Actions

Work Header

Выстрел навылет

Work Text:

— Ну зачем тебе это? Я то есть? — Стайлз сплюнул желчью. Его тошнило от голода, но желудок был настолько пуст, что даже рвало его сухо и мучительно. — Тебя же всем составом ебут, мало, что ли?

Никогда еще Стайлз не позволял себе так разговаривать с девушками. Но его еще никогда не запирали на несколько часов после отвязной вечеринки, лишив не только спасительного аспирина, но даже простой еды или воды. Язык саднило, про горло и пищевод говорить нечего.

Эрика улыбнулась и присела рядом с ним на корточки. Короткая юбка задралась, демонстрируя аппетитную попку и киску под прозрачным кружевом трусиков. Более чем соблазнительный вид — если бы Стайлзу хотелось чего-то, кроме чистой воды.

— Они ебут меня, потому что я позволяю. Я хочу, чтобы меня ебали, потому что я хочу, — Эрика очаровательно улыбнулась и провела по его грязной щеке длинным ярко-алым когтем.

Когда-то она была девочкой-замарашкой, придурочной, но безобидной эпилептичкой. Потом сгорел дом Хейлов, и все пошло в задницу.

Сначала Дерек, второй из двоих выживших Хейлов, слетел с катушек, перестав появляться в школе иначе как на занятиях лакросса. Держался он только за счет успехов в спорте и протекций Финстока, который водил дружбу с Хейлами, пока те были живы.

Потом на школу окончательно забил Бойд, тоже ушедший в лакросс, а остальное время пропадавший в компании Дерека. Ну что может быть общего у белого парня, еще недавно возглавлявшего список «Краса и гордость школы», и чернокожего из самого бедного квартала? Стайлз не знал и знать не хотел. Точно можно было сказать лишь одно: Бойд перестал одеваться в секонд-хэндах. Откуда у него появились деньги — уже другой вопрос.

Следующим к компании примкнул Айзек. Этот школу не бросал, но уж лучше бы все-таки бросил. Поговаривали, что строгий папаша дубасит любимого сыночка почем зря. Дома Айзек терпел, а в школе срывался на любом, чей взгляд ему не понравился. Лично Стайлз в байки о папаше с ремнем не верил. Джексона совершенно точно никто не бил, а сволочью тот был как бы не похуже. Просто, в отличие от Айзека, до Стайлза снисходил редко.

Эрика на данный момент была последней. Видать, парням стало некого трахать. Но затащить к себе девчонку из благополучных, за которыми приглядывают родители и учителя, парни не решились. Выбрали забитую серую мышку, приодели, возвысили. В школе она теперь всегда тусила с Айзеком, к которому, зная его нрав, никогда не цеплялись. Из всех Эрика, попав в «стаю», как они сами гордо себя звали, изменилась круче всего. И эти изменения не были ей к лицу.

Стайлз рассматривал ее сейчас, бесстыдно сидевшую на корточках перед ним, прислонившимся к стене, и продолжавшую его гладить с блядской улыбкой на ярких губах. Даже он, не понимавший ничего в моде, видел, как одеваются другие девчонки. Ни одна из них не позволяла себе таких помад, юбок и каблуков в школе. Про Лидию и Эллисон, две иконы моды Бикон Хиллз Хай, говорить нечего. Эрику же явно одевал парень, руководствовавшийся собственным вкусом и представлениями о том, как должна выглядеть сексуальная плохая девчонка. Даже на неискушенный взгляд Стайлза смотрелось вульгарно, почти жалко.

Он бы ей сказал, но вспомнил, как болезненно реагируют на замечания по своему внешнему виду девчонки, — и предпочел не злить. Дерек и его компания слыли слегка двинутыми. Кто знает, что у них на уме?

Не постеснялись же похитить сына шерифа после вечеринки.

— Какого хуя? — вдруг раздался откровенно злой голос от двери.

Ну вот, приплыли. Сейчас Стайлзу будут бить морду за то, что он не дал Эрике.

Вот бы Джексон посмеялся.

— Разговариваем, не видишь, что ли? — недоуменно откликнулась Эрика, к облегчению Стайлза поднявшись и шагнув к Дереку. Бедра соблазнительно качнулись на высоченных каблуках. Но эти же каблуки сослужили ей плохую службу, когда Дерек неожиданно отшвырнул ее с дороги, как шакодившего щенка. Эрика не удержалась и с тоненьким воем отлетела к стене. Стайлз со своего места злорадно отметил, что не у него одного после сегодняшнего будут синяки.

— Какого, блядь, хуя вы притащили его сюда, я спрашиваю? — чуть ли не зарычал Дерек Хейл собственной персоной.

Тот же вопрос терзал Стайлза. А еще ему, в отличие от Дерека, было также интересно, куда это «сюда» его притащили. Сначала ему было не до обстановки, но теперь, когда настроение слегка поднялось благодаря разыгравшейся перед ним мини-драме, включилось любопытство. Тишина, мигающий неверный свет грязных, как сама земля, ламп, куча какой-то арматуры и что-то вроде железных шкафов? Мда. Много информации, ничего не скажешь.

— Я же сказал, что все сделаю, — разозленный Дерек Хейл представлял собой весьма внушительное зрелище. Стайлз бы испугался, если бы не упивался перепуганной мордашкой Эрики. — Нет, вы полезли сами и чуть не наломали дров! А если бы ему, блядь, плохо тут стало? Что, вызвали бы скорую и объяснялись, что тут делает сынок шерифа, или позволили бы ему сдохнуть? Ну?

У Эрики задрожали губы, а Стайлз бы вскинул руку в торжествующем жесте, если бы мог. Никто не знал, а Дерек Хейл охуенный!

Стоило так подумать, как Дерек обернулся к Стайлзу, наконец-то уделяя ему внимание. Злость красиво исказила его лицо — будь на месте Стайлза девчонка, потекла бы от желания отдаться такому парню. Когда такая злость направлена не на тебя, восхищаться ею просто. У Эрики вон руки трясутся явно не от возбуждения.

— Привет, — выдавил Стайлз, еле ворочая языком. — Мы вроде знакомы.

С какого черта его понесло вообще открывать рот, Стайлз не знал. Уж лучше бы молчал — по небу будто наждаком прошлись, а зубы заскрипели друг о друга, словно во рту образовалась компактная Сахара.

— Уж лучше бы не были, — неожиданно иронично для разъяренного состояния хмыкнул Дерек. Подошел и без церемоний вздернул его за шкирку, как щенка, одновременно скомандовав: — Поднимайся.

Стайлз взвыл.

— Да вы блядь издеваетесь, — рявкнул Дерек, наконец-то заметив то, что не давало Стайлзу оказать хоть сколько-нибудь достойного сопротивления.

Наручники, которыми он был прикован к старой батарее.

Розовые наручники. С мехом.

Ну почему это — жизнь Стайлза?..

Что происходило в следующие пару секунд, Стайлз не видел, однако когда Дерек вздернул его второй раз — оглянулся и не поверил своим глазам. Браслеты были просто разломаны. Стайлз такого даже в кино не видел.

— Это пластик, Стилински, — ухмыльнулся Дерек, насладившись его охуевшей физиономией. — Хотя ты бы даже трезвый их не сломал.

— Почему «даже»? — возмутился Стайлз просто потому, что не мог промолчать, хотя в душе был совершенно согласен с Дереком. — Алкоголь расширяет границы сознания. В состоянии опьянения физическая сила повышается на...

— Заткнись, — ласково посоветовал Дерек, встряхнув его так, что Стайлза снова затошнило. — Если хочешь блевать — давай сейчас. Попробуешь в машине — выкину на полном ходу.

Стайлз вспомнил Камаро Дерека и трепетную любовь Хейла к своей тачке, поэтому согласно кивнул и тут же был отпущен. Колени больно стукнулись о бетонный пол, но за очередным рвотным позывом Стайлз почти не заметил боли.

Выблевав, по ощущениям, половину внутренностей, Стайлз затих. Но перевести дух ему не дали — все та же безжалостная рука снова сграбастала его за шкирку и неумолимо поволокла куда-то, правда, на этот раз бережнее.

Через минуту Стайлз с наслаждением глотал вкусный свежий воздух, а через две — воду, за которой Дерек не поленился добежать до автомата за углом.

— Уффф, спасибо, — чуть придя в себя, Стайлз оперся на исписанную граффити стену, плеснул остатки второй бутылки себе в лицо и на глаз определил их местонахождение.

Значит, его притащили в район старого депо. Да уж. Здесь убить можно, никто и не заметит. И папа его бы раньше вечера не хватился: лето же и вечеринка, он все понимает. Разве что Скотт бы написал, что Стайлз не остался у него ночевать. Но с такого бодуна, с какого они оба были после той вечеринки, Скотт мог и не вспомнить, что у него вообще друг есть.

— Больше блевать не хочется?

— Аспирина хочется, — честно признался Стайлз. Блевать вроде не хотелось, ну а что мутит — так Дереку знать не обязательно. — И пожрать.

— Пожрать — все равно что или куда-то конкретно хочешь? А про аспирин на ближайшие часов восемь забудь. Опасно.

Стайлз наконец-то вспомнил, что пора удивляться. И удивился, да еще как. Ладно, Дерек узнал, что его сучка сделала глупость, и примчался ее выручать, пока шерифский сынок и правда не сдох у нее на руках. Ладно, воды дал и, наверное, подкинет до центра, откуда Стайлз сам домой добраться сможет, чтобы не попал куда по дороге и не свалил потом на них. Но кормить его? Разве что хочет загладить вину, чтобы Стайлз не начал болтать?

— Ну? — ангельское терпение к достоинствам Дерека не относилось.

— Пицца Мио, — быстро ответил Стайлз первое, что пришло в голову. Любой бы ответил быстро под этаким взглядом. Хотя Эрика вон вообще рта не раскрывала и даже не вышла из депо вслед за ними. И хорошо. Стайлз сейчас совсем не хотел ее видеть.

— Садись, — коротко бросил Дерек и обошел Камаро с водительской стороны.

Пока ехали, Стайлз хлебал воду из третьей бутылки и гадал, с какого все-таки черта Хейл везет его куда-то есть. Хотя гадал вяло. Его начало клонить в сон. Больше суток прошло с того момента, как Стайлз спал — не считать же за сон алкогольный обморок, от которого он очнулся прикованным к батарее веселенькими наручниками из секс-шопа.

— Стилински, не вздумай спать, — рыкнул Дерек, и Стайлз слегка встрепенулся. Он действительно слегка задремал и чуть не выронил открытую бутылку. И чего Хейл так свирепо на него пялится? Вода — не сок и не газировка, высохнет — и все.

— Я не сплю, — Стайлз потряс головой и обнаружил, что, наверное, часть дороги все-таки проспал — или Дерек бессовестно превышал скорость, потому что добрались они до пиццерии как-то слишком уж быстро.

Пока Дерек щелкал брелком сигнализации, привлеченный запахом любимой пиццы и картошки Стайлз с воодушевлением устремился внутрь, чтобы тут же разочарованно замереть на пороге. Летом, да еще и по вечернему времени, в маленькой уютной пиццерии мест не было. Придется ехать куда-то еще. Желудок Стайлза жалобно заурчал, сетуя на жестокую судьбу. Но тут подоспел Дерек.

— Что стоишь?

— Уже падаю, — ядовито прокомментировал Стайлз, действительно едва не полетевший на пол от невежливого толчка в спину.

— Ну падай дальше, — великодушно разрешил Дерек, отодвинул его с дороги и решительно прошел к дальнему столику, где два известных ботаника годом старше них обсуждали способ сделать оружие с уроном на тысячу единиц в Скайриме. В другое время Стайлз бы с удовольствием присоединился к дискуссии, но это без Дерека. Потому что Дерек что-то сказал им с обольстительной улыбкой людоеда, и ботаны вылетели из-за стола быстрее, чем пресловутые пробки из бутылок. Дерек же невозмутимо помахал сначала официантке, чтобы унесла посуду и принесла меню, потом Стайлзу.

— Кажется, я не хочу знать, что ты им сказал, — пробормотал Стайлз, садясь напротив. А потом, когда Дерек раздраженно махнул «не заморачивайся» на его попытки посчитать, сколько при нем денег и что можно заказать, Стайлз откровенно просиял и с чувством заявил: — Чувак, ты крут!

— Я знаю, — самодовольно согласился Дерек, и Стайлз в отместку заказал половину небольшого меню. Пусть платит.

Выслушав его заказ, Дерек ничего не сказал, только продиктовал официантке свою половину. Поели тоже молча, хотя в один момент, когда Стайлз почувствовал, что ест уже из чистого упрямства, Дерек жестко, но очень спокойно сказал:

— Хватит.

И Стайлз почему-то послушался, хотя приказной тон обычно действовал на него не хуже красной тряпки.

Потом официантка принесла счет, в котором чек из кожаной книжечки свешивался чуть не на десяток сантиметров. Но Дерек не моргнув глазом достал наличку, привычным движением сунул несколько купюр, не пересчитав, и рассеянно обернулся к окну. Казалось бы, можно встать и идти, заверив, что десять порций фри искупают любые грехи, но Стайлз чувствовал — его никто не отпустит. Расслабленность Дерека была обманчивой.

Иногда Стайлз предпочел бы ошибаться.

Официантка, молоденькая студентка местного колледжа, порхнула к их столику, забрала деньги и, не уделив Стайлзу ни одного лишнего взгляда, написала на салфетке номер телефона. Дерек улыбнулся в ответ и подчеркнуто медленным движением скомкал салфетку. Стайлзу стало не по себе.

Обиженная официантка наконец-то оставила их в покое, и ждавший этого Дерек в упор уставился на Стайлза.

— Ты будешь встречаться с Эрикой.

— Чего? — обалдел Стайлз, не понимая, что вообще происходит и какого вообще хрена?

— Ты будешь с ней встречаться. Подвозить в школу, забирать из школы, ходить на свидания, иногда тусоваться с нами. И делать все, что она скажет. В пределах разумного, конечно. Скажет набить кому-то морду — пошли ее к Айзеку. А если решит, что ей нужна оставшаяся дома пудра, — метнешься как миленький.

Вот теперь Стайлз не просто обалдел. Он охуел.

— Что за ебаный пиздец?! — обрел дар речи Стайлз. Ну а уж что речь вышла нецензурной — после таких заявлений и благовоспитанный Скотт бы завернул что-нибудь, от чего окружающих перекосило бы не хуже его челюсти. — С какого бы хуя?

— С такого, — лениво, не обращая внимания ни на возмущение Стайлза, ни на реакцию окружающих, ответил Дерек, — что иначе с хуем познакомится твой дружок МакКолл. Тебя-то я не трону, Эрика очень просила.

— Что за... Да тебя же посадят нахуй! Мой отец и засадит!

— Ну-ну, — глумливо усмехнулся Дерек. Он не повышал голоса и сохранял на лице выражение «да, дорогая, конечно, дорогая, как скажешь, дорогая». На ор Стайлза постепенно перестали обращать внимание — ну ссорится парочка, ничего нового. Слова Дерека слышал только Стайлз.

— Ты что, забыл, кто мой отец?!

— Нет. Но не ты один знаешь законы, Ста-а-айлз. Как думаешь, МакКолл согласится подать заявление? Весь участок же будет знать. Мистер Арджент тоже. А что знает он — знает Эллисон. Разве что МакКолл хочет жалости до конца жизни...

Стайлз едва не задохнулся. Его снова затошнило — на сей раз от мерзости ситуации. Дерек абсолютно прав. Скотт с его астмой даже спортом не занимался никогда, он не сможет дать отпор парню, который без усилий ломает наручники, пусть и пластиковые. Да Дереку и лично не обязательно. Подговорит кого-нибудь из своих старших дружков или просто заплатит...

Хейл не бросает слов на ветер, это все знали.

И заявление Скотт никогда не подаст. Предпочтет вытерпеть молча, лишь бы Эллисон не узнала о его позоре. Пригрози Дерек простыми побоями — еще ладно, но это... А без заявления нет и дела.

И самое мерзкое — Дерек даже не слишком наслаждался победой. Он и так знал, что превосходство за ним. Разговор очевидно казался ему скучным, словно он только что поставил Стайлзу детский мат.

Стайлз именно так себя и ощущал. И то, что он впервые играл в такие шахматы, его не извиняло.

— Трахать мне ее тоже обязательно? — угрюмо поинтересовался он, глядя в грязную тарелку. Обиженная инцидентом с салфеткой официантка не спешила убирать с их стола. И хорошо. По крайней мере, теперь Стайлзу было куда смотреть.

— И понежнее, — подтвердил Дерек.

— У меня не встанет. Серьезно, Хейл, я не смогу.

— Купи виагры или трахай пальцами. Можешь языком. Не волнуйся, много стараться не придется. Она после нас и так едва ходит, — Дерек говорил очень по-деловому, и Стайлза замутило с новой силой. — Еще вопросы есть?

— Когда начинать?

— Я сегодня с ней поговорю, а завтра позвонишь ей с утра — и вперед. У нас осталось две недели каникул, развлекайтесь. Все, Стайлз, мне надо успеть еще в пару мест. Поехали, подкину тебя домой.

— Не хочу.

— Поехали.

И Стайлз встал из-за стола, вышел из пиццерии и сел в Камаро. Больше ему ничего не оставалось.

***

К началу занятий Скотт не заметил изменений в жизни Стайлза, но сегодня заметит непременно. И начнет спрашивать. Впрочем, Стайлз уже подготовил красивую легенду, включавшую в себя нападение на улице, попытку изнасилования и героя на сияющем голубом джипе. О том, что Стайлз бы сам с радостью упал в руки героя, он промолчит.

Между тем Эрика наконец-то вышла из дома и красиво прошествовала к его джипу. Первый раз садясь в него, она поджала губки и высказалась про металлолом и свалку, но наблюдавший Дерек срезал ее коротким «Сама выбрала», и эта тема больше не поднималась.

Стайлз тронулся, не сказав ни слова. Они вообще мало разговаривали. Стайлз молчаливой тенью следовал за Эрикой, наблюдая за общением «стаи» и периодически вставляя шпильки то одному, то другому, то всем сразу. Дерек по непонятной причине терпел его подколки спокойно, Эрику Стайлз сам не трогал, помня, что зависит от ее настроения, а вот страдавшие от его остроумия Бойд с Айзеком держались только потому, что Дерек не позволял трогать Стайлза.

Стайлзу было интересно, что нужно сделать, чтобы вывести Дерека из себя. Но не настолько, чтобы пытаться это сделать. Пара очень близких случаев научили его не переходить грань дозволенного.

Стайлз подрулил к школе и наметился припарковаться на своем старом месте, но Эрика закатила глаза.

— Стайлз, ты теперь с нами. Паркуйся рядом с Дереком.

Проглотив ответ, насколько Стайлз «с ними», он возразил:

— Это место Мэтта.

— Ну и что? Если что-нибудь скажет — отправишь его к Дереку, он объяснит.

Как у нее все просто. «Отправишь к Дереку». И у Айзека так. И у Бойда. Интересно, хоть кто-то из них умеет решать проблемы самостоятельно? Точнее, хочет ли? Айзек в большинстве случаев в состоянии сам объяснить свою позицию — словами или силой. Про Бойда и говорить нечего. Но Стайлз за две недели совместных походов в кино и клубы заметил, что все трое полагаются на Дерека даже когда сами могут справиться. И первая, инстинктивная реакция у них всегда — посмотреть на Дерека. Получить его одобрение или совет.

Реально гребаная стая с альфой.

Стайлз упрямо поставил джип на старое место и выпрыгнул из салона. Эрика покачала головой, но настаивать не стала. Еще в первую неделю их так называемых отношений Дерек доступно объяснил, что Эрике тоже придется мириться с придурями Стайлза.

— Он — твой парень, а не раб и не собачка. Так и обращайся, — сказал тогда Дерек. — Еще раз попробуешь ему запретить видеться с МакКоллом или что-то в этом духе — я отзову наше соглашение. Стайлз, а ты забудь. Я пойму, если ты ее намеренно спровоцируешь.

Обидно. Только появилась надежда — и бах! Но, по крайней мере, так было честно. Тот разговор во многом помог Стайлзу смириться с его новым положением.

Но это не значило, что Стайлз не станет искать выход.

Сейчас он жалел, что не догадался включить диктофон в той злополучной пиццерии, которую теперь ненавидел всеми фибрами души. Будь у него запись угроз Дерека — и они бы разговаривали по-другому. Жопой же чуял, что дело неладно, и похмелье — не оправдание его тормознутости. Прохлопал пиздец — теперь расхлебывает последствия.

Теперь же Дерек в его присутствии был очень аккуратен и не говорил ничего, что хоть отдаленно бы напоминало угрозу, а еще не обсуждал никаких дел. Но чем дальше, тем больше Стайлз уверялся, что дела были. И серьезные.

Разведать бы, какие!

Он уже думал, как бы это обрести компромат на Дерека, но пока пришел только к одному неутешительному выводу: единственный его шанс — если кто-то из стаи сдаст своего лидера.

Теоретически было выполнимо. Подумаешь, пара лет понадобится.

Только ничего лучше Стайлз не придумал. В конце концов, чем скорее начнет — тем скорее закончит.

Пробивать оборону Хейла Стайлз решил со стороны Айзека. Бойд контролировал себя немногим хуже Дерека, а Эрика, как и все девчонки, лажу чуяла дня за два до того, как та собиралась случиться. Вспыльчивость же Айзека могла сыграть на руку Стайлзу, если вовремя ей воспользоваться. И пусть с конкретными действиями Стайлз еще не определился, смутный план — лучше, чем никакой.

Джип пикнул сигнализацией, и одновременно со стороны велосипедной стоянки на Стайлза напрыгнул Скотт.

— Агаааа! Теперь не выйдет скрыться!

— А? — не понял Стайлз. Эрика, судя по высоко поднявшимся бровям, тоже не поняла.

— Да ладно, чувак, ну я же не идиот! Я давно заметил, что вы встречаетесь. Я, между прочим, за тобой проследил! И сколько еще ты собирался скрывать? Кстати, поздравляю!

Скотт по-медвежьи облапил Стайлза, продолжая счастливо болтать, и тот вернул объятие, с ненавистью уставившись на рассмеявшуюся Эрику.

— Спасибо, чувак, но мы ж опоздаем! Пошли! Эрика, увидимся в обед.

Стайлз выдавил из себя улыбку, и Эрика, перекатив за щекой жвачку, звонко чмокнула воздух на прощание.

Не успев порадоваться, что хоть на части занятий избавлен от стаи, Стайлз вошел в класс вместе с неумолкающим Скоттом и чуть не споткнулся. Ну как он не сообразил! Ведь машина Дерека стояла на парковке! А год назад, когда Хейл еще посещал все занятия, они со Стайлзом частенько оказывались в одном классе. Вот только с чего бы Дерек решил вернуться в школу?..

Стайлз поплелся на свое место, Скотт хлопнулся рядом, Дерек проигнорировал их обоих. Ну что ж. По крайней мере, Стайлз весь урок наслаждался тем, как нервничал Джексон. До ухода Дерека на темную сторону силы Уиттмор выше второй позиции не поднимался даже в мечтах, и возвращение старого соперника изрядно сказалось на его нервах. Стайлз посмаковал выражение спины Джексона, потом переключился на урок, и как-то незаметно подошло время обеда.

Обычно в кафетерии был всего один крутой столик, и за ним, конечно же, восседали Джексон, Лидия, Эллисон и Дэнни. Остальных Стайлз одобрял, но что забыл в этой компании Уиттмор, оставалось загадкой. Как, впрочем, и то, почему Лидия с ним встречалась, а на Стайлза даже не смотрела.

Сегодня традиция дала трещину. Самый захудалый столик становился крутым, если за него садился Дерек Хейл. А тот, конечно, не преминул выбрать один из центральных. Айзек уже устроился по правую руку от «альфы», Эрика же замахала едва вошедшему Стайлзу из очереди. Можно было взять подносы и втиснуться к ней, Скотт даже ткнул Стайлза локтем. Но нет. Если есть шанс хоть немного оттянуть неизбежное — Стайлз его оттянет.

— Чувак, ты что-то не похож на влюбленного, — озадаченно шепнул Скотт. — Позови меня Эллисон, я бы не сомневался.

— Я тоже не сомневаюсь, что ты бы попутно олимпийский рекорд установил, — Стайлз хмыкнул и неопределенно пожал плечами. Встречаться с Эрикой он мог, но изображать счастье — нет. Его, в принципе, и не обязывали, но ради Скотта... — С Эрикой все отлично, Дереку похуй, а с Айзеком и Бойдом я не лажу. Вот и не тянет меня за их столик. Не обращай внимания, разберусь.

— А если Эрику к нам позвать? — наивно предложил Скотт.

Стайлз ограничился взглядом. Очень выразительным.

— Ладно, ладно, я понял, такая крутая девчонка не сядет одна к двум неудачникам.

— Примерно так, — согласился Стайлз, прихватил йогурт и первый двинулся в направлении Дерека, пока его не успели позвать и пока Скотт не успел спросить, как это крутая девчонка начала встречаться с неудачником.

— Я кое-как привык к этому, — Айзек ткнул вилкой в сторону Стайлза, — но этот что здесь делает? — второй тычок пришелся в пространство за его спиной.

Скотт замер на середине шага, но Стайлз был готов к теплому приему.

— Он мой друг, — Стайлз поставил поднос рядом с Эрикой и жестом позвал Скотта на место справа от себя. — Если я сижу за вашим столом, значит, и он тоже.

Скотт нерешительно перевел взгляд на Дерека, и тот раздраженно, с набитым ртом, проворчал:

— Стайлз позвал. Какое еще приглашение тебе нужно?

— Стесняешься, милый? — проворковала Эрика, обвив рукой шею Стайлза и подмигивая Скотту.

Большую часть времени Стайлз ненавидел Эрику. Но прямо сейчас он ее любил. Потому что Скотт мигом пришел в себя и решительно уселся на предложенное место.

Разговор, правда, не задался, но тут уже Стайлз ничего поделать не мог. С Эрикой ему говорить было не о чем, с Дереком и Айзеком тем более, а болтать со Скоттом, игнорируя собственную девушку, было бы странно. Вот и молчал Стайлз, неспешно ковыряясь в тарелке. Эрика тоже вдумчиво изучала свой салат, а Дерек с Айзеком негромко шушукались, наплевав на вежливость и начисто забыв про остальных.

Следующее занятие Эрика со Скоттом традиционно пропускали по состоянию здоровья. Стайлз же урока в бассейне ждал с нетерпением. Плавать он умел и любил, в воде чувствовал себя свободней, чем на земле, и вообще плаванье помогало ему расслабиться и сосредоточиться одновременно. Нечто, что при его СДВГ достигалось с огромным трудом.

Обычно в бассейне Стайлз не обращал внимания ни на что постороннее. В этот раз не получалось.

Только пялился Стайлз не на Лидию в купальнике, а на Дерека. На очень недовольного Дерека, тщательно скрывавшего свое состояние. Выдавали его только едва заметные морщинки в уголках глаз. Дерек отчаянно сдерживал свой самый опасный прищур. С чего бы ему?

Стайлз завертел головой. За обедом Дерек был спокоен как слон, значит, причина его злости где-то рядом. Так... так... ага. Кажется, оно.

Теперь Стайлз пялился на Айзека.

— Опять подрались с кем-то, Лейхи? — без особого удивления констатировал учитель, тоже заметивший довольно плачевное состояние его ребер, и тут же переключился на Гринберга, который ко всеобщему восторгу зацепился плавками за поручень и повис на нем, бултыхаясь и подняв кучу брызг. Стайлз же, пользуясь ажиотажем, рассматривал спину и бок хохочущего Айзека. И хотя синяки находились на последней стадии заживления, смеялся тот с придыхаением, словно ему все еще было больно.

Не удивительно. Судя по их размеру — трещина как минимум в одном ребре.

Стайлз не был доктором и не собирался им быть. А вот криминалистика его интересовала даже сильнее видеоигр. Не одну ночь провел он перед монитором, читая форумы, сайты и книги. И не раз влезал в полицейский архив. Порой ему даже выпадала удача изучить настоящие трупы, пока отец не спохватывался, что Стайлз, обещавший не бродить по полицейскому участку, куда-то удрал.

Его знаний хватало, чтобы определить: бледные, почти зажившие синяки вдоль ребер и на руках не могли остаться от падения. И от драки не могли, угол был бы другой. Нет, это следы чего-то длинного и твердого. Палки? Биты?

Кто-то бил лежащего Айзека битой по ребрам.

Стайлз не верил в байки о папаше с ремнем. Но позволить такое Айзек мог только Дереку... или своему отцу. А Дерек бы никогда не сделал подобного. Стайлз знал.

И где Скотт с его ингалятором, когда он так нужен?

Гринберга сняли с поручня и торжественно водрузили на трибуну — приходить в себя. Стайлз бы тоже не отказался от получаса спокойствия, но тут учитель махнул на воду. Пришлось прыгать.

Что ж, Стайлз честно отплавал свои сто метров. И заодно придумал план.

Хотя стоит признать, придумать его было легче, чем выполнить. Камеру он у Мэтта так и не выпросил, но зато Эрика охотно одолжила мобильник с хорошим фотиком. Должен взять даже движение в темноте, если понадобится. Для чего — Стайлз не сказал, а она не больно-то и спрашивала.

Этим же вечером Стайлз засел в кустах напротив дома Лейхи, мужественно не застонав. Что поделать, еще с неделю каждое движение будет отдаваться ему болью. Джексон приложил так приложил. Хорошо, без синяков на видном месте, иначе отец ни за что бы не отпустил Стайлза на «ночевку у Скотта».

Ага, а вот и движение в темноте! И ждать долго не пришлось.

Стайлз споро защелкал фотоаппаратом, схватывая все, что успевал. И в панике выбегающего из дома Айзека, и разъяренного мистера Лейхи, и его занесенную для удара руку с чем-то твердым. Не бита, но что-то очень похожее... Да, точно. Рукоятка от клюшки для лакросса.

Неудивительно, что Айзек ненавидит лакросс.

Стайлз добросовестно отснял всю сцену, огромным усилием воли не вмешавшись, убедился, что продолжения не будет, запечатлел напоследок ухмыляющуюся физиономию мистера Лейхи, для чего пришлось пробраться к окну, передернулся и бодро отполз домой. Там его ждали компьютер и отец, а еще — долгое объяснение и нудная нотация о вреде лжи и самодеятельности.

А следующим вечером — неприятности. Которых он, если честно, ну никак не ждал.

Второй школьный день прошел не хуже и не лучше первого. А вот вечер Стайлз бы промотал, существуй в жизни такая опция.

Вообще-то ничто не предвещало. Ну собрались у Дерека дома, пока его сестра пропадала на очередной (третьей? четвертой?) работе. Ничего необычного.

Необычное началось, когда за Айзеком закрылась дверь и они остались впятером — огромное количество для тесной гостиной. Обычно это не беспокоило Стайлза, он привык здесь находиться, он вообще быстро ко всему привыкал. Но в этот раз в воздухе витало ощущение очередного пиздеца.

Предчувствие Стайлза не подвело, и, наученный горьким опытом, он все-таки включил диктофон. На всякий случай. Потому что вместо того, чтобы поставить фильм на простеньком двдшнике, Дерек раскрыл захваченный Эрикой из дома ноутбук и вставил в него переходник, которым еще вчера пользовался Стайлз. А потом на экране возникли вчерашние же фотографии.

— Объяснись, — холодно приказал Дерек, и впервые с памятного разговора в пиццерии Стайлз почувствовал себя беззащитным в его присутствии. Да, заставив Стайлза встречаться с ней, Дерек сделал так, как Эрика его (очевидно) просила. Но в спорных и не очень ситуациях почти всегда вставал на сторону Стайлза, защищая его перед Эрикой и остальными. Сейчас — нет.

Стайлз внезапно понял, почему Эрика, Айзек и даже Бойд так тянулись к Дереку. Круто было чувствовать его на своей стороне. И круто было отступить за его спину и корчить оттуда рожи — врагам ли или просто заигравшимся друзьям, зная, что тебе ничего не будет.

Когда ты внезапно оказывался перед Дереком после того, как привык чувствовать себя за его спиной, земля почти буквально уходила из-под ног.

А, нет, это Айзек поднял его за горло. И на этот раз Дерек далеко не сразу приказал отпустить.

— Я же их стер, — понимая, что отпираться бесполезно, Стайлз потер горло и закусил губу. Он хотел остаться добрым анонимом во всей этой истории, а теперь не получится. Дерьмо.

— Качественно стер. Моему знакомому пришлось повозиться, пока восстановил, — авторитетно подтвердил Бойд.

— Надо было вообще заменить флэшку, — запоздало осенило Стайлза.

— В следующий раз будешь умнее, — осклабилась Эрика, и до Стайлза вдруг дошло кое-что еще.

Не он один чувствовал, что его защищают. Остальная стая тоже прекрасно чуяла сместившиеся предпочтения вожака. И сейчас они рады. Да что там рады.

Стайлз, возможно, в худшей неприятности своей жизни — и они счастливы.

— Я жду.

Если тон Дерека брать за индикатор, то Стайлз еще оптимистично оценивал свою ситуацию секунду назад.

— Ну а что вы хотите от меня услышать? Да, я поработал папарацци и заснял прекрасное доказательство жестокого обращения с ребенком. За такое лишают родительских прав, а при хорошем прокуроре и плохом адвокате сажают в тюрьму.

— Без свидетельства эти фото ничто. Они просто пошлют службу защиты ребенка на очередную проверку. А когда до отца дойдет, что это не просто проверка, он меня вообще убьет, — мрачно предсказал Айзек. — Спасибо, блядь, большое. Помог.

— Ну да, со свидетельствами туго, — Стайлз покивал и поморщился от боли в шее. Будут синяки. И как он объяснит это отцу? — Но мой папа как бы не рядовой патрульный. Я бы вообще не стал сейчас ничего делать, если бы не обстоятельство, о котором не должен говорить. Но так и быть, обрадую тебя раньше времени. Они нашли твоего брата. Его свидетельства и этих фото должно хватить. Он будет здесь завтра ночью. Когда его увидишь, сделай охуевшее лицо, очень прошу. Иначе убьют уже меня — за разглашение полицейской тайны. Во-во, именно такое, — одобрил Стайлз. — Или с Эрики пример возьми, у нее мимика всегда выразительная.

— Зачем? — вдруг хрипло спросил Айзек. — Блядь, Стайлз, зачем, а?

Стайлз пожал плечами. Вот поэтому он и хотел остаться анонимным доброжелателем.

— Я вас, конечно, всех ненавижу, — спокойно и честно сказал он. — Да сами же знаете. Но так, — Стайлз выразительно посмотрел на ребра Айзека, — просто не должно быть.

Первым оттаял Бойд и так хлопнул его между лопаток, что Стайлз невольно застонал. Дерек тут же оказался рядом и бесцеремонно задрал ему рубашку с футболкой. Знал, что если спросить, Стайлз скажет «Все в порядке». Ну не сука ли?

— Кто?

Дерек тоже прекрасно разбирался в различных видах синяков. А у Стайлза еще и узор всей дверцы шкафчика на спине, наверное, пропечатался. Врать бесполезно.

— Джексон. Но я не жалею. Я знал, на что шел, когда собрался добывать у него информацию о семье Айзека.

Дерек его отпустил и скупо кивнул, принимая объяснения и выражая одобрение. Ни Айзек, ни Эрика ничего не сказали. Зато Бойд включил двд-плеер, и они сели смотреть фильм.

Стайлз поправил одежду и забыл об учиненном ему допросе до конца короткого процесса, на котором неожиданно выступил не только брат Айзека, но и Джексон, и Мэтт, и еще несколько их одноклассников и соседей. Вторые были работой шерифа, а вот с первыми наверняка поговорил Дерек. Больше некому.

Потом процесс по лишению мистера Лейхи родительских прав кончился заключением его в тюрьму и начался новый — об эмансипации Айзека. Опекунство сбежавшего от отца брата Айзек принимать не хотел ни в какую.

Одновременно с отъездом мистера Лейхи на новое место жительства случилась приятная неожиданность. Кто-то серьезно раскрасил физиономию Джексону, и тот, через неделю выйдя из больницы, стал избегать Стайлза как чумы — даже на издевки не огрызался. Кто с ним это сделал, Джексон официально не помнил, а полиция не нашла, но Стайлз знал, хотя ему никто не говорил. Что тут думать, два варианта, и одному из них нельзя было привлекать к себе внимание полиции — ему и так хватало. Значит, второй.

Но в этот раз Стайлз про жестокое обращение с детьми никому ничего не сказал.

***

— Эй, чувак, верни попкорн! — Стайлз перегнулся через Дерека, пытаясь выхватить заветный стакан у Айзека. Тот, дурачась, резко поднял его вверх, не только обсыпав их попкорном, но и заставив Стайлза неловко растянуться поперек колен недовольно шикнушего на их возню Дерека. Никто бы не обратил внимания, если бы не Эрика, характер которой катастрофически портился в ПМС.

— Вот они, мужики. Если им не давать, один тут же ложится на колени к другому, напрашиваясь на порку.

Скотт, впервые попавший с ними в кинотеатр, подавился попкорном, с переднего ряда обернулись две девочки с огромными от изумления глазами.

— Поменяемся? — со смешком предложил Стайлз, поднимаясь из позы, которая и вправду напоминала то, о чем подумала Эрика. За исключением гетеросексуальности обоих ее участников.

— Я лучше посмотрю, — отказалась она, впившись в них подчеркнуто похотливым взглядом. — Вот вы любите на лесбиянок подрочить, а я на геев хочу!

— Увы, детка, — хмыкнул Дерек, — тогда тебе придется для начала найти геев.

— Я би, — хмыкнул Айзек. — И я бы посмотрел, как ты дрочишь. Почему мы...

— А у нас тут есть еще хотя бы один би? — быстренько вмешался Стайлз и завертел головой якобы в поисках. Еще не хватало, чтобы Айзек проговорился об их реальных отношениях при Скотте!

Стайлз так и представлял: вытянувшееся лицо друга и закономерные вопрос — чувак, а почему другие трахают твою девушку и не стесняются при тебе об этом говорить?

Продолжая валять дурака, чтобы сгладить оговорку, Стайлз с наигранным ужасом уставился на Бойда и схватился за сердце.

— Только не говорите мне...

Бойд показал внушительный кулак.

— Эрика, к примеру, тоже би, — наябедничал Айзек, поняв свою оплошность и тоже переключая внимание насторожившегося Скотта. Пусть пофантазирует о бисексуальной девчонке, действительно. — Но она не того пола.

— Ну что ж, — Стайлз картинно вздохнул и протянул руку Айзеку. — Кажется, я готов принести свою анальную девственность в жертву ради моей прекрасной дамы. О, Эрика, жизнь моя, оценишь ли ты мою преданность?..

С ряда впереди уже откровенно смотрели на них, а не на экран. Хоть сзади никого не было: они традиционно сели на последний ряд. А то бы их, наверное, убили.

— Никто ничего приносить не будет, — Дерек недовольно шлепнул Стайлза по руке, которая, вообще-то, даже не загораживала ему обзор, и хмуро покосился на Айзека. — Стайлз, ты остаешься при своей девственности. Айзек, ты — при своем члене.

— Ээээ... — слегка охренел Стайлз. На его памяти Дерек еще ни разу не прерывал шутку, даже откровенно глупую и затянувшуюся, так бесцеремонно.

Более опытные в общении с Дереком Айзек и Эрика моментально уставились в экран. Скотт перегнулся через Эрику и громким шепотом поинтересовался:

— У вас всегда так?

Стайлз многозначительно подвигал бровями и тоже сделал вид, что смотрит фильм.

Нет, так было не всегда. До Джексона — точно не было. Да и сейчас, ловя себя на шутливом, веселом поведении со стаей, Стайлз чувствовал вину и горечь. Потому что он привык, но не по своему выбору проводил с ними время. А был бы выбор... Эх, что и думать.

Когда же это закончится?! Проклятые моральные принципы! После сделанного и после всего, через что прошел Айзек, Стайлзу совесть не позволяла использовать несчастного в своем плане. Айзек ведь тогда решит, что все доброе Стайлз делал только ради обретения компромата на Дерека. И не будет так уж неправ.

Ведь еще одна причина, по которой он тогда планировал остаться анонимным, — чтобы совесть не терзала его, когда придет время выуживать из Айзека секреты Хейла.

Нет, Айзека Стайлз больше не рассматривал. Что ж, Бойд — орешек покрепче, но остался только он. Эрика — самый, самый крайний вариант. Без особой необходимости Стайлз не хотел с ней связываться.

Итак, Бойд. О нем Стайлз знал еще меньше, чем об Айзеке до разговора с Джексоном. Но источник информации о семье Лейхи в конце концов нашелся, значит, должен найтись и о Бойде.

И кстати, о семье. Почему бы не расспросить их самих? Благо мама у Бойда — не Виктория Арджент и даже не Дэвид Уиттмор, на месте не убьет.

Воодушевленный идеей, Стайлз немедленно изобрел повод навестить Бойда. Один (случайно замеченный) испуганный взгляд Дерека при упоминании пирогов миссис Бойд сказал ему, что из этого дома его не прогонят, даже если он явится вернуть честно спертый, то есть забытый Бойдом учебник.

В пятницу после занятий, как следует проголодавшись, Стайлз явился на порог дома Бойдов и позвонил.

Как же он просчитался...

Дверь небольшого, опрятного домика открыла худенькая невысокая женщина. Ее густые волосы были собраны в две уложенные по бокам головы толстые косы, а перепачканный в муке фартук, наброшенный поверх домашнего халата, непрозрачно намекал, что в этом доме не питаются готовыми обедами для микроволновки.

— Миссис Бойд? — улыбнулся Стайлз. — Здравствуйте, меня зовут Стайлз Стилински, я учусь с вашим сыном и хотел занести ему учебник...

— Здравствуй, дорогой, — приветливо поздоровалась она. — Его сейчас нет дома, — миссис Бойд выглядела слегка огорченной за мальчика, который не поленился вечером пятницы вернуть учебник. Знала бы она!.. — Но ты можешь зайти подождать.

— Спасибо, не нужно, я лучше еще раз зайду... — испугался Стайлз. Дерьмо. Если бы Бойд был дома, Стайлз бы не отказался, конечно, на то и рассчитывал. Но войти к нему домой в его отсутствие сильно попахивало вторжением на личную территорию. Ох и не одобрит Бойд самодеятельности Стайлза...

— Глупости, дорогой, — миссис Бойд шире распахнула дверь и посторонилась, ожидая, что Стайлз пройдет. Ничего не оставалось.

Стайлз вошел в прихожую, как ступают на вражескую территорию. Вообще-то прихожая была светлой и уютной, с кучей всяких милых безделушек. Но Стайлз шел по бежевому линолеуму как по минному полю.

— Мы сейчас будем ужинать, — распорядилась миссис Бойд, загнав жертву поглубже в логово и убедившись, что деваться ей некуда. Это «мы» настолько однозначно включало в себя Стайлза, что он послушно поплелся мыть руки, повинуясь строгому взгляду.

Ванная тоже радовала глаз чистотой. Стайлз пересчитал зубные щетки — шесть! У Бойда нет отца — получается, четверо братьев и сестер? Ничего себе!

Вымыв руки самым дешевым мылом, Стайлз отправился в кухню. Чистота и дешевизна бросались в глаза и там. Стайлз с любопытством осмотрелся, впитывая в себя атмосферу дома. Даже странно, что в таком уюте мог вырасти... а кто? Чем занимается Бойд в свободное от школы (то есть почти все) время, если не зависает с Дереком и компанией, Стайлз не знал. Нюхом чуял, что ничем хорошим, но о конкретике представления не имел.

— Садись сюда, дорогой, — миссис Бойд поставила перед ним тарелку с лазаньей, и Стайлз обрадованно вдохнул аромат. Божественно. — Джим, Старли! — тем временем крикнула она.

Джиму, судя по росту, в следующем году только предстояло идти в школу, а Старли, если Стайлз правильно помнил, уже училась то ли первый, то ли второй год.

— Привет, — хором поздоровались они, ничуть не удивившись гостю, и уселись один рядом, вторая напротив. Миссис Бойд и перед ними поставила тарелки.

— Привет, — кивнул Стайлз, наблюдая, как они набросились на еду.

— Кушай-кушай, — радушно поторопила миссис Бойд, садясь с краю длинного стола. — Старших никого нет, пятница же. Только мы.

Стайлз послушно умял лазанью с добавкой, а потом миссис Бойд вытащила из духовки пирог. Пах он совсем не так, как магазинная выпечка, и Стайлз облизнулся. Он сто лет не пробовал домашних пирогов.

Тут Джим, весь обед развлекавшийся тем, что исподтишка стрелял в сестру горошинами из гарнира, дернул его за рукав и заговорщически подмигнул. Стайлз подставил ухо.

— Пятак за хороший совет! — потребовал маленький вымогатель.

— Еще чего! — возмутился Стайлз.

— Ну, значит, я не несу ответственности за твою дальнейшую судьбу, — невозмутимо пожал плечами Джим и вернулся к горошечному обстрелу.

Гадая, что это было, Стайлз с благодарностью принял свой кусок пирога и жадно откусил. Увы, проглотил его он раньше, чем понял, что не так.

В следующий раз Стайлз открыл глаза уже в кровати. Рядом с ним развалилась в потертом кресле Рэйчел, старшая сестра Бойда, с каким-то пестрым журналом. Крупные локоны густых, в мать, волос закрывали ее лицо от Стайлза, но эту манеру надевать одновременно фиолетовое и желтое знал, наверное, весь Бикон Хиллз.

— Эй, — слабо позвал Стайлз.

— А, очнулся! — обрадовалась она и швырнула журнал в угол, где уже собралась целая куча. — Слушай, ну вы с Дереком прямо два сапога пара. Тот тоже чуть в ящик не сыграл, мамин пирожок откусив. У него на соду аллергия. А у тебя на что, признавайся?

— Откуда ты знаешь про аллергию? — Стайлз дотянулся до стоявшего на полу, за неимением прикроватного столика, стаканом воды и жадно его выпил.

— Маман скорую вызвала, ей объяснили. Вкололи тебе какую-то хрень, сказали, что утром будешь как новенький. Не переживай, — тут же обнадежила она, едва Стайлз успел подумать об отце. — Твоему старикану маман сама позвонила, сказала, что ты траванулся. Правда, умолчала, что это она тебя так, ха! Ну, на что аллергия-то? — с охотничьим азартом нажала Рэйчел.

Стайлз вздохнул.

— Уксус.

— Ага! — возликовала Рэйчел и, несмотря на ночное время, во весь голос заорала: — Братец, с тебя четвертак! И Джиму тоже!

— Какой братец? — обреченно уточнил Стайлз.

— Ну здравствуй, — в дверях почти мгновенно возник Бойд. Следом появилась его мама, с причитаниями кинулась к Стайлзу и обняла в порыве чувств.

— Дорогой, извини, пожалуйста, я не хотела! — к ужасу Стайлза, она почти разрыдалась.

— Ну что вы, вы же не знали! — Стайлз неловко вернул объятие и сник под пристальным взглядом Бойда. Ох и нагорит ему...

— Давно говорил — прекрати травить гостей своей стряпней, — сурово отчитал ее Бойд, скрестив руки на груди. — Сначала Дерек, теперь Стайлз. В следующий раз тебе может так не повезти.

— Ты четвертак-то гони, братец, — ухмыльнулась Рэйчел. — И дуй отсюда. Только Джима не забудь! А то он, по-моему, уже собрался подложить гвоздь в твой ботинок. Ты, мам, тоже иди. Ничего с ним больше не случится, дай человеку поспать спокойно.

Мда, Рэйчел бы вооруженными силами командовать. Бойд моментально отсчитал требуемую сумму, а его мама наконец-то встала с кровати Стайлза и, поцеловав его в лоб (как покойника, но Стайлз честно постарался не передернуться), отправилась в свою комнату, подозрительно шмыгая носом.

Когда в комнате вновь установился относительный порядок, Стайлз с любопытством поинтересовался:

— А на что вы спорили-то?

— На твою аллергию, — фыркнула Рэйчел. — Маман вечно соду прямо в тесте гасит, если шарлотку делает, отсюда и фигня с пирогами. Мы-то привыкли. А большинство гостей просто синеют и больше не едят, но ты вон с причудами. Хотя чего это я, с Дереком в первый раз так же было, он потом к нам месяц не рисковал заглядывать. Мне тогда тоже повезло — я угадала с содой. А Джим все карманные деньги на уксус просадил.

У сына шерифа случается припадок в их собственном доме от их же стряпни, а они спорят на четвертаки, от чего именно. Стайлзу определенно нравилась эта семейка.

— И давно ты пришла?

— Да нет, братец раньше меня явился. Я пришла, когда тебя только-только занесли в мою спальню. Круто — возвращаешься домой, а там в твоей кровати обморочный красавец. Прямо сказка, — Рэйчел потрепала Стайлза по щеке и подмигнула.

Стайлз невольно разулыбался в ответ и внезапно пожалел, что у него нет такой старшей сестры. И вообще родственников, кроме двоюродных кузенов, нет.

А еще он подумал, стоит ли задавать вертевшиеся на языке вопросы. И решил, что раз уж ему все равно нагорит от Бойда и наверняка от Дерека за сегодняшнее фиаско, пусть уж любопытство пойдет в компании со всем.

— Так Дерек, говоришь, тоже к вам заглядывает?

— Заглядывает, — в голосе Рэйчел прорезалась откровенная теплота. — Он классный, ты молодец, что с ним тусуешься. Дерек для своих на все готов.

Стайлз промолчал. Он своим не был, но пока Рэйчел считает иначе — она будет откровеннее.

— Ну, для меня он пока ничего этакого не сделал, но я верю, — улыбнулся Стайлз. — Но...

— Значит, ты не попадал в настоящее дерьмо, — неожиданно жестко отрезала Рэйчел, гневно встряхнув роскошными волосами. — Ты видел, что у нас шесть щеток?

Стайлз осторожно кивнул. Он пока не понимал, куда она клонит.

— А в гостях у Дерека был?

Стайлз кивнул еще раз.

— Ты знаешь, какая у него страховка за его семью? Да он бы новый дом мог отгрохать, а живет в задрипанной квартирке. Никогда не задумывался, почему?

Честно признаться, Стайлз и вправду про это не думал. А ведь у Дерека и впрямь денег должно было хватать — огромный массив земли в собственности и страховка за одиннадцать членов семьи и за дом... Да Хейлы, небось, после пожара стали богаче Уиттморов! Но Дерек с сестрой жили в съемной квартирке, которую Рэйчел очень метко обозвала задрипанной, и мебель у них была самая дешевая, а ремонта тамошние стены не видели лет десять. О внушительном благосостоянии напоминала только Камаро Дерека. Лора, кажется, даже ездила на общественном транспорте.

— Я тебе скажу, — негромко произнесла Рэйчел. — У нас шесть зубных щеток, но мы живем впятером. Потому что Дэйв, наш старший, проиграл кучу денег и наш дом в придачу в казино, а потом сбежал, оставив нас с гигантским долгом. Дерек выплатил его за нас и продолжает выплачивать. Даже с его страховкой — еще месяц остался.

У Стайлза отвисла челюсть.

— Поэтому, Стайлз, — она слегка успокоилась и погладила его по голове, — держись Дерека.

Стайлз нашел в себе силы кивнуть и сжал ее руку. Остаток ночи они трепались о всяких пустяках, и Стайлз жалел, что больше не сможет заходить в гости к Бойдам. Ни Дерек, ни Бойд ему не дадут.

А еще Бойд никогда не сдаст Дерека, какие бы темные дела тот ни вел.

Стайлз бы и сам не сдал.

***

— Стайлз, к тебе гости! — крикнул отец, и Стайлз с удивлением вылез из-за компьютера. Кто бы это мог быть? Скотт бы поздоровался с шерифом и сам промчался наверх, а больше у Стайлза не водилось друзей, способных вот так запросто явиться утром воскресенья без звонка.

То есть друзей не было, а Дерек с компанией, «приветливо» разулыбавшиеся с дивана в гостиной Стилински, были.

— Что вы тут делаете? — не обращая внимания на отца, Стайлз скрестил руки на груди. Он их не звал и не собирался терпеть в своем доме. Здесь был последний оплот его спокойствия, в котором он мог скрыться и хоть ненадолго позабыть про все то дерьмо, что происходило в его жизни благодаря Дереку Хейлу.

— Ну как же, — Дереку еще хватило совести изобразить обиженное недоумение. — Ты в пятницу пришел к Бойду, мы подумали, что тоже можем к тебе прийти.

— Ага, это была моя идея, — поддакнул Бойд. — Ты извини, если помешали, но я подумал... в общем, просто извини, мы пойдем.

Они встали, а Эрика при этом смущенно потупилась и даже покраснела.

Да им бы всем в театре выступать, бля.

Будь Айзек свободен, он бы наверняка поддержал Стайлза. Но одним из условий эмансипации суд поставил наличие работы, и с тех пор по выходным и иногда по будням Айзек был занят.

Стайлз зло выдохнул и под неодобрительным взглядом отца кисло улыбнулся.

— Ну что вы, я не прогоняю. Просто удивился. Пошли наверх.

Как пить дать, отец потом устроит разборки. И ответить-то ему будет нечего.

— Ну спасибо за пиздец, — шипяще выдохнул Стайлз, едва за ними закрылась дверь. — Очень мне надо отцу доказывать, что я не тусуюсь с вами, когда вы угоняете машины или чем вы там занимаетесь!

— А вот об этом, — рыкнул Дерек, — надо было думать раньше.

Он вдруг схватил Стайлза за грудки, прижал к двери и приподнял над полом. Стайлз задохнулся от бессильного возмущения. Дерек держал крепко, от него бы и Бойд не вырвался, не то что Стайлз, который с начала года вообще забил на лакросс — и все из-за того же Дерека.

— Ты решил влезть в личное, Стайлз? Что надеялся узнать? Что я — жуткий монстр, пьющий кровь младенцев? — теперь Дерек почти мурлыкал, как Чеширский Кот. И улыбка у него была ослепительная. — Доволен тем, что выяснил? Рэйчел разговорчивая, я знаю. Доволен, Стайлз?

— Нет, — прохрипел Стайлз, стоя на цыпочках, чтобы не задохнуться. — После ее рассказа мне показалось, что ты не такой уж мудак. А ты все-таки он самый. Прям обидно, что я повелся.

Дерек оскалился и небрежно, словно Стайлз ничего не весил, швырнул его на кровать.

— В следующий раз, когда соберешься лезть в мою жизнь, подумай о последствиях, — Дерек развалился в его кресле, закинул ногу на ногу и взялся за мышь. — А теперь мы посмотрим какой-нибудь дурацкий фильм, и ты будешь смеяться вместе с нами, Стайлз. А потом радостно проводишь нас до двери и сделаешь хорошую мину перед своим отцом.

Не дожидаясь ответа, Дерек полез по папкам в поисках чего-нибудь достаточно дурацкого. Бойд сел рядом со Стайлзом, все равно места больше не было, а Эрика подвинула Стайлза к стене, тычком заставила раздвинуть ноги и уселась между ними, откинувшись на его грудь, как в кресле. Машинально обняв ее за талию, Стайлз уткнулся в пахнущие сладким фруктовым шампунем волосы и до крови закусил губу.

Он не смеялся над фильмом. Впрочем, не смеялся никто из них. Дерек сидел, вроде бы небрежно развалившись, но на самом деле напряженный как натянутая струна. Бойд больше думал о своем, чем смотрел в монитор, а Эрика сосредоточилась на том, что бесконечно заплетала свои волосы в косички и расплетала их обратно. Стайлз следил за порханием ловких нервных пальчиков и почему-то думал, что готов придушить Дерека, но не Эрику, которая его во все это втравила.

Когда фильм закончился, Стайлз послушно проводил стаю до дверей, радушно пригласил заходить еще — все равно же не сможет отказать, если они решат опять ввалиться в его дом — и сказал отцу, что ему уже давно нравится Эрика, вот он и общается с ее компанией, а Дерек и Бойд совсем не плохие, Айзек же и вовсе душка. Аргумент про Айзека отца убедил, и к обеду воскресенья Стайлз оказался предоставлен сам себе.

Он нехотя поднялся в комнату, окинул ее взглядом. Вроде ничего не изменилось, но ощущение было, словно в хорошо натопленной квартире открыли окна и зимний ветер мигом выстудил помещение.

Стайлз пнул кресло, отгоняя его в дальний угол, послонялся от окна к шкафу и обратно, зачем-то взял телефон. Дисплей мигал парой неотвеченных вызовов от Скотта и сообщением с неизвестного номера. Ничего хорошего там быть не могло, но Стайлз все равно зачем-то его открыл.

«Не обращай внимания. Он всегда засранец, когда смущается».

Номера Эрики и Айзека Стайлз давно вбил в мобильный. Оставался только один вариант.

Отвечать Стайлз не стал. Он еще раз окинул свою комнату, еще утром такую уютную, ненавидящим взглядом и вдруг сорвался. Схватил толстовку и, с трудом заставив себя не бежать, спустился по лестнице.

— Пап, я прогуляюсь! — крикнул он в кухню, захлопнул за собой дверь и побрел куда глаза глядят.

Дерек, блядь, чертов Дерек Хейл.

Стайлзу нравился Айзек. Разобравшись с отцом, тот раскрепостился и стал офигенным товарищем, разделявшим многие из пристрастий Стайлза в кино и игрушках. Ну а что в прошлом пару раз бил ему морду... Да Айзек всем бил. Проехали.

У Бойда была крутая семья, и кстати, он не сильно возражал против визита Стайлза. Даже, кажется, проникся к нему симпатией после случившегося... ну или просто чувствовал себя в долгу за мамин пирог, хрен его знает. В общем, Бойд тоже был не так уж плох. Смску утешительную прислал, опять же, и ведь не поленился у Эрики для этого телефон списать.

Эрика... ну, она втянула Стайлза во все это, пробовала запрещать общаться со Скоттом и гоняла за чипсами посреди интересного фильма, но в целом не сильно надоедала и с сексом не приставала, как он боялся поначалу.

И только Дерек блядский Хейл постоянно ухитрялся изменить мнение Стайлза о себе. В один день Стайлз понимал, почему стая так его обожает, и сам балансировал на грани обожания, а в следующий готов был его убить.

Стайлз сам не заметил, как дошел до автобусной остановки. Денег по карманам у него было распихано немало — плюс общения с Дереком состоял в том, что самому Стайлзу очень редко приходилось на что-то тратиться. Аккуратно выдаваемые отцом дотации копились и копились, так что теперь Стайлз стал обладателем внушительной для школьника суммы. Ну что ж.

Он решительно сел в автобус. Сначала тот, который довез его до автовокзала. Потом в тот, который довез его до соседнего городка.

Бикон Хиллз словно пропах Дереком Хейлом, и Стайлзу срочно требовалось оттуда убраться.

О том, что забыл утром выпить свое любимое лекарство, Стайлз вспомнил только в гостинице Ривер Энда. Бежать в аптеку было бессмысленно, все равно рецепт был выписан на имя отца — несовершеннолетнему такое лекарство никто не продаст. И Стайлз просто забил.

Простенько обставленный номер, который ему выдали, казался роднее собственной комнаты. Стайлз с разбегу плюхнулся на кровать, закрыл глаза, наслаждаясь свободой, и неожиданно для себя отрубился — только для того, чтобы проснуться от звонких пощечин.

— А ну вставай, чтобы я могла тебя убить!

Стайлз ошалело распахнул глаза и суматошно сел, гулко стукнувшись лбом в лоб... с Эрикой.

— Ох ты ж бля... — простонали они хором, потом до Стайлза дошло, что ее здесь точно быть не должно, и он завопил: — Какого хрена?!

— Какого хрена? — передразнила она. — Какого хрена? Это я должна спросить! Ты в курсе, что ты уебал из города без телефона и джипа? Да твой отец уже всю полицию на ноги поднял! Он уже лично все морги объехал и всю школу опросил! Скоро и до вокзала доберется. Тебе грозит домашний арест на всю жизнь, когда он тебя найдет.

— А который час? — в тихом ужасе спросил Стайлз. Он ведь и правда не подумал, дурья его голова! Хотел к вечеру вернуться, но за окнами темно — значит, вечер давно наступил.

— Два ночи, — безжалостно отчеканила Эрика. — Раздевайся.

— Что?

— Раздевайся, говорю. Если повезет и консьерж не скажет, во сколько я приехала, а тебя застанут голым в постели с голой мной, тебе хоть причину объяснять не придется. Или хочешь рассказать отцу правду, почему сбежал? А он скоро будет здесь. Я не так уж сильно его опередила.

Похолодевший Стайлз стащил толстовку, а за ней рубашку непослушными пальцами и уронил рядом с собой на постель. Эрика закатила глаза и быстро, как в армии, разделась, ничуть не стесняясь своей наготы. Да уж, ей нечего стесняться...

Пока Стайлз разбирался с кашей в своей голове, попутно стягивая штаны, Эрика окинула комнату взглядом и несколькими движениями раскидала одежду по всем доступным поверхностям. У кофточки еще и пару пугвиц отодрала. Выглядело это так, будто Стайлз — настоящий Тарзан, сорвавший со своей Джейн всю одежду в приступе животной страсти. Потом Эрика точно так же разобралась с немногочисленными вещами Стайлза и скользнула к нему под одеяло.

Мда. Обнаженная красотка прижимается к нему всем телом, а у Стайлза не только не стоит, мысли даже нет что-то предпринять.

Его жизнь прекрасна и удивительна.

Стайлз ойкнул, попытавшись повернуться и случайно отдавив Эрике руку, а потом долго отплевывался от ее волос.

— Блин, Эрика! — возмутился он. — Ну ты ж часто с парнями спишь, должна же знать, как надо правильно ложиться.

— Ха-ха, — мрачно сказала она, рассматривая влажные от слюны Стайлза кончики прядей. — Я с ними трахаюсь, а не сплю. Так что придется нам опытным путем выяснять. Ну-ка двигайся!

— Ыыыыыыыы!!!

— Извини.

— Блядь, аккуратней же!

— Сказала же, извини!

В конце концов они кое-как улеглись и замерли в тишине. Заснуть бы не получилось при всем желании — не в ожидании, что шериф вот-вот выломает дверь, добираясь до любимого сына. Стайлз повздыхал и все-таки спросил:

— Как вышло, что ты оказалась тут раньше папы?

— Тебе ответ не понравится, — предупредила Эрика, и Стайлз обреченно застонал.

— Дерек.

— Кто ж еще, — она потерла лоб, потом вернула руку ему на грудь.

В общем, не так уж плохо лежать вместе, только боязно. Эрика все-таки девчонка, одно неловкое движение — и можно больно сделать. С парнем проще было бы. Гипотетически.

— Но он-то с чего? Испугался, что мой папа его прижмет за похищение? — горько хмыкнул Стайлз.

— Испугался, — подтвердила Эрика. — За тебя. А твой отец нас даже не подозревал, между прочим. Он думает, что ты со Скоттом поссорился и переживаешь.

— Что значит — испугался за меня? — изумился Стайлз, пропустив мимо ушей Скотта. Ну да, они реже общались теперь, но тут все честно — Стайлз тусовался с Эрикой, а Скотт в одиночестве набрался смелости и предложил Эллисон встречаться. Она согласилась, и Стайлз со Скоттом из лучших друзей постепенно превращались в друзей просто так. Грустно, но ничего не поделаешь. — С какого бы хрена Дереку за меня пугаться?

— Да с такого, — раздраженно объяснила Эрика, сдувая лезущие в лицо волосы, — что он же не дебил, прекрасно понял, что перегнул палку. В общем-то, считай меня его извинением. Он мог бы и не говорить мне, где тебя искать. Пришлось бы тебе как-то еще выкручиваться. А так, если повезет — легко отделаешься.

Стайлз помолчал. Он никогда не спрашивал Эрику, но сейчас момент казался подходящим.

— Ты соврала ему, что влюблена в меня. Зачем я был тебе нужен?

— Черт, меня даже Дерек не раскусил, — Эрика огорченно цокнула языком, потом вздохнула. — Ну да, он-то не должен притворяться моим парнем. Слушай, Стайлз, ты не думай, что я жалуюсь. Дерек бывает тем еще засранцем, но они клевые — и в постели тоже. Айзек с Бойдом особенно. Мне нравится с ними спать.

— Но? — подбодрил ее Стайлз, уже догадываясь, что услышит.

— Но иногда это немножко слишком, понимаешь? Двоих я бы выдержала без проблем, но трое мне слишком. А других девчонок они искать не собираются, да я бы и не хотела, чтобы искали.

— Все равно хочешь быть уникальной? Мда.

— Ну-ка убрал осуждение из голоса, — рассердилась Эрика. — А то встану и уйду.

— Ну а я-то тебе зачем?

— Ну как зачем. Пока они думают, что меня еще и четвертый трахает, они реже просят. А Дерек вообще больше не трогает. Ты прости, что я тебя выбрала. Ты просто не был занят и ты сын шерифа. Я рассчитывала, что тебя не станут сильно шпынять.

— Ага, похищение меня с вечеринки очень стыкуется с твоей версией, — съязвил Стайлз, до сих пор не забывший наручников с розовым мехом.

— Я думала, ты иначе бы и разговаривать со мной не стал. Просто выбрала момент, когда отец бы тебя не хватился. Ну а что ты надрался до такой степени — сам виноват.

— Стайлз Стилински!!! — раздался рев за дверью.

— Ну все, — вздохнул Стайлз. — Началось.

Эрика усмехнулась и жарко поцеловала его в губы, оставляя компрометирующие следы помады.

***

Гостей наказанным не полагалось. Каким образом Стайлз, вернувшись из школы во вторник, застал в своей комнате Дерека, которого последний раз видел в памятное воскресенье, оставалось загадкой.

— Так. Папа не мог тебя пустить, значит, ты — глюк, — со слабой надеждой сказал Стайлз.

Дерек бы фыркнул что-то вроде «Размечтался». Тот Дерек, которого Стайлз знал. А этот Дерек негромко объяснил:

— Я припарковался на соседней улице, а потом влез в окно. Это было просто. Для шерифа твой отец очень беспечен.

— Идиотов влезать в его дом нет. Хотя погоди...

Дерек как-то неловко передернулся, словно и хотел бы засмеяться, и почему-то не позволил себе. Что за?..

— Стайлз, — Дерек сжал переносицу как всегда, когда страшно не хотел что-то делать, — в общем-то, я раньше должен был сказать, но я сначала был уверен, что Эрика в тебя влюблена, а потом просто думал, что тебе с нами понравилось. Воскресенье все расставило по местам. Короче, — он убрал руку от лица и прямо посмотрел на Стайлза. — Я ошибся. Ты свободен.

— Не понял? — боясь поверить в свое счастье, переспросил разом охрипший Стайлз. — То есть...

— То есть тебе не обязательно больше изображать парня Эрики и тусоваться с нами. Я не думал, что придется это объяснять, но раз приходится — я ошибся. Надо было отпустить тебя раньше. А я думал, что ты понял и сам не уходишь.

— Что я должен был понять? — уже ничего не соображая, тупо сказал Стайлз.

— В общем, просто забудь про всю эту историю. Скажи отцу, что Эрика тебе со мной изменила, вы поссорились и далее по списку, а потом возвращайся к своей обычной жизни. Но если что понадобится — скажешь. Я у тебя в долгу, Стайлз.

Дерек развернулся и явно собрался покинуть комнату тем же способом, что пришел.

— Стой. Ты так и не сказал, что я должен был понять.

Лицо у обернувшегося Дерека было такое, словно он целый пирог миссис Бойд разом проглотил. Но Дерек все-таки ответил.

— Что я бы в любом случае не тронул МакКолла.

Дерек кивнул на прощание и ловко выпрыгнул из окна, перекатился по лужайке внизу, отряхнулся и быстрым шагом скрылся из виду. Стайлз неторопливо поставил на пол рюкзак, сел за компьютер, отстраненно проверил почту.

Голова у него звенела, как колокол. Дерек Хейл только что его отпустил. И сказал, что не тронул бы Скотта и что Стайлз должен был сам до этого додуматься.

Пиздец.

Стайлз взял мобильник, просмотрел последние сообщения. Среди примерно сотни от Эрики, нескольких десятков от Айзека и штук пяти неотвеченных от Бойда за последние три дня не нашлось ни одной от Скотта. И звонков, что по мобильному, что по скайпу, было мало. Ну, общались пару раз. Скотт больше с Эллисон теперь зависал и с компанией Джексона, даже за их стол пересел. Стайлз недоумевал, как Скотт с ним уживается, но раз не приходил плакаться на свою тяжкую судьбу — значит, уживался.

Телефон просигналил о новой смс. Эрика.

«Признайся, ты побил Дерека? Мне его утешить хочется».

Не успел Стайлз отложить трубку, как она снова просигналила.

«Чувак, что ты сделал с Дереком? Эрика полезла к нему целоваться, а он ей отказал!»

Уже из чистого любопытства Стайлз подержал в руке трубку, ожидая смски Бойда, но не дождался и отложил телефон.

Наконец-то можно было не отвечать. Не притворяться больше бойфрендом и приятелем. Не делать того, что не хочется.

Одна была проблема — у Стайлза на языке вертелась пара-тройка остроумных ответов, которых некому было оценить.

Он еще немного потупил в интернете, потом поиграл в несколько игрушек, трижды завалил простейший уровень пэкмэна и снова взял в руки телефон.

Как по заказу, пришла очередная смс.

«Дерек не стал возражать против Астерикса и Обеликса. Он их ненавидит».

Стайлз хотел ответить. Потом вспомнил, что общаться с ними дальше Дерек не приглашал, а его слово решало в стае все, и поставил телефон на беззвучный режим.

Завтра школа. Надо сделать уроки и ложиться спать. Сказал же Дерек жить дальше нормальной жизнью...

...если б только она не оказалась так скучна!

Целую неделю Стайлз честно таскался за Скоттом и Эллисон, чувствуя себя третьим лишним, пятым колесом и всеми прочими метафорами, обозначавшими «Вали отсюда, неудачник». В кинотеатре никто никого не обсыпал попкорном и не обливал газировкой. Скотт и Эллисон целовались, Стайлз пытался смотреть фильм. В боулинге не раздавались победные кличи индейцев — Скотт и Эллисон целовались, Стайлз катал шары за всех троих. В клубе никто не танцевал горячее танго втроем — Стайлз мрачно пил колу за стойкой, Скотт и Эллисон... ну, понятно.

В школе было немногим лучше. В среду Стайлза без возражений приняли за столом золотых деток, никак не прокомментировав его смену дислокации, а Джексон по старой памяти передернулся, но не отпустил ни одной шуточки. Зато Лидия, раньше равнодушная, смотрела как на кровного врага, хотя тоже молчала. Стайлз живенько вообразил себя представителем Монтеки за столом Капулетти. Даже Скотту, кажется, было не по себе от его присутствия.

С четверга Стайлз садился один.

Айзек и Эрика бросали на Стайлза растерянные, непонимающие взгляды, но не подходили и смсок больше не писали. Дерек с Бойдом появлялись только на лакроссе, о чем Стайлз знал исключительно по слухам.

И все было скучно и грустно, пока Эрика вдруг не позвонила среди ночи.

— Стайлз! — заверещала она на пределе ультразвука, Стайлз аж чуть трубку не отшвырнул. — Стайлз, в них стреляли!

Ну здравствуй, пиздец, давно не виделись.

— Тихо! — вполголоса рявкнул Стайлз, надеясь, что не разбудил отца. — В кого стреляли, куда попали, сколько трупов?

— В Дерека и Бойда, — послушно понизив голос до истерического крика, Эрика судорожно разрыдалась в трубку. — У Дерека рука, у Бойда бок. Стайлз, мне страшно! Они истекают кровью и не позволяют звонить в скорую!

— И ты вместо этого позвонила мне, — проворчал Стайлз, надев штаны и нашарив кроссовки. — Где вы?

— У меня, и тебе приезжать не надо, — рыкнула трубка другим знакомым голосом. — Ничего страшного, Эрика просто испугалась.

— Нихера, Дерек. Еду. Знаю я твое «не страшно».

Тем не менее, услышав живого и злого Дерека, Стайлз успокоился. Хейл не идиот, будь у него или Бойда вправду что-то опасное — сразу бы звонил в скорую. Скорее всего, там действительно лишь царапины, но проверить не помешает. И заодно узнать, как эти двое ухитрились найти в спокойном Бикон Хиллз место, где палят из пушек.

Стайлз заехал в аптеку, затарился бинтами и антисептиками на целый полк, прикупил витаминов с содержанием железа и отправился по знакомому адресу.

Дверь ему открыл Бойд, что уже было хорошим признаком. Если ходит и открывает двери — будет жить.

Диван в гостиной напоминал декорацию из какого-то ужастика, и Айзек усиленно его оттирал. Дерек сидел в кресле, задумчиво рассматривая кривую и даже на взгляд слишком тугую повязку повыше локтя. Эрика возилась в кухне — готовка ее успокаивала. Девчонка, что с нее взять.

— Стайлз! — взвизгнула она, вылетев навстречу со сковородкой в руке.

— Эй-эй, ты меня убить хочешь? — Стайлз ловко увернулся от раскаленного металла и хлопнул Эрику по попке.

Она фыркнула и гордо вернулась в кухню, а Стайлз с приятным замиранием понял, что подобные вольности ему все еще позволены. И это было классно — не передать.

— Так, пострадавшие, — бодро провозгласил Стайлз, сгружая на стол пакет из аптеки. — Подходим по одному, рассказываем, где это вас так.

Первым подошел Бойд, задрал майку. Он свою царапину даже промывать не стал. Прав был Дерек, паника — страшное оружие. По голосу Эрики можно было решить, что у Бойда проникающее ранение брюшной полости, а тут едва кожа задета. Правда, царапина и ожог сразу, ну да заживет. Стайлз привычно обработал ранку сначала перекисью, потом заживляющей мазью и не стал бинтовать. Пока он возился, Бойд коротко поведал:

— Пошли туда, где нас не ждали, увидели то, что не должны были.

— Очень информативно! — недовольно поджал губы Стайлз. — Ну а ты что скажешь?

Второй пострадавший мрачно зыркнул из глубин кресла и четко, жестко ответил:

— Не твое дело.

— А я-то думал, что лаконичнее Бойда быть нельзя. Показывай руку и рассказывай, в последний раз говорю. Потому что если ты этого не сделаешь, то я расскажу отцу, и дальше объясняйся с ним как хочешь. Это не шутки, Дерек, это пулевые ранения. Каково твоей сестре будет тебя хоронить, а?

Бить по больному, в общем-то, недостойно, особенно когда делаешь это намеренно. Стайлз по жизни старался не быть сволочью и избегать любых ситуаций, где придется проявить внутренний сволочизм. Но с Дереком, кажется, по-другому просто нельзя.

— Иди на хуй, — огрызнулся Дерек, но руку показал.

Размотав повязку, Стайлз присвистнул. Бойд легко отделался, а у Дерека пуля пробила мышцы — и хорошо, что насквозь, иначе без хирурга не обошлось бы при всем желании. Как есть — на удачу. Или воспалится, или нет.

— Чувак, тебе надо к врачу. Я понятия не имею, как такое лечить. То есть обработаю, конечно, но не гарантирую, что обойдется без заражения. И ты рассказывай, рассказывай.

— Ничего, заживет, — Дерек стиснул зубы, когда Стайлз щедро плеснул перекись на открытую рану, не поленившись раздвинуть края пальцами, чтобы продезинфецировалась как можно большая поверхность — ну и из садизма немного.

— Я все еще слушаю, — напомнил он, не отказав себе в удовольствии плеснуть еще разок. Ничего, оно не помешает, а Дереку, может, надоест играть в молчанку.

Потом настала очередь заживляющей мази и нормальной повязки, а Дерек все еще не проронил ни слова. Стайлз уже всерьез рассматривал возможность позвонить отцу, когда Дерек осмотрел свеженаложенную повязку и вдруг позвал:

— Бойд.

— Ммм?

— Ты как?

— В порядке.

— Отлично. Выметайтесь. Все.

Айзек бросил тряпку и ведро там, где они стояли, Эрика только плиту выключила и тоже оставился поздний ужин (ранний завтрак?) в полуготовом состоянии, Бойд просто куртку накинул — и все трое молча ушли, напоследок покивав Стайлзу.

Таааак.

— Если ты думаешь, что я уйду... — подбоченился Стайлз, готовясь, что его сейчас скинут с подлокотника кресла, куда он незаметно для себя уселся в процессе для большего удобства с обработкой раны. Но Дерек только мрачновато ухмыльнулся.

— Вообще-то это моя квартира.

— Ты из моего дома не ушел, когда я тебя просил!

— Потому что ты не мог меня выставить, — Дерек смерил Стайлза снисходительным взглядом и осторожно двинул рукой. Поморщился. Конечно, теперь долго будет болеть.

— Ну, ты тоже не можешь. То есть можешь, — тут же поправился Стайлз, — но через десять минут тебе придется объясняться с моим отцом.

— Тебе тоже.

— Ради того, чтобы посмотреть на твою физиономию, я потерплю, — заверил Стайлз, поймав себя на том, что развеселился — что такой обмен остротами уже стал в их общении привычным и успокаивающим. Осознание мгновенно протрезвило, и он потребовал: — Короче, выкладывай.

— Коротко не получится.

— А я никуда не тороплюсь еще целых, — Стайлз проверил время по мобильнику, — полтора часа. Вперед.

— Ну хорошо, — сдался Дерек. — Слушай.

Хейлы намеренно выбрали тихий и скучный Бикон Хиллз, когда искали участок для родового гнезда. Дела они вели в крупных городах, но жить предпочитали подальше от суеты, благо современные технологии вполне это позволяли. А дел было много и самых разных: от сети цветочных магазинов до собственной типографии. Денег в семье хватало, и каждый ее член вполне мог открывать дело, которое находил для себя интересным. Общие доходы всегда превышали расходы. Дерек вот тоже по семейной традиции собирался попутешествовать после колледжа да уйти в издательское дело.

Не сложилось.

Сначала тетя Энджел скончалась от рака, и цветочный бизнес пришлось продать. Потом дядя Питер, очень ее любивший, тронулся рассудком и в конце концов попал в зависимость от психотропных препаратов, выписанных ему по врачебной ошибке. Так семья лишилась прибыльного журнала, потому что кроме Питера в этой сфере разбирался только Дерек, но ему оставалось еще два года школы, не говоря о колледже. Журнал продали. А потом неизвестные попытались провести рейдерский захват металлургического завода Хейлов, одного из столпов их финансового благополучия.

Тут-то Хейл-старший и заподозрил неладное. Тетя Энджел, по всем прогнозам, должна была прожить на полгода дольше. Ее смерть была первым звеном, и тогда на расхождение с прогнозами ведущих специалистов не обратили особого внимания. Оплакали и похоронили, как подобает. Но теперь... С лекарствами Питера вышла темная история — врача наказали, конечно, но больше формально, а спустя пару месяцев он с семьей переехал и занял довольно значительный пост в одной крупной и дорогой частной клинике. Это с таким-то провалом в недавнем прошлом! История с заводом стала последней каплей.

Глава Хейлов начал копать.

Готовили документы на эксгумацию тела тети Энджел. Был нанят частный детектив, честно отработавший свой гонорар и разрывший в прошлом врача несколько похожих на Питера случаев, всегда кончавшихся повышением эскулапа или другими приятными бонусами. Целая артель юристов и детективов искала концы в подставных бумагах, подготовленных для захвата завода.

Все шло к тому, что через месяц-другой злоумышленники, кем бы они ни были, оказались бы за решеткой. Оказались бы, если бы не пожар, унесший жизни почти всех Хейлов и аннулировавший продление контрактов с детективами, адвокатами и юристами.

Двое несовершеннолетних детей, оставшихся от большого и могущественного клана, не могли вступить в права наследства и официально продолжить расследование, а дальний родственник, назначенный распорядителем имущества, то ли испугался, то ли из равнодушия не захотел. Спасибо, что хоть деньги для Бойда выделил — Дерек еле его уболтал.

И тогда Лора ударилась в работу, чтобы не сойти с ума до совершеннолетия, а Дерек начал собственное расследование.

— Пиздец, — резюмировал Стайлз, прикрыв глаза рукой. Потом с силой помассировал ноющие виски. — Чувак, это тебе не за старым и страшным лесником следить. Да-да, я помню ту историю. Ты же ничего не можешь сделать, зачем ты влез? Я удивляюсь, что тебя сразу не убили!

— Ну почему же, могу, — Дерек начал бессознательно растирать больную руку, и Стайлз перехватил его запястье, останавливая. Нечего тревожить рану, пусть заживает. Дерек как-то странно на него посмотрел, но послушно прекратил. — Мне понадобилось время и кое-какие папины связи, но я вышел на исполнителей. Их было трое. Двое бомжей сделали грязную работу — если помнишь, именно их твой отец и засадил. Но была третья. Она не участвовала лично — только придумала план и отдала приказ.

— Она?..

Дерек вдруг усмехнулся мрачно и торжествующе. Очень не понравилась Стайлзу эта его усмешка.

Пулевое ранение не остудило энтузиазм Дерека. Он снова влезет в самое пекло, чтобы отомстить за родных. И Стайлз не сможет ему помешать, если не обратится к отцу.

— У нее есть прозвище. Охотница. Но так ее зовут только, так сказать, коллеги. Эллисон, например, зовет ее «тетя Кейт».

Стайлз чуть не сверзился с подлокотника и для равновесия ухватился за плечо Дерека, не успев вспомнить про рану. Тот зашипел, но придержал Стайлза здоровой рукой.

— Извини, — Стайлз осмотрел повязку, на которой проступило пятно крови, но пока не настолько тревожащее, чтобы менять бинты. — Только... как у тебя получилось? Даже папа не смог доказать чью-либо еще причастность! Я знаю, что он разрабатывал кого-то третьего, но он никогда не говорил, кого...

Дерек скривился, словно глотнул неразбавленного лимонного сока, потом посмотрел в глаза Стайлзу.

— Прямых улик и нет. Никто не знает, что она бывала в нашем доме и могла узнать его точный план.

— А она разве бывала? — удивился Стайлз. — Вы же не ладите с Арджентами, я знаю. Типа, конкуренция и все такое?

— Мы какое-то время трахались. Я... пару раз тайком приводил ее домой.

Дерек говорил с усилием, выдавливая слова, будто они были материальными и отчаянно боролись за то, чтобы остаться в горле. Стайлз смотрел с открытым ртом. Получается, Дерек, пусть и косвенно, мог поспособствовать гибели своей семьи? И жил с этой виной?

«Пиздец» и близко не описывал всю глубину ситуации.

— Почему ты не сказал моему отцу? — возмущенный Стайлз не усидел на подлокотнике, вскочил и быстрым шагом заходил из угла в угол. — Тогда твое свидетельство стало бы косвенной уликой, и...

— Косвенной уликой, — Дерек медленно выдохнул, как всегда, когда успокаивался после вспышки, — которая ничего бы не решила. И Кейт поняла бы, что я догадался. А она пока не знает. Мы трахались, пока я не нашел Эрику.

Это случилось уже после пожара.

— Охуеть, — честно сказал Стайлз и сел прямо на пол — не настолько далеко, чтобы оказаться в другом конце комнаты, но и не настолько близко, чтобы пришлось задирать голову, глядя Дереку в лицо. — А мне ты почему говоришь?

Ведь Дерек ничего не делает просто так, тем более — не доверяет такие вещи, которые и его сестра-то вряд ли знала.

— Мне... просто нужно было кому-то сказать, — голос прозвучал глухо, опустошенно, а плечи Дерека резко опустились, выдавая, что он устал, ему больно и он очень запутался.

Стайлз знал, что все это так. Но Дереку — гордому Дереку, который сейчас переступил через себя, намеренно давя на сочувствие, практически жалость, — все равно не поверил.

— Ладно, — недовольно сказал Стайлз, чувствуя, что если сейчас ошибется — Дерек выкинет его из квартиры и из своей жизни — на этот раз окончательно. И придется искать новую почву под ногами.

Путаться в ногах у занятого с Эллисон Скотта. Пытаться ухаживать за Лидией. Жить, зная, что Дерек сейчас, возможно, опять рискует жизнью, и не иметь возможности поучаствовать.

Стайлз уже пробовал так. И ему не понравилось.

И Стайлз, насмешливо глядя Дереку в глаза, сказал:

— Уговорил. У тебя есть план?

Дерек белозубо усмехнулся в ответ.

***

— Слушай, напомни еще раз — почему мы не раздобыли бронежилеты? Это же она тебя подстрелила? — нервно тараторил Стайлз, пока они ехали ночью по пустынной трассе.

Вел Стайлз, потому что рука Дерека, хоть и заживавшая пока успешно, еще не позволяла садиться за руль; а машина принадлежала предкам Эрики, вместе с дочкой улетевшим на выходные куда-то отдыхать. Ключи Эрика предусмотрительно оставила Дереку, потому что ехать на дело в более чем заметном Камаро или известном всему Бикон Хиллз голубом джипе было бы сущим самоубийством. А тут — и машину с ними не свяжут, по крайней мере напрямую, и у связанной с ней Эрики есть алиби.

Бойд и Айзек рвались с ними, но Дерек не открыл им всей сути дела и строго запретил совать носы в их со Стайлзом авантюру.

— Айзеку сейчас нельзя ни в коем случае, а Бойд и так засветился в определенных кругах, помогая мне, — объяснил потом Дерек. — Им опасно.

— А я пока не светился, меня можно втягивать во всякие сомнительные затеи, — хмыкнул тогда Стайлз. — Вот зачем я был тебе нужен.

— Именно так, — невозмутимо подтвердил Дерек. — А еще ты сын шерифа, и твой отец сделает все, чтобы вытащить тебя из неприятностей, если что. Ну и меня заодно.

Стайлз рассмеялся и благодарно кивнул, принимая честный ответ, вместо того, чтобы обидеться.

Теперь Дерек ему не врал. Вообще.

Правда, чем ближе они подъезжали к одному из соседних городков, где, по последним данным от Бойда, должна была состояться встреча Кейт с очередным заказчиком, тем меньше Стайлзу нравилась их затея.

Одно дело — тайком проследить за злобным и страшным лесничим, который только грозил своей старой берданкой, не стрелявшей, небось, со времен гражданской войны. Другое — влезть в заговор настоящих преступников с настоящим оружием.

Но в глазах Дерека горела решимость, а Стайлзу было любопытно.

— Стайлз, она сзади! Тормози! — вдруг закричал Дерек, и Стайлз инстинктивно вдавил педаль в пол.

Только это их и спасло — когда выстрел пробил покрышку, машина уже почти остановилась, только перевернулась, вылетев в кювет, — и Стайлз с Дереком повисли вниз головами на ремнях безопасности.

— Блядь! — выдохнул Стайлз, не найдя других слов.

— Вылезай, быстро! — скомандовал Дерек, отстегнув ремень себе и Стайлзу, отчего тот больно стукнулся головой, и открыл дверцу. — Стайлз, да не тормози ты! Она же сейчас будет здесь!

Неловко выкарабкавшись из машины, Стайлз понял, что предупреждение запоздало. Она уже была здесь.

С тетей Эллисон Стайлз пересекался только пару раз в супермаркете. Вежливо здоровался, один раз получив снисходительную улыбку, один раз — похлопывание по плечу. Тогда она казалась милой женщиной. Сейчас, поигрывая пистолетом, Кейт Арджент напоминала гарпию, и подчеркнуто сочувственное выражение лица дела не меняло.

— Зря, Дерек, — просто сказала она и выстрелила, почти не прицеливаясь.

Каким чудом Дерек успел отпрыгнуть за машину, Стайлз не знал. Он бы точно не успел. И сейчас как раз будет его очередь... Но Кейт быстрым шагом пошла в обход машины — посчитала Дерека за более опасного противника. Конечно, она же знала, на что он способен.

Правильно, в общем-то. Перед выездом они с Дереком немного потренировались, и тот даже с простреленной рукой надрал Стайлзу задницу. Вот только это не значило, что к сыну шерифа стоило поворачиваться спиной — даже чтобы как следует выцелить более опасного противника.

Стайлз прыгнул — только не спасаясь от Кейт, а ей на спину, повалив в траву. Она не ожидала нападения, но пистолет не выпустила. Пока они катались по траве, Кейт пыталась прицелиться в Стайлза, вывернув руку, и ему пришлось вспомнить все, чему в свое время учил отец, чтобы провести самый настоящий профессиональный захват. То есть на отце он получался профессионально, а с Кейт не сработал. Стайлз уже приготовился к смерти, когда оказавшуюся сверху Кейт с него сдернули.

Вот у Дерека захват получился безукоризненно, хотя рана при этом открылась. Кровь пропитала бинты, а затем рубашку, капая на землю, и Дерек загнанно дышал, побледнев от боли, но не выпуская противницу.

— И что теперь? — прохрипела она. — Ты не сможешь удерживать меня вечно, Дееееерек.

Стайлз подобрал пистолет дрожащими руками. Что-что, а фильмы научили его никогда не оставлять оружие в потенциальной досягаемости врага.

Только в фильмах не объясняли, что сразу после этого пистолет надо ставить на предохранитель, а еще лучше — разряжать. Потому что когда Кейт вдруг резко вырвалась, надавив Дереку на больную руку, и выхватила откуда-то нож, случилось именно то, чего можно было бы избежать. Стайлз инстинктивно выстрелил.

И не промахнулся.

— Блядь, — только и сказал Дерек, когда Кейт кулем свалилась на землю.

Стайлз не выронил пистолет, не вскрикнул, вообще не пошевелился больше. Так и стоял, целясь теперь уже в Дерека и не видя ничего перед собой.

Он не помнил, что Дерек медленными, осторожными шагами покинул линию огня, подошел к Стайлзу, что-то сказал. Слегка вынырнул из прострации Стайлз только после прикосновения к плечу. Дерек пытался что-то ему втолковать...

— ...я знаю, что сложно, но нам придется, Стайлз. Ты должен выстрелить.

— Что? — Стайлз заставил себя собрать мысли в кучу и посмотреть в глаза Дереку. Они отражали свет фар перевернутой машины и казались неоново-зелеными.

— Ты должен прострелить мне руку по траектории раны, — терпеливо повторил Дерек, наверное, во второй или в третий раз. — Я не хочу объяснять, где я получил ее до сегодняшнего дня.

— Зачем? — нервно хохотнул Стайлз. — Чтобы меня точно посадили?

— Нет, — Дерек осторожно приобнял его здоровой рукой, чтобы не оставить следов своей крови. — Чтобы у нас было доказательство самообороны. Я скажу, что Кейт выстрелила в меня дважды, а только потом случилось все остальное. Давай, Стайлз, ты должен.

— Легко тебе говорить!

— Нет, не легко. Рука и так болит как сука, — усмехнулся Дерек и неожиданно потрепал Стайлза по коротким волосам. — Пошли на исходные позиции, пока нас никто не увидел.

Стайлз, продолжая нервно теребить пистолет, на что Дерек косился с неподдельной опаской, дошел вместе с ним до машины, отмерил пару шагов назад, развернулся и как следует прицелился. Дерек сжал зубы, готовясь к боли, и застыл недвижимой глыбой, но Стайлз не смог. Просто не смог выстрелить.

Нет, он понимал, что Дерек прав: обоим не нужны лишние объяснения по поводу раны, а то, что Кейт якобы попала в Дерека, даст Стайлзу дополнительные очки: его выстрел легче будет списать на самооборону в состоянии аффекта. Угрызений совести или сомнений Стайлз тоже не испытывал. Но у него банально дрожали руки.

— Дерек, я не могу, — сквозь зубы признался Стайлз. Его вообще начала бить нервная дрожь. — Я не попаду даже с двух шагов! Блядь, Дерек, нам пиздец, папа меня засадит под арест и не под домашний. Ты будешь ходить на свиданки?

— Так, — Дерек понял, что толку от Стайлза сейчас и правда не будет. — Ну-ка пошли.

— А смысл? — тоскливо вопросил Стайлз, но послушно поплелся вслед за Дереком поглубже в лес, где их не могли заметить с дороги, если вдруг им не повезет настолько, что кто-то проедет мимо.

— Вот такой, — найдя подходящее местечко, Дерек неожиданно опустился на колени прямо перед чуть не грохнувшимся от неожиданности Стайлзом и деловито расстегнул его джинсы.

— Чувак! — Стайлз думал, что сегодня его уже ничто не удивит, но, как всегда, ошибался. — Ты охренел?!

— Молчи и получай удовольствие, — рыкнул Дерек, удержав отпрянувшего было Стайлза за бедра, и взял в рот его мягкий член.

Возбуждение, еще минуту назад не имевшее ничего общего с сексуальным, сделало Стайлза безумно чувствительным. А может, просто сказался тот факт, что впервые к члену Стайлза прикасался другой человек.

Встало у него почти сразу — чужой шершавый язык нежно массировал член от головки до основания, а еще Дерек не позволял отстраняться от чересчур сладких прикосновений, когда безжалостно облизывал головку, торопя оргазм.

Стайлз стоял, одной рукой сжимая пистолет, который все еще не поставил на предохранитель, а другой вцепившись Дереку в волосы, и неожиданно понимал, что ему круто. Что он никогда не представлял себя в сексе с доминантным партнером, который все решит за него и будет контролировать каждое движение, а это, оказывается, охуенно, и Стайлз бы совсем не против, чтобы его трахнули — потому что если охуенно, то надо пробовать все, верно?

Только не прямо сейчас же!

— Дерек, не надо! — почти испуганно вскрикнул Стайлз, когда здоровая рука Дерека, только что лежавшая на его голом бедре, вдруг сдвинулась, а пальцы проникли между ягодиц.

Но Дерек проигнорировал и вскрик, и наличие у Стайлза оружия, безжалостно вставив ему палец. Стайлз чуть не кончил оттого, что им сейчас распорядились по своему усмотрению — и сделал это человек, которому Стайлз полностью доверял.

В конце концов, будешь тут доверять, когда вы — соучастники убийства, собирающиеся подделать улики.

И когда тебя трахают пальцем, всухую и почти неприятно, но...

...но потом Дерек задел простату, догадался об этом по глухому вскрику и безжалостно надавил, а Стайлз забыл, что хотел подумать.

Он кончил быстро, застонав и чуть не осев на землю, но Дерек удержал. И не выпустил изо рта его член, глотая все до последней капли, посасывая чересчур чувствительную плоть и продляя мучительный оргазм.

— Охуеть, — высказался Стайлз, едва к нему вернулся дар членораздельной речи. — Ты мне только что отсосал.

— Гениально, Шерлок, — фыркнул Дерек. — Между прочим, тебе понравилось.

— Ну тут тоже не надо быть Эйнштейном, чтобы понять, — хмыкнул Стайлз, подтягивая джинсы, пока Дерек поднимался с колен. — А тебе?

— В следующий раз я тебя трахну, — буднично заявил Дерек. — Но сначала разберемся с этим пиздецом. Пошли.

— Это если он будет — следующий раз, — иронично хмыкнул Стайлз, а потом заметил, что к нему вернулся и сарказм, и относительное спокойствие — руки тоже больше не тряслись. — Ни хрена себе!

— Раз соображать начал — точно помогло, — согласился Дерек и позволил себе улыбку. — Если буду трахать тебя регулярно — поступишь в Гарвард без проблем.

— Я и так туда без проблем поступлю! — возмутился Стайлз, вслед за Дереком лавируя между ветвями, чтобы не оставить следов.

— Ну после сегодняшнего шансы определенно есть...

— У меня да, а тебе и минет не помог! Бинты-то сними сначала, — припечатал Стайлз.

— Ну так мне минет никто не делал, — отшутился Дерек, послушно стаскивая рубашку, размотал бинты и снова ее натянул. — Все? Мы ничего не забыли?

— Если что — придется папе все рассказать, он поможет, — Стайлз вздохнул. Отец и правда поможет, но лучше бы ему не знать, что Стайлз влез в дерьмо по собственной воле и с превеликим удовольствием. — Только давай все-таки без этого обойдемся.

Они снова встали на исходные позиции, и Стайлз выстрелил, мысленно благодаря папу за уроки стрельбы и прося у него прощения, что использует их так. Дерек вскрикнул, выругался замысловатой конструкцией и схватился за рану, а Стайлз аккуратно поставил пистолет на предохранитель.

— Блядь, найди в аптечке жгут, — прошипел Дерек.

— Навылет? — обернувшись через плечо, спросил Стайлз, уже рывшийся в машине Эрики.

— Навылет. Звони отцу.

— Угу, — Стайлз наконец-то нашел что искал и принялся обрабатывать рану. — Готовься к апокалипсису. И еще — мы с тобой встречаемся.

Дерек как-то странно на него посмотрел, потом усмехнулся краешком губ и сказал:

— Хорошо.

— Я вообще-то не в этом смысле, — задумчиво протянул Стайлз. — Просто надо же нам объяснение, что мы посреди ночи делали в машине Эрики в сорока километрах от города. Но идея определенно хорошая.

— А отцу скажешь, что все это время сох по мне, потому и стал встречаться с Эрикой? — развеселился Дерек, но тут же выругался, когда Стайлз мстительно сдавил ему плечо сильнее, чем надо.

— Можно и так, конечно. И пожалуюсь ему, каким ты все это время был засранцем.

— Жалуйся на здоровье, а минет с тебя причитается.

— Заметано. Так, готово. Ну что, пожелай нам обоим удачи, — Стайлз выдохнул и набрал номер отца. — Пап, привет. Прости, что бужу, но тут такое дело...

Эпилог

Посиделки дома у Дерека стали для стаи ежедневным ритуалом, хотя не каждый день они собирались в полном составе. Эрику даже спустя два месяца держали под домашним арестом за то, что одолжила им машину, Айзек работал, а Бойд спешно догонял все, что прогулял в школьной программе.

Сегодня, правда, собрание никто не пропустил: Эрика договорилась со своим врачом, чтобы ее прикрыли, Бойд оторвался от гранита науки, а Айзек взял отгул. Что касается Дерека и Стайлза, то их даже не сажали под домашний арест. Шериф посчитал, что подписки о невыезде обоим хватит с лихвой.

— Завтра суд, — Эрика пожевала губами, напомнив на мгновение себя прежнюю. — Мы все придем.

— Спасибо, — откликнулся Стайлз. Он сидел на облюбованном им подлокотнике, опираясь на плечо Дерека для равновесия. — Хотя можете не приходить. Либо меня оправдают, тогда все равно увидимся в школе, либо нет — но вы все уже обещали ходить на свиданки и таскать мне вкусности. Интересно, а тюрьма — она какая?..

— Поверь, ты не хочешь знать, — Бойд приобнял Эрику, ненавязчиво подтягивая ее к себе на колени, но Айзек немедленно потянул ее к себе. Эрика фыркнула, как кошка, и шлепнула обоих по рукам. Айзек показал язык Бойду, тот не огорчился, продолжая разговор со Стайлзом: — Но если что, я возьму первую свиданку и все тебе объясню. Ну и поговорю со знакомыми. Не дрейфь. У тебя ж все равно колония для несовершеннолетних будет, там не так, как в настоящей тюрьме.

— Спасибо, утешил, — Стайлз поерзал, и Дерек вдруг сдернул его с подлокотника к себе на колени.

Они не делали официальных заявлений, не сосались на публике и не ходили под ручку. Даже вели себя скорее как лучшие друзья, если не оказывались в спальне. Но сейчас обоим хотелось близости, пусть и на чужих глазах.

А что касается лучших друзей... Дерек и правда стал им для Стайлза. Эллисон не смогла простить гибели любимой тети и не поверила ни во что из рассказа Дерека со Стайлзом. Скотт принял ее сторону. Он, конечно, мямлил про то, что ей тяжело и надо подождать, а он должен ей помочь, но Стайлз прекрасно знал — больше они общаться не смогут. Дружба со Скоттом осталась в детстве.

— Короче, чуваки, я понимаю, атмосфера нагнетения саспенса и все такое, но давайте уже что-нибудь посмотрим, а?

Бойд послушно встал и загремел коробочками двд, а Дерек сжал руки вокруг Стайлза и негромко сказал:

— Через три месяца Лора вступит в права наследства. Если придется, у тебя будут лучшие адвокаты. Я тебя вытащу.

Если бы кто-то сказал Стайлзу, как обернутся его отношения с Дереком Хейлом... мда.

Стайлз откинулся на Дерека и спокойно ответил:

— Я знаю.

В конце концов, Рэйчел была права — Дерек действительно не бросает своих.

Стайлз «своим» был.