Actions

Work Header

Притяжение

Chapter Text

Ренджи думал, что это была не очень удачная шутка. Или не шутка. Ичиго в любом случае хватил лишку и откровенно зарывался.

А может, Ренджи попросту было завидно.

Куросаки Ичиго взобрался на самую большую и старую сакуру в фамильном саду поместья Кучики и в наглую лопал с неё вишни. Когда капитан это увидел, его едва кондрашка не хватила. Ренджи так уж точно. Сколько народу пыталось воровать ягоды, но чтобы с главного, можно сказать, священного дерева, при свете дня, не скрываясь! Обалдеть.

«Камикадзе», — всплыло слово из уроков истории, которые Ренджи был вынужден посещать в Каракуре.

— Куросаки И-чи-го, — таким голосом можно было крошить пустых и протыкать насквозь каменные стены Сейрейтея. Озноб прошёлся по спине Ренджи: он малодушно порадовался, что стоит чуть позади капитана и не видит его лица.

Ичиго непринуждённо свесился с ветки, держась за другую, что над головой:

— Да, Бьякуя?

И закинул в рот несколько вишен. Нечто похожее на восхищение шевельнулось в абараевской душе. А вот капитана уже можно было использовать вместо электрогенератора: реяцу его буквально искрила и, казалось, ещё немного и от её плотности начнёт раздуваться одежда, а вокруг засверкают молнии.

— Эта вишня... — произнёс капитан и сделал выразительный шаг-другой. Ренджи попытался использовать всю свою богатую мимику, намекая другу, что ещё немного — и капитан плюнет на то, что дерево старо и ценно, и обронит заветное «Бан-кай!»

Сорванных ягод на спаянных черенках было три. Демонстративно впившись зубами в сочную мякоть одной, остальные две Ичиго протянул в сторону капитана и заурядным тоном спросил:

— Тебе нарвать?

Ренджи не выдержал, зажмурился. Окатило уверенностью, что сейчас капитан уйдёт в шунпо — один шаг и друг, нашпигованный сенбонзакурой или кидо по горло, полетит с дерева...

Вступиться?

— Нет.

От интонаций капитана передёрнуло. Рука сама легла на рукоять занпакто, мышцы напряглись до предела. Ренджи верил в силу Ичиго, но в этот раз...

— Ну как хочешь, — легкомысленно отозвался Ичиго.

Какое-то неясное предощущение заставило распахнуть глаза.

Кучики Бьякуя пинал дерево. Ну как — пинал: носком сандалии один раз с чувством ткнул по стволу. Но сам факт!

Или померещилось?

А Ичиго видно не было. Зато было слышно.

— Ренджи, тебе вишни нарвать? — донеслось из-за густой кроны. Горячий пот прошиб Ренджи насквозь.

Медленно выдохнув, он позорно ушёл в шунпо.

 

Вернулся Ренджи в поместье капитана через полчаса, успев выполнить одно старое и нудное поручение в качестве отмазки, куда он делся. Прокрался на цыпочках к комнате, отведённой Ичиго, когда тот гостил в Сейрейтее и, заглянув внутрь, обнаружил друга сидящим на полу и перебинтовывающим руки. Живой, только слегка потрёпанный.

— И что это было? — спросил Ренджи, входя внутрь и задвигая за собой сёдзи.

Ичиго расщедрился на короткий, недовольный взгляд исподлобья и, не прерывая занятия, ответил:

— Самая крупная ягода оказалась кислой. Не дозрела ещё. Придётся подождать.

Зубами помог себе затянуть узел на бинтах и поднялся. Ренджи таращился на него, ощущая себя рыбой, треснутой колотушкой по башке. Нет, истинный смысл произнесённого он поня... о нет, лучше бы не понял!

— Слушай, друг, если ты хочешь об этом поговорить...

Ичиго посмотрел на него лицом Будды и тепло улыбнулся:

— Там целый ковш вишен, угости Рукию, а то чего зря пропадать будет.

— А ты? — невпопад спросил Ренджи и прикусил язык.

— А я пойду напьюсь с Зангецу, — мрачно возвестил Ичиго, сжимая рукоять занпакто.