Actions

Work Header

Потерянное наследие

Chapter Text

Оказывается, за все три дня беспрерывной гонки по дорогам Карнатаки(1) Хлоя измоталась настолько, что отрубается как убитая, даже не успев коснуться щекой отсыревшей подушки. Ей ничего не снится, просто черный фон и умиротворяющая пустота, — именно то, что нужно, чтобы привести в порядок нервы, набраться сил и пойти дальше. Наемница — Надин, как теперь известно Хлое, — дает ей отоспаться, хотя сама, судя по всему, встает задолго до рассвета; к тому моменту, как Хлоя достаточно приходит в себя, она успевает несколько раз выйти в город, раздобыть еды, пропуски в библиотеку Университета и оружие. Оружие новое и явно не местное, но Хлоя не хочет знать, откуда оно, потому что это совсем не её дело. Её дело, как воровки и охотницы за сокровищами — ведийский санскрит, география и запутывание следов, и, если над последним за все время пребывания в Индии она потрудилась на славу, то над первыми двумя ей поработать ещё только предстоит. Впрочем, Хлоя не хочет торопиться. Сочетание вчерашнего секса в душе и крепкого сна действуют на неё, как на избалованную кошку, — она лениво потягивается на кровати, перекатывается на живот и, устроив голову так, чтобы можно было наблюдать за разбирающей и чистящей оружие Надин, позволяет себе, наконец, оценить сложившуюся ситуацию.

Она ввязалась в это не по своей воле. В последнее время дела в профессии шли из рук вон плохо, казалось, будто все коллекционеры, алчные историки и контрабандисты разом обратились к заповедям христианства с упором на восьмую(2), раскаялись и стали жить исключительно благочестиво. За прошедший год обычные для неё объемы работы сократились на три четверти, и исчезли окончательно ещё за два месяца. Хлоя пробовала перебиваться случайными заработками среди гражданских, но этого было недостаточно для того стиля жизни, к которому она привыкла, да и не приносило никакого удовлетворения. Она стала профессиональной воровкой не только выгоды ради — Хлоя была азартна, она любила чувство опасности и разбегающийся по крови адреналин в те моменты, когда за ней по пятам шла погоня, но и голову при этом не теряла. Идеальный баланс и мастерство сделал её одной из лучших в своем деле… Только вот теперь никому это не было нужно.

К тому моменту, как однажды вечером на экране её смартфона высветился номер Фрэнка Килбоуна, парня, промышляющего посредничеством между охотниками за сокровищами и людьми, которым могли бы понадобиться их услуги, её средства почти подошли к нулю. Трубку Хлоя взяла без раздумий. Работать через него воровке доводилось всего пару раз, но каждое подкинутое им дело, пусть и было не без доли риска, в итоге выходило выгодным, так что она вполне доверяла ему. Фрэнк не подвел, от приветствия сразу перейдя к делу:

— Тут есть работа, как раз по твоей части.

— Правда? — у Хлои даже глаза, казалось, загорелись от этой новости. — Говори, где ты сейчас, я немедленно буду.

— В баре, где мы в прошлый раз встречались.

— Пять минут.

До старого, пропахшего горьким хмелем, солеными орехами и потом, но искренне любимого за тишину и уют бара в квартале от её дома Хлоя добралась за три минуты. Войдя в дверь, она сразу приметила фигуру Фрэнка, примостившуюся на самом дальнем краю стойки; кивнув знакомому бармену, воровка уселась рядом с ним и нетерпеливо застучала ногтем по столешнице:

— Выкладывай, не тяни.

— Клиент хочет достать редкий артефакт, ему нужен специалист по истории, хороший водитель и стрелок. Риск большой, но и оплата соответствующая. Это — аванс, — Фрэнк достал из нагрудного кармана сложенный вдвое листок и протянул его Хлое; развернув бумагу, она одобрительно присвистнула — нацарапанное размашистым почерком шестизначное число равнялось её обычному полугодовому доходу. Обрадованно кивнув её реакции, посредник продолжил. — Более того — размер аванса фиксированный, а вот остальная часть будет зависеть от того, как быстро ты справишься с делом. С теми срокам, которые он запросил, даже непрофессионал справится, так что у тебя есть реальный шанс срубить двойную цену. А я возьму всего десять процентов от начальной суммы, в отличие от обычных своих двадцати пяти.

— Звучит заманчиво. Кто клиент?

Фрэнк отвел взгляд, когда бармен подошел к ним, точным скользящим движением отправляя стакан с бурбоном прямо в руки Хлои; та отсалютовала им в знак благодарности и повернулась в ожидании ответа. От неё не укрылось то, как посредник замялся от её вопроса.

— Ну так?

— Я не знаю. Аноним.

— А, вот в чем подвох, — нахмурилась Хлоя. — Фрэнк, ты же в курсе, чем может закончится работа с анонимными клиентами.

— Да ты послушай. Дело, говорят, несложное, — разузнать максимум информации про артефакт, вычислить, где он, довести до него — и все.

— За несложное дело такую цену не дают. Где конкретно этот артефакт?

— В Индии.

— Ты издеваешься сейчас, да? Я не полезу опять в гражданскую войну. Мне хватило Непала, спасибо, больше не хочу. Да даже если бы хотела — без напарника там делать нечего.

— Он у тебя будет. Она, если точнее. Клиент указал, что у него уже есть наемница, из бывших военных, которая будет сопровождать тебя, чтобы ты не отвлекалась от поиска артефакта на воюющих между собой индусов. Правда…

— Что?

— Клиент не сказал, кто она такая, и на мою просьбу переслать хоть какую-нибудь информацию ответил жестким отказом.

Хлоя чуть не задохнулась от возмущения — одно дело, когда только клиент оставался анонимным, и совсем другое, когда непонятно было, с кем предстоит идти на дело. Так вообще никто не работал, это был большой риск не только для дела, но и для жизни, — доверить прикрывать свою спину какому-то там неизвестному третьему лицу. Она хотела возразить что-то ещё, но вдруг её осенило настолько очевидной догадкой, что Хлоя даже опустила стакан с бурбоном. Фрэнк недоуменно уставился на неё, явно не понимая, что послужило резкой смене настроений.

— Ты предлагаешь это безнадежное дело мне, потому что все остальные отказались, я права? — тихо спросила воровка.

— Ну что ты, — парень отвел взгляд и виновато потер вспотевшую шею. — Я предлагаю его тебе, потому что ты в нашей профессии лучшая, и только ты сможешь справиться. И вовсе это дело не безнадежно!

— Я права, — резюмировала Хлоя, и Фрэнк не стал и дальше отпираться:

— У тебя выбор небольшой, Фрейзер. Я знаю, у тебя сейчас нелегкие времена.

На несколько секунд воцарилось угрюмое молчание. Хлоя залпом допила бурбон, отставила стакан и кивнула.

— Да, и ты прав тоже.

— Это дело обеспечит тебе безбедную жизнь года на три вперед.

— Если мне удастся сохранить эту самую жизнь.

— Не драматизируй, — посредник хлопнул её по плечу, уже зная, что Хлоя согласилась, даже без её прямых слов о том. На то он и был посредником. — Я свяжусь с клиентом. Завтра тебе переведут аванс, мою долю отдашь сразу; самолет до Омана через два дня.

— Что я забыла на Аравийском полуострове?

— Попасть в Индию на самолете сейчас тяжело, почти все пассажирские перевозки запрещены из-за опасности нарваться на правительственные истребители. В Омане ты доберешься до Салалы(3), оттуда на корабле — в Мангалуру. Там тебя встретит напарница, материалы клиента по артефакту будут при ней. Позвони мне, как будешь отправляться, пожелаю удачи на дорогу.

Фрэнк исчез из бара с такой скоростью, что Хлоя даже не заметила, — хотя, может быть, она просто слишком глубоко задумалась, чтобы обратить на него внимание.

Хлоя вздрагивает от громкого щелчка — она трясет головой, отгоняя воспоминания, и смотрит в ту сторону, откуда раздался звук. Это оказывается затвор McMillan TAC-50, внушительной снайперской винтовки на трехдюймовые патроны, которую Надин как раз собирает после чистки. Ей совсем не нравится, что наемница держит при себе такое серьезное оружие, но в то же время она понимает — без него им тут делать нечего. Хлоя поднимается с кровати, с наслаждением вытягивает руки над головой, разминая затекшую спину, и идет на небольшую кухню — хотя кухней это можно назвать с большой натяжкой, просто отгороженный от входа фанерой угол комнаты с электрической плиткой и допотопным однокамерным холодильником — варить себе кофе. По сравнению с предыдущими тремя сутками даже это — роскошь, поэтому Хлоя не хочет упустить выпавший шанс; вполне возможно, повторится он ещё нескоро.

Надин, кажется, всерьез занята своим делом, но все же поднимает голову, когда воровка не спеша проходит рядом со столом, на котором в несколько рядов громоздится оружие, карты, пара одноразовых телефонов и небольшой лэптоп неопознанной марки, и наклоняется к холодильнику. Хлоя кожей чувствует, как взгляд темных глаз отслеживает кривую её бедра от колена вверх и упирается прямо между ног. Ей нестерпимо хочется выгнуть спину, чтобы открыться этому взгляду. На ней — только наспех натянутые вчера вечером трусики и застегнутая на бесконечную уйму пуговиц серая фланелевая рубашка, оставшаяся от какого-то из её любовников и слишком большая, чтобы ходить по улице, но достаточно удобная для сна. Эту рубашку Хлоя не очень любит, и надела только потому, что она попалась первой в походной сумке; но теперь она даже рада.

Достав из недр камеры банку растворимого кофе, воровка поворачивается — успевает заметить, как Надин резко отводит глаза в сторону, — и тянется через стол, выискивая на полке более-менее целую и чистую чашку. Хлоя прекрасно знает, как задирается рубашка над её задницей, и усмехается про себя; дразнить наемницу — одно удовольствие. Ей удается поймать взгляд Надин, когда она отступает на шаг назад. Хлоя выбирает самую обворожительную улыбку из своего арсенала.

Не отводя взгляда от Надин, воровка проходится кончиками пальцев по шву планки, добирается до верхней пуговицы и неторопливо вынимает её из петли. Пуговицы следуют одна за одной, Хлоя расстегивает рубашку до самого конца, но не разводит полы в стороны, вместо этого проскальзывая кончиками пальцев по своей коже на границе с тканью. Надин судорожно сглатывает и облизывает губы, следуя взглядом за её движениями — от ключиц вниз, по ложбинке между грудей, через проступающие сквозь кожу мышцы живота к резинке трусиков, под которую Хлоя не проникает, но трет пальцами уже сильнее и чуть выгибается от предвкушения. Она не хочет делать это сама, хочет, чтобы Надин взяла её, — и наемница, похоже, правильно её понимает. Хлоя опирается на её протянутую руку и усаживается на бедра, наслаждаясь тем, как жадно Надин рассматривает открывшийся вид и влажное пятно смазки на ткани.

Фланель с мягким шорохом падает на пол у ног наемницы, когда та быстрым движением смахивает расстегнутую рубашку с плеч Хлои, оглаживает её грудь и живот, нетерпеливо подбираясь к промежности. От тягучих медленных движений Хлои тоже ничего не осталось — она резко дергает ремень на армейских штанах Надин, расстегивает ширинку и забирается ладонью между её ног. Там так же влажно и обжигающе горячо, как в её собственных трусиках; Хлоя удовлетворенно скалится, — она знает, какой эффект производит её тело, и не без причины этим гордится. Теперь, в отличие от вчерашней ночи, воровка решает начать с одного пальца, но повторить то, что вчера делала наемница. Она входит и загибает палец на пробу — Надин вздыхает от наслаждения, но не так, как хотелось бы Хлое, поэтому она повторяет свои действия, меняя угол и глубину, до тех пор, пока на очередном движении наемница вдруг вздрагивает всем телом, и из её губ вырывается громкий стон.

Хлоя стонет вместе с ней — вид потерявшейся в удовольствии наемницы возбуждает её, как ничто до этого, — и нетерпеливо елозит задницей, выпрашивая немного ласки и себе. Пальцы Надин с готовностью накрывают её твердый клитор, но сбиваются каждый раз, когда воровка бьет по найденной точке; наемница с дымкой в глазах смотрит на неё, и Хлоя смиряется, отдавая первый оргазм ей. Мышцы влагалища дрожат и сильно сжимаются вокруг пальца Хлои, когда она кончает, а влажные и чуть припухшие губы так соблазнительно открываются в приглушенном крике, что воровка чувствует непреодолимое желание их поцеловать. Это она и собирается сделать — наклоняется к самому рту Надин, чувствуя её горячее дыхание, — как вдруг её чуть не отбрасывает на пол сильным тычком в грудь. Хлоя ошарашенно поднимает глаза — наемница смотрит на неё полным страха и злости взглядом, а её предплечье хорошо поставленным блоком упирается Хлое в подбородок, при малейшем движении вперед грозясь насмерть пережать ей дыхательные пути. Воровка хмурится, не понимая, что происходит, пытается уйти в сторону и так дотянуться до лица Надин, но та поворачивается вместе с ней.

Вот оно что. Целовать её в губы нельзя, слишком опасно для жизни.

— Ладно-ладно, я поняла, — шепчет Хлоя и, чтобы как-то замять возникшую ситуацию, медленно проводит языком по темной коже предплечья, прослеживая выпуклую вену, лижет основание ладони, поднимается вверх и забирает в рот средний палец. Надин настороженно наблюдает за ней; Хлое приходится целую минуту увлеченно вылизывать ей руку, прежде чем наемница отводит её прочь и виновато опускает глаза.

— Прости.

Хлоя только пожимает плечами — она не знает историю Надин, чтобы осуждать такую странную реакцию, — и трется промежностью о её бедро, напоминая, что она все ещё не кончила. Надин быстро доводит её до оргазма, сжимая пальцами клитор, — Хлоя захлебывается стоном, выгибаясь у неё на коленях, и лишь чуть-чуть жалеет о том, что наемница не вошла в неё по-настоящему. Несколько минут они сидят в обнимку; отдышавшись, Хлоя нехотя сползает с бедер наемницы и уходит сменить промокшее белье, а заодно и нормально переодеться. Где-то в середине этого занятия её нос улавливает аромат свежезаваренного кофе, — повернувшись, воровка видит, как Надин возится с её чашкой, и благодарно кивает:

— Ложку сахара и немного молока.

Натянув сальвары(4) и короткий топ, и оставив камиз(5) и накидку на голову на своей кровати, Хлоя возвращается на кухню и принимает чашку из рук наемницы. Та молча ждет, пока Хлоя попробует и оценит вкус, — растворимый, конечно, совсем не то что молотый, но в нынешней ситуации кажется ничуть не хуже, — и только потом указывает на разбросанные по столу бумаги:

— Прежде, чем мы отправимся в библиотеку, ты должна взглянуть на это.

Хлоя с интересом склоняется над ними — при ближайшем рассмотрении оказывается, что тут и карты, и вырезки из книг и научных журналов, и снимки с экспедиций, и восстановленные из обрывков обгоревшего папируса фрагменты старинных свитков на древнеперсидском языке и ведийском санскрите.

— Что это?

— Все материалы по артефакту, что у нас пока есть.

— Бивень… Бивень Ганеши? — выгибает бровь Хлоя, подцепив пальцами иллюстрацию индийского бога с головой слона. — Я слышала о нем, но… Это скорее легенда, чем реально существующий артефакт. Зачем он понадобился твоему хозяину?

Надин долго не отвечает, напряженно покусывая нижнюю губу, но потом все же произносит:

— Да почем я знаю, мне не отчитываются.

Внутри Хлои сталкиваются два диаметрально противоположных желания — спокойно заниматься этим делом дальше и бросить все к чертовой матери. С одной стороны, она на своей шкуре поняла, чем может закончится погоня за якобы магическими вещами — они вполне могут оказаться действительно магическими, и в таком случае их наверняка охраняют твари, не похожие на людей; с другой, она привыкла доводить дела, за которые взялась, до конца. К тому же, ей очень нравится её нынешняя компания. Воровка косится в сторону Надин, но та, кажется, её замешательства не заметила; на принятие решения у Хлои уходит чуть меньше пятнадцати секунд.

К тому моменту, как они покидают номер, захватив пропуска, время на старых настенных часах приближается к двум пополудни.