Work Text:
Кейт нравятся шестнадцатилетние. Какой бы год не был во дворе, они все те же – хрупкие, самоуверенные, доверчивые. Ими так легко управлять, если знать, на какие именно кнопки следует надавить.
В этом возрасте, что бы они ни кричали о своей независимости, каждый мечтает об одобрении кого-то взрослого. Кейт становится для них этим взрослым.
- Ты самая сильная девочка из всех, кого я встречала, - шепчет Кейт, стирая большими пальцами слезы Эллисон. Мокрые дорожки бегут вниз по щекам, до самого воротничка. Кейт следит за ними цепким взглядом. – Я никогда не оставлю тебя.
Эллисон судорожно сглатывает слезы и кивает, раз, другой, третий, пока глаза у нее не становятся сухими и решительными. Только при этом она льнет, льнет к Кейт, точно слепой кутенок к матери.
- Нам нужно быть сильными, Эллисон, - Кейт целует ее в уголок губ, раз, другой, третий, пока Эллисон, обмякнув, не прижимается к ней еще ближе. У нее губы совсем еще мягкие, с привкусом вишневого блеска и соли. – Я покажу тебе правду, какой неприятной бы та ни была.
Кейт везет ее на юг, наплевав на приказ Криса отправляться в Нью-Йорк. Окна в машине опущены, и ветер треплет локоны Эллисон, которая и спала-то всего ничего. Благо, та больше не плакала, и это было хорошим знаком.
- Я научу тебя, как сражаться с ними, - говорит Кейт, положив ладонь на бедро Эллисон. – Это как в Баффи, помнишь, как мы с тобой смотрели ее? Помнишь пятничные марафоны? Они не люди, лишь притворяются ими.
Эллисон все еще сомневается, это видно по ее прикушенной губе и беспокойной складке между бровей.
Ночью они сидят на заднем сиденье, прижавшись друг к другу тесно-тесно, ноги переплетены между собой. Кейт целует ее в шею, там, где бьется синяя жилка. Оборотень способен перегрызть такую в считанные секунды. Кейт понадобилось бы чуть больше времени.
- Один раз я влюбилась в шестнадцатилетнего мальчишку, - говорит Кейт, и печаль в ее голосе почти осязаема. – Это плохо, потому что я была старше его, но если бы ты его видела. Такой честный и открытый.
Эллисон внимает ее голосу, точно зачарованная. Даже дыхание задерживает на мгновение.
- А он оказался оборотнем, малышка. Попытался меня сожрать.
Кейт легко переворачивает все с ног на голову, и в конце ее истории Эллисон ненавидит Дерека Хейла столь же сильно, как и следует настоящей охотнице.
- У тебя это в крови, - шепчет Кейт, забираясь ладонью под растянутую майку Эллисон. – Я помогу тебе.
Эллисон растекается под ее руками, точно вода, дышит тяжело и смотрит затуманенным взглядом, прикусив нижнюю губу. От нее веет доверием так сильно, что не нужно обладать нюхом оборотня, чтобы заметить это.
Попалась, думает Кейт, перекатывая твердую горошинку соска между пальцами. Попалась.
Она везет Эллисон на юг, туда, где сможет обучить ее всему, что знает сама. А потом они обе вернутся в Бейкон-Хиллз и прикончат всех оборотней в округе, начав с этого милого мальчишки Маккола.
Может, они даже позабавятся с ним для начала.
- Я всегда знала, что ты особенная, - Кейт стаскивает с нее трусики, и вылизывает бедро Эллисон изнутри, не обращая внимания на то, как та вцепилась в ее волосы. Кейт чувствует, как та дрожит под ее прикосновения, и этого достаточно.
Кейт обождет, пока Эллисон будет готова.