Actions

Work Header

Посреди разрушенного мира

Chapter Text


Посреди разрушенного мира, посреди разрушенного полицейского участка, Лестрейд умудрился еще и стол сломать. Ножки подломились, столешница резко просела, подняв в воздух рой древесной пыли.

– Прекрасно, – пробормотал Грег, и тут же за его спиной кто-то откликнулся:

– Я бы поспорил.

Лестрейд взмахнул помятой трубой прежде, чем смог различить силуэт в полумраке. Ну разумеется, это был Майкрофт Холмс. В изодранном сером костюме, он прижимался к решетке всем своим телом. Его руки были вытянуты далеко вперед, пальцы судорожно подергивались в воздухе, будто Майкрофт играл на невидимом пианино, причем играл весьма экспрессивно.

Ко всему прочему, он был еще и зомби. День становился все хуже, секунда за секундой.

– Мистер Холмс.

– Почти забыл, как это звучит. Скажите еще, – выкашлял Холмс, непроизвольно облизнул языком серые губы.

– Мистер Холмс, – повторил тихо Лестрейд, крепче сжимая трубу.

Похоже, это была труба от пылесоса; Грег нашел ее на улице, рядом с телом полного мужчины. Его голова была основательно проломлена, и Грег решил, что труба достаточно прочная. Хотя всем известно, что за технику сейчас выпускают. Удача, если она протянет на месяц дольше гарантийного срока, не говоря уже о том, чтобы пережить зомби-апокалипсис.

И все же, труба была неплохим оружием. А полицейский участок был неплохим укрытием, по крайней мере, так показалось. Лестрейд пришел сюда скорее из сентиментальных соображений, и теперь получил сполна – что может быть более ностальгическим, чем встреча со старым знакомым в привычной обстановке?

Лестрейд, подволакивая ногу, приблизился к решетке, а затем опустился на пол. Он сел на достаточном расстоянии, чтобы быть в безопасности. Решетка выглядела прочной. Кто бы ни запер здесь Холмса, он явно успел вовремя: в начальной стадии превращения зомби были вялыми и не слишком агрессивными. Сейчас же Майкрофт приближался к заключительной фазе. Его кожа отливала серым, глаза, и прежде светлые, почти полностью выцвели, а десны побелели – Грег заметил это, когда Холмс оскалился, с новыми силами навалившись на решетку. Противостояние металла и человека длилось уже долго, судя по тому, как тяжело Майкрофт дышал, и в каком состоянии была его одежда. Пуговицы отвалились, жилет распахнулся, а рубашка на груди порвалась. Решетка едва заметно шаталась, отметил Грег с тревогой.

Утомившись, Майкрофт сполз на пол и отвел влажную прядь со лба дрожащей рукой. Грег вспомнил кое-что. Несмотря на подколки младшего брата, Холмс всегда казался стройным и подтянутым; а вот ладошки у него были пухлыми, как у ребенка, и это здорово забавляло.

Сейчас требовалось что-то позабавней ладошек, чтобы заставить Грега улыбнуться.

– Скоро рассвет, – пробормотал Майкрофт.

– Нет еще, – Грег взглянул на запястье. – Эти часы мне подарила бывшая жена. Меня и похоронят в них, я всегда это знал.

– Вряд ли вас похоронят, инспектор.

Грег вздохнул. Бросил короткий взгляд на Майкрофта, но тут же снова отвернулся к стене. Ярость вдруг переполнила его до краев.

– Как же вас угораздило! – воскликнул он бессильно. Холмс был невозмутим.

– Так же, как и остальных.

Некоторое время они молчали. Наконец, Грег собрался с силами:

– Мне так жаль…

Майкрофт уточнил:

– Кого из нас?

– Ну, ведь это вы здесь зомби!

– А вы умираете.

– Это вы умираете. Вы заражены.

– Но не я заперт в одной комнате с плотоядным монстром.

Грег пожал плечами. Он мог бы уйти прямо сейчас, но на улице его ждала мучительная смерть. Чуть более мучительная, чем этот разговор. Лестрейд собирался переждать в участке и выбраться на улицу перед рассветом, в самое тихое время. Он хотел добраться до порта. Ходили слухи, что незараженных отправляли на баржах и суднах во Францию.

С другой стороны, это означало, что он станет свидетелем того, как последняя фаза завершит превращение. Видеть, как Холмс теряет рассудок, как его великолепный мозг погружается во тьму, как его облик лишается всего человеческого и цивилизованного, казалось Лестрейду худшим кошмаром.

А для человека, прошедшего через заполненный зомби Лондон с пылесосной трубой наперевес, планка кошмарности неминуемо повышается.

– Я останусь, – твердо сказал Лестрейд. – Я буду рядом.

– Рад слышать, – Майкрофт прикрыл тонкие веки, выпустил из приоткрытых губ долгий дрожащий выдох. – Я голоден.

– Я вам не по зубам.

Майкрофт резко рванулся вперед, навалился на решетку, вытянув руки и бешено лязгая зубами. Его вытаращенные глаза почти вылезли из орбит. Это все случилось так неожиданно и так громко, что Лестрейда буквально подкинуло в воздух – и в следующий момент он уже прижимался спиной к противоположной стене, угрожающе направив на зомби трубу.

Бешенство продолжалось недолго. Грохот решетки смолк, Майкрофт повис на ней, просунув руки между прутьями. Он дышал тяжело и громко. Потом медленно поднял голову, поглядел исподлобья. Обнажил ровные крепкие зубы – не пропали даром мучительные визиты к стоматологу.

– Вы обречены.

– Не приближайся, – это было глупо, ведь Майкрофт и не смог бы. Еще глупее было взывать к его разуму – к тому, что в ближайшее время исчезнет бесследно. – Мне придется разбить тебе голову.

– Этого вы не сделаете, инспектор.

– Да ну?

– Меня вы не убьете.

– Я убил двоих, пока шел сюда.

– Меня вы не убьете, – тяжело повторил Майкрофт. – Я знаю. О ваших чувствах ко мне.

Грег покраснел стремительно и сильно. Краска бросилась в лицо так, что даже щеки закололо. Он давно уже отвык краснеть, со времен начальной школы, пожалуй, когда учительница застала его за кражей яблока. И кто бы мог подумать, что теперь, после всего пережитого, Грег сможет снова испытать такой стыд и смущение! Он не мог поднять глаза, чтобы взглянуть в лицо Холмсу. Все правда. Конечно, все правда, и, если подумать, ничего удивительного, что он знает. Было бы странно, если бы Холмс чего-то не знал.

«Может, и к лучшему», – решил Грег внезапно. Все равно сейчас это потеряло смысл. Их жизни кончены, весь мир стремился в пропасть, и вирус в организме Майкрофта стирал его память, рассудок и личность секунду за секундой. Стирал с лица земли человека, которого Грег любил.

Он положил трубу на пол, взял шаткий стул и придвинул чуть ближе к клетке.

– Теперь это все не важно. Ты уже не Майкрофт Холмс.

– Есть еще пара часов, – возразил тот бесстрастно. Затем вдруг схватился за решетку. – Мы могли бы этим воспользоваться. Последний поцелуй. На прощание.

Грег вытаращился на него. Майкрофт слабо улыбнулся и провел дрожащими пальцами по шее, спустился чуть ниже, погладив обнаженную грудь в прорехе рубашки.

– Подойдите чуть ближе, – попросил он.

Грег наклонился вперед на стуле, уткнув локти в колени.

– И ты думаешь, я на это куплюсь, – с веселым изумлением констатировал он. Майкрофт зашипел, а потом вдруг рассмеялся, уткнувшись лбом в прутья.

– Должен был попытаться. Я едва могу думать. Голод всегда влиял на мои мыслительные способности, поэтому диеты и не рассматривались… – он принялся стукаться лбом о прутья, сначала легонько, а потом все сильнее, и Грег поспешил спросить, чтобы остановить это:

– Известно что-нибудь о Шерлоке?

– Нет. После первой волны эпидемии мы не встречались. Думаю, это к лучшему.

Грег кивнул.

– Он не пропадет. Это же Шерлок! И потом, Джон с ним. Он присмотрит. Вместе они справятся.

Холмс молча закрыл глаза, а Грег вдруг подумал, могло ли все обернуться иначе. Будь у Майкрофта верный друг, удалось бы избежать заражения? Если бы они с Майкрофтом шли через город вдвоем, смогли бы они выжить? Быть может, сели бы на один корабль. Быть может, оба пошли бы ко дну.

Они молчали долго, и Лестрейд задремал, сидя на стуле. Он проснулся, когда едва не клюнул носом пол. На улице было тихо, в участке – очень холодно и темно. Только в полумраке слабо светились глаза Майкрофта. Он смотрел на Грега, не мигая.

– Ты еще здесь? – тихо позвал тот. Майкрофт моргнул, притушив голубоватый, фосфорный свет. Потом отозвался хрипло, словно позабыл, как пользоваться голосовыми связками:

– Да.

– Хорошо.

– Не особо.

– Ты прав. Я не стану разбивать тебе голову.

– Не могу обещать того же.

Грег прошелся по комнате, помахал руками, разминаясь. Нога болела, но терпимо. Он понял, что при необходимости будет бежать – бежать на последний корабль. Отогнув картонку, прикрывающую окно, Грег взглянул на темное небо. Сверился с часами.

– Хочу успеть до рассвета. Пробраться бы к докам, а там уже…

– Не уходи.

– Не буду, – Грег повернулся к решетке. Сердце его колотилось. Не должно оно стучать так сильно, когда уже слишком поздно. Не в такой ситуации. И все-таки, Грег чувствовал себя таким же влюбленным, как и год, и два, и пять лет назад.

Скрестил руки на груди, спросил:

– Давно ты знаешь?..

– Понимаю, что вам теперь хочется обсудить чувства и прочее, но есть куда более важные темы.

Ах, ну конечно. Сантименты. Не стоило и начинать.

– Тогда предлагай свою тему.

Майкрофт молчал. Он зажмурился и крепко держался за решетку, время от времени глубоко вдыхал, раздувая ноздри. Этот звук – прерывистое дыхание в тишине – действовал на нервы. За окном что-то хлопнуло, и загудела сигнализация. Грег вздрогнул и отмер.

– Где твоя помощница? – спросил он первое, что пришло в голову. Майкрофт казался удивленным.

– Понятия не имею.

– А где все твои люди? Ни вертолетов, ни зонта…

– Он упал в Темзу, – прозвучало неожиданно скорбно. Майкрофт сверкнул глазами, дернул решетку один раз. – Но я понимаю, что ты имеешь в виду. Ни деньги, ни положение… в конечном счете, роль играет только физическая сила.

Майкрофт скривился, и Грег вздрогнул, до того это была знакомая гримаса.

– Печально наблюдать Британское Правительство в таком состоянии? И все же… премьер-министр в безопасности, как и королева. Со сложившейся ситуацией работают лучшие люди. Прямо в эту минуту… – он вдруг захрипел, опускаясь на колени. Выгнул спину, издавая нелепые, нечеловеческие звуки. Его пальцы царапали бетонный пол камеры, колени разъехались в стороны. Грег смотрел на это, стиснув кулаки. Потом шагнул к решетке.

– Майкрофт… Майкрофт, оставайся здесь. Майкрофт, я прошу тебя, ты же сможешь.

Еще один резкий звук; Холмс покачнулся, заваливаясь на бок, но уцепился за прутья.

– Давай же, Майкрофт. Потерпи немного.

– Мхмхмм…

– Оставайся со мной. Оставайся!

– Я…

– Да?

– Я… здесь…

– Хорошо. Это хорошо.

– Я еще здесь.

– Хорошо, – Грег опустился на пол, переводя дыхание. Глаза слипались, и Грег старался пореже моргать. Майкрофт отдышался и лег на пол, лицом к решетке. Грег устроился с другой стороны, подложив скомканную куртку под голову. Вдруг голос подал его желудок, разрушив тишину громким урчанием.

– Похоже, мне тоже следует опасаться вашего аппетита, – вяло пошутил Майкрофт, поглаживая прутья. Грег следил за его пальцами. Вверх-вниз, вверх-вниз. Короткие крепкие пальцы, которых очень хотелось коснуться. Он подложил руку под голову, циферблат наручных часов прижался прямо к уху, и тиканье усыпляло. Голос Майкрофта заставил Грега вздрогнуть и открыть глаза.

– Я знал уже давно, но меня устраивало положение вещей. Не хотел рисковать, менять привычный образ жизни. Менять жизнь.

– Понимаю.

– Мне жаль. Я ошибался.

Грег сухо рассмеялся, потер кулаком глаза.

– Мне это снится, наверное.

– Я тоже все пытаюсь себя убедить. Представляю, что все случившееся просто сон, кошмар под утро. До сих пор надеюсь, что проснусь в своей кровати, вызову водителя и примусь за работу. Я всегда считал, что зомби бывают только в третьесортных кинофильмах.

– Никто не говорит теперь «кинофильмы». Серьезно, Холмс!

Теперь Грег был более чем уверен, что все-таки уснул: Майкрофт улыбнулся. А потом сказал:

– Вы должны уходить.

– Что?

– До рассвета осталось не так много времени. Вы должны успеть на корабль.

– Нет, это не обсуждается.

– Вот именно, Лестрейд. Уходите. Лучше уходите сейчас, пока я владею собой. Вы не хотите запомнить меня диким и обезумевшим.

– Никуда я…

– Грегори, я прошу. Я не так уж часто прошу о чем-то.

– Ну да, как же, – Грег поднялся на ноги. – «Присмотрите за моим братом, много хлопот он не доставит»!.. – он надел куртку. – Я не… я не хочу бросать тебя.

– А я хочу, чтобы ты бросил. Разыщи Шерлока. Пригляди за ним. Он не доставит много хлопот.

– Холмс, это становится сентиментальным.

– Не волнуйся, – Майкрофт прижал колени к животу, скорчившись на полу. – Я все время думаю, как бы выгрызть твою шею. Мы не перейдем черту… сентиментальности.

– Ты сможешь держать себя в руках пару минут? – Грег шагнул к решетке, но застыл, напоровшись на отчаянный светлый взгляд.

– Что?!..

– Просто лежи так. Я отопру камеру. Ты выберешься отсюда, когда я уйду, договорились?

– Грегори, я…

– Просто лежи так, – оборвал его Лестрейд. Он быстро отыскал запасные ключи в ящике поверженного стола. Подхватив трубу, Грег решительно шагнул к решетчатой двери. Майкрофт свернулся в клубок, зажмурившись и что-то бормоча себе под нос. Мучительно долго Грег провозился с ключом, который то не желал входить до конца в скважину, то не мог повернуться. Наконец, раздался щелчок. Майкрофт вздрогнул всем телом. Грег сжал трубу и пошел к выходу. У самой двери он обернулся, собираясь что-то сказать. Скорее всего, им больше не придется увидеть друг друга. А если даже Грега не прикончат на улицах города, а Майкрофт не умрет от вируса, следующая их встреча закончится гибелью кого-то одного. Грег должен был что-то сказать. Ему было просто необходимо попрощаться. Но когда он обернулся, Майкрофт поднялся на четвереньки и закричал оглушительно громко:

– УХОДИ!!!

И Грег повиновался.

Он бежал по улицам города, мимо перевернутых машин и разбитых окон. Его тело автоматически выполняло нужные движения; каждый раз, когда его ступня касалась асфальта, он был чуть ближе к спасению. Он дышал: вдох, выдох, вдох. Почему-то дыхание казалось громким, заглушало все звуки города. Казалось, их больше не существовало, этих звуков: город онемел, затаил дыхание. Грегори смотрел только вперед, в сторону порта, туда, где над крышами домов постепенно светлело небо.

До рассвета оставалось двенадцать минут.