарываясь в одеяло.

Артур приподнял бровь и ухмыльнулся. Кажется, случись что-нибудь на самом деле, то чтобы докричаться до Мерлина, пришлось бы приложить немало усилий. Проще вызвать армию спасения. Они и помогут, и, может быть, Мерлина разбудят.

— Доброе утро, — сказал Артур, когда Мерлин практически скатился по лестнице в спешке. — Не возражаешь против континентального завтрака?

— Я… — Мерлин запнулся, смотря на него огромными глазами. — Тебе нельзя ничего делать! И как твоя рука? И ты что, сам сделал перевязку?!

— Я должен был умереть с голода? — хмыкнул Артур, решив последние вопросы проигнорировать. Рука болела, перевязку сделал. Очевидные факты, до которых даже Эмрис сможет додуматься самостоятельно.

— Ты ешь купленные в супермаркете круассаны и запиваешь их купленным там же соком, — Мерлин закатил глаза. — Это не считается едой.

— У меня встреча через два часа за завтраком, я ещё успею поесть.

— И когда вернёшься? — деловито поинтересовался Мерлин.

— Ты прямо уже вжился в роль мамочки, — хмыкнул Артур.

Мерлин закатил глаза.

— У меня же нет ключей, мне нужно знать, когда приходить.

Артур задумался, а потом прошёл в коридор. Запасные ключи у него пытались выпросить все девушки по очереди. Но только Мерлину действительно хотелось их дать. Чтобы можно было прийти домой и увидеть его, забившегося в угол дивана с книжкой.

Он вернулся и подбросил ключи. Те сверкнули серебристой вспышкой, кажется, испугав Мерлина. Но тот всё равно их поймал. И непонимающе уставился на Артура.

— Что это?

— А я думал, что ты сообразительнее, — Артур усмехнулся.

— Ты всегда раздаёшь ключи от своего дома всем подряд?

— Ты не все, — честно признался Артур. И шутливо продолжил: — К тому же, я знаю о тебе абсолютно всё, так что даже не рассчитывай стащить серебряные вилки.

Мерлин против воли уставился на лежащие на столе столовые приборы.

— Правда серебряные?

Артур громко рассмеялся.

— Мне пора. Встретимся вечером, Мерлин.

— Удачного дня, не зли никого. Ой. Прости. Само вырвалось, я так каждое утро Мордреду говорю.

— И как, — заинтересовался Артур, — он следует мудрому братскому совету?

Мерлин лишь тяжело вздохнул вместо ответа.

И Артур неожиданно вспомнил ещё об одном члене семьи Эмрисов.

— А где ты оставил Экса?

Мерлин потупился и как-то виновато опустил глаза.

— Он дома.

— А почему не привёз с собой? — удивился Артур.

Мерлин вздох был ещё тяжелее, чем прежде.

— Потому что его слишком радует твоё существование в пределах видимости. А он всё ещё наказан за то, что сделал с Вивиан.

— Кто это?

Артур замер в дверях, прекрасно зная, что уже практически опаздывает. Но он не мог заставить себя уйти.

— Девушка из универа, — Мерлин поморщился. — Нам нужно сделать научную работу, а она теперь меня ненавидит.

— Ничего, — ободряюще улыбнулся Артур, — я уверен, что она сможет переступить через чувства ради блага человечества.

— Это вряд ли, — с сомнением протянул Мерлин и покосился на часы. — Ты не опаздываешь?

— Я никогда не опаздываю, — уверенно заявил Артур.

И это было правдой. Артур Пендрагон никуда и никогда не опаздывал. До того утра, в которое босой Мерлин Эмрис стоял на его кухне и сонно улыбался.

Артур сжал ладони в кулаки.

И все-таки вышёл из дома, захлопнув за собой дверь.

Моргана позвонила ему около полудня и невероятно хитрым голосом поинтересовалась:

— Ну и как ты провёл ночь в компании Мерлина?

Артур готов был спорить, что сейчас у неё был вид как у мультяшки. Подрагивающие бровки, улыбка от уха до уха и все такое.

— Отвратительно, — честно признался Артур.

— Не может же он быть настолько плох, — с сомнением протянула Моргана.

— Плох был я.

— В каком смысле? — она явно напряглась, приготовившись уже выслушать историю с мерзкими подробностями о сексуальной жизни младшего сводного брата.

— У меня четыре шва на ране от ножа и температура, Моргана.

— О господи, — она выдохнула в трубку. — Как это случилось?

— Я думал, что это твоих рук дело.

— Что?! — Моргана едва ли не проорала этот вопрос.

— Я подумал, что ты немного увлеклась в своём побочном плане «заставим Артура заболеть».

— Ты совсем идиот?! Я бы никогда так не сделала!!!

— Хорошо, верю, прости.

— Поверить не могу, — продолжала кипятиться Моргана. — Как ты мог так подумать?!

— Когда отец подарил тебе машину, ты едва не утопила нас в озере, — напомнил Артур, — Чтобы проверить, на сколько минут в ней хватит воздуха.

Моргана замолчала, но тишина была довольно нехорошей. Как затишье перед бурей. Которая, кажется, решила пройти стороной.

— Ладно. По крайней мере, вы хотя бы в одном доме. Давай, Артур, не подведи. А то я захочу повторить эксперимент с машиной.

— Моргана, — простонал Артур.

— Шутка.

— М-да?

— С пятидесятипроцентной долей правды, — невозмутимо пояснила она. — Будь нежным, Артур. Пусть папочка и тра…

Артур нажал на сброс, не желая слушать советы от Морганы.

А потом провёл здоровой рукой по голове, поставив волосы дыбом. Ему безумно хотелось бросить все дела и вернуться домой. Останавливало только то, что Мерлина сейчас там не было.

19.

Артур ошибся — Мерлин не сидел на диване с книжкой. Он сидел прямо на полу. Скрещенные по-турецки ноги, склонённая голова и трогательные тёмные завитки на затылке.

Артуру хотелось провести по его шее пальцами, а потом и губами.

— Как прошёл день? — спросил Мерлин, не отрываясь от книжки.

— Дерьмово.

— Жаль.

— А твой?

— Я едва не уронил пациентку с лестницы.

Артур тихо рассмеялся.

— Есть плюсы в том, что ты будешь врачом. Сам покалечишь, сам вылечишь.

— Именно это и сказал мне доктор Мидсэн, — вздохнул Мерлин. — После того, как уволил меня.

— Тебя уволили?!

— Да всё нормально. Он увольняет меня примерно раз в неделю. Никто уже даже бумаги не начинает заполнять.

Артур хмыкнул.

— Такой подчинённый, как ты, это настоящая катастрофа.

— У тебя сегодня прямо день цитат от доктора Мидсэна, — Мерлин поднял на него хитрющие глаза.

— Бедный Гаюс, — сочувственно сказал Артур. — Не хочешь выпить?

— Тебе нельзя, — быстро сообщил Мерлин, загибая уголок страницы в книжке и откладывая её на диван. — Обезболивающее в сочетании с алкоголем ведёт к интоксикации. Я не позволю.

— Вопрос адресовался тебе.

— О.

Мерлин моргнул и смутился.

— Любой человек после того, как его вышибли с работы, просто обязан выпить, — Артур открыл дверцу бара и принялся изучать этикетки.

— Меня же понарошку вышибли, — слабо улыбнулся Мерлин.

— Тут главное — повод. Или ты просто боишься пить в моём присутствии?

Артур протянул Мерлину бутылку и лукаво улыбнулся. Мерлин прикусил губу и вздохнул, потянувшись за ней.

Их пальцы соприкоснулись, и Артур против воли вздрогнул. И только потом заметил, что реакция Мерлина была точно такой же. Словно он тоже что-то почувствовал. Самого-то Артура будто бы прошибло разрядом молнии.

— Я приготовил ужин, — сказал Мерлин.

— А я даже морально и психологически готов его съесть, — отозвался Артур.

Они неловко замолчали.

Мерлин сжимал в пальцах бутылку и смотрел исключительно в пол, а Артур изучал его, думая, что это одна из самых неловких ситуаций в его жизни. Прошлым вечером было намного проще.

— Так кто сделал твой день дерьмовым? — спросил Мерлин, чтобы сказать хоть что-то. Артур скривился.

— Желающих полно. Но лучше всего получилось у Морганы.

— Почему?

— У неё двадцатилетний опыт.

Они прошли на кухню, Мерлин засуетился около плиты, и Артур с изумлением увидел запечённую курицу с картошкой.

— Эй! — он почти обвиняюще ткнул в противень пальцем.

Мерлин покраснел и едва не выпустил его из рук.

— Я просто… в общем, я сделал для тебя.

— Понятия не имел, что ты и нормальную еду готовить умеешь, — Артур уставился на него прожигающим взглядом, вспоминая все жуткие ужины у Эмрисов.

Мерлин широко улыбнулся.

— Ну, ты же всегда говорил, что тебе всё очень нравится.

— Конечно, говорил, я же хотел понравиться тебе!

Улыбка Мерлина застыла на губах, и Артур осёкся.

— Из вежливости? — робко уточнил Мерлин.

Артур знал, что должен согласиться. Улыбнуться и кивнуть в ответ, заверив Эмриса, что он всем и всегда пытается понравиться.

Но это совершенно не так. Обычно Артуру глубоко плевать, какие чувства испытывают к нему окружающие. Моргана, насмотревшаяся девчачьих сериалов, убеждала его, что он действует по принципу «заставить любить нельзя, но можно заставить бояться».

Но Мерлин Эмрис — исключение.

Мерлин — единственный человек, которому Артур действительно, всем сердцем захотел нравиться.

Поэтому он серьёзно посмотрел на Мерлина и сказал:

— Вежливость тут совершенно ни при чём.

И Мерлин встретился с ним глазами, в которых Артур увидел столько всего, что увидеть и не мечтал, что смог только сглотнуть и облизать моментально пересохшие губы.

Он почти потянулся рукой к Мерлину, но тот быстро отступил и начал что-то бормотать, раскладывая еду по тарелкам. Курицу — Артуру, картошку — себе.

Артур не понимал ни слова. Всё его внимание приковано к невероятно красивым рукам Мерлина. Тонким пальцам, нежной коже, удивительно ловким для него движениям. Артур представил эти руки на своём теле и едва сдержал стон.

— …тебе стоит об этом задуматься.

— Прости? — Артур моргнул, приходя в себя.

Мерлин поставил перед ним тарелку с предусмотрительно нарезанной мелкими кусочками едой и положил слева от неё вилку.

— Я сказал, что тебе стоит задуматься над тем, что ты производишь впечатление редкостного мудака, когда не стараешься быть вежливым. Я по первой встрече сужу.

— Ну спасибо, — хмыкнул Артур.

Они поужинали, обсуждая «Звёздные Войны». Артур всё детство мечтал стать космическим рыцарем со световым мечом, Мерлин твердил, что способности джедаев двигать предметы силой воли и действовать на сознания других людей намного круче умения драться.

Сошлись они только на том, что быть джедаем по-настоящему круто.

— Отец ненавидит этот фильм, — сказал Артур, когда Мерлин начал загружать тарелки в посудомойку.

— Почему?

— Говорит, что это полный идиотизм. Что нельзя было позволять сосредоточиться всей власти в руках одного человека. Отец на всё смотрит… с определённой стороны.
Мерлин улыбнулся.

— Ничего, у него много других достоинств.

Артур сжал пальцы левой руки в кулак так сильно, что костяшки побелели. Ему совершенно не нравилось, как выглядел Мерлин, когда вспоминал об Утере.

Артуру хотелось, чтобы с такими глазами он говорил только о нём.

— Возможно.

Мерлин выпрямился и шагнул в сторону, предоставив хозяину кухни самому разбираться с режимами своей бытовой техники. Артур протянул руку к кнопке и едва не схватился вместо неё за ладонь Мерлина.

А тот, словно бы что-то почувствовав, поёжился и поднял на него глаза.

Артур замер.

— У тебя такое же выражение лица, как в лесу перед поцелуем, — почти шёпотом сказал Мерлин.

— Потому что я сейчас хочу того же самого.

Мерлин сглотнул.

И Артур продолжил:

— Но боюсь, что ты снова от меня сбежишь.

Мерлин прикусил губу и опустил глаза.

— Зачем тебе это?

— Понятия не имею, — честно ответил Артур. — Никогда ещё такого не испытывал.

Мерлин глубоко и размеренно дышал, Артур видел, как ритмично поднималась и опускалась его грудная клетка. Словно бы он пытался успокоиться.

А потом Мерлин будто решил что-то для себя — выражение его лица стало сосредоточенным, и он сам сократил разделяющее их расстояние, сам положил руки на плечи Артуру, сам потянулся за поцелуем.

Артур заключил его в объятия, словно в ловушку.

Первые несколько минут они просто целовались. Артур всё ещё боялся, что это плод его фантазий из-за лекарств, и опасался лишний раз пошевелиться и спугнуть Мерлина. Который и без этого напряжённо замер в его руках как натянутая струна.

А потом ладонь Мерлина запуталась в волосах Артура, и мир на мгновение замер, чтобы потом помчаться со сверхзвуковой скоростью.

Артур не смог бы потом объяснить, как именно они добрались до его спальни. Разве что в выражениях в духе: «И мой мозг отказался работать». Его полностью затопило ощущениями. Был только Мерлин.

Мерлин, прижимающийся к нему и судорожно дышащий ртом, когда они разорвали поцелуй. Мерлин, осторожно гладивший его по шее и плечам. Мерлин, подставляющийся под поцелуи и прикосновения.

Мерлин, Мерлин, Мерлин.

Артур ни с кем ещё такого не испытывал.

Мерлин всхлипнул и попытался отстраниться, когда они жадно целовались перед комнатой Артура.

— Твоя рука. Нельзя. Арту-у-ур. Лучше подождать, когда ты вылечишься.

— Да ни за что, — перепугался Артур и едва ли не вышиб их телами дверь.

Собравшегося было протестовать Мерлина смог заткнуть только поцелуй и наглядная демонстрация, что даже с одной здоровой рукой Артур способен на многое.

И чуть позже, когда Мерлин, распростёртый на его кровати, жмурящийся от удовольствия, без смущения раздвигающий перед ним ноги, тихо выдохнул сквозь зубы: «Надеюсь, ты знаешь, что делаешь», — Артур не обратил на это никакого внимания.

А потом и сам Мерлин забыл все слова, утонул в прикосновениях и движениях, захлебнулся в водовороте чувств и лишь тихо застонал, когда Артур в первый раз вошёл в него.

Артур замер на несколько мучительных мгновений, целуя крепко закрывшего глаза Мерлина в мокрый висок. И только когда тот расслабился под ним, беспомощно и покорно откинувшись на подушки, он начал двигаться.

А в самом конце не осталось ничего, кроме Мерлина.

Проваливаясь в сон и крепко прижимая его к себе, Артур думал только о том, что весь мир во главе с Морганой и Утером может идти к чёрту и никогда не возвращаться.

20.

Артура разбудили непрекращающиеся трели дверного звонка, он выругался на очередного шутника-шалопая и выпутался из одеяла, чтобы спуститься и надрать ему уши. Мерлин снова не проснулся, и Артур с улыбкой подумал, что его матери, наверно, было невероятно сложно растолкать его с утра и выпихнуть в школу.

И после этой мысли Артуру даже почти расхотелось ругать всё ещё с остервенением жмущего на звонок хулигана.

Впрочем, его хорошее настроение испарилось, стоило только рывком распахнуть дверь.

Перед ним стояла торжествующе улыбающаяся Моргана, которая одобрительно пихнула его в грудь, заставив сделать шаг назад.

— Ну ты и умница, братик.

Артур захотелось схватить её за шкирку, выкинуть из дома и захлопнуть дверь.

Но Моргана уже процокала шпильками мимо него, направляясь прямо к лестнице, прямо к всё ещё сладко дремавшему в кровати Артура Мерлину.

— Как ты узнала? — быстро спросил он, пытаясь схватить сестру за локоть и остановить.

Моргана оглянулась через плечо и вскинула бровь.

— Ты же сам разрешил поставить в твоей комнате камеру. Мы сделали датчик веса на кровать, как только общий вес превысил сто килограмм, камера включилась, послала мне сообщение по спутнику и начала делать по снимку в десять секунд.

— А Джеймса Бонда ты у меня в шкафу следить не посадила?! — У Артура от удивления приоткрылся рот. Он понятия не имел, как именно Моргана собиралась ловить Мерлина на жареном. И вчера даже не подумал о том, что всё может произойти без его непосредственного участия.

— О, милый, — проворковала Моргана, — Джеймс Бонд — вымышленный персонаж, прости.

А потом она толкнула дверь в спальню.

У Артура застучала в ушах кровь, когда он смотрел, как Моргана прошла мимо кровати к висящей на стене плазме.

Не прошло и нескольких минут, как на экране появились фотографии, и Артур смог полюбоваться на их с Мерлином любовную сцену в разрешении пятидесяти дюймов.

А потом Моргана плюхнулась на кровать и хлопнула Мерлина по спине.

— Проснись и пой, солнышко. И выбери репертуар потрагичнее.

Мерлин завозился и открыл глаза. А потом увидел рядом с собой Моргану и испуганно подскочил на кровати.

— Что происходит? — сонно спросил он, кутаясь в одеяло.

И Артур ненавидел, отчаянно ненавидел следующий момент.

— Да ерунда, золотце, — ядовито улыбнулась Моргана. — Просто твоя счастливая сказка останется без счастливого конца.

Мерлин непонимающе посмотрел на Артура.

А потом заметил мелькающие на экране кадры и замер.

Артур видел всё по его лицу — непонимание, испуг, осознание и горечь.

Мерлин сжал зубы так, что заострились скулы, а потом опустил глаза, не в силах смотреть.

Моргана пихнула его локтём и восхищённо закатила глаза:

— Что ни кадр, то произведение искусства. Даже жаль, если их никто не увидит.

— Мне не жаль, — безжизненно отозвался Мерлин.

Артур хотел уже приказать Моргане выключить всё немедленно, но она резко встала и выпрямилась перед ними во весь рост.

— Мы можем договориться, Мерлин. Ты же неглупый мальчик и понимаешь уже, что с таким компроматом счастливым супругом Утера тебе уже не стать. Поэтому у тебя, золотце, есть два варианта. Первый, хороший для всех: ты вот прямо сейчас встаёшь, одеваешь и едешь к Утеру. И говоришь ему, что никакой свадьбы не будет. Причину, так и быть, придумаешь сам. И второй, плохой лично для тебя: к Утеру едем мы с Артуром и фотографиями. Уверена, он тоже придёт от них в полный восторг. Утер ведь всегда называл себя ценителем искусства.

Мерлин молча нагнулся, поднимая штаны с кровати, натянул их под одеялом и встал. Безмолвно замер, тонкий и почти звенящий от напряжения. Он смотрел только на Артура, словно пытался что-то разглядеть.

Артур не выдержал взгляда и опустил глаза, делая шаг назад и прислоняясь к стене.

И Мерлин тихо вздохнул и сказал, обращаясь к Моргане:

— Мне всё равно.

— Что? — удивилась та.

— Мне всё равно, — повторил Мерлин. — Мне абсолютно плевать, что вы сделаете с этими фотографиями.

Он прошёл мимо замершего Артура к двери и обернулся на самом пороге.

— Надеюсь, что вы повеселились.

Дверь закрылась с лёгким щелчком, и у Артура перехватило дыхание. А потом ему на шею кинулась радостная Моргана.

— Ну не молодцы ли мы?! — торжествующе воскликнула она.

— Не молодцы, — полузадушено и тихо отозвался Артур. — Господи, я идиот.

— О чём ты? — Моргана отстранилась и нахмурилась. — Артур, муки совести — это прекрасно, но бесполезно. Не переживай так. Если хочешь, я потом пошлю ему пару тысяч евро в качестве моральной компенсации за доставленное неудобство. Так что выбрось его из головы. Хотя нет, подожди до того момента, когда мы покажем фотографии отцу.

— Зачем? — Артур устало прикрыл глаза, чувствуя себя невероятно вымотанным. Словно он не проснулся всего минут пятнадцать назад.

— Для уверенности, — Моргана выпустила его из объятий и пошла забирать карту памяти из камеры, на ходу объясняя: — Эмрис, конечно, сказал, что ему плевать, но что только не скажешь под влиянием момента. Уверена, что он придёт в себя, осознает упущенную выгоду и снова побежит к Утеру. Поэтому нам нужно подготовиться и…

— Моргана, пожалуйста, уйди.

Артур прижал пальцы к переносице и скривился.

— Ну уж нет, — она схватила его за руку и заглянула в глаза. — Перестань переживать и одевайся. Я подожду внизу. И никуда без тебя не уеду.

Артур тяжело опустился на кровать и обхватил ладонями голову, когда она выпорхнула из комнаты.

Он чувствовал себя самым настоящим предателем.

21.

Одеваясь, Артур увидел, что рубашка Мерлина всё ещё валялась на полу. Он присел возле неё, дотронувшись до ткани лишь кончиками пальцев.

— Артур, быстрее! — нетерпеливо прокричала Моргана за дверью.

Артур прикрыл глаза на несколько мгновений, уговаривая себя не орать на сестру. Она же не знала и не понимала, что ему вчера было не до их планов.

Ночью Артур просто хотел Мерлина. Не больше и не меньше.

Он спустился к Моргане, открыл перед ней дверцу, сел в машину, довёз их до ближайшей печати фотографий и устало опустил голову на руль. Моргана вернулась через полчаса с пухлой папкой, заполненной самыми ужасными фотографиями в мире, которые в других обстоятельствах стали бы для Артура самыми дорогими.

А потом они поехали к отцу.

Когда Моргана продемонстрировала ему фотографии, Артуру больше всего хотелось провалиться сквозь землю, точно бы не слушать, каким коварным и беспринципным описывала она Мерлина. Утер внимал речам дочери с кривой усмешкой на лице.

Он не удивился, увидев фотографии. Он не расстроился, услышав «правду» о своём женихе.

Артуру вообще показалось, что отцу практически всё равно - настолько отстранённым было его лицо.

Возможно, психологи объяснили бы это попыткой закрыться от ситуации в отрицании происходящего. Но Артур психологом не был, поэтому мог только думать о том, что сделал бы он сам на месте отца. Простил бы или нет?

Артур знал, что простил.

А потом Утер сложил фотографии стопкой и пропустил через шредер. И сказал, посмотрев на Артура:

— Мне стоит вас поблагодарить.

Моргана улыбнулась в ответ.

Артур покосился на висящее на стене охотничье ружьё и задумался, как можно так извернуться и застрелиться из него самому, не привлекая посторонних.

— Папа, мне очень жаль, что он оказался совсем не таким, как ты думал, — Моргана в утешающим жесте положила ладонь Утеру на плечо.

— Многое оказалось совсем не таким, как я думал.

Артур заметил, как болезненно поморщился отец, взглянув прямо на него. И опустил голову так, чтобы не видеть ни его, ни Моргану.

Отчаянно хотелось перемотать время назад.

Но сделанного не вернёшь, поэтому Артур стоял в кабинете Утера Пендрагона, в который вплоть до восемнадцати лет ему разрешалось войти только по позволению отца, изучал собственные руки и старался не вслушиваться в разговоры.

Он вышел оттуда, так и не сказав ни слова.

А потом Артур долго стоял возле машины и думал, что же ему делать теперь.

Сегодня у Мерлина не было дежурства в больнице, а занятия начинались только после двух. И именно за эту мысль Артур и уцепился.

Он должен всё объяснить Мерлину. И Мерлин его выслушает. Пусть и попытавшись потом придушить.

Артур почти не помнил, как добрался до дома Эмрисов. Кажется, он по пути нарушил парочку правил дорожного движения, чего не делал никогда. Но поселившийся внутри страх потерять Мерлина навсегда мешал мыслить здраво и рационально.

Сам с собой Артур бы даже разговаривать не стал.

Но сейчас, стоя перед дверью, он искренне надеялся, что Мерлин был намного лучше него.

— Приехал уточнить, не собираюсь ли я пытаться броситься Утеру на шею? — ядовито поинтересовался Мерлин.

Артур покачал головой.

— Выслушаешь меня? — попросил он.

— Зачем?

Мерлин устало поморщился, и Артур, осмелившись посмотреть ему в глаза, увидел, что белки покраснели, словно он… плакал?

— Потому что я не знал, что Моргана сделает эти фотографии!

— Знал, — не согласился Мерлин. — Ты не выглядел удивлённым.

— Я не знал, что она сделает их сегодня.

— О, думаешь, что через пару-тройку ночей получилось бы лучше?

Артуру очень захотелось потрясти Мерлина за плечи. Но он не имел права.

— Нет, не думаю! Чёрт, Мерлин, я просто хочу сказать, что я не хочу, чтобы между нами всё закончилось вот так.

— А чего же ты хочешь? — Мерлин с показным любопытством наклонил голову к правому плечу.

Артур запнулся. Он сам ещё толком не разобрался в своих желаниях, а сейчас ему нужно рассказать о них их главному действующему лицу.

— Чтобы мы продолжили встречаться, — наконец выдавил он.

Мерлин громко фыркнул и скрестил руки на груди.

— Зачем?

— Ты мне всё ещё нравишься, — честно сказал Артур. — Я хочу быть с тобой.

— Артур, — Мерлин жёстко посмотрел на него, — в твоём возрасте пора бы уже знать, что люди не всегда получают то, чего хотят. Особенно, когда их желания не совпадают.

— А они не совпадают? — Артур шутливо улыбнулся.

Но Мерлин покачал головой в ответ.

— Нет.

— Ты врёшь.

— О, я просто восхитительно вру, — с готовностью согласился Мерлин. — Но сейчас я говорю правду. Я не испытываю никакого желания быть с тобой.

— Почему?

— Может быть, мне правда нужны были только деньги твоего отца, — искренне сообщил Мерлин.

— Я… — Артур понятия не имел, что сказать в ответ.

Мерлин не обманывал его. За проведённые рядом месяцы Артур успел точно понять, с каким именно выражением лица он пытается лгать. И сейчас он говорил честно.

Это знание рвало сердце на части.

— Вот видишь, — Мерлин вздохнул. — И тебе уже не так уж и хочется быть со мной.

— Тогда зачем ты провёл со мной ночь?

Мерлин немного нервно передёрнул плечами.

— Ты же сам говорил тогда — мне двадцать, мне должны нравиться ровесники.

Артур покачал головой.

— Ты не такой.

— Все такие. А теперь извини, но мне нужно подготовиться к занятиям. Прощай, Артур.

Мерлин закрыл перед ним дверь.

Артур сделал шаг вперёд и прислонился к дереву лбом. Сейчас ему хотелось, чтобы прошлой ночи и не было вовсе.

22.

Выходные Артур провёл в компании своего бара, который обладал кучей преимуществ по сравнению с реальными людьми. Первое и самое главное — он молчал.

Артур не смотрел новости, выключил все телефоны и даже не подходил к ноутбуку.
Поэтому, когда ближе к полудню понедельника на работе его встретили очень удивлённые взгляды и перешёптывания, он немного удивился. В конце-то концов, из дома он точно не выходил, а значит и ни в какую скандальную историю влипнуть не мог.

Артур нахмурился, заходя в кабинет.

Не прошло и минуты, как ввалился Лион, впервые за всё время их знакомства не постучав.

— Ты что творишь?!

— Что? — Артур удивлённо поднял глаза.

Лион вскинул брови.

— Не говори, что не знаешь. Все с самого утра на ушах стоят.

— О чём не знаю? Говори уже нормально.

— Сейчас.

Лион развернулся и вышел из кабинета. Артур нетерпеливо застучал ручкой о столешницу, не понимая, что такого могло произойти.

Вернувшийся Лион кинул перед ним газету.

— Что за хрень?!

Артур встал, вцепившись в страницы.

На первой полосе газеты, чьё название он видел впервые в жизни, красовались его с Эмрисом фотографии. Не самые откровенные, но и не оставляющие простора для воображения.

— К-как? — у Артура подогнулись ноги и он почти рухнул в кресло.

Лион пожал плечами.

— Об этом стоит спрашивать мне. Это монтаж или правда, Артур? Умоляю, скажи, что это монтаж, потому что в противном случае это самый настоящий скандал, а у нас на носу выборы.

— Это… правда.

— Потрясающе, — простонал Лион.

— Но я… чёрт, как эти фотографии вообще могли попасть… блядь. Моргана!

Лион взмахнул руками, призывая рассказать ему все подробности, но Артуру было уже не до того. Он с остервенением хлопал по карманам в поисках телефона.

— Что именно «Моргана»? — спросил Лион, не дождавшись продолжения.

— Я её убью, — мрачно пообещал Артур. — Голыми руками убью.

Он наконец-то нашёл телефон и набрал номер сводной сестры, которую больше всего на свете сейчас мечтал придушить.

— Здравствуй, Артур. — Моргана ответила на звонок практически сразу, словно бы держала телефон при себе.

— Какого хуя? — тихим, угрожающим голосом спросил Артур.

— А, ты уже ознакомился с прессой? — догадливо произнесла Моргана. — Ничего личного, братец, просто у вас слишком высокие рейтинги.

— И ты решили таким вот способом мне их испортить?! — взревел он.

— Этот план придумала не я. Но он гениален, не отрицай.

— Ты совсем еба… с ума сошла? — ласково поинтересовался Артур. Никогда ещё в жизни ему так сильно не хотелось вести беседу матом.

— Артур, это всего лишь большие шахматы, — устало произнесла Моргана. — Перестань ныть и кричать, что тебя обманули. Делай свой ход.

Артур уставился на замолчавший телефон так, словно тот был ядовитой змеёй.

— Моргана заставила тебя переспать с Мерлином? — испуганно предположил Лион, дёргая бровью.

Артур опустил лоб на скрещённые на столе ладони и застонал.

— Нет.

— Это хорошо. — У Лиона явно отлегло от сердца. — А то полчаса назад звонил твой отец и настоятельно просил приехать. Я уже испугался, что он собирается тебя пристрелить.

— Чёрт.

Артур встал, осоловело повёл головой и сообщил:

— Я к нему. Пока собери всех и просчитайте, что мы потеряли из-за этого, и про варианты дальнейших действий не забудьте.

— Будет сделано, — Лион кивнул и отступил в сторону, давая ему пройти.

Взгляды коллег преследовали Артура до самой двери. Некоторые к тому же ещё и подозрительно сторонились.

Отец же встретил его с самым обеспокоенным видом в жизни.

— Надеюсь, что это не было твоим планом, — сказал он, кивая в сторону кресла.

— Я понятия не имел, что Моргана так поступит, — признался Артур и с усилием нажал на переносицу.

Утер тяжело вздохнул.

— Сын, никогда не думал, что скажу это. Но нужно очень тщательно следить за негативами любого компромата на тебя. Тем более такого.

Артур опустил глаза.

Он тоже никогда не думал, что ему может понадобиться такой совет.

— Ты решил, что будешь делать дальше?

— Убью Моргану, — буркнул Артур, сцепляя пальцы в замок.

— Это лишнее, — отмахнулся Утер.

— Ты тоже хочешь сказать мне, что мы играем в большие шахматы, и я теперь должен сделать ход? — Артур недоверчиво покосился на отца.

— Что? — удивился тот. А потом ненадолго задумался. — Ну, в принципе, можно прибегнуть и к такой метафоре. Я хотел сказать, что тебе нужно дать опровержение. Ничего не было, Артур. Фотографии фальшивые, ты провёл эту ночь дома, отлёживаясь после нападения грабителей.

У Артура приоткрылся рот.

— Но… они же всегда могут спросить у Мерлина. И Мерлин им точно всё расскажет.
Вот в этом Артур не сомневался. Он сам бы на месте Мерлина сделал всё, чтобы пнуть побольнее.

— Он подтвердит, что между вами ничего не было.

Артур изумлённо уставился на отца.

— И как же ты собираешься уговорить его?

— Просто поверь мне.

Утер выглядел очень уверенным, словно не сомневался в том, что согласие Мерлина уже у него в кармане. И Артуру даже стало любопытно, чек на какую сумму ждёт Эмрисов.

— Даже если тебе удастся убедить Мерлина помочь мне, в чём лично я сомневаюсь, подтвердить подлинность фотографий может Моргана.

— Она тоже этого не сделает, — отец взглянул на него с непонятным укором. — Ей никто не поверит, она же играет за команду соперников.

Артур затряс головой. Когда наступала пора мухлевать и жульничать, манипулируя окружающими, он переставал соображать быстро.

На подлости его воображения никогда не хватало.

— Понятно, — сказал он.

— Вот и хорошо, — кивнул Утер. — А теперь возвращайся домой и попытайся выглядеть раненым. Журналисты приедут вечером.

Артур кивнул. И почему всегда есть кто-то, кто начинает командовать им?

23.

— Так значит, эти фотографии - всего лишь фальшивки? — спросил у него журналист.
Пэлинор Найт был молод, чуть постарше самого Артура, но уже был известен по всему Лондону как неподкупный тип, для которого главное — докопаться до истины.

Артур понятия не имел, как Утер уговорил его приехать и взять интервью.

— Конечно же, — довольно натянуто рассмеялся он. — У моей сестры занятное чувство юмора, а потом шутка просто вышла из-под контроля и её поняли совершенно неправильно.

— Выходит, что с Мерлином Эмрисом вас ничего не связывает? — серьёзно взглянул на него Пэлинор.

— Почему же, — Артур пожал плечами и наткнулся на предупреждающий взгляд отца, — нас вполне можно назвать хорошими знакомыми. Практически приятелями.

— Вот как. Значит ли это, что помолвка Эмриса с вашим отцом была расторгнута не из-за этих фотографий?

— Конечно же, нет, — улыбнулся он. — Полный бред даже предполагать такое.

— Получается, что ни возлюбленной, ни возлюбленного у вас сейчас нет? — уточнил Пэлинор.

— Есть, — не задумываясь, выпалил Артур, только потом сообразив, что он сказал.

И журналист, и отец выглядели одинаково удивлёнными.

— Не откроете секрет? — заинтересовался Пэлинор.

Артура прошиб холодный пот от безоговорочного понимания — единственное имя, которое он мог назвать в таком контексте, входило в заголовок темы интервью. И после этого ему точно впору будет рыть могилу своей карьере.

— Она… ваша коллега, — пробормотал он, надеясь, что на экране его оторопь будет не так заметна.

— Сужает круг поисков, — рассмеялся Пэлинор. — А точнее?

— Точнее вы узнаете совсем скоро, — улыбнулся Артур в камеру. — Придётся просто немного подождать.

— Что ж, — Пэлинор кивнул, — спасибо за честные ответы, мистер Пендрагон. Последний вопрос: вы собираетесь подавать в суд на газету за клевету?

Артур покачал головой.

— Нет, если они напечатают в следующем номере опровержение.

— Весьма благородно.

Артур едва удержался от того, чтобы отрицательно покачать головой.

Проводив журналистов, он заметил, что отец куда-то отошёл. А потом услышал его голос из кухни и пошёл на него.

— Нет, Килгарра, я не прошу тебя делать ему поблажки. Совсем наоборот, я хочу, чтобы ты сделал из него настоящего профессионала своего дела.

Артур удивлённо замер. Он помнил Килгарру — однажды тот заявился к ним домой, когда были каникулы (на второй год средней школы, вроде бы), и устроил настоящий скандал, требуя, чтобы Утер прекратил наконец издеваться над какой-то Нимуэ.

Уже потом, после совершеннолетия, Артур узнал, что Нимуэ — доктор, принимавшая его при рождении. Та самая, которая не смогла спасти его мать.

Килгарра же был одним из лучших врачей, у которого консультировалась королевская семья. А сейчас, если он ничего не путал, Килгарра и вовсе был ректором королевского медицинского колледжа.

— Я буду у тебя в долгу, — продолжил Утер после недолгого молчания. — Спасибо.

Артур кашлянул, привлекая к себе внимание.

— За кого-то просил? — поинтересовался он.

— Да.

— А за кого? — У Артура было очень странное ощущение, вызванное ассоциативным рядом. С некоторых пор все больницы, врачи, шприцы и таблетки напоминали ему исключительно о Мерлине.

— Не важно, — Утер передёрнул плечами. — Неплохо прошло, да?

— Наверное. Когда оно выйдет?

— В вечерних новостях.

— Прости, что пришлось потратить ради меня столько сил. И денег, — Артуру было очень неудобно от ситуации, в которой он оказался.

— Да ничего, — Утер ободряюще похлопал его по плечу, — ты же мой сын.

— Я раньше думал, что тебе на меня плевать.

— Мне никогда не было на тебя плевать, — он тяжело вздохнул. — Наверное, я просто не слишком хорошо умею показывать свою привязанность. Смерть твоей матери… была большим испытанием.

Артур слушал, едва дыша. Никогда ещё отец не говорил с ним так откровенно и открыто.

— Я… с эмоциями… видимо, это генетическое, — хрипло сказал он.

Утер удивлённо взглянул на него, а потом рассмеялся.

— Видимо, — легко согласился он. — Ладно, а теперь мне пора. Нужно встретиться с Морганой и серьёзно поговорить. Никогда подумать не мог, что придётся ругать именно её.

Артур громко хмыкнул в ответ.

Вышедшее интервью он не смотрел. Не захотел видеть собственное идиотское лицо. Зато, как оказалось, кое-кто другой его увидел. И позвонил.

— Артур, — сказал ему тихий голос, похожий на мерлиновский лишь отдалённо, — я никогда не подозревал, что ты можешь поступить так… низко. Фотографии, потом опровержение. Что дальше? Мне нужно будет выйти, рассказать все подробности, а потом поклясться, что вот этого всего точно не было?!

— Мерлин… — Артур не мог вставить и слова.

— Нет, молчи. Я, конечно, догадывался, что ничего хорошего из этого не получится, но так… это низко и мерзко, Артур.

— Фотографии в газеты…

— Прекрасная идея! — оборвал его Мерлин. — Теперь надо мной будут насмехаться все сокурсники, а для полного счастья ещё и заинтересуются органы опеки. Молодец, Артур, просто молодец.

— Я не хотел!

— О, ты хотел! — практически прокричал Мерлин. — А теперь послушай меня. Никогда. Никогда больше ко мне не приближайся. Мне тебя хватило до конца жизни.

— Мерлин!

Артур с отчаяньем уставился на замолчавший телефон. А потом лихорадочно заметался по комнате, пытаясь найти ключи от машины. Он просто обязан был с ним поговорить!

Но у Эмрисов ему никто не открыл.

Артур звонил, потом стучал, а потом и вовсе барабанил в дверь, напоминая себе настоящего маньяка-преследователя.

— Я вызову полицию, если вы не перестанете хулиганить! — громко сообщила высунувшаяся соседка. — Ой. Здравствуйте, мистер Пендрагон.

Артур посмотрел на неё пустым взглядом.

— Где Мерлин? — спросил он.

Соседка Эмрисов чуть отшатнулась.

— Так уехали.

— Что? Куда?

— А я почём знаю? — соседка Эмрисов пожала плечами. — Переехали совсем. Всё воскресенье коробки таскали, а кот сидёл тут и их охранял. Напугал меня до дрожи, чёрт хвостатый, я даже на бридж к подружкам не пошла.

Артур невидяще уставился на закрытую дверь, за которой не было и никогда уже не будет Мерлина.

Он знал, что может позвонить Гавейну и приказать найти Эмрисов. Знал, что тот непременно найдёт.

А ещё он прекрасно знал, что Мерлин не захочет его видеть.

В кармане завибрировал телефон. Артур посмотрел на улыбающуюся с фотографии на дисплее Софию и помедлил.

Мерлин не захочет его видеть. Он продемонстрировал это более чем наглядно.

Артур ответил на звонок.